Оглавление

  • * * *
  • * * *
  • * * *
  • * * *
  • * * *
  • * * *
  • * * *
  • * * *
  • * * *
  • * * *
  • * * *
  • * * *
  • * * *
  • * * *
  • * * *
  • * * *
  • * * *
  • * * * 
  • * * *
  • * * *
  • * * *
  • * * *
  • * * *
  • * * *
  • * * *
  • * * *
  • * * *
  • * * *
  • * * *
  • * * *
  • * * *
  • * * *

    Владимир Поселягин
    Архимаг


    * * *

    «Урал» ревя мотором, поднялся на холм и остановился, тональность работы двигателя сменилось на тихое урчание. Покинув кабину, я в гарнитуру рации скомандовал покинуть бронированный кузов. Двухдневное движение по континенту Широна, останавливаясь только на заправку и на естественные нужды, подходило к своему логическому завершению. Мы прибыли на место.

    Да-да, я вернулся на континент Белона, мира Элио, где меня так негостеприимно встретили, навсегда отобрав способности к магии, и откуда мне пришлось буквально бежать. Причины чтобы вернуться у меня были веские. Думаю, пока парни и девчата, сбегав по своим естественным надобностям к близкой опушке леса, устраиваются у машины, занимая позиции вокруг неё, стоит пояснить, что же происходило с того момента как мы обнаружили закрытый континент, мёртвый город и повстречали сталкеров у побережья.

    Да уж, приключений, что мы там отхватили, могло хватить на десятерых, но в принципе для нас всё закончилось благополучно. Всё же после недолгого раздумья я отказался двигаться в мёртвый город и брать под свою руку местный дворцовый комплекс, да и говорил я это больше для командиров сталкеров, что меня внимательно слушали. Так вот, плотно с ними пообщавшись, выяснив всё что нужно и скопировав за небольшую оплату их карты, где были нанесены разнообразные поселения на этом побережье континента, я их отпустил, и мы вернулись на эсминец. Дальше было просто, я отдал приказ Васильеву и мы отправились на поиски небольшого острова, где могли сохраниться поселения, решив сделать его своим укрытием, где и развернуть свою магическую школу. В принципе, где находится строения школы не важно, где учителя или учитель, там и школа, но пока мы устроимся на одном из островов. За время нашего путешествия у этого континента нам встречалось пяток островов, но мы их не исследовали, стороной прошли, вот теперь требовалось исправить этот недостаток и найти остров, где нет жителей, мне аборигены ни к чему. Остров мы нашли быстро, третий по счёту приглянулся всем, небольшой, но с удивительно высокой поросшей лесом вершиной. Его размеры были семь километров на двенадцать, с остатками трёх поселений, включая небольшой городок, окружённый со всех сторон крепостной стеной. Вот его то мы и заняли.

    Следующий месяц мы чистили его и обустраивались. Вернее не так, дети под моим присмотром, помыли и почистили замок, пока мы с Миком и Вольтом проводили небольшие ремонтные работы, благо цемент и нужные инструменты у меня были. Сам замок находился в центре городка, был небольшой, ранее тут жил местный губернатор или мэр, сейчас, поди узнай. Наверняка жил с семьёй и приближёнными. Было два десятка довольно больших спален, разнообразные комнаты и кабинеты ну и хозпомещения, включая кухню. Внизу были кладовые и даже небольшая тюрьма. Казематы были ещё те. Эти казематы я приспособил под магические лаборатории и занёс туда установив необходимое оборудование, лабораторию. К сожалению из-за того что мне была не доступна пространственная сумка, где находилось несколько средних и одна большая магическая лаборатория, я мог использовать только малую, а она не способна удовлетворить мои планы на будущее. К счастью среди пяти десятков каменных домов городка нашёлся отлично сохранившийся дом местного мага, там, в подвале особняка была обнаружена мной также отлично сохранившаяся средняя лаборатория, а это уже кое-что. Так что помимо уроков с учениками, в основном со старшими, малыши для этого ещё малопригодны, пусть научаться сперва нормально заряжать накопители и медитировать, пополняя свои источники маной. Так вот между учёбой, восстановлением замка, в смысле мелкого ремонта, я ещё и проводил большое количество времени в лаборатории, где на больших листах бумаги и ватмана прикидывал возможность вернуть мне магию. И чем больше я над этим работал и раздумывал, тем больше понимал что всё, магию мне не вернуть. Шкатулку понятное дело я исследовал вдоль и поперёк, очки-ювелира позволяли мне рассмотреть линии плетений, что там были внедрены. Тонкая работа, чувствую, тут архимаг поработал, не меньше.

    Вывод был один, магию мне не вернуть, это не кратковременное лишение, а самая настоящая беда, которую не исправить. Это не «Пророк», что использовали против меня святоши с Тории, то плетение по сравнению с тем, что находилось в шкатулке, просто детский лепет, хотя ранее я и считал «Пророка» вершиной магического искусства. Я ошибался. Нет, тут всё гораздо серьёзнее.

    Однако всё же через три недели жизни на острове, у меня даже времени название придумать для него не было, ученики сами назвали его «Решина», «Дом» если перевести на русский. Так вот после долгих раздумий и теоретических выкладок на листах бумаги, где я между делом изобрёл ещё около десятка заклинаний, кстати, восемь из них были боевые, одно природное и одно бытовое, я нашёл выход. Местные маги мне помочь ничем не могут, из-за своего полного отсутствия, хотя лично я думаю, что выжившие всё же есть, просто хорошо прячутся, поэтому пришлось рассчитывать только на себя и на свои мозги. И они меня не подвели, вот это радовало.

    Скажу прямо, аура этого тела была безвозвратно испорчена, это я вам говорю как профессионал, бывший маг-учёный, но остался одна единственная возможность снова стать магом. Метод Генерала.

    Для тех, кто не понял, поясню. Мне нужно всего лишь сменить тело, покинув оболочку простого паренька мага графа Арни Ки Сона и переместить свою душу в новое тело, в то тело, которое имеет Дар, и Дар не слабый, а хотя бы первый уровень. Редкость конечно, но шанс найти такого одарённого был. Следующие две недели я обдумывал всё по этому методу и чем больше делал теоретических выкладок и писал плетения и какие нужны ингредиенты для магической лаборатории, то всё больше и больше понимал, какое это сложное дело. Во-первых, мне нужны ингредиенты для лаборатории, не всё у меня было. Во-вторых, мне нужны были помощники, два алхимика минимум, а я готовил пока одного алхимика, хотя и очень способного, остальные были три боевика, лекарь, будущий целитель, и строитель. В третьих мне нужны были подопытные-добровольцы, чтобы перед тем как переместиться сознание, потренироваться на «кошках». То есть, чтобы всё это выполнять, требовалось вернуться на континент Широна и устроить рейд по храмам святош. Более того, я собирался освобождать пленников и увеличить количество своих учеников. Хотя бы человек на двадцать, не более, больше просто не потяну. Ну а тренироваться я собирался на пленных паладинах, всё же одарённые какие-никакие.

    Да и другие сложности были во всём этом. Мне и у души отрезали все возможности магии, поэтому, когда буду извлекать душу из своего будущего «тела», если конечно подберу для себя что-то стоящее, то нужно будет прописывать его магию на мою душу. Как это сделать идея была, даже обмусолил её со всех сторон на листах бумаги, но это теория, посмотрим, что покажет практика. План был прост, магия прописывается к ауре души, это факт, поэтому я нашёл выход как оставить Дар в теле и не перемещать его вместе с душой. А так и сделать, отвязать ненадолго от ауры и привязать к телу, пока не закончиться процедура переноса, а там Дар быстренько привязать уже к моей лишённой магии ауре. Именно так я и верну контроль над магией и пространственной сумкой.

    Поменять сознания в душах, не извлекая последние из тел не получиться. Конечно, один раз такое было когда я переместился в тело этого мальчика и вписался в его душу, но из-за того что меня лишили магии, повторить я это не смогу, а учеников нужно учить этому лет пять не меньше.

    Спасибо виртуальной жизни в получении опыта создания школы маги на территории подвластных Сталину. Тот опыт пришёлся как нестранно очень вовремя, я учил своих учеников по разработанным мной же методикам. Но учил, не делая из них посредственных магов, а давал им всё, все те знания, что они могли принять и что знал я. То есть те два с половиной месяца, что мы провели на острове пошли впрок, эти два месяца для старших по возрасту учеников это как год в Академии. Я у них даже экзамены принял по сдаче первого курса. Кое-что они уже умели. Для первокурсников Академий Тории это очень неплохо. Теорию первого курса они прошли практически полностью.

    Учил я естественно не всех, а тех, кому было больше десяти лет. Таких набралось всего семеро, их и учил. Сейчас со мной было пять из них, кроме Вольта и Беллы, что остались за старших на острове, и которые были ответственны за охрану и досуг малышни. Им помогали девчата помладше. Вольт отвечал за охрану, Белла за досуг и обучение малышни.

    Вот так вот всё и происходило. Когда мы закончили возводить оборону, на станах замка стояли «АГСы», «Корды» и даже пушки, кладовые были полны запасами, работал дизель-генератор, давая свет в комнаты, разводку делали мы с Миком, мы вшестером погрузились на эсминец и скорым ходом отправились обратно к континенту Широны. Теперь требовалось выполнить следующий план, освободить пленных, в основном из магических одарённых детей, часть, конечно, рванёт по домам, но некоторых я заберу, тех, кому некуда будет идти. Ещё мне требовалось книги по магии, да-да, язык местных магов я выучил и с интересом изучил ту книгу по магии, что выкупил у местного крестьянина. Жаль, что она была одна, хотя и «Возможности цикличного использования магии в сфере интимных услуг» мне пригодилась. Столь странное название всего лишь описывало, как решить проблему потенции у мужчин и фригидности у женщин, и относилась к лекарской магии. Много нового узнал между прочим, да и рисунки плетений были интересны.

    За шестнадцать дней на полном ходу мы дошли до побережья Широны, теперь не требовалась красться, путь был изведан, я убрал эсминец в баул, нечего ему накопители разряжать, курсируя у побережья, и вызвав склад, выгнал «Урал». После этого погрузившись в машину, мы и устроили эти гонки со временем. Были причины для этого, я отвёл на всё про всё две недели, к тому же на континенте начиналась осень, уже холодало. Тут конечно не Сибирь, вроде широт Франции, но слякоть бывает немалая.

    Конечно же всё устали, три парнишки, включая Мика, две девчушки и я, спали по очереди в движущейся машине, все успели покрутить тяжёлое рулевое колесо, но всё ж мы достигли королевства Белона.

    Конечно, я рассказывал несколько сумбурно, однако удивительно, но факт, отдыхал я фактически только вовремя движения на машине, так как даже на эсминце проводил большую часть времени в теоретических разработках по своей проблеме. И не зря, решил пару проблем при переселении душ, которые меня беспокоили из-за своего подвешенного состояния. Ничего, ещё будет время, чтобы усовершенствовать идею перемещения душ из тела в тело и довести её до блеска. Да-да, ещё будет время. Полгода-год, но будет. Я особо не торопился.


    * * *

    — Командир, движение на одиннадцать — услышал я девичий голосок в динамике гарнитуры радиостанции вставленной в левое ухо. Это отвлекло меня от раздумий.

    — Принято — машинально ответил я и, стряхнув задумчивое оцепенение, поднял бинокль и, отойдя к капоту машины, посмотрел сквозь просветлённую оптику в сторону, где одним из учеников было замечено движение. Кстати, на острове они меня звали Учителем, там я был им учителем, но тут в боевой операции, которая началась с начала высадки на побережье, я снова стал для них Командиром.

    — Крестьяне — сказал Мик, опуская «Вал», что держал в руках. Неплохая оптика, что была на автомате, позволила ему рассмотреть неизвестных, однако мой морской бинокль был получше и дал возможность увидеть несколько больше чем рассмотрел Мик с помощью прицела.

    — Крестьяне и охрана — кивнул я.

    — Святоши? — сразу же зло усмехнулся Мик.

    — Армейцы.

    — Ах эти… — махнул рукой мой помощник и зам.

    Да, кстати, именно на Мика и легла вся тяжесть моего замещения, именно он, пока я работал в лаборатории или в своём кабинете, руководил работами по восстановлению замка и почти во всём замещал меня. Что-что, а организаторские способности, помноженные на знания офицера-десантника, у него были на высоком уровне. Наберётся опыта, ещё меня переплюнет.

    — Эти не эти, но лишние глаза нам ни к чему. Мы слишком быстро двигались и слух о нашем появлении до этих мест ещё не добрался. Этим и нужно пользоваться… Значит так, лейтенант — повернулся я к стоявшему в паре метров от меня Мику, отчего тот вытянулся преданно поедая меня глазами. — Слушай приказ. Берёшь двух бойцов, скрытно выдвигаетесь к обозу, там кажется восемь телег, и незаметно изымаете языка. Лучше всего солдата, ещё лучше, офицера. Потом доставляете его сюда. Всё ясно?

    — Так точно — козырнул тот, бросив руку к форменной кепи. — Разрешите выполнять?

    — Выполняй — кивнул я.

    То, что мы перешли на устав, не было ничего удивительным. Все прошли обучение армейским знаниям Мёртвого мира, всем я присвоил воинские звания, кроме Мика, что получил лейтенанта, остальные были сержантами. Тем более мы находились на боевой операции, и так было проще. Чай не партизаны какие, все с боевым опытом. Теоретическим правда, но надеюсь, успеем набрать реального.

    Взяв оставшихся двух пареньков, оставив девчушек-снайперов у меня в подчинении, они обе сидели на кунге, контролируя окрестности, Мик рванул в кустарник, парни последовали за ним и быстро исчезли из виду. Осмотревшись, я подошёл к кабине, и сел на подножку достав плитку с шоколадом. Машина наша стояла на холме, внизу с левой стороны на склоне был кустарник, именно там скрылись парни, справа шумел листвой лес, он уходил дальше и шёл рядом с дорогой что, спустившись с холма, убегала к перекрёстку полевой дороги. Именно там девчата и рассмотрели обоз, сообщив мне о нём. Обоз двигался по параллельной дороге и в нашу сторону не свернул, так что парням нужно было преодолеть порядка полутора километров, чтобы добраться до параллельной дороги и как-то выкрасть языка, причём, не поднимая тревоги. Пока сообщать о себе мне не хотелось. До того момента пока не найдётся подходящее тело, мне ведь тоже не все подойдут, лучше чтобы о том что я вернулся никто так и не узнал. Но время, меня поджимало время. Нет, тут дело не в моей торопливости, я опасался за детишек на острове. Взрослых там не было, Вольт и Белла, конечно, самые ответственные из моих учеников, но всё же тоже были детьми. Одним словом, я хотел побыстрее вернуться. Конечно, загадывать не стоит, кто его знает, как повернётся судьба, но посмотрим. Да-да, посмотрим. Главное я сделал первый шаг на пути к рангу архимага с последующим переходов в грандмастера, набрал учеников, то что во мне теперь нет ни капли магии, кроме тех амулетов, что навешаны на форму, меня волновало мало. Выход был найден, осталось решить, как всё провернуть. Была только одна проблема, магические ингредиенты. Они у меня были, но в недоступной пространственной сумке. Проблема да? Чтобы вернуть магию, мне нужны зелья, а они находятся в пространственной сумке, которую я без той же магии открыть не могу. Самое печальное, что части нужных ингредиентов мне просто достать неоткуда, ну не растут в этом мире нужные сорта трав и деревьев. Однако не всё так плохо, была у меня одна мыслишка как это всё исправить. Шанс один на тысячу, но я на него очень надеялся.

    Закончив с шоколадом, подкрепившись высококалорийным продуктом, судя по шуршанию наверху, девчата тоже перекусили, я подошёл к борту, у которого стояло пять канистр, парнишки как раз заправляли машину, когда их отозвали с новым заданием и, подхватив одну из канистр, стал заправлять бак.

    Снимая полные и убирая в держатели пустые, я залил бак до верха, когда одна из девчат, старшая в паре, Одна, сообщила, что к нам со стороны спины приближается всадник. По виду он был похож на курьера.

    — Сбей его с лошади, но не убивай, мне нужен язык — велел я ей, убирая последнюю пустую канистру в держатель на борту.

    — Хорошо — кивнул та и с позиции сидя, произвела выстрел из своего «Винтореза». Вдалеке раздался вскрик и послышалось лошадиное ржание.

    — Дистанция триста двадцать пять метров, подранок лежит на дороге неподвижно, лошадь отбежала — сообщила наш штатный старший снайпер.

    — Принято — кивнул я.

    Поправив ремень автомата на плече, я поспешил к раненому, подготавливая на ходу амулет с «малым исцелением». Стреляла Одна в плечо, так что думаю рана серьёзная.

    Так и оказалось, болевой шок и сильная кровопотеря, вот что было у солдата-курьера, который лежал на пыльной дороге. Странно, что он вообще двигался следом за нами, чёткий отпечаток протекторов «Урала» был отчётливо виден на дороге. Ранее мы пытались его скрыть, привязывая деревца, но пыли было слишком много, да и не помогало это особо. Двигались мы быстро, пятьдесят-восемьдесят километров в час.

    Трижды использовав амулет, остановив кровь и убрав болевой шок, я склонился над раненым и, похлопав его по щекам, приводя в сознание, спросил:

    — Кто такой и куда следуешь?

    К моему удивлению, не смотря на ситуацию, курьер оказался крепким орешком, отвечать он категорически отказался. Это был солдат в форме армейца королевства Белона, что радовало, значит, мы достигли нужных земель, но сам курьер, было видно, имел боевой опыт. Ему было лет двадцать пять, однако он уже имел застарелый сабельный удар на щеке, и уверенность в себе опытного солдата. Такой взгляд бывает именно у ветеранов, что побывали в сече.

    Пришлось использовать амулет для допроса пленных и заключенных из арсенала Магов Древних мира Тории. Так что через десять минут я знал всё, что мне нужно. Мне было жаль курьера, парень действительно был ветераном, поэтому я использовал заклинание стирания памяти, так что эти сутки просто вылетят у него из головы. Убивать мне его не хотелось, хорошие люди были редкость, а парень был именно такой. Его моральные принципы мне импонировали и лишать его жизни было глупым решением. Генофонд местного мира и так шёл к упадку, а тут уничтожать не многих правильных людей — это неправильно. Так что, стерев памяти и усыпив, я направился обратно к машине. Всё что нужно я узнал, осталось дождаться парней и можно выдвигаться к дальнему аббатству. Храмы были и вблизи, но они меня волновали мало, так как именно в аббатство и свозили детей Проклятых, готовя их к ритуальному сожжению. Я даже дату знал, через неделю к какому-то празднику.

    О курьере я не беспокоился, рана у него конечно серьёзная, но кровь я остановил, шок убрал, через час придёт в себя, думаю, сможет взобраться на коня, тот не отходил от хозяина, хотя меня и шугался и двинет дальше, где ему окажут помощь.

    Поднявшись на холм к машине, я снова в третий раз попробовал связаться с Миком, в этот раз канал был устойчивый и велел ему сворачивать операцию, нужные сведенья уже были получены. Тот сообщил, что будет ждать нас на перекрёстке. Согнав девчат с кунга, они вернулись в бронированный кузов «Покемона» я запустил остывающий дизель и, скатившись с холма, сразу врубил третью, покатившись дальше петляя по полевой дороге, пока вдали у перекрёстка не обнаружил тройку бойцов. Все трое были в пятнистой форме, в брониках, разгрузках, и с автоматами. Только «сфер» на головах не было, тяжеловаты они для них были. Да и как иначе, Мику пятнадцать исполнилось на днях, остальным по двенадцать лет.

    Подхватив парней, Мик сел в кабину, я свернул вправо, в ту сторону, откуда двигался обоз и, слушая доклад лейтенанта, они едва-едва не уволокли офицера, что отошёл по нужде в сторону, когда я дал отбой, прояснил ситуацию. Тот выслушал сообщение о курьере, довольно кивнул и вернулся к наблюдению за дорогой, моя была левая сторона и дорога, его правая сторона и тоже дорога. Так и ехали.

    Время уже было вечернее, до темноты оставалось часа три, когда мы поднялись на тот холм, так что вся эпопея с попыткой захвата офицера охраны и допросом курьера забрала у нас слишком много времени, поэтому, когда мы успели проехать километров семнадцать начало темнеть.

    — До аббатства осталось километров пять — сообщил я, сворачивая с дороги на обочину и глуша двигатель. Уже совсем стемнело, хотя одна из лун и стояла на небосклоне, но света от неё было очень мало. — Сейчас разворачиваем склад, берем «БМП» и «БТР». Выдвигаемся на ближние подступы, там маскируемся, амулет шумоподавления я установлю на машины, чтобы они не выдали нас рёвом моторов, отсыпаемся и с завтрашнего утра начинаем проводить разведку. В аббатство пойду я. Магии нет только у меня, так что не засекут. Связь будем держать по радиостанции. Ты в лагере за старшего.

    — Понял — кивнул Мик.

    Приборы на панели неярко светились, так что я мог видеть лицо лейтенанта, тот очень внимательно и серьёзно слушал меня. План был неплох, но следовало поторопиться, вряд ли у нас будет больше одного двух суток. Яму-то из-под склада не замаскируешь, нет у меня такого амулета, так что вооружаемся серьёзным оружием и выдвигаемся к аббатству.

    Снаружи было темно, однако запустив двигатель и направив машину дальше в поле, я примерно знал местные окрестности со слов курьера. Мик кстати внимательно прослушал запись допроса курьера по диктофону. Да-да, языком я не владел и мне пришлось обучить курьера русскому. Со слов пленного местные территории выглядят так, лес, в центре которого и находилось аббатство, а это целый комплекс храмов и разнообразных строений, а также две деревушки, что находились рядом и поставляли святошам продовольствие. В деревнях было по несколько постоялых дворов, чтобы там жили паломники. Рядом было озеро, снабжавшее святош и деревенских водой. Вокруг леса были бескрайние поля с четырьмя деревушками, и несколько дорог, что вились в сторону леса. У реки город, но он уже стоял не на землях аббатства. По одной из дорог как раз мы и ехали пока не свернули в чистое поле с убранным урожаем. Видно недавно был дождь, поэтому машина шла с некоторым трудом, набирая на колёса влажную землю.

    Далеко я от дороги отъезжать не стал, операцию мы проведём или завтра вечером или послезавтра утром, так что думаю, наше появление не сразу обнаружат. Тем более скоро праздники и местное население к ним готовилось, на дорогах кроме того обоза и пары конных нам так никто и не встретился. К сожалению, конники, кроме того курьера уже никому ничего не скажут, снайперы поработали. Свидетели нам были не нужны.

    Не глуша машину, я покинул кабину, остальные тоже спустились на несколько рыхлое поле, где были видны стебли скошенной пшеницы. Открыв склад, я дождался, пока парни выгонят бронетехнику, и загнал внутрь «Урал». Это ещё не всё, машине был проведён осмотр, заправлен бак и канистры. Только после этого склад был свёрнут и мы забрались на броню, я занял место командира в башне «бэтра» у него ход помягче, а Мик занял место командира в «бээмпэшке». Экипаж тоже был подобран, парни на место мехводов, девчата наводчики. Так и покатили обратно прямо по полю в сторону леса. «БМП» шла впереди, порыкивая мотором, моя машина следом. Я подумывал взять танк, но его мощность, на мой взгляд, была избыточна.

    Добравшись до опушки, не останавливаясь, мы стали углубляться в лес. То, что двигались мы не по дороге, волновало нас мало, мелкие деревья «БМП» сносила на раз, подминая под себя или наоборот, заваливая на себя, крупные объезжая. Но как бы то ни было, к полуночи мы прошли порядка двух километров и встали на крохотной полянке, где сверкал в лучах местной луны небольшой ручеёк. Пока Мик организовывал лагерь и расставлял посты, я пробежался к аббатству и, используя амулет «Глаза», «осмотрелся», прикидывая, как буду действовать завтра.

    Допрошенный курьер не соврал, да и не мог он это сделать под воздействием заклинания допроса, и хотя он тут бывал всего раза три, но опытный взгляд солдата приметил всё что надо. Аббатство и одна из деревень располагались по одну сторону озера, вторая деревня по другую, так что тут было действительно две деревни, каждая жителей на сто-сто пятьдесят. Деревни были обычные, деревянные срубы, из-за недостатка места небольшие огороды, ну и хозяйства. Обе деревни принадлежали святошам. Четыре постоялых двора им же.

    Теперь по самому аббатству. Все окрестные земли и деревни принадлежали ему, так что святоши тут были полноправными хозяевами. На это намекало всё, что я видел. Правда сейчас была глубокая ночь и все спали, но моему опытному глазу всё было видно. Аббатство к моему удивлению было больших размеров и что важно, каменным. Было видно, что строили его маги, иначе, откуда тут столько камней, каменоломней тут рядом не было, и почему стены не имеют кладок, а выглядят монолитными. Я бы даже предположил, что это некогда была летней резиденцией одного из погибших магов этого мира. Большое здание ранее явно было дворцом, сейчас это главный храм. Переделки были заметны, но основа-то осталась старая. Остальные здания были ранее флигелями и хозпостройками. Во флигеле жили святоши-монахи, да и в храме у них, похоже, были кельи. Но вот забор вокруг этого комплекса зданий, забор остался от прежних хозяев. Это был длинный, огибающий всю округу зданий железный художественно кованный забор на каменном фундаменте. Даже по виду он был очень крепок, видимо, поэтому монахи и не стали его сносить и переделывать. Острые колья наверху не давали возможность пролезть через него. На территории старой усадьбы был фруктовый сад, и было видно, что монахи его холили и лелеяли, очень уж он был облагорожен. А так за забором находилось восемь строений разного назначения.

    Сбоку от забора у одних из въездных ворот притулилась одна деревушка, про вторую я говорил, она находилась с другой стороны озера. Три постоялых двора находилось у аббатства, один у другой деревни.

    Изучение мне дало возможность прикинуть, как попасть на территорию аббатства, но где содержались дети-пленные, я не знал. Не мог запустить сканирование, на храме был сигнальный амулет, он сразу засечёт моё сканирование и поднимет тревогу, а мне этого было не нужно. Если бы не пропажа магии я провёл бы настройки амулета «Глаза» и тот незамеченный просканировал бы мне все территории, но магии у меня не было, это печалило. Так что за полчаса изучения, ничего особенного я не обнаружил, хотя нет… что-то интересное всё же было.

    — Это ещё что такое? — пробормотал я себе под нос.

    «Глазом» я пользовался в режиме записи, чтобы мои ученики-бойцы, что подготавливали лагерь в трёхстах метрах у меня за спиной, тоже могли изучить зону будущих боевых действий. Так что заклинание чтобы его не обнаружили, висело на трёх тысячах метров, и просто в режиме прямого наблюдения и записи показывало мне всё, что происходило на территории аббатства, ну и естественно режим ночного вида был активирован, так что запись была качественная. Этот столб, врытый в землю неподалёку от жилого флигеля, я заметил сразу, но только сейчас обнаружил, что он отнюдь не пуст. К нему был привязан пленник. Парнишка лет пятнадцати на вид. Увеличив изображение, я почистил его, и хмуро изучив потерявшего сознание паренька, констатировал, что он привязан к столбу уже дня два. В двух метрах от него стояло полное воды ведро. Видимо ему не давали пить, и полным ведром истязали. Нехорошо поступают святоши, очень не хорошо. Пленных я и так не собирался брать, а тут только утвердился в своём решении. Оставив «Глаз» висеть над озером, так он охватывал все строения, включая дома обеих деревень, я покинул опушку и направился к лагерю. Он тут рядом, как я уже говорил, в трёхстах метрах от опушки. Двигались мы под прикрытием амулетов «Скрыта» и «Тишины», поэтому о нашем появлении пока ни одна собака не знала.

    — Отставить отбой! Стройся! — приказал я, вернувшись в лагерь, и как только ученики собрались и построились в одну шеренгу, продолжил. — Слушайте боевой приказ. До опушки триста метров, ещё столько же до окраины деревни. Вам нужно незамеченными пройти или обойти деревню, проникнуть на территорию аббатства и выкрасть пленника, которого святоши привязали к столбу. С учётом того что он у столба находится явно не один день, обратно его придётся нести, «среднее исцеление» тут не поможет. Выкрасть его нужно так, чтобы святоши подумали, что он сам сбежал, никаких следов. Есть вопросы?

    — Когда выдвигаться и какая там охрана? — первым задал вопрос Мик.

    — Я сделал запись «Глазом», так что как только изучите её и скоординируете действия каждого бойца, тогда выдвинитесь. Охрана есть, двое часовых у ворот, оба из святого воинства, это значит, там есть боевое подразделение. Так же по территории бегают три пса, но пленника они не трогают.

    — Ясно — кивнул Мик.

    Получив запись, он отошёл в сторону и, достав самый обычный земной планшет, естественно из Мёртвого мира, перекинул на него запись и стал просматривать со своими ребятами, прикидывая, как они будут действовать. Сам я решил в операции не участвовать, пусть учатся работать и воевать без пригляда сверху. Мику это точно надо, повзрослел он очень быстро. Тем более операция не была сложной.

    Про планшет и перекачку записи с магического кристалла объяснить было просто, я смог сделать магический переходник, что преобразовывал сигнал на понятный микросхемам планшета.

    Я их даже подстраховывать не стал, забрался в десантный отсек бронетранспортёра и спокойно уснул. А чего мне волноваться? У каждого знания и опыт офицеров Мёртвого мира, так что нужно только применить знания на практике. Парни и девчата недолго пошумели на броне, снимая некоторые ящики и вооружение, а потом всё стихло, отчего я окончательно провалился в сон.


    * * *

    Разбудили меня перед рассветом, застучав прикладом по броне бронетранспортёра. Мик дождался, когда я, сонно зевая, вылезу наружу, скоро должно было рассвести, если бы не деревья мы бы точно увидели просветление с одной из сторон горизонта, и стал докладывать о блестяще проведённой операции. Надо сказать действительно блестяще проведённой. Боевая группа под командованием Мика выдвинулась к аббатству, стороной обойдя деревню. Собаки что там присутствовали, их не почуяли, так как они все обрызгались специальной жидкостью, что использовали спецподразделения Мёртвого мира. Добрались до забора, там снайперши отработали собак, используя специальную винтовку, к сожалению, она имелась в единственном экземпляре, и усыпили их на два часа. Потом по приставной складной алюминиевой лестнице парни под прикрытием девчат перебрались на ту сторону, и побежали в сторону столба, охрана на воротах им не мешала. Специальные бахилы на ногах не оставляли следов, а то ребристые следы от подошв берцев могут навести святош утром на необоснованные подозрения, всё же слухи обо мне разнеслись по всему континенту и святоши приняли меры. Жгли людей и инакомыслящих, ну и меры безопасности приняли, это тоже конечно было. Курьер рассказал, к сожалению, он знал местные новости, а что происходило в столице, только слухами, а они разнились. Одно известно, новый король сел на престол и начал наводить свои порядки, какие именно пока не известно.

    Парни добрались до столба, и начали развязывать верёвки, резать нельзя, это слишком заметный след. А так развязали парня, не забыв наложить на него с помощью амулета два заклинания «среднего исцеления» отчего он даже сам побежал к забору, ну следы за ним подтирали, маскируя. Дальше ещё проще, помогли быстро теряющему силы пленнику перебраться через забор, то что он выдул пол ведра воды ему не помогло, после чего Мик забросил пленника себе на плечо и побежал к нашему лагерю, остальные свернули лестницу и, нагрузившись, последовали за ним. На всё про всё ушло едва два часа.

    — Молодцы — похвалил я своих учеников, хотя сам считал, что операция была плёвая и не особо трудная, но вот то, что мы будем делать через несколько часов, потребует куда больших сил. — Всем отдыхать, спасённым я сам займусь.

    Пока ученики устраивались в спальниках, я прошёл к пленному он полусидел у заднего колеса бронетранспортёра, облокотившись на него. Приложив к глазу кристалл амулета, я определил, что передо мной инициированный, но не обученный одарённый. Слишком сильно от него разило маной. Похоже, о детской сетке он ни чего не слышал.

    Мик не отправился вместе с остальными спать, хотя и заметно устал, так как знал, что перед операцией я использую медицинский амулет, и сна и усталости ни у кого не будет ни в одном глазу.

    — Кто такой? — спросил я у освобождённого парня. Мик тут же перевёл мой вопрос.

    — Элиос Ди Жерон, виконт Ди Жирон, сын маркиза Ди Жирона наместника южной провинции Жирон — перевёл мне Мик и тут же стал задавать парню вопросы, переводя мне. Тот продолжал устало сидеть у колеса, изредка отхлёбывая из фляги или откусывая от плитки шоколада. «Среднее исцеление» его подлечило, так что он мог есть и пить сколько захочет, без медицинских ограничений.

    За десять минут мы узнали всё что нужно, поэтому отойдя от парня, задумчиво стали рассматривать на сенсорном экране планшета запись сверху строений аббатства.

    — Детей держат тут — ткнул я пальцем в одно из приземистых зданий. — Любой обстрел они переживут, второй и третий подземные ярусы и бомбардировку выдержат, разве что кроме ЯВ. Как сказал Элиос, надзиратели сразу начнут резать детей в случае любого штурма, у них такой приказ. Ему можно верить, он тут больше полугода содержится. Поэтому слушай мой приказ. Готовь бойцов к бою. Через сорок минут вы выдвигаетесь и начинаете уничтожать святош всем бортовым оружием. «Шмели» подготовьте, будете жечь их прямо в зданиях. Тандемными работайте.

    — А вы?

    — А я немедленно выдвигаюсь к этому строению и в одиночку провожу его захват. Моя задача ликвидация надзирателей, всё же их там одиннадцать человек в смене, ну и оборона главного входа. Тут уже вы мне поможете. Всё, иди, поднимай всех — велел я.

    Отойдя к бронетранспортёру, я достал из десантного отсека рюкзак-однодневку и стал набивать его боеприпасами, не забыв запасное питание к радиостанции. Через пять минут на всех, включая меня, было наложено заклинание «Бодрствования», Мик стал готовить технику к бою, а я побежал по лесу в обход деревни в сторону аббатства. У меня было много работы. Блин, больше пятисот детей содержалось в казематах и подготавливалось к ритуальному сожжению. Среди святош вообще морально нормальные люди есть? Если и есть, то они попадут под одну гребёнку уничтожения, хотя в их реальном существовании я стал сильно сомневаться.


    * * *

    То, что в деревнях встают засветло я учёл, поэтому особо не удивился, что на улицах стали появляться люди. Кто выводил под узду со двора запряжённую в телегу лошадь, кто спешил к одному из постоялых дворов, видимо работал там, а кто и к воротам на территорию аббатства шёл.

    Обогнув деревню, я вышел на открытое пространство и скорым шагом направился к воротам. Шёл, а не бежал. На бегущего человека сосредотачивается всё внимание. На меня, конечно, обращали внимания, но пока не сообразили кто я такой, хотя может просто и не знали, описание моё конечно разослали, может, кто из местных святош читал, но вот сообщили ли его деревенским, вот этого я не знаю. Да и описание моё было примерное, узнал от курьера. Правда схожесть одна есть, моё предпочтение в одежде, вернее в форме Мёртвого мира. Например, сейчас я был одет как настоящий спецназовец, «цифра», высокие берцы на шнуровке, «броник», поверх него разгрузка, за спиной рюкзак, в ухе торчит гарнитура радиостанции, «калаш» висит на плече, да пистолет на бедре в тактической кобуре. Была ещё каска-«сфера», но она закреплена на боку, не хотел пока пугать местных совсем уж необычным видом.

    В принципе и так удивлял своим видом, все провожали меня удивлёнными взглядами, некоторые глаза выпучивали, но вроде пока не пугал. К воротам, а перелезать через забор, где были острые колья-шипы, мне не хотелось, я подошёл вместе с двумя женщинами. Охранник уже открыл ворота, но не уходил, его ещё явно не сменили. Собаки за забором не бегали, или ещё не пришли в себя, там снотворного им было на полчаса, или их уже увели в сабочатник, визуально я их не наблюдал.

    Видимо охранник и расслабился от того что я шёл спокойно, не демонстрируя особой агрессии, да ещё с местными, которые кстати на меня тоже удивлённо поглядывали. В глазах охранника, воином его язык не поворачивался назвать, зажглось понимание и узнавание, когда я уже вплотную подошёл к нему, метров пять осталось до ворот, видимо он узнал меня по описанию, но что-либо сделать не успел. «Грач» покинул кобуру и дважды тихо выплюнул пули, которые вошли в грудь и голову охраннику. Я уже однажды попадал на то, что у моего противника под одеждой была кольчуга, и не хотел повторения, так что всегда теперь делал контроль в голову.

    — Пошли отсюда — рукой махнул я, отгоняя застывших ступором женщин.

    Они естественно меня не поняли, местный язык я учить не собирался и не знал его, но та, что постарше, соответственно поопытнее, взяла напарницу под руку и потащила её прочь. Впрочем, та сама стала быстро шевелить конечностями, хотя я больше не обращал на них внимания, проходя на территорию аббатства, не кричат и ладно.

    По посыпанной песком дорожке я направился к нужному зданию, придерживая автомат локтём, чтобы он не покачивался. Так-то я «РПК» предпочитал, но перед началом операции сменил его на автомат с подствольником, он тут предпочтительнее. Святош стало появляться из зданий всё больше и больше, видимо у них служба началась, ну или что-то подобное, не знаю, их традициями не интересовался, поэтому на меня стали обращать внимание.

    Конечно же, ни о какой тихой операции речи не могло идти, мне лишь нужно дойти до дверей верхнего этажа каземата, бывших винных погребов, если они заперты, взрывчатка наготове и, заблокировав вход, спуститься вниз для ликвидации охраны из надзирателей. А святош уже мои ученики будут отстреливать. Они это любят, уж я-то знаю.

    Меня пытались дважды окликнуть, но я не обращал внимание, мне главное дойти до открытых дверей каземата у входа в которые стояло двое святош, а там дальше уже превращусь в машину для убийства, пока же я никого не трогал. Терпел, хотя палец так и чесался нажать на спусковой крючок автомата.

    У меня всё получилось, видимо святоши никак не могли осознать того факта что я, их истинный враг, нахожусь на территории их аббатства, хотя наружу уже за это время высыпало порядка пятидесяти голов. Сблизившись с теми двумя, что стояли у входа, я выхватил пистолет и четырежды выстрелил, по привычке потратив на каждого по две пули. Вот тут-то и началась паника и поднялся вой и крики, но их заглушили первые далёкие выстрелы автоматической пушки «БМП» и крупняка «бэтра», но я уже заскочил внутрь каземата, закрыл тяжёлые створки, и опустил довольно толстый брус в пазы. Всё, без тарана эти двери не вынести. Более того, я ещё и растяжку поставил на брус. Мало ли какой надзиратель сможет сбежать от меня и попытается уйти. Хотя конечно вряд ли это произойдёт. Надев амулет-монокль, ответственный за сканирование всего, на что падал мой взгляд, а также настроенный на автоматический поиск живых существ, я стал спускаться вниз. Кстати, живые существа мне попадались часто. Крысы. Уже штук восемь заметил, пока обследовал комнаты верхнего этажа. Сволочи, пугают детей как могут.

    На верхних этажах было одиннадцать святош, часть спало, толстые стены неплохая шумоизоляция, часть начала просыпаться от грохота выстрелов пушек. Ни тех ни других это не спасло, пистолет постоянно работал выплёвывая стрелянные гильзы. Одного святошу, или старшего или местного завхоза, я не просто так шлёпнул, я выгнал из его постели двух перепуганных девочек лет восьми и десяти на вид, судя по следам на их телах насилие произошло, укрыл их в соседней комнате и связал святошу. У меня на него ещё есть планы, а пока нужно поспешить.

    Спустившись по лестнице на нулевой уровень, я отстрелял часть надзирателей, судя по амулету, взрослых живых на этом этаже не ту, и поспешил дальше, к другой лестнице, что вела вниз. Там внизу ещё не обеспокоились. В казематах стояла полная тишина, да здравствует глушитель и толстые стены, бойня наверху была не слышна.

    Тут тоже всё прошло благополучно, играющие в карты надзиратели, а их было трое, даже не дёрнулись, а словив по две пули, так и улеглись за и под столом. Просканировав амулетом все закутки, я понял, что живых святош в этом здании и на его подземных уровнях не осталось. Ну кроме того что я оставил связанным в своей постели конечно.

    Остановившись у стола с ликвидированными надзирателями, от них шёл запах давно немытых тел, пролитого слегка прокисшего вина и крови, я задумался. Выпускать ли мне вот так вот сразу всех детей?

    — Выпускать — пробормотал я, кивнув самому себе.

    Подойдя к надзирателям, я взял стоявший на столе деревянный явно вырезанный ножом подсвечник на две сечи, обе горели, и направился к ближайшей двери. Амулет показывал, что в нём закрыты в основном более взрослые особи, малышня была закрыта в других камерах. Что мне не нравилось, многим из детей вряд ли было больше трёх лет. Ну вот как так можно-то?

    Открыв смотровую щель, я заглянул в камеру поморщившись от той вони, что шла изнутри. Там было двадцать шесть парней в возрасте от четырнадцати до пятнадцати лет, видимо тут содержали самых буйных, потому как в остальных камерах все были перемешаны, малыши и более взрослые, девчата и пацаны, видимо на пол тут особо не смотрели. Пихали как есть.

    Свет от огня свечей немного осветил камеру, позволяя мне рассмотреть грязную солому и лежавших вповалку подростков. Я так подозреваю, что дворянин был из этой камеры. Он сказал, за что попал на столб, за то, что плеснул в рожу надзирателю свои фекалии, жидкие. Тому это не понравилось и он со своими помощниками сперва вдоволь наизгалялся над ним, а потом по приказу старшего в аббатстве его привязали к столбу. В назидание так сказать.

    Мик записал на диктофон пяток фраз, всё же местный язык я не знал, поэтому вставив ключ в замочную скважину и трижды его повернув я распахнул дверь и, глядя на зашевелившихся, на грязной соломе таких же грязных парней, достал диктофон из кармана и, выслушав сначала перевод, включил нужную запись. Там был короткая речь. Мик сообщал, что пленных освобождают и что им нужно оказать мне всю возможную помощь.

    Надо отдать должное двум парням. Они соображали быстро, не смотря на полусонное состояние, сразу подскочили ко мне, внимательно меня разглядывая. Протянув им связку ключей, я указал на остальные камеры и махнул рукой, мол, открывайте. Остальные меня не интересовали, развернувшись, я направился обратно, только оставил подсвечник на столе рядом с убитыми надзирателями, это был единственный источник света на этом этаже.

    Поднявшись выше, я осмотрелся, тут уже было куда светлее. Нет, окон не было, были факелы и свечи, которые также находились подсвечнике на столе надзирателей. В этот раз, сняв связку с пояса, я подошёл к ближайшей двери. К моему удивлению, когда я распахнул дверь, то понял что содержаться тут одни девушки, причём от двенадцати до пятнадцати и в неплохих условиях, солома чистая, были даже одеяла. Да и девчата на мордашки были симпатичные.

    — Понятно — со вздохом пробормотал я. — Кто-то себе гарем организовал, пока девчат на костре не сожгли… Твари… Подъём, вставайте, свобода пришла!

    Пару раз хлопнув в ладони, я отошёл от камеры к другой двери. Тут на лестнице появились первые парни из камеры, которую я открыл на нижнем этаже, поэтому махнув рукой, протянул ближайшему ключи и, указав на камеры, чтобы он начал открывать их, направился к лестнице, ведущей на верхний наземный этаж. Пора узнать, что там происходит. В здании можно попасть только через закрытый мной вход, окна узкие, с возможностью держать оборону, так что мы пока в безопасности. Поднявшись наверх, я только выругался. Похоже, святоша как-то развязался, хотя я связал его неплохо. У дверей ворот лежало нашпигованное осколками тело, того самого которого я застал в постели с девочками. Сработала растяжка. К счастью тот не успел вытащить брус, так что я подошёл к окровавленному телу, тот к моему удивлению ещё был жив, за шиворот мантии оттащил его в сторону и, подойдя к воротам, открыл щель для наблюдения, при случае тут из лука можно огонь вести и осмотрел внутренний дворик. Да уж, Помпея. Сад и газон был перепахан гусеницами, «БМП» ту явно повеселилась, была видна корма «бэтра», который вёл по кому-то огонь, по кому я не видел. Ярко полыхало два здания. Ничего себе, сколько всего произошло, пока я отсутствовал пятнадцать минут, освобождая детей. Заметив движение в окне ближайшего здания, я отправил туда гранату из подствольного гранатомёта.

    Тел святош в прямой видимости хватало, часть были уничтожены огнём бронетехники, часть была явно подавлена гусеницами. Я смотрю, мои ученики развлекались тут вовсю.

    Вот показался «БМП» который пятился кормой назад и кого-то отстреливал одиночными выстрелами. Заметив за углом ближайшего здания, как появились двое святош, я вскинул автомат к плечу и срезал их короткой очередью. Следующий двадцать минут я так и стоял у дверей, наблюдая за всем, что происходит снаружи, изредка открывая огонь или выпуская гранату из подствольника. Зачистку мои ученики проводили жёсткую, очень жёсткую, так что потихоньку численность святош подходила к концу. Причём их сознательно выкуривали из зданий. Используя зажигательные снаряды Мик поджигал здания, а потом совместно с экипажем «бэтра» обстреливал всех кто как тараканы пытался их покинуть. К сожалению, среди них были и дети. Только непонятно, жертвы из одарённых или дети самих святош. Живых не был, пуле или снаряду всё равно кого уничтожать. Били наводчики по всем.

    За то время пока я контролировал ворота, наверх начали подниматься дети, как их тут называли, Проклятые. Те, что постарше уже успели обыскать все комнаты, найти съестное, поделиться с малышнёй, и даже вооружиться колюще-режущим, остальные пока были на нижних этажах. Пяток парней и одна девочка пытались подойти ко мне и поговорить, в прямой видимости кроме них никого не было, но я лишь не отрываясь от наблюдения, включал запись диктофона, где голос Мика успокаивал их, прося подождать окончания боевой операции.

    В широком коридоре, что вёл от входа сторону жилых помещений и лестницы вниз, находились только эти самые старшие из детей, остальные пока прятались внизу. Хотя головы любопытных то и дело мелькали на лестничной площадке. В основном там была всякая малышня.

    Ожидание длилось недолго, буквально минут через десять рядом остановилось «БМП», сверху он был чистым, а вот на гусеницах и на бортах были следы, чёрные, кровавые покрытые пылью. Машина явно не раз давила святош. Верхний люк бронемашины откинулся, показался танковый ребристый шлем, и Мик легко спустившись на землю, подбежал к створкам, ударив по одной из них прикладом своего автомата. Убрав брус, я открыл одну створку. Все дети, что мелькали в коридоре, испарились, но голов на лестничной площадке прибавилось на порядок. Они с интересом смотрели, как внутрь прошёл Мик, и чётко вскинув руку к виску, стал докладывать:

    — Товарищ командир, ваш приказ выполнен. Проведена полная зачистка территорий аббатства. Ушло десятка два святош, но это из-за недостатка средств усиления и личного состава задействованного в ликвидации святой банды.

    — Ничего, будет у нас личный состав и, похоже, немало — кивнул я в сторону лестницы. — Иди к ним и объясняй что случилось. Упирай на то, что тех, кто захочет, мы заберём с собой, а тех, кто пожелает остаться, сделаем простыми людьми, заберём Дар, и они престанут быть Проклятыми. После этого они могут отправиться домой. Сами, тут мы им ничем не поможем.

    — Вопрос есть.

    — Задавай — кивнул я.

    — Сколько вы хотите забрать с собой и сколько вам не нужно? Говорить можно по всякому, могу сделать так, что все за нами пойдут, а могу так, что никто не захочет.

    — Говори честно, пусть сами решают, что и как им делать. Большая часть из них дети, но право выбора я у них отбирать не хочу. А по количеству скажу так, сколько бы то ни было, всех возьму. Я тут пробежался амулетом, много средних, немало и сильных одарённых. Тут, похоже, собирались самые сливки. Нужно узнать почему. Всё, работай, я наружу пошёл. Сейчас Одну пришлю, она поможет наладить контакт с девчатами.

    — Хорошо — сбив шлем на затылок, кивнул Мик, и посмотрев в сторону лестничного пролёта вздохнул. Работы ему предстояло много.

    Вызывав по рации Одну, она была наводчиком на «бэтре» я вышел наружу пропустив мимо тонкую фигуру девушки и подошёл к одной из бронемашин, после чего по скобам поднялся на броню и сев на башню внимательно осмотрелся. Да, аббатство полыхало и тошнотворный запах дымов начал расползаться повсюду. В дыме явно преобладали нотки горелого человеческого мяса. Приятный аромат, если знать, кто сгорел.

    — О, так это кухня, оказывается — посмотрел я на другое соседнее здание.

    Судя по всему, там действительно была кухня и столовая, видимо там готовили еду для святош и всякую бурду для детей. Тут не готовили нормальную пищу для тех, кто всё равно скоро сгорит на костре. Из башни показалась головка девушки, Олии, второй нашей снайперши, она была наводчиком на «БМП» на котором я находился.

    — Вон там каменная Стелла, именно там жгли всех, кто имел Дар — указала она в сторону чёрного закопчённого камня.

    — Впечатляет — кивнул я со вздохом. — Сколько же тут детей невинных загубили сволочи… Как прошла операция? Рыцари, паладины были?

    — Рыцарей десяток, паладин всего один. Но я его не видела, Одна из «КВПТ» отработала. По рации сказала, что его аж разорвало. Пулям и снарядам всё равно кого рвать пополам, простого святошу или этих подонков.

    — Интересно, почему столько сильных детей привезли именно сюда?

    — Так виконт же рассказал — удивлённо посмотрела на меня девчушка. — Ему несколько раз предлагали стать паладином. Да и так использовали. Вон в том зданий большой камень накопитель, у всех детей инициировали пробуждение Дара с помощью амулетов и водили к нему, чтобы они его заряжали.

    — Вот оно что — протянул я. — Значит тут идёт обработка детей меняя их представление о святошах, заодно опустошая личные резервы, а потом тех кто отказался, сжигали, а тех кто согласился, отправляли в то место где обучались паладины. Кстати, он не знает где это?

    — Не знает. Хотя его сперва туда отправили, а поняли что он против, перевезли сюда. Учебный центр находится где-то в лесу, это всё что он знает. Перевозили его в закрытой повозке.

    — Узнаем ещё, мне нужно это место.

    Посмотрев в сторону дальнего забора, там на кольях висело несколько тел в плащах святош, я поинтересовался:

    — Как вы часть упустили то?

    Девчушка виновато шмыгнула носом, но пояснила:

    — Я перезаряжалась как раз, когда они скопом рванули, а Одна на другой стороне у сада работала. Часть мы гусеницами подавили, часть я успела срезать из ПКТ, который перезарядила, но около двадцати ушло в лес. У них раненые есть, я долго стреляла им вслед.

    В это время из соседнего люка показалась голова мехвода, в таком же ребристом шлеме, он сообщил наводчице:

    — Всё, я перезарядил и пушку и пулемёты.

    — Спасибо Том — поблагодарила Олия.

    — Ладно, ты контролируй тут всё, а я пока пройдусь до местной тюрьмы, узнаю что там Мик с Одной успели сделать.

    Спрыгнув на изувеченную гусеницами землю, я поправил ремень автомата и направился к широко распахнутому входу. Вполне возможно мы не всех перебили святош, а те детей понятное дело не жалеют, поэтому общение с бывшими узниками происходило в коридоре на нулевом этаже этой тюрьмы для Проклятых. Спускаясь по лестнице, я всё чётче и чётче слышал уверенный и хорошо поставленный голос Мика, который продолжал что-то вещать на своём языке. Хотя нет, спустившись вниз, я понял, что тот отвечает на один из заданных вопросов, просто делал это слишком долго.

    — О чём это он? — тихо спросил я Одну, что стояла на нижних ступенях лестницы рядом с лейтенантом. Так их было видно издалека.

    Коридор тут был широк и длинный, поэтому вместил всех освобожденных узников, а было их тут порядка пяти сотен, никак не меньше. Причём даже малыши внимательно слушали Мика, не было не плача ни стенаний, полная тишина. Хорошо надзиратели их выдрессировали.

    — Описывает, как с вами жить, хорошо или плохо. Говорит что всем доволен и не разу не пожалел что отправился с вами, Учитель. Я уже подтвердила его слова, я так же считаю. Это мой шанс выжить и стать сильной, и я его не упущу.

    — Он же так всех с агитирует ко мне идти?

    — Нет, не с агитирует. Он сначала рассказал всем, что может лишить их Дара Проклятого. Это их проклятие и многие прыгали от счастья, что могут избавиться от Дара.

    — Как им мало надо для радости — грустно пробормотал я. — Я тут плачу, что Дара лишился, а этим лишь бы от него избавиться. Вот где справедливость?

    — А нельзя у них Дар забрать и передать вам? — спросила Одна. Мик в это время на миг прервался, ему задали очередной вопрос, и он видимо начал на него отвечать.

    — Я уже думал над этим. Это невозможно по сути. Дара лишить возможно, просто обрезав все нити от ауры, надо сказать ювелирная работа, а вот заново прирастить нет. Нет, это возможно, но лишь с привязкой от тела. Извлечь Дар из тела, и он развеивается. Я много думал об этом, вполне возможно в будущем выход будет найден, но пока я его не вижу… Хм, кстати, все дети имеют пробужденный Дар, им провели насильственную инициацию. Даже той двухлетней крохе, которую держит на руках паренёк.

    — Батарейки?

    — Батарейки — кивнул я.

    В это время Мику задали очередной вопрос, причём задавало несколько, но он выбрал один, а я отошёл в сторону и зашёл в ближайшую камеру. Меня там кое-что заинтересовало. Кстати, Мик вызвал фаербол и продемонстрировал его всем детям, а потом им прожёг дыру в одной из стен.

    Обо мне вспомнили только через полчаса и зашедшая в камеру Одна обнаружила что я стою упираясь о стены под потолком в углу камеры и что-то царапаю ножом.

    — Что-то случилось, Учитель? — заинтересовалась Одна.

    Спрыгнув с двух метров на пол, я убрал штык в ножны и направился к выходу, поправляя оружие и амуницию.

    — Да, кое-что нашёл и это кое-что очень интересное — закачивая отряхиваться, в камере было грязно, кивнул я. — Это не просто камера, это к твоему сведенью самый настоящий магосборник. Тут собирались магия со всех детей, и куда-то отправлялась по магическим линиям. Думаешь, почему они все спокойны и квелы? Потому что их внутренние резервы опустошены. Тут наверняка и смертность большая. Не знаешь, сколько в пустых камерах осталось мёртвых детей?

    — Нет, не знаю.

    — Вот и я не знаю.

    — Тогда почему их водили к тому накопителю для его зарядки?

    — Наверно так было быстрее, другие накопители опустошены — пожал я плечами. — Сейчас не проверишь, все здания горят… Ну что, Мик закончил?

    — Да, он дал им время на раздумья. Нам уже можно подниматься наверх?

    — Да, занимайте места в бронемашинах, будем страховать детей. Кстати, согласные отправиться с нами есть?

    — Есть, пока немного, но есть. Это из тех, что пострадали от рук святош и хотят мести. Ну и у кого семей не осталось.

    — Вот это не хорошо. Мне ученики нужны, а не мстители. Ладно, пошли наверх, там разберёмся.

    Мы поднялись первыми наверх, дети потянулись за нами. Думаю только то что они действительно были квелыми и магически опустошёнными, именно поэтому вид кровавого зрелища на территории аббатства не вызвало особой паники или криков, пяток совсем мелких заплакали от непонимания, но те что постарше даже радовались. Кстати, про тех двух девчушек я не забыл, освободил их из запертой комнаты.

    Для того чтобы нормально пообщаться я вывел детей к озеру. Деревенские нам не препятствовали, да и не видно их было, более чем уверен, что большая часть попряталась по погребам, да и продолжавший висеть над аббатством «Глаз» это подтверждал.

    Да-а, всё же пользоваться этим заклинанием с помощью амулета это не то что самому, магией, там приходит вся информация автоматически, и ты посекундно знаешь всё, что происходит в зоне действия «Глаза», а амулетом когда пользуешься, нужно постоянно его активировать чтобы узнать новости. Так что, проверив, я узнал, что деревенские частью разбежались, некоторые помогали святошам спрятаться, часть ушла в лес, часть попрятались по погребам.

    — Мик — подозвал я ученика. — Отправь двух бойцов по этим координатам, там четверо святош прячутся в погребе. Требуется их зачистка.

    — Гранатами закидаем да и всё — кивнул тот, изучив координаты предоставленные «Глазом». После этого он отозвал парня из моих учеников и девушку и отправил выполнять приказ, в «броне» пока сидело по одному моему ученику, да и то в креслах наводчиках, контролируя все окрестности у озера. Ну а мы занялись освобождёнными узниками. Пока большая часть детишек мылась в озере, все были грязны, мои девчата и парни страховали их сидя в башнях бронемашин. Обе машины стояли с разных сторон озера, так контроль получался шире и больше. Зона охвата увеличивалась.

    Мик оказался прекрасным оратором, он пояснил, что те у кого семьи в порядке и их примут обратно, то лучше вернуться домой, их лишат Дара. А тех, у кого семей нет или эти семьи сами продали их святошам, могут отправиться с нами. Кто не желает, мы лишим магии по его просьбе и отправим на все четыре стороны.

    — Про одежду не забудь — велел я Мику, когда тот на миг прервался.

    — Что?

    — Их одежда финт от маны. Когда я лишу их Дара, их смогут найти по этой фонящей одежде и принять за Проклятых. Посмотри на них сам «истинным зрением».

    — Точно, фонят — через пару секунд ответил тот, щуря глаза. Понять его можно, для него вся эта группа детей в «истинном зрении» как близкое солнце, смотреть трудно.

    — Именно. Так что не забудь им сказать об том. Если что, заставим деревенских поделиться одеждой. Они для нас никто и звать их никак, а эту лучше сжечь.

    — Понял, сейчас скажу…


    * * *

    У аббатства мы задержались на четыре часа, а это непозволительно много. Но задержка была вынужденной. Всё же определившихся со своей дальнейшей судьбой было много. Около трёхсот детей я лишил Дара по их просьбе с помощью шкатулки епископа, той самой, которая лишила магии меня. Научиться её использовать было не трудно, там ручное управление. А вот сто девяносто три ребёнка, от совсем крохи до почти взрослого шестнадцатилетнего парня решили отправиться со мной. Ну как решили, альтернативы у них не было, семей тоже. Идти не куда. Я для них был единственным шансом. А я понял что всё, это засада, которую я не ждал. Одному мне столько одарённых просто не поднять, кадров пока не было, помощников. Старшие ученики требовались, а у меня их было на пересчёт. На всех не хватит. Да и те что были, только-только сами стали учениками.

    После недолгих раздумий я понял, что выбора у меня всё равно нет, и придётся использовать то, что было в наличии, моих первокурсников учеников. Конечно, часть малышей ушли со знакомыми и родственниками, которые обещали отвести их домой, но всё же и на мою долю их было немало, да что немало, мне досталась большая часть малышни. Многих просто не знали куда их вести и есть ли у них семьи. Так что либо я их брошу, либо они сгинут в этом королевстве, другого не дано. Я же даже выбор перед собой не ставил. Я может и сволочь, но подонком никогда не был и детей взяв под свою руку, никогда не брошу. Характер не даст и чувство ответственности.

    Пока те дети, которых я уже лишил Дара грабили аббатство и деревенских, отбирая у них одежду и избавляясь от своей, кстати, виконт тоже был лишён Дара, я на свободной площадке развернул один из своих складов. Это был не современный склад, а времён отечественной войны, один из тех, что я прихватизировал, когда попал в мир Сталина и Гитлера, поэтому и то, что там хранилось, соответствовало эпохе. Выбор пал на него из-за техники, что там хранилось, там было её самое большое количество. Хотя сам склад был имущественный, с продовольствием, вооружением и формой.

    — Готово, командир — сообщил подошедший ко мне Мик, когда я открывал створки склада.

    Сразу у ворот стоял грузовичок, был виден задний борт тентованной «полуторки» и номер на ней. Склад ранее принадлежал советским войскам, впоследствии захваченными немцами. Так что внутри находилось две или три советские машины и пяток немецких, точно не скажу, но то, что среди машин был топливозаправщик — это я помнил точно.

    — Отлично, идём — повернулся я к нему, и мы направились в сторону отдельной группы парней и девушек, к тем, кому было двенадцать и выше. То есть мне нужен был личный состав, но предварительно я собирался принять магическую клятву ученика учителя. Кстати, клятву с моих действующих учеников я взял не сразу, а чуть позже.

    Мику и Одне я дал задание разделить своих будущих учеников на три группы. Первая, мне нужен был личный состав, там были только подростки. Кто-то же должен управлять машинами и охранять конвой. Вторая, разделить на вторую группу, из детей помладше, обязанность которых следить за малышнёй. Третья, эта группа, из малышни, их пока просто нужно отделить от остальных и пересчитать, записав данные. Одна как раз этим занималась, расспрашивала, как зовут очередную кроху и откуда она, записывая в офицерскую тетрадь. Не все могли ответить на эти вопросы, но хоть имена узнавали.

    По старшей возрастной группе я могу сказать так, у меня стоял выбор или учить их русскому языку, но потом потребуются пять дней простоя пока знания устраиваются, или учить военным знания, дать тех же знаний офицеров десанта и спецназа. Да, я помню, как учил советских бойцов и командиров за раз сразу немецкому языку и давал им опыт и знания, но там другое и вмещалось всё в один кристалл-амулет. К тому же там были взрослые, а их обучать легче и можно сразу внедрять два вида знаний. У детей сложнее, так часто делать нельзя. К тому же я там был в виртуальном мире-сне, в реальности пришлось учить или одному или другому, так и тут. За раз всему не научишь, нужно время для освоения, поэтому я решил старшую возрастную группу учить воинским знания и умениям, всё равно ими будут командовать мои старшие ученики, что прибыли сюда со мной, а я уже ими, среднюю возрастную категорию сразу обучу русскому. Малышню пока трогать не буду, им ещё расти и расти, главное вывезти отсюда.

    Дальше я работал как на конвейере. Мик уже объяснил, что будет происходить, так что подростки, как парни, так и девчата при моём приближении ложились на траву и дожидались, когда я коснусь их лба тем или другим амулетом. А как же, мне ведь нужны водители, стрелки, сержанты и танкисты. Мик провёл опрос, выделил лидеров, таких было восемь, им я внедрил знания офицеров. Остальные получили знания и опыт сержантов-контрактников, которые этим опытом поделились со мной. Девчата в основном стали снайперами, водителями и наводчиками для бронетехники, парни десантниками, командирами, операторами оружейных систем. Даже была одна группа из пяти парней, которым я дал знания разведчиков, одному из них внедрил знания офицера-взводного.

    За двадцать минут обойдя куцый лежавший строй из учеников, присягу я у них принял, магически засвидетельствовав это амулетом, и направился к средней возрастной группе, вот их было больше. Тех, что повзрослее и фактически вступили в мои вооруженные силы было всего тридцать девять, вот средней возрастной группы было за сотню, остальное малышня.

    Один из моих учеников, Юлий, он мехводом был на «бэтре» убежал на склад, я его поставил ответственным за выдачу имущества, отправив на его армейский планшет информацию по этому складу, что и где лежит. Одна занималась малышами, двое сидели на месте наводчиках в бронетехнике, Мик возился со старшей возрастной группой. Только средняя возрастная группа пока контролёра не имела, некого мне к ним было направить. Вот эту группу учить воинским премудростям я не спешил, а приняв присягу, стал учить только русскому, причём всех. Заняло это у меня всего десять минут. Это было не сложно, подходить к каждому и касаться лба. На сорок третьем амулет разрядился, я достал следующий и продолжил. Закончив, я проверил их состояние диагностическим амулетом и только после этого поспешил к складу, где уже толпилось пяток учеников из старшей возрастной группы.

    Мик поступал просто, когда кто-нибудь приходил в себя, он подходил к нему. Велел не вставать и протягивал пистолет, приказывая провести неполную разборку-сборку. Часть тупо крутили пистолет в руках, знания ещё не освоились, поэтому Мик переходил к следующему. Те, кто выполнял его приказ, он отправлял к складу, вооружаться и переодеваться. Юлий один не успевал, поэтому там и начала образовываться толпа. О средней возрастной группе я не думал, когда первые начнут приходить в себя, они должны будут подходить к Одне для дальнейшего инструктажа, им заранее сообщили об этом.

    — Что у тебя? — спросил я Юлия, подходя к воротам склада.

    — Форму образца сорок первого года я выдал, проблема с фурнитурой — стараясь отдышаться, пояснил тот. — Они получили современные знания, а форма и оружие устаревшие.

    — Ясно. Там на верхних стеллажах коробки, в них уставы, там прописано, что, кому и куда пришивать. Знаки различия я смотрю, у тебя в наличии есть. Мик уже определился, кто кем будет?

    — Да, все рядовые, только разных родов войск, а те кто получил офицерские звания, получат от меня треугольники сержантов. Пока они все стажёры.

    — Хорошо — согласно кивнул я и, окинув взглядом своих новых учеников-подчинённых, как раз ещё двое подошло, спросил. — Водители есть?

    Юлий тут же перевёл мой вопрос. Как оказалось этого не требовалось, меня понимали. Выяснилось, русского они не учили, но уставы и всё остальное было на русском, поэтому меня понимали, но ответить не могли. Руку подняли двое, парень блондин лет пятнадцати на вид, и девочка лет четырнадцати.

    — Рядовой Косов — представился парень.

    — Рядовая Легуе — представилась девушка. Юлий перевёл её фамилию как Синица.

    — Форму и вооружение получите позже, сейчас ваша задача выгнать всю технику наружу и подготовить её к дальнейшему движению. Как подойдут остальные водители, они вам помогут. Всё ясно?

    — Так точно! — вытянувшись, хором ответили оба, причём на русском, Юлию даже переводить не пришлось. Действительно знания уставов и инструкций позволило им понимать меня.

    Конечно с «полуторкой» им пришлось помучиться, я подсказал насчёт заводной рукояти, и через пять минут машина задним ходом была выгнана наружу. Чуть позже за ней последовали остальные. Насчёт топливозаправщика я не ошибся, был он, причём с полной бочкой бензина.

    К этому времени подошло ещё четверо водителей, так что я закрепил за каждым его машину. С количеством я немного ошибся, было три советских грузовика, две «полуторки» и «ЗИС», четыре немецких грузовика, топливозаправщик и гробообразный немецкий бронетранспортёр «Ганомаг». Экипажи у нас уже были сформированы, поэтому получив форму, нижнее бельё, комбинезоны, шлемофоны, амуницию и личное оружие, всем я приказал выдать пистолеты, в данном случае «ТТ», карабины позже получат, я раскидал их по бронемашинам. Две тройки в «БМП» и «БТР», они уже осваивались с этой техникой, трое в «Ганомаг» вот этим пришлось тяжело, знания только современной техники, но ничего, осваивались, остальные сформировали автороту, два отделения десантников по девять-десять бойцов и группу разведчиков. Именно им я и передал «Ганомаг». Командирами я назначил своих старших учеников и они уже знакомились с подчинёнными и осваивались на своих должностях.

    Пока ученики осваивали машины, я посмотрел на водные процедуры, что проходили в водах озера. Дети отмывались, они ожесточённо смывали грязь с себя, выданными мочалками и кусками хозяйственного мыла. По берегу ходила Одна и специальным амулетом уничтожала насекомых в волосах, а они были практически у всех. Старшая группа учеников, что сейчас осваивала технику и оружие, уже помылись и прошли санобработку, так что были чисты, сейчас и малышей загоним в воду.

    Все десантники и разведчики были парнями, в форме с «ППД» и «Дегтярёвыми». Современным оружием я их пока не вооружал. Это тоже очень хорошее оружие. Девушки получили карабины «Мосина» со снайперскими прицелами, был один ящик с пятью единицами, всё и ушло. Из них был сформирован снайперский взвод под командованием Олии. Одна командовала авторотой и взяла на себя обязанности зампотылу.

    Пока старшие ученики строили новых подчинённых, пока просто гоняя их строем, чтобы те немного пообвыкли и недавно внедренные знания, наконец, усвоились, я занимался распределением младшей и средней возрастной группы по машинам. Как-никак их было не так и много. В принципе и дети были худыми, так что грузовики были заполнены полностью, даже места немного осталось. Десант, разведка и снайперы устроились на броне бронетехники. Конечно детям, а большинство были деревенскими, вон так вот поначалу шугались техники, а потом ничего пообвыкли, те что постарше получили знания, и так её не боялись. Привыкали, одним словом.

    Я уже особо не беспокоился тем, что мы протянули тут столько времени, в принципе есть чем встретить нам местных, так что уже махнул рукой. Слух о нас должен расползаться в сторону.

    Заметив, что на опушке появились цепью десантники второго отделения, я даже улыбнулся, в советской форме образца сорок первого года, с оружием, амуниций и даже в касках они выглядели как настоящие бойцы и командиры тех времён, только очень молодые. Я отправил их ликвидировать группу святош, что отошли вглубь леса и пережидали там пока мы не уйдём. Их «Глаз» засёк. Ликвидация прошла успешно, заодно десантники прочувствовали, что это такое огнестрельное оружие на примере в своих руках и похоже уничтожение святош доставило им немалое удовольствие. Мы уже были собраны, все сидели по машинам. Поэтому, как только показались десантники со своим командиром, одним из моих старших учеников, я скомандовал начать движение. Только головной «бэтр» взял правее от дороги и на миг остановившись, принял на броню пострелявших десантников, чуть позже он догнал колонну и занял своё место впереди. А метрах в трёхстах впереди шёл «Ганомаг» с разведчиками, как раз они въехали под тень деревьев на лесную дорогу. В общем, двинули. Наконец-то, а то от детского шума и гама у меня уже голова начала болеть. Чую моим старшим ученикам было тяжелее.

    Опыт с десантниками пострелявшим выживших святош был в плюс, я собирался провести учения с практическими стрельбами всем остальным, кто только ещё осваивал знания, личный опыт это совсем другое, чем теория. Разница велика и эту разницу нужно убрать практикой. Чую этой практики у нас будет вдоволь.

    Так что, оставив территорию аббатства с ямой от убранного склада неподалёку от озера позади, мы направились в путь, а куда нам двигаться дальше я уже знал. Была возможность допросить захваченных паломников на постоялых дворах, так что информацией я владел в полной мере.

    Конечно, всё происходило очень быстро. Освобождение, общение с освобождёнными, их выбор, мне досталась почти половина, взятие в ученики, хотя ни с кем из бывших узников я не беседовал и не пытался понять подойдёт он мне или нет. Как-то не правильно это. Бывает такое, просто пообщаешься с человеком, и возникает к нему резкая антипатия, я тоже не лишён этого греха, но взял всех. В принципе как учитель я мог расторгнуть магический договор учителя-ученика в одностороннем порядке, но надеюсь, это не потребуется делать. Пока же было не до того чтобы знакомиться со всеми, вернёмся на остров, сделаем, но не сейчас, на это просто не было времени. К тому же возникла шаткая ситуация. Я не мог отправить конвой в сторону океана, эсминца там нет, мы его с собой забрали, но и создавать временную скрытую базу на территории королевства тоже не очень хорошая идея. Обнаружат быстро, а мне потери среди детей не нужны. Поэтому после недолгого размышления я решил так и двигаться по землям королевства всем вместе, тем более сила у меня в руках сосредоточенна довольно большая и отбиться даже от армии, что уж говорить о святошах, мы были в состоянии.

    Топливозаправщик за рулем, которого я сидел, доверять руль неопытному водителю, что устроился рядом, на соседнем пассажирском месте, не хотелось, чуть позже доверю ему, но пока пусть освоит те знания, что были внедрены ему в голову, а пока он просто наблюдал за тем, как я действую. Так вот, управляя топливозаправщиком, я слушал эфир через гарнитуру радиостанции, у всех моих старших учеников были такие, у экипажей только штанные радиостанции их бронемашин. Командиром каравана я назначил Мика, он осуществлял общее командование, я же был контролёром, внимательно наблюдая за всеми его действиями. Пока Мик работал профессионально, пользуясь тем боевым и армейским опытом, что был ему дан.

    Мы въехали в лес и через шесть километров благополучно его преодолели, встретив разрозненные группы из детей бывших пленников и бывших одарённых. Три группы повстречали, что торопились уйти как можно дальше от аббатства. Но мы на них внимания не обращали, отрезанный ломоть, нам с ними не по пути. Дара у них теперь нет, да и отказались они присоединяться к нам. Особо наглая группа ехала на крестьянской телеге, отобранной у деревенских. Молодая кобыла резво бежала в постромках. Думаю, эти уйдут далеко, возможно их не поймают.

    Куда нам нужно двигаться, Мик был в курсе, поэтому на ближайшем перекрёстке караван машин повернул в нужную сторону и даже немного прибавил скорость, дорога это позволяла. Топлива в баках хватало, часть машин дозаправили, поэтому я рассчитывал проехать до наступления темноты километров семьдесят-сто, как повезёт, и встать лагерем. Дети не кормлены, им лишь сухпай выдали из галет и фляг с водой, так что будем останавливаться и готовить еду. В том складе, где мы взяли эту технику, форму, амуницию и оружие, за дальними стеллажами стояло три новеньких армейских походных советских кухни, но мы торопились, поэтому кухни так и остались на складе, а они нам бы пригодились. Ничего, доберемся до места, где разобьём лагерь, снова развернём склад, выкатим кухню, думаю, одной средней ротной хватит, да и продовольствием разживёмся и приготовим ужин. Одна этим займётся, небольшой санитарный взвод и хозвзвод из девчат ею уже были сформированы и, хотя в обоих пока было по три девчушки, помощников из средней возрастной группы мы им найдём, главное, что нужные знания они получили.

    Я строил армейскую систему общения как самую удобную по управлению таким количеством детей. Дисциплина и порядок, именно это мне и было нужно. Пока всё было не организовано, разве что боевые отрады, но они пока были сформированы можно сказать на словах, хотя во вовремя охраны каравана всё больше и больше осваивали те знания, что я им внедрил в голову. Средняя и младшая возрастные группы пока для нас были аморфными из-за усталости, не организованными, поэтому я собирался по прибытии на место начать организовывать отрады, поставив над ними старшими, именно эти старшие и будут ответственные за порядок и действия своих подчинённых. Короче говоря, работы предстоит много. Лично я будь у меня такая возможность, всю малышню и часть средней возрастной группы сплавил бы магам Тории, наверняка пост в той роще всё ещё действовал, но не судьба, управлять межмировым порталом я пока не мог. Очень жаль, так как именно на Торию мне и было надо, именно там имелись ингредиенты для магических лабораторий. В принципе я и сам алхимик не плохой, да что не плохой, хороший, но в этом мире нужных травок не было, вот и получалось, у меня выход, чтобы решить эту проблему, был один. Попытаться вернуться на Торию. Думаете это невозможно? Шанс конечно один из тысячи, но невозможным я его не считал. Тем более было два шанса, если мы попадём в Рай, на мою личную планету, так там тоже есть немалые запасы нужных зелий. Так вот, порталом пользоваться можно, собрать его и подготовить к переходу не проблема, тем более я уже озаботился зарядкой его накопителей, ученики к тому времени спокойно заряжали камни. Проблемы была только в том, что я не могу использовать портал, настраивая его, чтобы переместиться в какое-то определённое место, например на Торию или на Рай, то есть портал я мог активировать только в автоматическом режиме поиска мира, а куда, в какой мир приведёт автоматический поиск я не знал, но надеюсь, что всё же удача нам будет способствовать и мы попадём в один из тех миров, что мне были нужны. А дальше возвращение магии дело техники и времени. Главное чтобы нужное и подходящее тело было под рукой. Как раз за ним мы и ехали.

    Вряд ли кто добровольно отдаст мне своё тело, поэтому придётся искать тех, чьё мнение мне было не интересно, то есть, фанатиков паладинов. Двигались мы к одиночной крепости, где был один из центров по боевой подготовке паладинов. Всего в этом мире, на континентах что контролировали святоши, их было восемь, мало конечно, но и добровольцев-одарённых, которым они промыли мозги было не так и много. Однако всё же были.

    От аббатства, который мы уже давно покинули, до этого самого центра, по прямой было километров триста, и я надеялся, что мы преодолеем это расстояние дня за два. Завтра к вечеру уверен, будем на месте. Мик знал куда двигаться, центр располагался в пятидесяти километрах от столицы соседней провинции, в центре огромного леса. Так что двигались мы по дороге уверенно, карты местных территорий у нас были, добыли у паломников. По моему плану это была последняя акция, добываем паладинов, вяжем их, мне нужны подопытные, отбираю себе тело для замещения, причём такое, чтобы базовый уровень Дара у него был максимально возможный, не хочу быть слобосилком и на максимально возможной скорости двигаем обратно к побережью океана, а там эсминец и наш остров. Дальше подготовка к перемещению, параллельное знакомство с учениками, обучение, хотя бы детские сетки научить их носить и заряжать накопители и можно начинать прыгать вместе с детьми, тут я их оставлять категорически не хотел, по мирам в поисках нужных. Напомню, их было два.

    Через час, после того как мы покинули лес что окружал аббатство, Мик по рации приказал вставать на обочину и остановиться. Водители, которые впервые сели за баранку устали, у них было и моральное и физическое истощение, да и малыши тоже устали, многие хотели на горшок. Аккуратно, припарковав топливозаправщик на обочине, метров в десяти встав от заднего борта передовой грузовой машины, я заглушил мотор и, хлопнув водителя по плечу, указал на своё место, сообщив:

    — Дальше ты поведёшь, я подстрахую. А пока займись заправкой, думаю, разберёшься.

    Можно было не переводить, я уже знал, что он меня понимает. Тот кивнул, давая понять, что приказ понял. Пока остальные разминали ноги и отдыхали, из одной из машин достали три ящика с тушёнкой и начали из вскрывать, устроив по приказу Мика небольшой перекус, водитель топливозаправщика пересел за руль, неуверенно посидел пару секунд и электрическим стартером запустил мотор. Дальше он подгонял машину к грузовикам и даже бронетранспортёру, к тому что «Ганомаг», «БМП» и «БТР» были дизельными, и через шланг закачивал топливо в баки. Первые машины он заправлял неуверенно, что уж говорить, даже немного пролил, но с опытом приходило умение, так что заправил всю технику довольно быстро. Мехводы двух других бронемашин, заливали солярку в баки из канистр, хотя топлива в баках ещё было.

    Встали мы в чистом поле, Мик выбрал правильное место для остановки, всё вокруг было видно на много километров. За время пути у нас, конечно же, были встречи с местными, но мы на них внимания не обращали, лишь небольшой отряд святош не избежал нашего внимания. В общем, разведчики, что шли передовым дозором, успели пострелять, уничтожив шестерых конных, что сопровождали карету с каким-то чином в местной святой иерархии. «МГ» установленный на бронетранспортёре с шестисот метров скосил и всадников, и кучера и изрешетил карету. Причём командир экипажа, что стоял у пулемёта первым номером, стрелял из этого оружия впервые в жизни, так что первые очереди из-за стресса ушли в «молоко», но потом он взял себя в руки и короткими очередями положил всех. Чуть позже бронемашина сблизилась с местом боя и разведчики, покинув десантный отсек, добили раненых и собрали трофеи. Разведка была вооружена четырьмя «ППД», и одним «Дегтярёвым», лишь у командира и у пулемётчика было дополнительное оружие, по пистолету. Пистолеты были и у экипажа. В данный момент командир без напоминания Мика и командира группы разведчиков, которому был переподчинен, занимался чисткой пулемёта. Инструкция, правда, на немецком языке, по разборке и сборке оружия, у него была. Разберутся по картинкам.

    В это время ко мне подбежала девчушка лет десяти на вид и протянула два бутерброда. Это были галеты с толстым слоем тушёнки сверху. Как я заметил таких «официанток» бегало много вокруг, разнося пищу водителям и бойцам, малышня и так тусовалась в борта одной из машин, где и был организована временная столовая и где делались эти бутерброды.

    — Спасибо, Солнышко — поблагодарил я.

    Та улыбнулась так, как будто действительно засияло доброе солнышко, присела в крохотном ревансе и, развернувшись на голых пятках, понеслась обратно.

    Откусив кусок бутерброда, я стал задумчиво наблюдать за броуновским движением вокруг. Ничего не поделаешь, малышей и детей постарше хватало. Мик и остальные пытались навести порядок, но особо у них не получалось. Заметив, что лейтенант направляется в мою сторону, я покосился на солнце, до захода оставалось часа четыре, и дождался когда он подойдёт.

    — Разрешите?

    — Докладывай — кивнул я, снова откусив кусок. Есть действительно хотелось.

    — Думаю ещё часа полтора пути и нужно вставать лагерем. С этим табором нам далеко не уйти. Предлагаю сделать хорошо вооружённый и защищённый лагерь и выдвинуться к паладинам небольшой боевой группой, потом на обратном пути забрать малышей и можно выдвигаться к океану. Иначе они свяжут нам руки.

    — Я думал об этом — кивнул я. — Идея хорошая, в принципе стоит её обдумать… Вот что, лагерь мы организуем, причём где-то тут, рядом с водой, мы ведь удаляемся от побережья. Тебя я оставляю старшим в лагере, две трети подготовленных бойцов останутся также с тобой, а сам на «Урале» с отобранными учениками двину дальше. Много людей мне не нужно, трёх водителей и десяток бойцов хватит за глаза. Использую артефакт усыпления, вряд ли у святош есть защита против него, собираем всех спящих, отобрав тех, кто мне подойдёт для замещения тела, остальных уничтожим и вернёмся с пленными…. Да, думаю, лучше так и сделаем.

    — Учитель, а когда аббатство захватывали, разве нельзя было этот артефакт применить? Тогда бы ни один не ушёл? — спросил удивлённый Мик.

    — Можно было — пожал я плечами. — Но тут двойная система стандартов, и вас через бой прогнать хотелось, и артефакт работал широким спектром, то есть усыплял всех, детей тоже, а я не хотел терять время, чтобы будить каждого. Да и дальность у него так себе, максимум километр.

    — А, тогда да. Тогда правильно вы поступили… Когда выдвигаемся дальше?

    — Как все пообедают, так и выдвинемся. Как я успел убедиться, малышня уже вся поела, сейчас кормят среднюю возрастную группу, бойцы тоже получили свою долю. В общем, через двадцать минут начинаем движение.

    Мик отошёл, а я продолжил добивать второй бутерброд, подкрепляясь. Ко мне изредка подходили ученики из командиров, часть я отправлял к Мику для решения бытовых вопросов, часть решал сам. Двадцать минут пролетели быстро, все успели подкрепиться, многие не особо стесняясь, справили нужду, малышня так вообще насчёт этого не заморачивалась, так что через эти самые двадцать минут, погрузившись в машины, мы начали движение.

    Снова в полукилометре впереди двигался одиночный «Ганомаг» с разведчиками, им поставили задачу найти нормальное место для лагеря, где есть вода и удобно держать оборону. В голове колонны шёл «бэтр» с десантом на броне и во внутреннем отсеке, потом грузовые машины, включая наш топливозаправщик, где я был пассажиром, замыкал колонну «БМП» со вторым отделением десанта. Нормально шли, пока без аварий и жертв… Хотя нет жертвы были, я о них уже напоминал, это были святоши. Трофеи Мик изучил и сообщил, что добыли разведчики. В карете действительно был чин, средний, вроде главы храма, вёз он документы. Изучив их, Мик сообщил, что тот обычный ревизор, интереса для нас он не представлял. А мелкие трофеи расползлись среди бойцов и малышни. Что с тела взято, то свято, это был мой принцип, и ученики его поддерживали.

    Буквально через сорок минут, когда извивающаяся по полю дорога вывела нас к небольшому озеру, оно находилось сбоку от дороги, рядом с крохотной рощей, которая просматривалась насквозь, я отдал приказ по рации сворачивать к нему. Место было удобным, рядом холм, где можно поставить танк, чтобы он контролировал всю округу. Танкисты у меня были, тот самый экипаж «Ганомага» так что место действительно было удобным для лагеря. Правда у дороги находилась деревушка на десять домов, но от неё до озера было два километра, не помешает. А так мы такие населённые пункты, включая один городок, проехали с десяток, городок так вообще объезжать пришлось через брод. Конечно же, наше появление вызвало панику, но пока она разрасталась, мы к этому времени уже успевали благополучно скрыться.

    Свернув с дороги к озеру, мы проехали перед этим по единственной улице деревушки, и остановились на берегу. Парни и девчата-водители буквально выпадали из кабин. Для них работа шофёра была очень тяжёлой. Тем более первый день. Ничего, когда мы рванём к побережью, ещё освоятся, а пока могут отдыхать, справились с работой. Правда Мик так не считал, пинками загнал их снова в кабины машин и велел расставить технику в идеальную шеренгу. А «БПМ» с тремя десантниками отправил на холм, пусть там окапываюсь, делают капонир, остальные занялись организацией лагеря. Пока мой водитель, немного отдохнув, заправлял технику я отошёл чуть в сторону и развернул склад. Тот склад, где было имущество, утащенное мной из сорок первого года. Отделение десантников, прошло на склад и под присмотром Одны, которая и отвечала за питание лагеря, выкатили выбранную походную кухню. Уже были отобраны повара, то есть повар с тремя помощниками. Они начали отдраивать кухню от консервационной смазки, что была внутри, а повар командовал выделенными ему малышнёй, чтобы таскали сухие ветки, да по крепче. Повар была девушкой лет четырнадцати на вид, она получила знания армейского повара. Мне такой в Мёртвом мире всего один попался, но знания, было видно, пригодились, так как командовала эта девушка ну очень уверенно и профессионально, поэтому у кухни был порядок. Так же ей выделили имущество, вроде половников, вёдер чтобы таскать воду от озера, топора рубить ветки, ну и походных котелков. Про специи и продовольствие и не говорю. Та уже сидела и на тетрадке подсчитывала сколько нужно приготовить. Причём расчёты были сложными, так как малыши ели куда меньше взрослых.

    Средней возрастной группе и старшей эти котелки можно доверить, не потеряют, а вот младшие посеют. Кстати, пока склад был открыт, Одна стала в нём активно распоряжаться. Ладно, старших мы одели в форму маломерку, троим и взрослая подошла, с обычными размерами, а остальные-то ходили в рванье, так что стеллажи с формой были разграблены, нитки и иголки в руки и часть десятилетних девчушек не понаслышке знакомых с этой работой перешивали форму по размеру. Сапоги малых размеров тоже были распределены, остались только большие размеры.

    Одна записывала каждого ученика, что и кому выдавала. Первым что она выдала всем из старшей и средней возрастной группы — так это сидоры. В каждом было по армейскому котелку с кружкой и ложкой, нож разведчика в ножнах, полотенце, кусок тряпки на портянки, кусок мыла и трёхдневный сухпай. НЗ — так сказать. Это пока всё, что было выдано из имущества, форма расходилась медленно. Её хватало, но нужно было перешивать. Этим как я уже говорил занималась Одна. Мик же организовывал лагерь, в тени деревьев расставлял ровными шеренгами армейские палатки, проверял, как окапываются десантники по краю лагеря, готовя пулемётные точки, мешки им были выделены, вот они их и засыпали, делая брустверы. «Ганомаг» с разведчиками уехал, он должен был объехать окрестности, определить, что тут за местность и есть ли рядом серьёзные вооруженные силы. На обустройство лагеря я выделил ему две трети учеников из средней возрастной группы, другая треть, если не занималась пошивом формы, строила малышей, не давая им разгуляться.

    Убедившись, что движение в лагере имеет управляемый порядок, часть малышни купалось у бережка в озере, другая занималась тем, чем им велели, я отошёл к складу и вызвал другой, с современной техникой и оружием. Это обрадовало Мика. «БМП» он согнал с холма и отправил за рощу, где готовилась боевая позиция, а танк лично загнал на холм, вернётся экипаж «Ганомага», примет новую машину, а эту разведчикам передаст, тем более те более-менее освоили её. Тройка десантников, что окапывались на холме, пока постерегут боевую машину, тем более Мик поднял к ним наверх «АГС» и «ДШК». Более того Мик переодел всех бойцов в новую комуфлу «флору» и выдал уже современное и главное хорошо знакомое им оружие. Снова бойцы оторвавшись от работы по обкапыванию позиций, чистили от пушечного сала новое оружие, сдав старое, и примеряли, «броники» и разгрузки. Берцы и каски-сферы их тоже порадовали. В общем, в лагере был организованный беспорядок, который медленно перерастал в настоящий армейский порядок, всё же два десятка командиров, что следили за всем этим, своё дело знали туго и быт в лагере начал налаживаться, это радовало. Даже туалет организовали в стороне, поставили две наспех сбитые кабинки над такими же наспех выкопанными ямками. Уже весело дымила кухня, у которой суетился повар и его помощники, поэтому закончив осматривать «Урал» я выгнал его наружу и отогнал к остальной технике. Дальше мы поедем на нём. Вся бронетехника останется тут, я не хотел рисковать детьми.

    В стороне тарахтел дизель-генератор, Мик хотел всем бойцам и командирам выдать переносные армейские радиостанции, в бою они очень нужны для полного контроля всех и быстрого реагирования на разные ситуации, а так как переделанных под использование магических накопителей раций у меня было меньше десятка, вот он и поставил остальные на зарядку. Это тоже хорошие современные японские машинки с кодировкой сигналов, и аксессуарами.

    Вызвав Мика, я узнал, что он находится с другой стороны рощи, контролирует создание огневой позиции, поэтому пройдя ровную шеренгу палаток, я вышел на противоположную опушку, роща действительно была крохотной и просматривалась насквозь. На опушке я рассмотрел пулемётную позицию из мешков с землёй, где как раз устанавливали на треноге «Корд» рядом торчал короткий хобот «АГСа».

    — Что у вас тут? — спросил я подходя.

    — Сейчас ещё один ряд мешков уложим и будет готовая позиция — повернувшись ко мне, сообщил Мик. — Ещё хочу установить с другой стороны озера у позиции «бэтра», миномёт. На складе есть два стодвадцатимиллиметровых, вот одну позицию и сделаем. Корректировать можно с холма. Оттуда всё видно.

    — Почему один?

    — Так миномётчиков всего два — удивлённо ответил лейтенант. — Командир и наводчик.

    — Ах да, точно — поморщился я.

    Чуть в стороне, метрах в трёхстах стоял «БМП», он контролировал другой сектор вокруг лагеря, там тоже велись работы по обкапыванию, ну а «бэтр» стоял с той стороны, где находилась деревня, которую мы проехали. Пока оттуда любопытных не было, хотя наблюдатели с холма и засекли там какое-то движение.

    — Сейчас закончим тут, и я большую часть людей переброшу на другую позицию, а то там только дёрн сняли. Нужно до темноты закончить. Час всего осталось, не больше.

    — Это точно — согласился я. — Ты уже отобрал бойцов, что идут со мной?

    В этом я решил положиться на лейтенанта, который за этот не сказать, что спокойный день смог их хоть немного узнать.

    — Да, выделены три водителя и втрое отделение десантников под командованием сержанта Охна.

    — Так они же все не говорят по-русски. Из старших учеников значит, никого не хочешь мне выделить? — улыбнулся я.

    — Мне все нужны — упрямо склонил голову Мик, он заразился от меня полной ответственностью за детей. — Тем более выделенные бойцы всё понимают, хоть и не могут сказать. Если что свяжитесь со мной, я переведу.

    — Ладно, пусть так. Пока есть время, займусь бойцами, а то они фанят так что святоши за десяток километров почувствовать могут. Пора учить их создавать и носить детские сетки.

    — Хорошо бы успеть всех обучить — вздохнул Мик.

    — Реактивный какой, повезёт если четырех, а то и пятерых научу. Тут к каждому индивидуальный подход нужен.

    Я был доволен, Мик и остальные ученики без моего контроля справлялись, значит, им можно будет поручать отдельные дела, которые не требуют моего пригляда. Это радовало, так что покинуть лагерь завтра утром я собирался со спокойной душой. Более того, старшие ученики выполнили мой приказ, были организованы молодёжные дружины, взводы по армейскому образцу. Из средней возрастной группы три взвода по два отделения, в каждом по пятнадцать человек, старшими выбраны безусловные лидеры. Часть учеников из средней возрастной группы стали воспитателями малышни, там тоже были сформированы десятки, над каждым поставлен старший, десятник. Были отделения из парней и отделения из девчат.

    Пройдя в лагерь, я выбрал свободное место, это было не просто, везде всё было занято и, доставая из баула элементы защитной пентаграммы, стал её собирать.

    Когда пентаграмма была собрана, я осмотрелся. Вокруг стояло два десятка детишек из малышни и более взрослых ребят, что внимательно наблюдали за всеми моими действиями. Осмотревшись, я понял, что пока трогать старших не стоило, они плотно работали, создавая оборону, даже из средневозрастной группы привлекли ребят и девчат.

    Вызвав Одну по рации, я дождался её ответа и сказал:

    — Мне нужны ученики из средней возрастной группы, начну учить их создавать и удерживать детскую сетку. Пришли одно отделение.

    — Хорошо, Учитель, сейчас пришлю.

    Через минуту ко мне действительно быстрым шагом подошла толпа более взрослых детей. От десяти до двенадцати лет на глаз. Шли они табором, ходить в ногу их пока никто не учил, да и знания они получили только по русскому языку, до остального ещё дойдёт, позже, но дойдёт. Этих тоже можно учить воинскому искусству.

    Я этим уже занимался, вон сколько учеников, да ещё на острове дожидаются, так что опыт был. Построив ребят в шеренгу, тут были одни только парни, я коротко выложил суть того что предстоит им сделать и для чего это нужно, дав краткую информацию. Убедившись, что они поняли, о чём я, я пригласил первого проходить в пентаграмму. Это был командир отделения. К моему удивлению учить его долго не пришлось, буквально через пятнадцать минут, на нём была сетка из очень тонких линий, которая держалась на его ауре и не соскальзывала. Да и сам парень обладал Даром четвёртого уровня, а это очень неплохо, поверьте мне. Выпустив его из пентаграммы и с помощью амулета-ювелира убедившись, что он взял свою ману под контроль и непроизвольного выброса в пространства уже не происходит, пригласил следующего.

    Чуть позже, когда стемнело и в пентаграмме находился восьмой из этого отделения подошёл их куратор из старших учеников, это была Олия. Она уже уложила вместе с остальными малышню в палатках, ужин уже был, и подошла ко мне. Дальше в её обязанностях контролировать это отделение и выдавать кристаллы кварца, чтобы они учились переливать в них свою ману и медитировать. Учить медитации она должна сама, а вот как пополнять камни, парни должны научиться сами, тут им никто не поможет.

    — Всё, выходи — велел я, когда сетка на ауре восьмого ученика этого отделения стабилизировалась и встала как надо. Повернувшись к Олии, я сказал. — Ты знаешь что делать, с завтрашнего утра плотно займись ими.

    Разобрав пентаграмму, я убрал её в баул и направился к кухне. Уже все успели поужинать, остались только мы с учеником, поэтому получив на руки котелки и ложки, приступили к ужину. Он мне понравился. Мясной суп с вермишелью, и гречка с подливой, чай был с колотым сахаром. Правда, вместо хлеба выдали каменные сухари, пришлось мочить их в супе. Дальше понятно, отбой. Устроившись в кабине «Урала» я спокойно уснул. Утро вечера мудренее, но честно говоря, за этот день я устал и надеялся, что следующие дни преподнесут только приятные сюрпризы.

    Ах да, забыл добавить, разведка благополучно вернулась, не принеся плохих новостей. Так что у танка теперь был полноценный и главное опытный экипаж, знающий эту машину от и до, а оборона получила дополнительную бронированную огневую точку.


    * * *

    Утром, позавтракав, мы ещё до наступления рассвета собрались, погрузились в «Урал» и, покинув лагерь, после короткого прощания, проводили нас Мик и дежурная смена, выехали на дорогу, направляясь к деревне. Там была хоть и не особо популярная, но хорошо накатанная дорога. Не бездорожью же ехать, если есть нормальная дорога.

    За рулём сидел один из учеников-водителей, я рядом, контролируя обстановку, десяток бойцов-десантников и два оставшихся водителя находились в кузове.

    Перед отъездом я приказал загнать на склад, тот, что современный два немецких грузовика, после чего свернул его и забрал с собой, пригодится. Должен же я на чём-то вывозить трофеи и пленных. На трофеи я надеялся. Наверняка учебный процесс в том центре поставлен с помощью книг местных магов, так что я надеялся их найти, очень надеялся, почти также как и тело для себя.

    В это время позади, наконец, показалось солнышко, и водитель выключил фары, стало достаточно светло, чтобы видеть всё, что было вокруг и на дороге. Планов у меня было много, но и неожиданностей вроде этих детей хватало. Я, конечно, планировал себе набрать ещё, но десяток, максимум двадцать, но никак не двести, а тут такой сюрприз. Конечно, детей я не брошу, но больше таких нежданчиков не хочется. Хотя конечно если дети-одарённые попадутся, которым некуда идти и которые сгинут на просторах этого королевства, я их естественно приму.

    В это время водитель что-то сказал, указав вперёд. Выйдя из состояния раздумий, я присмотрелся. Тот заметил впереди караван из нескольких повозок. Светлые плащи на возницах и конной охране ясно показывали, кому он принадлежал. Странно, это что получается, слух о нас ещё не расползся или этим просто не успели сообщить?

    — Святоши — со злой радостью прошипел я.

    Радиостанции были у всех бойцов, включая водителя, у него гарнитура торчала в ухе, я вызвал командира отделения и поставил ему задачу. Святош уничтожить, груз не повредить. Водитель по моему приказу прибавил газу, пока святоши сообразят что происходит, мы уже будем рядом.

    Те сообразили поздно, когда от машины до передней крытой повозки осталось метров сто. Возницы покидали свои места, а всадники нахлёстывали лошадей. Кто как мог убегал от нас. Водитель по приказу сержанта, поставил машину поперёк дороги, и через стрелковые бойницы бронированного кузова четыре «калаша» и один «ПКМ» удалили в спину убегающих святош, оставшиеся бойцы покинули кузов и присоединились к расстрелу. Штатный снайпер отделения из своей «СВД» снимал тех, что ушёл далеко, в основном конных. Я это отчётливо видел, он использовал капот машины как бруствер. Что мне понравилось, сержант не стрелял, а бдительно следил, как работает его отделение, командуя. Как только все цели были уничтожены, пятёрка бойцов направилась на зачистку мирно остановившегося каравана из шести телег, остальные рассеявшись вокруг, заняв круговую оборону, прикрывали их. Было видно, что знания полученные парнями усвоились ими хорошо, можно сказать отлично.

    Через минуту пришёл сигнал от группы зачистки, что всё чисто, подранки добиты. Бойцы направились к каравану пёхом, я же как белый человек на машине. Водитель остановил «Урал» у второй повозки и заглушил двигатель, так же как и я, покидая кабину, не забыв прихватить свой укороченный «калаш». Все водители и экипажи бронетехники получили «АКСУ».

    Что было в повозках я рассмотрел ещё когда был в кабине машины, бойцы откинули задние пологи, поэтому вздохнув, пробормотал:

    — Мои мечты развеялись прахом. Ещё ученики.

    Это действительно было так, в пяти повозках находились дети. Стандартные повозки, со стандартными клетками, лишь в шестой было продовольствие и разная утварь, видимо, чтобы кормить Проклятых детей. Пока бойцы толпились у заднего борта «Урала» там был вскрытый цинк и они снаряжали расстрелянные магазины, я подошёл к командиру отделения и сказал:

    — Процедура стандартная. Те, кто согласны стать моими учениками остаётся с нами, остальных мы лишаем Дара и отправляем во все четыре стороны. Они могут забрать с собой всё продовольствие в последней повозке и прибарахлиться с тел святош. В общем, работай.

    Отойдя в сторону, я наблюдал, как сержант работает, заодно подсчитывая детей, которых как раз освобождали, сбивая замки. Бойцы поленились искать ключи на телах убитых, поэтому работали приклады, так действительно быстрее получилось. Кстати, детей было тридцать три. От пятилетнего парнишки, до пятнадцатилетней девушки.

    Между прочим, взрослых тут не возили, только детей. Этих, например, наверняка везли в аббатство, которое мы уничтожили. Так вот, взрослых не возили, им при обнаружении грозило только одно, смерть. Да-да, как у них обнаруживали Дар, так сразу тащили на костёр. Максимум пару дней выжидали до какого-нибудь ближайшего праздничного дня, не более, поэтому я и не удивился, обнаружив в повозках одних только детей.

    Беседа с детьми продлилась всего полчаса, после чего сержант указал на ту группу, что была чуть больше, взмахом показав, что они уходят, остальные оставались со мной. Примечательно, что и тот самый младший и самый старшая были в этой группе. Дальше я действовал быстро, времени терять не хотелось. С помощью шкатулки я лишил Дара тех, кто уходил, теперь они начали копаться в вещах святош и ловить верховых коней, их восемь бегало неподалёку, после чего занялся уже моими детьми, то есть будущими учениками.

    Пока сержант с помощью радиста, в отделение был боец, что носил за спиной «Северок» и имел нужные знания, связывался с лагерем, тут было недалеко, километров двадцать пять и вызывал бронегруппу для эвакуации детей, я обошёл их, мысленно прикидывая, что делать. Они все тоже были насильственно инициированы и фонили магией. Если бы не защита на моих амулетах и артефактах, те бы начали сбоить от сырой маны что выливалась в пространство. Но к счастью я об этом подумал, и защита изначально ставилась на все магические предметы и излучения, поэтому обходя строй, я рассматривал детей. Четверо годились для внедрения армейских знаний, шестерых можно было обучить русскому языку. Остальные малыши, трогать их пока не следовало. Пусть подрастут, как и остальные.

    Сержант после того как пообщался с Миком и получил подтверждение что группа немедленно выезжает, подошёл ко мне. Так что я напряг его объяснить оставшимся детям, что за процедуру собираюсь провести. Тот пояснил довольно быстро, получил согласие от детей, показал, как им лечь и я обучил часть русскому языку, часть воинским премудростям. Старшая девушка получила знания врача-педиатра, одного нам было мало из-за большого количества детей. Два парня лет четырнадцати на вид, знания сержантов-десанта, четвёртый, вернее четвёртая девчушка лет тринадцати на вид с умными глазами, знания шифровальщика-программиста. Пора и штабом обзаводится.

    После этого делать нам тут было нечего, с детьми остался один десантник, ему выдали дополнительно ещё два автомата, как очнуться парни, сразу получат оружие, а мы поехали дальше. Через полчаса-час тут будут наши из лагеря и эвакуируют их, ждать нам не требовалось.

    Вот дальше особо таких неожиданных встреч не было. Нет, пару раз святош встречали, но детей при них не было, только бочки с вином и другой хабар. Кстати, я его прибрал, развернул склад и закатил повозки с бочками внутрь, перерезав постромки. Всё проделывал естественно не я а ученики, но всё равно трофеи. Тем более вино было очень не плохое. К вечеру поплутав по дорогам, мы всё же добрались до нужного леса и въехали под его тень не по главной трассе, что вела к крепости, а по небольшой, явно проложенной крестьянами. Отправив вперёд тройку бойцов дозора, мы неспешно направились следом, пока не углубились в лес километров на пять. Там мы и встали на ночлег. Сержант приказал радисту развернуть радиостанцию и отбить в лагерь, что мы прибыли на место. Тот это сделал. Закинул на ближайшее дерево антенну, нормально связался и, получив подтверждение получения информации, смотал антенну, доложив сержанту, что его приказ выполнен. Я за всем этим наблюдал с улыбкой, как за игрой детей, чем в принципе это и было, только вот подростки делали всё со всей серьёзность. Хорошо у них знания усвоились, армейские премудрости были вбиты в подкорку до полного автоматизма. Как-никак получили знания кадровых солдат и офицеров.

    Пока было время, я решил заняться парнями. Развернул прямо на дороге у заднего борта «Урала» пентаграмму и пока сержант расставлял посты, начал учить первого десантника, плести и удерживать на себе страхующую детскую сетку, контролировать свою ману без неё они пока не умели, да и не научились бы, там своя специфика. Хотя некоторые были инициированы, года три, а то и четыре назад. Не учил их этому никто, и как это делать они не знали, святоши их лишь как батарейки использовали, а когда те взрослели, сжигали.

    Разведку к крепости я решил не отправлять, все парни как их форма и оружие фонили в «истинном зрении» и их могли засечь с помощью амулетов, хотя до центра оставалось километров шесть. В общем, я решил не рисковать. До наступления отбоя, я всего лишь пятерых успел провести через процедуру обучения плетения детской сетки, включая сержанта. Ничего, будет время, всех научу, а пока терпит. Нужно выспаться, завтра будет нелёгкий день. Не хотелось бы каркать, но работы предстоит много, тут никак по-другому не скажешь.


    * * *

    Утром, пока в котелках готовился завтрак, бой боем, а обед по расписанию, я ещё троих обучил вязанию детской сетки. Кто-то спросит, для чего это нужно делать в пентаграмме, ведь они инициированы и выброса не будет. А потому что в пентаграмме используя амулет-ювелира, я видел всё, что они делают, и подсказывал, как нужно правильно вязать и удерживать сетку. Так было проще. Пентаграмма это как микроскоп для учёного, тоже без него не всё возможно.

    После завтрака мы погрузились в машину, пентаграмму я не забыл разобрать и убрать в баул, мы поехали к крепости. Вот там всё прошло на удивление удачно. Я до разрядки накопителей артефакта облучил как саму крепость, так и деревню что находилась сбоку, видимо она и кормила всех святош. После этого мы спокойно выехали из леса и подъехали к воротам. Через ров был опущен мост, правда сами ворота были закрыты, но это не страшно, сержант помимо навыков командира ещё был и минёром, так что небольшой заряд пластида и в куче щепок ворота повалились внутрь и мы, оставив машину под охраной одного бойца у въезда, направились внутрь.

    Дальше было проще. Большая часть учеников, будущих паладинов в тот момент, когда я облучал крепость, находились в столовой и так и заснули за столом, многие лицом в тарелках. Парням я сразу отдал приказ, живыми брать только адептов, остальных под нож. Меня правда поняли буквально, надели штыки на стволы, на те, где не было подствольного и спокойно кололи ими в грудь всех кто им попадался, а попадалось много, большая крепость, около тысячи святош тут расположилось. Я сюда и обслугу включил.

    Когда мы зачистили двор и я сканировал амулетами всех учеников паладинов, водитель загнал «Урал» во двор, ширина и высота арки это позволяла. Да и мост выдержал, хотя и захрустел. Так вот как только он загнал машину во двор и развернул её задним бортом к главному входу в центральнее здание, я указывал сопровождающим меня двум крепким десантников на нужные тела и велел их оттаскивать в сторону. Из более чем сотни адептев, всего шестеро подходили мне для переноса сознания, остальные нет. Это не радовало. Малова-то. Да и одарёнными они были средними, всего у одного четвёртый уровень. Правда, у меня у самого третий был, когда я попал в это тело, ну да ладно. Может ещё что попадётся.

    Закончив с отбором, больше ничего интересного не попадалось, я приказал ликвидировать остальных адептов и поспешил наружу, а потом и на открытую местность у въезда в крепость. Там я развернул склад и оба сопровождающих меня водителя выгнали грузовики наружу. Пленных я отобрал, но остались ещё и трофеи.

    Пока водители перегоняли машину во двор крепости, я оставил склад под охраной одного бойца и вернулся обратно, трофеи я собирался перемещать на этот склад. Когда я вернулся в центральное здание, сержант и двое бойцов вынесли на одеяле мне на встречу какого-то паренька в ночнушке с ночным колпаком на голове. По виду тому было лет тринадцать, а то и все двенадцать. Знаками сержант показал, что они нашли его в одной из спален. Что примечательно, одного. Судя по обстановке это была именно его комната. Как сержант мне это объяснил? Да всё просто. Видя, что я не понимаю, вызвал радиста, связался с нашим лагерем и Мик просто всё перевёл, что он говорит.

    Достав амулет-юриста, я посмотрел на паренька и ахнул:

    — Дар сверхуровня… Чёрт, да он идеально подходит мне для замены тела. Эх, проверить бы, какой тонкости он магическую «паутину» может плести.

    Я засуетился над пареньком, который лежал под заклинанием «Паралича», тот действительно имел сверхуровень и подходил мне для замены тела. Ещё бы действительно узнать, какой тонкости он может выдавать линии, от Дара то не зависит, если толстые, то о карьере учёного, ранга архимага и грандмастера можно забыть, если тонкие, то я в шоколаде. К сожалению, проверить можно будет только после инициации, а инициировать его нельзя, он сейчас идеальный кандидат для замены тела. Так что толщину выдаваемых магических линий для плетения заклинаний, я узнаю, только когда буду в этом теле, и когда магия мне будет подвластна.

    Думаю другого такого я не найду, поэтому решил допросить парня, вдруг он из пленников, хотя я в этом сомневался. Кто тут может спать в личной спальне? Только те, кто тут живёт на правах хозяина или приближённого.

    Конечно же, этим амулетом-ювелира не возможно определить уровень Дара и возможности парня, тот есть, подходит мне тело или нет, но этот амулет отлично сочетался с другими, так что я подсоединял к нему другие амулеты, диагност показал мне подходит ли он мне по физическим параметрам, выяснилось что подходил. Потом специальным сканирующим амулетом определил уровень Дара, погрешность плюс-минус один уровень, но и так ясно, что у него отнюдь не первый уровень, и главное, он не был инициированным. А это было важно, в случае переноса сознания из тела в тело с неинициированным одарённым, успех был на уровне восьмидесяти процентов, то есть высок, а с инициированным — пятьдесят. То есть если бы этот парень был инициированным одарённым, то сознание я в него своё бы переместил, но мог потерять Дар, пятьдесят на пятьдесят что он приживётся к моей ауре. С неинициированным же было куда проще, Дар то не пробуждён и его легче приживить к своей ауре.

    Со мной, пока я возился с парнем остались радист и два десантника, сержант поспешил в подвалы. Там обнаружились темница и продовольственные кладовые. Он уже получил от меня приказ, что делать дальше, вот и отправился его выполнять. Продовольствие на машинах перевезти и погрузить на мой склад, пленных допросить и отпустить. Если есть одарённые, узнать, не хотят ли они лишаться Дара и стать простыми людьми. В общем, стандартная процедура. Сержант только один раз прервал меня, подошёл и через Мика спросил, нет ли у меня средства выводить пленных из паралича, забрал амулет и, выслушав, как его использовать, ушёл.

    Я же разбудил пацана таким же амулетом, что снимал паралич и увернулся от удара кулака. Тот оказался резвым. Пока десантники его матерящегося держали, я слушал Мика, что переводил его вопли. Уже на второй минуте я понял, что поймал птицу удачи за хвост. Подросток оказался сыном главы службы паладинов и скоро должен был начать учёбу в этом заведении. Прибыл он сюда месяц назад и пока осваивался. Ха, жил в отдельной комнате с санузлом, а не как другие студенты по двое в крохотных кельях. Плохо было то, что ему было всего двенадцать с половиной лет. Малова-то тело. Но не беда, я слышал этот недостаток проходит со временем.

    Наложив на него паралич, я махнул рукой:

    — Несите его к остальным. Этого охранять как зеницу ока, глаз с него не спускать.

    Паренька упаковали в одеяло, спеленав как младенца, унесли в сторону «Урала». Эту машину мы не использовали, немецкие грузовики гоняли от крепости к складу с хабаром. Выйдя на крыльцо, я усмехнулся. Сержант оказался парень с головой. Чтобы не напрягать своих людей, он снял паралич с двадцати крепких мужиков из деревни и заставил их горбатиться, дюжина переносила мешки или перекатывала бочки, остальные разгружали машины и расставляли бочки и мешки с продовольствием по складу, десантники их лишь охраняли, пяти хватало.

    Сержант находился в подвалах, похоже, ещё общался с освобождёнными пленными, хотя первые отпущенные потянулись наверх, во двор, когда один из бойцов тронул меня за плечо и знаками попросил следовать за ним. Удача сегодня не отвернулась от меня, в библиотеке которую я до этого осмотрел мельком, бойцы нашли тайную комнату, а там… Книги по магии, и немало надо сказать, тысячи полторы на стеллажах было. Связавшись с бойцами у склада, я велел грузить пустые ящики в порожние грузовики, которые возвращались с пустыми кузовами и когда их доставили к тайной комнате, велел грузить все книги в них и доставить всё на склад.

    Убедившись, что работа пошла, и первые ящики дюжие деревенские мужики понесли к машинам, я направился вниз, в темницы, бойцы тут и без меня справятся. По пути я в окно выглянул наружу, там раздалась автоматная очередь на полрожка. Выяснилось, что двое бросив ящик с книгами на каменные ступеньки крыльца, прыгнули на одного из бойцов, вот тот и срезал их очередью от живота. Не добежали. Погрузка и разгрузка продолжалась, на складе много места, так что всё унесём, главное перегрузить это всё что захватили. Разбрасываться ценными ресурсами не стоит.

    В темнице мне не понравилось, пыточная, причём не одна. Тут юных будущих паладинов-подонков учили пытать одарённых, причём не важно, взрослый тот или ребёнок. В темницах много таких, что прошли через эти практические уроки, с ожогами на пол лица или без рук или ног. Большая часть из них дети. Слов нет, была бы возможность, поднял бы всех кто тут ранее жил и снова убил, но уже куда мучительнее, однако было поздно, сержант уже доложил через Мика, что все кто жил в крепости, исключая отобранных мной пленников, уже ликвидированы, сейчас повторно прочесывают строения и помещения. Кстати, в темницах я впервые обнаружил взрослых с Даром, человек тридцать. Все пожелали от него избавиться, для них это было проклятием.

    У меня было шесть амулетов «Среднего исцеления» я просто не мог смотреть в детские глаза полные страдания и опустошил все накопители этих амулетов, но поднял на ноги и исцелил более пятидесяти детей. Как чуть позже стало ясно, две трети ушли сами, треть решила остаться со мной. Это примерно двадцать человек, двадцать шесть как выяснилось чуть позже. В основном тут содержались взрослые дети, от восьми лет и старше, но была одна, пятилетняя, которой раскалённым прутом выжгли глаза. Вылечив её, я взял ребёнка на руки и направился наверх, поглаживая её по голове, отчего та сильнее льнула ко мне, ища защиту. Находиться тут я уже не мог. Нелюди.

    Дальше просто, в одну машину погрузили детей, в другую пленных паладинов, учеников, старше шестнадцати ни одного не было, самый ценный приз, того сынка старшего паладина, вроде как даже главы ордена паладинов, везли в кузове «Урала» под присмотром пяти бойцов, остальные рассредоточились по другим машинам. Склад, заполненный до отказа, я свернул, даже часть мебели в него перетаскали, нам на острове пригодится, ну и в три часа дня мы направились обратно. Впереди двигался грузовой «Опель» с пленными в кузове, потом «Урал»-«Покемон» и замыкал второй грузовик, француз, суть по эмблеме, там были дети. Именно так и двигались.

    Лес мы покинули, проехали где-то километров пятьдесят и, преодолев очередную речку через брод, оставив в стороне очередной городок, свернули к роще и стали устраиваться на ночёвку.


    * * *

    Утром после недолгого завтрака, кушали консервы с галетами и лепёшками. Свежие лепёшки мои парни прихватили двумя мешками с кухни крепости, где находился центр обучения паладинов. Так вот, после завтрака, я успел трёх бойцов провести через пентаграмму, чтобы они не фонили, а вчера вечером перед отбоем двух. Всё, отделение и водители прошли через эту процедуру. Пока их форма и оружие фонили в «истинном зрении» но через полгода фон спадёт, ну или подчистить можно, убирая фон. Есть специальные амулеты, мне пока, к сожалению не доступны, они находились в пространственной сумке.

    Уже рассвело, когда мы отправились дальше, следуя по нашим следам. На середине пути над нами появился «БПЛА», один из бойцов был его оператором и до нашего прибытия в лагерь он нас так и сопровождал, изредка улетая на дозаправку. Беспилотник был боевой, вооруженный ракетами и пушками. Тот мог поддержать нас в случае чего с воздуха. Мощная машинка. Видимо Мик откопал его на складе, который я оставил развёрнутым у лагеря и в полной мере использовал. Да и связь мы держали постоянную с ними, так что лейтенант знал в режиме онлайна где мы в то или иное время находимся.

    Наконец к обеду мы вернулись в лагерь, это прошло почти благополучно, и начали подготовку к началу общего движения. Вот только техники катастрофически не хватало в связи с пополнением. Насчёт возвращения я не приукрасил, проблема была. Да-да, вокруг нашего лагеря начало сжиматься кольцо из местных военных и святош. Правда, их было немного. Видимо стянули всех, кто был рядом, но человек шестьсот там было. На их начал охоту беспилотник, оператор тренировался в использовании этой машинки, так что нам расчистили дорогу, и мы спокойно проехали к лагерю. Там уже был готов обед, мы присоединились к нему и после того как я выслушал доклад Мика, то отдал приказ начать движение, не забыв свернуть склад. Время было час дня, успеем до вечера проехать километров сто. В нашем случае это приличное расстояние.

    Теперь по размещению детей всех возрастов. Бойцы разместились на броне танка, «бэтра», «Ганомага» и «БМП», а в остальные машины, включая десантные отсеки бронемашин, начали рассаживать детей. Даже в кабины по двое и трое рассаживали. Жаль что это максимальное количество техники на моих складах, на остальных которые я мог вызвать, было вооружение и продовольствие, так что довольствовались и этим.

    Сам я сидел в кабине топливозаправщика. Со мной на коленях и рядом сидело трое детей, только водитель не имел на коленях пассажиров, ему машиной управлять было нужно. За это время водитель освоился с ней, так что вёл уверенно, но всё же если он устанет, я собирался сменить его.

    Проехали мы не сто, а все сто тридцать километров, хотя и двигались с одной скоростью в сорок километров в час. Было три стычки, в основном со святошами, но с этим разобралась передавая группа. Пока меня не было, они приварили треногу к «Ганомагу» и дополнительно установили там «АГС» увеличив боевую мощь этой бронемашины. Пулемётом и гранатомётом они расчищали нам путь. Остальным мало пришлось пострелять, поэтому Мик проводил ротацию, менял разведчиков на десантников. Пострелять в святош хотелось всем. Хорошо, что он не допускал издевательств над пленным и вдалбливал в мозги подчинённых то, что я не раз ему говорил:

    «Это святоши могут вести себя как им заблагорассудится, мы же одарённые, значит люди, не нужно опускать до их уровня».

    Так что никаких пыток и издевательств не было, и как ненавидели парни нелюдей в светлых плащах, единственно, что они делали с немалым удовольствием это спокойно добивали раненых, тем более был отдан такой приказ, и двигались дальше. Разве что водитель «Ганомага» проехал гусеницами по двум лежавшим на дороге раненым, за это Мик велел ему самому отмывать машину на получасовом привале и лично следил за этим. Судя по виду несчастного паренька со сбитым на затылок шлемофоном, в следующий раз он сто раз подумает давить живых людей. Так вот и воспитывали.

    С малыми детьми тоже было пока всё благополучно, конечно они больше всего напоминали зверьков, но было видно, что тянулись ко мне, так что я часто проводил с ними время, поглаживая по головам, показывая, что я рядом, пугаться и бояться больше не надо. Я всегда буду на их защите. Двум моим врачам-педиатрам, которые хорошо знали, что такое детская психология, спасибо знаниям, купленным мной у переселенцев, переходивших из Мёртвого мира на Торию, было не просто, но я видел, что они плотно работают с детьми. Я им поставил задачу довести до сознания детей, что теперь я их папа и мама, то есть Учитель с большой буквы, их воспитатель, возведённый в ранг бога и пока я рядом, с ними ничего не случиться. Так же они внедряли в сознание детей разговорами и беседами, что я буду учить их становиться магами, и сильнее их никого не будет, но нужно слушаться Учителя. Знаю, что манипулировать сознанием детей не очень хорошая идея, но психика их была искривлена и пятнадцатилетним врачам нужно постараться, чтобы те снова стали нормальными детьми и не просыпались ночью с криками ужаса и плачем. Ничего, по их словам прогноз был оптимистичный. Тем более детская психика была куда пластичнее взрослой, так что в норму они их приведут, оба педиатра-девушки твёрдо мне это обещали. Сложнее было с теми, что был изувечен святошами не только морально, но и физически. Таких была треть от общего числа, но и к ним врачи находили подход. Медленно, но дело сдвинулось с мёртвой точки.

    Пока Мик организовывал лагерь, Одна занималась детьми, а я развернул пентаграмму и, подзывая бойцов по одному, я решил провести всех взрослых детей через обучение детской сетки, начал работу. До наступления темноты через пентаграмму прошло двенадцать человек. Я даже на ужин не отвлекался, мне оставили порцию. Наконец стемнело, когда я закончил с двенадцатым. Отправил его спать, поужинал, проверил как там пленные курсанты-паладины, особенно своё будущее тело, жаль, что тому всего двенадцать, и тоже направился спать.

    Утром, меня подняли засветло, как раз повара только-только начали готовить завтрак на походной кухне, я продолжил работу с учениками, обучая их накладывать на себя защитную детскую сетку. Успел пятерых прогнать через эту процедуру, включая нашего главного повара и обоих девушек-педиатров, потом мы собрались и двинули дальше. Разведка сообщала, что вокруг нас начали стягиваться армейские патрули, но они не сближались, просто наблюдали, поэтому я приказал доставить мне пленного, требовалось допросить его и узнать планы святош.

    Парни сделали это быстро и через некоторое время всё, что нужно мы знали. Выяснилось, что за нами просто наблюдали и хотели убедиться, что мы покинем королевство, перейдя границу с государством гоблинов, мы им изрядно надоели, да и пугали, что уж говорить. Разочаровывать армейцев мы не стали, тем более с ними не было святош, и утром начав движение, до самого вечера не останавливались, лишь четыре раза по мелким надобностям, да час на обед. Детей много, все хотели в туалет в разное время, так что четыре остановки это ещё не много. Как бы то ни было, но за этот день мы проехали порядка трёхсот километров. Если учесть что пересекали три брода, это очень много, но всё же до границы мы не доехали, там ещё столько же оставалось.

    В этот раз на ночлег мы встали лагерем на берегу судоходной реки. Дальше штатно, Мик занимался обороной лагеря, другие ученики кто чем, согласно полученным от меня приказам. Одна детьми и бытом, Олия организацией игр с малышами и средней возрастной группой, один старший ученик так вообще взяв десяток парнишек из средней возвратной группы, накачал две резиновые лодки и ставил сети, решив разнообразить блюда ухой. Повар его поддерживала. Лишь я занимался тем же чем и раньше. Немного повозился с малышами, они должны знать меня и помнить, потом собрал пентаграмму, активировал её и продолжил работу над учениками. Сегодня до наступления темноты я закончил со старшей возрастной группой, они все теперь носили детские сетки и имели на руках по десятку кристаллов кварца, им требовалось научиться переливать в них ману, заряжая будущие накопители, и медитировать, пополняя свои резервы, то есть качать свой Дар. Качать можно именно так, а то что их использовали как батарейки, на их уровне Дара никак не сказывалось, на одном месте он оставался. Время ещё было и я велел направить ко мне то отделение из средней возрастной группой с которым я ещё не закончил, там половина прошла через обучение с сеткой, половина нет, вот с ними до самой темноты и возился. За одно узнал от командира отделения что сопровождал своих подопечных, что двое научились за эти три дня пополнять маной кристаллы кварца, правда, два из них рассыпались пылью, но вот с медитацией пока не получалось, но я успокоил его сообщив что это не быстрое дело.

    Когда уже окончательно стемнело, я проверил как там наши пленные, их недавно покормили и даже выводили на прогулку, зря, кстати, малыши закидали их мелкими камнями и веточками, я отужинал и отправился спать.


    * * *

    Утром прошла та же процедура, разбудили меня засветло, дежурный командир постарался, повара уже стучали топорами, готовя дрова и зажигая топку кухни, поэтому умывшись и приведя себя в порядок, поёживаясь от утренней сырости, идущей от реки, я направился к пентаграмме. Часть учеников другого отделения уже подняли, в этот раз это были девочки и я занялся ими, обучая работать с сеткой. Меня не отвлекло даже то, что во время прогулки для естественных надобностей один из учеников-паладинов пытался бежать, но со спущенными штанами у него это не особо получилось. Конвоиры его перехватили, отмутузили и вернули обратно в кузов одной из машин. До кромки воды добежать он не успел, видать вплавь уйти хотел.

    До начала движения я успел прогнать через пентаграмму шесть девочек. Учились они куда быстрее парней, да это и было понятно, со швейном искусством многие девчата были знакомы не понаслышке и давали парням фору в вязании сеток. Так что, позавтракав, мы собрались и двинули дальше. Ушица что приготовили утром повара, была выше всяких похвал, поэтому чувствуя приятную тяжесть в желудке, я помог залезть в кабину трём малышам лет четырёх и пяти, после чего сам устроившись на сиденье, посадив девочку четырёх лет на колени, и отдал приказ в микрофон начать движение.

    Так мы и ехали, проезжали в среднем от двухсот до трёхсот километров, всё зависело от местности, и занимались делами. За эти семь дней я успел прогнать через пентаграмму всех учеников средней возрастной группы и даже часть малышей. Большая часть из них просто не понимали, что я хочу. Да, девочки постарше, что уже держали в руках иголку с ниткой и главное, умели пользоваться «истинным зрением», а без него просто ничего не получиться, не с первого раза, со второго, а некоторые и с третьего учились с ходу вязать сетки, накидывать их на себя и удерживать. В общем, с малышнёй каши не сваришь и придётся ждать пока они подрастут, да ещё язык естественным способом не выучат. Взрослая и средняя возрастная группа прошла через пентаграмму без проблем, вот с малышами я больше мучился, чем работал, ну не понимали они для чего это нужно и как это делать, маленькие ещё были. Зато «истинное зрение» активировалось у всех. Это без меня и моей помощи, ещё в казематах у святош происходило. Тут объяснение простое, после инициации у кого как по времени, но происходит непроизвольная активация «истинного зрения», сложнее научиться потом сворачивать его, кто научился, потом без проблем вызывают его или убирают. Так вот, все инициированные ученики от взрослых до млада, умели это делать. Как раз учиться пользоваться «истинным зрением» одарённым проще всего, тем более взрослые дети учили малышей, когда они все вместе сидели в камерах, ожидая скорой смерти.

    Да, я понимаю, что ещё много детей томиться в застенках у святош, но, к сожалению, я не всесилен и разом всем не помогу. Вот когда верну себе силы и вернусь сюда в этом мир с големами и учениками, которые к этому времени станут магами, вот тогда да, повеселюсь, это я себе и ученикам твёрдо пообещал. Такие обещания я всегда сдерживал.

    Так что три дня моральных пыток, и всего семнадцать малых детишек смогли под моим присмотром накинуть на себя сетки и больше не фонили в «истинном зрении». С остальными мои попытки не увенчались успехом. Так что оставшееся свободное время я тратил на взрослую и среднюю возрастную группу, проверяя, как у них идёт учёба в свободное время, с кристаллами кварца. Это была следующая ступень их развития. Проверял уроки я естественно не один, времени на всех просто не хватит, этим так же занимались и старшие ученики, я просто снял с их плеч часть нагрузки. Кстати, Мик порадовал, он теперь мог обходиться без детской сетки, так как научился с помощью неё контролировать свой Дар и в пентаграмме под моим присмотром он снял сетку. С этим парень не ошибся, Дар он контролировал. Чуть позже ещё двое из старших учеников подошли ко мне с этим вопросом и тоже сняли сетки в пентаграмме. Ничего, и до остальных старших учеников очередь дойдёт.

    Вот так мы и двигались, постепенно совершенствуясь, вернее я совершенствовал своих учеников, поднимая их из простых инициированных одаренных в ранг учеников мага. Ну или почти мага, будущего мага. Как-то так. Когда вдали показались воды океана, я с облегчением улыбнулся, наконец-то этот рейд начал подходить к концу. Честно говоря, возня с малышнёй мне нравилось, любил с ними играть или читать на ночь сказки, сидевшая рядом Одна переводила их на местный диалект, но всё равно вечерние посиделки у костра мне нравились. Я, наверное, жалел только об этом, а так порадовался окончанию наземного путешествия. К тому же у нас и топливо подходило к концу.


    * * *

    Облокотившись локтями о леера, я смотрел на показавшуюся вдали вершину нашего острова. Наш рейд подходит к концу. Нам было чем гордиться. Освобождено было из плена более семисот детей-одарённых, десятка три взрослых, перебито порядка двух тысяч святош, трофеи тоже радовали. В общем, благополучный рейд. Главное успешный, я нашёл то, зачем в основном и шёл, новое тело для себя. Вот это главная находка и я действительно был этому рад. За время возращения я, наконец, обучил взрослую возрастную группу русскому языку, сняв часть проблем с этой стороны, а из средней возрастной группы, тех, что были постарше, обучил некоторым специальностям. В основном программированию, хакерству, ремонтным специальностям, часть армейским. Даже один парикмахер-стилист появился. Набрал так сказать специалистов. К этому времени я успел познакомиться со всеми, понял какой у каждого склад характера и учил теперь не наобум, а давал те знания, из которых ученик может выжать всё возможное, и который будет любить свою новую специальность. В большей части я не прогадал, так и получилось. Мик создал из этих парней и девчат аналитический отдел штаба с группой радиоперехвата. Миров мы скоро вполне возможно посетим великое множество, пока не попадём на Торию или в Рай, так что нужно было быть готовым ко всему.

    Я уже прикинул. Вовремя возвращения, ученики освоились с теми знаниями что получили и превратились в настоящую спаянную боевую группу, так что можно не медлить, а сразу начать поиски нужного мне мира. Максимум, мы пробудем на острове пару недель, пока я подготовлюсь и подготовлю портал, а потом всё, можно собираться и выдвигаться.

    За время нашего возвращения я тщательно отслеживал физическое состояние пленных, те были в норме, их хорошо кормили и заставляли гулять по паре часов в день. Мне нужны были здоровые подопытные. Моё будущее тело первое время возмущалось наглым захватом, обещая, что как только его папаша найдёт нас, то жестоко отомстит, это вызвало у меня лишь улыбку и смех у учеников, после этот паренёк скис и больше мы от него матерных слов не слышали. Правда характер я его изучить успел, подлец и подонок, вот как его воспитали.

    — Скоро причалим, Учитель? — спросил подошедший ко мне со спины один из учеников, командир первого отделения десантников лейтенант Мигул. В будущем я его отделение собирался развернуть во взвод, подрастали следующие ученики, так что он был на своём месте.

    Все сержанты-стажёры, что прошли обучение и проверку на лидерские качества, перед тем как мы пересели на эсминец, обзавелись офицерскими погонами. Прямо на берегу океана в торжественной обстановке при всём честном народе я вручил им погоны, кортики и дворянские патенты. Я уже всё это опробовал на Мике и других старших учениках, так что процедура прошла штатно и красиво. Так как у меня была своя планета, и я собирался там создать небольшое государство, недавно так решил, то пора создавать вою элиту из помощников, а эти парни и девчата были достойны этой чести. Так что теперь на двенадцать офицеров у меня стало больше. Правда, из них четыре были женского пола, но я этим вопросом в отличие от дремучих учеников не заморачивался. Если они достойны, то почему нет? Унижать их в правах я не собирался. Раз офицеры и стоят на офицерских должностях, то почему нет?

    Сержантов теперь стало куда больше. Экипажи бронемашин так теперь все из рядовых были представлены сержантами. Тоже давал им звания и погоны в торжественной обстановке, но без дворянских патентов, это только для офицеров. Так что один, Эрих, у меня был офицером-танкистом, командиром всей нашей бронегруппы, другие кто командирам десанта или разведки, кто офицером штаба, кто зампотылу или врачом. Ну и Мик, мой зам. Всё же в том, что я сделал ставку на армейские знания и дисциплину, в этом я не прогадал и собирался продолжать держать всё в этих традициях. Так было куда удобнее управлять и учить своих учеников.

    — Через пару часов подойдём к берегу, а вечером уже можно высаживаться, лейтенант. Хотя в принципе лучше подождать до утра, чтобы не затеряться в городе с наступлением темноты. Там только одна центральная улица от порта до замка расчищена — мне было скучно, и я легко пошёл на разговор, обстоятельно описывая, что будем делать.

    Сегодня я отдыхал, свалив всю работу на старших учеников. Эти две недели, что я давал себе, перед тем как мы отправимся путешествовать по мирам, мне нужно было подготовиться. Эти две недели — это минимум возможного времени, вот я и отдыхал перед работой. Потом мы сворачиваемся, забираем всё вооружение и имущество из замка, и вперёд, покорять первый найденный порталом мир. Не забыть ещё, потренироваться с переходом, а там уже освоимся.

    — Честно говоря, хотелось бы, наконец, остановиться и найти свой дом — вздохнул лейтенант.

    — Ваш дом там, где нахожусь я, пора уже к этому привыкнуть.

    — Привыкаем понемногу, Учитель — уважительно кивнул тот. — Думаю, со временем всё придёт в норму, и постоянная смена обстановки не будет так нервировать. Сам я жил с родителями и редко выходил из дома, а тут каждый день что-то новое, пока не привык, но я привыкну, обещаю.

    — Привыкнешь — согласился я.

    Лейтенант обладал лидерскими качествами и аналитическим складом ума и нравился мне своими командными навыками и заботой о подчинённых. Хороший офицер и командир.

    Мы ещё немного поговорили, и лейтенант направился на нос корабля, подошло время его отделению начать проводить тренировки по сборке-разборке и чистке крупнокалиберных пулемётов, там, на носу было четыре разнотипные модели этого оружия. Второе отделение как раз закончило с уроками. Жизнь на корабле текла своим чередом, хотя я вроде уже говорил об этом. Разве что стоит упомянуть о своих старших учениках. Мик получил звание капитана, едва-едва, но он дотягивал до него, знаниями, опыта пока не хватало, но со временем он его наберётся. Он был моим замом, остальные парни и девчата получили звания старших лейтенантов, лишь двое как были сержантами, так и ими остались. Я им знания именно сержантов-контрактников внедрил в голову, выше не прыгнешь, но зато они были опытные, оба были поставлены мной старшими над охраной пленников. Чуть позже я дам им офицерские знания, но пока они были на своём месте. Было у нас и два прапорщика. Один ротный старшина, второй повар.

    На остров мы прибыли действительно с наступлением темноты, так что встали на якорь, пообщались по рации с замком, Белла и Вольт были рады нашему возвращению, в замке всё было в порядке, чужаки у острова тоже не появлялись, так что я был доволен ими. Ну а утром мы высадились и направились в замок. Васильеву, командиру эсминцу я поставил задачу патрулировать воды острова, охраняя нас. Этим он и занялся. Потом было расселение учеников по замку, раздача приказов моим офицерам-ученикам и я ушёл в расчёты на три, даже не на две, долгие недели, не забывая ставить опыты над пленными.

    Своё будущее тело я не трогал, но над остальными поработал. Пока предварительно, все были живы и целы, но результаты меня порадовали, похоже, всё у меня получиться. Ах да, из взрослой возрастной группы, я сформировал два класса студентов и время от времени учил их, проще говоря, ставил задачи, а потом проверял, как они их выполнили. Старшие ученики следили за этим. Не учил серьёзному, только теории магии, они должны были её знать, практика — это ещё не скоро. Да-да, не скоро, пока я не сменю тело и не стану магом, учить я их кроме теории ничему не мог. Серьёзной магии естественно, детским вполне. Там главное видеть, как ученики плетут плетения заклинаний «Фаербола» или защиты. Так что приходилось искусственно притормаживать обучение до того момента пока я не стану полноценным магом. Вот так вот.


    * * *

    Три недели спустя, неизвестный остров неподалёку от закрытого континента. Дворик замка. Полдень.


    Когда портал засиял всеми красками активированных накопителей и камней со встроенными плетениями заклинаний, Мик спросил у меня:

    — Работает?

    — Конечно работает — согласно кивнул я, записывая номер мира который нашёл портал, номер высвечивался голограммой. Я заранее настроил портал так, что номер высвечивался привычными мне цифрами и буквами голограммой, так что без проблем мог записать номер. Кстати, эти координаты мне были не знакомы.

    — То есть, уже можно переходить? Он безопасный?

    — Не торопись, капитан, видишь, этот кристалл горит зелёным? Это значит, что переход безопасный, если бы он горел жёлтым, то неизвестный мир может подкинуть нам гадости, то есть проблем.

    — А не проще просто скинуть эти настройки и так и искать нужные миры? Тем более их номер вы знаете. Ладно, пока вы Учитель не можете настраивать портал, но так-то найти нужный мир проще.

    — Проще то проще, только когда портал настраивается на новый мир, я из-за всё той же причины, отсутствия магии, не могу сбросить настройки и пока мы не перейдём в новый мир, портал так и будет выдавать его координаты. А уже в новом мире можно заново попробовать. Пульт ручного управления другими настройками не оснащён, не подумал я об это.

    — Д-а-а, Учитель, тогда действительно проблема.

    — У нас всего одна попытка, по порталу. Если тут загорится жёлтый или не дай Творец красный цвет, то всё, он будет выдавать только их, и эту настройку просто так не скинешь. Есть конечно мысли как это сделать, но там работа титаническая… Кстати, координат этого мира у меня нет, я в нём ещё не был.

    — Что это за мир?

    — Не знаю, хотя несколько обозначений мне кажутся знакомыми — перелистнув несколько листов, я нашёл нужный и кивнул сам себе. — Точно, мир Советского союза имеет схожие обозначения. Видимо они находятся на одной линейке.

    — Думаете там тот же временной период?

    — Не знаю, пройдём на его территорию, увидим. Проблема только в том, что я не знаю, где он отрылся и куда ведёт. Портал настроен так, что ищет ближайшие земли схожие с менталитетом и расой мага, то есть моими. Именно поэтому я велел никому из вас не приближаться и стоять в стороне пока активировал портал. Именно по моей ауре и был взято слепок для сканирования, так что думаю, портал открылся на местности с русскоговорящим населением.

    — А в этом мире нет нужных трав для зелий?

    — Пока не имею такой информации. Но в том мире с Союзом я ещё в свой прошлый визит проверял, в нём не было. Всегда проверяю, когда в новые миры попадаю. Например, в вашем мире, то есть тут, таких травок и кореньев нет, но есть то, что нет на Тории. Я сделал запас на будущее. Может что пригодится. Поалхимичу когда магию вернул, поэкспериментирую. Да и в книгах местных магов тоже много интересного есть по алхимии связанных с местными ингредиентами. Будет время, изучу, пока его не было.

    — Ясно, Учитель — кивнул Мик. — Вы читали лекцию на днях о возможности магического обучения, вроде того как нам дали армейские знания, русскому языку и письменности. Кстати, я недавно почитал школьные учебники и знаю что уровень у нас одиннадцатого класса. Так вот о лекции и о магическом обучении. Почему вы нас не учите, там мы бы стали за несколько дней магами?

    — Анекдот про обезьяну с гранатой слышал?

    Мик на несколько секунд замер, переваривая сказанное, после чего не смело улыбнулся и кивнул:

    — Я вас понял Учитель, нас пока рано учить серьёзным вещам.

    — Именно, пока теория, теория и теория. Учите историю развития магического искусства, там много информации по этой тематике. Кстати, сегодня вечером причтешь лекцию учебника «История магического конструирования королевства Гешип» с параграфа шестого до одиннадцатого. Это история развития магии вашего мира. Я почитал, узнал много интересного. Там в основном именно теория возникновения магии в вашем мире, так что вы много узнаете любопытного. У основания возникновения магии в вашем мире стоят маги Тории, те, кто сбежал после губительной войны. Так-то. Ладно, на сегодня всё, завтра утром начинаем переход. Так что заканчивайте со сборами.

    — Так закончили уже хоть сейчас можно переходить — вздохнул Мик, мельком покосившись на оборонительные стены, которые были заполнены моими учениками, отслеживающими всё, что происходит во дворе. Всем было любопытно, как действует портал. — Пойду пока в библиотеку, спрошу у Олии нужную книгу. Нужно почитать её перед лекцией.

    Мик обладал отличным голосом и главное умел великолепно подавать материал слушателям, поэтому часто замещал меня при чтении лекций. Все дети прошли обучение языкам магов Тории и местных, погибших, так что свободно читали книги по магии обоих миров. У меня даже небольшая библиотека была организована с самым настоящим библиотекарем, на удивление строгой одиннадцатилетней девочки, тезки нашей Олии. Ну а так как на лекции ходили не только набранные студенты двух классов, в которых было по двадцать пять-тридцать учеников, но и из средней возрастной группы, в зал набивалось до сотни человек, то Мику действительно стоило подготовиться. Отдав несколько приказов офицерам, он направился к себе.

    Стены медленно пустели, зрители расходились, через три часа начнётся лекция, о которой уже было объявлено, так что кто спешил в столовую на полдник, кто по своим комнатам. Лишь дежурная смена из бойцов прогуливались на стенах сторожа наш покой.

    Проверив, как стоит портал, я оставил у него часового, малыши глупые, могут подойди что-нибудь сломать, и направился к себе в лабораторию. С момента возвращения на остров прошло три недели, вернее двадцать четыре дня, за это время я успел многое сделать, но много мне ещё предстоит. Важно, что я решил главную свою проблему. Нет, не возвращение магии и переселение души в новое тело, эти расчёты я провёл ещё до того как направился в рейд за телом, я решил проблему с пространственной сумкой. Да-да, расчёты показали, что с аурой перекинуть на новое тело её не получится, но есть возможность привязать пространственную сумку к своему будущему телу. Кстати, того паренька личностью я не считал, списав его. Мерзким он оказался человеком. Кем воспитали тем он и стал. Так вот, после долгих расчётов я всё же нашёл выход, нужно отвязать пространственную сумку от моей ауры, прикрепить к моему же действующему телу, а потом просто перебросить её на уже моё будущее тело, а потом уже привязать к новой ауре после переселения души. Все расчёты показали, что это возможно. Тут только одна проблема, нужен маг чтобы всё это сделать, я не смогу, нужных амулетов и артефактов в прямом доступе у меня не было. На Тории такие маги были, которые в состоянии мне помочь, ученики проследят, чтобы всё было сделано правильно, так как сам я не смогу контролировать процесс, теперь важно добраться до Тории. С помощью лаборатории, что находилась в Раю, тоже можно было проделать эти процедуры, не прибегая к помощи магов, дух дома поможет, так что у меня была надежда на два мира. Но я об этом вроде уже говорил.

    До самого вечера я просидел в лаборатории за окончательными расчётами, лишь два раз выходил, послушать лекцию Мика и поужинать. Потом перед отбоем пообщался с малышнёй и всё, направился в свои апартаменты состоявших из двух комнат. За чистотой тут следило двое из средней возрастной группы, так что в комнатах витал запах свежести и чистоты. Девчата хорошо потрудились, молодцы.


    * * *

    Утром, после стандартного завтрака из макарон по-флотски и крепкого чая со свежим печеньем, мы начали собираться. Это заняло больше двух часов. А как иначе, походную кухню откатить на склад, всю столовую посуду собрать, из комнат вынести матрасы и постельное бельё, всё ведь это тоже нужно убрать на склад. Да и часть оборонительного оружия тоже. К счастью это всё было рассчитано, основное, включая библиотеку, ещё вчера переместили на склады, так что, управившись за два часа, мы столпились у портала. Впереди плотной боевой группой стояли вооруженные бойцы обоих отделений десанта, им первым проходить плёнку портала и обеспечивать нашу безопасность. Старшим был Мик.

    Активировав портал, я махнул рукой. Первым скользнул в овал перехода пулемётчик, за ним потянулись остальные. Как только перешли бойцы, мы дали им минуту, чтобы они там рассеялись, заняли оборону и взяли округу под контроль, после чего потянулись ученики средней возрастной группы. За ними уже и малышня двинула в колонну по двое. Наблюдая, как маленькие дети, держась за руки, где с серьезными, а где с любопытными мордашками приходят портал, я убедился, что никого не осталось и перешёл последним сразу за Одной, отчего портал закрылся. Пленные шли в колонне сразу за средневозрастной группой. Их опекали шестеро бойцов.

    Осмотревшись, я определил, что мы находимся в густом сосновом бору. Правда, где, ещё не понятно. Отключив портал, я посмотрел в сторону бегущего ко мне Мика. В стороне находился радиовзвод со своим командиром. Там на ветки были заброшены антенны, развёрнуты переносные радиостанции, к которым были подключены ноутбуки и сейчас парни и девчата программисты просеивали эфир, чтобы определить, где мы находимся. Судя по взволнованному лицу Мика, информация уже начал поступать. Штабом у меня командовал Вольт, вот он был на своём месте, да и знания соответствующие получил, командира штаба бригады.

    — Где мы? — задал я вопрос капитану, когда он сблизился.

    — Учитель, ваше предположение подтвердилось, это Земля, лето сорок второго. Белоруссия. Район Минска, — тут же последовал ответ.

    — Хм, я на похожих территориях работал, хотя и в другом мире. Там сейчас сорок пятый должен быть. Места можно сказать знакомые. В этом мире обо мне пока ещё не знают… Где конкретно мы находимся? — задумчиво покивал я.

    — Точно пока не скажу, но то, что километрах в шестидесяти от Минска, точно. Я уже выслал четыре группы разведчиков в разные стороны, они должны определиться, где мы.

    — Как будут новости, доложишь, я в эфире.

    — Когда вы Учитель планируете переходить дальше? — не спешил уходить капитан.

    — Сброс настроек прошёл автоматически, сейчас и проведу пробный запуск, посмотрим, найдёт ли нужный нам мир портал или нет… Чёрт!

    Метнувшись обратно к порталу, у которого стоял растерянный часовой, я только ещё больше выругался. Упавшая с сосны шишка отскочив от каски бойца, попала точно в портал, вернее в один из камней с заклинаниями и отрекошетив, сбила ещё два, прежде чем упасть на землю.

    — Проблемы, Учитель? — забеспокоился капитан.

    — Не то чтобы проблемы — присев на корточки, смотрел я на повреждение, и задумчиво пожевав губы, добавил. — Но у меня на диагностику и юстировку теперь месяц уйдёт.

    Мик тут же начал отчитывать часового, но я остановил его, боец тут был не причём, просто форс-мажор. Судьба у нас такая, от неё не уйдёшь.

    — Ты понял, что случилось, так что разворачивай лагерь и готовься к тому, что мы тут задержимся надолго. Что делать и как вести на враждебной территории ты знаешь. Работай.

    — Есть — козырнул тот. — Разрешите идти?

    — Иди… и держи меня в курсе.

    Мик убежал к развернувшемуся штабу. Подчинённые у него там активно работали и, похоже, ещё что-то добыли, слушая эфир, а я достал хранилище и одну из шкатулок. В ней были амулеты и артефакты, мне нужны были те, с которыми работают ювелиры, только с помощью них я могу вернуть смесившиеся камни на место и провести юстировку с диагностированием. Кто-то скажет, что не беда, ну подумаешь тут или там камешки сменили место нахождения на сантиметр или несколько миллиметров, но это было именно проблемой. Портал теперь не мог штатно работать. Настройки тут очень тонки, иначе, почему я с порталом работаю очень осторожно? Именно чтобы не сбить настройки.

    С порталом я работал около часа. Да и то проверял, как сильно сместились камни с внедрёнными в них заклинаниями, и сколько предстоит работы. Пока информации было мало, три участка не отзывались на тестирование. Значит со смещением этих камней именно они вышли из строя. Просто отлично, значит ещё и блок проверки новых миров не работает. Это значит, даже если я отремонтирую две зоны, то всё равно пользоваться порталом не стоит, фиг его знает, куда нас забросит, может и в мир демонов. Оно мне не надо. Им только покажи слабину, вместе с детьми съедят и не поморщатся. Ничего, отремонтирую портал, и отправимся дальше. Жаль всё же, что у нас всего один портал и нет запасного, иначе я бы достал его и мы отправились в следующий мир, оставив этот на потом, я постепенно отремонтировал бы его, но чего нет того нет.

    В общем, работал я около часа, когда меня отвлёк сперва один ученик, потом второй. Тут недалеко был овраг и я в нём развернул два склада, так что бойцы натянули над ними маскированные сети и начали возводить оборону, а Одна разворачивала лагерь, ставя палатки, там уже дымила кухня. Ну и Мик меня побеспокоил. Выяснилось, что мы находились у городка Воложина всего в нескольких километрах от шоссе и двадцати от железной дороги. Сейчас две группы разведчиков наблюдали за городом и трассой, контролируя немцев. Да-да, нам, используя ретранслятор, прямо в прямо эфире показали жизнь города и какое движение на трассе. Видеокамера была мощной, с отличным разрешением, так что видно было многое на окраинах городка.

    Так себе движение на трассе было, но Мик порадовался. Транспорт нам был нужен и лучше всего автобусы. На машинах мы ездили чуть ли не друг на друге, а тут такая возможность пополнить ряды техники. Он и на мотоциклы с поста фельджандармов облизывался. Пришлось его немного остановить, пока нам проблемы ни к чему, вот восстановим портал, тогда да, можно порезвиться в добыче трофеев, а пока себя обнаруживать я запретил.

    Через час я понял, что не мы ищем проблем, а проблемы нас. На наш дозор наткнулись неизвестные безоружные личности в рваной форме красноармейцев. Их было четверо. Выслушав доклад дежурного офицера, Мик с группой бойцов выдвинулся в сторону Воложина, я поправил форму, вздохнул и усмотрел лагерь. Взрослые ученики, то есть студенты обоих классов были в новой современной форме, амуниции и при оружии. Остальные, средняя возрастная группа и малыши все как один имели одежду, сшитую из красноармейской формы, то есть по подобию, даже галифе были и петлицы с буквой «К» в них, то есть маленькие бойцы и командиры Красной армии. Улыбнувшись, я кивнул офицеру:

    — Веди их к лагерю, но так чтобы они не видели ни складов, ни современного вооружения, особенно танк не должен им на глаза попасться.

    — Может тогда повязки на глаза? — спросил лейтенант.

    — Да — подумав, кивнул я. — Можно и так. Всё, веди, я их у санитарной палатки встречу. Переходим на армейский стандарт общения, для вас я теперь, товарищ майор.

    — Есть, разрешите идти?

    — Свободны — кивнул я и направился к санитарной палатке на десять койкомест.

    Там как раз работали оба наших педиатра и армейский хирург, наш старший врач. Да я заметил у одного парня интерес к медицине и решил направить его на факультет лекарства, заодно дав знания военного хирурга с тридцатилетним опытом. Знания тот вполне освоил, да и учился охотно.

    За последние две недели именно на Гоше, так звали нашего хирурга, он вполне освоил знания, магические медицинские амулеты и на практики опробовал свои знания, была медицинская поддержка всех моих учеников. То один коленку расшибёт, то вторая, или там, на тренировке по рукопашному бою непроизвольно рёбра помнут или руку из сустава выдернут, парни то молодые, силы рассчитывать, ещё не научились. Так что практика у него была. Операции, конечно, не проводил, для этого артефакты «среднего исцеления» есть, но всё что нужно знал.

    Пройдя ровную линейку палаток, я спустился в небольшую низину, левее метрах в сорока дымилась кухня, скоро обед будет, я подошёл к санитарной палатке у распахнутого входа в которую в белом медицинском халате сидела один из наших педиатров. У неё на коленях расположилась одна из малюток, я её знал, четырёхлетняя Дия, дочка купцов. Один из более взрослых детей-одарённых, он входил в среднюю возрастную группу, знал её и её родителей и описал, что происходило в семье. Его взяли на три дня позже во время рейда святош. Так вот, святоши ходили с амулетами в руках по улицам и сканировали ими дома, один показал на дом купцов. Родители девочки не захотели отдавать её, у них девочка была единственным ребёнком, забаррикадировались, но это им не помогло. Дом был взят штурмом, все кроме ребёнка вырезаны. Идти ей было не к кому, похожая ситуация была и у парня.

    — Что случилось? — присел я рядом с ними на корточки и погладил по локонам девчушки.

    — Упала — вздохнула кроха, пока врач мазала ей лоб зелёнкой. При таких ссадинах или лёгких травмах магию не использовали, леча детишек обычными средствами. И врачам практика и дети будут себя осторожнее вести.

    — М-да. Девочка-катастрофа, — пробормотал я, заметив, как незаметно улыбнулась педиатр.

    С определением я был на все сто прав, этот ребёнок умудрялся влипать во все происшествия в нашей большой и дружной семье. Если взять ровную поверхность без единой травинки, но с одним мелким камешком, можно с уверенностью утверждать что именно об этот камешек Дия и споткнётся. Вместе с тем это был очень добрый и послушный ребёнок.

    В палатке было пусто, Гоши, ударение на второй слог, не было, поэтому попросив педиатра найти его, скоро приведут неизвестных, я прошёл внутрь. То, что неизвестные советские солдаты я не сомневался, скорее всего, бежавшие из лагеря.

    Привели их минуты через три, как раз когда наш хирург вернулся, он на складе был, отбирал медицинские препараты для санчасти. Один из двух бойцов, конвоировавших неизвестных, заглянул ко мне в палатку и спросил:

    — Товарищ майор, заводить?

    — Давай всех скопом.

    Зашедший первым Гоша, положил две сумки с лекарствами и бинтами на стол и занял его, с интересом наблюдая, как в палатку завели четверых заросших, грязных и оборванных мужчин. Младшему было на вид лет двадцать, самому старшему чуть больше тридцати, молодые и крепкие мужики. Да, у таких могли найтись силы, чтобы бежать из лагеря.

    — Снимите с них повязки — велел я.

    Тот же боец закинул автомат за спину, по очереди подходил и снимал повязки, после чего по моему приказу снял и небольшие пластиковые одноразовые наручники, перекусив их специальными щипцами. Неизвестные с интересом осмотрелись, и стали пристально изучать меня. Я сидел на свободной застеленной одеялом койке, в такой же форме, как и у учеников, при оружии, у меня был пистолет. Врач сидел за столом, в обычном белом халате, но из-под воротника тоже была видна пятнистая форма.

    — Кто такие? — задал я первый вопрос, мельком посмотрев как бойцы, козырнув, покинули палатку.

    — Военнопленные, бежали из лагеря на территории Польши, пробираемся к нашим — сказал самый старший судя по возрасту мужчина.

    — Звания, должности, и где служили — коротко приказал я.

    Те стали представляться, все они служили в разных частях, и что уж говорить, даже в разных армиях. Двое были пехотинцами, один артиллерист и пекарь армейской пекарни. Выслушав их, я задумчиво почесал лоб и честно сказал:

    — Вы мне тут не к селу ни к городу. Значит так, наш военврач вас осмотрит, где можно подлечит. Пока вы с нами побудете, а перед нашим уходом выдадим вам форму, оружие, боеприпасы и продовольствие, дальше продолжите путь к линии фронта. Всё ясно?

    — Да — кивнул тот же боец, он единственный из бывших военнопленных имел командирское звание, батарейный старшина.

    — Хорошо, сейчас вас проводят к роднику, он тут недалеко, умоетесь и приведёте себя в порядок, старшина вам выдаст новую форму, получите её. Потом обед, жить будете тут, в палатке. За вашим состоянием будет следить наш врач, лейтенант Костих. Свободное перемещение по лагерю вам запрещается, лишь до кухни и до уборной. Всем всё ясно?

    — Да — снова кивнул старшина. — Как долго мы будем с вами?

    — Или пока мы не сменим расположение, или пока окончательно не уйдём. Точного ответа нет, но тут мы будем находиться не меньше месяца. Это всё, теперь вы поступаете в распоряжение лейтенанта Костих. Командуйте, лейтенант — приказал я, вставая с койки. Приправив форму, я направился к выходу, мимо вытянувшихся по стойке смирно бойцов.

    На выходе я чуть не столкнулся с Миком. Козырнув тот сообщил:

    — Товарищ майор, разведгруппой выдвинувшейся к железной дороге только что получены важные разведданные.

    — Идём в штаб, там доложишь — велел я.

    Вход открыт, да и парусиновые стенки палатки так себе как шумоизоляция, не хотелось бы, чтобы пленные нас слышали. Мы направились в сторону штаба, а Гоша, вызвав двух санитаров, ему кроме педиатров были выделены шесть парней и девушек на должности санитаров, отправил бывших военнопленных к ручью, дав в сопровождение двух мальчишек. Кухня и санитарная палатка как я уж говорил, находилась в низине. Дальше был овраг, где стояли склады, их крыши было видно, там же в овраге бил родник, откуда повара брали воду. Склады я поставил на небольшой возвышенности, так что вода до них не добралась, но думаю когда уберу склады и останутся две большие ямы, родник за пару лет наполнит их и появиться тут глубокие озёра.

    Так вот, наверху между деревьев стояли палатки лагеря, бойцы их не видели, только слышали множество голосов и детских криков, там под присмотром воспитателей шли детские развивающие игры. Наверху я обернулся и посмотрел, как вышедшие из палатки бывшие военнопленные с удивлением разглядывают своих сопровождающих, десятилетних пацанов в новенькой красноармейской форме, да и к крикам прислушивались. Потом они направились в овраг, жадно поглядывая на кухню и суетящихся у неё поваров, имеющих белые передники и такие же белые колпаки. Было видно, что порядок у нас их поразили.

    Когда мы прошли в большую только что установленную штабную палатку, я подошёл к столу. Рядом на стволе дерева весел телевизор и на нём была развёрнута интерактивная карта местных территории, видимо кто-то в электронном архиве откопал, я скомандовал:

    — Докладывай.

    — Товарищ майор, вследствие проведённых разведмероприятий удалось выяснить следующее. Наш лесной бор, где мы укрылись, очень мал по размеру, тут рядом находиться очень много армейских и охранных частей. Нас обнаружат и обнаружат очень быстро, рядом деревни, там полицейские. Наше обнаружение это вопрос времени.

    — Есть возможность найти место для лагеря более удобное в плане безопасности и обороны?

    — Так точно, вот тут в ста тридцати километрах огромный лесной массив. Мы уже подняли архив, в нём как раз независимо друг от друга должны организовываться два партизанских отряда. К началу июня они буду сформированы и обособленно вступят в схватки с местными охранными подразделениями. Друг о друге эти отряды пока не знают.

    — Принимается. Значит так, завтра с утра выдвигаемся к этому лестному массиву. Да, капитан, техники у нас мало, можешь повеселиться на местных дорогах. Пока прикинь план движения, как я посмотрю тут две речушки нужно пресекать и болото обходить.

    — Всё уже сделано, нужен был только ваш приказ.

    — Он у тебя есть, действуй.

    — Есть — козырнул тот.

    Пройдя к порталу, осмотрел его и поморщился, отключать питание и разбирать его я пока не мог, и так серьёзные повреждения могут разрушить целостность портала. Вызвав по радиостанции Одну, моего зампотылу я велел поставить палатку так, чтобы портал оказался внутри. Сообщив часовому, что скоро тут будут ставить палатку, а то у него приказ не подпускать никого к нему, направился к нашим медикам. Ситуация изменилась, так что пора отправлять бывших военнопленных дальше. Вооружить, дать продовольствия, и отправлять.

    Я их обнаружил у кухни, там стоял стол и две лавки, вот за ними и сидели помывшиеся бойцы, и быстро уминали щи, как выяснилось, им было разрешено плотное питание, не было противопоказаний. Выслушав доклад Гоши, я кивнул и направился к бывшим военнопленным. Старшина, заметив меня, при приближении встал, остальные последовали его примеру, внимательно глядя на меня. Пришлось махнуть рукой, чтобы сели и продолжили приём пищи.

    — Ситуация изменилась — сказал я, садясь за стол. — Мы меняем дислокацию. Сейчас после обеда вы ляжете спать до вечера, вечером паужинаете, получите новую форму, оружие и продовольствие, ночью отправитесь дальше. Я дам вам карту, будете ориентироваться по ней. Это всё.

    — Товарищ… майор — смущенно обратился ко мне старшина, видимо он никак не мог поверить, что двадцатилетний пацан может быть майором. — Разрешите нам остаться с вами? Мы пригодимся. У вас порядок, всё есть, мы не подведём.

    — Это не обсуждается, у нас спецчасть. Вечером вас проводят из лагеря. Да, кстати, оставьте заявку на счёт оружия, кому какое, вас им обеспечат. Выбор свободный.

    — Даже пулемёт дадите? — удивился старшина.

    — «Дегтярёв», «БАР», «Брен», «МГ», вплоть до «ДШК». Выбирайте. Вам их переносить вместе с боезапасом.

    — А, ну тогда «Дёгтярь» возьмём, я до войны из него изрядным стрелком был, на соревнованиях выступал.

    — Обратитесь к моему зампотылу, лейтенанту Одне Дишес. Она вас всем обеспечит.

    Развернувшись, я направился обратно, а бывшие военнопленные продолжили обед. У штаба я обнаружил суету, похоже, Мик решил развернуться во всю, с другой стороны лагеря гудела моторами бронетехника, сделав в мыслях зарубку, узнать, что спланировал штаб и как этот план выполняется, я зашёл в установленную палатку, как раз последние колышки вбивались, и подошёл к порталу. Времени нужно на ремонт много, не стоит тратить его понапрасну.

    Мик с большей частью бойцов уже уехал, забрав танк и «БМП» он направлялся на трассу. Решив и на железной дороге повеселится. Техники он взял минимум, а вот водителей почти всех, так можно больше транспорта добыть и перевезти к нам. Раз в полчаса в палатку заходил дежурный офицер, докладывал обстановку в лагере, ну и как продвигается дело по отъёму техники и других ништяков у немцев. Вокруг были поля, время года конец мая, по времени полдень, часа три, поэтому экипажи бронетехники замаскировали свои машины нарезанным кустарником и масксетями и те со стороны теперь напоминали передвигающиеся кусты. Они покинули бор, незаметно, когда на дороге движение стихло, пересекли трассу, заметая следы гусениц метлой, и по полевой дороге направились к железной дороге. Пока они ещё были в пути. Работал и получал новые сведенья я с интересом, лишь один раз перервался, когда принесли обед, щи и гречневую кашу с подливой, да и чай был неплох.

    После обеда, я продолжил работы и надо сказать, что не безрезультатно, уже прикинул фронт работ. Со временем я немного ошибся, не месяц, но недели три я буду возиться с порталом наверняка. Быстрее никак, слишком серьёзные расчёты. Был бы я магом, исправил всё это минут за двадцать, но для человека лишённого своих прошлых умений, работа предстояла титаническая. Это как есть рис палочками, которые держишь не пальцами, и плоскозубцами, причём обе одновременно. Вроде и касаешься риса, а попробуй возьми и положи в рот. А с магией это как перед большой тарелкой риса и с ложкой в руках. Как-то так. Рассказ конечно сумбурный, но хоть немного объясняет мои трудности. Можно было бы сократить время ремонта, если бы у меня были прошлые расчеты, когда я создавал этот портал, но все расчёты находились в пространственной сумке, не достать.

    Сам портал имел такой вид, представьте себе овальное кольцо, внутри второе, поменьше. Вот между этим кольцами и висели ничем не удерживаемые камни с заклинаниями управления. Сам портал разбирался на восемь одинаковых частей и складывался в мою безразмерную сумку. Но как я уже говорил, пока это сделать было невозможно, отключу и всё, остальные сбиться могут. Такая вот конструкция. Я раньше этим особо не заморачивался, работает портал и ладно, теперь только вздыхал, проводя новые расчёты.

    Так до вечера я и просидел в палатке, работая над порталом, вернее даже не работая, трогать сместившиеся висевшие в воздухе камни я пока опасался, просто писал расчёты. Так же ко мне заходил дежурный с новыми сведеньями. В лагере всё спокойно, был полдник, дети как раз встали после сна, бывшие военнопленные тоже не сидели без дела, трое отсыпались перед ночью, а старшина, собрав вокруг себя малых, резал ножом свистульки и раздавал их малышам. А я ещё думал, чего это соловьёв так много появилось.

    По бронегруппе Мика тоже были сведенья. Он поступил просто, выстрелом из таковой пушки разнёс паровоз и в три пулемёта прочесал вагоны, эшелон был войсковой, похоже, какую-то пехотную часть перевозили к фронту. Рявкала пушка танка, разнося вагон за вагоном, били пулемёты и автоматическая пушка «БМП». Потом танк перебрался через полотно и экипаж прочесал из пулемётов обочину где залегли выжившие. Эшелон остановили в чистом поле. Так что убежать ни смог никто, всех положили.

    Фактически за двадцать минут боя, эшелон и его пассажиры были уничтожены. Сейчас бронегруппа двигалась к городу, Воложину, их основная задача захватить авто и мототехнику, а эшелон это так, проба сил. Парни из штаба достали со склада «БПЛА» и, подняв его с поверхности поля, направили к ближайшему аэродрому, Мик отдал правильный приказ совершить на него налёт и уничтожить два разведывательных самолета, что там находились, ну и пройтись по остальным самолётам, аэродром был транспортным. Да, наши акции были полубезумными. Не нужно было рисковать детьми, но мы отсюда ночью собирались выдвинуться в сторону к лесному массиву, а оттуда уже порталом перейдём в другой мир, так что наши поиски немцами меня не особо волновали. К тому же мы их собирались притормозить, уничтожив авиацию. А так пускай ищут.

    Лагерь наш начал сворачиваться, сворачивались палатки, и убирались на склад. Практически всё что с них достали, кроме кухни и авто и бронетехники, возвращалось. По спланированной штабом операции, мне начштаба доложил, старший лейтенант Вольт, начало движение назначено в полдесятого вечера. «БПЛА» должен после налёта на аэродром немцев, провести разведку дороги. По записи и будем ориентироваться. А так мы к четырём утра уже должны быть на месте.

    Чуть позже, когда я поужинал в палатке, пришло сообщение что Мик возвращается с добычей. Добыто им было восемь грузовиков, четыре легковой машины, семь мотоциклов, два из них одиночки и связной самолёт «Шторьх». На нём какой-то чин в Воложин прилетел, вот его вместе с пилотом и взяли, погрузили на одну из машин и теперь буксировали. Пилот мне был не нужен, так как знания немецких лётчиков у меня были, поэтому велел Мику избавиться от того, снимать с него умения не требовалось. А так всё прошло очень интересно, даже я бы сказал показательно. Против танка у немцев не было никаких средств противодействия, этим Мик и пользовался, так что они умудрились даже прорваться в центр города и расстрелять из пушки комендатуру. Оттуда же и основные трофеи были в виде легковушек. Тоже пригодятся. На трассе они перехватили две машины с бочками топлива в кузове, тоже их затрофеили, хотя с топливом у нас особых проблем нет, но взяли. А чуть позже и пост жандармов уничтожили. Технику из двух тяжёлых мотоциклов с пулемётами постарались не повредить и те, попали в список с трофеями. Было много оружия, все десантные отсеки бронетехники и кузова грузовиков ими забили, да и других трофеев хватало. Комендатуру-то бойцы зачистили. Было трое раненых, один серьезный, но парни использовали амулеты «среднего исцеления» и те снова встали в строй. В общем, что смогли хапнуть, они хапнули и теперь возвращались. Больше им было просто не взять, и так две машины на жёсткой сцепке буксировали, водителей просто не хватало, хотя некоторых десантников и посадили за баранку или руль мотоцикла. Все мои старшие ученики могли водить любую наземную технику.

    Но это по группе Мика, тот решил сам провести этот рейд, испытать так сказать себя, теперь по «БПЛА». Мне уже доложили, что он возвращается и исследует дорогу. Кто-то спросит, как это мы отправили аппарат за двести километров к аэродрому, тогда как дальность дистанционного управления без спутника не превышает ста километров. А был ответ. Ретранслятор, поднятый с помощью шара с газом на трёхкилометровую высоту. Беспилотник уже возвращался, поэтому трос начали сматывать и опускать шар с усилителем. Так вот, налёт на аэродром прошёл успешно, двумя управляемыми ракетами были поражены обе зенитки, отчего противостоять беспилотнику уже никто не мог и тремя заходами, были уничтожены разведчики, и четыре наличных транспортника, даже строения и склады были расстреляны, что вызвало там пожары. Нужно будет потом видео посмотреть, всё шло под запись, а то на словах не так интересно.

    Мне, честно говоря, все действия моих парней понравились, и я решил, что пока ремонтируется портал прогнать всех бойцов через горнило боёв, дать так сказать им столько боевого опыта, чтобы на десятерых хватило, а то их знания не имеют практического опыта. Мелкие стычки и перестрелки не считать, тут посерьёзнее дела намечаются. А что, перебраться в лес, устроить там лагерь с серьёзной обороной, в основном зенитной и пусть Мик и бойцы по очереди, кто-то же должен лагерь охранять, будут совершать налёты на гарнизоны немцев и устраивать засады на дорогах. В принципе трофеи меня интересовали, да и что уж говорить, я не против и авиацию себе заиметь, хоть и с чёрными нацистскими крестами. Их и закрасить можно. Да, хорошая идея.

    О количестве захваченной техники я уже знал, поэтому часть велел распределить по складам, эта техника лишняя, трофеи туда же, включая «Шторьх» ему сложили крылья в транспортное положение, так что войдёт. В общем, нужно распределить трофеи по складам, и как стемнеет можно выдвигаться к лесу, где мы решили утроиться надолго. Беспилотник уже вернулся, офицеры штаба и присоединившийся к ним капитан изучили запись дороги и прилегающей местности, так что план по переброске лагеря получил окончательный вариант. Там была лишь не большая доработка, деревянный мост танк не выдержит, поэтому проложили дорогу левее на восемь километров, где был брод вот и все изменения.

    Когда время было восемь вечера, я вышел из палатки, чуть не уткнувшись носом в задний борт «ЗИСа», стоявшего со снятым тентом. Бойцы по моему приказу тут же убрали палатку и, подняв портал на руки, поместили его в кузов. Проверив, как он закреплён, я лично верёвками привязал жёсткую конструкцию к бортам. Чтобы его не мотало, и чтобы не коснуться висевших камней, после чего проверив проделанную работу, довольно кивнул. Тент накинули сверху и привязали. По высоте портал не входил, вот и пришло его снимать. А так портал пока просто закрыли от чужих глаз.

    Два бойца запрыгнули в кузов, им была поставлена задача охранять портал, грузовик, завывая мотором, медленно поехал к выходу, где формировалась колонна, старательно крутясь, чтобы не задеть стволы сосен, а я направился туда, где ранее стояла санитарная палатка, её уже свернули и убрали на склад. Да, уж, столько лишней работы, только-только разместились, как снова сворачиваться нужно. Бывшие военнопленные были там, сидели на траве, они уже были в новенькой форме, в пилотках с красноармейскими звёздочками, всё только со склада, имели сапоги, скатки, плотно набитые сидоры, даже каски и котелки со флягами. Только оружие, три «ППД» и пулемёт были сложены отдельно, у ног часового, там же была и кобура. К «ТТ» если меня не подводит зрение. Старшина ниткой и иголкой пришивал к снятой гимнастёрке петлицы со старшинской «пилой».

    — Ну что бойцы, давайте прощаться — сбежав по откосу, подошёл я к бывшим военнопленным. — Вам в ту сторону, карту вам выдали. Так что не поминайте лихом.

    Бойцы не стройно попрощались, а старшина попросил меня отойти на пару слов.

    — Я не знаю кто вы, но точно не наши — сказал он.

    — Что — улыбнулся я — так заметно?

    — Да, всё необычно, и форма, и оружие. Да и молодые вы слишком… А малые дети? Они все в нашей форме это да, так маленькие не говорят по-русски, те что постарше говорят, но правильно, не по-деревенски, а по городски. Шум моторов слышал, «полуторка» была, «ЗИС» недавно по верху в сторону прошёл, а шумы других моторов я не узнаю, вроде звучал немецкий бронетранспортёр, но его другие мотор заглушали. Странные вы.

    — Вы правы, мы не местные. Правду смысла скрывать я не вижу. Мне это безразлично, узнаете вы это или нет. Мы из другого мира, вернее даже миров. Путешествуем по планетам. Сейчас к вам заглянули. Мы собираемся в следующий переходить, так что узнаете вы об этом или нет нам всё равно. А теперь берите оружие, и смело ступайте, тут наши пути дорожки разбегаются.

    Старшина, было, дёрнулся что-то спросить, он был изрядно ошарашен, но потом сгорбился и направился к товарищам. Часовой направился сопровождать вооружившихся бывших военнопленных до выхода из бора, а я зашагал к складам, где ещё суетились фигурки учеников, заносившее последние вещи, сейчас шестеро парней заносили обеденный стол, у нас таких было восемь, все не умещались, ели по очереди. Ну и лавки были. Мы это всё добыли, когда уничтожали учеников-паладинов. Кстати о них, пленных я уже навестил, с ними всё в порядке, сидят в кузове и ждут отправки. Дети от лагеря стройной толпой направились к дороге, где формировалась колонна, уже начало темнеть, а я дождавшись когда Одна закончит со складами, набиты они были под завязку, тем более в один самолёт закатили, да ещё машины и мотоциклы, но ничего, ворота были закрыты и я свернул оба склада, после чего мы направились к дороге. Время было десятый час, скоро отправка.

    Выехали мы полдесятого, как и рассчитал штаб. Я сидел в кабине грузовика в кузове которого находился портал, следом шла «полуторка» с пленными учениками-паладинов, перед нами подрыгивая катилась кухня прицепленная к «Опелю-Блицу» из последних трофеев. Там повара ехали и их помощники, да и кузов был битком нагружен продовольствием. В остальных машинах ехали дети, теперь транспорта хватало, хотя конечно жаль, что среди трофеев не было автобусов, это более подходящее транспортное средство для перевозки детей.

    Водитель ехал с прибором ночного виденья на голове, этих машинок было всего два десятка, поэтому распределили их ограничено среди командиров и водителей, только экипажам бронетехники они не требовались, там встроенные были. Впереди шёл танк в сопровождении «БМП» и десантом на броне. Они проверяли дорогу, мотом «бэтр», грузовики, и «Ганомаг» замыкал колонну. Так и двигались. У меня был амулет ночного виденья адаптированный для применения не одарёнными, но я им не пользовался, просто сидел и бездумно смотрел в окно, на ночное поле за ним. Как-то незаметно я задремал.


    * * *

    До нужно леса мы добрались благополучно, танк и бронемашины с десантом въехали в лес по старой заросшей дороге, прокладывая путь, следом и мы направились. Ехали долго, до пяти часов утра и встали только когда начало светать. Оказалось «БПЛА» летал и над лесом и офицеры видели это озеро, решив остановиться у него. Мне об этом не сообщили, не беспокоя, с одной стороны я их понимал, действенно был плотно занят работами по порталу, и даже радовался, у меня росли личности со своими характерами. Да и воспитывал я их так, чтобы каждый имел своё мнение, а не заглядывал мне в рот, ожидая приказов. Нормально парни отработали, я это им так и сообщил по рации, молодцы мол.

    Когда колонна встала в лесу, вдали был просвет и виднелась гладь озера, я покинул машину и, осмотревшись, подозвал офицеров. Когда все собрались, я стал отдавать приказы:

    — Одна, на тебе организация лагеря. Вольт, разворачивай штаб, на тебе обеспечение безопасности и обороны. Мик, на тебе война с немцами, нам нужны трофеи. Основное направление авиация, у нас её мало, всего один самолёт, нужно много.

    — Есть куда грузить, товарищ майор? — удивился тот. — У нас же складов раз-два и обчёлся, да и те полны.

    — Есть. Я пока с порталом возился, нашёл возможность открывать те склады, которые ранее не мог без своей магии. У нас есть два пустых баула приготовленных для эвакуации эшелонов, они вполне подойдут для авиации и всей её инфраструктуры. Действовать будешь так, захватываешь аэродром со всех техникой и обеспечением, можно и с техническим составом, этих знаний у меня нет, вызываешь меня, прилетаю на «Шторьхе», загоняем в баул всю технику, я возвращаюсь, вы работаете дальше. Нужна не только авиация, что захватите, то будет наше.

    — Ясно — кивнул тот — разрешите выполнять?

    — Выполняйте — кивнул я и посмотрел на остальных офицеров. — Есть вопросы?

    Конечно они были, так что я стал спокойно отвечать на град вопросов, многие офицеры получив задания отходили. Кто присоединился к формирующейся группе Мика, кто начал работу по лагерю. Малышня и другие ученики, наконец, получили разрешение покинуть кузова машин, так что стоял шум и гам.

    Одна озаботилась поиском места, где будет разбит лагерь, я отошёл в сторону и прямо в лесу развернул три склада. Бойцы сразу же стали их маскировать сетями, сюда же подъехали обе мои машины, из одной вытащили пленных, для них уже ставили палатку, из другой осторожно сняли портал, и его тоже поместили в палатку. В другую естественно. Всё, моё рабочее место на ближайшее время подготовлено, в этой же палатке была установлена койка. Но это ещё не всё, одну из девчушек четырнадцати лет, я отозвал в сторону и после её согласия внедрил в голову знания по пилотированию немецких самолётов. Пока у нас будет один пилот, но потом увеличим лётную группу. Через десять минут она очнулась и побежала принимать технику. Там же на складе ей должны выдать трофейный лётный комбинезон и шлемофон, и помогут выкатить самолёт. Комбез она сама ушьёт по размеру. Небольшая полянка у озера вполне вызволяла совершать взлёт и посадку на этом типе машин. Девчушка была бойкая, ранее она была при штабе радисткой, и тут же озаботилась топливом и моторным маслом для своего аппарата. К счастью на одном из складов, где имелся ГСМ, было то, что ей нужно, так что десяток парней из средней возрастной группы помогали ей перевести «Шторьх» из транспортного состояния до готового к полёту. Та придирчиво наблюдала за всеми работами, командуя ими.

    Лагерь создавался на новом месте заново, ставились платки, организовывалась кухня, туалеты. Бойцы активно работали над обороной, делались засеки, пулемётные позиции, капониры для бронетехники.

    Мик пока отправляться в рейд не спешил, он просто не знал куда. Беспилотник с поляны, где стоял «Шторьх» просто не взлетит, длины полосы не хватит, поэтому капитан отправил пару машин с операторами на опушку леса, там с поля те подняли аппарат и до вечера он крутился над окрестностями, делая съёмку на триста километров во все стороны, пришлось опять использовать ретранслятор на шаре. Но зато в штабе теперь была вся информация, которая позволяла планировать дальнейшие шаги. Кто-то спросит, зачем я так свечу свои подразделения, но о первой причине я уже сообщил, тренировка, жёсткая, в боях, но тренировка для набирания опыта. Ну и второе, чего им тут скучать в лагере, пусть развеяться, на мир посмотрят, себя покажут. Многие из бойцов читали мемуары Рокоссовского или Жукова и хотели повоевать с немцами. Да и художественную литературу читали и, что уж говорить, фильмы смотрели. Да-да, ещё в замке я сделал кинотеатр с большим плазменным телевизором, и там крутились фильмы. Пиндосовские я не показывал, там выс*р мозга, а вот советские комедии и фильмы о войне крутил постоянно. Так что о Великой Отечественной войне бойцы и другие ученики знали много, это держало их в возбуждении. Ну как я им не дам повоевать, раз такая возможность есть? Так что моё решение было хорошо продуманным. Кстати, на заметку, когда под вечер беспилотник возвращался, его атаковала сверху пара истребителей, это были «мессеры». Видать система воздушного наблюдения у немцев сработала как надо и на «БПЛА» натравили истребители с ближайшего аэродрома.

    Оператор беспилотника получил уникальный опыт, он сбил оба «худых». Естественно он издалека их заметил, а так как из вооружения были только пушки, ракетами он до этого расстрелял паровозы двух войсковых эшелонов, это чтобы зря не возить с собой ракеты, то во время атаки увёл беспилотник в сторону и сел на хвост паре. Те пытались разделиться, но это не помогло, была разница в скорости. Сперва он сбил один «мессер», потом догнал и второй вогнал в землю. Вот так вот. Правда, после этих кульбитов у него едва хватило топлива вернуться.

    Я же до самого вечера просидел в палатке на стуле у портала, прерываясь лишь на завтрак обед и ужин. Да пару раз заходил дежурный офицер, приносил самые важные новости. О сбитых истребителях он тогда же сообщил. Работал весь день я не зря, не смотря на то, что глаза после беспокойной ночи слипались, я уже сделал первый шаг к восстановлению. Тронул длинной магической иглой один из камушков и, стараясь не задеть другие, сместил его в то место, где он ранее был, дальше придётся очень осторожно по микрону двигать его с места на место пока он не встанет там, где нужно. Самое обидное, что на портал защиты не навесишь, не будет она работать, излучение от него не даст, поэтому-то и произошёл такой казус с шишкой. А когда портал отключён и разобран его частями в футбол можно играть, ничего ему не будет.

    Часов в семь вечера я выходил из палатки, просто пройтись, узнать как там пленные, да осмотреть лагерь. С ним уже закончили, была организована столовая, там под натянутой между деревьями маскировочной сеткой стояли столы и лавки, повара отмывали котлы кухни после ужина, туалеты в кустах, плетённые из камыша кабинки, ну и длинные ряды десятиместных палаток, где разместились все мои ученики, от стара до млада. Ну кроме тех что на часах стояли конечно.

    Пообщавшись с уставший Одной, сегодня отбой будет раньше, я поблагодарил её и похвалил за проделанную работу. На берегу озера был даже организован пляж, а на поляне волейбольная площадка с уже натянутой сеткой, для взлёта самолёта она не мешала, убиралась быстро. Оборона тоже была закончена, я за это поблагодарил часть бойцов. Ту, что бодрствовала. Часть отсыпались вместе с офицерами в палатках. Мик решил сегодня ночью покинуть лес и совершить марш-бросок на максимальное от этого леса расстояние, работать он собирался именно там. А вызывать для вывоза трофеев собирался по радиостанции, самолёт к этому был уже готов, да и пилот хоть и нервничала перед первым вылетом, но всё же уверенно пообещала, что доставит до места. Я ей не говорил, что тоже владею навыками пилотирования немецкой авиационной техники, так что если что подстрахую. Пора из средневозрастной группы готовить будущих лётчиков и технический персонал. Девчата будут только техниками, парни лётчиками. Только так и никак иначе. Если из девчат кто захочет стать пилотом, неволить не стану, выдам нужные здания, но это зависит от личного желания.

    Изучив лагерь и пообщавшись с малыми, как только прозвучал отбой, я сходил к озеру, искупался в пока прохладной воде. Судя по следам на берегу, купальщик я был отнюдь не первым и направился в палатку. Очень сильно хотелось спать.


    * * *

    Весь следующий день я провёл в палатке, работая над порталом, дело хоть и медленно, но двигалось, пришлось начинать всё заново, я нашёл ошибку в расчётах, которые делал впопыхах, а после проверки и новых расчётов продолжил работы. Так вот, один из трёх камней я вернул на место, осталось по завершению работ провести его проверку и юстировку.

    Часов в шесть вечера, как раз только что прошёл ужин, борщ с макаронами и котлетами на второе, прибежал посыльный из штаба. Мик был на связи. Оставив портал, его охранял часовой, на нём же была и палатка с пленными, подстраховывал его часовой у складов, что находились рядом. Так вот оставив портал, я быстрым шагом направился следом за посыльным. Это был одиннадцатилетний паренёк в форме бойца Красной армии, с мосинским карабином на плече. Все кому было больше десяти лет, получили такие карабины и даже успели пострелять из них, привыкая к оружию. Война, мало ли что.

    Выяснилось, что Мик за день набрал большое количество трофеев, захватив только что аэродром, и просил забрать эту связывающую ему ноги обузу. Подробного доклада не было, поэтому я решил узнать всё на месте.

    — Самолёт к старту! — скомандовал я Вольту. — Вылетаем немедленно.

    — Уже готов — кивнул он, выслушав связного. — Повара подготовили термосы с едой, их грузят в самолёт.

    — Всё, я на взлётную площадку.

    Бегом добравшись до поляны у озера, я сел на место пассажира, двигатель был уже запущен, и после короткого разбега гудя метром «Шторьх» стал подниматься в небо. Пилот всё делала уверенно, хотя я и заметил, что она нервничала. Ничего мне брать с собой было не нужно, безразмерная котомка на боку, оружие там же. При мне только пистолет на бедре и всё. Так же была вооружена и пилот, пистолет, трофейный «Вальтер» в кобуре вот и всё оружие. А из груза только четыре термоса с горячей едой в грузовом отсеке.

    Через сорок минут мы были на месте, аэродром, что захватил со своими парнями Мик, находился в ста пятидесяти километрах от леса. Был он, к сожалению транспортным, но четыре истребителя на нём имелось, только они, ни штурмовиков, ни бомбардировщиков.

    Сделав круг, мы сели на свободную площадку, после чего пилот остановила катившийся по инерции самолёт у «БМП». Она сразу же забегала, заставив бойцов начать заправку её машины, и выдала термосы с ужином, а я подошёл к борту и посмотрел на вмятину на броне.

    — Кто это вас так? — спросил я Мика.

    — Да когда один из гарнизонов зачищали, у них противотанковое ружьё оказалось, вот и словили подарочек в самое слабое место. Не пробил, но вмятину оставил. Жаль трофеем его взять не удалось, идущий следом танк Эриха уничтожил выстрелом вместе со зданием, а хотелось бы получить его в свою коллекцию.

    — Что? — не понял я

    — Да я и ещё несколько парней начали собирать коллекции из вооружения немецкой армии, флота и авиации. Каждый свою собирает. Только один Эрих тоже коллекцию собирает, но из тяжёлого вооружения.

    — Откуда у вас такие идеи взялись?

    — Вы, Учитель собираете себе коллекции, почему мы не можем?

    — Подожди, сейчас разверну баул, техники я смотрю тут мно-о-о-ого, пока бойцы загоняют её внутрь, доложишь подробно, как прошёл ваш рейд и откуда у вас столько трофейных машин, а их явно больше твоего личного состава.

    — Так аэродром мы ещё в обед захватили, а потом просто стаскивали всё сюда, добывая трофеи.

    — Потом доложишь, умник.

    — Есть, доложить — козырнул тот и стал наблюдать, как я направился в чистое поле, выбирая место для разворачивания баула.

    Некоторые бойцы уже подогнали два тягача к транспортникам, готовясь их буксировать в баул. В стороне группой сидели пленные, как я и просил в основном техники. Некоторые бойцы ужинали, мой пилот, когда закончила с заправкой встала к черпаку и разливала борщ по котелкам, выдавая и второе с котлеткой. О мясе для котлеток и борща я узнал от пилота во время полёта. Там всё просто было, увидели на опушке бычок пасётся и увели, бычкокрады.

    Насчёт того что я предположительно могу разворачивать баулы и некоторые склады, но пока далеко не все, я не солгал. Когда работал с порталом, то пытаясь иглой работать с одним из плетений, мне нужно было петельку накинуть на сдвинувшейся камень накопитель, мне и пришла идея, как открывать и закрывать те склады и баулы, к которым у меня пока доступа не было. Опять такие это всё пока в теории, но я был уверен, что у меня получиться, хотя работа ожидалась кропотливая.

    Способ ещё был сырой и не опробованной, а у меня была лишь теория, поэтому я и решил провести эксперимент с пустым складом. О том, как его создавал, я уже рассказывал, но повторю. Берётся пустой баул, внутрь помещается или снарядный ящик или из-под патронов, главное чтобы стенки ровные были. А то один раз вроде ровный ящик взял, развернул его в большой пространственный баул, зашёл внутрь, а там щели между досками чуть ли не четыре метра и скособочены они, рельсы не положишь, пришлось другой искать. Так вот, по способу создания. Когда ящик внутри, естественно крышка снимается, или лучше боковую стенку убрать, проводится установка плетений заклинаний безразмерности и сотни других, ну и камней накопителей, вот тогда баул и разворачивается в огромное хранилище способное вместить внутри от двадцати до двадцати пяти эшелонов. Я так у немцев три десятка их угнал, или чуть меньше, в записях смотреть надо. Это как создавать баулы для хранения наземной техники, для морской или речной немного другие принципы, а так всё схоже.

    Такие баулы может разворачивать только маг, я только одному сделал ручное управление, морскому, тому, где эсминец Васильева стоит с другими кораблями. Вот сейчас я достал из безразмерной сумки один из таких пустых баулов, и задумчиво покрутив его в руках, пробормотал:

    — Теория-теорией, посмотрим, как всё это выйдет на практике.

    Положив баул на землю, я расстелил на пыльной траве плащ, сегодня был последний день мая, а жарило уже прилично, и лёг на него, достав из сумки комплект магических амулетов-инструментов ювелира. Дальше потекла очень тонкая, и главное не напрасная работа. Похоже, моя задумка, что пришла в голову во время работ с порталом была стоящей. Я за полчаса кропотливой работы смог запустить заклинание разворачивания баула без магических способностей, то есть мне хватило всего лишь трёх инструментов с иглой управления из арсенала ювелиров. Очень тонкая и главное ненапрасная работа.

    Как только развернулся баул и показался огромный зев входа, я встал с плаща и вытер рукавом формы покрытый мелкими бисеринками пота лоб. Работа действительно была адова и я с содроганием думал о том, что мне его ещё придётся закрывать, а это практически та же работа, только в обратной последовательности. Хорошо хоть что я немного, но приобрёл практического опыта, так что думаю, справлюсь.

    Как только баул был открыт, тягачи стали буксировать внутрь самолёты, поэтому я подхватил плащ, на ходу его отряхивая и отошёл в сторону. Инструменты я уже убрал в сумку. Ничего страшного если потеряю, у меня шесть запасных таких комплектов.

    Один из офицеров встал у входа и руководил работами по парковке разнообразной техники, было видно, что он неплохо справляться со своей работой, лишь дважды ему пришлось выгонять обратно ту или иную технику, чтобы переставить другую. Это нужно было для компактного размещения, чтобы вся техника вошла, и ещё место сталось. Как раз внутрь загоняли местный топливозаправщик, на очереди стояли грузовики с аэродромным имуществом, а я направился к Мику. Пока я работал у бойцов прошёл ужин, так что бойцы и командиры успели покушать.

    — Давай докладывай, откуда столько добра добыли — велел я капитану, мельком посмотрев, как небольшой аэродромный тягач буксирует за хвост один из истребителей.

    — План рейда был разработан ещё в штабе. Заключался он в том, что совершить молниеносный рейд по местным оккупированным территориям, уничтожая те гарнизоны, какие мы видели на своём пути, одновременно направляясь в сторону аэродрома. Связь мы уничтожали, так что информация кто мы и куда движемся, шла с сильным опозданием, поэтому местные силы ничего и не смогли нам противопоставить, ну а когда мы уничтожили штаб полка охранной дивизии, то противопоставлять стало просто некому. У нас оператор с собой с видеокамерой, он всё снимал, можете посмотреть весь видеоархив записей. Там много что интересное есть.

    — Будет время, посмотрю — кивнул я. — Ты от темы не уходи, подробно рассказывай, что и как происходило. Бойцам твоим ещё с полчаса работы по загрузке баула, так что успеешь.

    — Хорошо… Шли мы просто отлично, немцам и уж тем более полицаям просто не было нам ничего противопоставить. Танк шёл впереди и сносил любой очаг сопротивления. Потратили половину боезапаса, но пока снарядов хватает. Так вот пока мы шли к аэродрому, то заглянули в два десятка сёл, городков и деревень. Трофеев было огромное количество, но чтобы не загружать бойцов, взяли только четыре грузовика с самым ценным. Это уж потом когда добрались до аэродрома и взяли его, местные даже ничего не подозревали, то стали всё грести под себя со всей округи…. О, наши возвращаются, похоже ещё что-то отбили. Там Эрих командовал. Способный парень и в танки просто влюблён. Он коллекцию танков собирает. Видите, на прицепе буксирует брошенный тут в прошлом году советскими войсками танк? Наверняка восстанавливать будет.

    Мы оба посмотрели в сторону, где появилась колонна из танка с «БТ-2» на буксире, десятка грузовиков, часть были на жёсткой сцепке и замыкали колонну два «Гономага». С дороги технику сразу погнали к баулу. Вернувшись к разговору, я продолжил внимательно слушать рассказ Мика. Тот молодец, по моей просьбе докладывал не командирско-казённым языком, а обычным тоном, обычными фразами.

    — … а так как этот штаб был у нас почти на пути, я заранее решил его уничтожить, чтобы убрать большую часть проблем. Теперь координировать наш отлов некому. После штаба мы заглянули к железнодорожному мосту, уничтожили охрану, взорвали мост, захватили четыре зенитки, все четыре «ахт-ахт» с солидным боезапасом, вон они стоят, их готовят буксировать в баул, и уже от моста никуда не заезжая двинули к аэродрому. Тут были лишь один «Ганомаг» и две зенитки, автоматические «эрликоны». Бронетехнику и зенитки взяли целыми, перебив расчёты. Охрану смели, обслугу частью перебили частью взяли в плен, лётный состав нашли в той деревушке, пленных не брали. Старались вести бой так чтобы деревенские не пострадали, но это не всегда получалось. Шесть погибли, пятерых нам удалось вытянуть с того света амулетами со «средним исцелением». Потом на том холме я поставил «БПМ» чтобы она контролировала округу, трёх бойцов оставил тут для охраны имущества и пленных, а сам на оставшейся бронетехнике стал объезжать ближние и дальние населённые пункты и собирать трофеи. Полицаи и немцы были этому против, пришлось их уничтожить.

    — Ясно. Суть рейда я понял, потом запись посмотрю. Что там с трофеями?

    — Трофеи… — задумчиво проработал капитан и достал из планшета блокнот и пару листов, ему только что принесли, свежий список с трофеями. — По трофеям вот что. Два транспортника «Юнкерс-Пятьдесят два», один чисто пассажирский той же модели, один дальний разведчик «Доронье До-двести пятнадцать» и простой разведчик «Хейнкель Н-семьдесят «Блиц»». Четыре «Мессершмита» модели «Ф». Теперь аэродромная техника и вооружение, есть и бомбы, подвески на истребителях имеются. Так вот…

    Слушая, как Мик монотонно причисляет количество захваченного имущества, я изредка переводил взгляд на баул, в который потоком шла техника. Некоторые грузовики, когда были разгружены их кузова, выезжали обратно и следовали в сторону построек и складов аэродрома, где их дожидались грузчики из пленных. Вывоз всего аэродромного имущества шёл с размахом. В это время капитан закончил перечислять трофеи по аэродрому и перешёл к тому, что они захватили уже в окрестностях. Кстати, второй «Гономаг» был взят при штабе охранного полка. Был и третий но, к сожалению, он вместе с экипажем был превращён в лепёшку танком. Тогда рейдовая группа понесла первые потери, благо раненых быстро восстановили, вот танкисты и разозлились. Эти трофеи тоже впечатляли, двадцать семь мотоциклов, из них одиннадцать лёгких одиночек, захвачено имущество мотоциклетного взвода в том селе, где находился штаб полка, причём всё имущество было вывезено. Я отметил, что многие мотоциклы имеют отметки с инициалами. Их застолбили. Это было можно, я сразу сообщил, что желающие могут забрать себе в собственность то, что им понравиться. Были такие метки и на некоторых автомашинах, только на легковых.

    Так вот, помимо мотоциклов было захвачено пятьдесят три грузовика, спасибо автороте полка, двенадцать легковых автомобилей, включая одну «эмку», бронетранспортёр, броневик с автоматической пушкой, он сейчас на холме стоял вместо «БМП», даже велосипеды были захвачены. Пока только восемь единиц, но и это хлеб. Будет на чём гонять подросткам, правда я им и мотоциклы собирался отдать, пусть учатся гонять по просёлочным дорогам. Но мотоциклы дам только тем, кому старше одиннадцати, остальные пусть велосипедами довольствуются. Когда Мик закончил перечислять трофеи, баул уже был полностью загружен.

    — Броневик перегонять не будете? — указал я на холм. Оба «Ганомага» уже загнали в баул.

    — Да, сейчас спустят — пробормотав в микрофон гарнитуры несколько фраз, кивнул капитан.

    С ним оставался только танк и «БМП», именно такой группой надеясь на трофеи, они и выдвинулись из леса. Трофеев хватало, это хорошо, теперь можно броневзвод сформировать из трофейных бронетранспортёров. Это проблема Эриха подыскивать им экипажи, как я уже говорил, он отвечал за всю бронетехнику.

    Дальше была суета по сборам, я прошёлся к толпе пленных и, выбрал там пятёрку самых опытных немцев. Допросить мне их ничего не стоило, немецкий я знал, вот мне и выдали этих пятерых. Я снял у них слепки памяти, благо все нужные артефакты для скачивания знаний у меня были, и подготовил их к загрузке, перелив на пустые амулеты. Это заняло у меня порядка часа, управился до темноты, после этого немцев отпустили, нам они были не нужны, как на свидетелей нам на них было плевать. Эти немцы с нами сотрудничали, охотно шли на контакт, так что как мы им и обещали, отпустили живыми. После этого я за двадцать восемь минут свернул баул, разворачивание длилось дольше, тридцать три минуты, после чего я попрощался с Миком, у них большое количество работы, в данный момент им предстоял рывок на сто километров, сел в самолёт и мы вылетели в сторону нашего леса, где находился лагерь. При подлёте окончательно стемнело и Вольту пришлось организовать освещение места посадки, он подогнал туда две машины и осветил поляну фарами, так что сели мы благополучно. Похоже, знания и опыт что я передал девочке, принадлежали настоящему асу, потому как она произвела посаду просто ювелирно, да и было видно, что она уже не так нервничала. Ничего, наберётся опыта, будет летать аки Икар. Ой, нет, не так сказал, как очень хороший лётчик.

    Мик в данный момент ночными дорогами удалялся в сторону фронта, ему была поставлена задача захвата фронтовых аэродромов, а я, поблагодарив и похвалив нашего первого и пока единственного пилота за работу, направился в свою палатку. Кстати, по капитану. То, что он плакался о большом расходе боеприпасов не нужно слушать всерьёз. Напомню, что у него была безразмерная сумка подаренная мной. В неё он перед рейдом поместил пять десятков бочек с дизтопливом, десяток с бензином, все они местной выделки, последние на всякий случай, ну и ящики со снарядами, боеприпасами и продовольствием, про это тоже стоит упомянуть, так вот, пока он всё это не потратит, возвращаться я ему не велел. Ну, или пока у него есть возможность свободно совершать рейды по тылам немцам. В следующий раз я к нему полечу уже не на «Шторьхе» он может выйти за то расстояние что может пролететь этот моноплан, а скорее всего на транспортном «Юнкерсе». Наш пилот, как и я сам, умела им управлять, я уже интересовался. Да и баул надо будет завтра открыть, достать часть техники, вооружения и игрушек для молодежи, вроде великов и мотоциклов. Пусть осваивают, знания немецких мотоциклов у меня были, там не только умение водить их, но и ремонтировать, что важно. Пока ремонтируется портал, мне нужно было чем-то занять их. Ну и не стоит забывать, что пора создавать подразделение лётной обслуги. Авиация у нас теперь есть. Да и из парней десантников нужно отобрать тех, что по крепче и не бояться высоты. Лётчики мне нужны.

    Выслушав доклад Вольта о том, что в лагере всё нормально, порадовал его, что завтра мощность обороны у него повыситься, и узнал от него, что готовиться к показу запись рейда отряда капитана. Обещал быть к началу показа. Искупавшись, я переоделся в свежую форму и прошёл в штабную палатку. Портал и пленных я уже навестил, узнал, что с ними всё в порядке.

    Запись мне понравилась, как и другим бойцам и офицерам, парни действовали уверенно, жёстко, профессионально и нагло. Пока о них никто не знал, после первого рейда в окрестностях Воложина только-только слух пошёл, вот они и резвились. Да и сейчас ушли из зоны начавшихся поисков. Ночь не такая и длинная, поэтому я надеялся, что они уйдут как можно дальше. Именно поэтому Мик и не задействовал трофейную технику, а только танк и «БМП» где стояли штатные приборы ночного виденья. До Вязьмы, в районе которой держат оборону советские войска, было чуть больше пятисот километров, думаю, они доберутся до неё дня за три. Идти Мик должен был тихо, таясь, и только на месте развернуться во всю и изредка вызывать меня, для вывоза трофеев. Наверное, как раз в это время мне лучше постоянно быть с ними, чтобы не терять время на перелёты. Портал на это время может подождать, трофеи это святое.

    Недельку он там порезвиться, на третий день нужно будет доставить ему смену бойцов, забрав повоевавших, провести так сказать ротацию, и можно будет его возвращать. Не по земле, транспортником бойцов привезём и вывезем, а технику в баул загоним. Это не придумка что мне пришла в голову только что, это разработанная штабом операция ещё перед первым рейдом. На трофеи глубокие тылы немцев небогаты, вот я и решил перекинуть наших к линии фронта, а штаб уже подробно разработал эту операцию. Конечно, можно было и по воздуху их перебросить, что было бы куда незаметнее, потом развернуть баул, выгнуть современную технику и дать им поработать, но я занят был порталом, это раз, во-вторых им нужно получать бесценный практически опыт. Пока они не проведут рейды и броски по дорогам, засыпая за рычагами и прицелами пушек от усталости, они не поймут что это такое. Я прогонял моих малолетних бойцов через кровь и ужас войны, запах крови товарищей, через вонь сгоревшего пороха или тротила разорвавшегося снаряда, через силуэт противника в прицеле их оружия. Я прогонял их через нестоящую войну и надо сказать бойцы старались повысить свой профессиональный уровень. День ото дня они становились всё крепче и спаяннее, настоящее боевое подразделение и боевое братство. До этого они были разрозненной группой мальчишек и девчонок волей судьбы сведённые вместе, сейчас же любой за своего боевого товарища горло недругу перегрызёт. Именно этого я и добивался, мы должны стать семьёй. Именно поэтому я лично собирался участвовать в нескольких схватках. Не стоит им давать повод, что я бросаю их под огнь противника, а сам в тылу отсиживаюсь — мы одна семья.

    Наблюдая на экране телевизора за скачущей съёмкой оператора, он как раз под обстрел попал и перебегал на другую наблюдательную позицию, так что мелькали земля, небо и траки пролетевшего мимо «БМП», судя по матерку тринадцатилетнего оператора, он чуть не попал под гусеницы бронемашины, я продолжил размышлять. Завтра на поле, на опушке леса разверну баул, на поляне не получиться, места очень мало, мы выгоним изнутри всё, что нам понадобиться, сверну и продолжу работу с порталом, пока не придёт вызов от Мика. Радиостанция у него была с собой хорошая. Так что он и от линии франта сможет держать с нами постоянную связь, а если учесть что связь будет шифрованная, которую ни немцам, ни советским радистам ни в жизнь не взломать, общаться нам можно будет свободно.

    После просмотра фильма, некоторые самые интересные моменты прокручивались дважды, а то и трижды, я поблагодарил всех за отлично проведённую работу и, напомнив, что уже час как прозвучал сигнал отбоя, направился к себе. Зрителей в палатку набилось человек сорок, там были и взрослые и из средневозрастной группы, уверен завтра, диски накопируют и разойдутся по всем лагерю. У меня на складе было около пятидесяти коробок с ноутбуками. Половина ушла в штаб для координационного центра, операторы-программисты, молодцы постарались, остальные были на руках у детей. В основном у старших отделений или у их начальства, так что современная электроника не была чем-то удивительным в лагере, за три недели, что прошли с момента нашего прибытия на остров, все научились ею пользоваться, да и планшеты у некоторых были на руках, правда их было меньше, всего восемнадцать. Я жлобом не было, надо, давал. Пока не было возможности обеспечить всех детей электронными девайсам, но когда смогу, сделаю это.

    Ну ладно, эта неделя, похоже, будет тяжёлой, пора баиньки, отдых мне действительно требовался.


    * * *

    6 июня. Ржевско-Вяземский выступ. Первая линия советских войск. Вечер.


    — Хорошо шумят — поправив каску, пробормотал пожилой седоусый старшина, в старой застиранной и выгоревшей на солнце добела гимнастёрке.

    — Кто это может быть? — спросил у него молодой боец, в новой, но уже грязной в отличие от напарника форме.

    Эти двое были расчётом крупнокалиберного пулемёта, старшина старый кадровый боец, войну начал в сорок первом у границы, а молодой паренёк, всего три дня как прибыл на фронт. Правда, в отличие от товарищей из маршевой роты, он пока ещё был жив, но за это нужно было благодарить опытного наставника, в расчёт которого он попал. Их «ДШК» стоял на треноге, выставив тонкий стволик в сторону рощи, где окопались немцы. Позиция у них была выдвинута далеко вперёд от основной оборонительной линии. Перед ними луг, слева и справа болотистая местность. Удобное место для обороны.

    — Да кто их знает, но немцы только с нашими бои ведут. Может, кто из наших из котла пробирается? — сворачивая цигарку с надеждой сказал старшина.

    — Вы же сказали, что месяц назад престали выходить.

    — Говорил — задумчиво кивнул тот и, устроившись на дне окопчика, пока молодой вёл наблюдение, закурил, выпуская дым в рукав гимнастёрки. — Но всё же надеюсь что это наши.

    С позицией расчёту повезло, они находились на возвышенности, в отличие от соседних подразделений роты, где были болота, полметра и проступает вода. Позиция была хорошая, четыреста метров ровной поверхности луга, на которой колыхалась согласно дуновениям ветра трава, и тёмный смешанный лес с другой стороны поля. Окоп был большой, и мог вместить порядка шести бойцов. Да и стрелковые ячейки были подготовлены для такого же количества бойцов, но на позиции было всего двое. Метрах в пятидесяти виднелась из другой ячейки голова бойца в каске, он тоже прислушивался к интенсивному бою в тылу немцев, но это ясно показывало, что оборона тут была откровенно жиденькой. Да и как иначе, если тридцать бойцов в роте?

    В это время послышался шум и шуршание, молодой схватился за свою винтовку, прислонённую к стенке окопа, но старшина успокаивающе махнул рукой. Он знал, кто это так шумно сопит носом, так шумит их ротный.

    Лейтенант по-пластунски добрался до пулемётной позиции и скатился в окоп, устроившись на дне. Облокотившись спиной о стенку, он стянул каску, снял пилотку и вытер ею мокрое лицо.

    — Ну что Никодимыч, наши шумят? — спросил он, и принял у старшины окурок, жадно затянувшись.

    Оба считались в батальоне ветеранами, только тридцатисемилетний лейтенант, бывший учитель истории, войну начал в августе прошлого года, поэтому отношения у них со старшиной были приятельские.

    — Может наши, а может и нет, но шумят лихо.

    — Комбат посыльного прислал. Ему все звонят, и из штаба полка и из штаба дивизии, даже командарм отзвонился. Интересуется, кто это на нашем участке так шумит. Вроде у наших танки новые появились, не слышал?

    — Да откуда в нашей глухомани таким слухам взяться то?

    — Я вчера в штабе батальона был, получал довольствие на роту. Сам знаешь, ротного старшину у нас ранило, так вот много интересных новостей узнал. На участке обороны соседнего корпуса интересный случай был. Там болот нет, чистое поле, линия фронта у нас и у немцев сплошная, позиционные бои идут. Ни у наших, ни у немцев сил для наступления не было, и вот, так же как и тут, стрельба в тылу немцев. Долго она шла, минут двадцать, и представляешь, врываются с тыла на немецкие позиции два новейших танка…

    — Наши?

    — Вроде наши, у обоих на радиоантеннах были красные куски ткани, но силуэты разные и незнакомые. Одни танк приземистый, с какой-то неровной кирпичиками бронёй и просто чудовищной скорострельной пушкой. Другой танк поменьше, но тоже с ребристой кирпичиками бронёй, и с автоматической пушкой, она очередями стреляла. Так вот, танк давай по окопам, давить гусеницами немцев, а второй отъехал в сторону и начал крутиться, стреляя по артиллеристам и пулемётным позициям. Представляешь, болванки рядом с ним в землю врывались, а в него так и не попали.

    — Прикрывал дружка — хмыкнул в усы старшина, с огромным интересом слушая вместе с напарником ротного.

    — Ну да. Так вот, по нему все стреляли, и противотанковые пушки, и гаубицы, даже миномётом пытались его накрыть, пока второй танк не уничтожил батарею, но гусеницу ему сбили. Так вот второй танк подъехал ближе, задние люки у него открылись и оттуда, представляешь, дюжина бойцов выбралась, и начала очищать окопы, что были рядом. Причём ладно они были в нашей форме, так в пятнистой, при незнакомом личном оружии, даже каски были странные, у них прозрачные щитки спереди были.

    — Удобно — оценил старшина. — От пыли, камешков и мелких осколков могут защитить.

    — Ага. А представляешь, второй не танком оказался, а таким бронетранспортёром. Из обоих машин вышли танкисты, по двое, их сразу опознали как наших.

    — Это по какому такому виду? — удивился старшина.

    — По комбинезонам и главное шлемофонам. Такие ребристые только наши носят. Командир полка на участке обороны, где всё это происходило не будь дураком, поднял всех своих в атаку, сам впереди бежал. Даже поваров, ездовых и сапожника и повёл вперёд. Представляешь, и заняли немецкие окопы, даже до второй линии дошли. Там их уже остановили и они откатились обратно к первой траншее, там закрепились.

    — А танки что, куда делись?

    — Гусеницу большому поставили на место, да ловко так, быстро, они подавили оборону на трёхкилометровом участке, и ушли в тыл немцев. Комфронта Жуков, этим случаем очень заинтересовался, приказал обо всём необычном вроде этого немедленно докладывать. Наверное, командарм, поэтому и звонит, интересуется… Это не пушка стрельнула? — спросил он.

    — Танковая пушка, только незнакомая — уверенно кивнул старшина. — О, вот снова её голос прорезался… и снова… А это похоже на очередь автоматической пушки, это не «эрликон» его голос я знаю. Больше на нашу зенитную похожа.

    — Думаешь, они? — спросил лейтенант, отстёгивая с пояса стеклянную флягу в брезентовом чехле.

    — Может и они — глотнув свежей воды, кивнул старшина. — Я до этого не слышал подобные голоса, хотя с начала войны воюю.

    — Я в штаб, нужно сообщить — засобирался лейтенант.

    Убрав пустую флягу на место, он покинул окоп и дальше все пятьдесят метров до низины активно шевелясь, полз по-пластунски. Уйдя из-под возможного обстрела, он встал, отряхнулся и побежал в наплавлении КП батальона. Он находился тут недалеко метров триста всего.

    Через два часа старшина очень сильно удивился, когда на его пулемётной позиции оказался командир дивизии, командарм и главное сам генерал Жуков. Естественно небольшой окоп всех вместить не мог, поэтому часть сопровождения осталась позади позиции в низине. Среди высокого командования, старший лейтенант Вятов, командир батальона, смотрелся белой окопной вороной.

    — Старшина — обратился к командиру расчёта командарм. — Как давно стих бой в тылу у немцев?

    — Да час полтора назад, товарищ генерал-майор — сразу же ответил тот.

    — Не успели — пробормотал Жуков. — Видимо они дальше в тыл противника оттянулись.

    Старшина, хорошо расслышавший, о чём говорит комфронта, вклинился в разговор:

    — Да никуда они не уходили, товарищ генерал-армии. Видел я их, выскочили на окраину леса, и по опушке стали носиться, уничтожая позиции. Я докладывал уже ротному, что вот нам у немцев пушка противотанковая стоит, а там дзот с пулемётом, пришлые их уничтожили и встали на отдых.

    — Где встали?! — подскочил на месте командарм.

    — А вот там, в низине у озера. Если присмотреться, можно разглядеть антенну одного из танков. Их возвышенность отсюда скрывает. Там миномётная полиция у немцев… была.

    — Комбат — вернулся Жуков к вытянувшемуся Вятову. — Почему не отправили раведгруппу к неизвестным?

    — Товарищ генерал-армии — ответил тот, дрогнувшим голосом. — Мне было неизвестно о том, что эта бронегруппа сблизилась с нашими позициями.

    — А ты что старшина скажешь?

    В отличие от своего комбата старшина в присутствии высокого начальства ничуть не робел.

    — Так и есть, я отправил бойца, что прикрывал нас с фланга с сообщением ротному, видимо не успела информация до штаба батальона дойти. Плохо у нас тут со связью. А своего бойца к пришлым я отправил, минут сорок назад к ним уполз. Он вставал на склоне и махал рукой, сообщая, что с ним всё в порядке. Но что-то долго его нет.

    — Опытный боец?

    — Красноармеец Синицын, три дня как с маршевой ротой прибыл — вздохнул командир расчёта.

    — По бою на опушке есть что сообщить?

    — Да, товарищ генерал. Техника двигалась совершенно бесшумно, никакого рёва моторов. Даже лязг траков был едва слышен, а вот пушка голос подавала. Они за пару минут уничтожили местный участок обороны, там десяток бойцов у них цепью прошёлся, а потом они спустились в низину и, похоже, обедают.

    — Почему вы решили что обедают?

    — Так мой боец, когда поднимался, жевал чего-то, видать угостили — показал генералу половинку бинокля старшина. — Да и время обеденное, час дня.

    — Ясно — кивнул Жуков и повернулся к командарму. — Может не они? Те, что бой вели на участке другого твоего корпуса, шумные были, и моторы ревели и пушки били.

    — Не могу знать, товарищ комфронта — вытянулся тот. — Но по описанию всё очень схоже, и силуэты и бойцы в странной пятнистой форме. Каски те же с прозрачными щитками у лица.

    — А форма хороша — вклинился в разговор старшина. — Если не держать его взглядом, то фигура бойца расплывается на фоне леса. Прям магия какая-то.

    — Ползёт — негромко воскликнул молчавший до этого и куда-то пристально смотревший, комбат.

    — Что? — повернулся к нему командарм, а молчавший до этого командир дивизии сменил Вятого и тоже посмотрел в сторону позиций немцев, пытаясь рассмотреть, что там увидел один из его комбатов.

    — Боец к нам ползёт, товарищ генерал — тут же доложил он.

    — Ваш? — поинтересовался Жуков у старшины.

    Тот привстал, присмотрелся и, вернувшись на место, кивнул, его боец возвращался. Когда бойцу осталось метров двадцать, вдруг бесшумно, и от этого неожиданно, из низины на приличной скорости поднялся танк, и замер, покачиваясь на гусеницах давая возможность себя рассмотреть во всей красе. Что уж говорить, восхищенным зрителям знающим толк в бронетехнике, он пришёлся по вкусу. Раздавались ошарашенные матерки и щёлкал чей-то фотоаппарат. Танк был действительно приземистый, с блином башни сверху, весь какой-то в наростах и непонятных приспособлениях, разве что крупнокалиберный пулемёт на башне можно было опознать с лёгкостью. В открытом люке башни у пулемёта явно сидел командир танка, тёмный комбинезон, сбитый на затылок такой родной советский шлемофон и копна светлых волос, что выбивалась из-под него. Вот командир танка прижал руку к горлу, явно отдавая приказ через ларингофон, и нырнул вниз, закрывая люк, после чего танк стал странно, но завораживающе красиво двигаться. Генералы не знали, что им сейчас показывает самый настоящий танковый ас, танковую польку, не знали и смотрели с открытыми ртами, не веря своим глазам. Потом танк стремительно, прямо с места развил на удивление огромную скорость для такой массы, километров шестьдесят в час и направился в сторону позиций немцев. Выскочившая следом другая машина, имевшая совершенно другие очертания, последовала за ней. Всё это происходило в тишине, разве что как-то испуганно застучал пулемёт у немцев и его позицию тут же накрыли снаряды автоматической пушки второй бронемашины. Причём что больше всего удивило генералов, ответный огонь вёлся с ходу. Наводчик умудрился накрыть проявившую себя огневую точку с первой же очереди на покачивающейся во время движения машине.

    К тому моменту, когда обе бронемашины скрылись в лесу, к брустверу подполз боец, сильно удивившийся количеству красных лампасов на их пулемётной позиции.

    — А сидора у него раньше не было — сообщил старшина, с интересом разглядывая своего бойца, которому комбат и комдив помогли спуститься в окоп и поставили на ноги.

    — Докладывай — приказал Жуков.

    — Не наши они, товарищ генерал — вытянувшись как струна, мальчишеским ломким голосом сообщил восемнадцатилетний боец. — Совсем не наши.

    — Немцы? — нахмурившись, спросил старший майор госбезопасности, который был всё время на этой позиции, но которого как-то умудрились не заметить.

    — Нет, товарищ старший майор госбезопасности, они вообще чужие. Они с другой планеты.

    — Чего-о?! — возмутился наглой лжи Жуков, отчего боец тут же застрочил захлёбываясь речью, пытаясь прояснить, что он именно сказал:

    — Они не с Земли, их планета называется по-другому… Забыл. На Э что-то. Они путешествуют по мирам, а тут застряли ненадолго, но скоро отправятся дальше. С немцами они воюют, потому что им интересно с ними воевать, они книги про эту войну читали. Там немцы очень плохие. Целые деревни сжигали с населением. Вот. Ещё они все молодые, у них командир капитан, ему шестнадцать лет будет, остальные такие же, кому четырнадцать, кому пятнадцать, но это очень опытные и повоевавшие бойцы. Они всё говорили про своего учителя, хвалили его, очень хвалили. Говорили что он настоящий маг, и что он потерял силу, а когда он её вернёт и они вернуться обратно на их планету, то они устроят… эту… а, тотальную зачистку каким-то святошам. Они очень хотят вернуться. Ещё они подарили мне этот сидор и несколько вещей из их мира. Показать?

    — Покажешь в другом месте — тут же вклинился сотрудник госбезопасности, но его остановил Жуков, велев бойцу:

    — Показывай.

    Боец скинул сидор и, развязав горловину, достал длинную кобуру.

    — Это автоматический пистолет «Стечкина», он может очередями стрелять. И кобура присоединяется как приклад.

    — Как у «Маузера» — хмыкнул Жуков, вертя в руках кобуру.

    Открыв клапан, он достал пистолет, с интересом его изучая. Тот удобно лежал в руке, и было видно, что генералу приятно держать его. Потом он передал его командарму, остальным генералам тоже было любопытно, и взял в руки следующую вещь, слушая бойца.

    — Это мина…

    Все замерли, Жуков застыл, однако не растерялся Вятов, он забрал зеленую вогнутую железку в руки и убрал за бруствер, отчего все с облегчением вздохнули и зло посмотрели на испуганного бойца.

    — Ещё есть что взрывающееся? — спросил сотрудник госбезопасности, отчего боец отчаянно отрицательно закрутил головой.

    — Мне эту мину их командир подарил, капитан Мик Сворок. Говорит, что её дистанционно взрывать можно, по радио. Только эта не взорвётся, он мне показал, как её заряжать и как разряжать. Я детонатор вытащил, вон он у меня в кармане, в платке. Ещё он мне дал книжечку по этой мине, она называется «МОН-пятьдесят». Её ставят против солдат противника, она взрывается и всё выкашивает перед собой на сто метров. Тут всё написано.

    — Ещё что есть? — спросил Жуков, с немалым интересом листая инструкцию, замирая и вчитываясь в любопытных местах.

    — У них обед был, они немецкими лётными пайками питались, меня вот угостили. Я сказал, что у меня там командир в окопе голодный сидит, угостили, дали с собой, — смущенно пояснил боец, уши его алели как маки, тут он встрепенулся и добавил. — Ещё товарищ капитан дал мне книгу, про историю этой войны. Как она началась двадцать второго июня сорок первого года на границе и как закончилась в девятого мая сорок пятого в Берлине.

    Жуков осторожно принял на руки томик книги, где цветным фотографиями, то есть иллюстрацией, были видны стены Кремля, у которых лежали флаги немецких частей, полуразрушенный Рейхстаг, реющее красное знамя над ним и сам товарищ Сталин со звездой Героя стоял и держал трубку в руке.

    Пролистав книгу, генерал открыл её на последней странице и, найдя в списке строчку о Ржевско-Вяземской операции, дрогнувшей рукой открыл нужную страницу. Казалось, даже воздух загустел от тишины, и присутствующие командиры и бойцы даже не дышали, пока генерал читал. Наконец Жуков громких хлопком закрыл книгу и на несколько секунд замер с закрытыми глазами. После чего протянул её майору ГБ и жёстко сказал:

    — Парня и всё что дали пришлые, немедленно в Москву, а книгу лично доставишь в Кремль, я сообщу товарищу Сталину. Он будет ждать.

    Старшина в этот раз не увидел, как ползают на животе генералы, Жуков первым поднялся на бруствер и, не пригибаясь, зашагал в тыл, его примеру последовали остальные генералы и командиры. Со стороны противника так и не раздалось ни одного выстрела, похоже иномирцы действительно не смотря на возраст, воевать умели и не оставили недобитков.

    — Эх Мишка-Мишка, не свидимся похоже больше — вздохнул старшина, когда его напарника майор увёл следом за остальными, не забыв собрать и сложить в сидор все подарки чужемирцев. Даже лётные пайки.

    Почти сразу после ухода генерала в окоп прибыл ротный с двумя бойцами, их выделили старшине в расчёт вместо потерянного напарника.

    — Рассказывай, что тут было — попросил лейтенант, пока оба бойца устраивались на позиции, раскладывая в нишах пожитки.

    Старшина рассказал, и лишь через полчаса к нему на позицию прибыл полковой особист чтобы взять подписку о неразглашении, но было поздно, слух о дне окончания войны как степной пожар начал разноситься в разные стороны по всем подразделениям и частям. Его уже было не остановить.


    * * *

    7 июня 1942 года по местному времени, ночное небо. Район города Вязьма.


    Я сидел в кресле второго пилота, управлял самолётом командир борта, пятнадцатилетний парень. Ранее он был десантником во втором отделении, но я заметил его любовь к небу, и когда произошла смена личного состава, он участвовал в первых боях, будучи штатным пулемётчиком отделения, назначил его пилотом на этот борт. Парень меня не подвёл. Знания у него усвоились мгновенно и на следующий день, он поднял тяжёлую машину в воздух с первым грузом. За эти несколько дней тот совершал к нашей бронегруппе шесть вылетов, проводя замену личного состава, обеспечивая боеприпасами и топливом. Так что освоил он эту машину хорошо. Более того, моим учениками из спецов штаба был проведена модернизация самолёта. Сейчас на приборной панели среди множества приборов был закреплён планшет, на который выдавались отметки всех воздушных судов, что находились рядом. Да-да, они поставили самолётный радар на «Юнкерс». Более того, помимо штатно вооружения, в люльках стрелков сидели две девчушки двенадцати лет, на крыльях были закреплены трубы «ПЗРК», а управление выведено в кабину. По две пусковых на крыло, так что в случае чего нам есть чем пободаться с немцами. Именно об этом я подумал, когда к нам стали приближаются две точки, я со своего места отлично видел экран планшета. Пилот же только мельком посмотрел на него, сосредоточившись на управлении, это его третья встреча с ночными охотниками, разве что стрелков предупредил по внутренней связи. Те сразу надели ПНВ и закрутили головами, подготавливая оборонительное вооружение.

    Сегодня мы летели забирать моих парней, всё, хватит им работать в тылах у немцев рядом с их передовой линией, вон «БПМ» вчера днём был изувечен, разрядились накопители защиты, и одна из болванок повредила ведущее звено, отчего машина ещё и разулась. Ладно хоть танк уничижил батарею, пока оглушённый экипаж «бэшки» и десант выбирались наружу. Потом ещё и буксировал её до точки эвакуации. Трофеев было не так много, так что я собирался забрать технику, специально взял с собой слегка освобожденный склад, баулы уже были полны, ну и парней заберём, места как раз хватит. Летим мы на транспортном варианте «Юнкерса».

    В это время самолёт дрогнул, с его крыльев сорвались две ракеты, что были повёрнуты назад, и через некоторое время точки истребителей погасли на планшете.

    — Командир — обратился ко мне пилот. — Мы на месте, вижу сигнальные огни, да и земля подтверждает, что это они.

    — Садимся — кивнул я.

    Посадка прошла штатно, я развернул склад и пока бойцы загоняли в него всю технику, «БМП» волоком буксировали, повреждённая гусеница лежала на броне, они и её подхватили, я выслушал короткий доклад Мика и велел садиться в самолёт. В принципе ругать мне парней не за что. Приказ они мой выполнили, просто отлично повоевали и надавали люлей немцам, собрав богатые трофеи. Да что богатые, у меня в двух баулах, если провести точный подсчёт находится целый авиакорпус со всеми средствами поддержки и оснащения, полусотня истребителей, сотня бомбардировщиков, штурмовики, транспортники, связные самолёты, и даже разведчики. Так что я был только рад и на их мелкие развлечения внимания не обращал. Ну, захотелось моему танковому асу лейтенанту Эриху повевать в танковом бою, посмотреть, его танк или немецкие лучше, и устроил танковую дуэль один против пятидесяти. Играл он нечестно, у него на танке магическая защита стояла отклоняющая болванки выпущенные противником. Бывало, что защита разряжусь, и экипаж не успевал производить замену накопителей, тогда он прямо в бою получал повреждения, всякое бывало, но в принципе воевали без потерь, хотя многие были ранены, да ещё и не по одному разу. На своеволии Мика я тоже не обратил внимания, я о ней знал. Все мои задания он выполнил, всё, что нужно добыл и перед назначенной датой на возвращение, веселился на передовых позициях немцев. Капитан давно возил с собой книгу по истории соседнего схожего мира, оба мира были как близнецы, ну и, уничтожив передовую линию, всучил книгу с другими подарками каком-то молодому красноармейцу. По его расчётам она мгновенно должна была оказаться на руках местного командования, а дальше её путь лежал в Москву. Судя по лицу генерала Жукова, что держал книгу в руках, это оператор постарался, снял издалека, книга дойдёт до адресата. Молодец Мик.

    Это вчера днём было, а сегодня мы решили что хватит, вращаемся в лес. Парни после постоянных боёв начали чувствовать усталость, так что отдохнут недельку у нас на базе, приведут себя и технику в порядок, и пусть неподалёку от леса дальше развлекаются, пока я не восстановлю портал. Мне там работ дней на десять осталось, нормально они шли.


    * * *

    Следующие две недели я плотно работал по порталу, с работами закончил, но никак не получалось провести юстировку, то одна проблема выскакивал, то другая. Однако сегодня, когда я после очень тонких настроечных работ провёл проверку, пробно запуская, портал вдруг засиял всеми красками, мне удалось его восстановить.

    Тут же вызванный Мик забежал в палатку.

    — Работает? — выдохнул он.

    — Работает — довольно кивнул я.

    За эти две недели Мик со своими парнями восстановил технику, со стороны гаража долго сверкала искрами сварка, стучали кувалды, и визжала болгарка, однако и «БПМ» и танк снова стали как новенькие. После этого, рейды возобновились, но теперь капитан и его взвод работал только по освобождению лагерей для военнопленных и к сегодняшнему дню я могу суверенностью сказать, что таких лагерей на территории Белоруссии не осталось. Штабные тоже учудили. Скучно им видите ли стало, операции рейдовые все спланированы, охрана лагеря налажена так что муха не пролетит, вот и вспомнила одна светлая голова о «БПЛА», ну и с моего разрешения устроили террор на железных дорогах и станциях. Даже в Литву гоняли его, на предельную дальность. Ну а когда у нас своя авиация появилась и четверо боевых лётчиков, тогда уж совсем развернулись. Кстати, где наш аэродром, немцы вычислили быстро. Прислали переброшенную с фронта бомбардировочную часть, ну а мы все восемнадцать бомбардировщиков и ссадили на землю. Те четверо летунов пересели на «мессеры», хотя конечно для их возраста выдерживать такие перегрузки проблематично, но я отобрал самых крепких. Часть незваных гостей посшибали «Иглами» — часть истребители. Так что у одного два сбитых на счету, у остальных по три. Так — то. Но всё же пора убираться, немцы к нашему лесу корпус стягивают и три дивизии из Франции и Италии перебрасывают. Мик вон из-за них уже второй день отдыхает, из леса выйти не дают. Да ещё артиллерия начал бить по квадратом. Наугад и далеко от нас, но ведь и случайно попасть могут.

    — Ну что пробуем? — спросил я.

    — Можно — кивнул Мик, отходя метра на три назад, к выходу. В пяти метрах от портала никого кроме меня не должно быть.

    Затаив дыхание я запустил автоматический поиск следующего мира, две секунды все камушки завораживающе мерцали, пока не засветились координаты нового мира. Чувствуя, как улыбка наползает на лицо, я выдохнул:

    — Я эти координаты никогда не забуду.

    — Попадание? — с надеждой спросил Мик.

    — Да, это Тория.

    — Когда переходим? — деловито поинтересовался Мик.

    — Не торопись, сегодня весь день ваш, закончите с делами и ремонтом техники, вам ведь там шесть танков осталось? Ну вот, а потом будем переходить. Назначаю дату завтра в обед. Можете пока по мелочи сворачивать лагерь, у вас будет время закончить завтра до обеда.

    Последние недели, те которые Мик и остальные ученики провели в досуге по Белоруссии, они не только занимались работой по освобождению лагерей. Да и это у них уже было поставлено на поток. Пользуясь тем, что у них на руках высокоточное вооружение, сперва «БПЛА» уничтожал ракетами, наведёнными с земли казармы охраны, потом из снайперских винтовок уничтожали охрану на вышках, зачищали оставшихся, подгоняли к воротам два-три трофейных грузовика с оружием и продовольствием и, стараясь не контактировать с освобождёнными, отступали. Те дальше сами организовывались и решали, что делать дальше. Почти все уходили в сторону фронта.

    По беспилотнику добавлю, что его использовали первое время, потом на себя это дело взяли лётчики на «лаптёжниках». Пилоты были с огромным опытом, бомбы в пикировании в бочку могли положить, но опыт был не их, а прошлых хозяев и даже не этого мира, а близнеца. Вот они по лагерям и нарабатывали свой опыт. Авиация у меня не только по ним работала, универсальной была, на бомбардировщиках ещё железнодорожные станции бомбила, мосты, всё, что представляло важность для немецкой военной машины, и на истребителях лётчики летали, и на разведчиках, где было установлено более совершенное оборудование. Правда вся авиация сейчас убрана в свёрнутые баулы, лишь «Шторьх» стоял на опушке, но его сегодня, как и большую часть техники, уберут в один специально для этого освобожденный склад.

    Так вот, помимо того что парни работали по освобождению лагерей, а двигались они теперь только по воздуху, используя авиацию и высокоточное оружие, транспортников хватало, так они ещё гребли под себя всё что умудрялись захватывать. Да-да, та обмолвка Мика о том, что половина бойцов собирают коллекции, это было правдой. Тот же Мик, как оказалось, буквально балдел от ручного оружия Вермахта и собирал именно его, а ручным оружием он считал всё, что начиналось от пистолета, заканчивая противотанковыми ружьями. Причём, чтобы всё было рабочим, с боеприпасом и аксессуарами. Пока он развлекался на линии фронта, то изрядно пополнил свои запасы. Так вот, кто пистолеты собирал, кто знаки различия или пояса со всеми чехлами и плечевыми ремнями, но переплюнул всех Эрих, наш танковый ас, этот негодяй просто балдел от бронетехники и начал собирать коллекцию танков второй мировой войны. Так ещё ныл, что у него нет американских и японских машин, намекая на замену места нашего лагеря куда-нибудь в Китай или на острова Тихого океана, где идут бои и используется бронетехника. Что примечательно, некоторые французские и британские у него были, видать трофеи из Франции. Да-да, у него уже было восемнадцать машин разных моделей, правда, на ходу было всего двенадцать, остальные чинились в нашем гараже. Так ладно бы один Эрих этим занимался, он привлёк к своей коллекции энтузиастов и человек тридцать сейчас восстанавливали эти машины. До поздней ночи шум стоял от гаражей. Проблема была в том, что размещать мне эту коллекцию было негде. Ну да, часть, ту что была на ходу успели загнать в баул с авиационной техникой, но вот эти машины, на склад могут и не влезть, да и не хотелось, честно говоря, их брать. Но у нас с лейтенантом была договорённость, я забираю с собой его коллекцию, а он со своими энтузиастами-помощниками чинит другую повреждённую технику и он договор выполнил, два десятка мотоциклов изувеченных юными гонщиками, пяток легковушек и два грузовика были восстановлены и их уже загнали на один из складов. Так что сейчас они занимались именно танками. Кстати гонки на мотоциклах действительно устраивали, в основном на лёгких одиночках, были аварии, и много, ломались, что уж тут говорить, но погибших не было, спасибо нашим медиком и тому, как они виртуозно пользовались медицинскими магическими амулетами и артефактами.

    — Понял, разрешите идти? — козырнул капитан.

    — Свободен — кивнул я и двумя касания отключил портал.

    Всё, теперь им гвозди можно забивать, вот такая вот не совсем совершенная конструкция. Разобрав портал, я убрал его в баул, после чего вышел из палатки и направился к той, где почти месяц содержались пленные. Их кормили, заставляли гулять по несколько часов в день, чтобы кровь не застаивалась, так что они были более-менее в норме. Осмотрев пленных, я привычно продиагностировал их медицинским амулетом, особенно своё будущее тело. Никаких нареканий их состояние у меня не вызвало, поэтому не обращая внимания на взгляды полные ненависти, покинул палатку. Один из часовых находился внутри, бдительно наблюдая за атмосферой среди пленных. Им уже стало известно, что самый молодой из них мне особенно нужен, вот и пытались его придушить, в результате все получили удары дубинки с электроразрядом и успокоились, а часовые теперь постоянно наблюдали за ними. Возможности держать их отдельно у меня пока не было, людей для охраны не хватало, сейчас с возращением группы Мика уже хватало, но теперь и охрана привыкла их так охранять, менять я ничего не стал.

    Пройдясь по лагерю, я вышел к гаражу, он находился за складами. У ворот мастерской стоял полуразобранный «БТ-2», внутри сверкал сваркой паренёк с маской на голове, приваривая что-то в районе ходовой чешского танка. На его броне был фашистский крест, его сейчас как раз обновляли белой краской. Стремление учеников икать интересы, к которым у них лежит душа, мне нравилась, ну собирают они коллекцию и собирают, но вот танки… Луше бы лейтенант собирал фотографии с их изображением, они объёмом несколько меньше. У меня в принципе был такой же энтузиаст, Майор-голем, но эти его далеко переплюнули.

    Эрих был тут, в гараже, на верстаке он заканчивал ремонтные работы с двигателем «бэшки», обещал сегодня же установить его, а завтра утром провести пробный прогон. Посоветовав ему не торопиться, доделать и позже можно, а ремонтируемую технику просто отбуксируем на склады, я направился мимо той техники, к ремонту которой ещё не приступили. Тут был и «КВ-2», его из болота вытащили, и монстр «Т-35», вот его на отстойнике немецкой ремонтной мастерской обнаружили и утащили с частью запчастей. Это по монстрам, отельные были куда меньше, «Т-1», какой-то чешский танк, башня лежала отдельно, и француз, он мне тоже был незнаком.

    Покинув территорию складов и гаража, я направился к озеру, основная молодёжь находилась там, оттуда же и доносился основной шум, который даже перекрывал визг болгарки из гаража. Малышня купалась. На воде плавали надувные круги, матрасы и просто накаченные шины, большая часть из них были заняты. Озеро было не сказать что таким большим, но всё же всех вмещало едва-едва. На другой стороне сидели два недовольных рыбака с удочками. Рыба в озере была, ловили они её, да и то не из-за улова, а больше из-за самого процесса, но сейчас у них шансов нет, малышня всю рыбу распугала. Озеро тут это было единственным на несколько километров вокруг, вот они и сидели с удочками именно на этом озере. С учётом того что малышня спала до десяти утра, а купалась до самой темноты, удовольствие они получали именно в самую рань когда тут никого не было.

    Заметив как один подсёк и выдернул из воды небольшую рыбку, вроде краснопёрку, я улыбнулся, похоже, рыбаки пользовались тем, что рыбу согнали на их сторону вот и рыбачили.

    До самого вечера я возился с малышнёй и более взрослыми учениками, даже почитал им на ночь сказку, было такое дело, потом все разошлись по палаткам, переговариваясь на ходу. Обычный день обычной жизни.


    Утром я проснулся не в самую рань. Вчера приказал дежурному не будить меня до десяти, а сам проснулся до назначенного подъёма к девяти. Ещё немного полежав, я дотянулся до тумбочки и взял гарнитуру рации, связавшись с дежурным офицером. Тот доложил, что уже часть имущества свёрнуто и помещено на склады, столовая и кухня пока работали, их убирать будут последними. Начиналось сворачивание штаба и большей части обороны, вооружение откатывалось, уносилось и буксировалось на склады. Буксировались пушки и миномёты. У нас и они теперь были.

    Приказав также сворачивать мою палатку и пленных, стал собираться. Когда вышел с личными вещами в руках, они находились в рюкзаке, который я закинул на правое плечо, то два бойца и четверо помощников из средневозрастной группы стали быстро выносить предметы мебели и уносить их на склад, они были рядом, потом и палаткой занялись. Пленные уже сидели кружком на траве у одного из деревьев, их палатка тоже сворачивалась. Убиралось всё, лишь палатки, где спали малыши, стояли на месте, а и все кто проходил мимо старались делать это как можно тише, малые действительно ещё спали.

    Пройдя мимо квадрата на траве, где ранее стояла штабная палатка, штаб был перенесён на поляну, где я и собирался разворачивать портал, вышел к пустому озеру. Лишь привычные рыбаки сидели с другой стороны и удили, я быстро разделся и прыжком ухнул в воду, с этой стороны берега глубина сразу большая была, так что, нырнув с головой и проплыв часть подводой, я вынырнул в центре озера, отфыркиваясь. Радуясь молодости и здоровью, я сделал несколько заплывов и выбрался на берег. Там дальше понятно дал себе возможность высохнуть, оделся и направился к кухне, пора позавтракать. Обедать мы уже, похоже, будем на Тории.

    Сегодня на завтрак был суп с вермишелью и курицей, очень вкусно, курицы мы покупали в деревнях во время рейдов Мика, так что раз в три-четыре дня у нас был такой суп, вчера например харчо было, я закончил с ним, и приступил к плову, на второе у нас был именно плов. Все блюда были такие, что я и не заметил, как поел, пребывая в нирване от приёма пищи, потом был чай с немецким печеньем, и всё, успел спокойно позавтракать до подъёма малых. Подъём прозвучал, когда я ещё пил чай, малых стройными, но шумными заспанными колоннами провели к озеру для помывки, то есть водных процедур. У всех были свои полотенца, но вот зубных щёток, а я был за гигиену, не хватало, для взрослых да, у каждого была своя зубная щётка и паста, они уже привычно чистили зубы по утрам и вечерам, следуя моему примеру. Врачи не раз проводили лекции о гигиене, включая полости рта, но вот для малых пока была одна щётка на десятерых, пользовались ими по очереди, да и те были для взрослых. Ничего, будет возможность, магия вернётся или ещё как, обеспечу всех средствами гигиены.

    Пока я пил чай и освобождал место, помощники повара, то есть дежурные по кухне, забегали, расставляя тарелки с супом и нарезанным свежим хлебом. Не успел я отойти, как меня чуть не сбила орава голодной молодёжи, спешившие от озера к столам столовой. С улыбкой наблюдая за их отменным аппетитом, жизнь на природе этому способствовала, я направился к складам. Палатки малых уже начали сворачивать, вещи малых были сложены отдельно, у каждого была котомка или сидор.

    Проследив за этими работами, я направился к складам. Пора заканчивать со сворачиванием лагеря. Как мы и рассчитывали, успели как раз к обеду. Пройдясь с Миком и несколькими офицерами по всему периметру, убедившись, что всё действительно убрано и свёрнуто, ничего нигде не оставлено, я прошёлся к складам и гаражу и убрал их, свернув в пакетики, а пакетики убрал в хранилище, которое поместил в мою безразмерную котомку, привычно висевшую на боку. Поправив ремень автомата, рюкзак у меня был за спиной, да и все имели рюкзаки и сидоры с личными вещами, даже малыши, мы стали сосредотачиваться у поляны. Дальше просто, я собрал портал, активировал его, убедился, что горят те цифры и буквы что нужно, то есть координаты мира Тории и, отступив в сторону, пропустил первыми через плёнку перехода бойцов вооружённых с ног до головы.

    Дальше последовала обычная процедура, для учеников это не в первый раз, во второй, если быть точным, поэтому за бойцами последовали средневозрастная группа, за ними малыши стройными колоннами по двое, за этим бдительно следили их воспитатели, ну а я, убедившись, что остался один на поляне, шагнул следом. Как я уже говорил, портал был настроен на мою ауру, так что он сворачивался следом за мной.

    Быстро осмотревшись, мы явно находились в голой степи, вокруг кроме высохшей травы ничего, я развернулся и, деактивировав портал, разобрал его и убрал в безразмерную сумку. Теперь всегда так делать буду. Пока я работал, рядом топтался Мик, поэтому, как только работы с порталом были закончены, он доложил:

    — Вокруг никого, эфир чист.

    — Хорошо, сейчас я разворачиваю баул, и мы достаём оттуда авиацию. Напомню, это мир с магами, а не с беззащитными немцами, поэтому защита и ещё раз защита, следите, чтобы накопители ваших амулетов защиты всегда были полны зарядом, как и накопители техники.

    Пока парни организовывали выносную оборону, проще говоря, отступив метров на сто от лагеря, я стал разворачивать один из баулов с авиационной техникой. В этом, например, находилось помимо всего прочего семь транспортных самолётов. Пешком топать по степи, ну или ехать на машинах мне не хотелось, а хотелось быстрее понять, где мы находимся, сориентироваться, и направиться в империю Сауд, именно там были маги тех профессий, что мне были нужны, демонологи. Были они и в других государствах, но лучшие в империи. По сравнению с прошлым мной они, конечно же, и до магов едва дотягивали, так, подмастерья, но главное могли помочь. Если объяснить с подробностями, как и что нужно делать, то помогут, тут всё от платы зависит. А потренировать я их собирался на тушках пленных, у меня их пять, так что набьют руки, а потом и мою душу переселят в того пацанёнка. Ну а дальше я уже ничего сделать не смогу, да я буду в новом теле, но магии у меня от этого ни сколько не прибавиться. Там с этим сложные процедуры, пока она срастётся с моей аурой, там не месяцы, годы могут пройти, для меня главное возможность возвращения магии, а дальше разберёмся, я молодой… буду, подожду. Вот как с демонологами потом поступить, я не знал, вряд ли они такие дураки и не поймут, что я придумал способ продлить жизнь. Конечно, требуется поменять тело, но всё же душа хоть и в новом теле со всей старой памятью будет жить дальше. А это вторая молодость как не крути. Тут многие маги ищут возможность бессмертия, а я его фактически нашёл. Конечно это совместимая операция людская магия с магией эльфов, без неё ничего не выйдет, но главное в теории всё работало, осталось попробовать на практике.

    Демонологов мне нужно минимум два, а лучше четыре, подстраховывать себя будут. Нужна средняя полная магическая лаборатория, но я не против и большой, там шансов больше, однако не припомню, чтобы она у кого-то была, только в Академии Магии имелась, посмотрим, может, и ею воспользуемся. По моим расчётам переселение душ будет длиться часа два, максимум два с половиной, так что всё сделаем, приберёмся за собой и смоемся, тайные ходы через стену у меня были.

    Одного неплохого демонолога краем знакомого с магией эльфов я знал, он поможет мне найти остальных, но вот что делать потом? Чем больше я думал, тем более понимал, что демонологов после операции требуется ликвидировать как ненужных специалистов. Пока точных мыслей на этот счёт нет, посмотрим по сути дела, в принципе можно и не уничтожать их, а взять магическую клятву о том, что дальше них эта информацию не уйдёт, а они для себя могут применять её, то есть искать подходящие тела и переселяться. Да, это лучший вариант.

    Всё это я обдумывал пока лежал на плаще, расстеленном на траве, и работал с магической иглой ювелира, пытаясь открыть баул. Мысли летели как птицы, я даже как-то незаметно, хотя и сосредоточился на работе, открыл баул, даже не за привычные полчаса, а минут за двадцать пять. Похоже, мысли подстегнули мои руки, и работал я быстрее. Да и о набранном опыте по открытию и закрытию этих баулов стоит вспомнить, не раз это делал, так что руки фактически сами выполняли нужные работы.

    Когда баул развернулся, авиационные техники и лётчики с частью бойцами-водителями сразу же прошли внутрь. Баул был набит плотно, так что следующие сорок минут сперва из него выгоняли большую часть авто и мототехники, потом небольшим аэродромным тягачом выкатили первый транспортник и начали выкатывать остальные. Ими сразу же занимались техники, проводя профилактические работы, заправляя баки с помощью подъезжающего топливозаправщика, тот трижды пополнял свою бочку, часть баков у самолётов были пусты. Наконец все семеро стояли в линейку готовые принять на борт первых пассажиров и груз, а оставшуюся технику стали загонять обратно в баул. Потом я снова лежал на плаще и работал иглой, закрывая его. Работа спорилась, так что, свернув баул, я убрал его в безразмерную сумку и, подняв плащ, отряхивая, поспешил к крайнему транспортнику. Все пассажиры уже расселись, лишь двое бойцов стояли у открытой дверцы. Пройдя внутрь, мне выделили пассажирский вариант, я прошёл по узкому коридорчику в кабину. Из-за того что лётчиков нам не хватало, одну машину предстояло вести мне. Нужно провести всех своих старших учеников через процедуру обучения, а то всего шесть лётчиков и я седьмой. Сделаю из них так сказать полных универсалов, профи во всём.

    Пока я устраивался в кабине, оставив рюкзак на входе, бойцы закрыли дверцу и заняли оставшиеся свободные места. То есть один расположился на полу в коридоре, второй устроился рядом в кресле второго пилота. Транспортник был загружен до предела, но со мной были в основном малыши, а весили они не так и много, многие сидели в креслах по двое, так что взлётная масса не была перегружена.

    Запустив моторы, я дождался, когда все приборы покажут что всё в порядке и, удерживая тормозами машину, стал увеличивать обороты, после чего отпустил их. Четыреста метров разбега и транспортник, ревя моторами, оторвался от поверхности степи, повезло, тут было достаточно ровно для взлёта, и мы стали подниматься в чистое без единого клочка облака небо. Я не стал делать круги, чтобы дожидаться остальных, мы все были на связи, поэтому я полетел на север на малой скорости, давая возможность остальным догнать нас. Судя по докладам, транспортники благополучно отрывались от поверхности и шли следом за нами, пристраиваясь в группу, а когда все собрались, я прибавил скорость полёта до среднего крейсерского. Так клином мы и летели.

    Если это степи ханства, то ещё ничего, а если другой континент, придётся постараться, пока мы доберёмся до империи. К счастью мы лишь потеряем время, все средства для пересечения океанов у нас были.

    Дальность у этого типа машины была чуть больше тысячи километров, и честно говоря, нам пришлось лететь на полную дальность, но к счастью за время полёта, а шли мы на тысяче метров, смогли распознать местность, в которой находились. Вернее я смог разобрать, где мы летели. Всё же это оказалось ханство, внизу мелькнула река, которая была границей между ханством и империей, и я вздохнул свободнее. Мы были на том континенте, где и нужно, даже пересекли границу империи, но направлялся я не в сторону столицы, ага нашли идиота, меня тут с собаками ищут, а в сторону огромного лесного массива прозванного Диким. Да и учеников я показывать не хотел никому. Для местных магов это всё равно, что показать красную тряпку взбешённому быку, столько детей-одарённых и все среднего уровня силы, сабосилков практически не было.

    Именно поэтому я и направлялся в тот лесной массив, где можно организовать лагерь, а потом сам, переодевшись в местные одежды, прихватив с собой пяток старших учеников, направлюсь в столицу, решать свои дела. Вот такие у меня были планы, которые я формировал во время полёта.

    Перелетев границу и определившись, где примерно мы находимся, я свернул в нужном направлении. Но так как мы пролетели больше тысячи километров, то пора было садиться на дозаправку. Благо это было быстрое дело, в двух самолётах были не пассажиры, а бочки с топливом.

    Заметив в стороне замок, я разглядел рядом с ним длинный луг, причём по первому взгляду казалось, что он ровный. Первым по моему приказу пошёл на посадку транспортник с топливом, рисковать пассажирами я не хотел. Тот совершенно нармально и благополучно совершил посадку и лётчик, выйдя на связь, подтвердил, что поверхность превосходная.

    После него по очереди последовали на посадку остальные самолёты. Когда я последним, коснулся колёсами шасси уже примятой другими самолётами травы, то почувствовал небольшую болтанку, но сели мы действительно нормально. Мик уже организовал оборону, а техники доставая из транспортников бочки, перекатывали их под крылья самолётов стоявших с заглушёнными моторами. Шланги и насосы у них были.

    Подогнав свою машину поближе к одному из транспортников с топливом, я заглушил моторы и через внутреннюю связь скомандовал:

    — Давайте этих засранцев на выход, тут речка рядом, пусть отмоются.

    Мне ещё в начале полёта доложили, что пленные, те самые недопаладины, когда мы взлетели, к немалому возмущению всех остальных маленьких пассажиров, обделались от страха, двое из шести. Вот как мы приземлились я и велел выводить их и отмывать. Время было, пока шла дозаправка.

    Покинув салон самолёта последним, малым тоже хотелось в туалет и воспитатели их выводили, я осмотрелся и направился на встречу бегущему ко мне Мику.

    — Командир — подбежав, сообщил он. — От замка отъехала кавалькада всадников, направляются к нам. Одежды местные, но у четверых современное оружие и форма. «Калаши» и старые десантные разгрузки.

    — Да? — удивился я. — Идём, посмотрим.

    Мы обошли крайние машины, откуда уже стало видно всадников и замок, после чего я взял протянутый мне Миком бинокль, штатовский, с умной электроникой и стабилизацией изображения, приблизил изображение всадников и усмехнулся.

    — Знакомые всё личности.

    — Вы их знаете? — поинтересовался Мик.

    — А то, это переселенцы из Мёртвого мира, часть знаний, вооружения и амуниции что вы используете, я получил от них в качестве платы за переселение в чистый мир, в данном случае этот. Похоже, они выкупили местные земли и замок. Впереди скачет полковник… э-э-э… забыл фамилию. Командир полка десанта, у которого я выменял всю инфраструктуру полка с вооружением за возможность уйти сюда.

    — Они предъяву нам не кинут за это?

    — Думай что говоришь — покосился я на капитана. — Там почти все плакали от счастья, когда в этом мире оказывались. Ладно, идём встречать. Предупреди пулемётчиков, чтобы нас прикрывали. Мало ли что, всё же несколько лет в этом мире не был.

    — Уже. Позицию «Корда» сменили, чтобы он контролировал также эту зону и если что поддержат три «ПКМа» — кивнул тот.

    Офицеры, да и сам полковник узнали меня издалека и заулыбались, подскакав ближе. Они покинули сёдла, и произошла наша встреча. Это были мои старые знакомые, так что я был не против обнимания с похлопыванием по спине. Мик стоял позади меня с невозмутимым видом, наблюдая за нашей встречей.

    — Я когда увидел самолёты в воздухе, а в бинокль разглядел знакомые по хроникам силуэты и ненавистные кресты, так даже сбледнул с лица, думал нашествие фашистов — улыбаясь, сообщил полковник, когда встреча с обнимашками закончилась.

    — Я вас тоже не ожидал здесь встретить, товарищ полковник.

    Тот был в десантном комбезе с погонами, всё как положено, да и часть его сопровождения были в форме, остальные уже были в местных одеждах. Они все с интересом поглядывали на моего зама, особенно на его погоны с капитанскими звёздочками, не понимая, как может совмещаться такое звание и молодость.

    — Откуда вы тут взялись и откуда у вас подобная техника? — начал задавать вопросы полковник.

    — Путешествую по мирам — улыбнулся я. — Трофеи из мира, где идёт Великая Отечественная война. Там шёл сорок второй год, мои парни хорошо там повоевали и набили нацисткой нечисти. Все звания и должности ими были выслужены в кровавых боях с немцами.

    — О-о-о — протянул полковник. — Вы об этом обязательно должны рассказать. Приглашаю вас в мой замок.

    — Ваш?

    — Именно мой, все земли тут мои. Я теперь не а бы кто, а барон Ди Каприо. Сам себе титульную фамилию отбирал.

    — Я уже понял — хмыкнул я, но всё же отрицательно покачал головой. — Извините полковник, но нам уже нужно отправляться дальше. Время не терпит.

    — Куда вы спешите? — удивился тот. — Вечер уже, через пару часов окончательно стемнеет.

    — Мы летим с той скоростью, что догоняем солнце, так что на всё время пути мы будем лететь днём. Да и ночь нам не критична. Видите этих детей? Все, от стара до млада мои ученики, а это ценный ресурс, сами должны понимать. Меня местные маги на клочки порвут, когда узнают о них. Рисковать я не хочу и собираюсь укрыть их в надёжном месте пока я тут решаю свои вопросы.

    — Да, вы ещё числитесь в розыскных листах и как офицер пограничной стражи я вас должен задержать, но не буду, мне это ничего не даст. Понимаю вашу ситуацию, и пока есть время можно пообщаться, ваших техники только-только начали заправлять ещё два самолёта и думаю, у нас есть время.

    — Почему нет? — согласился я.

    Мы с полковником отошли чуть в сторону, и тот прояснил мне ситуацию, почему он тут оказался. Виноват, конечно же, был я. Причина банальна, большой поток эмигрантов из Мёртвого мира, что чуть не захлестнул империю. Ещё в начале этого потока, всё правильно сообразивший полковник собрал все свои средства, купил себе баронство вместе с титулом, покинул столицу и теперь проживал тут. А так как баронство было приграничным, всего в двенадцати километрах от ханства, то его назначали офицером и дали участок который он должен сторожить. Опытный офицер очень быстро взял этот участок под контроль, и его солдаты сторожили его. Примеру полковника последовало много офицеров разных родов войск, так что почти все соседи были ему земляками, или одномирцами. Сосед слева, например генерал армии Франции, справа полковник ракетных войск России. Все бароны. Постепенно империя оправилась от того потока эмигрантов и расселила их на пустующих землях, но те кто прошёл первыми успели снять сливки и выкупить лучшие земли и замки. При этом у полковника оставался в собственности дом в столице, куда он изредка ездил отдохнуть и пообщаться с друзьями на очередном императорском балу. Семья его в данный момент как раз находилась в столице. Все слуги и солдаты в замке были его одномирцами, крестьяне в деревнях частью местные частью также одномирцы. Вот такие дела.

    Я тоже частично прояснил свою ситуацию и более широко рассказал, как мы путешествовали по мирам и особенно, откуда у меня взялись эти дети. О том что я лишился магии даже словом не обмолвился. Слушая, как я вызволял детей из темниц святош и что там с ними делали, полковник играл скулами и сжимал кулаки. В это время к нам подкатился мяч, и подбежавшая девчушка лет пяти на вид подняв его, убежала обратно. Малые играли, пока была возможность. Пока мы общались, их успели покормить бутербродами.

    — Её тоже освободили? — спросил полковник глядя как девчушка убегает, на её волосах были видны седые пряди.

    — Да, это был практический макет для студентов, будущих паладинов. Например, её они учились пытать, для них она не считалась человеком, так, зверёк. Ей выжигали глаза, отрезали руки-ноги, потом палачи медицинскими амулетами приращивали всё обратно и отправляли обратно в камеру до следующих практических уроков. Она полгода была подопытным экспонатом, так что думаю, вы понимаете через что она прошла. Мои врачи в основном работают именно с такими детьми. Илия, эта девочка, только недавно перестала шугаться всех незнакомцев, начала играть и веселиться, но всё же на всех поглядывает с настороженность. Врачи и сейчас с ней работают.

    — И много их среди этих детей? — дрогнувшим голосом спросил полковник.

    — Почти треть — честно ответил я. — Врачам много с ними работы, но уже видно, что они справляются, меньше детей с криками ужаса просыпаются по ночам. Да и детская пластичная психика им помогает. Сам стараюсь побольше с ними время проводить, играю с ними, показываю, что они мне не безразличны, я всегда рядом и надёжен как скала, за которой можно спрятаться от всех невзгод, это очень помогает наладить с ними контакт. В общем, повеселились с ними святоши. Вернусь в тот мир, поплачут они у меня крокодильими слезами. Пленных брать не буду.

    — Послушай, граф, от всего сердца прошу. Будете возвращаться в тот мир, возьмите меня с моими парнями, вечно благодарен буду. Хочу поучаствовать в уничтожении этих нелюдей. Как только их земля носит?

    — Да без проблем, я и ученикам своим это же обещал, но вернусь я не скоро, года через два, а то и три.

    — Ничего. Я подожду, со своими знакомыми и людьми поговорю, может ещё кто с нами захочет отправиться. Ты как не откажешься от дополнительных добровольцев?

    — С чего это? Хоть всю империю на это с агитируйте, только рад буду.

    — Ответь мне на один вопрос, ты местных священников перебил? — спросил полковник, мельком глянув в сторону самолётов, там техники, закончившие с заправкой, откатывали бочки в сторону. Полковник уже договорился со мной, что заберёт пустые ёмкости, самолёт я ему дарить отказался.

    — Конечно я. Между прочим, я этого и не скрывал. Они с маниакальной упорностью пытались меня очень больно убить, я вернул им за это ответку. Не делай зло людям, оно вернётся к тебе в троекратном размере.

    — Что есть, то есть — согласился полковник, протягивая руку.

    Пассажиры уже грузились в самолёты, пора было взлетать, наступал вечер, и близилась ночь. Он сообщил мне координаты как мне его найти, после чего мы попрощались и разошлись. Полковник со своими людьми отошёл на край луга, наблюдая за всеми нашими действиями, а мы разошлись по самолётам. Кстати, пока мы с полковником общались, остальные офицеры, познакомившись с Миком, насели на него с вопросами о том, где мы приобрели «Юнкерсы». Тот охотно рассказывал и прокручивал ролики на планшете, так что с той стороны была мёртвая тишина, опытные и повоевавшие офицеры с некоторой оторопью смотрели на экране планшета, как совсем ещё мальчишки воевали, правда, на современной технике, с немцами, с теми сами немцам, с которыми воевали их деды и отцы. Было видно, что уважения к Мику прибавилось. Он не раз мелькал в роликах, в одном месте так и до рукопашной дошло, где он раскидал трёх полицаев-здоровяков, потом перезарядился и длиной очередью прибил их пулями к земле. Пленных предателей мои парни не брали, даже если они поднимали руки.

    Погрузившись в машину, я убедился, что пассажиры занимают свои места, включая засранцев, прошёл в рубку и, запустив двигатели, проверил все системы, после чего снова первым пошёл на взлёт. Дальше всё тоже-самое, на медленном ходу дождался, когда нас догонят остальные транспортники и построятся в клин и, прибавив скорости, полетел дальше. Я не ошибся, когда говорил полковнику, что мы обгоним надвигающуюся ночь, так и оказалось, она осталась за хвостом, медленно удаляясь.

    С ещё одной посадкой на дозаправку мы, наконец, добрались до нужных земель, где и был этот Дикий лес. Мы долго летели над ним, пока не обнаружили достаточно большую и длинную просеку, чтобы она приняла все наши машины. Топливо было на исходе, поэтому после проведённой разведки, одна машина спускалась к самым верхушкам деревьев, и пилот осматривал поверхность, он же и дал добро, пошли на посадку. Конечно, поляна была так себе, кочки имелись, но сесть было можно и мы благополучно совершили посадку. Как ни странно не смотря на тряску ни одно шасси не было поломанным.

    Пока летуны отгоняли самолёты в стороны, я отошёл в краю просеки, а она явно возникла после пожара и, осмотревшись, выбрал место, где развернуть склады. Правда, сразу не стал этого делать, Мик пока просил меня обождать, так как высланные в разные стороны разведчики ещё не обнаружили удобное место для лагеря с близким источником воды, поэтому я не торопился этого делать. Лишь вызвал один склад, откуда техники и их помощники стали выкатывать бочки с авиационным топливом. Все наши запасы давно подошли к концу, и требовалось их пополнить и залить топливо в баки.

    — Есть. Нашли в трёх километрах от поляны озеро, правда там полян рядом нет, но место вполне нормальное, лагерь разбить можно, и для обороны он очень не плох.

    — Хорошо, отправляй туда всех учеников, я сейчас разверну баул, нужно убрать транспортники кроме одного, мы на нём к столице полетим, и последую за вами.

    — Есть — козырнул тот и, придерживая офицерский планшет, висевший у бока, побежал командовать отправкой всех учеников вглубь леса, отдельно сидели пленные паладины.

    Закончив с баулом, заправленная техника, которой был проведено полное ТО, отправилась внутрь, я последовал по натоптанной тропе вглубь леса. Меня сопровождали только технари, лётчики, водители, что загоняли технику в баул, и охрана из пяти бойцов.


    * * * 

    Следующие три дня я провёл в лагере, наблюдая, как он был организован и как старшие ученики возятся с малыми. Более того шестерым девчушкам я помог сделать детские сетки. Так глядишь, со временем всех проведу через эту процедуру, а то эти фонящие маной дети нас изрядно подставляли. Маги вполне могут найти их по этому фону, именно поэтому я и запрятал их так далеко.

    Оставлял я их, надавав задания. Эрих в развёрнутом гараже продолжал ремонтировать технику, ему там с помощниками на пару недель работы. Всем старшим ученикам внедрил знания пилотов немецкой авиации, для этого специально на просеке оставил «Шторьх» с большим запасом топлива и запчастей, чтобы они практику полётную получили, за этим лейтенант Жисен, старший офицер, мой зам по авиации ответственен. Ну и у других были свои задания. Скучать им будет некогда.

    На третий день, вернувшись на поляну в сопровождении десятка бойцов и пленных, я стал коротко прощаться со своими учениками, с остальными простился ещё в лагере. Не знаю, сколько я буду отсутствовать, неделю или месяц, но пока им придётся обходиться без меня. Продовольствия в развёрнутом складе им хватит года на четыре, заданий по обучению я им дал. Пусть совершенствуются, так что им осталось только ждать меня. В самолёт погрузились кроме меня и пленников всего шестеро бойцов и Мик, старшим в лагере оставался очень серьёзный и надёжный начальник штаба старший лейтенант Вольт. Это у него было и фамилией и именем, так к нему и обращались. Он уже не раз командовал обороной лагеря, так что я ему доверял.

    Запустив двигатели, прогревать не надо, техники их уже погоняли на разных оборотах, я посмотрел на ровную дорогу, по которой прошёлся бульдозер, равняя взлётную полосу, и отпустил педали газа. Почти сразу рывком «Юнкерс» начал набирать обороты и после разбега, ревя моторами, пошёл на взлёт, ученики, оставшиеся внизу, молча провожали нас глазами, лишь по рации донеслось пожелание успеха. Кажется, это был Вольт. Что ж он прав, осталось только пожелать нам успеха. Вернусь я обратно уже в другом теле.

    Самолёт летел над лесом, мелькали верхушки деревьев внизу, а я радовался, да радовался тому, что вышел на финишную прямую, если всё пройдёт как надо, то через некоторое время я получу новое тело с магическими способностями.


    * * *

    Усатый и бородатый доцент кафедры демонологии Академии Магии, империи Сауд, грозно наклонился вперёд всей своей немаленькой тушей облачённый в мантию мага, и рявкнул:

    — А я говорю девять крупных алмаза, и не карата меньше.

    Мик, что стоял у меня за плечом, невозмутимо слушал наш торг, он длился вот уже как полтора часа. Доцент сразу согласился поработать на меня, то что я в розыске его не волновало совершенно, но не согласился с суммой что я ему давал в качестве оплаты, вот мы и торговались. Тем более за использование большой лаборатории Академии он требовал дополнительную оплату. Как я уже говорил, маги за драгоценные природные камни мать родную продадут, заложат и снова продадут, не то, что провести довольно сложную операцию по перемещению одной души из одного тела в другое. Ну и с мелкими операциями по проращиванию магии к ауре души. Я уже провёл тестирование доцента и был уверен, что он справиться. Да и три другие кандидатуры меня вполне удовлетворили, но я их пока не видел до окончательного выбора, всё со слов доцента.

    Торговались мы ещё долго. Дело тут не в том, что мне не чем было платить, а в том, что это было бы странно, если бы я сразу согласился. У магов нет такого понимания, как это взять и заплатить сколько просят? Значит, у него ещё есть, значит, сумму сделки нужно повышать, значит, ему это очень надо и ещё требуется накинуть. В общем, нюансов тут было много, вот и приходилось лавировать между ними и активно торговаться.

    Когда мы ударили по рукам, на улице уже стемнело, доцент придирчиво осмотрел половину платы, проверил камни всеми возможными способами, даже достал специальный артефакт для проверки целостности и каратности камней, пока удовлетворённо не кивнул. Первая плата принята. Это ещё не всё, он брал плату сразу за всех магов, что будут работать поэтому проекту, договариваться с ними это его проблемы, именно поэтому торги так долго и шли.

    — Давай повторим ещё раз, что мы будем делать — сказал он, убрав камешки в специальный мешочек на поясе, там были первые три, ещё пять после завершения работы. — Завтра я подготовлю своих помощников, у меня в магической лаборатории мы начнём по ночам тренироваться. Думаю, десяти дней хватит, потом перебираемся в лабораторию Академии, я проведу через посты, ещё одна трёхчасовая тренировка и наконец, основная работа. Так?

    — Так — согласился я.

    — Значит, встречаемся завтра вечером в моём доме, лаборатория у меня хорошая, средняя, с ней и начнём тренировки. За использование моей лаборатории ты уже заплатил… Точно у меня остановиться не хочешь?

    — Мы уже нашли хорошее место для постоя. Там нам удобно — слегка улыбнулся я.

    — Ну смотри, у меня несколько комнат свободно. Всё тогда. Завтра теоретические тренировки. Потом практика. Практический материал с тебя.

    — Шесть штук подготовлено, все одарённые.

    — Хм, молодец.

    — До завтра — кивнул я вставая.

    Мы с Миком покинули дом доцента и направились вниз по улице, лабораторию в подвале учителя Академии я уже видел, она для тренировок нам подходила, так что действительно до завтра. Поскорее уж бы.

    — Не подведёт? — спросил Мик.

    — Этот? Этот нет, он и до камней и до новых знаний охочий и чтобы узнать что-то новенькое на многое пойдёт. В принципе я такой же. Ну а чтобы всё прошло благополучно, ты Мик с бойцами будешь присутствовать при основной операции и смотреть, как всё происходит.

    — А как мы поймем, что всё прошло как надо?

    — Новое тело русского не знает, на этом языке я к вам и обращусь. И ещё я тебя предупреждал, но повторю. Я буду слаб после операции, поэтому меня придётся нести на носилках. Пару дней отходить буду пока вставать не начну. Это тоже учти.

    — Ваше старое тело убить, ударив несколько раз ножом и оставить где-нибудь в подворотне — со вздохом закончил Мик, мы действительно не раз это повторяли.

    — Точно, тело должны найти и опознать, главное чтобы документы при теле были. Пускай прекращают поиски. С новым телом в мир с чистой совестью.

    Мы одновременно рассмеялись. За нами никто не шёл, мы тщательно проверялись, поэтому через некоторое время оказались в нашем убежище.

    — Ну что нелюди — посмотрев на связанных учеников паладинов, сказал я. — Вот и ваше время пришло.


    * * *

    Глаза я открыл с некоторым трудом, а посмотрев на бородатое лицо доцента, что радостно улыбался глядя на меня, услышал его радостный торжественный возглас:

    — Очнулся! Коллеги, он очнулся. Значит, у нас всё получилось и эта формула перемещения души-одарённого в тело другого одарённого, действует.

    С тем же трудом повернув голову, я посмотрел на Мика, что стоял неподалёку и с тревогой глядел на меня. Проведя языком по губам, я с трудом прохрипел:

    — Мик, валим отсюда.

    Нам действительно тут было делать нечего. Все основные работы были проведены, когда я ещё был в сознании, лежал на этом столе и следил за всеми работами через амулет ювелира, комментируя и советами помогая магам, ну а перемещение души, это уже заключительный этап, главное на это тело перекинули пространственную сумку. Не скоро, но я получу к ней доступ. Ну и магия была в теле, и маги должны были прирастить её к моей душе, выяснилось, что это возможно. Хотя бы краем прирастить, а дальше она уже сама сольётся с моей душой и аурой. Конечно, маги удивлялись, почему я пользуюсь амулетами ювелиров, аура у меня имела защиту, показывая обычного человека, они об этом знали, факт общеизвестный, но доцент, похоже, догадался, почему я меняю тело, перепрыгивая в тело одарённого. В общем, пока маги в эйфории нужно валить. Естественно я взял с них магическую клятву о нераспространении информации, те узнав, что им предстоит, охотно её дали, главное для них, что они смогут сами у себя менять тела на более молодых, а на остальных им плевать, так что со всех сторон я подстраховался.

    Двое бойцов тут же подскочили к столу с обычными армейскими носилками, два других уже к моему бывшему телу, и стали перегружать тела на них. Я чувствовал касания, как меня поднимают и укладывают, но всё тело для меня было, как будто я его полностью отлежал. Но это ещё хорошие симптомы, маги отлично поработали, я думал, хуже будет. Пока одни парни перекладывали тела, другие их страховали, Мик подошёл к доценту и протянул ему мешочек с драгоценными камнями остальной платы. Тот за пару минут придирчиво изучил их и сказал стандартную фразу, что договор выполнен. Как и остальные присутствующие ученики, Мик прошёл обучение местному языку, не только Древнему магическому, поэтому спокойно общался с местными. После этого мы в сопровождении доцента и одного из магов направились к выходу их стен Академии, что они будут делать с телом последнего после тренировок паладина, это уже проблемы местных магов. Тело было мертво, так что, скорее всего, используют как практический макет для занятий. В принципе тот этого заслужил, так что не жалко. А уходили мы быстро, доцент был умён и скоро поймет, что без теоретических знаний, которые я им не дал, вести практику по переселению душ будет практически не возможно. К каждому одарённому нужен особый подход и расчёты. У них ничего этого не было. В принципе доцент сможет их сделать, но это не один год работы, проще у меня эти сведенья добыть, поэтому мои парни и торопились покинуть стены Академии как можно быстрее. Хорошо ещё, что сейчас каникулы, пока никого нет кроме младших курсов, «сосунков» как их называли старшие студенты, иначе пришлось бы постараться, покидая Академию незаметными.

    Доцент с сопровождением из одного помощника довёл нас до запасных ворот, сам открыл их, охрана смотрела в другую сторону, и выпустил. Дальше мы уходили уже сами. Но я этого не помнил, силы оставили меня когда носилки грузили в наёмную карету.


    * * *

    Очнувшись уже днём, судя по лучам солнца, что попадали в комнату через разбитое окно, жили мы в заброшенном здании, я понял, что проспал несколько часов. Рядом на обломке стула сидел один из бойцов. Он тут же радостно заулыбался и спросил по-русски:

    — Как вы, Учитель?

    — Терпимо. Как там с моим прошлым телом, избавились?

    — Да, сразу после выхода из стен Академии сбросили на одной из улиц с кинжалом в спине и при документах, а сегодня утром Лик, когда бегал покупать в кабак свежее мучное, принёс газету, там о вас. Всё на первой странице, некролог, кто вы и почему вы так известны.

    — Это хорошо. Где Мик?

    — В соседней комнате отсыпается после вчерашней ночи. Без сознания вы были двадцать семь часов. Вы нас заранее предупредили об этом, поэтому мы не волновались.

    — Это хорошо, сон это быстрое восстановление. Помоги встать, нужно как можно быстрее научиться заново ходить и овладеть этим телом.

    — Учитель, у вас на пальце недавно кольцо какое-то появилось — помогая мне встать, сообщил ученик.

    Посмотрев на правую руку, я с недоумением стал рассматривать перстень мастера меча. Вот это уже было странно, на это я не рассчитывал.

    — Он был привязан к ауре и перенёсся вместе с ней в моё тело — вслух понял я после некоторых раздумий. — Вот чёрт, это сколько же лет мне нужно будет доводить своё новое тело до кондиции? Хотя, сколько бы не было, всё моё… Вода есть, пить хочу?

    Пока боец наливал в стакан воду, я стоял, балансируя руками и осматривался. Первая неожиданность, я стал куда меньше и теперь смотрю не очень высокому ученику в подбородок, хотя раньше был выше его на полголовы. Я снова стал ребёнком двенадцати с половиной лет, вот к этому нужно было привыкать. Привыкать к тонким ручкам, ногам и телу, а тело было стройным. Одно радовало, я своей новой физией не буду пугать малых детей. Они-то привыкли ко мне прошлому, а тут новый персонаж, придётся начинать знакомиться с ними заново. Нет, они не будут шугаться меня, так как это лицо кроме часовых, охраны и части старших учеников никто не видел. Ещё во время захвата этого тела я озаботился одним элементом одежды, которую постоянно носило это тело, пока окончательно не стало моим, оно носило колпак с прорезями для глаз скрывающее лицо, поэтому дети в лагере и не знали одного из пленников в лицо. Именно поэтому я рассчитывал, что контакт быстро наладиться. Средневозрастная группа-то ладно, им было известно, что я собираюсь менять тело, они это уже осознали, вот с малышами, как я уже говорил, мне заново придётся налаживать контакт. Но ничего, мне не привыкать, сделаю.

    — Вроде ничего себя чувствую — пробормотал я, ещё раз мысленно просканировав своё тело, двигая всеми членами, включая головой. Правда тут она у меня закружилась, и боец подхватил меня на руки, снова положив на кровать. Никак не могу привыкнуть, для ученика я был как пушинка. Я и раньше особо мощью и богатырской статью не отличился и тут мне такое же тело досталось. Привыкать легче будет.

    — Сколько сейчас местного времени? — спросил я, когда моя голова коснулась подушки.

    — Примерно одиннадцать дня.

    — Хорошо. Буди Мика и остальных, мы не будем тут ждать несколько дней. Покидаем столицу немедленно. Пусть организует всё.

    — Понял, — кивнул ученик и быстро вышел из помещения. Радиостанцией он не пользовался, был в курсе, что местные маги могут их прослушивать.

    Через минуту в комнату зашёл Мик, протирая сонное лицо. Он быстро вошёл в суть дела и, подтвердив, что задание понял, забрал пару бойцов и покинул здание, приготовленное к сносу, а остальные начали собираться. Они сворачивали магические бытовые артефакты и мебель, на которой мы отдыхали, пропадала. Когда всё было готово, на двух наёмных каретах подкатил Мик. Мы погрузились, меня вели под ручки, я с некоторым трудом переставлял ноги сам, а когда устроились на мягких сиденьях, покатили к выезду из города. Там подмастерье на воротах просканировал нас артефактом, и пропустил. Всё прошло хорошо, моя ещё не закрепившаяся нормально с телом аура выдавала немного другие показания, и артефакт меня не опознал, ну или меня вычеркнули из розыскных листов, но это вряд ли. Дела так быстро не делаются, неделя, а то и две должно пройти, а не сутки.

    Все мы были одеты в местные одежды, меня переодели ещё в комнате, в купленную заранее одежду подростка, поэтому внимания мы не привлекали. Одежда была не дворян, а обеспеченных горожан, тут их было большинство, так что как я уже говорил, на нас никто не обращал внимания.

    Кареты были наняты довести нас до соседнего городка, однако мы собирались выйти ранее. Этого я не застал, когда мы отъехали от ворот столицы на пару километров, как-то незаметно задремал, а проснулся, когда меня осторожно на руках выносили из кареты. Длинно и протяжно зевнув, я махнул рукой, велев поставить меня за землю. Кучер что наблюдал за нами, убедился что я не похищенный и не мёртв, после того как Мик его отпустил, стегнул кнутом и покатил следом за второй каретой. Судя по обстановке вокруг, находились мы на лесной дороге. В принципе так и было спланировано. Следующие четыре-пять дней, пока я буду приходить в себя, и знакомиться с этим телом, мы будем жить тут.

    В это время из лесной чащи выбежал один из учеников и сообщил:

    — Там поляна.

    — Вода? — тут же спросил Мик.

    — Рядом нет.

    — Устроимся на ней, пока нормальное место не найдём. Сейчас кучера кареты развернут и покатят обратно, нужно уходить с дороги.

    Меня подхватили на руки. Двое бойцов скрестили руки и я просто сел в это импровизированное кресло, после чего мы быстрым шагом направились вглубь леса. Поляна действительно находилась недалеко, буквально метров двести. Устроившись на её опушке, Мик достал из своей безразмерной сумки матрас и расстелил его для меня, после чего в одиночку остался сторожить, разослав остальных искать более надёжное место для лагеря.

    — Как ты, Учитель? — спросил он, видя, что я всё ещё в сознании, лежу на матрасе с отсутствующим видом.

    — Да как — вздохнул я. — Привыкаю. Привыкаю к себе новому, к незнакомому рту, зубам, гортани, к телу, рукам. Даже моргать приходиться учиться заново, рефлексы почему-то отсутствуют. Это как привычка дышать. Даже запах у парня другой и мне незнаком, почему-то ком в горле стоит от него. Помыться ещё не мешало бы.

    — Мы вас обмывали, когда принесли из Академии.

    — Ничего, для той операции, что была проведена, состояние у меня даже отличное — мельком посмотрев на перстень мастера, ещё раз вздохнул я.

    В это время начали пребывать ученики, кто без хороших новостей. А кто, наоборот, для лагеря было найдено даже два места и оба на берегу крохотной речушки, которая протекала через лес. Видимо два ученика независимо друг от друга вышли на её берега в разных местах и поспешили доложить, что удобное место найдено. Что ж, посмотрим. Через час мы действительно стали обустраиваться на берегу крохотной речки, шириной всего метра три. Не знаю, сколько нам тут предстоит прожить, но устраивались мы надолго.


    * * *

    Три месяца спустя Дикий лес, лагеря графа Ки Сона.


    Лёгкие работали как мехи, пока я бежал, монотонно переставляя свои почти натренированные ноги. С ходу перепрыгнув через крохотный ручеёк, чуть не увязнув в болотистом берегу, я рванул дальше, поглядывая по сторонам. Бежал я налегке, в отличие от учеников, бежавших за мной колонной по одному. Вот они были как раз в полной выкладке, с рюкзаками и при оружии. Ничего, ещё месяц и я начну переходить на полную нагрузку. Уже можно будет.

    Позади послышался плеск и ругательство, похоже, кто-то снова нырнул в эту речушку. Ну да, берега там были скользкие. В колонне было чуть больше сотни учеников и учениц, я на пол особых скидок не делал, разве что весу у них было куда меньше, только оружие и боезапас. Тренировками я занялся сразу, как вернулся на базу. Каждый день по шесть часов, да ещё пробежки, маловато конечно, но усиленные тренировки мне были ещё противопоказаны, вот через пару недель уже усилю их, а скоро можно будет перейти и на самые серьёзные.

    В том лесу, когда покинули столицу, мы прожили целую неделю, пока я нормально не освоил тело. Мне же баул разворачивать и самолёт доставать, а для этого мне необходимо овладеть конечностями в полной мере. Поэтому всю эту неделю я работал рукам, строгал ножом палки, вырезая фигуры, делал другие работы, а под конец спичками строил домики, где так же нужна была концентрация и хорошее владение пальцами. Были бы карты, ими бы работал, но с собой их у меня не было.

    Потом мы покинули лес, шёл я уже сам, ранее тренировался, часто понемногу ходил по поляне, нарабатывая навык, а когда мы нашли волне нормальное место для взлёта неподалёку от леса, парни пробежались и проверили, ровное оно, я и стал работать с баулом. Почти полтора часа, с перерывами на отдых открывал его, и ведь открыл. Потом парни выгнали машину наружу, заправили её, после чего ещё столько же времени я закрывал баул, сворачивая его. Вылететь мы успели, хотя близился вечер, пилотами были все, один сел за штурвал, так что я отдыхал в салоне, пока мы с посадкой на дозаправку, пару бочек стояло в салоне, не приземлились на прогалине рядом с нашей базой. Дальше понятно, новое знакомство со всеми моими учениками, которые привыкали что у их учителя новое лицо и тело. Но ничего, привыкли со временем, даже малые которым я каждый вечер читал сказки, снова ко мне на колени забирались. Это те, которых я привечал ранее, не любимцы, те кто много настрадался, а так любимцами не смотря на сложности характеров у меня были все. Я старался, чтобы они чувствовали, что я их люблю и не брошу, и они это чувствовали.

    Самое забавное, что среди свои учеников, я, их учитель был единственным неинициированным одарённым. Ситуация и смех и грех, но ещё пару недель и можно проходить инициацию, магия практически полностью слилась с моей аурой, я наблюдал за этим с помощью специальных медицинских диагностических артефактов. Сам я её провести не могу, тут маг-помощник нужен, да и ученики помочь ничем не могли, так что скоро я собирался покинуть лес, как раз поздняя осень начиналась и тут скоро начнётся зима, а зима суровая, как в России. В моих планах было пройти инициацию, потом носить детскую сетку, и можно покинуть это место. Не в смысле лес, я собирался покинуть Торию.

    Ну да, такой у меня был план. Скучно мне тут было, поэтому я решил вместе со своими учениками попытаться вернуться в мир, где шла Великая Отечественная война. И мне там нравилось и парням ещё повевать хотелось. Ну и некоторые из учеников намекали мне на это, те кто коллекции собирал. Ученики знали, что до того момента когда я снова начну магичить, ещё полгода-год, поэтому предлагали пока попутешествовать по мирам. Им, как и мне нравилось разведывать не известное и видеть, как живут люди в других мирах.

    Насчёт того что мне ещё долго не получится магичить это не оговорка, и то что на днях я собираюсь пройти инициацию тоже. Инициацию я пройду, но это не значит, что я буду пользоваться магией, просто после неё, слияние ауры и магии пойдёт быстрее, как раз те самые полгода-год, сам не знаю, сколько это продлиться, не угадаешь. А пользоваться магией в это время категорически не рекомендуется. Не рекомендуется мной естественно, я же проводил серьёзные теоретические исследования, поэтому понял, что детскую сетку, пока идёт слияние после инициации, всё это время лучше не снимать. Расслоение может пойти, а мне этого категорически не нужно. Вот такие дела. А Дар сам подскажет, когда им можно будет пользоваться. Всё было очень просто, как только у меня активируется «истинное зрение», а раньше ни-ни.

    Так вот, после возвращения я усилил физические тренировки не только для своего тела, но и для всех кому старше десяти лет, именно поэтому за мной и бежала такая длинная колонна хорошо вооруженных учеников. Ну и теоритическое обучение магии я тоже не забросил, работал индивидуально с отстающими, и старшими учениками. У последних индивидуальная программа, там уже шёл второй курс моей школы, пока только в теории. Так что за эти три месяца, все ученики от восьми лет и старше овладели навыками применения детских плетений в полном объёме, как защиты, охраны, так и нападения. Теорию все уже прошли, так что учил я с удовольствием. Да, знаю что это сложно, но мне помогал амулет-ювелира. Уж с детскими плетениями работать с ним было можно. Я смотрел, как ученики плетут заклинания, и поправлял их. Научил всех, даже «малое исцеление» все знали, так что среди малышни теперь нет ни одного, у кого была хотя бы одна царапина и синяк. Нужно же было на ком-то тренироваться их старшим товарищам. Естественно всё это происходило под присмотром наших медиков.

    Вот так и прошло время с момента замены тела, и сейчас я бежал по пробитой нами через лес за эти месяцы тропинке и задавал ритм остальным. Мик бежал замыкающим, следил, чтобы не было отстающих, как это было в первые недели. Ничего, столько времени прошло, все давно втянулись и бежали эти стандартные десять километров спокойно. Растягивались, конечно, но бежали все. Правда десять километров это не просто ровная тропинка, это постоянные спуски и подъёмы что сбивали дыхание на раз, но как я говорил, все начали втягиваться в эти тренировки. Это радовало.

    Когда впереди показался просвет, я уменьшил скорость бега, чтобы ученики подтянулись, даже стал, высоко вскидывая колени, бежать на месте. Наконец ученики собрались в плотную колонну, и я продолжил бег, так что выбежали мы почти все вместе. Некоторые сразу направлялись к бакам с водой пить, другие валились на землю, тяжело дыша. Это ещё хорошо, все добежали, первый месяц в лагерь следом за мной добегали единицы, остальные просто приходили тяжело дыша. Ничего, я из вас ещё сделаю нормальных бойцов.

    Встав у выхода из леса на краю тропы, я пропускал тяжело дышащих учеников пока, наконец, не показался замыкающий Мик, демонстративно держа секундомер в правой руке.

    — Неплохо — сообщил я ему. — Почти рекорд для этой недели. Втягиваются ученики, ещё как втягиваться.

    — Это заметно, отстающих было мало — кивнул Мик, выравнивая дыхание. Он, как и немногие из тех что следовали моим советам не стал садится или ложиться, а просто ходил давая телу отдохнуть и восстановить дыхание.

    — Завтра воскресенье. Отдых от уроков и тренировок — напомнил я, воскресенье было самым любимом днём недели у всех моих учеников. — Завтрак готов, так что веди в столовую.

    — Есть — козырнул Мик и стал командовать, поднимая и строя в колонну по двое учеников. С песнями колонна замаршевала в сторону столовой, всё, как и всегда вот уже три месяца.

    Ученики не то чтобы не любили учёбу и тренировки, отчего воскресенье было у них любимым днём отдыха. Нет, к знаниям они тянулись жадно, как цветок навстречу солнцу, да и тренировались охотно. Просто в воскресенье они могли пообщаться с друзьями, подружками, поиграть с малыми, воскресенье у нас день единства. Мы семья.

    Убрав секундомер в карман своего ушитого десантного комбеза, на мне ещё кирзовые сапоги были маломерки, я направился следом. В отличие от учеников, которые только рано утром совершали эти пробежки, я ещё после ужина, перед самой темнотой бегал по этой тропе, ну и с палками занимался, махал, тренирую группы мышц. Вот этому я уже не учил учеников. Так что после вечернего бега возвращался я в лагерь, когда уже полчаса как наступала ночь, потом купание в ледяной воде озера, и спать.

    Природа действительно не радовала, осень, скоро начнутся заморозки. Так что пора перебиваться из этой тундры в те места, где более тепло, ну или как я планировал, снова на поиски новых миров. Порталом управлять я пока понятное дело не мог, так что только автоматический поиск. Надеюсь, следующий мир будет тот же из которого мы попали на Торию. Правда там тоже вот-вот готова была наступить зима, но ничего, разберёмся.

    Пройдя следом за учениками в столовую, я занял свободное место, благо действительно было, и приступил к завтраку, мне как раз принесли тарелку супа. За то время что мы тут жили, лагерь был отлично обустроен, под навесами стояли столы и лавки, теперь можно было принимать пищу не по очереди, а всем вместе, только и увеличили количество дежурных по кухне, чтобы они всё успевали, и они успевали. Вот на краю нашего стола стоял термос с черпаком. Кто хотел, мог долить добавки. Потом было второе из гречневой каши с гуляшом, ну и чай, это святое.

    После завтрака у учеников час отдыха, потом я читаю лекции, теоретические занятия по алхимии, это базовый курс, все проходят, обед, следом теория по применения бытовой магии, в направлении строительная магия, ужин, дальше отдых для всех до отбоя, ну у меня ещё сказки для малых и пробежки. Вот такой вот график на всю неделю, кроме воскресенья конечно, у меня стал привычен. На учеников нагрузок было меньше чем на меня. Но грань я не переходил, бунтов от интенсивно учёбы не было, да и себя не перегружал, чревато.

    К вечеру набежавшие облака разразились ливнем с грохотом грома и вспышками молний. В большой палатке, где разместились самые маленькие, я читал сказку. Рядом сидевшая девочка переводила её на тот язык, что знали малыши, слишком медленно малыши познавали русский, хотя их и активно учили этому. Естественным способом, конечно же. Однако всё же процесс шёл, и я подумал, что через пару недель буду читать сказки без переводчика, меня уже вполне понимали.

    Малыши вздрагивали от вспышек и ударов грома, но я успокаивал их. Двое воспитателей после моего ухода остались в палатке, свет был включён, пока малыши засыпали, а я привычно одевшись, побежал на пробежку. Терять день из-за какой-то непогоды я не собирался. Естественно вымок ещё при выходе, но это не мешало мне выбежать за пределы лагеря, мимо часового в плаще и рвануть по нашей тропе. Было очень сколько, даже я падал, но всё же пробежал всё расстояние и вернулся в лагерь, вот только в озеро не полез, и так был мокрый. Выжав комбез, я повесил его сушиться под навес, где были натянуты верёвки, обувь поставил к очагу, там грелись дежурные бойцы, и под каплями дождя, ох массаж, добежав до своей палатки, вытерся полотенцем и лёг спать под тяжёлое и тёплое одеяло. Вдали привычно едва слышно стучал бензогенератор, что давал свет лагерю, а я, подремывая, подумал, что всё же пора покидать эти земли, ещё как пора. Всё, решено, как просохнет, вылетаю в обжитые земли, нахожу мага и договариваюсь с ним об инициации Дара.


    * * *

    Утром, когда я ещё в сумерках покинул палатку и натягивал влажных комбез и такие же влажные сапоги, только портянки сухие были, то стал готовиться к забегу. Это у учеников сегодня выходной, воскресенье, у меня же всё также, бег по пресечённой местности в надо сказать сырую погоду.

    После пробежки, а вернулся я грязным как чёрт, снова умудрился трижды навернуться, да ещё свалился в тот проклинаемый учениками ручей. Ноги разъехались, и я окунулся чуть ли не с головой. Но добежал я до лагеря даже довольным, мне понравилась эта пробежка, жаль к завтрашнему дню всё возможно просохнет, вот в такую сырую погоду и нужно гонять учеников на тренировки. Те ученики кто не отдыхал, и не смотрели фильм в нашем импровизированном кинотеатре с экрана большого плазменного телевизора, с некоторым сочувствием смотрели на меня. Добежав до озера, я ухнул в него прямо в одежде и сапогах, зашипев, когда вынырнул от холода. Вода стала ещё холоднее. Похоже, пора завязывать с водными процедурами, моржом я никогда не было. Слегка отмывшись от грязи, я выбрался на берег, с помощью девчат разделся до исподнего и направился к себе в палатку. Девчата отмоют комбез с кирзами, высушив их, а мне нужно переодеться.

    У меня была также ушитая современная цифровая форма, поэтому переодевшись, я покинул палатку и направился в столовую, там как раз заканчивался завтрак. После него, сытный, кстати, был, я прошёл в штабную палатку, где собрались по-моему приказу все офицеры.

    — Значит так, товарищи офицеры — пройдя в палатку, сказал я. — Сообщаю вам, что я решил податься на ваши уговоры. Через неделю мы переходим в новый мир. Готовьте лагерь к сворачиванию… Теперь по вам, капитан, готовьте разведгруппу, завтра если погода нормализуется и земля высохнет, мы летим за пределы Дикого леса. Пора проводить мне пробуждение Дара, не будем тянуть время.

    — А вам уже можно, Учитель? — тихо спросила со своего места Одна.

    — Лучше бы конечно подождать — протянул я. — Но в принципе прогноз для инициации благоприятный, можно уже проводить. Так что готовьтесь. Каждый знает, что ему делать, Вольт старший при сворачивании лагеря и подготовки к переходу в другой мир, портал будем разворачивать у столовой. Там самое лучшее место. Это всё.

    Офицеры довольные новостями, тут им уже приелось и хотелось чего-то нового, стали расходится, остался только координационный штаб, который начал готовить операцию по нашему уходу в следующий мир. Танкисты побежали к складам и гаражам, требовалось загнать внутрь шеренгу танков из коллекции Эриха, которые они всё это время холили и лелеяли. Те блестели как новенькие.

    Конечно, можно было спустить вниз, сменив широту, куда-нибудь в тропики, но честно говоря, путешествовать по мирам мне больше нравилось, вот я и надеялся, что мы вернёмся в мир, где шла война. Уж я тоже поучаствую, а не как в прошлый раз всего в трёх стычках, хотя две и были довольно серьёзными с применением танков с обеих сторон.

    — Командир — догнал меня Мик. — Только что пришла смена часовых, что охраняют технику на аэродроме. Они говорят, там совсем развезло, сохнуть несколько дней будет, да и то если дождей не будет. А тут вон, какая сырость.

    — Есть предложение? — заинтересовался я.

    — Скорее идея. Мы прогалину всю бульдозерами взрыхлили, равняя взлётную полосу, там сейчас не пройти, ноги по щиколотку вязнут, но есть поляна в восьми километрах на север, на «Шторьхе» там можно взлететь нормально, трава густая, площадка ровная.

    — Хм, — на несколько секунд задумался я, капитан действительно предложил выход из ситуации, поэтому я кивнул. — Норма, летим двумя машинами. Подготовь ещё четверых, ты летишь со мной.

    — Есть. Разрешите выполнять?

    — Бегом. Через час отправляемся к той поляне.

    Предупредив офицеров, колючая Вольта, об изменившейся ситуации, мы собрались и небольшой группой направились на нужную поляну. «Шторьхов» у меня было восемнадцать единиц, один разбили во время учебных полётов, он пошёл на запчасти, осталось семнадцать. Так вот, два трёхместных аппарата находилось на одном из складов в полной готовности, на них даже дополнительные топливные баки стояли. Этот склад был при мне, так что добираемся до места, разворачиваем его, выгоняем самолёты, сворачиваем и вылетаем в направлении обжитых земель. Но так как до края леса было чуть больше шестисот километров, мы действительно далеко забрались, а дальность «Шторьха» с дополнительным баком едва превышает пятьсот километров, нужно в пути будет поискать площадку для дозаправки, благо полян в лесу хватало.

    Так всё и вышло. Дошли, подготовили самолёты и вполне благополучно взлетели, правда, разгонялись, на мой взгляд, излишне долго, но всё же поднялись в воздух. Причём оба. Потом на четырехстах километрах была дозаправка, бочку с топливом вытащили из моего баула, ширины горловины едва хватило, чтобы это сделать, мы взлетели и полетели дальше. Путь наш лежал к небольшому замку, что стоял в открытом поле. Мне уже было известно, что там жил маг. Во время дозаправки в этих окрестностях вовремя прошлых полётов, я успел пообщаться с крестьянами, так что информация точная. Причём маг был лекарем, стареньким, на пенсии, но лекарем. А мне нужен именно такой маг, чтобы мог в пентаграмме во время инициации отслеживать всё, что происходило со мной и моей аурой.

    Совершили посадку мы в трёхстах метрах от стен замка, там было удобное поле, которое к счастью никогда не видело плуга. На дорогу не сядешь, её тоже развезло после ливня, но устойчивый ветерок, что нам помог сесть, начал подсушивать её.

    Оставив двух бойцов у самолётов, в обоих авиационные «МГ» стояли, если что прикроют, я в сопровождении своих людей направился к воротам замка. Один из них сбегал к воротам и сообщил часовым, что прибыли гости к хозяину, поэтому там уже поднялась кутерьма, готовясь к приёму гостей. Мы даже шаг замедлили, чтобы дать им время. Рва вокруг замка не было, так что ворота открылись, и мы прошли внутрь прямо по дороге, а не по настилу моста. Церемонии встреч гостей, особенно одарённых, тут знали, слуги были на высоте. Так что встретили как надо, даже сам хозяин, мастер магии, вышел нам на встречу. Глядя на этого сухонького старичка с умными глазами я коротко, но искренне поприветствовал его, чуть позже сообщив по какой нужде явился. Мы в это время уже находились в обеденном зале, так что согласно традиции причину, по которой я тут оказался, сообщил после обеда.

    — Простите молодой человек — промокнув губы салфеткой, сообщил маг — но я уже не беру учеников. Возраст. В сорока двух километрах от моего замка стоит особняк моего бывшего ученика. Может он вас примет?

    — Мне не нужен учитель — улыбнулся я. — Мне просто нужно пройти инициацию и открыть свой Дар.

    — Хм, вот как? — несколько секунд маг пристально разглядывал мою ауру «истинным зрением», после чего вздохнул. — Я не вижу в вас ни одного зачатка магии.

    — Это можно увидеть только магическими артефактами — приоткрыл я тайну. — Для магов моя аура обычного человека. А в действительности я одарённый с неплохим потенциалом. Это редкость, понимаю, но это действительно так.

    — Это большая редкость — согласился хозяин замка. — Я могу вспомнить только три таких случая, да и то один из одарённых погиб несколько месяцев назад. Читал некролог в газете.

    — Я тоже, — кивнул я с невозмутимым видом.

    — Хорошо, инициация меня ни к чему не обязывает — согласился хозяин замка. — Давайте поговорим теперь о плате, что вы предлагаете. Небольшой рубин?

    — Именно.

    — Что ж, я согласен.

    — Плата как всегда после работы — показав камешек, сообщил я.

    — Это обычные условия договора. Идёмте ко мне в подвал, где у меня мастерские. Пентаграмму будем использовать мою, я к ней привык.

    — Хорошо.

    Мы покинули обеденный зал и все вместе спустились вниз. Хозяин замка довольно долго собирал пентаграмму, я следил за этим с помощью амулета-ювелира, к сожалению «истинное зрение» мне пока было не доступно. Тот всё делал правильно и никаких нарушений в работе пентаграммы я не заметил.

    После его знака я прошёл внутрь, он её активировал и мы начали работу. Когда Дар проснулся, я едва успел его удержать, иначе он бы сжёг все камни пентаграммы, и так хозяин запричитал, когда те едва сдерживая напор моего Дара, ярко засияли. С трудом удерживая, ману, я быстро стал вязать сетку. Как при отсутствии работающего «истинного зрения» я это делал? Так пентаграмма как раз и была нужна для того чтобы магически давать видеть что я плету, так сказать огромный амулет-ювелира. С сеткой я закончил за пять минут, накинул её на себя и всё, Дар был под контролем, но вот хозяин замка был не особо рад, два драгоценных камня рассыпались пылью. Именно поэтому я и не сообщал ему уровень своего Дара, старик бы отказался меня инициировать. Дело тут даже не в рассыпавшихся пылью камнях, все кто находился в подвале, могли погибнуть, да и я, честно говоря, едва удержал ту Силу, что пёрла из меня.

    Когда я вышел из пентаграммы тот, поджав губы, сообщил:

    — Вы не сказали что уровень вашего дара такой высокий, никак не меньше второго. Я едва удержал выброс вашей маны в пентаграмме. Уничтоженные камни нужно возместить, молодой человек.

    — Конечно — согласился я.

    Передав ему сперва оплату за работу, я добавил три камня.

    — Почему три? — спросил старик, придирчиво их изучив.

    — Два пылью рассыпались, один треснул — указал я.

    — Плата принята — снова недовольно пожевав губами, кивнул хозяин замка.

    В принципе тот был доволен, камни возместили, заработал ещё, но он старался этого не показывать. Нас проводили к выходу, и мы направились к самолётам. Оставшиеся тут бойцы уже заправили обе машины, бочка стояла в стороне, но я не стал от неё избавляться, тара хорошая, поэтому убрал её в сумку. Только после этого мы взлетели и направились обратно. Сидя в кресле пассажира, я использовал разнообразные амулеты и артефакты, разглядывая себя со стороны.

    — Какие-то проблемы, Учитель? — спросил сидевший за штурвалом капитан.

    — Гляжу. Может этот мастер мне магического жучка подсадил. В пентаграмме это было просто.

    — И что, есть?

    — Всем оборудованием прошёлся и не обнаружил, только сетка и грозовые облака ауры под ней. Ладно, хоть хорошо видно как мана там бурлит, значит, всё хорошо сработало, без осложнений.

    Вернулись мы без проблем, как ни странно ещё до наступления темноты. Приземлились на той же поляне, я убрал самолёты обратно на склад, их предварительно заправили, и в уже сгущающейся темноте мы направились к лагерю. Подошли к нему, когда малых укладывали спать. Поужинав и сообщив, что завтра в обед мы переходим в новый мир, разошлись по палаткам. День сегодня насыщенным был.


    * * *

    Озадаченно поглядывая на высветившиеся координаты, что выдавал портал, я ещё раз сверил их с куцым списком, что у меня был.

    — Что-то не так Учитель? — подошёл ко мне капитан.

    До обеда вся инфраструктура лагеря была свёрнута, техника, включая ту, что находилась на прогалине, убрана, в общем, мы были готовы перейти в другой мир. Зимней одежды у нас не было, поэтому ученики заметно мёрзли на ветру. Сегодня утром внезапно похолодало.

    — Координаты мне не известны, похоже, мы нашли новый мир — ответил я, записывая эти самые координаты. — Портал выдаёт зелёный свет, значит снаружи безопасно, поэтому передовая группа может переходить. Ждать не будем.

    Дальше всё было как обычно, сперва прошли боевые подразделения, потом средневозрастная группа потянулась, и лишь потом малыши. Только пленных не было, которые обычно следовали за ними, поэтому сразу за малышами перешёл я.

    Быстро осмотревшись, я деактивировал портал и стал его разбирать. Мы оказались в лесу, в самом обычном и таком для меня родном берёзовом лесу. Что примечательно, до нас явно доносился шум трассы, уж я его ни с чем не спутаю.

    Подбежавший Мик, доложил о том же. Мы находимся в небольшой берёзовой роще, рядом какая-то деревня, в стороне проходит дорога с глубоким кюветом. Пройдя на опушку, я посмотрел на машины, что мелькали на трассе.

    — Не уж-то в родной мир вернулся? — озадаченно пробормотал я.

    Наклонившись, я поднял старую пластиковую бутылку, что валялась на траве, мусору вокруг хватало, посмотрел на выцветшую этикетку, и тут же приказал принести мне спутниковый телефон. Я знал, что этот чемоданчик находился в рюкзаке начштаба. Когда мне его принесли, и я набрал по памяти номер сотового телефона, то услышав ответ с той стороны, сразу нажал на кнопку отбоя и ответил сам себе:

    — Я дома. Голос Валюхи я ни с кем не спутаю.

    — Что случилось, Учитель? — заинтересовался стоявший рядом Мик.

    Пока я проверял свои подозрения, мои ученики не стояли без дела. Старшие рассыпались вокруг, занимая позиции, причём делая это не заметно для местных, трое следили за деревней, что действительно находилась рядом. От опушки, где мы стояли было видно улицу и дома выходящие на трассу. Между трассой и заборами улицы, гуляли куры, и пасся на длинной верёвке бычок, я даже рассмотрел что вместо ошейника у него пояс электромонтёра.

    Средневозрастная группа под командованием двух офицеров образовала что-то вроде полукруга. Они сели на траву, и малые оказались в импровизированном загоне, но выбегать они из него и так не собирались, их воспитатели уже организовали несколько игр и они были увлечены ими. Так что ученики пока сидели тихо и внимания местных старались не привлекать, в этом они молодцы. Тройка снайперов в костюмах «Гилли» отслеживали все перемещения в деревне, наушник радиостанции у меня бы в ухе и я слышал все их переговоры.

    — Это моя прародина — задумчиво ответил я. — Именно тут я родился и умер, пока моя душа не переместилась в то тело, которое вы уже видели… Сколько времени я его искал прыгая по мирам, а тут раз и случайно нашёл.

    — Может быть, это не случайность, а знак судьбы? — предположил Мик.

    — Может быть — пожал я плечами, но быстро встряхнулся и стал отдавать приказы. — Ты Мик займись обороной. Задача состоит в том, чтобы не показываться на глаза местным.

    — Понял — кивнул тот и направился проверять посты.

    — Вольт — подозвал я топтавшегося неподалёку начштаба, тот уже отдал все нужные команды и теперь находился неподалёку, ожидая, что я прикажу. — Собирай своих программистов, пусть лезут в местную связь, интернет, я хочу знать, где мы находимся, последние новости, а так же время и дату. Так же поставь радиосканеры на перехват.

    — Есть — вытянувшись, козырнул он. — Разрешите выполнять?

    — Действуй — велел я, и повернулся было, чтобы направиться на противоположную опушку и осмотреть деревню, как сообщение по рации заставило меня вернуться и судорожно достать бинокль из чехла. Наблюдатели заметили бронетехнику на дороге, о чём тут же сообщили мне.

    Приблизив изображение и подождав мгновение, когда оно автоматически стабилизируется, я озадачился.

    — Так, судя по флагам на антеннах, мы на Украине. Уже радует, у своих… Что-то техники много, учения что ли?

    В это время подбежал Вольт, с несколько удивлённым лицом:

    — Командир, есть данные по радиоперехвату. Мы на Украине и тут идёт война. Судя по переговорам, война идёт с Россией.

    — Что за хрень? — искренне удивился я. — Наши к хохлам в жизнь бы не полезли. Да и если бы полезли, наши бы парни уже ноги в Атлантике мыли. Это не деза?

    — Это данные по радиоперехвату, программисты только начали разворачивать свою технику, используя для выхода в интернет спутниковый телефон. Через пятнадцать минут будут точные данные.

    — Давай — кивнул я, и снова стал наблюдать за колонной приближающейся бронетехники.

    Было видно, что гражданские ничего хорошего не ожидали от украинских военных, они прижимались к обочине, чтобы пропустить идущую посередине трассы бронетехнику. Танков там не было, я не одного не заметил, были в основном «бэтры» да и то старые, «семидесятки», да «БМП», тоже «копейки» и «двойки». Так же шли грузовики, тоже не новые, буксировали они пушки, прицепы, даже «Зушки», хотя в конце колонны шли два новеньких явно только с завода армейских «Маза». На броне некоторой техники сидели расхристанные солдаты в форме, кто во что горазд, такое впечатление как будто их одевало несколько стран. На некоторых машинах были странные флаги, красный сверху, чёрный снизу и надпись посередине. Но точно рассмотреть не удавалось, те трепыхались на ветру по ходу движения. Колонну уже можно было видеть невооруженным взглядом, но я всё равно пользовался биноклем, подсчитывая количество техники. Похоже, шёл неполный батальон, для полного, людей и техники маловато, для роты много, скорее всего две роты шло.

    В это время ко мне снова подбежал Вольт, с другой стороны рощи к нам спешил Мик.

    — Есть новые данные, Командир — обратился ко мне начштаба. — Наши парни только что залезли в местную всемирную паутину и добыли всё что нужно. Мы находимся в две тысячи пятнадцатом году, день и месяц — седьмое мая. Война действительно идёт, но не с Россией как это натужно пытается выдать новое правительство Украины, а со своим же населением. Был госпереворот и к власти пришли фашисты, бандеровцы, вроде тех, что мы в сорок втором давили, они перекраивают страну под себя. Крым уже проголосовал за вступление в Россию и больше года считается в их составе, отчего бандеры слюной брызжут и не признают этого, а так же отделились восточные области, Донецк и Луганск, образовав одно пока не признанное никем государство. Новороссию. Там ополченцы и воюют с нацистами, которые хотят якобы вернуть эти земли, а по факту уничтожить население и инфраструктуру. Те, кто пришёл к власти, уже продали эти земли американцам, они на территории ополчения вроде как газ добывать собираются. Ещё вся Европа против России и поддерживает с разрешения США, которая всё это устроило, Украину. Даже врут так же, что воюют с бандеровцами российские солдаты. Война идёт больше года, почти полтора. Ещё у новой власти есть бойцовая собачка, которую они кидают против всех, кто выступает против них. Это «Правый сектор», лютые нацисты, они людей живём жгут, такие же как и их деды в войну.

    — А флаг у них случайно не красно-чёрный?

    — Пока не известно, я прочитал краткую сводку и направился к вам.

    — Колонна уже прошла, так что идём, сам почитаю, что в интернете пишут.

    Мик стоял рядом и тоже хмуро слушал Вольта, ему новости принесённые начштаба не нравились. О Мёртвом мире они знали, как и о том что там происходило, почему он умер, так что они понимали, ситуация более чем серьёзная. Конечно, тут тот год, когда нанесли удар ЯО как в Мёртвом мире уже прошёл, не четырнадцатый, а пятнадцатый идёт, но всё ещё обстановка похоже была ещё та.

    Все вместе мы прошли к парням-программистам, которые устроились прямо на траве, и там получив на руки военный ноутбук, стали просматривать всё, что там было написано. Это заняло у меня порядка полутора часов, и честно говоря, новости меня не порадовали. Россия со всех сторон окружена врагами и ещё держалась, но это чисто из-за президента и его команды. Молодцы, уважаю. Именно они держат ситуацию и не дают свалится ей в пропасть, как не подталкивают к этому их оппоненты из Евросоюза, НАТО и Госдепа.

    Я лишь один раз отвлёкся, когда наблюдатели сообщили, что по трассе прошло да «бэтра», это были «семидесяти» и свернули они в деревню. Я лишь узнал, какие у них тактические знаки нанесены. Выяснилось, что на башнях нарисованы украинские флаги, а вот на передовой машине был флаг «Правого сектора», поэтому я приказал усилить наблюдение за деревней и обо всём необычном докладывать мне. На броне обоих машин сидели солдаты, уверен они и внутри были, так что в деревне находилось порядка двадцати пяти архаровцев. Конечно, я уже просмотрел с ребятами видео одесской трагедии и надо сказать добрые чувства к этим нелюдям мы не испытывали, однако мы были не одни и рисковать учениками не стоило. Ещё повстречаемся.

    — Это айдаровцы судя по переговорам — сообщил радист, работающий с аппаратурой радиоперехвата.

    О том, где мы точно находимся, программисты уже выяснили, это были окрестности города Славянска. Мы находились глубоко в тылу укровойск. В данный момент я читал, что пишут на российских форумах и лишь улыбался. Наши как обычно, лишь посмеивались над санкциям и что странно жалели соседей. Вот у меня не было жалости почему-то ни к одному хохлу, я их правительство по неизвестной мне пока причине, перевёл в ранг врагов вместе с населением. Может, потому что они поддержали переворот? А раз поддержали то, какие они братья-славяне? Не-е, я за ополчение. Вон, мои парни, нагрузившись новыми сведеньями, были со мной.

    — Командир, айдаровцы грабят население — услышал я напряжённый голос одного из наших наблюдателей. — Один из местных жителей, ветеран, судя по наградам на груди, пытался пристыдить их, за что получил прикладом по лицу. Командир?

    В голосе бойца было отчётливо слышно отчаянье, оттого что они ничего не могут сделать, в эфире ясно был слышен гул недовольных голосов.

    — Всем внимание, огня пока не открыть. Ждать команду — мгновенно принял я решение, слыша, как Мик рядом скрежещет зубами, поэтому повернулся к нему. — Мик, кто у нас там собирал комплект эсэсовской формы? Помню, на Тории несколько человек их под себя перешивали и ходили, чтобы привыкнуть.

    — Одна коллекцию собирала униформы — слегка удивлённо ответил Мик, и тут же хищно улыбнулся, он всё понял. — Разрешите выполнять?

    — Бойцы ничем не должны отличаться от тех, что воевали тут в прошлом, проследи за этим тщательно, и вооружи хорошо. Снайперы с верхушек деревьев вас поддержат. Деревенские должны запомнить на всю жизнь, что бандеровцев побили фашисты и уехали на их технике. Всё понял?

    — Понял! — прорычал Мик с широкой улыбой и рванул куда-то в сторону, по радиостанции подзывая бойцов, ему нужно было всего пятнадцать человек.

    Снайперы занимали позиции на деревьях, Вольт загнал туда же оператора, чтобы он всё снимал, что происходит в деревне, там ограбления уже подходили к концу, вообще уроды ничего не боялись, ну а быстро переодевшиеся бойцы, подгоняли амуницию и проверяли униформу. У десятка были немецкие автоматы, у двух пара «МГ», у Мика, что бы в форме унтера, тоже был автомат. После команды «немцы» покинули рощу и, рассыпавшись цепью, направились в центр села. Их главная задача не вести бой, снайперы на берёзах из своих «ВСС» всё сделают, их задача так это произвести как можно больше шума, с выкриками немецких команд, а потом зачистка. Ещё я настоял, чтобы у каждого «немца» был кевларовый жилет под формой.

    Командовать операцией я поручил Вольту, а то у него в основном штабная работа, лишь пару раз лично участвовал в ликвидации бандеровских банд. Пусть сидя на дереве и наблюдая за боем в деревне, командует в режиме «онлайн» и набирается опыта. Тот молодец, командовал отлично. С началом операции приказал радистам врубать «глушилку», теперь на три километра вокруг не работала ни одна радиостанция, ни один сотовый.

    Как только «немцы» тихо прошли через половину деревни и полукругом начали обходить три богатых на вид дома, где и веселились бандиты в форме, во дворе одного из них как доложили снайперы, насиловали молодую хозяйку, то произошла встреча. Раздались первые очереди немецких «МП», к ним присоединились «МГ», а также тихо захлопали винтовки снайперов. Картинка с камеры оператора шла на мой ноутбук, так что я смотрел всё в режиме онлайна. Немцы смели айдаровцев во дворе одного из домов, внутрь сразу рванула группа зачистки, остальные при поддержке снайперов отправились дальше. Бронетехника что стояла на улице бандитам уже не поможет, три бойца в эсэсовской форме уже зачистили экипажи и устраивались внутри, крутя башнями. Наблюдать за этим было несколько странно. Один из бойцов от живота стреляя на бегу, перепрыгнул через тело лежавшего в пыли ветерана, которого девочка лет двенадцати на вид пыталась оттащить в сторону, видно внучка или правнучка. Чуть позже два бойца, что пробегали мимо, помогли ей, зажмурившейся от ужаса отнести деда во двор их дома. Потом вернулись и присоединились к бою.

    Парни не особо стеснялись использовать тяжёлое вооружение «бэтров» а также свои гранаты, с длинными деревянными ручками, отжимая десяток оставшихся в живых бандеровцев к околице. Живых оставалось всё меньше и меньше, парни работали профессионально и уверенно. С той стороны конечно тоже не любители были, видно, что понюхали пороху, но и факт неожиданности сыграл тут свою роль, они видели, кто их атаковал, и были в изрядной растерянности. Я бы ещё сказал, в панике они были.

    Вот одного нашего свалила пуля. Она попала в характерную немецкую каску, сбив её с головы и контузив его, ближайший боец подскочил к товарищу и наложил на него «среднее исцеление» отчего тут мгновенно пришёл в себя, снова нацепил изувеченную каску и продолжил бой. Схожих ситуаций было ещё две, одного бойца перерезали очередью из автомата, но его быстро вернули в строй. Бой в деревне это сложное и серьёзное дало, благо опыта как раз зачисток населённых пунктов от солдат из гарнизонов и полицаев, у бойцов был громадный.

    — Командир — услышал я в наушнике гарнитуры напряжённый голос Мика. — Эти уроды заложников взяли в крайнем доме. Требуют выпустить их и дать уйти, иначе они их убьют. Там женщина с ребёнком.

    — Используй амулет «Паралича». Бандитов взять живыми, заложников освободить — приказал я.

    Такой амулет у Мика был, я слышал, как он хлопнул себя по лбу и через минуту пришёл доклад, деревня полностью зачищена, взято относительно целыми восемь боевиков. Трое из них ранены.

    — Готовьте виселицу на восемь человек, потом соберите местных жителей, ты с ильным немецким акцентом зачитаешь приговор, потом казнь, вы погрузитесь на «бэтры» и уезжаете. Где встретимся, мы вам потом сообщим. Нам нужно незаметно пройти между Краматорском и Славянском, идём в сторону Луганска.

    — Принято.

    Ещё до начала боя в деревне, мои программисты смогли найти телефон диспетчера частной фирмы по перевозкам и, позвонив, заказали пять автобусов, с оплатой на месте наличными. Заказаны были большие автобусы обязательно с занавесками на окнах. Идею мне предложил один из сержантов-программистов, а я его поддержал, нам нужно было покинуть это место. Не на технике военных лет да ещё в красноармейской форме было двигаться по дорогам. Не думаю, что мы бы проехали большое расстояние.

    — Учитель — сообщил ближайший из программистов, прикрывая микрофон трубки спутникового телефона. — На связь вышел один из водителей, автобусы подъезжают.

    — Вели им встать там, на трассе, откуда не видно деревню. Мы выходим.

    — С учётом того как местные относятся к георгиевским ленточкам, это не очень хорошая идея — сказал он и покосился в сторону малых.

    В этом он был прав, при маниакальной ненависти хохлов к памятникам Ленина и этим самым георгиевским ленточкам, почти две сотни детей в форме красноармейцев, это будет взрывающая мозг бомба. Как бы водители не подумали, что к ним возмездие идёт за свершённое ими. Как я уже говорил, я отожествлял местных как ярых нацистов, и подумывал ликвидировать водителей после того как они выполнят работу, ну или сразу, водители и у меня есть.

    Пока в деревне совершалась казнь, оператор ещё снимал, потом я приказал выложить эту запись на бесплатные ресурсы, мы собрались и, покинув рощу, стройной колонной направились к автобусам. Чтобы те не уехали, я отправил вперёд пятёрку бойцов, так что при каждом водителе уже был охранник.

    Когда я подошёл к автобусу и первым поднялся на ступеньки, в остальные дети уже грузились, то услышал всхлип водителя… он смеялся, вытирая слёзы. Растерянный боец топтался рядом.

    — Ой не могу, нашествие бойцов Красной армии на бандеровцев — сквозь всхлипы услышал я. — Бегите проклятые фашисты.

    — Эй, дядя — тряхнул я его за плечо.

    — Сейчас — с трудом уняв смех, ответил пожилой седоусый водитель, доставая платок и вытирая лицо. — Всё неожиданно как-то было.

    — Нам нужно перебраться через позиции на территории контролируемые ополчением — сказал я водителю, отчего тот тут же стал серьёзным.

    — Блокпосты везде, мы пока сюда ехали, два пересекли, и это на двадцати километрах. Всех досматривают, даже нас остановили, хотя видели, что мы порожняком идём.

    — Тогда где тут есть большой лес, чтобы рядом ровное поле было?

    — Откуда тут лесам взяться? — отрицательно покачал он головой. — Посадки только, остальное давно повырубили.

    — Ладно, все сели закрывай двери, двигаемся пока прямо, там разберёмся, — велел я и пока тот проделывал все процедуры и трогался с места, я повернулся в салон и велел детям, тут была в основном средневозрастная группа, закрыть занавески, продублировав по рации остальным машинам.

    Метров через триста мы остановились и подхватили Вольта со снайперами и оператором. В дали можно было видеть, как на трассу выехали два бронетранспортёра с бойцами на броне. Мик доложился, что в деревне операция проведена до конца и они покидают её, но я тогда общался с водителем и слушал доклад краем уха. Некоторые машины с частниками останавливались и те снимали эсээсцев на броне «бэтров» с украинскими флагами на телефоны.

    — Это что? — отвлёк меня от раздумий водитель, тыкая пальцем в боковое окно. Там было видно восемь покачивающихся на верёвке тел и толпа деревенских.

    — Айдаровцы, мне не понравилось, как они относятся к мирному населению, за это наказали, — проинформировал я ошарашенного водителя.

    — Э-э-э?..

    — Мик — не обращая внимания, как открывает и закрывает рот водитель, связался я с капитаном. — Съезжай с дороги куда-нибудь к посадке, и переодевайтесь под бандеровцев, нужно и на автобусы навесить эти знаки и флаги, «Правый сектор» на блокпостах не останавливают.

    — Понял, сделаем.

    — Командир — подошёл ко мне Вольт. — Операция прошла успешно, запись уже выложена в интернет. За пятнадцать минут на Ютубе восемьдесят семь тысяч просмотров, и цифра очень быстро увеличивается. О, уже сто.

    — Молодцы бойцы, примите от меня искреннюю благодарность за проведённую работу.

    — Благодарю, Учитель — поклонившись, поблагодарил начштаба. Ну а так как я продублировал благодарность по рации, слышали все бойцы.

    — Так это ты значит командир у них? — искоса посмотрев на меня, спросил заметно пришедший в себя водитель, сидел я рядом с ним, на месте кондуктора. — Не молод ещё? Сколько тебе, тринадцать?

    — Почти. А так молод только телом, не душой, — усмехнулся я, изрядно озадачив водителя. — Там дальше два «бэтра» будут стоять, остановитесь рядом с ними. Это наши парни.

    — Ополчение? — тут же спросил водитель.

    — Можно и так сказать.

    — Я ведь и сам из ополчения. Со Стрелковым Славянск оборонял, мехводом на «БМП» был. Когда наши отходить начали, нашу бронегруппу бросили на укровояк, отвлекающий манёвр, только вот полегал вся наша группа, но остальные наши парни успели уйти. Вырвались из окружения.

    — Сами как выжили? — с интересом спросил я. Об этом выходе я читал и мне было интересно послушать очевидца.

    Тут был как раз поворот дороги и, повернув, мы рассмотрели стоявшие на обочине «бэтээры» и бойцов рядом с ними.

    — Машину подбили, меня контузило, плохо помню как выбрался через люк. Экипаж из пулемёта скосило, а я скатился в кювет. Как раз моя машина разгораться начала, пару уцелевших парней из десанта потащили меня в сторону, прикрываясь дымом, но и их положили, дальше я сам по кювету полз, стоять не мог, ноги не держали. Местные мне, не побоялись что бой шёл, помогли, утащили через огород в дом и спрятали в погребе. Потом через пару месяцев, когда немного пришёл в себя, устроился в эту фирму, водителем теперь работаю. А своих я искал, похоже, только я уцелел, раненых эти нелюди прямо там, на дороге добивали.

    — Ну и как под украми?

    — Хреново, недавно чуть не до смерти забили учительницу русского языка. И ведь её ученики… твари — искренне вырвалось у водителя, когда он притормаживал и останавливал автобус у крайнего «бэтра».

    Я лишь мельком покосился на действия своих бойцов, мы уже всё с ними обговорили, так что они разбежались и стали приклеивать нацистскую символику на автобусы, а я задал следующий вопрос:

    — Остальные водители, кто они? Фашистов не поддерживают?

    — Трое нормальных, а один уже получал от меня в рожу. Он за АТО — честно ответил водитель.

    Связавшись с бойцом, что находился в третьем автобусе, я спросил у него, не Тарас ли там сидит за рулём. Тот подтвердил, так же сообщил, что на водительском месте есть наклейки с символикой нацистских подразделений и аж три флажка Украины.

    — Ты разобрался с управлением? — уточнил у него я, боец был нашим штатным водителем.

    — Так точно.

    — Водителя приказывают ликвидировать, сам займи его место.

    — Есть.

    Посмотрев на растерянного водителя, я спросил у него:

    — Как вас по батюшке?

    — Антон Игоревич — вздрогнул он, видя в зеркало заднего вида, как вывели из третьего автобуса водителя, к его голове приставили пистолет и раздался хлопок. — Лихо вы.

    — Это не мы, Антон Игоревич, это жизнь такая. Есть те кто за нас, есть те, кто против нас, другого не дано. Одних мы уничтожаем, с другими дружим… Кстати, пора начать движение, командир передового «бэтра» рукой машет.

    Колонна тронулась с места и направилась дальше по разбитой гусеницами бронетехники дороге, «бэтры» шли впереди и в конце колонны, на всех машинах были символы батальона «Айдар», которые во множестве были найдены в десантных отсека «бэтров». С блокпостами Антон Игоревич не ошибся, мы три пересекли, но уловка сработала, нам махали руками, как же, пополнение на передовую ехало, но не останавливали.

    — Через час стемнеет — сообщил водитель. — Не спеем. Дорога плоха, скорость нормальную не разовьёшь.

    — Для нас переходить линию фронта, а тут серьёзные у вас передовые позиции, опасно. Значит, используем план «Б», сворачивайте с дороги, нам нужно хорошее ровное поле, чтобы могли сесть самолёты, и главное, чтобы рядом не было укровояк.

    — Да они тут везде. Как тараканы разбежались, прячутся по посадкам, бояться авиации Новороссии.

    — А у них и авиация есть? — удивился я.

    — Да пару машин отбили, но они их не применяют, но те всё равно жидким делаются, даже если свои же беспилотники в воздух поднимают. На днях свой же и сбили, а разорались, что это был штурмовик ополчения. У них враньё всё идёт на всех каналах.

    — Хм, а это идея как их ещё больше заставить обделаться — задумчиво пробормотал я и пакостливо улыбнулся.

    Обернувшись к сидевшему рядом Вольту, я поставил ему задачу найти рядом лес, где нет укров, с ровным полем поблизости.

    — Сделаем — кивнул тот, а колонне я отдал приказ снизить скорость, пока программисты искали то, что мне нужно.

    Буквально через десять минут информация была у меня, и я, отправив её Мику, что находился на передовом «бэтре», велел водителю следовать за ним. Бронетранспортёр на ближайшем повороте съехал с трассы и попылил по просёлочной дороге, остальные автобусы последовали за нами. Через двадцать километров мы встали на опушке нужного леса. Хотя лесом его и сложно назвать, но для местных степей, действительно лес, а не роща.

    — Вот что, Антон Игоревич, придётся вам и вашим товарищам, чтобы избежать недоразумений, побыть с нами. Вы как?

    — Надо, побудем — кивнул тот, наблюдая, как дети высаживаются из автобусов и с весёлым гомоном направляются к роще, которую уже осматривали бойцы.

    Там действительно никого не оказалась, спутник не врал. Мои программисты пока мы ехали, вскрыли пароль доступа к американскому спутнику слежения и перевели его под свой контроль, лишив этого пиндосов, Вольт уже доложил что у них там в Пентагоне паника началась, пропал с экранов спутник-невидимка.

    — Разбить лагерь — приказал я. — Организовать оборону. С водил автобусов глаз не спускать. Отберите у них средства связи, то есть сотовые телефоны.

    — Есть — козырнули Мик и Вольт, после чего побежали выполнять приказы.

    Лагерь был организован быстро, я развернул два склада, так что привычно в лесу появились платки и задымила походная кухня. Пришлые водители охотно ужинали вместе со всеми, круглыми глазами поглядывая в сторону складов которых тут раньше не было. Это ещё не всё, до предела своего удивления они ещё не дошли. Как только стемнело, малых уже уложили, я открыл баул с авиационной техникой и… да, оттуда были тягачами отбуксированы двадцать шесть немецких боевых самолётов времён Отечественной войны. Точно столько, сколько у меня было пилотов, что справятся с управлением тяжело нагруженных машин.

    Да, я собирался покинуть Украину и перебраться в Россию, но я хотел оставить о нашем тут пребывании такие воспоминания, что укры убегут в страхе в свою тщательно лелеемую Европу. Значит, нет у них тут авиационного террора? Что ж, будет. И пусть они все претензии высказывают канцлеру Германии, русские тут не причём. Та их, конечно, пошлёт и напряжёт свою разведку, но русские тут не причём. Вою поднимется, чернокожий президент опять из своей клетки какашками будет кидаться, а русские тут не причём. Мы обезьян не дразнили.

    До самой полночи с выстроенными в ровную шеренгу самолётами, баул я уже убрал, работали техники, заправляя и вешая бомбы, пилоты отсыпались. Уже в полночь в небо был поднят беспилотник и он начал летать над позициями укровояк и ополчения. Потом после дозаправки он был отправлен к Киеву. Там поднялась воздушная тревога, но что надо беспилотник снял и доставил к нам. Так что штаб интенсивно работал, распределяя технику по целям.

    Ну штурмовики-то понятно, их направляли на передовые позиции и тылы укров, их задача нанесение бомбовых и штурмовых ударов по обнаруженным позициям нацистов, бронетехнике и складам. Причём так операцию планировали, чтобы с тем боезапасом, с каким они должны были подняться в воздух, нанести максимальные потери фашистам в технике и людях. То есть бомбы на позиции бронетехники и личного состава, а потом пушками и пулемётами по складам, вызывая их детонации. Планировали всё тщательно, чуть ли не действия каждого пилота. Теперь по Киеву. Что-то они там совсем страх потеряли, поэтому стоит им напомнить, что война близко. Четыре «Хейнкеля» должны были нанести бомбовые удары по армейским складам в пригороде, а один, пятый, долететь до центра столицы и нанести бомбовый удар по Раде. Нет, это не шутка, действительно бомбовый, но, к сожалению, без взрывателей. Если там кого и пришибёт болванкой начинённой тротилом, то это воля случая. Так что предположу, мозги у них через зад быстро прочистятся. Ах да, прежде чем отправляться спать я велел доработать план вылета к Киеву, тот «Хейнкель» что полетит в центр, должен пару бомб положить в американское посольство. Тоже без взрывателей. Надеюсь, там поймут намёк.

    Парни сразу же стали искать спутниковые снимки посольства и подготавливать боевое задание нашему лучшему пилоту, который и будет сбрасывать бомбы в центр Киева. Так же на некоторые машины ставили камеры, чтобы они записывали проводимую боевую операцию. Это штатная процедура, мы так делали когда работали по железнодорожным станциям и аэродромам немцев в сорок втором, у нас много часов записей тех военных лет.


    * * *

    Утром, в семь часов, зевая, я поднялся и после водных процедур, умывальники стояли неподалёку от кухни, направился к штабу. Там Вольт с красными от недосыпа глазами ставил задачу группе лётчиков. Они уже позавтракали, так что готовились вылететь бомбить фашистов. Мик вёл штурмовиков, а бомбардировщики мой зам по авиации, он же самый опытный пилот.

    После моего напутствия лётчики побежали к самолётам, там им помогли надеть парашюты, после чего техники полезли на места стрелков и штурманов, нужные знания и даже личный опыт у них был.

    Я стоял на опушке, оперевшись плечом о ствол дерева и наблюдал, как один за другим взлетают самолёты с немецкими нацистскими крестами на крыльях и фюзеляже, когда дверь одного из автобусов отворилась и оттуда буквально выкатился Антон Игоревич.

    — Мне это не привиделось? — подбежав ко мне, спросил он.

    — Вы мне вчера подали отличную идею, как заставить местных вояк и их хозяев нацистов испытать такого страха, которого они ещё не испытывали. Вы видите исполнение этой идеи. Жаль акция разовая, второй раз повеселится нам так не дадут. Да и эффекта такого уже не будет.

    — А если их собьют?

    — Ну вот это вряд ли, с теми амулетами защиты что висят на самолётах, это ещё постараться надо, так что они по головам противника ходить будут, и ничего.

    Самолёты уже разделились на две неравные группы и направились каждый по своему маршруту, бомбардировщики к Киеву, штурмовики к позициям укровояк. Вели их наши по рации, наводя через спутник.

    — Идите позавтракайте, вечером мы вас отпустим, домой поедете.

    Вздохнув и почесав затылок, этот пожилой седой мужчина как-то растерянно потоптался рядом и, махнув рукой, направился сперва за своими товарищами, а потом все вместе к кухне. Я с ним немного слукавил, да, с Киевом налёт будет одиночной акцией, вот с передовыми позициями уже нет, два или три вылета успеют сделать, пока я не дам приказ отбоя. Именно поэтому оставшиеся техники готовили бомбы, перетаскивая их из штабелей на тележки и в кузова грузовиков, да и топливозаправщик был наготове.

    До передовых позиций укропов было не так и далеко, поэтому я направился в штаб, узнать обстановку. Там царила деловитая суета работающего штаба.

    — Что у вас? — спросил я, входя в палатку.

    Пятеро радистов с наушниками на головах слушали эфир, программисты что-то там мудрили с нашим спутником, офицеры поглядывали на карту и ставили флажки. Похоже, дело шло.

    — Командир, первое звено достигло передовых позиций и начало прицельную штурмовку. На позициях танкового батальона украинских войск пожары. Горит бронетехника и происходят подрывы боекомплекта. Сейчас они работают пушками по ближним складам. Остальные в данный момент тоже достигли передовых позиций и штурмуют их. Пока точных сведений нет, идёт штурмовка. Бомбардировщики на полпути к Киеву. Как вы и просили, скорость полёта снижена, чтобы в столице у нацистов успела подняться паника. Средства связи мы контролируем и не блокируем, информация уж пошла президенту Украины. Внятных приказов от него и министра обороны своим войскам пока не прозвучало.

    — Держите меня в курсе — велел я и направился в столовую, пора позавтракать.

    Парни и без меня справлялись, не стоит стоять у них над душой, а если что важное, мне сообщат. Когда дежурная по кухне поставила передо мной большую тарелку с супом, сидевший рядом Антон Игоревич спросил:

    — Ну как там?

    Остальные водители жадно прислушались. Они вообще были в ахуе. Десятилетние парни и девчата спокойно ходят в советской форме, причём с самыми настоящими карабинами «Мосина» за плечами, у некоторых, видимо старших, вместо карабинов были пистолеты. То есть малолетняя армия. Так ладно бы казалось, что они играют, так нет, они живут этим и для этих детей обстановка, одежда и оружие казалось нормой, это было видно по их поведению. Эти дети стояли на часах, работали на кухне и занимались малыми, правда, последние ещё спали, так как все почти взрослые, то есть подростки, улетели бомбить фашистов.

    — Разбомбили позиции танкового подразделения укропов, штурмуют пехотные, в основном нацгадов, а одна тройка улетела на предельную дальность полёта, к Донецку, позиции укропов у аэропорта бомбить. Бомбардировщики до Киева ещё не долетели.

    — Так вы и Киев хотите бомбить?! — ошарашено спросил один из водителей.

    — Не мирное население, мы же не немцы в сорок первом. Раду, и так, на окраине, склады. Чтобы население не забывало, что война идёт и скоро она к ним придёт. С намёком вылет.

    — Да-а — протянул Антон Игоревич. — Вроде и мечтаешь о подобном, а тут раз, исполняется всё, а как реагировать непонятно.

    Водители отложили ложки и, приглянувшись, хором запели:

    Двадцать второго июня,
    Ровно в четыре часа
    Киев бомбили,
    Нам объявили,
    Что началася война.
    Кончилось мирное время,
    Нам расставаться пора.
    Я уезжаю,
    Быть обещаю
    Верным тебе до конца…
    Поэт Борис Ковынёв

    Водители пели ту песню с чувством, было видно, что многие подзабыли слова, но другие напоминали, так она и текла над столом. Чистая спокойная и торжественная. А я сидел, улыбался и смотрел на голубое небо, что было видно через листву берёз над нами.

    Когда я заканчивал завтрак, поддерживая беседу с успокоившимися водителями, то слушал сообщения по рации о новых сведеньях. Бомбардировщики Киев разбомбили. Всё как и планировалось, в девять утра, восьмого мая в пятницу, то есть в рабочий день, над столицей Киева снова появились странные смутно знакомые самолёты. Четвёрка отделилась и ушла на окраину, откуда донеслись продолжительные раскаты грома сопровождаемыми подземными толчками и дымами, а один пролетел над центром и, сделав несколько кругов, полетел догонять своих. Было видно, что от него что-то несколько раз отделилось, да и толчки были, но взрывов не последовало. Это оказывается, в новостях через минуту после бомбардировки проскочило, оператор укроканала приблизил изображение уходящих самолётов, показывая кресты на крыльях. В общем, в радиоэфире царила полная паника и истерика. Тут вернулись штурмовики и после заправки и пополнения боезапаса пошли на второй взлёт, целей у них было много и в основном это были позиции националистических батальонов. Когда они вернулись со второго вылета, как раз заходили на посадку хорошо поработавшие бомбардировщики. Топливо и бомбы ещё были, поэтому я разрешил штурмовикам сделать третий и последний вылет.

    Пока штурмовики работали по позициям укропов, добивая последние части которые они ещё в этом районе не посещали, я развернул баул, и туда начали загонять заправленные бомбардировщики, штаб сворачивал свою работу, да и лагерь тоже ликвидировался. Малыши завтракали и готовились садиться в автобусы, через час мы должны были покинуть этот лесок и поле.

    Когда вернулись парни на «Лаптёжниках», склады уже были свёрнуты, все следы нашего пребывания кроме ям от складов были убраны, ученики сидели в автобусах и ожидали приказа выдвигаться. Потом была спешная буксировка самолётов в баул, его сворачивание, бойцы с самолётов переодевались в форму с нацистскими нашивками и занимали места на броне трофейных «бэтров» Через пару минут наша колонна по просёлочным дорогам стала удаляться параллельно передовым позициям в сторону Чёрного моря.

    За время пути, укровояки нам встречались, они были изрядно растеряны, но остановить нас никто не пытался, наши бойцы казались спаянным подразделением. До обеда мы успели проехать значительные территории, вставали на обед, был сухпай, потом ехали дальше, пока неожиданно вдали не заблестело Чёрное море. Практически без остановок, даже неожиданно для себя мы проехали значительные территории, всего однажды заправляясь на заправке, я дал пяток золотых монет Антону Игоревичу и тот заправил из своих средств с карточки.

    Приближаться к побережью мы не стали, а встали на отдых у небольшой посадки. Пока старшие отдыхали после тяжёлой работы, три вылета у некоторых были, малые играли у автобусов.

    — Где мы? — поинтересовался я у Вольта.

    Тот уже развернул штаб и мог дать ответ. Честно говоря, пока мы крутились по дорогам, я успел потеряться. Ладно, парни из штаба с помощью спутника держали всё под контролем и вели нас так, чтобы встречи с укропами были минимальными.

    — Мариуполь в двенадцати километрах — указал рукой нужное направление начштаба. — Вблизи подразделений противника не имеется. У города серьёзные оборонительные укрепления, там же и сосредоточены основные подразделения.

    — Понятно — задумчиво протянул я. — Значит так. Ожидаем до вечера, отпускаем водил, выдав им щедрую плату в золоте, потом на транспортниках вылетаем в Россию и там легализуемся. На тебе сделать фальшивые документы на спортивно-юношеский клуб из Ростова на Дону… э-э-э… «Звезда», а так же сопроводительные документы. Придумай сам причину, например оплаченные экскурсии по городам-Героям. Направляемся мы в Москву.

    — Кого сделать старшим сопровождающим? — деловито поинтересовался Вольт.

    — Эриха, этот командир танкистов в свои шестнадцать лет как двадцатилетний выглядит, настоящая белокурая бестия. Он и будет изображать старшего. Так же подбери ему помощников, что выглядят как взрослые и сделай соответствующие документы.

    — Бланков паспортов нет — задумался на миг Вольт. — Склад нужно открыть со специмуществом, там спецпринтер, с помощь него можно напечатать любые документы.

    — Работай, времени тебе до вечера — кивнул я. — Завтра Девятое мая, День Победы, так что мы в своей форме будем как раз в тему.

    Развернув нужный склад, я оставил штабных быстро работать, подготавливая сопроводительные документы и всё остальное. Эриха и десяток парней и девчат уже вызвали в штаб и подготавливают их к работе, инструктируя. Чуть позже мне показали новенькие бланки паспортов с уже вклеенными фотографиями. Программисты нашли сайт, где было всё по этим документам, скопировали и сделали два десятка бланков, а десятерым так ещё и права на управление всеми видами транспорта выдали. Хорошо, что у нас было оборудование из спецчасти ФСБ Мёртвого мира для создания таких документов, да и один сержант из программистов имел нужные знания, вот и сделал документы. Молодцы.

    Вечером после ужина мы отпустили водителей, я передал Антону Игоревичу мешочек с золотыми монетами в плату за их работу, тот золото уже получал, поэтому поблагодарил, им нужно было отчитаться за проделанную работу владельцу фирмы, и куда делся один из водителей. Ну а мы когда стемнело, убрали склад и развернули баул. Потом на пяти транспортных «Юнкерсах» совершили длительный перелёт к Москве без дозаправки, оставив Ростов на Дону по правому борту. Хорошо иметь магические амулеты, которые скрывают самолёты от всех радаров.

    Это ещё не всё. Вольт доложил, что они наш клуб зарегистрировали на сайтах как положено, только сделали дату в год назад, а также подали заявку на участие в Параде Победы. Но это как бы неделю назад, а во вовремя полёта на телефон Эриха, трофей, снятый с тела бандеровца и перерегистрированного на него, пришёл звонок от комиссии что руководила и командовала Парадом Победы на Красной пощади. Распорядитель извинялся, что о них забыли, не включили в программу, но обещал всё исправить. Так же он уточнил, действительно ли будет со стороны нашего клуба участвовать военная техника тех времён. Эрих подтвердил и перечислил, какая техника и сколько членов клуба будет участвовать. Тот обещал всё быстро устроить. Я сидел рядом и слушал, так что был в курсе всего.

    С этим Парадом тоже не всё так просто. Я не говорю про Парад, где идёт современная техника. Это совсем другое, я говорил о Параде реставраторов. Конечно, левых людей туда не пускали, но лет пять назад последовал указ о разрешении участвовать в продолжение главного Парада разным патриотическим клубам и школам конструкторов. Так что когда Парад Победы заканчивался, начинался второй, уже шоу реконструкторов с колоннами отреставрированной техники. Вот именно на него мы и записались. Руководил им уже не министр бороны, а один из старых маршалов, что давно был на пенсии. Мне это решение правительства нравилось, очень и я его ещё в прошлой жизни поддерживал. В первый год в нём участвовали ещё ветераны, маршируя, а сейчас им это было слишком тяжело.

    Ничего ещё час полёта и будет окраина Москвы, там сядем, подготовимся и направимся в Москву. Нужно будет только обещанную технику со складов достать.

    Конечно же, меня заинтересовало, почему ученики так легко смогли пробить наш клуб на участие в Параде Победы реставраторов. Ведь это не просто мероприятие. Это можно сказать символ страны. Список участников согласовывается за месяц, за недели до этого идут активные тренировки, для каждого участника своё место в шествии. То есть вот так вот пробиться в участие да ещё меньше чем за сутки это фактически нереально, это как с главным Парадом. Естественно меня интересовал этот вопрос, и я обратился с ним к Вольту. Пытаясь прояснить непонятный для меня момент. КАК они умудрились всё это сделать?

    Тот несколько секунд удивлённо на меня смотрел, а потом пояснил. С тем чтобы пробиться в участие я был прав, без звонка это сделать было невозможно, но ученики перестраховались, даже два сделали. Они сперва узнали, кто главный по этому мероприятию, послушали с помощью телефона переговоры на проводимом совещании и сделали правильный вывод, что вот просто так их не допустят. Что они сделали? Узнали номер телефона президента России, смоделировали на компьютере его голос с характерными интонациями и набрали нужный номер. Вот «президент» и позвонил распорядителю, и лично попросил внести в список участников юношеский-спортивный клуб «Звезда». Тот покряхтел, всё в программе уже утрясли, состав участников был известен, но обещал выполнить. Не успел распорядитель положить трубку, как ему позвонил «министр обороны» и так же попросил похлопотать о своих подопечных, о тех же самых. Тот пообещал поставить нас в конец парада исторической техники, так как больше просто не куда. Потом он экстренно практически в панике позвонил Эриху, узнал количество техники с нашей стороны и состав участников, кто и как будет идти, а так же есть ли у нас запись тренировок. Огорчился тем, что нет, но парни отправили ему пачку фото с техникой и шеренгой моих учеников. Так же Эрих пояснил распорядителю как у них запланировано всё мероприятие, средневозрастная группа идёт маршем, на технике управляя и демонстрируя вооружение и элементы формы тех времён старшая возрастная группа, а малыши сидят в кузове «полуторок», «ЗИСа» и трофейных «Опелей». Так же с нашей стороны будет участвовать «БА-10» и «БТ-2». За «ЗИСом» на буксире будет катиться походная кухня, после Парада всех желающих могут покормить из неё пищей тех лет. Все документы на технику, подтверждающих, что она из тех или иных музеев, у нас на руках.

    Потом распорядитель и его помощники несколько раз звонили Эриху и буквально на пальцах объясняли как и где следует им быть, более того обещали выдать на нашу группу специального человека, чтобы тот проинструктировал нас перед Парадом и проследил чтобы всё было хорошо и как надо.

    Кто-то спросит, для чего это нужно, поэтому отвечу. Я своими ребятами и девчатами гордился, и лишать их участия в Параде Победы не собирался. Они участники боевых действий тех времён? Участники. Так что ещё надо? Ну и захотелось мне поучаствовать, в учениках я был уверен, вот и хотел их продемонстрировать. Это не было блажью, это было осознанное желание руководителя и воспитателя участвовать в этом знаменном для меня событии. А ветеранами что принесли нам эту победу, я гордился, ещё с дедами участвовал во всех Парадах, даже когда служил в армии, так что хотелось сделать им приятное.

    Пока мы летели, штаб активно работал, формируя на лету, кто и где будет находиться, даже ролики прошлогоднего Парада просмотрели, вряд ли что-то там сильно измениться. О том, что нас вычислят, я не опасался, Вольт сообщил, что они держат под контролем все звонки президента и министра обороны, включая распорядителя, и если вдруг речь зайдёт о нас, будут обрыв сигнала связи, после этого они уже не смогут созвониться, случатся проблемы на АТС сотовой связи.

    Когда мы были уже у Москвы, а летели на пятистах метрах, то лётчик сообщил, что вдали видна столица России и обнаружено удобное место для посадки рядом с трассой. Малые, да и большая часть пассажиров уже спали, лишь штаб работал, готовя наше участие в Параде с Семидесятилетием Победы над фашистскими захватчиками, и готовили они её как боевую операцию.

    Посадка прошла штатно, всех пассажиров заранее разбудили, так что, как только сели, сразу же отогнал и машины на край поля, я стал разворачивать баул, куда мы технику и загнали. Самолеты, конечно же, были не видны на радарах, но вот их голоса прорезались рядом столицей и не засечь их не могли. Поясню, летели мы ночью с амулетами подавления шума на моторах, так что и неслышно нас было и радарами не засечь, а тут в конце полёта амулеты начали разряжаться и отключаться, слишком сильный был источник шума и амулеты работали на пределе. Вот такие дела.

    Как только баул был свёрнут, я направился за бойцами, что провели разведку окрестностей. Буквально у посадки был глубокий овраг вот в нём я и развернул два склада. Задача бойцов вывести из складов боевую технику и подготовить её к Параду. Из другого склада требовалось достать комплекты формы и переодеться, все должны быть в форме красноармейцев периода начала войны со всей положенной амуницией, скатками, котелками и касками. Более того я приказал подготовить пять сотен пилоток с красноармейскими звёздочками на подарки ветеранам и всем желающим. Перед рассветом склады были свёрнуты, но заметить их можно было только с воздуха.

    Когда уже рассвело, я ходил рядом с построенными в шеренгу учениками, отводил в сторону по очереди по одному и, используя амулет очистки одежды, приводил её в порядок. Так что она даже сверкать начала как новая. А то ведь знаете, дети, у них быстро всё марается. С другой стороны шеренги с таким же амулетом шла Одна, зеркально повторяя мои действия. То есть выводила ученика метров на десять, активировала амулет, и от того отлетали облачком пыль и грязь, после чего он бежал на место и выбегал следующий. Так и работали. Сам я был в форме бойца Красной Армии в пилотке, с карабином за плечом, сидором и скаткой, каска пока на поясе висела, сапоги тоже нашлись по размеру. Это были те самые кирзачи, в которых я совершал пробежки. Ничего другого не было. У малых обувь была самодельная, очень похожая на армейские сапоги того периода. Только очень маленькие. Было у нас трое, что умели их делать, да-да, я знания дал, так что всех их оснастили.

    По остальным скажу так, десять учеников находилось в охране, другие занимались техникой. Эрих снова вёл разговоры с одним из помощников руководителя парада по телефону, он уже сообщил ему, где мы находимся, и попросил прислать пару автобусов и гаишную машину дал сопровождения. Всё же историческую технику погоним, тот обещал всё сделать.

    Когда я закончил приводить себя в порядок, то отправил малышей к кухне, там уже был готов завтрак, выслушал Вольта, до начала Парада осталось несколько часов, и пошёл инспектировать технику, а завтракать собирался последним, когда малыши и средневозрастная группа поест, вместе со старшими учениками.

    К моменту нашего завтрака к посадке подъехали два длинных автобуса-неоплата, как только с дороги съехали, и «форд» ДПС. Из переднего автобуса выскочил какой-то мужичок в костюме и, найдя Эриха, стал с ним о чём-то экспрессивно говорить. Тот кивал и улыбался.

    Оказалось, выезжать нужно немедленно, иначе через закрытые дороги не проедем. Но лейтенант, выслушав куратора нашей группы, предложил пообедать, пообещав, что всё мы успеем. К кухне были приглашены и водители автобусов, и сотрудники ДПС. Пока они откушивали, с живым интересом разглядывая технику и детей, что играли рядом. Многие, обступив кухню, смущая гостей, смотрели на них, открыв рты, в большинстве это были малыши. Так вот пока часть гостей питалась, причём не без удовольствия, распорядитель облазил всю нашу технику, и был изрядно удивлён её состоянием, но дал добро в участии. Естественно боеприпаса в пушке и пулемёте не было, даже замки с них были сняты. Всё же должна быть проверка техники перед её выходом на Красную площадь, по этой причине ни у кого не было ни одного патрона, хотят всё оружие было настоящим. Но это не страшно, соответствующие бумаги на эту тему у нас были выправлены, как и разрешение подписанное министром обороны.

    Наконец все начали собираться, повар и её помощники уже закончили мыть котлы кухни и заливали новую воду, готовясь приготавливать походные блюда для всех желающих. Дальше просто, всю малышню загнали в автобусы, я с ними ехал старшим, а всю средневозрастную группу и старших рассадили по грузовикам, и колонна направилась к трассе. Она тут недалеко была, в километре за второй посадкой.

    До города было порядка восьми километров, но скорость пришлось держать по самой медленной машине, «БТ-2», который едва развивал скорость в сорок километров в час. Эрих боялся разуться.

    Однако мы всё же успели. Въехали в город, постовые в парадной форме, что регулировали движение, пропускали нас без остановок, перекрывая параллельные улицы, так что мы встали на нужной улице в очереди и наш куратор куда-то убежал. Выбравшись из автобуса, те дальше не идут, я выяснил у Эриха в чём дело. Радиостанций мы не использовали, палиться не хотелось. Оказалось, распорядитель убежал за теми, кто должен проверять технику перед выходом её на Красную площадь, а так же узнать, как там формируется группа, что должна маршировать по площади. У нас ведь две заявки, на марш и на проход бронетехники.

    Поглядывая на других участников я довольно кивал, у меня ученики полностью соответствовали виду бойцов и командиров того периода войны. Парни в красноармейской форме со всеми знаками различия, девчата в длинных юбках и беретах. Всё как и положено. Это и у малышей, и у средневозрастной группы, и у старших, разве что у двух последних групп ещё и оружие было на плече. В основном карабины, но у части ещё и «ППД». Для антуража некоторые предлагали ещё перебинтовать часть учеников, для красоты, но я попросил без перегибов.

    Через пяток минут прибежал куратор и привёл несколько людей, двое были в форме. Те, что в форме полезли осматривать технику, остальные направились к нам, я стоял в группе руководителей клуба. Оказалось, один из мужчин отвечал за проход маршем колонн в старой советской форме, то есть реконструкторов из разных клубов, он то и пришёл за нами. Два парня вроде как наши воспитатели, собрали в шеренгу средневозрастную группу, а командовать ими на Параде должен был я и повели по тротуару дальше, на соседнюю улицу. Уже были слышны звуки марша, видно шла современная бронетехника, похоже, Парад начался, но особо мы не спешили, нам выходить не скоро. Эрих остался командовать остальными. Ну ему было проще всего, сам он был в форме танкиста-лейтенанта, с кубарями в петлицах, в комбинезоне танкиста и шлемофоном, он был командиром «БТ-2», экипаж «БА-10» тоже был в комбезах и шлемофонах тех лет. Малые должны сидеть на скамейках грузовиков и махать руками всем зрителям улыбаясь, их уже проинструктировали, да и воспитатели что будут ехать с ними, напомнят. А если кто захочет во время ожидания в туалет, то тут рядом были организованы кабинки.

    Нас провели на соседнюю улицу, где стояли колоннами в ожидании выхода реконструкторы. Я снова убедился, что мои на высоте, да и реконструкторы оборачивались и с немалым удивлением и интересом рассматривали нас.

    По прибытии я скомандовал встать в шеренгу по четверо, отчего услышал лязг подошв по брусчатке, мои ученики как единый организм выполнил приказ, отчего у многих реконструкторов отвисли челюсти. А то, могём. Конечно же, дело тут было в том, что все ученики, что готовились к маршу, некоторые нервничали, я видел, прошли обучение армейским знаниям и боевому опыту, так что строевая у них не хромала, да и так Мик пару раз в неделю проводил муштру. Сам он изображал командира разведвзвода на автомашинах и бронетехнике. Именно там были в основном автоматы и автоматические винтовки.

    Откуда-то издалека неразборчиво бормотал комментатор, видимо перечисляя технику и часть, что шла в тот момент. Было видно взлетающие воздушные шары, ну а мы стояли и ждали. Мои ученики нервничали всё больше и больше, всё же для них такое событие да ещё с таким количеством народа и зрителей с трибун это из ряда вон выходящее, поэтому мне приходилось ходить и успокаивать их, этим же занимались и воспитатели, подбадривая участников парада.

    — Вы бегите, а то опоздаете. Тут я сам — велел я парням-воспитателям.

    Дело в том, что оба они были включены во взвод Мика, так что, быстро пожелав успеха, придерживая висевшие за спиной автоматы, они быстро исчезли дальше по улице. Ничего, дорогу, которой нас сюда вели они запомнили, найдут как вернуться. Пару раз приходил местный распорядитель, тот, что за реконструкторов отвечал, удивился, что нет более старших, вёл разговоры со мной, убедился, что я в теме и убегал. Но всё же видно сомнения у него были, и с нашим отрядом он общался дольше всех.

    Наконец двинули вперёд первые реконструкторы, пока не дошла очередь до нас. Волновался ли я? Пожалуй да, было такое состояние бодрости и полёта, однако после первой команды это всё прошло. Да и многие сделав первый шаг, тоже заметно пришли в себя, и уже дальше маршировали, уверенно выходя на площадь. Впереди парни, бойцы двух стрелковых взводов, там было по два сержанта, потом девчата в тридцать голов, образующих один взвод.

    Дальше мы шли в ногу, а я командовал, глядя перед собой. Шёл я сбоку от шеренги моих учеников, что уверенно маршировали по Красной площади. Привычно отдав честь сидевшим в первых рядах ветеранам, мы маршировали мимо них. Глядя на этих стариков и старушек у меня наворачивались слёзы, те смотрели с гордостью, в них был внутренний дух, ни у одного погасшего взора, все смотрели на нас, некоторые даже плакали.

    Как-то быстро закончилась площадь, а раньше она мне казалась большой. Но нет, раз и всё. Следом за той группой реконструкторов что шла перед нами, мы ушли в одну из улиц. Зрители махали нам руками и приветливо кричали, а мы шли мимо невысокой ограды, которую охраняли сотрудники полиции в парадной форме пока не вышли за пределы площади и я не скомандовал «Вольно».

    Остановив колонну, я распустил учеников, пусть постоят, ноги разомнут, а сам, достав трофейный сотовый, их три десятка сняли с тел уничтоженных нами бандеровцев, позвонил Эриху. Оказалось, что и военная техника тех времён пошла, но до них пока не дошло, через пару минут двинутся. Успокоив его, что у нас всё прошло отлично, я подтвердил, что встречаемся там, где и запланировано.

    После этого снова построив учеников, повёл их дальше на соседнюю улицу. Распорядитель, отвечающий за Парад, именно там нам выделил место рядом с площадью, чтобы народ с нами общался, фотографировался на фоне технике ну и питался из армейских котлов. Вот так вот.

    Дошли мы быстро и заняли требуемый участок, после чего с моими парнями и девчатами сразу появилось огромное количество желающим пофотографироваться, а я ожидал, когда на улице появиться наша техника. Видеть, как она пойдёт по площади я не мог, потом в интернете посмотрю, так что, я присматривал за своими учениками, и ожидал. Некоторые на нервах в туалет хотели, он был дальше по улице, так что группами, минимум по двое я отправлял их к туалетам.

    Через час, наконец, показались и наши. Дальше стандартно, встали в длинную колонну и общались со зрителями и любопытными. Со мной, наверное, сотня человек успела сфотографироваться, и это я ещё не был таким популярным, вот малыши, с ними да, очередью выстраивались. Кстати, у нас крутилось куда больше зрителей и любопытных чем у других отрядов, мы больше привлекали, чем они. Проработка деталей этому обязывало. Естественно мы кормили с кухни с помощью настоящих армейских котелков. Их мыли на кухне в соседнем кафе, с хозяином мы уже договорились, всего две золотых монеты. Так что работа кипела. Мои все тоже подкрепились, повара повторно заложили блюда в котлы и готовили обеды. Так что парад у нас прошёл очень неплохо, ученики делились впечатлениями. Все были бодры и улыбались, а также просматривали, как они шли. Это штаб Вольта постарался, развернулся в «полуторке» и на нескольких экранах с открытого борта всем любопытным из наших крутил ролики. Он же сообщил, что записал на диски весь Парад, они быстро разошлись среди моих учеников.

    Те пилотки, что мы набрали, так же расходились. К нам подходили ветераны, здоровались, расспрашивали кто мы и откуда, фотографировались конечно же, и получали в подарок пилотки. Это их очень трогало. За час все пилотки разошлись по ветеранам.

    Когда прибыла колонна, я дал Вольту несколько заданий, так что пока мы развлекали своим видом зевак и зрителей, тот выполнил поручение. Подойдя к нему, я задал вопрос:

    — Ну как?

    — Ваш приказ выполнен Учитель — кивнул он, спрыгивая с кузова «полуторки». — Анонимно был арендован в Подмосковье целый корпус детского оздоровительного санатория. Нам там вполне хватит места. Оплачено на две недели вперёд, сегодня вечером въезжаем. Мы воспользовались платёжной картой одно из уничтоженных в деревне бандеровцев, отследить платёж не получиться, мы его по разным банкам погоняли, прежде чем перевести на счёт санатория.

    — Хорошо, что по безопасному отходу? Вполне возможно, что скоро выясниться, что мы не совсем законными методами участвовали в Параде.

    — Мы и так слишком привлекаем внимание — оттянув ткань гимнастерки, сказал Вольт. — Нужно переодеться. Мои парни проверили склады и магазины, которые можно посетить и быстро закупить всё, что не обходимо. Интересовали нас детские костюмы под военных, охотников или для туризма, чтобы для каждого было по два-три комплекта. В одном месте всё это не купить, придётся поездить по городу. Но обнадёживает, столько комплектов одежды по размеру что нам надо, в Москве имеется. Так же мы заказали два автобуса. Сейчас с этим трудно, заказов много, пришлось платить по тройному тарифу, бандеровецы за всё платят. Автобусы будут нас ждать в трёх кварталах через два часа. Ближе им просто не подъехать, всё перекрыто.

    — Молодцы — кивнул я. — Всё сделали правильно. Значит так, готовьтесь, скоро мы покинем улицу. Пора заметать следы.

    Забравшись в кузов «Опеля», он один имел тент, у остальных кузова были открыты, и быстро переоделся. Переоделся в современную цифру, только кирзу оставил на ногах, не было другой подходящей обуви. Нам нужны наличные, ею я и собрался заняться. После себя в машину я загнал Мика и двух парней по крупнее. Так сказать силовая поддержка. Я собирался навестить пару крупных ломбардов и продать золото, а они помогут мне всё вынести. Нам нужно много денег в маленьких купюрах на карманные расходы ученикам, а так же крупные для закупок всякой техники. Да-да, я ещё и электронику собирался закупить, чтобы у всех моих учеников был хотя бы планшет, эти девайсы среди моих ребят очень ценились, разобрались они с ними быстро и пользовались как настоящие спецы. Так что порадую за отличное выступление.

    Оставив Эриха, его помощников и помощниц продолжать руководить учениками, любопытных только прибавлялось, мы ушли в сторону и быстрым шагом направились по улице подальше, до ближайшей станции метро. Вольт уже дал адреса всех ближайших ломбардов, вот я и собирался их навестить. До ближайшего от нас всего пять минут ходу. Центр, похоже, их отсюда повывели, остались только те, кто имел связи.

    Первый ломбард находился в подвальном помещении. Стильно оформленное помещение, неяркий свет, было видно, что тут всё дорого и сюда приходят не нарики сбыть награбленное, а вполне солидные люди с некоторыми жизненными ситуациями. Ну и отлично.

    — Добрый день, молодой человек — поздоровалась со мной пожилая женщина, неожиданно за прилавком оказался не мужчина, а именно женщина. — Что вас привело в такой праздничный день к нам?

    — Мне нужна вся ваша наличность — улыбнулся я ей, после чего достал из кармана пяток монет и положил на прилавок.

    Та всё сделала правильно, покапала на них чем-то, один даже посверлила, не забыв собрать стружку, после чего спросила:

    — Сколько ещё монет у вас есть молодой человек, и есть ли у вас документы?

    — У брата есть — указал я большим пальцем правой руки за спину.

    — Мне не известно государство, что выпускало такие монеты, но мы их берем по весу. Вы согласны?

    — Согласен. Цены золота на мировом рынке я знаю. Да и у вас прайс вон на стене висит, расхождения не сильные и они меня устраивают. Сколько вы можете купить монет за наличные?

    — На пять миллионов шестьсот семьдесят три тысячи двести рублей — улыбнулась дама.

    — О как? — удивился я. — Это я удачно зашёл. Сколько это будет в монетах?

    Мы быстро подсчитали, и я выложил на прилавок мешочек, потом было взвешивание, определение примерного состава золота в монетах и наконец, цена. Всего полтора часа, дама повесила на входную дверь табличку «закрыто» и мы работали спокойно. Получив несколько пачек с деньгами, там и крупные купюры были, пятитысячные, мы поблагодарили даму, и направились было к выходу, как она нас окликнула и протянула паспорт одного из парней, на которого и оформляли продажу. Мы его забыли.

    Покинув ломбард, мы заторопились обратно, тут недалеко был охотничий магазин, там же продавалась и одежда для детей. Магазин был открыт, несмотря на всеобщий праздник, и мы прошли внутрь.

    — Что-то интересует? — подскочил к нам скучающий продавец.

    Парни сразу отошли к стойкам с военной амуницией, тут и она была, придирчиво всё изучая, поэтому с продавцом общался я.

    — У вас есть одежда под охотника, в которой и по улицам города можно ходить спокойно?

    — Я понял, о чём вы — улыбнулся продавец. — Прошу за мной в тот отдел. Там мы вам всё подберём.

    Тот не солгал, и одежда для подростка была в стиле милитари и по улицам города пройтись не стыдно, множество накладных карманов смотрелись красиво, и на охоту или на пикник можно выехать. Да и обувь мне понравилась, спортивные кроссовки и даже детские берцы пошитые с отличным качеством в наличии имелись. В общем, я купил для себя три комплекта одежды, включая спортивную, тут она тоже была и четыре комплекта обуви, две пары на размер больше. На вырост. Парни тоже приоделись, взяв несколько комплектов одежды. А потом продавцу велел нести всё, что есть и мы это убирали в наши с Миком безразмерные сумки, видя, как глаза продавца превращаются в блюдца. В общем, мы выкупили всю детскую униформу в магазине. Правда и было там чуть больше пятидесяти штук, но и цена была ого-го, почти два миллиона. Короче говоря, в магазинах больше не покупаем, только склады и оптом.

    Покинув магазин мы направились к нашим. Те уже стояли под парами, поэтому я повёл пешком средневозрастную группу, а малыши в кузовах направились туда же под присмотром Эриха и Вольта. Сперва я увёл пешую колонну, потом через полчаса выехали машины, но всё равно из-за заторов и толп народа на проезжей части, мы успели первыми.

    Автобусы нас уже ждали, припарковавшись на обочине, поэтому сообщив, что это нас нужно везти, водители пропустили ребят внутрь. Чуть позже подъехали остальные и мы колонной направились дальше. Возглавляла колонну бронетехника, так что регулировщики пропускали нас, не обращая внимания на цвет светофора. Хорошо, это они молодцы.

    Покинув город, мы доехали до того же места откуда выехали сегодня рано утром на Парад. Потом мы отпустили автобусы, они выполнили заказ, а сами вернулись к месту стоянки. Там я прямо в тех двух ямах снова развернул склады, и мы загнали внутрь хорошо послужившую технику.

    Дальше просто, развернули палатки, повар на кухне готовил ужин, время было третий час, большая часть легли отдохнуть, многие были морально уставшие, а мы, оставив в лагере Вольта с его штабом, направились к проезжей части. Парни-программисты заказали три маршрутных такси-микроавтобуса, так что когда мы вышли на трассу, те нас уже ждали. Мы погрузились, мест как раз всем хватило, и поехали в город. Чуть отстав за нами ехал «Урал»-«Покемон». Парни что там сидели, были форме и при оружие, в общем, со стороны казалось армейцы едут, гаишники их не тормозили, главное на ВАИ не нарваться. Эта машина единственная у нас была грузовой, которую можно было применить для вывоза купленной одежды.

    Причина таких вот ухищрений была в том, что в санаторий мы должны прибыть тремя разными группами, да ещё одетыми в местную современную одежду, по крайней мере малые. То есть нас не должны связать с тем юношеским-спортивным клубом «Звезда», под которым мы выступали. Вольт уже подготовил документы, что мы из разных городов приезжали на Парад Победы, а теперь будем отдыхать в оздоровительном детском санатории под присмотром воспитателей-кураторов от администрации тех городов, из которых мы приехали сюда. Я, например, был из Севастополя, у меня и документы имелись, справка выданная в администрации города. Ну, якобы выданная. Подделка рулит.

    Поехали мы прямо на склады, Вольт уже созвонился с управляющим, они был закрыты из-за праздника и тот нас ждал. Дальше просто. Такси мы отпустили, лишь «Урал» стоял неподалёку, и стали отбирать детскую одежду. С нами прибыли десяток девчат разных возрастов, на их плечи и лёг выбор одежды для малышей. Думаю, если бы мы каждые полминуты их не поторапливали, до темноты тут бы задержались, а то и до утра, показали кошкам сливок. А уж когда они нашли коробки с дешёвой девчачьей бижутерией и всякими браслетами и другой мелочью, то только шипели вцепившись в коробки. Так и не отпустили, пришлось вместе с коробками их к машине перетаскивать. Но всё же, всё что нам нужно мы отобрали. Тут в наличии было всё, одежда разного типа и для дома, и для походов, и для улицы, детское нательное бельё, носки, даже обувь имелась. После этого на счёт управляющего легла крупная сумма, спасибо тем бандеровцам, они были богатенькими буратинами, мы погрузили челночные сумки с покупками в «Урал». Треть ушло к нам в безразмерные сумки, к нам это в мою, Одны и Мика. Он был с нами.

    После этого «Урал» должен был выехать за город к лагерю, и ученики распределят одежду между собой. Потом Вольт сформирует из них первую группу на отправку в санаторий. И те не дожидаяся нас уедут, автобусы им уже были заказаны. Так что так в три этапа мы и заселимся в комнаты санатория, а там, наконец, отдых… Детям. Не мне, у меня ещё планы были.

    До вечера мы успели посетить ещё один склад, а так же склад с аптечным товаром. То есть купили около тысячи зубных детских и взрослых щёток и около двух фур зубной пасты. Туалетную бумагу и всё остальное тоже купли. Часть мы убрали в свои безразмерные сумки, часть на двух нанятых грузовичках вывезли к нам в лагерь. Там уже стоял грузовик и из него выгружались сумки, небольшие такие спортивные сумки количеством чуть больше двух сотен. Это Вольт через интернет купил и оплатил доставку. Мы же вроде как отдыхающие, значит, у нас должны быть сумки. Поэтому сумки да ещё разных фирм производителей и разных расценок и были заказаны. Мы быстро разгрузили машины, часть товара ушло на склады, и отпустили их. Потом долго освобождали свои безразмерные сумки.

    За сорок минут в каждую сумку поместили по зубной щётке, пасте, рулону туалетной бумаги и белью по размеру, после чего они вручались новым хозяевам и те уже туда складывали то, что им было дорого, то есть свои личные вещи. Всем хватило, и взрослым и детям. Только потом мы тремя группами и начали выезжать в санаторий. Склады я свернул, предварительно убрав в них палатки и хорошо отмытую кухню.

    Последняя группа, в которой был и я, заселялась в санаторий совсем поздно, в девять вечера, перед самым отбоем. Встретили нас спокойно, также спокойно распределили по комнатам и выдали постельное бельё, сообщив, что на ужин мы опоздали, столовая закрыта, но булочки и пакеты с кефиром дожидаются нас в холодильниках. На каждом этаже было по холодильнику. Комнаты были в основном трёх и четырёхместными. Были и одноместные, но мало. Едва хватало для старших учеников, изображавших наших сопровождающих и для меня. Да-да, у меня была своя комната с мини-холодильником и телевизором, и отдельным санузлом с душевой. Так что, приняв душ, я проверил, как устроились ученики, после тяжёлого дня многие после душа сразу же ложились спать. Штаб Вольта так вообще дрых без задних ног, фактически два дня подряд они работали не покладая рук, ну и потом, пообщавшись с Миком, сообщив ему, планы на завтра, я отправился к себе и лёг спать. А праздничный салют мы так и не увидели, устали, а потому спали.


    * * *

    Утром нас разбудили на зарядку. Ничего не понимая, сонно зевая, я вышел в коридор и посмотрел в спину молодого мужчины в спортивном костюме, что шёл по коридору, и стучался в комнаты, поднимая нас. Многие такие же как я, завернувшись в одеяла, выглядывали из комнат и тоже недобро смотрели на инструктора. Вышедший из соседнего номера Вольт пояснил ситуацию. Он, оказывается, оплатил санаторий со всеми возможными процедурами, включая спортивные игры и зарядки. Даже экскурсии намечались в город. Я лично против не был, но предупреждать надо.

    Вернувшись в комнату, никто ведь вещи толком не разобрал, разве что девчата успели, я из сумки достал новый ещё не надёванный спортивный костюм, кроссовки и, надев всё это, вышел в коридор и поспешил за остальными вниз. На первом этаже проживали в основном малыши, их-то как раз не будили, чуть позже перед завтраком поднимут, а мы жили на втором этаже, вот нас всех и подняли. Ничего, справились.

    Многие парни и девчата с недоумением смотрели на инструктора и повторяли за ним те движения, что он делал, там скороговоркой было что-то вроде «сели-встали…», однако никто не возмущался этой детской зарядке.

    Когда он, наконец, закончил с зарядкой и разрешил разойтись, ученики тут же стали уже нормально разогреваться, разбились на пары и стали уже тренироваться. Старшие со старшими, средние со своей возрастной группой. Инструктор большими глазами наблюдал, как две девочки лет тринадцати на вид отрабатывают бросок через бедро. Десяток парней в стороне качали пресс, двое бегали по спортивному городку на скорость по пересечённой местности.

    Я стоял рядом с ним, только смотрел внимательно, все ли стараются, поэтому инструктор и обратился ко мне:

    — Это что такое?!

    — А что, в сопроводительных документах разве не было сообщения о том, что мы все спортсмены? Вот я, например, занял первое место по городу в боевом самбо и скоро собираюсь сдать на КМС. Тут все такие. А когда оплачивали наше тут проживание, то заказ был не с нами эти «руки на пояса» проводить, а с малыми, что на первом этаже живут.

    Тот сбил челку вверх и пробормотал:

    — То-то на меня во время тренировки все как на идиота смотрели. Видно напутали что-то в бумагах.

    — Ничего, малые сегодня поспят подольше, а завтра принимайтесь за них. Там часть из республик, где с языком плохо, но русские они понимают. У нас свои тренеры, так что тренировать нас не надо, экскурсии там или общеобразовательное это можно, остальное мы сами. Но всё равно спасибо за ранний подъем, хотя мы сегодня как раз попозже встать собирались.

    Инструктор только расстроенно махнул рукой, и повёл нас в столовую. Завтрак был вполне на уровне, там мы были не одни, присутствовали и другие дети, после завтрака за нас взялись уже другие работники санатория, но я и часть старшей группы отказались от этих мероприятий, у нас были свои планы. Так же я выдал Вольту пачку денег, он должен был распределить их среди старшей и средневозрастной группы, чтобы у них были деньги на карманные расходы, а также дополнительно выделил воспитателям малышей, чтобы те покупали всё, что те попросят. В разумных пределах разумеется. Кассиром стала одна из девочек, что работала в штабе. В общем, я ей почти всю наличность отдал. Рядом с санаторием находилось село, магазины там были, выходить подросткам разрешалось, хоть и с кем-то из старших. Ничего, воспитателей у меня хватает, справятся.

    Часов в девять, почти сразу после завтрака, я и часть бойцов, тех, что я отобрал, приняли душ, оделись в цивильную одежду, и покинули территорию санатория. Пусть мои ученики пока отдыхают, я посмотрел программу, она бала насыщенной, а мы пока другие дела решим.

    Дойдя до остановки автобусов, я посмотрел на небольшую группу ожидающих и, повернувшись к Мику, сказал:

    — Пора своим транспортом обзаводится. Сейчас едем и купим. У троих права есть, три машины и приобретём на них. Так мы мобильнее станем.

    — Хорошая идея — кивнул тот.

    Конечно же, у меня были легковые машины из Мёртвого мира, но они находились на складах, система разворачивания которых мне была пока не доступна. Это у баулов с лётной техникой была упрощённая схема, а те я не разверну пока ко мне не вернуться магические способности и я тренировками не подниму их на прежний уровень.

    Наконец подошёл новенький «Пазик» и мы все прошли в его салон. Свободных мест уже не было, пришлось ехать стоя, держась за поручни над головой. За время движения, часть пассажиров выходила, часть заходила, но всё равно мы ехали стоя, давая места пожилым людям. Наконец мы добрались до ближайшей станции метро. Покинув автобус мы направились к станции, всё равно у того маршрут заканчивался через три остановки, лучше уж так под землёй. Так оно как-то быстрее было. Конечно же, ученикам всё было внове, и касса, и турникет, и металорамка, и сам электропоезд, но ничего, с интересом поглядывали вокруг, улыбаясь молодым девчонкам, гормоны никуда не денешь, привыкали постепенно. А детекторы мы прошли спокойно, оружие в безразмерных сумках было, включая тяжёлое.

    Добравшись до знакомого ломбарда, я продал той же женщине ещё золота, получив наличные, и мы направились на самый крупный авторынок Москвы.

    — Учитель, за нами хвост — сообщил один из бойцов сопровождения.

    Со мной было шестеро, четверо из них были чисто армейцами, а вот двое получили знания офицеров ФСБ, причём так называемых «тёртых волчар», так что они сразу засекли за нами слежку, не успев мы удалиться от ломбарда далеко.

    — Много? — не оборачиваясь, спросил я.

    — Две машины и три топтуна. Контора работает, знакомая схема — ответил тот.

    — Разделяемся. Ваша задача взять одного топтуна и допросить.

    — Степень допроса? — уточнил тот же боец.

    — Не ломая. После допроса, позвоните мне и скажите, что взяли старшего товарища, это значит вы вроде как из смежной организации, после чего отпустите его и извинитесь. Встретимся вон в том ресторанчике через час. Его «Макдональдсом» называют.

    — Стволы демонстрировать?

    — У кого «Грач» имеется. «ТТ», «Вальтеры» и «Парабеллумы» тут не в ходу у спецслужб. Работайте под них.

    — Разрешите выполнять?

    — Расходимся — кивнул я, и мы быстро разошлись на перекрёстке.

    То, что нас запеленгуют по сотовому, я не боялся, мы уже сменили номера, да и парни Вольта за этим следят, не дадут чужим работать ещё и нам сообщат. В комнате Вольта был организован штаб со спутниковым слежением, тот уже доложился об этом.

    Я с Миком и ещё одним бойцом свернули на перекрёстке и, используя дворы и подворотни, ушли от слежки. Это было не просто, но смогли. Остальные, двое безопасников и два парня-армейца оставленные для силовой акции, направились прямо. Как только они получили сигнал от нас, что мы благополучно ушли, они хотели тот же манёвр по сбросу хвоста, но им уже пришлось и пострелять. Похоже, командир группы слежения что-то понял и отдал приказ на захват нашей четвёрки. Пятеро опытных оперативников, да ещё трое выскочивших из подъехавшей машины, рванули к ним, в результате семеро остались лежать на асфальте, с травмами разной степени тяжести, мои парни подхватили вырубленного командира группы захвата, закинули его в машину и с визгом тормозов стартовавшего автомобиля унеслись прочь. При этом прострелив шины второй, что последовала за ними. Да ещё они у всех удостоверения и оружие забрали. Подозрение подтвердилось, ФСБ работало.

    Так как операция была проведена не так, как мы планировали, произошла силовая акция, то я велел везти язык к нам в глухой двор. Парни Вольта направляли их, наблюдая за бойцами со спутника, так что через пять минут старенький «ниссан» въехал к нам во двор.

    Я амулетом привёл в сознание командира и его вытащили из машины, поставив на ноги.

    Держа в руках пачку удостоверений, я демонстративно открывал их и разглядывал что там написано. Открыв последнее, владельца, что стоял передо мной, я спросил:

    — Ну и какого хрена вам от меня надо, товарищ майор?

    Тот зыркал глазами, но молчал, лишь шикала эфиром радиостанция, что у него на поясе находилась рядом с пустой кобурой, да вызвали какого-то Четвёртого. Я подозревал, что этот Четвёртый стоял передо мной.

    — Сейчас не времена благородных офицеров, они куда страшнее. Пуля в ногу и калека на всю жизнь — сказал я, покосившись, посмотрел, как Мик прижал ствол своего любимого «ТТ» к ноге майора. — Я же не выпытываю таких тайн, которые нужно держать в секрете. Просто скажите, как вы на нас вышли, и кто нас сдал. На своих товарищей можете не рассчитывать, мои люди отслеживают их, а так же блокирую сигнал вашего сотового и маячка в машине. Вас не скоро найдут, у нас достаточно времени для допроса.

    — Жена владельца ломбарда — наконец ответил майор. — Она давно с нами сотрудничает. Вчера днём сообщила о группе подростков, что сдают золото с неизвестными и незнакомыми примесями. Наши эксперты поработали с ними и сообщили что месторождение этого золота им неизвестно. Так же озадачили оттиски на монетах. Они тоже не известны, все привлечённые нумизматы-эксперты в недоумении. Был отдан приказ установить наблюдение за вами, если вы снова появитесь в этом ломбарде. Все остальные тоже обзвонены.

    — Вот она, почему нас так долго держала и проверяла монеты — кивнул я сам себе, после чего посмотрел на фээсбешника. — Вот что, майор, у тебя есть шанс подняться на карьерной лестнице. Думаю, информация всё равно уйдёт, так что скрывать её смысла не вижу. Значит так, мы из другого мира, родились не на Земле, ну кроме меня, конечно, я тут жил, так что вполне могу пойти на сотрудничество, если это президента естественно заинтересует. Скажу сразу, буду общаться только с ним, никаких других глав государств, особенно из Европы и США, брезгую. Я маг, архимаг боевой магии граф Арни Ки Сон. Эти парни мои ученики. Я могу многое. Думаю, вы уже слышали о налёте авиации времён Отечественной войны на позиции нацгадов. Объясню, прошлый мир, где мы были, там шла великая Отечественная война, сорок второй год. Трофеи как вы поняли, и их у нас много. Именно поэтому мы участвовали вчера в Параде под видом клуба «Звезда», мои ученики были на той войне и стреляли в немцев, они этого были достойны. Я передам вам записи. Там съёмка бомбардировки Киева и штурмовка позиций нациков, с комментариями экипажей, ведущих боевую работу.

    Майор смотрел на меня с недоумением, веря и не веря в мои слова. Бросив пачку удостоверений на сиденье машины, дверь была открыта, я достал из кармана флешку, у меня была копия смонтированная парнями Вольта, там же были записи боев, что вёл Мик в сорок втором. После этого набил на сотовом майора свой номер.

    — Я вам описал кто мы, вот флешка с видео и мой номер телефона. Вы его можете даже не пытаться отследить. Не получится. Встреча с президентом завтра в три часа дня, позвоните на него, согласуем всё. Думаю, вы успеете её организовать.

    — Я не верю во всё это — прямо сказал майор.

    — Во что? — уточнил я.

    — В магию естественно.

    — Хорошо — кивнул и велел парням. — Держите его.

    Те зафиксировали вытянутую руку майора, тот возмутился и потребовал, чтобы его отпустили, после чего ему в руку ниже локтя воткнули до рукоятки штык от немецкого карабина. Потекла по руке кровь и закапала на землю.

    — Вытаскивай — скомандовал я Мику и как только он это сделал, сперва дал насмотреться на рану майору, а потом заживил её «средним исцелением». — Я могу этим амулетом всё лечить, даже СПИД и рак… Уходим.

    Оставив растерянного майора щупать руку, где на его глазах исчезал белесый след раны, мы ушли в подворотню. Там поймали такси и, сменив ещё две машины, но уже частников, оказались на авторынке. Вольт доложил, что майора очень быстро нашли, он пришёл в себя и вызвал помощь по рации, оружие оперативников и удостоверения были в машине, чтобы не злить их и не подставлять. Так что информация наверх пошла, надеюсь, майор не оплошает, по виду тот был ещё тем волчарой.


    Сегодня было воскресенье, авторынок работал. Правда, по-моему, он и в будние дни работает. Не знаю, я себе машины всегда в автосалонах брал. Благо было на что.

    — Командир, что ищем? — спросил Мик.

    Мы стояли недалеко от входа, даже пришлось отойти в сторону, так как людской поток тут был довольно плотным, и посматривали по сторонам. О местных карманниках я уже предупредил. Рядом со входом на авторынок находились магазины-ларьки в контейнерах, там продавали всё для автомобилей, мы как раз стояли неподалёку от входа туда. Когда мимо проходил довольно крупный мужчина, за тридцать, я прищурившись, посмотрел ему вслед.

    — Учитель, это ваш знакомый? — тихо спросил Мик.

    — Старый знакомец — подтвердил, после чего вспомнив о прошлом вопросе сказал. — Нам нужен новый микроавтобус с затонированными стеклами. Лучше иномарку. Ну и пару машин-вездеходов. То есть внедорожники. Деньги есть, подберём что-нибудь.

    — Может, «уазики» возьмём? — предложил капитан. — Они нам как-то привычнее, да и отремонтировать отвёрткой да молотком можно.

    — Для маневренных боевых операций «уазики» конечно предпочтительнее, парочку армейских можно взять, но тут встречают по одежке. Поясню, чем богаче ты одет и чем дороже у тебя машина, тем больше уважения. У меня тут дела ещё есть, так что будем брать технику покруче. Пару джипов и микроавтобус. Автостоянка у санатория имеется, там и будем ставить. Позже посмотрим водные мотоциклы, байки и квадроциклы. В будущих приключениях по мирам они нам пригодятся.

    — Хорошо.

    В это время в толпе, идущей к выходу с территории авторынка, я снова увидел своего старого знакомца. В этот раз он возвращался с покупками, держал в руках по сверкающему никелированному литому диску явно для внедорожника. Мужчина мне действительно был знаком, он вырос в том же детдоме где и я, только служил в морской пехоте и был младше на два года. Это был личный водитель Валюхи, и преданный был как собака. Валюха, я уже говорил, много парней переманил к себе из наших. С этим он не прогадал. Преданные были, да что говорить, и я никогда его не подводил и не сдавал.

    — Идём.

    Мы покинули небольшой тупичок, где можно было спокойно стоять, и направились к огороженной площади, где было множество автомобилей. Парни меня взяли в коробочку, внимательно отслеживая всех вокруг, так было проще предохранить меня на случай атаки, вот так и шли. Первым делом я направился от входа чуть в сторону, тут на видном месте и стояли самые дорогие иномарки.

    — О, «Галентвагены» — хмыкнул я.

    Мы подошли к машинам и стали их изучать. Судя по листкам бумаги за стеклом, им было по три года, и просили за них по семь лямов с мелочью. В это время зазвонил мой телефон, это был штаб.

    — Слушаю, — снял я трубку

    — Командир, это Вольт. Майор уже в управлении, докладывает о вас. Свой телефон он выключил. Но мы нашли близкий сигнал радиоизлучения, видимо он принадлежит тому, кому идёт доклад, и слушаем. Майор всё честно выложил, тот, кого он называет полковник, ему не верит. Отправил приказ в экспертный отдел выяснить, чей у вас номер телефона и где вы сейчас находитесь. Сейчас собираются просматривать видео, что вы им дали. Нам продолжать блокировать ваш номер от возможности прослушки и навигации?

    — Вашу деятельность могут засечь?

    — В принципе да, вот вычислить где мы работаем, это уже нереально, мы через свой спутник работаем, там полная блокировка сигнала идёт. Мы сами можем парализовать им часть работы.

    — Хорошо, пока отслеживание этих деятелей прекратить, не нужно, чтобы они нас засекли, а вот мой номер защитить со всех сторон, и от прослушки и от возможности определить, где я нахожусь.

    — Сделаем, командир — уверил меня начштаба, после чего мы разъединились.

    Убрав телефон, я указал на машины и буркнул:

    — С такими ценами, похоже, действительно придётся брать «уазики».

    — А я о чём — заулыбался Мик.

    — Идём дальше.

    Нам были нужны два чёрных джипа с тонированными стёклами и высокой проходимость. Техники было очень много, куда не бросишь взгляд, сплошные крыши автомобилей, а мы гуляли между рядов и выбрали себе по вкусу ту технику, что должна нам была служить довольно продолжительное время. Мы уже приметили десяток внедорожников, в основном марки «КИЯ» и «Тойоты», то есть серединку цены и качества, а потом я увидел «Дефендер» и решил, что уж его-то не упущу, и мы направились к внедорожнику, имеющему пятнисто-зелёный цвет. Судя по лебёдке спереди и багажнику сверху, сзади была лестница, машина чисто для охотника. Да и окрас на это намекал. Высокая проходимость и такая же надёжность, да и резина не для трасс, только для тех дорог, куда на гламурной тачке не заедешь. Парни минут десять изучали трёхлетнего красавца, но и так было видно, что машина ухожена. Хозяин за ней следил.

    Сейчас Мик сидел на месте водителя и слушал тарахтение дизельного движка, после чего погазовав он посмотрел на меня и я понял, не отдаст. Фигня, мне не жалко ему подарить такого красавца.

    — Сколько? — спросил я у хозяина, молодого паренька.

    Тот неуверенно замялся, по виду типичный ботаник, как только его перекупы на машину не развели, и также неуверенно ответил:

    — Я тут походил по рынку, такие же машины такого же года стоят почти два миллиона. Я продам за полтора.

    — Берём — кивнул я, так как этот красавец стоил на половину больше. Он всё же был адаптированным для бездорожья, и вложено в него было немало.

    — Эй парень, мы уже договорились — выдвинув вперёд агрессивно челюсть, к нам подходил крупный мужик, судя по барсетке на плече, да и внешнему виду, это был яркий представитель семейства перекупов.

    Я уж думал, они тут работать перестали, упустив такую перспективную тачку, а нет, похоже, они обхаживали продавца. Схема проста как молоток. Сговаривались трое-четверо перекупов и по одному под видом покупателей-зевак начинали давить на мозги продавца, мол, тачка столько не стоит, опускай цену, засмеют тебя с этой ценой. С каждым таким подходившим, который на него морально воздействовал, продавец всё чаще и чаще думал, что действительно задрал цену, те шли на второй круг, и снова говорили, что планку нужно опустить, держа психологический прессинг под контролем. Понятное дело не со всеми такое проходило, выбирали тех, что мог поддаться на неё, глаз у них опытный был, а потом подходил очередной перекуп с деньгами и брал тачку. Бывало на треть, а то и на половину цену удавалось сбрасывать. Видимо мы подошли после первого круга, так как продавец был хоть и не уверен, но ещё держался и поломали перекупам всю схему. Проколы у них бывали, особенно обидно, когда сбиваешь цену до нижней планки, тут подходит сторонний зевака и, удивляясь цене, тут же покупает машину, оставив перекупов ни с чем. Всякое бывало. Обычно перспективных покупателей отваживали от тачки, а нас видимо не успел, думали, посмотрим и дальше уйдём, а тут заметив, что машину берут и они теряют не меньше полумиллиона, а вполне возможно и больше, вот и влезли.

    Эту фразу богатырь бросил Мику, он был старшим среди моих ребят, и вёл себя соответственно, как командир, вот его в нашей команде и приняли за главного.

    — Ведь так?! — с напором обратился мужик к продавцу, отчего тот ещё больше растерялся.

    — Молчи, — положил я руку на плечо продавца, после чего посмотрел на перекупа. — Вали, тачку уже взяли.

    — А ты сопляк чего вообще влез в разговор взрослых дядей?! — изрядно удивился мужик.

    — Мик — коротко сказал я.

    — Орт, Олех — переадресовал тот как опытный командир.

    Почти мгновенно перекуп получил удар ноги в солнечное сплетением и колено по лицу, когда согнулся от удара. Схватив его за шкирку наш сержант-спецназовец, подтащил здоровяка ко мне, причём, так что тот стоял на коленях и, нажав на определённую точку на плече, от чего тот скривился и взвыл, жёстко велел:

    — Проси прощения у Учителя.

    — Вы чего делаете?! — возмутились три оставшихся перекупа, агрессивно направляясь к нам, но тут же сдулись, двое парней просто задрали рубаки и показали рукоятки пистолетов.

    — Извините — морщась, почти сразу сказал он.

    Говорил он неискренне, моим ученикам это отчетливо было видно. Да и как по-другому? Они все умеют пользоваться «истинным зрением», а определять настроение по ауре, так же какими недостатками тот страдает, какой характер умеет, я научил их ещё на первом курсе. Там был целый раздел теоретической магии этому посвящён, дальше они учились только на тех кто рядом, пока не освоили это не особо сложное искусство. При допросах «истинное зрение», кстати говоря, очень хорошо помогает. Именно по этому ученикам я и не врал никогда, если не хотел говорить просто молчал, аура у меня была открытая и они всё видели. Их уважение я терять не хотел.

    — Искренне, говори чёрт — в руках Олеха появился штык нож от СВТ, кончик которого замер в миллиметре от глаза перекупа.

    В этот раз тот извинился искренне, хоть и изрядным испугом, мои парни его явно пугали.

    — Извинения приняты — кивнул я и добавил. — Вали.

    Тот встал и на подкашивающихся ногах направился прочь, когда я его окликнул:

    — Заработать хочешь?

    — А кто не хочет? — вопросом на вопрос сказал он, отряхивая штанины. Здоровяк достойно перенёс удары моих парней и кроме синяка, наливающегося под глазом, других следов не имел.

    — Нужны такие тачки — похлопал я по капоту «Дефендера», рядом с воздухозаборником. — Чем больше, тем лучше. Количество не имеет значение, берём всё, но чтобы все машины были в приличном состоянии. Ну и подскажешь магазин, что торгует запчастями для них, а лучше оптовый склад. Ещё нужен микроавтобус по новее. Год, можно два. С тонированными стёклами.

    — Что я буду с этого иметь?

    — Ты будешь торговаться. Разница с ценой хозяина и с той, на которую ты её собьёшь, твоя. Но не перегибай и с хозяевами договариваться поднимать цену не советую. Заметим, накажем.

    — Я берусь за неё — кивнул мужик. — Телефон?

    — Олех, дай ему свой.

    Сержант подошёл к перекупу и они сделали дозвоны. Потом тот замялся, не зная как ко мне обращаться и спросил:

    — Адрес мастерской не надо, где такие тачки переделывают?

    — В принципе интересует, но всё зависит от количества машин, что вы нам найдёте.

    Когда группа перекупов поспешила прочь, Мик спросил:

    — Зачем они нам?

    — Время, они сэкономят нам время… Ладно, поехали эту машину оформлять.

    Мы сели в машину и Мик, что находился за рулём, вывел её со стоянки и медленно, стараясь не задавить довольно большое количество покупателей, направился к выезду. Пока мы ехали, «Ботаник» пояснил, откуда у него эта машина. Отец заядлым охотником был, умер, вот он и распродавал его имущество. Сам не любитель был с ружьем по лесу или болоту ходить.

    На выезде мы покинули машину, за руль сел Орт, у него были права, деньги я ему дал, и он вместе с владельцем поехал в ближайшее здание, где идёт перерегистрация автотранспорта. Его задача снять машину с учёта, вручить деньги бывшему владельцу и отогнать её на стоянку к санаторию. Машина эта там нужна чисто для поездок по бездорожью, то есть по другим мирам и регистрировать её в этом мире я в принципе не собирался, просто ни к чему. Хотя все документы купли-продажи у нас были.

    Так как всю наличку, что у меня была на руках я отдал Орту, тот честно должен был расплатиться с бывшим владельцем, то нужно решат этот вопрос. Мы возвращались на территорию рынка, да и машину сопровождали, чтобы её не отбили-перехватили, поэтому пока было время, я связался с Вольтом. Тот понял проблему мгновенно и сообщил, что все деньги бандеровцев перегнал на один счёт и с него можно совершать электронную оплату.

    — Молодец — похвалил я его. — Будь на связи.

    Убирая телефон в карман, я уткнулся в широкую спину Мика. Проследив, куда направлен его взгляд, то стал пристально разглядывать паренька в камуфляже, что сидел на картонке с орденом Мужества на груди. Он сидел на самом солнцепёке, лицо было наклонено, ему явно было стыдно. Рядом картонка, где была просьба помочь деньгами на лечение матери. У парня отсутствовали обе ноги, отрезаны были выше колен.

    Подойдя, я присел рядом с ним на корточки и, поймав взгляд, спросил:

    — Недавно работать начал?

    Тот поднял голову и зло посмотрев нам меня, спросил:

    — Что тоже будешь уговаривать на вашу нищенскую мафию работать?

    — Не зарывайся, спокойно же говорим — сказал я. — Ты тут сам по себе или на местных работаешь?

    — Дело прибыльное, есть у местной мафии, что на нищих зарабатывает, способы, чтобы уговорить таких как я. Нам больше кидают — криво усмехнулся парень. — Вот и меня «уговорили».

    Мельком посмотрев на Мика, и получив от него кивок, тот отслеживал ауру ветерана и подтвердил, что говорил он правду, поэтому я повернулся к нему.

    — Где служил-то? Кто по спиральности?

    — Мотострелок. Командир «бэтра». Подорвался. Руку собрали, а ноги всё, отрезали.

    — Хочешь ноги верну? — прямо спросил я.

    — Издеваешься?

    — Да нет, деловое предложение. Я не знаю, сколько в Москве буду, но с завтрашнего дня ты будешь бегать выполнять мои поручения. Оплата будет. Сегодня к вечеру уже на своих ногах будешь бегать. Как?

    — Инвалиду в чудо легко поверить — вздохнул тот.

    — Мик — снова обратился я к капитану.

    На ладони Мика засветился фаербол, глядя в расширившиеся от удивления глаза ветерана я сказал:

    — Это магия парень, а не чудо. Сейчас тебя вот этот паренёк отвезёт к нам, там мои врачи тобой займутся. К утру на ногах будешь. Ну как, договорились?

    — Договорились, — не уверенно кивнул тот, но потом уже кивнул с большей уверенность. — А мама? Её можно вылечить?

    — Скажешь её адрес, привезут и вылечат — уверил я того. Мик подтверждал. Тот не лгал и говорил чистую правду, а мне разве трудно людям помочь?

    Один из учеников сбегал за такси, а двое других подняли инвалида на руки и понесли к выходу. Им заступили было дорогу двое мужчин цыганской наружности, видимо «няньки» нищих, но упали с переломами разной степени тяжести.

    Через пару минут двое парней вернулись, а один стал сопровождать покалеченного ветерана в санаторий, Вольту я уже позвонил и тот подтвердил, что сотрудники санвзвода готовятся к операции. Там работы на пару минут, остальное время требовалось просто откармливать пациента.

    — Спасибо Учитель — вздохнул стоявший рядом Мик, пока мы дожидались переносчиков. — Я как его увидел и представил себя на его месте, аж всего продёрнуло. Я бы так не смог… Хотя как жизнь покрутит.

    — Все мы парни повоевавшие, боевое братство, а своим нужно помогать.

    — Это да — снова вздохнул тот. — Но всё равно спасибо.

    Когда к нам побежали парни и доложили что ветеран и наш ученик убыли на такси в санаторий, то Олех, сообщил, что с ним связался перекуп, он нашёл пару микроавтобусов на выбор, и ещё один «Дефендер», но уже не в охотничьем варианте, зато с малым пробегом и в идеальном состоянии.

    — Идём — согласился я.


    * * *

    На авторынке мы пробыли до четырёх дня, фактически до его закрытия. За это время мы приобрели шесть «Дефендеров», два хозяева сами пригнали по звонку того перекупа, которого звали Михаилом. Сейчас пять из них находились в сервисе, что он же нам и посоветовал, там действительно специализировались на переделке любых внедорожников в охотничьи монстры. Шестая машина уже была готова к гонкам по бездорожью, и мой ученик отогнал её к той, что уже стояла на парковке у санатория, вернулся он вместе с парнем, что её перегонял. Я сдержал данное себе обещание и сообщил всем, что та первая машина подарена мной Мику за все его заслуги. Теперь она его собственность.

    Так же мы приобрели пару микроавтобусов. Это были два двухлетних «мерседеса», один представительского класса, другой чисто пассажирский. Оба дизели. Фирма какая-то разорилась, вот и распродавали её имущество, мы взяли обе машины.

    Кто-то скажет, что я со своими парнями могу набрать таких машин угонами или просто на гоп-стоп, как это мы делали в сорок втором. Однако разница с тем временем была велика, там мы воевали с противником, с врагом, а вот отбирать у обывателей технику, это подлостью попахивает. Я до такого опускаться не собираюсь, ученики не поймут. Я прививал им такие черты характера как порядочность, справедливость и уверенность в Учителе. Подводить их не хотелось совершенно.

    На выходе мы попрощались с довольным перекупом, он на нас почти миллион поднял, правда, он не один работал, дал подзаработать товарищам, но всё же при расставании он пообещал завтра созвониться и ещё две подобные машины подогнать. А если будет возможность, то и четыре. По сервису скажу так, там обещали переделать машины, а мы доплачивали за срочность, за неделю, всё же пять штук. Да и ещё возможно прибавиться. Легковой транспорт отличной проходимости для наших будущих путешествий ой как пригодится. Беда была в том, что все склады у меня были под завязку, если только в один из баулов с авиационной техникой загнать, поработать там, более плотно всё поставить, чтобы освободить больше места и глядишь десяток легковушек и уместиться.

    В общем, мы покинули авторынок и поехали в сторону соседнего района. Были у меня в столице ещё дела. В пустой подворотне, мы с Миком достали из безразмерных сумок комплекты вооружения, амуниции и формы, и все кроме меня переоделись. Теперь рядом со мной стояло восемь крепких парней, я вызвал дополнительные силы из санатория, в чёрных комбинезонах спецслужб, при разгрузках, наколенниках с налокотниками, бронежилетах, разгрузках и сферах, в руках были современные короткоствольные автоматы, которые в этом мире ещё не все спецподразделения получили. В общем, группа спецназа неизвестной принадлежности, так как нашивок и эмблем подразделения не было.

    — Вы во вторую машину я в эту — скомандовал я.

    Бойцы сели в ту машину, что была пассажирской, я же забрал себе ту, что представительского класса. Передвигались мы на двух чёрных микроавтобусах. Один боец сел за баранку моей машины, я прошёл в салон, Мик на место пассажира рядом с водителем, остальные устроились во второй машине. Ученики изображали группу охраны важного человека, то есть меня. В принципе они и так всё это время это делали, явно и не явно.

    Мы покинули подворотню и, выехав на центральный проспект, направились к одному очень дорогому ресторану. Час назад, когда Вольт позвонил мне, и сообщил, что операция с ветераном прошла успешно, он сейчас экстренно наращивает массу, съедая всё что ему дают, я поблагодарил его за эти сведенья и попросил найти одного человека, дав его данные и номер телефона. Начштаба отзвонился спустя минуту и сообщил, что тот ведёт деловые переговоры в ресторане. В том самом. Направлялись мы к моему единственному тут другу, Валюхе.

    Так что мы с Вольтом были постоянно на связи, он информировал меня о действиях спецслужб. Их спецы уже все способы испробовали, чтобы взломать мой телефон и получить хоть какие-то сведенья. Начштаба и командир взвода радиоэлектронной борьбы были на седьмом небе от счастья, такой жёсткой работы у программистов штаба, не было никогда. То есть они работали на пределе, парируя все попытки местных хоть как-то выйти на меня. Где ещё будет такая возможность потренироваться и набраться опыта? Они даже не давали банально позвонить на мой номер, переводя его на телефон президента, да-да. На телефон президента этой страны. Больше таких попыток не было.

    Наконец впереди показался нужный ресторан, что имел швейцара на входе, и мы припарковались. Бойцы покинули машину первыми и мгновенно влетели в ресторан, положив швейцара и охрану внутри на пол, дав мне возможность с Миком пройти внутрь. Один боец остался снаружи, стоял у швейцара заодно приглядывал за нашими машинами.

    Пройдя в большой очень дорогой и красиво обставленный зал, народу хватало, мы остановились, осматривая посетителей. Те замерли за столами. Многие с поднятыми руками. Видимо грешки имелись, и ожидали, что будет дальше. Однако бойцы, рассредоточившись по залу, стояли молча, держа оружие наизготовку. Маски и надвинутые на лицо щитки сфер не давали возможности видеть их лица. Мик остался у входа, я его тихо попросил, после чего прогулочным шагом, что уж говорить, красуясь, больше сотни людей на меня смотрело, я прошёл в центр зала и, похлопав по плечу какого-то мужика, сказал:

    — Место освободи.

    За столом стояло шесть стульев все они были заняты, однако неизвестный посетитель ресторана и компаньон сидевшего напротив него Валентина, встать не успел, после незаметного знака распорядителя, подскочивший официант поставил ещё один стул, его-то я и занял. Кстати, на счёт компаньона я не ошибся, они тут собрались отужинать после долгих переговоров по слиянию какого-то концерна. То есть все кто сидел за столом держатели крупных пакетов акций. Как мне доложил Вольт, двадцать два процента принадлежали Валентину.

    Расслаблено откинувшись на спинку стула, я с интересом осмотрел своего бывшего другана и что уж говорить работодателя, и сказал:

    — Ну привет Валюха. Сколько лет, сколько зим не виделись.

    — Ты кто? — прямо спросил он. В отличие от многих посетителей руки он не поднимал, но держал их на виду, положив на стол. Его партнёры последовали эго примеру.

    — Даю намёк, думаю, догадаешься, котелок у тебя варит. Мы вместе росли в детдоме, но я был тебя младше на несколько лет. Потом после армии я работал с тобой. Можно сказать на тебя. Потом меня арестовали, подружка тварь сдала с любовником своим. Кстати, спасибо за них. Потом зона, там обнаружили, что у меня опухоль в голове, неоперабельная, ещё один год существования и махач с чёрными до моей смерти.

    По мере того как я говорил на лице Валюхи начало проступать понимание.

    — Ты говоришь о моём хорошем друге Морозе, тело которого привезли в Москву и похоронили на самом лучшем месте Новодевичьего кладбища. Ты говоришь о моём погибшем друге. Почти брате. И говоришь так, как будто ты это он.

    — Я это я — широко улыбнулся я. — Ты на это тело не смотри, к твоему сведенью, оно у меня третье, если считать то, первое, о котором ты помнишь. Поясню проще, я научился менять тела, переселяя душу. Результат ты видишь.

    — Ну что за чушь? — поморщился Валентин. — Я серьёзный деловой человек, депутат, а ты мне мальчик говоришь о невозможном.

    — Ну хорошо. Когда я вернулся из армии, ты пригласил меня на рыбалку, где и сделал то предложение вступить в твою бригаду. Но не суть. Ты тогда присел в кустах, переел шашлыков, так тебя уж за правую ягодицу цапнул, и ты бегал по всему берегу со спущенными штанами и орал, что тебя укусила гадюка и тебе нужно отсосать яд из раны. Так и орал, пока я не поймал ужа, которому ты на хвост наступил, и что уж говорить, намарал.

    — Всё-всё, ты Олег, я уже понял — быстро остановил мой водопад слов Валентин. — Об этом случае действительно только мы знали, а из Мороза слова не вытянешь, не стал бы он её рассказывать.

    Все кто сидели за столом с Валентином очень внимательно слушали нашу беседу. Да и за соседними столицами активно грели уши, поэтому всё слышали. Позади послышались смешки, а за этим столом тоже у многих пунцовели лица от сдерживаемого смеха. Та история действительно была и о ней кроме нас никто не знал, на той рыбалке мы были вдвоём, как в детстве во время жизни в детдоме.

    — Конечно, мне не особо вериться, что ты действительно Олег, но факты говорят за себя — развёл руками Валентин. — Как так получилось, что ты жив?

    — Сам не знаю, — пожал я плечами и взял большой стакан с соком, что принёс слуга. Понемногу посетители отошли от нашего внезапного появления и продолжили прерванный ужин, даже те, кто пытался уйти, вернулись за столики и терпеливо ждали пока я со своими бойцами уйду, их не выпускали. — Судьба, наверное. Я ведь тогда в душевой действительно умер, убили меня чёрные, но и я их там достаточно положил. Очнулся я потом в теле шестилетнего пацана. Оказалось, находился я не только в чужом теле, но и мире где властвовала не технология, а магия. У меня оказались способности, причём не слабые и я стал заниматься магией, пока не стал сильнейшим магом в том мире. Всё это мне удалось лет за десять. Потом я разработал заклинание техномагии, сделал портал и стал путешествовать по мирам. Но в одном я схлестнулся с противником, который применил подлый приём. Меня навсегда лишили магии и её было не вернуть. Но я нашёл способ. Был только один выход, поменять тело и я его применил, забрав себе тело одарённого. Вот так я и получил тело этого мелкого подлеца. Оно моё уже порядка пяти месяцев, даже чуть меньше.

    Валентин сидел с несколько ошарашенным видом, впитывая то, что я говорю, да и остальные слушали с немалым интересом. На что мне, откровенно говоря, было плевать. Так вот, когда я прервался чтобы сделать ещё один глоток отличного свежевыжатого сока, молчавший мужчина, один из собеседников Валюхи, сказал с задумчивым видом:

    — Не сходится молодой человек. Если вы в других мирах провели столько времени, то почему тут прошёл всего год? Я видел ваше надгробие, там была дата.

    — Если бы была дата, то там должно было написано что погиб я не год назад, а раньше — хмыкнул я. — У меня нет адекватного объяснения этому феномену. Я уже думал об этом и предположил одно, мой материнский мир по сравнению с остальными мирами замедлен в скорости развития. Поясню. По сравнению с соседними мирами, тут идёт год за пятнадцать. Пока там проходит пятнадцать лет, тут у вас всего год. Это единственное объяснение. Я читал книги Древних магов, там было краткое описание нахождения подобных миров, но без подробностей. Просто феномен и всё.

    — И во многих мирах ты побывал? — спросил Валентин.

    — В пяти или семи, не считал. Не много если ты об этом. Последний был зеркальная копия Земли, только там шёл сорок второй год, и оказались мы в окрестностях Минка. Ох и повеселились мы в тылах немцев, даже до линии фронта доходили. Трофеев набрали прилично, даже авиацию с фронтовых аэродромов набрали.

    — Украина — щёлкнув пальцами, сказал Валентин.

    — Я же говорю ты сообразительный. Да, в этот мир мы вышли на территории Украины. Я честно говоря охренел от того беспредела что там шёл, мы значит дрались против фашистов, а они себе целую страну вырастили, вот и не удержался, повоевал там. Тем более буквально через час, когда мы в вашем мире оказались, в соседнюю деревню свернули два «броника» с айдаровцами на броне. Ну и начали грабить, и ветерана с наградами на груди прикладом по лицу ударили. Тот их пристыдить попытался. Думаешь, я терпеть стал? Мои ребята уничтожили банду, взяли трофеи из бронетранспортёров, а выживших повесили. Но они меня уже завели, так что я и устроил этот налёт.

    — И бомбы на Киев сбросили, на которых краской было написано «На Киев» — буркнул один из компаньонов Валентина.

    — Не знаю — отмахнулся я. — Наверное, кто-то из технарей, что бомбы снаряжал, постарался.

    — В Киеве до сих пор паника, многие покидают город — вздохнул Валентин, и неожиданно усмехнулся. — А тот ролик в инете я видел. Эссэсовцы уничтожают эссэсовцев. Смешно… Подожди, так ты что, не один?

    — Я же архимаг, предпоследняя ступень в ранге магов, мне положено уже учеников иметь, иначе я на следующий ранг не перейду. У меня ученики с собой, в большинстве случаев они и воевали, я лишь руководил.

    — Ну и как это быть магом? — спросил тот же говорливый мужчина.

    — Как президентом США. Чувствую себя чёрным властелином.

    В этот раз смех мало кто сдерживал. Оказалось, и официанты нас слушали, трое с распорядителем, делая вид что работают, крутились рядом.

    — А что ты вообще можешь? — спросил Валентин.

    Я пожал плечами, не зная как даже отвечать на этот вопрос.

    — Да практически… всё. С учётом того что маг обычно живёт от трёхсот до пятисот лет, всё зависит от его умений, мы в неравных условиях.

    — Старость? — быстро спросил тот старикан.

    — Без проблем — кивнул я. — Специальными артефактами можно остановить старение и повернуть его вспять, то есть старик начинает год за годом молодеть пока не доходит до двадцатилетнего возраста, тогда включается обратное, он начинает стареть. Среди дворян и очень богатых купцов это самый любимый способ, они так живут дольше. Да, это долгая процедура. Но ещё можно быстро скинуть тридцать лет, потом снова начинаешь стареть. Такие процедуры можно проводить не более трёх раз и они очень дороги. Намекну, у меня, из-за ненадобности, таких артефактов нет, а сделать я их пока не могу. В ближайший год точно. Магия этого тела мне пока ещё не доступна. Жду, пока прирастёт.

    — Понятно — криво усмехнулся мужчина. — Я маг, но доказать пока не могу. Аферист ты паренёк.

    — Вам доказательства нужны? — плотоядно усмехнулся я. — Будут вам доказательств… Капитан! Двух бойцов ко мне, быстро!

    Почти сразу рядом возникли двое бойцов, сидевшие за соседним столиком пятеро парней даже не дёрнулись. Видимо это были телохранители присутствующих. Они замерли, подняв руки, их держали под прицелом, о чём недвусмысленно намекали направленные стволы остальных учеников и точки лазерных прицелов.

    — Командир? — обратился ко мне один из учеников.

    — Этому хмырю отрежьте голову — велел я, доставая амулет со «средним исцелением».

    — Эй, не надо!.. — отчаянно воскликнул тот, но парни действовали уверено и жёстко, приказ есть, его надо выполнять.

    С хрустом в шею вошёл клинок, после чего двумя движениями боец отделил голову и поставили на стол, марая белоснежную скатерть кровью.

    — Как видите это не игра и не шутка — сообщил я шокированным присутствующим. — Если кто не верит и думает, что это фокус могут сделать копию записи, камеры я смотрю, тут работают.

    Протянув амулет бойцу, и велел действовать дальше. Тот прижал голову к обрубку шеи и активировал амулет, после третьего облучения раны, «мёртвый» закашлялся, выхаркнув сгусток крови и заплакал. Он был жив, это все видели. Правда, многие попадали в обморок, некоторых стошнило, но мне было, как всегда плевать, большая часть посетителей этого ресторана разные гламурные дуры, а я их за людей не считал. Так, шелуха.

    — Всё понятно, ты действительно говорил правду, — вздохнув, сказал Валентин, когда бойцы вернулись на место к станам, продолжая контролировать зал, а двое телохранителей того бедолаги повели его в туалет. — Зачем ты пришёл ко мне?

    — Как ни странно ты у меня тут единственный близкий человек, которому я реально должен и я этот долг хочу вернуть — честно ответил я, отпивая соку, в этот раз принесли грушевый. — У тебя есть два выбора, быстрое возвращение молодости до двадцатилетнего возраста, тебе ведь за сороковник, пятьдесят скоро, ну или богатства. Станешь ещё богаче.

    — Я и так не бедствую — криво усмехнулся Валентин. — Время дашь подумать?

    — Ты никогда не торопишься. Теперь ты похож на себя, все решения принимаешь хорошо их обдумав. Захочешь со мной связаться — вставая со стула, сказал я. — Просто набери любой номер и скажи, что хочешь поговорить со мной, тебя свяжут.

    — Как к тебе сейчас обращаться, ты ведь уже не ходишь с погонялом Мороз?

    — Теперь я дворянин из высшей знати. Граф Арни Ки Сон, архимаг боевой магии.

    — Молодой человек — поспешил обратиться ко мне один из компаньонов Валентина. — Сколько стоят у вас услуги по возвращению молодости?

    Мне кажется, весь зал затаил дыхание, да и мужчина, а ему явно было за шестьдесят, нервно покусывая губы, ждал ответа.

    — Это зависит от человека. Приведу пример, сегодня я заметил парня, ветерана одного из вооружённых конфликтов. Он просил милостыню, работал на эту мафию, но собирал деньги на лечение матери, вынужден был. Его я вылечу, вернее даже вылечу бесплатно, и мать его подниму, не взяв ни копейки, её уже к нам везут. Потому что они достойны этого, потому что они люди, которых я уважаю. Он повоевавший за своё государство инвалид, о котором это государство поспешило забыть, платя ему нищенскую пенсию, она учительница математики, надорвавшая свои силы, выхаживая сына. Денег я с них не возьму, и с других похожих с ними характерами. Все силы приложу, а на ноги поставлю. Вот если ко мне обратится такой человек как вы, я сперва узнаю, кто он, достойный ли человек, а потом или прогоню или назову сумму. Она может достигать и половины вашего состояния, но деньги мне не нужны. Я товаром возьму. Так же меня интересуют природные драгоценные камни, алмазы, и чем крупнее, тем лучше. Если интересует, обращайтесь через Валентина.

    Развернувшись, я направился к выходу, но замер и снова обернулся к Валентину:

    — А когда я погиб?

    — Двадцать седьмого июля — ответил тот.

    Кивнув с невозмутимым видом, я развернулся и направился к дверям, прощаясь на ходу. Я не ошибся, это мир феномен и мой мир. Я действительно погиб в конце июля. Мелькнула у меня мысль, что это отражение моего мира, но нет, дата точная. Да и в истории я кроме беспорядков на Руине никаких отклонений не обнаружил. Мой это мир.

    Страхуя друг друга, держа зал на прицеле, ученики последовали за мной. Потом мы погрузились в машины и, заехав в пару магазинов, я сделал мелкие покупки, набрав три десятка планшетов, даже накупил зарядники к ним, настоящие солнечные батареи. Это подарок всем из старшей возрастной группы, остальным завтра куплю. Потом мы вернулись в санаторий. Ужин мы пропустили, как и обед, но дважды покушали на рынке, вполне неплохими шашлыками и в кафе полные блюда брали, так что были сыты.

    На полпути парни переоделись в цивильную одежду. Так что к санаторию мы приехали уже нормально. Там на парковке стояло два наших монстра на внедорожных шинах, эти микроавтобусы мы припарковали рядом. Парни поспешили с коробками в санаторий в штаб, Мик засуетился у своего джипа, охранник на воротах пропустил нас. Планшеты Вольтом уже были распределены, он себе выбрал самый крутой девайс, да и слабые я не брал. Ну а я направился в комнату, где у нас была организована санчасть, то есть где жили медики. Обе девушки-педиатра.

    Там я застал такую картину, женщина лет пятидесяти на вид, на коленях загнала нашего Гошу в угол и его смущённого и густо краснеющего целовала в руки, видимо это была мать того парня-инвалида. Сам он сидел на кровати, штанины его камуфлированных брюк были закатаны до колен, показывая хоть и бледные, но совершенно целые ноги. Он умудрялся улыбаясь, жевать, уничтожая бутерброд. Заметная худоба вот что отличало его от того инвалида что я помнил. Ну и выращенные ноги ещё.

    — Что тут происходит? — громко спросил я, проходя в комнату.

    — Учитель — сразу с облегчением вздохнул Гоша. — Лечение пациентов закончено. Оба приведены в порядок. Никаких медицинских противопоказаний не наблюдается. У нас разряжены половина накопителей, но пациенты совершенно здоровы.

    — Вот и хорошо — посмотрел я на обоих излеченных. — Такси, вызванное вам, уже подъехало, счётчик оплачен. Можете идти.

    — Так это вы спасли моего мальчика — тут же переключилась на меня женщина, к огромному облечению Гоши и под хихиканье наших двух медичек-педиатров, на коленях пошла ко мне.

    Поморщившись, я подошёл и поднял её на ноги.

    — Вы не волнуйтесь, если ваш сын не потеряет голову от излечения, не запьёт или ещё что, то всё с ним будет в порядке. Вам идти пора, у нас ещё есть дела.

    — Ещё раз спасибо — та неожиданно схватила меня за кисть и поцеловала в руку. Мне от этого искреннего чувства женщины действительно было неудобно, но я старался этого не показывать, а протянул женщине носовой платок.

    — Игорь — обратился я к вставшему на ноги парню. — Сейчас выйди из комнаты, пройди до следующей двери слева, там тебя встретит Мик. Он выдаст тебе обувь по размеру, кирзачи. Думаю, ты не будешь против. Так же он даст тебе номер телефона. Общаться ты будешь с Вольтом, он и будет давать тебе задания. Ничего сложного, нужно купить на своё имя грузовую машину, денег тебе дадут, и будешь доставлять сюда оплаченные заказы. Как видишь реально ничего сложного. Мы тут будем неизвестное время, неделю может три, машину потом оставишь себе. Это будет платой за работу. Это всё, иди.

    Игорь вместе с матерью покинул санчасть, не успел я последовать за ними, как зазвонил телефон в кармане. Это был Вольт, Валентин желал пообщаться со мной.

    — Соединяй — велел я ему, знаками попросив медиков, задержатся в комнате. — И снова здравствуй Валентин, я так понял, ты принял решение стать молодым?

    — Это было очевидно. Можно даже не иметь твою догадливость — хмыкнул тот в трубку. — Твой глупый демарш в ресторане привёл к тому, что за эти полтора часа мне позвонили уже тридцать не самых простых человек и просили похлопотать перед тобой за них и их близких, сулили любые деньги, чтобы я договорился. Ты понял, что ты сделал? Слух разнёсся мгновенно. Ты знаешь, сколько в Москве богатых людей готовых на всё, чтобы вернуть молодость? Они же меня порвут.

    — Не только знаю, я тебе точную цифру назвать могу, — засмеялся я.

    — Ты всё знал — констатировал Валентин. — Ты всё рассчитал и именно поэтому пришёл в ресторан, и общался со мной там, не особо понижая голоса. Тебе нужны клиенты.

    — Ты прав, в этом мире долго задерживаться я не собираюсь, так что перед уходом хочу изрядно подняться. Ты кстати тоже не теряйся, сам процедуру омоложения бесплатно пройдёшь, а с этих тряси по полной. За работу я тут с них сам возьму сколько надо. Посредником поработаешь.

    — Это не проблема для тебя? Когда можно приехать и сколько людей можно привезти?

    — Сколько привезти? Ну давай сегодня в полночь на пустыре у трассы. Я тебе потом скину подробный маршрут. Привези человек тридцать. Больше не нужно. Намекни им, что в качестве платы мне нужны драгоценные камни, плевать, что не обработанные. Ну или услуги, но услуги мне мало требуются, больше камни. Постарайся ещё их привезти на одном транспорте. Чтобы моя охрана не нервничала, а то постреляет часть, там ведь наверняка у половины телохранители.

    — Почему в полночь?

    — Время как песок утекает сквозь пальцы — намекнул я.

    — Не проблема, уже всё организовывается, к назначенному времени мы будем на месте… Слушай а ты всё лечишь?

    — Вообще всё — подтвердил я.

    — СПИД, Рак?

    — Даже за болезнь не считаю, лечиться за минуту даже запущенные случаи.

    — А перелом позвонков?

    — Говорю же без проблем. Всё лечим, вообще всё… Кроме умственных, я не спец мозгоправ. Не моё это.

    — Понял, жду координат куда ехать.

    — Всё тогда. Через полчаса позвони на этот номер. Ответит мой ученик, Вольт, сообщи ему по списку, кто ожидает лечения, он их пробьёт по базам и через полчаса сообщит, сколько с каждого мы собираемся стрясти, чтобы они были наготове и тебе посоветует сколько брать.

    — Оперативно. Ладно, сделаю.

    — Тогда отбой.

    — Отбой.

    Вольт слушал нашу беседу и был в курсе, поэтому, когда Валентин положил трубку, подтвердил, что всё сделает и уже нашёл нормальное место для встречи, поляну в лесу неподалёку от трассы. Мик уже предупреждён и собирает бойцов, в охране будет участвовать двадцать пять учеников, планируется применение бронетехники, нужно склады чуть позже развернуть. В общем, убрав телефон в карман, я посмотрел на медиков.

    — Всё поняли?

    — Так точно — кивнул Гоша. — В полночь планируется провести несколько десяток операций от сложных до особо сложных.

    — Всё правильно, но в этот раз я буду вести все операции, а вы смотреть и набираться опыта. Это не плёвая операция по отращиванию конечностей или оздоровлению сердца и всех органов как у прошлых пациентов. Этой полночью потренируетесь под моим присмотром, дальше сами будете работать. Амулетами это делать не так сложно, вот сами амулеты создавать, куда сложнее.

    — Да мы только рады получить дополнительного опыта — улыбнулся Гоша, обе его помощницы активно закивали.

    — На двух клиентов проходящих процедуру омоложения мы потратим по одному комплекты полностью заряженых накопителей, будет тридцать человек, плюс Валентин. Значит нужно шестнадцать комплектов. Сколько у нас в наличии имеется запасных?

    — Восемнадцать.

    — Хватает. Бери всё.

    — Сделаем.

    — Сегодня ночью работаете, завтра до обеда отсыпайтесь, я предупрежу местный персонал, чтобы вас не беспокоили. А пока ожидайте звонка от Вольта со списком болячек наших будущих пациентов. Потом покажите мне его.

    — Хорошо.

    Мы покинули комнату, медики направились дальше в сторону общей душевой, а я вниз, нужно посмотреть, как там малыши устроились, судя по шуму и гаму хорошо, но всё же. На лестничной площадке меня перехватили Игорь и его мать, оказалось, они ещё не уехали.

    — Извините, как вас по батюшке? — обратилась ко мне учительница.

    — Граф Арни Ки Сон, архимаг боевой магии — слегка поклонился я явно растерянным слушателям. — Можно просто Арни, я не обижусь.

    В действительности моя аура немного изменилась после переселения в это тело, местный Дар постарался, поэтому к метках на документах выданных мне, шло несовпадение и я физически не мог подтвердить что я этот самый граф. Наверно придётся вернуться на Торию и заново выкупать патент. Я привык быть графом.

    — Хорошо, Арни — кивнула учительница. — Позвольте мне ещё раз поблагодарить вас за сына и поинтересоваться. Вы будете ещё лечить людей?..


    * * *

    — Это Второй. Наблюдаю автобус и две легковые машины сопровождения — пискнул динамик в ухе быстрой скороговоркой наблюдателя.

    — Это те, кого мы ожидаем — подтвердил я. — Отсеките хвост, если он имеется.

    — Принято — снова пискнул наушник в ухе.

    Трасса была почти пуста, поэтому, когда появился автобус-иномарка, мне сразу сообщили. Доехав до поворота на второстепенную дорогу, сперва свернули обе легковые машины, джип Валентина и ещё одна, лишь потом неоплан.

    Дорога тут бала хорошая, укатанная, так что все три машины спокойно выехали на поляну. Мы тут уже больше часа находились, так что успели подготовиться. На виду стояло два «дефендера» и один из «мерседесов»-микроавтобусов. Не на виду «БМП» и три бронетранспортёра, наш «девяностый» и два трофейных «семидесятых». Кстати по поводу них, состояние у них было удручающее, то есть требовался серьёзный ремонт обеих машин. Видимо нацгвардии выдавали всё то, что оставалось из хлама в отстойниках армейской техники, да и тем, похоже, всё равно было, оружие работает, машина хоть и кое-как двигается, вот и ладно. Ничего, запчасти на пока недоступных складах у меня были, потом проведём ТО и требуемый ремонт.

    До полуночи, то есть до этой встречи, я успел многое. Пообщаться с излеченными, у нас, кстати, тогда вышел быстрый разговор. После вопроса учительницы, я тогда пожал плечами и сказал:

    — В принципе можем, моим лекарям нужна практика, а то они порезы да растяжения в основном лечат, но без фанатизма. Ты Игорь можешь пяток знакомых привести, наверняка ведь общаешься через совет ветеранов, ну а вы Инга Петровна, тоже можете привести несколько человек. Вылечим. Однако повторю, это не профильная у нас работа, если тут будут стоять толпы страждущих, мы просто всех прогоним. Клятва Гиппократа для нас пустой звук, для моих медиков важна человечность.

    Те сказали, что всё поняли, и после быстрого прощания покинули нас, машина такси действительно их ожидала у ворот. Я проверил как там малыши, прошёлся по комнатам, на первом этаже они там буквально вихрем носились, стоял визг, шум и смех. Воспитатели ходили из моих учеников и из местных. Вот те, кстати, были несколько удивлены, малыши почти все не говорили по-русски, а если и говорили, то плохо. Всё же сами учились, без магических средств обучения. Меня естественно поймали, уцепились за штаны и довольно улыбаясь, повели в довольно приличный зал в конце коридора, где были диваны и телевизор, скандируя «Сказку!», «Сказку!». Это слово они первым выучили.

    Достав из безразмерной сумки купленную днём новенькую книгу со сказками, я расположился на стуле, малыши образовали тихую аудиторию, рассевшись на диванах и полу, и начал рассказ. Местные, которые уже привыкли к такому детскому шуму, впечатлились, полная тишина, внимательные мордашки детей и мой голос, в полной тишине рассказывающий сказку про Снежную Королеву.

    Когда я закончил, то воспитатели начали разводить детей по комнатам, малыши где сами, где с помощью разделись и легли спать, у малых отбой был в девять часов, наверху, на нашем этаже на час позже.

    Потом, переодевшись, я совершал привычную пробежку по лесу, тропки были, но я по нехоженым местам бегал, однако не заблудился и, намотав по врагам и бурелому десяток километров, уже возвращался обратно, когда на связь вышел Вольт. Остановившись на обушке соснового бора, вдали уже были видны корпуса санатория, я достал трубку и активировал её:

    — Слушаю.

    — Учитель, только что на связь вышла мать Игоря. Она сообщила, что их в подъезде дома встретила группа мужчин, их было пятеро. После недолго разговора они сильно избили Игоря. Его увезли на скорой в больницу, досталось и ей. Ещё эти неизвестные забрали деньги выданные Игорю на машину.

    — Выяснили кто это?

    — Да. Инга Петровна сообщила, что они уже приходили к ним несколько раз, уговаривая сына работать на них. Похоже, бандиты, что курируют мафию нищих.

    — Согласен. Значит так, отправь Олеха с восьмью бойцами на квартиру к пострадавшим, пусть опросят, кто, где, когда, выяснят хотя бы телефоны нападающих, у Игоря они должны быть, твои ребята их запеленгуют, и пусть прокатятся к этим наглецам. Олеху приказ, деньги вернуть, при возможности с компенсацией, всех кто участвовал в нападении ликвидировать. Уничтожить так же и тех, кто их отправил на встречу, то есть руководителей. Деньги вернуть пострадавшим, Игоря поднять на ноги.

    — Принято, боевая группа формируется.

    — Да, пусть под спецслужбы работаю, униформа и оружие. Они могут один микроавтобус взять.

    — Через пять минут группа выдвинется к пострадавшим — подтвердил Вольт.

    Убрав телефон обратно, я побежал дальше. В теле была лёгкость, такие пробежки были мне не в тягость, поэтому я подумал, что пора переходить на бег с грузом. Завтра велю подготовить десантный рюкзак с песком. Пока пяти килограмм хватит, а дней через десть и на семь перейти можно.

    Вернувшись в санаторий, я узнал, как там идёт подготовка к отбытию на то место, где назначена встреча с богатыми людьми Москвы, что пожелали подлечиться и пройти омоложение. Парни и девчата Вольта, расположившись в трёх комнатах, пробросив длинные провода для соединения, активно работали. Оказалось Валентин им давно список переслал в электронном виде, его уже обработали, составили примерное состояние каждого клиента, по тем критериям, что я сообщил, передали Валюхе сколько с каждого возьмут и сколько можно ему взять. Причём одного из списка лечить они отказались. Когда я вернулся с пробежки и принял душ, то подтвердил их решение. Тоже либералов не люблю, где живут там и гадят. Он был не экранным либералом, что давали интервью газетам и телеканалам, выпячивая свою исключительность, а натуральным, о нём мало кто знал, но вреда от него даже было больше сотни экранных.

    Местных работников и охрану мы уже давно подмазали, так что они стали закрывать глаза на нашу необычность, поэтому, когда шесть десятков детей в начавшей сгущаться темноте покинули территорию санатория, предпочли снова закрыть глаза. Деньги каждому были заплачены приличные, по три зарплаты получалось, так что с этой стороны проблем ожидать не стоило.

    Ах да. Перед отъездом меня нашёл Вольт у одной из машины, тот видимо не стал пользоваться телефоном, и решил пробежаться, а то реально засиделся у себя в штабе, развеяться на свежем воздухе захотел. Так вот, он сообщил, что вечером к директору санатория позвонили из ФСБ, там искали большую группу детей. К счастью Вольт держал руку на пульсе и был в курсе, что наш бывший лагерь обнаружен, тот что с ямами от складов, вышли на него через распорядителя Парадом Победы. В котлованах даже сейчас работают эксперты. Ну и нас искали, а куда может деться такая прорва детей? Вот и обзванивали все госучреждения. В общем, штаб звонок перехватил, выведя к его к нам и там голосовым модулятором, полной копии директора, ответили, что детей с сообщёнными данными у них не было. Вот и всё.

    Потом Вольту по рации пришло сообщение, что Олех с парнями уже добрался до хрущёвки, где жили пострадавшие и приступил к работе, поэтому Вольт извинившись, побежал обратно. У него там начиналась горячая пора. Ладно, хоть часть программистов он опустил отдыхать, спецслужбы прекратили взламывать мой телефон, так что активная оборона по их атакам прошла.

    Мы же погрузившись во все машины, поехали к месту назначения. Кто-то спросит, почему нас так много. Так объясню, чуть меньше половины из шестидесяти учеников это бойцы, они должны проводить непосредственную охрану, а остальные это будущие лекари. Конечно, большая часть из них пока учила лишь теорию общего курса, но я приметил тех, что хотят стать медиками, вот и забрал их с собой. С первым клиентом работать я буду сам, но при этом с подробностями комментировать что делаю. Как я уже говорил, теорию они все прошли, так что будут понимать, что я им говорю. Теория теорией, но и практикой нужно учить своих учеников, вот я и решил устроить подработку и практику одновременно. Чего мне теряться, всё на пользу идёт.

    Мы отъехали подальше. Парни отвели меня вглубь леса, там был обнаружен овраг и в нём, подрезав и склоны, я и поставил склады. Из них выгнали технику, внутри загнали на освободившееся место часть «Дефендеров», после чего я свернул склады и бойцы, а чтобы котлованы не были обнаружены, натянули над ними маскировочные сети. Это чтобы с воздуха их было не обнаружить, а я был уверен, что их будут искать. Это было логично.

    Потом мы небольшой авто и бронеколонной направились к месту встречи и там ученики под моим командованием принялись готовить место для проведения омоложения. Там ничего сложного, длинный стол, самодельная душевая с баком наверху. Как раз бойцы бегали от недалёкого озера с вёдрами и заливали его, а мыться прошедшим омоложение придётся, ещё как придётся. Да и пара вёдер стояло поблизости, и резиновый коврик там, где они предположительно должны стоять. Бронетехника была укрыта в лесу с большей частью бойцов, остальные с автоматами были на виду. Это чтобы клиенты особо не наглели. Поляна была освещена светом автомобильных фар, да и рядом гудел генератор, давая свет на подвешенные лампочки, так что мы подготовились. Меня лишь пару раз отрывали от командования всеми этими приготовлениями, Вольт выходил на связь с новостями, оба раза по пострадавшим Игорю и его матери. Да и были там лишь доклад о данных нападающих и о благополучном завершении операции, Олех ехал с парнями обратно.

    По докладам Вольта я понял вот что, руководители нищими очень не обрадовались потерей перспективного добытчика денег, а суммы там ходили огромные, настоящая мафия нищих образовалась, вот и решили проучить его за отказ по договорённостям. Направленные на разборки костоломы на месте их не нашли, стали ожидать и дождались. Сломали Игорю нос, за то что тот в ответ сломал челюсть одному из нападающих, но силы были не равны, пятеро против одного. Повезло, что на первом этаже день рождения справляли, да ещё дворовые друзья Игоря, ну и те отбили их, не дали забить. Так что Игорь ещё хорошо отделался, сломанный нос, перелом руки, это он закрылся от удара обрезком арматуры, ну и множественные гематомы. У Инги Петровны, обширная гематома на пол лица, и вывих руки, но его уже вправили медики из приехавшей кареты скорой помощи. Один из убегающих костоломов подхватил выпавший пакет с деньгами, так бандиты их и получили.

    Игоря отправили в больницу, выписать обещали завтра, как только гипс наложат, а Инга Петровна поднялась к себе, ей помогали соседи. Ну и успокоившись, позвонила нам. Приехавшему Олеху она передала телефон Игоря, тот раздавленный во время драки остался лежать на лестничных ступеньках, и записную книжку. По ним парни Вольта и вычислили, кто к ним приезжал, сперва руководителя, потом и костоломов. Олех поехал именно к руководителю, владельцу небольшого ресторанчика. Тот был там, отмечал что-то несущественное для нас, поэтому когда в зал ворвался спецназ в масках, то как и положено поднял руки. Ну его к стенке и прикладами сломав обе руки, быстро допросили. Тот вообще не понимал, что случилось, мол, это их местные разборки, не наше дело. Три костолома оказались тут же в зале, поэтому им и их руководителю выстрелили в голову, особо не обращая внимания на довольно большое количество зрителей, после чего Олех покинул ресторан и поехали по адресам, что им дали. Главный что отвечал за тот район у авторынка, вообще был не в курсе, что один из его людей подобрал тот пакет с деньгами, видать, он не сообщил никому об этом. По первому адресу удалось застать того что имел перелом челюсти, он только что из травмпункта прибыл. Быстрый допрос, и снова пуля в голову, пусть скажет спасибо, что семью не тронули, мои парни солдаты, а не чудовища. Только после этого они поехали к тому, что и скрысятничал, однако на квартире его не оказалось, один из свидетелей из зала ресторана слышавший допрос руководителя, предупредил его, вот тот и рванул в бега. Хоть бы телефон выключил идиот. Его перехватили у входа на станцию метро, запихнули в машину на глазах наряда полиции и увезли подальше, там забрали и пакет и дополнительную пачку личных сбережений этого урода. А потом труп с пулей в голове выбросили на дороге. Заехав в больницу к Игорю, там уже был отбой, проплатили медсестре за вход, и прямо в палате Олех вылечил руку и все повреждения Игоря медицинским амулетом. Потом вернув деньги, а так же то, что взяли сверху как моральную компенсацию, отвезли его домой. Ну а когда парни возвращались, то подрезали и остановили такси, с тем языкастым свидетелем. Сломали ему руки, чтобы телефон в руки не брал, и щипцами выдрали язык, чтобы болтал поменьше. Естественно навели на него парни Вольта по телефону. Вроде всё, все долги розданы.

    Хотя нет, назад парни ехали на приличной скорости и на посту ДПС их остановили, тем более машина была без номеров, но сразу отпустили. Когда водитель открыл окно и сотрудник увидел бойца при форме и оружии, то только махнул рукой, мол, проезжайте. Только через полчаса на пост поступили данные о поиске микроавтобуса и подозрительного отряда спецназа неизвестной принадлежности, что спокойно расстреливает людей, вот этот сотрудник и вспомнил о проехавшем микроавтобусе. Сейчас Вольт отслеживает, что там происходило. К этому посту уже опера выехали, что занимались делом о бойне в ресторане.

    Но это так, дела мирские, мы же занимались добычей легального бабла, и этого бабла в автобусе, что сейчас медленно въезжал на поляну хватало. Один из бойцов, повесив автомат на плечо, двумя светящимися палочками руководил заезжающими машинами. Оба джипа он отправил в сторону, а автобус, отходя назад, заставлял следовать за собой, пока не скрестил руки над головой. Потом этот боец подошёл к окну водителя и велел оставить ближайший свет и без команды пока никого не выпускать.

    Конечно же, было опасно везти людей, причём не самых бедных и довольно известных, что мелькали на кранах телевизоров не раз, неизвестно куда, да ещё при таких деньгах, но гарантом тут выступал Валентин, он уже понял, что это действительно я и подтверждал что моё слово как кремень.

    Чтобы клиенты в салоне автобуса особо не наглели и не дёргались, в полосе света от одного края поляны к другой, урча мотором, поехал бронетранспортёр, «девяностый», что заметно впечатлило всех гостей. Как только машины встали, я направился к Валентину, что покинул свой джип.

    — Сегодня виделись, а столько всего прошло, на месяц бы хватило — обнявшись, хлопая его по спине, сказал я.

    — Ты бы знал что со мной было — хмыкнул тот, наблюдая как я здороваюсь с его водителем, тот мне тоже не чужим был. Все мы были как одна семья.

    Антон, водитель Валюхи, с интересом осмотрел меня, а смотреть было на что, поверх одежды у меня был новенький медицинский халат, с завязками на спине, но пошитый старым способом. Проще говоря, это халат с медскладов сорок первого года, один из моих многочисленных трофеев. Это ещё не всё, все мои будущие лекари были в таких же халатах. Их отсюда хорошо было видно, они заканчивали последние приготовления.

    — Да я в курсе, мои люди наблюдали за тобой — кивнул я. — Ну что тянуть не будем, пусть клиенты пока в автобусе сидят, я специально поставил его так, чтобы они всё видели, ну а мы начнём с тебя и Антона.

    — Антона тоже? — удивлённо спросил Валентин.

    — Так не чужой же. Всё давай, раздевайся и за мной.

    — Верхнюю одежду снимать? — не уверенно спросил тот.

    — Донага. Если стесняешься, могу начать с Антона, чтобы ты посмотрел.

    — Да, так будет лучше — с заметным облегчением кивнул тот.

    Всё же Валентин был довольно известным человеком, подбор клиентов, что сидели в автобусе это подтверждал, так что если это чудовищный розыгрыш, то это будет удар по его репутации, и фактически с ним никто не будет иметь дела. Вообще удивительно, что Валюха сразу согласился приехать, он обычно два-три дня берёт на раздумья, похоже прав был Вольт, на него серьёзно насели такие же серьёзные люди, и часть этих людей сидели в автобусе.

    — Олег, что делать нужно? — спросил у меня Антон, снимая пиджак под которым была сбруя я с пистолетом.

    — Сейчас объясню, что тебя ждёт — сказал я, Валентин придвинулся поближе, внимательно слушая. — Ты раздеваешься донага, вещи в машину можешь сложить, потом идёшь на тот освещённый со всех сторон участок, думаю, не застесняешься, встаёшь на резиновый поддон, и мы приступаем к таинству магии. Приготовься, тебя будет серьёзно рвать, ты покроешься слизью, это будет выходить излишки жира, и тебе будет плохо, но длиться это будет недолго, меньше минуты. Потом тебя будет мутить, и присутствовать серьёзное обезвоживание, бутылки с водой уже приготовлены. Вот пачки с минералкой стоят. А также нужна глюкоза, то есть сладкое, там «чупа-чупсы» лежат, их хватит. Дальше под душ, моешься и всё, свободен. Ты уже двадцатилетний парень. Как видите всё просто. У женщин процедуры те же, никакой разницы нет.

    — Всё понятно — кивнул Антон и пошёл раздеваться к машине, а мы с Валентином неторопливо отправились к процедурной.

    — Кто во второй машине? — поинтересовался я.

    — Очень серьёзный человек — вздохнул тот. — У тебя в списках он имеется. Сперва он посмотрит, как все пройдут это лечение, а потом уж и сам выйдет.

    — Серьёзный человек? — пробормотал я задумавшись. — Да у тебя там половина списка таких же серьёзных… Хотя подожди, Лев Валерьянович что ли?

    — Он.

    — А, ну я его бесплатно проведу через процедуру. За одну песню Дня Победы он этого достоин. Сам маршировал по Красной площади и слушал его голос. Веришь нет, от его харизмы и голоса аж слёзы наворачивались. Хороший исполнитель.

    — Да ты говорил, что там был, но я не успел осмотреть копию записи Парада, потом посмотрю.

    — Давай-давай — покивал я, оборачиваясь и глядя на подбегающего Антона. Тот был в семейниках, но перед тем как вступить на резиновый коврик-поддон, снял их и отбросил в сторону.

    Дальше мои ученики окружили место процедурной с трёх сторон, оставив место, чтобы из автобуса всё было видно, и я приступил к уроку. Да-да уроку. Перешёл я на язык Древних магов, который знали уже все ученики, там больше слов и понятий, чтобы объяснить, что именно я делаю. В течение десяти минут я просто говорил, пока Антон мёрз, было немного прохладно, изредка тыкая в его ауру, многие ученики вставали на цепочки и щурились, «истинным зрением» разглядывая ауру, особенно те области, которые подвергнуться лёгкому изменению. Ну а дальше последовала сама процедура. Используя двенадцать артефактов, за сорок три секунды, я превратил Антона из тридцатисемилетнего мужчины в молодого двадцатилетнего паренька.

    За его метаморфозой было интересно наблюдать, всё как я и говорил, рвало его так, что даже страшно становилось, он покрылся сантиметровым слоем жира, однако заметно похудел и действительно стал молодым. Изменения клеток это серьёзный процесс, но к счастью артефакты его контролировали, и всё прошло нормально. Ученики, как и зрители-клиенты, были впечатлены.

    — Давай к столу — велел я Антону и посмотрел на Валентина. — Ты следующий. Раздевайся.

    Антон не успел сойти с коврика, как его ополоснули мыльной водой из ведра, я и ученики отошли, чтобы не обрызгало. После этого ему вручили литровую бутылку с водой без газа, которую тот выдул в момент, потом взял вторую и сладость на палочке. Дальше Антон с палочкой конфеты торчащей изо рта прошёл к душу и, намылив шампунем голову, стал тщательно мытья. Всё это понятное дело на виду и под нескромными взглядами зрителей из автобуса. Когда Валентин уже разделся и направлялся к нам, Антон закончил, вытерся поданным полотенцем и подобрал свои семейники с травы. Правда, одев их, обнаружил, что те спадают, велики на несколько размеров, вот так вот поддерживая их двумя руками, он и направился обратно к машине одеваться. Подозреваю, что и одежда на нём теперь как на пугале будет смотреться. Да и Валентин усохнет, похоже, он это тоже понял, когда поглядывал на прошедшего мимо Антона. В подмену тот явно не верил. Во-первых, всё происходило на его глазах, и из поля зрения своего водителя он не терял, к тому же, он его в молодости знал, так что сходство на лицо.

    С Валентином происходило практически всё тоже-самое, только лекцию я уже не читал, и не сам делал операцию, просто следил как Гоша начал использование первого артефакта. Следил естественно с помощью артефакта-ювелира, комментируя все действия Гоши. Валентин, судя по ауре, серьёзно нервничал, похоже, его напрягло, что я не сам им занимаюсь, но чуть позже уверенные действия моего главного врача его под успокоили. Так что Валюха полностью выдержал процедуру. А там дальше всё штатно, прямо на коврике его окатили мыльной водой, потом дали напиться, сунули конфетку в рот и под душ.

    Следующие полтора часа мы работали как на конвейере, и все действия были как под копирку. Лишь трижды мы споткнулись, вылечили сломанный позвоночник двадцатишестилетней женщине, дочери одного из клиентов, вылечили СПИД у сына другого клиента, и восстановили зрение и кожный покров у сына третьего клиента, тот в пожаре пострадал, глаза лопнули и вытекли от чудовищного жара, как сам остался в живых не понятно. Ещё ему и по внутренним органам прошлись, восстанавливая, даже сожжённые лёгкие привели в порядок. Только в отличие от Валюхи и Антона, перед операциями мы принимали плату. Наш штатный бухгалтер со счётной машинкой считала деньги, много было пачек, не все драгоценные камни привезли, потом убирала их в специально приготовленные мешки. А камни в мешочки. У всех брали по разному, хотя операции проведены были одинаковые, но никто не возмущался, цену назначали мы и они могли её заплатить. Многие после процедур и душа гуляли на поляне, не веря в то, что снова стали молодыми, особенно две бывшие семидесятилетние старухи, не особо стесняясь, сверкали своими теперь упругими прелестями, а потом с визгом кружились, взявшись за руки.

    Короче говоря, с ними, наконец, всё было закончено, и радостные клиенты, многие подходили и благодарили, на автобусе отправились обратно. Мне кажется, больше всех был шокирован водитель нанятого автобуса, что следил за всем, что происходило, по-моему, он чуть не свихнулся от рухнувшего мироздания.

    Так вот, как только задние габариты автобуса исчезли вдали, к нам подошли Валентин и Лев Валерьянович. Я честно сказал ему, что денег не возьму, да и говорил уже, ещё когда списки просматривал, так что добро пожаловать на коврик. Его уже привычно помыли и ополоснули, как это делали после каждого клиента. В этот раз я так же не участвовал, сейчас была очередь одного из наших медиков-педиатров, поэтому, когда пациент разделся, одежду на руках держал Валюха, то она сразу приступила к процедуре.

    Надо добавить, что работали с этими артефактами и делали клиентов молодыми только три моих ученика, те, что со второго курса, Гоша и два его подчиненных. Остальные были просто зрителями, наблюдая за операциями, им это было полезно для личного опыта. И в этот раз всё прошло штатно, клиент сбросил возраст до двадцатилетнего и с конфетой во рту, сладкого после процедур действительно очень хотелось, начал принимать душ.

    Пока он его принимал, мы быстро сворачивались, подъехал «Урал, из леса начала выезжать бронетехника, впечатлив и Валюху, и клиента с его телохранителем, она хоть и не пригодилась, но как сдерживающий фактор очень помогла. Так что поляну мы покинули практически вместе, Валюха с клиентом на второй машине отправились в столицу, а мы к складам, нужно убрать технику и вернуться в санаторий. Время три часа, всем кто участвовал в операциях, я велел отсыпаться до обеда.

    Честно говоря, я лишь веселился от всех этих процедур. Как они будут объяснять родственникам и знакомым эту метаморфозу? В принципе деньги на счетах у них имелись, наверняка сами разберутся, но проблемы с этим у них ещё будут.

    Мы добрались до нужного места в лесу, там парни убрав маскировочные сети дали мне возможность в тех же котлованах развернуть склады. Мы загнали внутрь часть техники и убрали имущество, включая те халаты. Потом снова сворачивание складов и натягивание маскировочных сеток. Так как бронетехника на склады не вошла, места уже не было, я решил оставить её с нами. Пригодиться. Во время пробежки я уже приметил малохоженые места, поэтому пока основная группа ждала нас у дороги, мы загнали четыре единицы бронетехники и «Урал» в сосновый бор и оставили одного часового, сменят его утром. Тут до санатория два километра, радиостанция при нём, если что, докричится и вызовет дежурную группу. Ну а мы пешком все вместе отправились к санаторию. Часовой в полной форме и амуниции вроде солдата местной армии, так что прикрытие идеальное. Мало ли что военные тут проводят.

    Пока мои ученики, а они уже все переоделись в цивильную одежду, проходили через ворота, в полголоса обсуждая, что мы успели сделать за ночь, четверо несли следом за кассиром мешки с пачками денег, мешочки с камнями и драгоценностями я убрал в свою безразмерную сумку. У меня Гоша спрашивал, зачем мне их столько, так я и объяснил, не мне надо, им. Как они собираются учиться создавать артефакты без практического материала? Это сразу сняло все вопросы. Надо, значит надо. Школы магии действительно тратят огромные средства для закупки практического материала, а я вот заранее запасы делаю. Раньше я вообще думал, что не потяну такое количество учеников, а сейчас нет, уже уверен что потяну, и ведь тянул, учил, развивался, новые методики разрабатывал, причём без единой капли магии. Посмотрим, что будет, когда ко мне магия вернётся.

    Так вот пока мои ученики колонной втягивались через открытые сонным охранником ворота, я остановился и посмотрел на трёх мужчин, что осматривали один из наших микроавтобусов. Кажется тот, на котором Олех с парнями ездил вечером в город. Второй с нами был.

    Остановившись, я с прищуром их осмотрел, похожи на ментов, да и машина у них стояла неподалёку с работающим движком. Как только нашли, тут же дорог и населённых пунктов полно? Затеряться парни должны были.

    Быстро вызвав часового у бронетехники, и отдав ему пару приказов, я вызвал дежурного по штабу, Вольт и большая часть его подчинённых уже давно спали.

    — Дежурный по штабу, сержант Костих на связи — услышал я девичий голос.

    — У наших машин трое возятся, похоже на полицейских. Вам что-нибудь об этом известно? — коротко поинтересовался я.

    — Такая информация нам не поступала. Хотя мы слушаем дежурных всех ближайших полицейских участков. Известно, что две машины с оперативниками направились по трассе следом за нашим микроавтобусом, но пока информации от них не поступало.

    — Похоже, нашли они парней. Тёртые опера.

    — Поднять дежурную группу? — забеспокоился дежурный.

    — Сам справлюсь, но держи их наготове. Отбой.

    Оставив гарнитуру рации в ухе, я направился к операм, а это явно были они. Те конечно нас видели, как мы проходили на территорию санатория, да и то, что я стоял у будки охранника, а потом направился к ним, тоже приметили.

    — Доброго утра — поздоровался я с ними, действительно уже наступало утро. — Что-то интересное ищите?

    Подойдя я обнаружил, что один пытается незаметно вскрыть машину, сигнализацию они оказывается, уже отключили, а двое его страхуют.

    — Доброе, парень — кивнул один из оперов, предъявив удостоверение. — Ты не знаешь, чья это машина?

    Опера сто процентов спели допросить охранника на въезде, так что смысла юлить не было. Всё равно спецслужбы на нас выйдут да и подзадержались мы в санатории, слишком заметный след оставили, так что пора его покидать.

    — Знаю. Моя это машина. Что дальше?

    — Парень не шути — нахмурился капитан. — Те кто использовал эту машину, преступники.

    — С какой это радости? Я отправил их наказать тех, кто напал на моих наёмных людей. И то, что они устроили стрельбу в ресторане скорее положительно охарактеризовывает их, чем отрицательно. Мой приказ они в полной мере выполнили, кого надо наказали, сейчас отдыхают. В чём проблема?

    — О ресторане ты уже слышал, — задумчиво пробормотал старший опер. — Хотя эта информация пока в массы не выходила.

    Фонарь на столбе освещал площадку, находившуюся за территорией санатория, так что мы хорошо видели друг друга и могли общаться, да и другие сотрудники полиции подошли ближе.

    — Слышал-слышал, парни доложили, — кивнул я. — Мы можем договориться. Я плачу вам, и вы забываете, что находили эту машину. Кстати, как вы её нашли?

    — Тут на повороте кафе, когда микроавтобус свернул к санаторию, на улицу выходил покурить официант, он его и приметил.

    — Хм, как просто. Молодцы, работать умеете — похвалил я ментов, после его сунул руку в безразмерную сумку, отчего те напряглись, фиксируя взглядами каждое моё движение, и достал толстую стопку денег, не наших естественно, вечно зелёных. — Это вам в плату за молчание.

    Деньги я взял из тех, что чемоданами привозили клиенты к нам на место проведения процедур. Многие делали переводы на наш счёт. Положил пару десятков пачек разных валют, не забыв и российские, в сумку на всякий случай. Как раз такой случай и представился. Однако капитан даже не двинулся, только глаза у него очень колючими стали. Медленно осмотрев меня, до этого он мои слова больше как шутку воспринимал, а теперь собрался как перед прыжком. Да и двое других как по команде обступили меня, обходя по сторонам.

    — Значит, не шутил, твои люди работали? — сделал он правильный вывод.

    — Так что, договорились?

    — Нет, парень, не договорились — покачал головой капитан.

    — Раз со мной не смогли договориться — буркнул я, убирая деньги обратно. — Будете договариваться с «КВПТ» и автоматными стволами. Руки поднимите.

    — Чего? — не понял тот, но тут их окружило шестеро парней, держа на прицеле автоматов, и бесшумно подкатил «БТР-90».

    Парни выёживаться не стали, дали себя обыскать, сдав оружие и средства связи, потом им надели их же наручники, погрузили в десантный отсек «бэтра» и направили к стоянке бронетехники. Их автомобиль повёл следом один из бойцов. Теперь там было двое часовых. Один охранял технику, другой ментов. Их переместили в кузов грузовика, заменив личные наручники на пластиковые армированные, а то они свои наверняка открыть смогут, и заперли внутри. Утром разберёмся. Срываться немедленно я не собрался, а собирался хорошенько выспаться. В общем, пока дежурная группа занималась пленными, я прошёл мимо ошарашенного охранника на территорию, показав ему знаками, прижав палец к губам, чтобы тот молчал, и добрался до своей комнаты. Правда, при этом, не забыв предупредить дежурного, чтобы держал охранника под контролем, мало ли копам названивать начнёт, он же знал, кого мы скрутили. М-да, полтора суток в санатории, а столько сделать успели. Через пару минут, приняв быстро душ, я завалился спать.


    В этот раз нас не будили. Администрация пошла на встречу, так что воспитатели и инструктора этим утром выгнали на спортивную площадку не нас, а всю малышню, я очнулся от их гомона, когда они толпой выбегали рано утром из корпуса на улицу, но потом снова заснул, там воспитатели, если что вмешаются.

    Разбудили меня в полдвенадцатого, молодцы парни, дали выспаться. Причин было несколько, были новости и пора было идти обедать, завтрак мы пропустили. Снова приняв душ, но в этот разу же нормальный, смывая сонную одурь, я оделся и направился в штаб. Нужно узнать какие нам новости. А они были. Оказывается, мне уже несколько раз пытались позвонить, но Вольт велел отвечать, что Учитель ещё занят. Отвечал с помощью голосового модулятора молодым женским сексапильном голосом. Ментов искать пока не начинали, хотя им на мобилы звонили коллеги и руководство. Используя тот же голосовой модулятор, штабные вели диалог, отвечая, что «они» заночевали в деревне, и скоро дадут результаты, пока их не было. Голоса взяли от задержанных, заставив их на запись пробормотать несколько слов. Охранник на воротах порадовал, долго мучился, звонить или нет и отправился спать.

    В остальном без изменений, Игорь уже купил машину, в данный момент оформлял её на себя, новый «МАН»-грузовик взял, их ещё мебельными называли и Вольт прикидывал, где начать его использовать. Несколько остро необходимых вещей нам требовалось, так что некоторые программисты начинали искать оптовые склады, чтобы всё это там закупить. Но это пока так, распланированные дела. А вот то, что скоро придётся покинуть санаторий, это точно, поэтому штаб начал готовиться сворачивать наше тут житьё-бытьё и уже шла подготовка к эвакуации.

    Когда я находился в столовой, обедал со средневозрастной группой, малышей уже покормили, то зазвенел телефон в кармане, а я только-только ко второму приступил.

    — Слушаю — нажав на кнопку активации, ответил я.

    — Учитель, это Вольт. С вами снова пытаются настоятельно связаться. Пропустить звонок?

    — Давай, послушаем, что от нас хотят. Кстати, Валентин на связь не выходил?

    — Пока нет, он оставшуюся ночь и всё утро в сауне с девушками и своим водителем гулял, выпили хорошо. Сейчас в номерах отсыпаются. А телефон он отключил.

    — Ну понятно, отмечали. Ладно, давай мне того настойчивого. Кто там кстати?

    — Замдиректора ФСБ.

    — Ну пусть он будет — покорно согласился я, и почти сразу ответил. — На проводе. Говорите.

    Тот представился, и спокойным уравновешенным голосом убедившись, что я это я, то есть я подтвердил что маг и граф, после чего замдиректора прямо сказал, что президент отказался встречаться со мной без предварительных согласований. Поэтому на встречу прибудет он сам, то есть этот самый замдиректора.

    — Ну нет, так нет. Я вашему президенту, то есть вашему государству, хотел подарить другой чистый почти незанятый мир. Обойдётесь. Вы не поддержали договорённость, я должен был встретиться именно с президентом, поэтому сделка отменяется. Отбой.

    Нажав на отбой, я вызвал Вольта по рации и предупредил, чтобы меня больше ни с кем из этой шайки не соединяли и велел блокировать все их попытки выйти на нас. Не хай понервничают пару дней, там дальше видно будет.

    Доев остывшее второе, я выпил компот, эх вкус детства, и направился обратно в наш корпус. Пока шёл, крутил головой. Малыши были видны дальше, они занимались на спортивной площадке развивающимися играми, там и другие дети были, не только наши. В общем, занимались с ними серьёзно, это радовало.

    — Что у вас? — спросил я, проходя в одну из комнат, где находился Вольт и основная аппаратура спутникового слежения ну и оборудование управления. Тут же находилось трое сержантов, что с наушниками на головах не отвлекаясь на мой приход, с ним работали.

    — Было сорок попыток выйти с вами на связь, все они блокированы, мы просто перенаправляли звонки видным политическим деятелям России и соседних стран. Этой шавке-президенту Литвы они раз шесть звонили. Разбудили её, та отдыхала.

    — Да хрен с ней и сними. Что ещё есть?

    — Сборы почти закончены, все вещи собраны, малыши остались только. Местных работников о нашем срочном отъезд мы пока не предупреждали. Оперов покормили, завтрак был и недавно пообедали. Стандартно раз в два часа выводим в туалет по одному. По вашему приказу мы искали санаторий или центр отдыха в глухих места без средств связи. Найдено всего два, один в Сибири, другой в Крыму, в горах. Какой выбираем?

    — Естественно Крым, пока малыши отдыхают и дышат чистым воздухом, мы повеселимся в тылу нацгадов.

    Вольт довольно заулыбался, фашистов он очень сильно не любил. Для него бандеровец и фашист синоним — святоши. А тех он готов был давить голыми руками.

    — Нужно сделать заявку и внести предоплату. Тот центр отдыха от Украины России достался. Причём в очень запущенном состоянии, пока клиентов нет, как и средств для выживания. Наш заказ это шанс для их выживания.

    — Плати двойную цену, не жалко — велел я. — А в заявке отметь, что прибудут дети и семьи ополченцев, что воюют с хунтой. Прибудут завтра рано утром. Оплата от российского благотворительного фонда. Так что след хорошо заметём. Всё, прорабатывай операцию в подробностях. В Крым переберёмся так же, сегодня ночью с дозаправкой на транспортных «Юнкерсах», так что озаботься взлётной полосой, то есть полем с ровной поверхностью. Ну и автобусами тут и там.

    — Сделаем — уверенно кивнул начштаба.

    Потом он доложил, что Игорь уже закончил с регистрацией и был отправлен на один из оптовых складов, пора думать, куда доставлять все покупки, а их планируется много. Подумав я решил, что все грузы тот должен доставлять в лес, где мы склады разворачивали и где оставили замаскированные сетями котлованы. Парень задавать вопросов не будет, так что работаем.

    А то, что все склады у меня полные, это как раз и не важно. Это технику мы туда загнать не можем, а вот для небольших вещей от пола до крыши, можно штабелями ставить коробки до выхода, ну или вещи складировать, так что для этих самых коробок или вязанок с одеждой, места на складах как раз хватало. По словам Вольта, Игорь должен был до вечера успеть сделать около четырёх рейсов, так что все склады под завязку забьём. А брали мы в основном всякую мелочёвку, средства гигиены, нижнее детское бельё, электрооборудование разного назначения, как бытовое, так и для кухни, включая персональные компьютера и ноутбуки. Всякие плееры тоже сотнями закупались. Электрогенераторы брались, три десятка было куплено, от слабых до особо мощных. Вот это всё к складам и должен доставить Игорь.

    После посещения штаба, я с парой своих бойцов, Мика не было, он занимался подготовкой к эвакуации, на «Дефендере», сам за рулём сидел, отправился в лес, чтобы развернуть склады. За мной ехали оба микроавтобуса и ещё один джип. Там сидели парни и девчата из средневозрастной группы, сидели со всеми личными вещами, в санаторий они больше не вернуться. Их задача разгрузка машины Игоря, и потом всего что он привёз перетаскивание на склады. Ну и рассортировать всё нужно было так, чтобы уместилось.

    С этим я закончил быстро, склады развернул. Парни и девчата сложив вещи в одной из машин стали пока выгонять технику, что была внутри и перебирать вещи, разложенные на полках стеллажей, пока Игорь ехал. Его контролировали со спутника, чтобы он не заблудился, склады подготавливали к приёму дополнительных грузов. Скажу честно, девчат подросших было много, так что и средства гигиены были куплены для них, включая несколько коробок с дорогой эксклюзивной косметикой. Вольт, когда заказывал, подсчитал, сколько у нас девчат, от самых маленьких до взрослых и заказал по два комплекта каждой, так что куплено было с запасом. Правда, у меня условие было, косметикой пользоваться только тем девчатам, которым уже исполнилось пятнадцать, не раньше. В шестнадцать я им разрешал замуж выходить. Раньше ни-ни, молоды ещё.

    Оставив учеников у складов, потом вернусь, когда они будут полны и поставлю тут другие, а сам поехал в столицу. Со мной было всего двое парней. Один за рулём, а то тринадцатилетний мальчишка вызовет ненужные вопросы, второй рядом. Сам я развалился на заднем сиденье. Прежде чем покинуть окрестности Москвы, мне нужно было сделать несколько дел, заехать к барыгам, адреса, которых дал Вольт. Там можно драгоценные камни купить, ну и знаний набрать. Насчёт последнего поясню. Мои девчата симпатичные и видят, какие тут ходят сельские девчата, то есть пользоваться косметикой они совершено не умели, не было в их мире подобных девайсов, а учить некому. Поэтому заметив, как они пробуют красить губы у зеркала, я подошёл с этим вопросом к Одне и, уточнив уровень проблемы, пообещал добыть знания стилиста-косметолога. Со стороны девчат я встретил огромную поддержку. Обучу этими знаниями пару девчат, и будут у нас свои профессиональные косметологи-визажисты.

    Пост ДПС мы проехали нормально, не становили, а когда оказались в столице, поехали по первому адресу. По словам Вольта этому барыге недавно скинули большое количество краденных драгоценностей.

    Тихий двор, такой же тихий дом и подъезд, у которого на лавочке сидело две старушки, а так же железная дверь, на которую бойцы начали прилаживать взрывчатку.

    — Подождите — остановил я их и нажал на звонок.

    — Кто? — буркнули за дверью через минуту.

    — Гости в дом, счастье в дом — сказал я ритуальную фразу.

    Пощёлкав замками, дверь отварилась и наружу выглянула здоровенная ряха, которая замерла, когда ей в лоб уткнулся ствол «ТТ».

    — Вперёд — скомандовал боец, что держал пистолет и повёл хозяина внутрь квартиры, которую уже осматривал второй ученик. Ну а я, закрыв дверь, последовал за ними.

    — Кто в такие? — хмуро спросил барыга, сидя на стуле посередине зала. В квартире кроме него никого не было, так что работали мы спокойно.

    — Покупатели — хмыкнул я и бросил на столик рядом с ним две пачки со стодолларовыми купюрами. — Тащи все брюлики что у тебя есть, золото можешь оставить себе, интересуют только камни. Причём настоящие, подделку с ходу срубим.

    — А они что, в цене подскочили? — заинтересовался тот, тут же зашелестев купюрами. — Что-то я не слышал.

    Тот особо кочевряжиться не стал и достал из разных тайников запасы. Пришлось даже накинуть, он достал больше чем я ему денег дал, так что расстались мы довольные друг другом. Заскочив к ещё двум барыгам, и купив всё, что у них было, мы направились в лучший и дорогой салон красоты в Москве. Пара купюр охраннику у входа и вот мы в кабинете директора.

    — Что простите? — даже потрясла головой моложавая и хорошо выглядевшая дама, директор и владелица салона.

    — Я хочу купить знания ваших лучших работников.

    — То есть вы их хотите нанять? — ни как ни понимала та.

    — Нет, я хочу скопировать их умения и знания, забрав их из головы — медленно для понимания повторил я.

    Мы находились в роскошном кабинете, оба моих охранника остались снаружи с местной охраной, так что разговаривали мы совершенно одни.

    — Разве такое возможно?

    — Конечно, можете даже посмотреть. За просмотр денег я не беру. Давайте лучше поговорим о стоимости знаний каждой вашей сотрудницы.

    Та видимо пришла в себя и сказала:

    — У каждого сотрудника свои знания и своя специализация. Что именно вам нужно?

    — Скажу проще, чтобы девушки могли краситься, себя или подруг. Работник ваш обязательно должен быть женского пола.

    — Вот это вы зря. У нас двое очень неплохие специалиста. Отличные парнишки.

    — Вот-вот, с такими парнишками, я в одном помещении находиться не хочу, брезгую. Один раз мне такой повстречался…

    — И что?

    — Облил бензином и поджёг — пожал я плечами, припомнив тот случай. — Ересь нужно выжигать.

    — Да вы правы — после долгого молчания сказала дама. — Будут вам девушки. А цену я уже нашла, треть мне, остальное им…

    Через десять минут в кабинете оказалось четыре девушки и под любопытными взглядами владелицы салона красоты, я снял у них слепки памяти и знаний, отделив первое, мне только знания нужны были. Так что, расплатившись, и захватив всё своё магическое оборудование, я направился к выходу. Пока запланированные в городе дела закончены, дальше будет видно, пора к остальным приступать. Через час мы покинули столицу России, направляясь к санаторию.


    * * *

    День прошёл, как и запланировано. Игорь успел сделать четыре рейса от оптовых складов к нашим, отчего мои ученики доставленным товаром теперь действительно заполнили склады под завязку. Потом мы это всё свернули, но маскировочную сетку не стали сверху натягивать, теперь уже ни к чему. Не хай находят. Игорь был отправлен домой, пускай отдыхает пока, а после ужина, Эрих уже сообщил директору санатория, чтобы по независящим от нас обстоятельствам мы покидаем их, погрузились в прибывшие автобусы и в уже полной темноте направились к полю подобранному парнями для взлёта. Тут меньше двенадцати километров было. Парни уже перегнали туда все наши машины, включая бронетехнику, оставались только те «Дефендеры» что проходили усовершенствования в сервисе, и ждали только нас.

    Четыре автобуса нормально довезли нас до нужной трассы, высадили, а там уже мы пешочком направились дальше. Тут всего пару километров было. Пока мы дошли, взошла луна, освещая серебристым светом окрестности. Поэтому нам никто не помешал действовать дальше. Я развернул баул, а ночью это даже проще, магические нити ярче светятся, когда глядишь на них через амулет-ювелира, и дал возможность парням выкатить транспортники. Пока их заправляли и готовили к вылету, были поменяны накопители на амулетах шумоподавления, что были установлены на моторах. Хорошо иметь столько учеников, что мгновенно заряжают разряженные накопители. У меня с этим теперь проблем не было. В общем, пока их готовили, на места транспортников в баул загнали всю нашу технику, включая часть личных вещей для снижения полётного веса, а я свернул баул. Дальше была повторная перекличка, а то мы из санатория один раз уже чуть не уехали, забыв одного пятилетнего мальчишку в туалете, и когда та прошла, стали рассаживать учеников по самолётам.

    Ну а дальше понятно, взлёт и в тишине, лишь вибрация корпуса, показывающая, что моторы работают, и имеется боковой ветер, направились в сторону Крыма. Летели напрямую для экономии топлива. Потом посадка для дозаправки в районе Днепропетровска и снова взлёт, пока не прибыли на место.

    Вольт с помощью спутников изучил место нашего будущего проживания, так что выдал лётчикам эти снимки, пометив удобные места для посадки и одно из них особенно. Действительно, на территории Крыма Вольтом было найдено несколько полей удобных для посадки рядом с трассой, так вот, на все эти поля самолёт по очереди должны сесть, высадив пассажиров, потом лётчики перегоняют самолёты на главное поле, где совершит посадку самолёт со мной на борту. Тут я разверну баул и уберу самолёты, достав часть автомашин.

    Это всё было нужно, чтобы не привлекать внимания таким объёмом детей и пассажиров что прибывали в центр разом из одного места. А вот в три группы, да ещё из разных мест и на автобусах, заказанных из разных городов, это ещё ничего. При дозаправке, накопители на амулетах шумоподавления были поменяны, а то те уже на издыхании были, поэтому наш прилёт в Крым был тих и без отсветок на радарах. Набираемся опыта как говориться.

    Рациями мы не пользовались, они у меня не дооборудованы были, поэтому нас могут засечь в момент и выслать на источник сигнала тревожные группы, что нам бы очень не хотелось. Из-за ситуации с Украиной, обстановка на границе напряжённая и спецслужбы на всё реагируют с похвальной быстротой.

    Когда баул был развёрнут, из него выгнали все три наличных «Дефендера», и оба микроавтобуса. Именно по той причине, что у нас была своя техника, к нашему пункту прибытия был заказан всего один автобус.

    Время было четыре утра, до прибытия автобуса ещё часа три, поэтому мы уложили часть детей в машинах, а сами устроились у микроавтобуса, у которого Вольт начал разворачивать штаб. Естественно новостей было достаточно, мой номер буквально разрывался, все хотели меня видеть. Те не многие что обо мне знали. Лишь Валюха был спокоен, ему позвонили и сообщили, что пару дней я буду недоступен, занимаюсь своими делами. Тот спокойно сообщил, что заявок уже больше полутысячи, после чего направился выправлять себе новые документы. На тех, на которых он был, там было лицо сорокапятилетнего мужчины. Как я и предсказывал, у многих прошедших процедуру омоложения появились проблемы с опознанием. Одну из старушек, родственники которой давно уже мысленно поделили наследство, категорически отказались признавать, что она это она. Там сейчас скандал разрастался, однако экспертизу по ДНК делать всё же начали. Думаю из всех, только наследники омоложённых не обрадовались этой процедуре и обвиняли меня во всех грехах, проклиная при этом.

    В общем, Москву мы успели оставить вовремя, та уже бурлила от слухов и домыслов. А слухи были из интернета. Кто-то из клиентов снимал на телефон из салона автобуса процедуру превращения старика в молодого и выложил запись потом в интернет. Естественно мы давно его вычислили, естественно если бы мы захотели то не дали ему бы выложить эту запись, добавлю, если бы он её не сделал, нам пришлось бы самим этим озаботиться. Так что для тех кто прошёл омоложение, после того как запись была выложена, им стало легче проходить опознавание. Ко многим обратились медицинские центры для исследований, двое или трое дали согласие соблазнившись предложенными суммами, остальным это было не интересно. Так что в Москве реально разгоралась информация об этом. Да что говорить, даже по государственным каналам это проходило, как я уже говорил, среди моих клиентов было много известных людей, и те уже начали мелькать на экранах.

    Вот только Валюха бесился, ему житья не давали, у богатых людей много возможностей найти интересующего их человека, а когда тот их ОЧЕНЬ интересует то они идут на всё, так что его никак не хотели оставить в покое. Подумав, я велел начштабу утром отправить Валюхе сообщение, что процедуру омоложения пройдут ещё триста человека и всё. Первый сеанс будет через день или два, на назначенное место должно прибыть на двух автобусах шестьдесят человек. Пусть сегодня днём пришлёт списки тех, кого он отобрал для этого, ну а мы уж проработаем с ними.

    — Федералы сто процентов попытаются внедрить если не человека, то жучок чтобы вычислить, где будут проводиться операции и нагрянуть туда — сказал лейтенант Жезен, командир взвода связи и электронной борьбы. Вольт кивнул, он был согласен со своим подчинённым.

    — Так вы у меня для этого есть. Ваша задача проконтролировать нашу встречу, чтобы никаких жучков и никаких подсадных уток. Да и проследите за Валюхой. Уверен, его вот-вот возьмут под колпак.

    — Уже — сообщил один из сержантов, открываясь от монитора военного ноутбука. — К нему уже выдвинулись группы наблюдения. Через час он будет под полным контролем. Пытаются прослушивать его телефон, но тот его выключил, спит. Ночь же ещё… А, не утро уже оказывается.

    Действительно начало светать, однако это не мешало нам продолжить работу. Пара бойцов с автоматами нас охраняли, заняв позиции у дороги, машины стояли, да и мы развернулись в сорока метрах от неё, на съезде на просёлочную дорогу. Об остальных группах я не беспокоился, с одной Мик и Одна, с другой Эрих, эти парни и девушки ответственные, не подведут. Тем более они отзвонились и сообщили что у них всё нормально. Это радиостанциями мы старались не пользоваться, а сотовыми пожалуйста. Правда, Эриху пришлось подниматься на высотку, на поле не было сигнала.

    Припомнив как мы прощались с сотрудниками полиции, что вынуждено держали больше суток, я улыбнулся, их оставили у своей машины глубоко в лесу, сотовые разобраны, оружие и документы в багажнике. Наверное, до сих пор из леса выбираются.

    Парни работали активно, используя несколько спутников для связи, да, кстати, им ещё один штатовский взломать удалось, тот, что над Украиной висит и часть Крыма охватывает. Вот в Госдепе наверное вешаются, второй спутник теряют за неделю. От парней я узнал, что менты ещё в полночь, бросив машину, спокойно выбрались из леса и уже находятся на ковре у начальства. Я особо не интересовался таким их упорством в наших поисках, а всё оказалось просто, в том ресторане, где мои парни прессовали нищенскую мафию, была дочь одного московского эмвэдэшного генерала. Девка была истеричная и когда мои ученики ушли, отзвонилась папаше и все уши ему проездила, мол, найти и наказать. Похоже, испорченное бельё простить не могла. Вот подчинённые генерала нас так активно и искали.

    Задумавшись на мгновение, мне такая активность не нравилась, я отдал приказ:

    — Разработайте план ликвидации этой девки и её отца. Мне их активность очень не нравилась.

    — Ну девушку понять можно, старая дева, свидание с симпатичным парнем в ресторане, а тут такой конфуз — улыбнулся Вольт.

    — Да мне как-то разницы нет… Ладно, сделай обоим предварительно звонки, с просьбой унять активность, если не примут наш совет, ликвидируем.

    В это время подал сигнал один из наблюдателей. На дороге появился наш арендованный автобус. Как-то быстро время пролетело, только начали решать накопившиеся вопросы, раз и три часа как не бывало. Разбудив малышей, что спали в машинах, мы помогли им выбраться, прийти в себя, и посадили в автобус, Вольт с парнями уже свернули оборудование и поместили его в микроавтобусы, после этого общей колонной мы поехали к центру. Тут чуть больше ста километров петлять, будем на месте часа через два с половиной три.

    Когда мы прибыли на место, как раз с территории выезжало два автобуса, видно какая-то группа прибыла первой, а когда остановились, выяснилось, что мы даже последними были. Покинув автобус и помогая малышам спуститься на землю, отправляя их к открытым дверям входа в центр, я осматривался. В стороне местные служащие вели работы по разгрузке двух фур с продовольствием и ещё чем-то на склад. Видимо наш платёж пришёлся вовремя, всё, что нужно для проживания стольких детей было заказано и уж прибыло. Прибыли утром так же две ремонтные бригады, что стучали молотком в небольшом здании, которое я принял за кухню. Та ею и оказалось. Внутри уже суетились работники, готовя обед. В общем, центр оживал. Конечно, нужно было дать ему хотя бы неделю, однако, время поджимало, обкладывали со всех сторон.

    Отпустив автобус, с сумкой на плече я направился следом. Багаж у каждого был свой, так что из роли мы пока не выбивались. На первом этаже жилого комплекса царила суета, но управляемая суета, шло заселение. Было видно, что работники опытные, но их было мало, поэтому работа шла медленно. С Эрихом разговаривал директор центра, он считался старшим у нас, поясняя, что пока они не могут нанять стольких воспитателей, так как не ожидали такое количество детей и соответственно не успели подготовиться. Тот успокоил, сказав, что нужно лишь трёхразовое питание, а лучше четырёхразовое и комнаты с кроватями, а так мы, мол, и сами справимся. Тот покивал, и они продолжили разговор, Эрих увёл его на наши нужды, попросив предоставить большую комнату с несколькими розетками для компьютерного класса, мол, у нас всё своё, главное чтобы дверь на ключ закрывалась. Нам нужно было помещение для штаба, вот о нём и шёл разговор. Вольт что стоял в очереди ближе к стойке, ожидая, когда его заселят, со своими парнями и девчатами внимательно слушал их беседу и изредка одобрительно кивал.

    Документы у нас были в порядке, Вольт постарался, по ним мы были из разных частей и городов Новороссии, причём из тех, где ведутся боевые действия. Так что прикрытие идеальное. Парни Вольта даже в сети ЖД, оставили отметку о том, что мы пересекли границу, а чтобы нами не заинтересовалось крымское ФСБ, в сопроводительных документах была отметка, что мы уже прошли проверку.

    Сам центр располагался в красивейшей долине рядом с горным озером, мы успели оценить её красоты, когда въехали и ехали к зданиям комплекса. Он имел большое трёхэтажное здание гостиницы, нас как раз в неё и заселяли, несколько зданий поменьше, в которых располагались администрация, управление, склад, кухня, ну и гараж. На первом этаже этой гостиницы кроме холла, где нас регистрировали, были столовая, большая вроде как, но я ещё её своими глазами не видел, несколько залов, спортзал, ну и комнаты для какого-то инвентаря. Наверное, для скалолазов и любителей ходить в походы, палатки и всё остальное. Нет, мне это не сказали, просто я стоял в общей очереди и рассматривал схему на стене, там всё было. Корпус был трёхэтажный, два верхних этажа жилые, вот так вот. Мест хватало всем. Малышей селили по трое, средневозрастную группу, по двое, старших по одному, как я уже говорил, мест хватало. Селили по половым признакам, девочек с девочками, мальчиков с мальчиками.

    Заметив как по лестнице с верхнего этажа спускается Мик, я понял, что тот уже устроился. Заметив меня, он подошёл, лавируя между малышами, и встал рядом.

    — Командир, с такими толпами народу вся конспирация насмарку.

    — Точно — хмыкнул я, наблюдая, как Вольт получив на руки квитанцию на заселение, поднимается по лестнице. — Кто же знал, что директор как будет первый транш, сразу начнёт заниматься серьёзным ремонтом. Да и по состоянию зданий видно, что всё тут на ладан дышало. Пусть занимаются, прикрытие у нас отличное, Вольт со своими молодец, постарался.

    — Да уж, парень явно на своём месте, аналитик отличный, — согласился капитан. — Штабная работа явно для него. Лучшего зама у меня и не было.

    — Ты лучше проведи разведку окрестностей, потом доложишь. Эрих комнату для штаба выбил, Вольт со своими как в комнатах устроится, сразу будут там штаб организовывать, на тебе его охрана.

    — Сделаем — кивнул Мик, и направился к выходу.

    Очередь всё же двигалась, наконец, и я оказался у стойки регистрации. Стоявшая за ней женщина строго посмотрела на меня поверх очков и также строго спросила:

    — Фамилия?

    — Михаил Золотов.

    — Золотов… Золотов… — стала искать та меня в списках что ей дали на руки. — Есть такой. Тут написано с сопровождением.

    — Да, шесть малых детей. Мы из одного села, стреляли постоянно. Снаряд в садик попал, воспитательница погибла, вот нас сюда и перевели, пока война не закончится — вздохнул я.

    Те дети, которые якобы были из одного со мной села, стояли рядом, внимательно нас слушая.

    — Так, вот твой наряд на заселение, почему-то тут стоит отметка об одноместном номере, отдашь его дежурной по этажу. Она же заселит и выдаст бельё. Вот это наряды на заселение в номера на втором этаже для маленьких детей, что ты сопровождаешь. У тебя две девочки и четыре мальчика. Трёх парнишек в один номер, вот наряд, одного парнишку к двум другим, в соседний номер, вот наряд ему, а девчушек в другой номер, потом я подселю к ним кого-нибудь. Кровати там для взрослых, но думаю, это проблемой не встанет. Помоги им с бельём — попросила заведующая, а это похоже была она.

    — Хорошо — согласился я.

    Все сумки с личными вещами малышни и так были навьючены на меня, помимо моей собственной, поэтому получив наряды и позвав их с собой, пропустив вперёд, я направился на второй этаж, что выделили для малышей. Кстати и мой наряд был на номер на этом этаже. Когда мы поднялись, две девушки-воспитательницы из моих учеников, которые и были ответственны за этих малюток, забрали у меня их сумки и наряды. Теперь это их проблемы заселять их и устраивать на месте, ключи они похоже уже получили, так как сразу направились к номерам. Дежурной на месте не было, оно выдавала бельё предыдущей партии, поэтому пришлось подождать.

    Через минуту подошла дородная женщина, что вытирала платком пот со лба. Было видно, что это утро её изрядно вымотало, столько народу принять и заселить не просто, тем более это не взрослые степенные мужчины и женщины что ходят в походы и к которым она привыкла, а дети, от которых шума было больше чем от взлетающей межконтинентальной ракеты. Судя по тому, как дежурная морщилась, у неё уже начиналась мигрень. Ничего, это детишки ещё тихо себя вели на новом месте, дальше хуже будет, но расстраивать дежурную я не стал. Та выдала мне ключ от номера, велела устраиваться, а чуть позже подходить за бельём.

    Номер был светел, находился с солнечной стороны, поэтому осмотревшись, я довольно кивнул. Похоже, его недавно убирали и мыли, был запах свежести и моющих средств. В номере был санузел с унитазом и крохотной ванной, там можно было только сидеть. Осмотрев номер, я ещё раз довольно кивнул, он мне понравился. Кровать двухспалка, номер, похоже, для семейной пары, у окна журнальный столик и два кресла, даже не стулья, палас-дорожка от двери до середины комнаты, люстра, занавески, картина на стене с зимним деревенским пейзажем и всё. Холодильник с открытой дверцей в углу стоял, в розетку вилка была не воткнута, сверху лежала. Вся мебель помнила ещё советские времена, с тех пор тут ничего не менялось и не обновлялось, но было в приличном состоянии. Меня всё утраивало.

    Достав из сумки электрочайник, я поставил его на столик, вещи разложил по полкам в шкафу, зубную щетку унёс в туалет, положив на полку над раковиной, и только потом направился за бельём. Дежурная уже была в комнате, где хранилось бельё. Поэтому я подождал, пока она выдаст его трём девушкам, те по очереди бегали, переносили выданное, ну и наконец, сам получил. Одеяло, пододеяльник с наволочкой, простыню и два полотенца. Дополнительного попросил только выделить ещё одну наволочку, у меня в номере было две подушки. Устроившись в комнате, я запер его и направился искать Вольта.

    Что мне нравилось, в этой долине не было приёма сотового телефона, не работали они тут. Мик уже разведал, чтобы кому-нибудь позвонить, нужно пробежать два километра до крутого поросшего соснами склона, подняться на вершину и там будет неустойчивый сигнал. Лишь у Вольта не было никаких проблем, с его оборудованием для управления спутников он мог находиться хоть на тропическом острове посредине океана и сигнал у него всегда будет. Кстати, его аппаратура могла переправлять звонок и в центре, причём на выбранные номера, так что как раз у нас проблем со связью не было.

    Для штаба уже выдали комнату, там сейчас убирались, потом Вольт начнёт разворачивать аппаратуру и оборудование, но пока оно всё ещё лежало в наших машинах. Выйдя на улицу, я осмотрелся. Корпуса я уже видел, в стороне была гравийная площадка, парковка, там и выстроились в ряд наши машины, три джипа и два микроавтобуса.

    Два грузовика что я приметил по приезду, уже уехали, у склада с бумагами стоял директор, видимо проводил проверку того что привезли, рабочие суетились у здания кухни, а так вроде стало поспокойнее. Почти сразу выяснилось, что я ошибся, из жилого корпуса с криками гурьбой выплеснулась молодёжь, мои самые маленькие ученики, но воспитатели быстро построили их в колонну и направили к озеру. Они решили устроить прогулку перед обедом, который будет через час.

    Пока я стоял, греясь на солнышке вернувшийся Мик доложил, где можно держать связь, туда даже тропинка пробита была, видно все местные служащие к сопке ходили, и с некоторым удивлением сказал:

    — Я всё вокруг осмотрел, ну нет тут линии электропередач. На пятьдесят километров вокруг ни одного населённого пункта. Движка не слышно, как они электричество получают?

    — Скорее всего, это продукт двойственного назначения — пояснил я. — Где-нибудь рядом есть или был секретный военный объект, под землёй турбины, что дают электричество, были его излишки вот и построили тут этот центр.

    — Ну да, вполне может быть — согласился капитан. — Пойду, договорюсь насчёт боксов гаража. Там стоит одна легковушка директора да полуразобранный грузовик. Машины наши туда уберём.

    — Давай — согласился я и направился узнавать как там Вольт.

    Выяснилось, что они уже начали устанавливать аппаратуру, но это я и сам видел, как они бегали с ней от машин к зданию, требовалось узнать, сколько времени у них на это уйдёт. Вот и узнал, к обеду закончат. Сейчас двое сержантов на чердаке возились, спутниковые антенны устанавливали и юстировали.

    К обеду вернулись довольные прогулкой малыши, их первыми покормили, а то утром перед прибытием автобусов они только всухомятку поели, ну а после того как их покормили, и мы заняли столы. За одним столом сидел я, Мик, Эрих, Вольт, Белла и Одна. Вольт уже сообщил, что остались последние приготовления и можно работать. Эрих общался с директором и тот не против, если группа взрослых подростков на несколько недель уйдёт в горы, обещал выдать инструктора, и удивился когда от него отказались. Но это понятное дело для прикрытия, боевая группа будет направлена в тыл укропам, у лейтенанта уже руки чесались повоевать там. Как и многие из моих учеников он смотрел новости и пользовался интернетом, поэтому национальную гвардию Украины сильно недолюбливал, так же он недолюбливал и артиллеристов хунты. Мик договорился насчёт гаража, машины уже загнали, а так же насчёт и лодок. Озеро было крупным, там имелась лодочная пристань и вытащенные на берег четыре лодки. То есть директор дал согласие ими пользоваться, вёсла в сарае, рыболовные снасти там же. Выяснилось, что тут и рыба водилась. Оказалось, специально завезли, причём хорошую, форель.

    Когда обед заканчивался, я сказал:

    — Значит так. Сегодня все отдыхаем, завтра Эрих с ребятами и девчатами добровольцами начинайте готовиться к рейду. Ночью мы вас перебросим через границу. Пусть Вольт подберёт место для высадки, где много ваших нелюбимых нацгадов. Дальше держите связь с ним и координируете все свои действия, чтобы не зажали где. Вольт, ты свою задачу в отношении группы Эриха понял. Так же найти поблизости от центра ровную площадку, мы там устроим замаскированный аэродром, натянем масксети. Это на случай если Эриха потребуется вывести с территории Украины, а я буду в Москве. Оставим там транспортник и запас топлива. Одна, на тебе все ученики, что тут находятся, досуг, отдых и учёба. Конечно, со временем слух о нас пойдёт, но думаю, недели две-три у вас будет для спокойного отдыха тут. Белла, на тебе как всегда малыши, что делать ты знаешь. Ну а мы с Миком, медиками и четвёркой ребят для охраны вернёмся в Москву, дел у нас там много. Вылет в ту же ночь что и у Эриха. Это пока все планы на ближайшее будущее. Вопросы есть?

    Вопросы естественно были, поэтому попивая чай, я спокойно на них отвечал, подробно разжёвывая непонятные моменты. После обеда, молодняк снова повели к озеру, вода там была, конечно же, ледяная, поэтому были устроены игры на берегу. Наши любители порыбачить, набрав снасти и спустив две лодки, ушли в середину озера и сидели. Им нужна была лишь тишина, удочка и возможность поудить рыбу, и они это получили, так что пятёрка учеников была довольна.

    Этот день прошёл хорошо, все отдыхали, все довольны, лишь штаб Вольта работал, вернее даже работал вполсилы, просто чтобы держать руку на пульсе. Половина ребят отдыхала, половина работала. Вольт лишь несколько раз отвлекал меня от отдыха. По первому случаю, один из моих клиентов был похищен наёмниками и подготавливался его вывоз за территорию России с последующей передачей представителям зарубежных фармакологических концернов, там же были длинные руки госдепа. Потом сообщил, что Валюху приняли на выходе из отдела полиции, где он получил новый паспорт, и повезли на Лубянку. Ну и третий случай, выходил на связь Игорь, он собрал своих знакомых, инвалидов войны, причём Вольт добавил, что его уже пасут ФСБ, убрав с дороги полицию. Ну это и понятно было. Ах да, ещё Михаил звонил, перекуп с авторынка, он нашёл нам ещё восемь «Дефендеров» и узнавал, будем брать или нет, договорённость та же или нет.

    На все новости я или отвечал или комментировал. Велел скинуть анонимное письмо на сайт доверия ФСБ, где была информация о том, где содержится выкраденный мой бывший клиент, пусть российские спецслужбы его освобождают. Они всё сделали правильно, и его освободили, и наёмников взяли, ну и посредника, что всё это организовывал, заказчики, к сожалению, находились за границей. Ха, если бы моих учеников попытались так же выкрасть, да я бы ту же Европу с землёй сравнял, не смотря на последствия. Мои ученики, это мои ученики, а на того клиента мне плевать, просто пожалел его. Наверняка ведь вскроют и будут у него внутри искать что-то интересное. Именно поэтому я велел обзвонить всех клиентов, включая Валюху и в подробностях сообщить как выкрали того бедолагу, пусть остерегутся. Ну и информацию выложили с данными посредника и заказчиков, там уж и спецслужбы подсуетились, выбросив информацию на новостные каналы. Всё в тему пришлось. Новый скандал, где западные бизнесмены снова встают в нелицеприятном свете.

    По Валюхе, которого увезли на Лубянку, контролировать сторонне, ну а когда выпустят, связать меня с ним, интересно было узнать, чего спецслужбам от него надо было. Ну чего надо и так было понятно, мы их интересовали. Кроме Валентина они посетили всех, кто прошёл через процедуру восстановления молодости, но забрали к себе только его. Пока не звонили, видимо его ещё не выпустили, два часа уже держат в сырых подвалах.

    По Игорю, велел ему быть наготове, мы с ним сами свяжемся. Так же предупредили, что лечение разовое, больше встречаться мы с ним не будем. Помогли ему, как могли, на ноги поставили, дали возможность прилично зарабатывать на собственном грузовике, дальше сам пусть крутиться. От хвоста, что к нему прицепился, мы избавим, придумаем что-нибудь.

    Михаилу тоже ответили, берём все тачки, оплата электронными переводами, пусть за дополнительную плату снимает их с регистрации и перегоняет к тому сервису, со стоянки мы все машины и заберём, с хозяином сервиса мы уже договорились. К тому же он сообщил, что две машины готовы, можно забирать… но лучше вечером, чтобы краска, нанесённый камуфляж, высохла. Обещали быть дня через два-три. Михаила спецслужбы пока не вычислили, как и наш сервис, но не думаю, что это продлиться долго, как сказал Мик аппаратура у нас крутая, тут мы выигрываем, но там оперативники ещё лучше.

    Ещё могу добавить, что звонок генералу и его описавшейся в ресторане дочери делать уже не требовалось, их и так прижали, но не мы, с Лубянки грозно рявкнули.

    Сам я с послеобеденного времени и до самого отбоя всё время проводил с малышами, став одним из их воспитателей, играя и читая им сказки перед сном. Это не только я им нужен, половина у меня на коленях посидеть успела, но и они мне тоже. Я как-то оттаивал душой рядом с ними, добрее становился. Ведь как не крути, а ученики это всё равно что дети для учителя, и все ученики, даже старшие, были именно детьми для меня, поэтому я и старался проводить с ними побольше времени. Не всегда получалось, но я старался.

    Средневозрастная группа из тех, кто не был занят особыми делами, разгладили граблями песок на волейбольной площадке, натянули сетку и вот уже как четыре часа подряд двумя командами с множеством болельщиков играли в волейбол, устали сильно, но интерес не ослабевал, шли по очкам ноздря в ноздрю. Судил их директор центра. Большой поклонник этого вида спорта, он лишь изредка отрывался на срочные работы, отдавал приказы, ну и возвращался судить дальше. Похоже, он один был так рад нашему появлению, вернее тому, что было две команды. Настоящий фанатик этого вид спорта. Уже и на других поглядывал, прикидывая и их привлечь к играм. Руководителем тот был первоклассным, так что я был не против, пусть занимается учениками.

    Вот так и прошёл этот день, в суете заселения, знакомствами с окрестностями и персоналом. Потом, когда я, пообщавшись со своими старшими, устраивался спать, зазвонил мой сотовый, на проводе был дежурный по штабу. Тот доложил, что Валентин покинул здание Лубянки, до десяти вечера его держали.

    — Набери его — велел я.

    — Сволочь — почти сразу ответил он и явно стал изливать душу. — Ты знаешь, что мне пришлось пережить и сколько молоть языком в кабинете?! В чьём кабинете?!

    — У директора ты был — хмыкнул я. — Мы же обговаривали это, вызовут, ничего не скрывай. Думаю за полученную молодость и за те новые счета в российских и зарубежных банках можно вытерпеть и не такие встречи.

    — Да всё я рассказал, даже как ты описался в пять лет в постели после просмотра фильма ужасов, что мы по видаку крутили в подсобке. Ничего не скрывал, но они настоятельно просили, чтобы я договорился с тобой если не о встрече, то хотя бы о звонке. Ты почему прервал с ними все контакты?

    — Сами виноваты, я чётко обозначил то, что хочу со своей стороны, они их не выполнили, хотя ничего сложного я не просил.

    — Так выйди с ними на связь, пусть от меня отстанут.

    — Не-е, я своим ученикам, что задавали те же вопросы, уже пояснил, поясню и тебе. Тогда я был в роли просителя, а это уже другая критерия переговоров, сам должен знать. Сейчас я ясно показал, что от правительства России мне ничего не нужно, теперь уже они добиваются встречи, получается они в роли просителей, и договорённости уже могут пойти на моих условиях. В принципе если бы встреча состоялась, они бы всё равно бы на моих условиях были, иначе я прервал бы встречу, но зато теперь нервы не нужно тратить, с этими политическими гигантами тягаясь. Политика не совсем моя стихия, а эти зубры и заломать могут в лёгкую. Придётся силой давить, если наглеть будут во время будущей встречи.

    — Понятно с тобой всё, тянешь время, давая себе фору. Я сам пару раз так делал. Сколько ты ещё тянуть будешь?

    — Дня три. Думаешь, почему они торопятся? А потому что получили информацию, что представители разведки всех стран получили приказ связаться со мной и договориться о встрече с их правительствами. Особенно америкосы стараются, посол в Москве из штанов выпрыгивает, все связи напряг. Контрразведка за голову хватается. Столько не выявленной агентуры повылазило. Мне с ними встречаться резона нет, да и крысиная возня не интересует. У меня свои дела, подзаработать и свалить. Ладно, всё это фигня полная, ты лучше скажи, то о чём мы договорились, выполняется?

    — Скупка драгоценных камней? Да, процесс пошёл… Кстати, федералы в курсе, откуда-то узнали, пришлось подтвердить что для тебя стараюсь. Пока не комментировали, но вроде не знают, что они тебя так сильно интересуют… Да и ещё, я выбросил информацию в народ, что ты озвучил точное количество клиентов которых будешь лечить. Меня даже на выходе из Лубянки встречают, я тут на крыльце стою, к машине не подхожу. Ты специально это сделал, меня же порвут?

    — Получилось так. Кстати, два списка по шестьдесят человек в каждом мы уже получили, ребята с ними поработали. Отсеяли четверых, педофила, двух националистов-либералов и агента федералов. Подбери других клиентов.

    — Не проблема, сделаю. А данные этих четверых можно получить? — заинтересовался Валюха.

    — Не проблема, сейчас дежурному по штабу сообщу, вышлют.

    — Уже выслал — услышал я голос дежурного вклинившегося в разговор.

    — Нас что, слушают?! — ужаснулся Валентин.

    — Ну да, мои ученики всегда нас слушают и контролируют связь, чтобы другие на линию не подсели, — подтвердил я. — Ладно, ты давай отходи от допроса, а завтра вечером созвонимся, я сообщу, где будет встреча для приёма первой партии. Пусть готовят деньги, переводят их на наши счета и главное драгоценные камни.

    — По драгоценным камням. Тут на меня, перед тем как федералы сграбастали, вышел один француз, сегодня прилетел из Парижа, готов отдать целый килограмм драгоценных камней. Не фальшивка, я проверял. Ему уж девяносто четыре года, ходит с трудом. Прилетел в сопровождении внука.

    — Хм. Данные его скинь, если подойдёт, то включим его в ту первую полусотню. Если будут ещё такие клиенты, связывайся со штабом и пробивай их. Те тебе всегда любую информацию выдадут.

    — Понял, тогда отбой, пошёл к толпе у машин на растерзание.

    — Удачи. Если толпа велика, лямов десять ты с них снимешь.

    — Тут и двадцать будет, — хмыкнул Валюха. — Ну всё, давай.

    Положив телефон рядом на тумбочку, я выключил настольную лампу, и повернулся было на левый бок, мне на нём легче засыпалось, как тот завибрировал. Телефон в смысле.

    — Да?

    — Учитель, на ваш номер была совершена попытка вызова из номеров, состоявших в особом списке.

    — Кто? — коротко спросил я.

    — Президент Российской Федерации. Набирал он лично.

    — Хм, таким людям стоит всё же ответить, могут неправильно понять. Повторный звонок отправь мне.

    — Принято. Первый звонок согласно инструкции я сделал со срывом связи, второй уже идёт, перенаправляю…

    — У аппарата…


    * * *

    «Юнкерс» уже как-то непривычно громко гудя моторами, глотал воздушные километры, направляясь в Москву. Летели мы днём, я бы даже сказал утром. Время было десять утра. Поглядывая в иллюминатор за стремительными силуэтами «сушек», я задумался.

    Вчерашний звонок президента немного сорвал мои планы, но всё же мы договорились о встрече тет-а-тет с ним в Кремле на час дня, следующего дня. Именно поэтому мне пришлось половину ребят экстренно поднимать и подготавливаться. Думаю, нам повезло в том, что Олех с ребятами ходил осматривать две площадки, что были обнаружены ребятами Вольта с орбиты.

    Одна находилась в восьми километрах от центра и нам волне подходила, тем более до этой долины было трудно добраться, но кто-то добирался, мы встречали старые кострища. Так вот, Эрих с группой бойцов, Мик с парнями и Гошей, девушек-педиатров я оставил с малышами, и я, направились в горы к тому лугу. Ну Эрих-то туда и обратно, только сопроводить и замаскировать аэродром, а вот мы улетали сразу.

    К двум ночи мы были на месте, там я развернул баул, и были отбуксированы из него два транспортника. Места на луге им хватало. Потом парни доставали изнутри ящики с боеприпасами, коробки с продовольствием и мешки с униформой. То есть готовились к работе в тылу противника, в смысле у укропов. Была бы возможность, все трофеи я бы забирал себе, а так Эриху придётся связываться с ополчением под псевдонимом Танкист, это он сам себе его выбрал, и передавать им. А так работать они собирались трое суток через трое. Три дня по тылам работают, потом их ночью забирают, и три дня отдыхают, потом ночью опять высаживают. Сколько мы тут будем, не знаю, но на первые три дня они вылетают завтра ночью.

    Когда подготовка была закончена, даже тюки с маскировочной сеткой вынесли, чтобы натянуть их над транспортником, мы заняли места в салоне самолёта и вылетели в Ростов. Там сели на дозаправку, высадили часть учеников, их задача по железной дороге вернуться в Москву и снять пару квартир в пригороде и центре, старшим Олех был, а сами, полетели под Самару. Не хочу, чтобы кто-то знал, что мы в Крыму расположились.

    Там на месте заправились, я свернул баул, и мы стали ждать наступления дня, проспали до восьми утра. Ну и утром, сняв артефакты подавления звука, вылетели в сторону Москвы. А на середине пути, к нам пыталась пристроиться в сопровождение четвёрка современных истребителей. Не преуспели, скорости разные были. Видать диспетчер какого-то аэродрома стуканул куда следует, мол, мимо пролетел самолёт, а радар ничего не показывает, вот армейцы быстро и подсуетились с эскортом, только ошиблись, вертолёты нужно было присылать, у них скорости схожи.

    Всё же эскорт не ушёл, просто кружил выше, пока мы шлёпали на средне крейсерской скорости к Москве. На подлёте всё же нас встретили боевые вертолёты, вот они и сопровождали дальше, с трудом связавшись с пилотом. Рация-то немецкая, не все каналы берёт. Тот лететь на аэродром отказался, мол, у нас свои планы, однако всё же переадресовав запрос мне. Подумав, я дал разрешение, военный аэродром, так военный аэродром.

    Топлива хватало, поэтому облетев столицу по окраине, мы совершили вполне благополучную посадку на бетонные плиты полосы. После штатной посадки самолёт покатился не в сторону ожидающих, а в другую сторону. Мне ещё баул нужно развернуть, чтобы самолёт загнать, и машину подобрать из трофеев, чтобы не стыдно в Кремль ехать. Был там один новенький генеральский «Хорьх», возьму его, да подарю президенту, пусть презентом будет. Машина действительно роскошная и красивая. Вся в хроме, да новая, аж сверкает. Месяц генерал на ней не поездил, как она нам досталась.

    При мне были пилот, Мик и ещё один боец, все трое, в чёрной спецназовской форме, со всей положенной амуницией, защитой, при оружии, со знаки различия. По погонам можно было понять, что со мной были капитан, лейтенант, это пилот, и сержант. Все трое моя охрана.

    Мы сразу покинули салон машины, вся тройка бойцов встала в цепь, а я лёг на траву, с края полосы, прикинув на глаз, не зацепит ли раскрывшийся баул расставленную в шеренги местную авиационную технику и начал разворачивать его. Время ещё было, успеем. От ожидающих отделился, офицер, видимо адъютант, определил по погонам кто старший, парни были в масках и сферах, после того как узнал что мы делаем, до нельзя удивлённый вернулся и доложил начальству.

    Наконец развернул баул, огромная махина явно поразила ожидающих, как и зев входа, но мои парни быстро рассредоточились. Мик остался на охране, а оба бойца стали выгонять изнутри технику. И «БМП» и «бэтры», даже тягачом пару штурмовиков выкатили, пока не добрались до легковушек и не выгнали наружу «Хорьх», потом пошла обратная процедура, загнали немецкий топливозаправщик, и последним наш транспортник. Только после этого я стал сворачивать баул, пока не сделал это, так что вот уже как час ожидающие нас представители администрации президента и министерства обороны, дождались, мы с шиком подъехали на кабриолете прямо к месту встречи.

    Она прошла несколько скомкано, видимо многие не до конца верили, что мы и есть те, кого они ждут и что мы маги. Но наконец, разобрались и под охраной, мы в кабриолете с поднятым верхом, направились в Кремль. Мои ребята со мной в машине, остальные расселись по другим.

    — Учитель, а что сказал президент, что вы сорвались и решили с ним встретиться? — задал вопрос Мик.

    — Взаимовыгодное сотрудничество, естественно. Узнал он, что меня только драгоценные камни интересуют, и предложил их за сотрудничество и магические технологии. Запас амулетов и артефактов, адаптированных для применения простыми людьми у нас есть, так что продадим, не проблема. Я ещё ему что-нибудь спихну. Часть немецкого вооружения, что мы трофеями взяли, не всё, половины хватит им в музеи и на выставки, ну и ещё боевые корабли американцев. У меня, между прочим, и авианосец есть, да и крейсера с линкором имеются. Тоже продам… если получиться.

    — Так старьё же?

    — Вот и я думаю, получиться или нет. Может корабли-музеи сделают? Или всё же модернизируют, ну или перепродадут отстающим странам. Продавать же буду за треть цены и только за камни, а так эти железки, что на воде с трудом держаться, мне особо и не нужны. Васильева с его эсминцем вполне хватит.

    — Вот его они могут купить.

    — Вот его я как раз и не отдам. Ещё чего.

    — Это правильно, он у меня в прошлый раз в партию в шахматы выиграл, а я так до реванша и не дошёл.

    Хмыкнув, я откинулся на роскошное сиденье, мы с Миком сидели сзади, бойцы на передних сиденьях, и задумался. Президент действительно смог меня краткими предложениями заинтересовать, но предложил обсудить это между собой, аргументировав, что это не телефонный разговор, вот я к нему и ехал. Не знаю, сколько я в этом мире буду, но хотелось по драгоценным камням его выдоить до конца. Я уже сделал к этому шаги и первые драгоценные камни пока тонким ручейком уже потекли ко мне. За несколько дней я заработал шестьдесят семь килограмм чистого веса, и это ещё только начало, пример француза заразителен. Принёс, что я хотел и хопа, молодой. Вольт уже работал над рекламой по этому поводу. А французу, кстати, уже отправили приглашение, на прохождение омоложения, он нам подходил. Тот же Валентин взял с него только за звонок мне с сообщением о нём, миллион евро наличными. Старик был крупным промышленником в прошлом, сейчас дела вели его дети и внуки.

    Мы проехали Красную площадь и, въехав в арку, мимо часовых, оказались на территории Кремля. Охрана тут была абсолютная, мне кажется, моих парней контролировало по три-четыре снайпера. Но те особо не напрягались, вели себя как и прежде, оружие держали под рукой.

    Когда машина остановилась у входа, боец, что сидел спереди пассажиром, и водитель, выскочили и открыли нам с Миком двери, опередив прислугу, что направлялась к нам. Ничего, генералов выпустили из передней машины.

    Забрав ключи от «Хорьха», это был второй комплект, кабриолет отогнали на парковку, я обернулся в дверях здания, Мика и парней вежливо попросили остаться снаружи и громко сказал:

    — Капитан, если через час не вернусь, валите охрану и вытаскивайте меня.

    — Будет сделано — вытянувшись, козырнул тот.

    Следом за улыбнувшимся местным сотрудником я направился внутрь здания. Тот видимо принял мои слова за шутку, но шутки в них не было, парни действительно без особых проблем способны были положить всю охрану и вытащить меня. На каждом было по десятку амулетов и артефактов, которыми они за время боёв с немцами в сорок втором научились пользоваться просто виртуозно. Именно поэтому и потерь у них не было, раненые были, а убитых нет.

    Поднявшись на второй этаж, мы прошли к нужным двустворчатым дверям и вошли внутрь, охранник отрыл. Помещение было хорошо обставленным, но не большим, пара кресел, диван и журнальный столик. На стенах зеркала, уверен, за каждым стоит охранник и наблюдает за мной. Помещение было пусто, тот сотрудник, что меня сопровождал, остальные как-то незаметно рассосались, остался в комнате, встав у кресла, явно кого-то ожидая. Президента пока не было.

    Подойдя к ближайшему зеркалу, я достал из кармана амулет-ювелира и, разглядев ауру стоявшего за стеклом человека, посмотрел ему в глаза, улыбнулся и сообщил:

    — А я тебя вижу.

    Как открывается такая же большая дверь из двух створок вроде той, через которую прошёл я, и в комнату кто-то проходит, я заметил боковым зрением. Повернув голову и заметив президента, я развернулся и направился к креслам. Спокойно с ним поздоровавшись, не чинясь, за руку, сел в кресло напротив, тот в то, что охранял его помощник, после чего сказал:

    — Интересные у вас зеркала, четыре штуки и за каждым скрыт человек — сказал я, устраиваясь поудобнее.

    Сам президент был в привычном для глаз костюме, с красным, или бардовым галстуком, цвет был неопределённый, я же был в полувоенной дизайнерской одежде в полуботинках, всё пошито для ребёнка моего возраста. Разве что тельник выбивался из этого образа видный под расстёгнутым воротом рубахи, да сумка, переброшенная на длинном ремне через плечо и висевшая сбоку. Сама одежда была зелёно-коричневой расцветки, в принципе со множеством карманов смотрелась очень стильно и красиво. У меня часть парней и девчат в такой одежде ходили. На складах закупили. Да ещё Вольт заставив девчат снять мерки со всех учеников, включая Учителя, и отправил их двум крупным ателье, с наказом нашить по три комплекта военной формы, ну и на обувные фабрики заказы отправил. Уже авансы оплатил. Обещали заказы за неделю выполнить.

    — Меры безопасности.

    — Конечно — согласился я. — Давайте вернёмся к тому разговору, который вы отказались вести по телефону. Мне хочется услышать ваши предложения, и узнать вес тех камней, что вы хотите использоваться для покупок и улучшения отношения со мной.

    — Сам готовился или подсказал кто? — поинтересовался президент.

    — Сам.

    — Нечего что мы прейдём на ты?

    — Да без проблем. Называйте меня Арни, я к этому имени уже привык.

    — Хорошо, Арни. То, что ты маг я уже вынужден поверить, доказательства перекрывают моё недоверие. Так вот, я не буду говорить, что ты обязан помочь своей стране и тому подобное, вижу, что тебе в принципе на Россию плевать. Поэтому та страна, которая тебя вырастила и одела, будет платить. Но перед тем как платить, мне нужно знать, что ты можешь предложить нам.

    — Хорошо завернули — широко улыбнулся я. — Это чтобы я чувствовал себя виноватым, что вырос в этой стране и не отдаю долг? Цену сбить хотите? Не получится. Но договориться можно. Я вижу, что вы немного в теме и вам известно, что за драгоценные камни я мать родную продам, и это не аллегория та коза меня в роддоме оставила, отказавшись.

    — Ты знаешь кто она?

    — Конечно. Я же киллером был, а им очень неплохо платят. Нанял частого детектива из бывших ментов, запросил прилично, но за неделю он её нашёл. У неё своя вполне благополучная семья, две дочки и муж директор завода. Та избавилась от меня в шестнадцать лет, залетела по молодости, жизнь себе портить не хотела. Подумывал её вместе с семьёй на тот свет спровадить, да отказался от этой мысли. Какой бы стервой она не была, но она дала мне жизнь, за это я решил оставить ей её и не забирать её у близких…. Давайте вернёмся к разговору, если вы рассчитывали сбить меня с мыслей воспоминаниями, у вас не получилось. Это тело у меня тринадцатилетнего, а по духу я сорокалетний тёртый жизнью мужик. Если и бывают заскоки, так это от гормонов.

    — Хм, хорошо. Перейдём к другой теме. Что ты говорил о возможности дать нам новые пустые территории?

    — Вы про соседние миры?

    — Именно.

    — Было такое, ляпнул вашему человеку. Что конкретно вас интересует?

    — Подробности об этой возможности.

    — Побро-о-обности? — задумчиво протянул я. — Есть такие подробности. Есть мир, сто лет назад там произошла война, страшная, брат на брата, семья на семью… ну вроде гражданской, что тут происходила, но у нас шли крестьяне и бедняки против дворянства и духовенства, там духовенство против магов. Это мир магов вы правильно поняли. Победили святоши, маги были полностью уничтожены, по крайней мере, я не обнаружил ни одного, вполне возможно они ушли в другой мир. Так вот, после тех боёв, два континента совершенно опустели, и живёт там не более полумиллиона человек. Да и то на побережье. Оба континента большие. Климат как в России, Франции и Испании, один имеет размеры с Австралию, другой вроде Африки, даже по силуэту похож. Между этими континентами, которые называют закрытыми и теми где живут люди и святоши, что всё также ненавидят магов и уничтожают их при любой возможности, возведена магическая стена. Ни вы не сможет попасть к соседям, ни они к вам. Стена действовать будет долго, ещё лет шестьсот, пока накопители не будут разрушаться, так что живите на этих землях, ассимилируйте тех, кто выжил после войн, никто вам мешать не будет. По размеру те земли как две России, земель плодородных огромное количество, заброшенных каменных городов тоже. Острова с остатками городов и крепостей. Как вы поняли, строить особо не надо. Конечно, часть кровли у многих рухнули внутрь, но стены есть, сделать новую крышу, потолки и полы, провести электричество и готово. То есть затраты на строительство целых городов, минимальны, на континентах предпочитали строить населённые пункты именно из камня, если были из дерева то только на окраинах. Разберете их, на дрова пойдут. У меня есть флешка, девчата вели запись того как мы их исследовали, прибрежные города и села. Даже столица есть, но вам я туда заходить не советую.

    — Магия? — спросил президент, слушавший с огромным интересом.

    — Скорее её отголоски. Во время войны магов со святошами некоторые люди стали магически изменёнными животными. Они похожи на больших кошек, опасны и агрессивны. Один из моих бойцов выпустил в такого зверюгу очередь из автомата почти в упор. АКМ не пробил шкуру. Он хотел чуть позже из «Корда» опробовать, но я отдал приказ двигаться дальше вдоль побережья. Эти животные не могут размножаться, думаю лет через сто, они просто вымрут. Покинуть столицу они не могут, поэтому опасности не представляют, больше такие магически изменённые животные не попадались. Вы можете попробовать зачистить эту столицу с помощью бронетехники и солдат, но не думаю, что у вас получиться, часть зверюг вы конечно перебьёте, но потом они научаться с вами воевать и вы начнёте нести потери, а человеченку они любят. И танки научаться когтями вскрывать, и «БМП», для них броня не проблема. Могу разве что подсказать, что нужно использовать хорошо вооруженные мобильные группы спецназа. Тогда вы нанесёте им максимальные потери, и зачистить остальных будет легче. Я для чего всё это веду. Политическая обстановка в мире что пиндосы нагнетают со своей собачкой Европой и которую вы пытаетесь удержать и стабилизировать, всё равно скоро прорвётся войной. Этот мир, скорее всего погибнет и если люди начнут гибнуть от нанесённых ударов, а в последствии от облучения и радиации, у вас есть шанс спастись. Причем только у вас, при попытке провести граждан других государств, договорённость будет расторгнута. Я оказываю помощь России, на остальных мне начхать.

    — Союзники?

    — Не-е, ну союзников ещё можно, а вот на остальных мне действительно начхать. Ещё хотелось бы добавить, что когда нанесут ядерные удары, то переселять будет практически некого.

    — Ты, Арни хочешь сказать, что нужно часть населения переселить уже сейчас?

    — Намёк такой дал, но он пока не осуществимый — вздохнул я.

    — Ты это о том, что лишён магии?

    — Валюха рассказал? — хмыкнул я. — Да, так и есть. Я особо этого и не скрываю. В одном бою меня лишили магии, кстати, это произошло как раз на той планете, которую я собираюсь отдать вам, только на континентах где властвуют святоши.

    — Они на столько плохи? Ты кулаки сжимаешь и скулами играешь, похоже, они тебе неприятны.

    — Я собираюсь их всех извести под корень, уничтожить. Мои люди меня полностью поддерживают. Думаете, почему они лезут во все конфликты и даже воевали в сорок втором в соседнем мире? Потому что готовятся.

    — Почему в них столько ненависти к духовенству?

    — Напомню, там была война между святошами и магами, маги ушли, но от этого детей с даром не становилось меньше. Для святоши одарённый, это как для русского человека эсэсовец в войну, усильте ненависть в десять раз. Святоши хватали этих детей, жгли заживо их на кострах, причём устраивая это как праздник, пытали. Ну и использовали для своих сексуальных прихотей. Думаю вы понимаете что вынесли многие из этих детей с учётом того что некоторым в сырых казематах приходилось жить по несколько лет. Они света столько времени не видели. Я их спас и сделал своими учениками, но многие дети до сих пор просыпаются по ночам с криками ужаса. Причём освободил я самую малую часть детей, а сколько там сейчас гибнет и заживо гниёт в подвалах? Вы видели седых детей? Так что поверьте мне, должок к святошам у меня огромный, и я верну его сразу же, как мне будет доступна магия.

    — Почему их держали так много времени в подвалах, если как ты говоришь, предпочитали немедленно их уничтожать?

    — Святоши ненавидели магов, но совершенно спокойно пользовались их амулетами и артефактами. А заряжать их могут только одарённые, вот они и использовали детей, проводя им искусственную инициацию пробуждения Дара и используя их как батарейки… Ха, да ещё паладинов выдумали, те же маги, но на службе у святош. Ярые фанатики.

    — В принципе всё ясно — кивнул президент. — Теперь хотелось бы узнать, когда к тебе вернётся магия, и ты сможешь проделать окно в нужный мир. Как он называется?

    — Элио. Мир Элио. Кстати, не окно, а портал. Пока у меня в наличии только пассажирский, люди могут пронести грузы только на себе или на лошадях, телеги не пройдут, но в будущем могу и грузовой сделать, «Урал» пройдёт, а пока такой возможности нет. Так что ближайший год вам так и придётся крутиться как уж на сковороде, парируя все эти санкции и практически объявленную войну России всем светом. Как видите, я ничего не скрываю.

    — Какие у тебя ближайшие планы?

    — Парни мои собираются повоевать на стороне ополчения, будут давить укропов, так что если их не сдерживать, дня за два-три они будут в Киеве. А сдерживать я их не собираюсь, пусть напомнят населению, что такое это война. В принципе пока переходить в другой мир я не собираюсь, меня тут всё вполне устраивает.

    — Ты можешь рассказать всё о себе, как смог попасть в тело ребёнка в другом мире и до нашей встречи?

    — Ну что мы в вашем мире делали, я частью утаю, а в остальном проблем нет, расскажу. Тайны я из этого не делаю и даже подумываю мемуары написать, думаю, тиражи мгновенно разойдутся.

    — Будь уверен — впервые с момента нашей встречи улыбнулся президент.

    Следующие три часа, которые были прерваны лишь обедом, прошли в довольно спокойной обстановке беседы. Во время обеда я подарил президенту ключи от «Хорьха», он поблагодарил и принял, сообщив, что мои люди накормлены и пока отдыхают в помещении охраны. В общем, я за эти три часа выложил действительно всё, не скрывая некоторые черты своего характера. О том, как я уничтожил на Тории почти миллион человек, которые носили рясы священников, президент выслушал, не моргнув глазом.

    Под конец разговора, президент, выслушав то, как мы прилетели и сели на аэродром, задумчиво спросил:

    — Почему мир Элио, а не мир Рай, что ты очищаешь?

    — Кто же новых жителей к себе в квартиру пускает и делает из неё коммуналку? Я хотел себе мир в собственность, я его и получил. А вам Элио, и только Элио.

    — В принципе мир Элио нас действительно устраивает со всех сторон, но об этом позже обговорим. Ты не против составить предварительную договорённость на бумаге?

    — Ещё и клятву магическую принесём, у меня есть необходимые амулеты — кивнул я, после чего сказал. — И всё же хотелось бы вернуться к тому разговору, из-за которого я сюда в основном и прибыл. Камни.

    — Примерно, что у тебя имеется, я знаю. Хотелось бы купить несколько комплектов амулетов медицинской направленности, и оснастить ими две больницы. Кремлёвскую, и Склифосовского. Пока просто на уровне экспериментов и изучения.

    — Принимается, как раз столько запасных амулетов и артефактов у меня есть. Но комплект возвращения молодости у меня один, на него не рассчитывайте, не отдам, я на нём денег зарабатываю.

    — Как раз насчёт этого. Очень много достойных людей сейчас находиться на обочине и из-за своего преклонного возраста. Уровень жизни в России ты знаешь, мало доживают до пенсии, и терять их очень не хочется, однако до твоего появления старость мы победить не могли. Я разговаривал сегодня утром со Львом Валерьяновичем. Впечатлён его энергией.

    — Я понял, о чём вы — кивнул я. — Можно пока обсудить предварительную договорённость. Вы собираете по государственной программе омоложения тех людей, которых хотите омолодить, я их омолаживаю и получаю за это плату. Её обговорим особо, но ветераны всех конфликтов, включая Великую Отечественную войну, проходят процедуры бесплатно, тем, кому необходимо, мы отрастим утраченные конечности. Это принципиальное.

    — У нас огромные средства уходят на выплаты ветеранам. Мы просто не потянем их дальше — вздохнул президент. — Доходы в казну падают в последнее время.

    — Тоже мне нашли проблему — удивился я. — Сделайте программу омоложения для ветеранов и других пенсионеров жизнью с чистого листа. То есть проходит он процедуру, ему выдают новый паспорт с отметкой о прохождения этой процедуры со внесёнными старыми данными. Всё, никаких пенсий и выплат, его за это омолодили. Награды и уважение при нём, но он молод и у него ещё одна жизнь впереди. Хочет снова стать ветераном, пожалуйста, добро пожаловать в армию или во флот. Ну, вы там сами разберётесь.

    — Я подумаю, благодарю — кивнул президент. — Давай обсудим, что ты ещё можешь нам предложить. Технику Вермахта и Люфтваффе из параллельного мира мы согласны взять, малыми партиями для музеев. Корабли США сорок второго года тоже берём, причём всё. Цена нас устраивает, как и типы кораблей. Особенно авианосец. Но больше интересуют боевые амулеты, хотелось бы получить партию для нескольких подразделений, что смогут протестировать их. А так же те амулеты, из-за которых наши радары не видят твои самолёты, да и как шум двигателя маскируется. Возможно, ли установить их на атомные подлодки, чтоб их совершенно невозможно было засечь?

    — Можно — на всё кивал я. — Проблем со всем этим я не вижу. Где плата?

    — Думаю, пора составлять предварительные согласованности на бумаге — кивнул президент и вызвал несколько своих помощников.

    Дальше была рутина. Мы составили договор на нескольких бумагах, я прикинул примерную стоимость того что продавал, отчего президент крякнул изумившись, ну всё же было подписано и в помещение занесли три ящичка с авансом. Потом я за десять минут осмотрел их все, просто просканировал амулетом, отложил восемнадцать камней, это было сверх аванса, их я ещё не заработал и, забрав ящики, убрал в свою безразмерную сумку.

    — Хорошая у вас сумка — задумчиво посмотрел на неё президент. — Продать не хотите?

    — В запасе не имею, всё, что было в наличии, передал ученикам, да и было их шесть штук. Может быть позже, научу несколько учеников их делать и поставлю на Арбате магазин по продаже магических предметов гражданского назначения. Торговля бойкая будет.

    — Я пока накладываю вето на это твоё решение. Продавать подобные вещи это идёт в разрез с интересами нашей страны.

    — Нет проблем. Открою магазин в другом государстве — пожал я плечами.

    Президент хмыкнул, на несколько секунд задумался и кивнул.

    — Можно открыть магазин, но весь товар должен проходить проверку. Если что-то может пригодиться для обороны страны, оно будет снято с продажи. Его будет выкупать государство. Всё же поторопись со списком артефактов и амулетов. Нам нужно знать, на что мы можем рассчитывать.

    — Там посмотрим — улыбнулся я. — Аванс я получил, когда выполнять первые договорённости?

    — Всю купленную авиационную технику вы выдадите представителям министерства обороны на том аэродроме, на котором совершили посадку, твой огромный ангар произвёл там впечатление. Ну а эскадру, как и договорились, в Севастополь.

    — Почему туда?

    — В Крыму восстанавливаются судоремонтные заводы. Модернизировать будем там.

    — Хорошо. Тогда значит так. Сейчас мы едем на аэродром, там я выполняю свою договорённость по поводу немецкой техники, придётся оба баула разворачивать и часть техники выгонять, а сегодня ночью под утро вылечу в Севастополь, лучше, если вы мне самолёт предоставите, там с местным командованием и решим где и как выгонять корабли. Что они с ними будут делать дальше, это их проблемы. Однако напомню, вы купили у меня двадцать шесть боевых кораблей и один военный транспорт. Эсминец, повторю в очередной раз, я не отдам. По поводу медицинских и боевых амулетов жду звонка, когда вы подготовите персонал. Так же жду звонка насчёт людей, что будут проходить омоложение. Понимаю, что вам нужно подготовиться, поэтому и даю дополнительное время. Вечер и часть ночи у меня заняты, поэтому мне уже пора.

    Мы начали прощаться, и когда я уже собирался уходить, вспомнил об одном моменте:

    — Забыл сказать, вполне возможно я со своими учениками покину этот мир, отправившись путешествовать по соседним, не могу долго находится на одном, но не думайте, я договорённости выполняю. Как вернётся магия, и я возьму её под контроль, то вернусь выполнять договорённости на счёт мира Элио. Месяца два-три я тут точно буду, так что советую поторопиться со всеми программами, включая омоложение.

    — Твой друг Валентин Игоревич, много что о тебе рассказывал, но в одном он убеждён был твёрдо. В твоём слове. Я тебе тоже верю, думаю, нас ждёт долгое и плодотворное сотрудничество.

    Покинув здание, я вышел на улицу, где ожидали Мик с парнями, и местная охрана, причём общались они вполне спокойно и дружественно. С капитаном я ранее связывался, отменил приказ насчёт штурма, так что знал, что с ними тут хорошо общаются, вполне ровно.

    — Машины подготовлены, можно выезжать — сообщил подошедший помощник президента. Тот самый, что истуканом стоял рядом с ним за всё время нашей беседы.

    — Минутку — остановил я его и достал телефон, начштаба ответил сразу. — Вольт? Эрих рядом? Значит так, обрадуй его, что у нас теперь есть куда грузить трофеи, один баул с лётной техникой будет полностью освобождён. Так что пусть метёт у укропов всё что интересно и пригодится нам.

    — Мы слышали разговор, Учитель — ответил Вольт. — Вы хорошо держались, и парировали все попытки незаметно давить на вас. Эриху я уже передал. Он счастлив.

    — Отлично, намекни ему, что завтра днём я буду в Крыму, пусть будет на связи, может в этот же день, если что будет из трофеев, я заберу. Намекни ему, что меня более современная авиация интересует.

    — Сообщу.

    — Новости какие есть?

    — Довольно много — подтвердил тот.

    — Сейчас в машину сяду, доложишь.

    Особо голос я не понижал, поэтому мои слова слышали все, некоторые улыбались, решив, что я работаю на публику. Это было не так, мне просто было начхать на слушателей. Подойдя к машине, и сел на заднее сиденье, рядом устроился Мик, оба бойца были в другой машине. Так кавалькадой из трёх внедорожников в сопровождении гаишной машины с сиренами мы и рванули обратно к аэродрому. А пока ехали, Вольт и выкладывал новости.

    Парни из Ростова уже были в Москве, они воспользовались, как оказалось не железнодорожным транспортом, а просто прилетели на рейсовом самолёте. Две квартиры уже снято, они в них нормально устроились. На одной отдыхает Гоша. Парни забрали оба готовых «Дефендера» из сервиса, уплатив за работу, машины наготове. Велел парням ждать нас у КПП того аэродрома куда мы ехали, через два часа.

    Игорь подтвердил, что набранные для лечения люди наготове, ждут с вещами. Специальный автобус он арендовал на сутки, осталось только объехать, забрать их и привезти в нужное место. Посмотрев на часы, трофей из сорок первого, я велел Вольту. Пусть передаст Игорю, чтобы был с собранными ветеранами военных конфликтов в семь вечера наготове в ожидании звонка с маршрутом. Там дальше скоординируемся с ним. Я планировал вылечить сперва повоевавших и пострадавших за это парней, а потом и омоложением займусь. Тот обещал всё исполнить.

    Валюха тоже выходил на связь, предоставлял данные по тем людям, что шли на место неудачников, которым мы отказали. В этот раз всё прошло нормально, проверку они выдержали, так что велел два автобуса с шестьюдесятью клиентами держать наготове в восемь вечера, дальше мы свяжемся с ними. Гоша уже подготовил на всех комплекты накопителей, теперь у нас их был изрядный запас, причём заряженных. Вольт уже арендовал большой пустой склад для лечения всех запланированных на сегодня. Время было пятый час, так что следовало поторопиться.

    Были ещё новости, я их тоже прослушал, но они были не так уж и важны.

    Мы доехали до аэродрома действительно быстро, без проблем проехали на территорию, где уже нас ждало довольно много людей в военной форме. Как оказалось их подняли по тревоге и согнали сюда. Те ещё не понимали, что от них хотят, поэтому и стояли в две шеренги, ожидая нашего прибытия. Похоже, и их командование не знало, что сейчас предстоит делать, поэтому я решил внести ясность, чтобы ребята работали увереннее и с огоньком.

    Мы уже вышли из машин, и помощник президента решил познакомить меня с командиром этой авиационной части, а так же командующим военным округом, где мы находились, он тоже тут был со свитой. Знакомство прошло быстро, но вот посвятить простых офицеров и местную техническую обслугу я решил сразу. Достав амулет усиления звука, громкоговоритель, если было проще и, прочистив горло, сказал:

    — Товарищи лётчики и техники. Здравствуйте. Вы меня не знаете, поэтому представлюсь. Граф Арни Ки Сон, архимаг боевой магии. Прибыл я в ваш мир из соседнего вместе со своими учениками. С правителем вашей страны мы уже общались, о чём будет сообщение в сегодняшних новостях, где будет информация о предварительных договорённостях, а так же мы договорились с ним, что я за символическую плату передаю в ваши руки военную технику второй мировой войны. Намекну, мы её отбили у немцев несколько месяцев назад с фронтовых аэродромов сорок второго года в соседнем мире. В вашем мире мы её тоже успели использовать, как вы, наверное, догадались по видео, выложенными нами в интернете. Командир, что вёл группу «лаптёжников» на позиции национальной гвардии укропов, стоит рядом со мной. Эта техника буквально несколько месяцев назад воевала в соседнем мире против русских солдат и русского населения, теперь она станет вашей, на многих есть отметины и пробоины, заделанные заплатками, от осколочков снарядов выпущенных советскими зенитчиками. Помимо техники согласно договорённости я передаю так же и знания по ремонту и пилотированию этой техники. Да-да, товарищи лётчики. Десятиминутное обучение, и вы будете знать, как управлять этой техникой на вбитых рефлексах и как её ремонтировать. Попрошу командира части и командиров подразделений подготовить добровольцев для прохождения процедуры обучения, двадцать техников, и лётчиков, количество последних по своему выбору. Процедура обучения проста, хоть и болезненна, доброволец ложится на землю, я касаюсь его лба амулетом, будет вспышка боли, через десять минут тот приходит в сознание, в течение часа знания усваиваются и получается готовый специалист, что примечательно, с боевым опытом. Это всё.

    Убрав амулет, я посмотрел на генеральскую свиту, те были изрядно удивлены и впечатлены моим монологом. Поэтому оставив их на месте, я направился в сторону, туда же где до этого и разворачивал баул. По приказу командира местной авиационной части уже начали подгонять местные тягачи для буксировки техники.

    Дальше просто, пока я разворачивал баул, добровольцы были отобраны, потом лейтенант Юнис, наш пилот, стал командовать выгоном техники и распределением её по аэродрому, а я прошёлся по шеренге добровольцев и, используя три вида амулетов с разными знаниями, обучил их. Под конец, внимательно наблюдающий за процедурой командующий округом, заметив, что первый обученный уже очнулся и сидит, крутя головой, тоже возжелал получить знания по пилотированию. За ним и вся свита захотела. Мне было не трудно, обучил и их. Тем более всё оплачено было, камни я уже получил.

    Когда баул опустел, а мы выгнали наружу не только тут технику, что пошла на продажу, но и всё что там было, поставив её в стороне, я сложил баул и стал разворачивать второй. Пока я разворачивал, видимо у многих знания усвоились, потому как два «мессера» были подготовлены техниками к взлёту и в кабины сели два молодых лейтенанта-лётчика. Вот они-то и поднялись на этих машинах в воздух, и начали выписывать такие кренделя, что даже я открыл рот от удивления. Ну а когда был открыт второй баул, и командующий округом решил проверить свои знания, так что через двадцать минут над аэродромом крутилось шестнадцать истребителей и восемь штурмовиков, даже командир части поднялся в воздух. Но он быстро спустился и продолжил командовать приёмом техники. За этим следили Юнис и начштаба этой части, подсчитывая количество и качество переданной техники.

    Во втором бауле была и бронетехника тех же лет, когда генерал что командовал этой частью, её увидел, то начал облизываться в предвкушении, но танки мои парни угнали или отбуксировали в сторону к другой технике, к той которую мы передавать не собирались. Дальше из баула снова потянулись веретеницы штурмовиков, бомбардировщиков, истребителей, грузовиков с запчастями для самолётов в кузовах, машины, зенитки и остальное.

    — А что, танки вы нам передавать не собираетесь? — поинтересовался за спиной знакомый голос.

    Обернувшись, я смотрел на президента и премьер-министра, со вторым я сегодня ещё не общался.

    — У нас на неё не было договорённостей, это раз. Во вторых это не моя техника. Ученики собирают коллекцию танков тех лет. Поэтому она не продаётся и не передаётся.

    — Вы её собираете? — спросил президент у стоявшего рядом Мика. Тот вообще от меня не отходил, охраняя.

    — Нет, господин президент — покачал тот головой. — Я личное оружие собираю. Вот кстати, вам подарок на память, генеральский. Лично его с генерала Вермахта снял. С мёртвого тела естественно, мы в плен не брали.

    Мик достал из безразмерной сумки небольшую кобуру жёлтого цвета и протянул её президенту. Тот не чинясь, взял, размотал ремешки портупеи, что были накручены сверху и, открыв клапан, вытащил небольшой инструктированный перламутром никелированный «Вальтер».

    — Благодарю, это очень ценный подарок — кивнул президент.

    Кстати, премьер-министру Мик тоже подарил пистолет, только маузер в деревянной кобуре, но тоже очень хорошей выделки. Обоим подарки очень понравились, и капитан поспешил уведомить, что оружие заряжено, чтобы не произошло случайного выстрела.

    Тут я отвлёкся, так как из второго баула вся проданная техника была выкачена, осталось звено «мессеров», звено штурмовиков, звенья бомбардировщиков и разведчиков. Единственно, что транспортников мы не отдали ни один, самим нужны. Так что договорённости по авиационной технике и всей инфраструктуре были выполнены, оставили мы себе малую часть, поэтому парни стали загонять во второй баул всё, что ранее стояло в первом.

    Проверив, как идут у них дела, им помогали местные военные, я вернулся к президенту и премьеру. Те оказывается прибыли посмотреть, ну и узнать насчёт передачи знаний. Оказалось оба хотели получить пилотские знания по пилотированию авиатехники. То есть лётчиками хотели стать.

    — По этой или современной? — уточнил я.

    — Оба умения получить возможно?

    — Конечно, вы же не дети. Это у детей, что я учу, между приёмами знаний должно пройти минимум пять дней. Они ведь растут. Младше семилетних нельзя обучать.

    — Тогда оба — кивнул президент, премьер согласился с ним.

    Уточнив, что они хотят получить, знания универсала или профессиональные, но по одной технике, узнал что универсальные и, найдя нужные амулеты под подозрительными взглядами охраны, я спокойно провёл обучение. Им предварительно постелили чистые одеяла на траву, легли и всё, вытянулись, когда я каждого дважды коснулся амулетами. Дальше меня оттёрла от бессознательных тел охрана и начала следить за состояние обоих обучаемых. Пожав плечами, я направился к баулу, там уже заканчивали, осталось два последних танка загнать, чешский и «КВ-2» из коллекции Эриха. Последний громко урчал дизелем, но потом, дернувшись, тронулся и громко звеня траками и ревя мотором, скрылся в бауле.

    Когда я свернул баул и направился к президенту, тот ходил у одного из «мессеров», ожидая, когда поднесут лесенку и парашют, он уже успел переодеться в современный лётный комбинезон, звонил мой телефон. Вольт напомнил, что время полседьмого, также сообщил, что наши машины ожидают нас у КПП. Что Игорь заканчивает со сбором отобранных им инвалидов войны, в автобусе так же и те которых собрала Инга Петровна, его мать. Автобус был переполнен.

    — Не было бы печали — вздохнул я и велел будить Гошу, мы сейчас за ним заедем.

    Видно Игорь с матерью решили раз это единственная процедура то, и сделать надо по максимуму, вот и собрали с представителем совета ветеранов, всех кого успели. Вылечу, как и обещал, но это всё, не стоит пользоваться моей добротой и моим временем, его и так было мало. Пусть по президентской программе лечение проходят.

    Пообщавшись с президентом, я подтвердил, что в полночь буду на этом аэродроме, а именно отсюда мы вылетаем в Крым, после чего мы расстались. Я с парнями поехал к КПП, нас отвезли на «Волге» командира части, а президент и премьер пошли на взлёт на двух «мессерах». Как дети, ей богу, получили новые игрушки, и давай в песочнице их пробовать.

    Пересев на «Дефендеры» мы заехали за Гошей, вот это заняло приличное время, без сирен и сопровождения двигаться по заполненным улицам очень сложно, и лишь потом прибыли на окраину где у нужного склада уже стоял автобус с инвалидами. Рядом топтался Игорь, явно обрадовавшийся нашему прибытию.

    Дальше просто, загоняем через большие ворота автобус внутрь, парни и Игорь помогают по одному спуститься на инвалидной коляске с помощью раздвижного пандуса очередному пациенту и мы проводили процедуры, отращивая утраченные конечности или вырезанные органы. Игорь был тщательно проинструктирован, поэтому пока двигался конвейер, парни ели тушёнку, ели через силу сколько могли. После процедур им вручали вскрытую банку, ложку и кусок хлеба, на что они набрасывались с жадность. Тушёнки Игорь семь коробок захватил, и всё равно не хватило, всё заглотили. Ну и тех, что от Инги Петровны прибыли, тоже проходили разнообразные процедуры. Там тоже было много покалеченных, аварии, или несчастные случаи.

    Так как время поджимало, Валюха с автобусами уже подъезжал, я велел Игорю собирать по складу вылеченных пациентов, многие пребывали в эйфории, и валить. Один крепкий парень в тельнике и в десантном берете, мощными кулаками крушил своё инвалидное кресло. В общем люди были под впечатлением, так что я попросил ускорить их отбытие. Те уже как могли, благодарили нас с Гошей, но всё же погрузились, поддавшись на уговоры Игоря и уехали. Буквально через минуту прямо в открытые ворота въехал джип Валентина, следом два автобуса. Мы как раз убирали в сторону брошенные коляски, некоторые забрали их с собой, но часть бросили как ненужную вещь, когда послышался шум моторов и на склад медленно въехали автобусы и машина.

    — Чего это у вас тут? — удивился Валюха, покидая машину. Антона не было, тот его отпустил к родителям жены. Она у него на сносях, первенца вынашивала.

    — Вы у нас не первые пациенты сегодня, ноги руки отращивал парням, что на разных войнах их потеряли.

    — Сильно — кивнул тот и стал организовывать конвейер. Что и как он уже знал.

    Дальше просто. На складе была вода, там даже душ был, именно поэтому Вольт его и выбрал, ну а мы приступили к таинству омоложения. Работа была нудная, да и сложная. Сменяя друг друга, мы с Гошей активно работали, проводя через процедуры одного клиента за другим. Мик устроился в стороне и принимал плату, как деньгами, так и камнями. Многие переводили деньги нам на электронные счета, за этим Вольт следил.

    Как бы то ни было, за три часа все прошли эту процедуру, а переодевались в заранее подготовленную одежду, клиенты учли опыт первой группы прошедшей омоложение. Когда первый автобус был закончен, мы его с омолодившимися отпустили, потом и второй отправили следом, когда закончили. Ну а дальше понятно, попрощались с Валюхой, убрали деньги в безразмерные сумки, в мою и Мика, после чего собрались и выехали со склада. Он нам был нужен разово, разово мы его и использовали.

    Когда мы отъехали от склада и подъехали к перекрёстку, сбоку к нашей машине метнулась тень, водитель пытался выкрутить руль съезжая на обочину, но не успел, под хруст костей мы почему-то проехали.

    — Кто это? — удивился я, пока водитель останавливал машину.

    — По женщине проехали. Парни из второй машины видели — ответил Мик.

    Посмотрев влево, я рассмотрел в темноте оператора, что нас снимал и микроавтобус одного из каналов.

    — Взять, запись изъять — скомандовал я.

    Бойцы шустро покинули машину и отобрали всё, на чём могла сохраниться запись, даже телефоны отобрали.

    — Учитель, женщина ещё жива — сообщил Мик. — У неё удостоверение этого же канала. Будем лечить?

    — На хрен, сама под машину прыгнула, ни кто её не толкал. Поехали.

    Бойцы попрыгали в машины, и мы с визгом шин по асфальту тронулись с места, под причитания оператора, что склонился над умирающей напарницей.

    За сорок минут мы доехали до КПП аэродрома, была полночь, как и договаривались, там джипы развернулись и покатили на квартиры. Четвёрка бойцов и Гоша оставались тут, в Крыму со мной им делать нечего. Нас уже встречали, тот самый помощник президента был тут, его между прочим Олегом звали, как и меня в прошлом, поэтому мы погрузились в военный транспортник и после взлёта взяли курс на Крым. Лететь часа три может четыре, так что мы сразу же с парнями уснули, по-военному пользуясь любой возможностью выспаться.


    * * *

    На месте мы были рано утром, поэтому после посадки, нас сопроводили до служебной гостиницы, где мы проспали до одиннадцати дня, и мы выспались, и местный штаб флота успел хоть как-то подготовиться. Что им ждать от нас и что принимать они уже были в курсе.

    Подняли нас практически к обеду, там мы, в столовой пообедав, очень вкусно и сытно, на «уазиках» поехали в порт. Заехали в штаб Черноморского флота, пообщались с командующим, после чего большой кавалькадой уже были в самом порту.

    — Ну как? — спросил у меня адмирал, широким взмахом указав на акваторию порта. — Хватит места?

    — Не — покачал я головой. — Баул я разверну, а вот потом куда вы корабли девать будете, места уже не останется. Предлагаю выйти на большую воду, а там уже спокойно и работать. Что делать с кораблями дальше, это ваши проблемы.

    — Мы её частично решили. Мои ребята проехали по всем ветеранам и бывшим военным морякам, что ходили на подобных боевых кораблях и что разберутся с управлением. Сам понимать должен, те моряки, что сейчас несут службу, обучены совсем по-другому. Президент уже дал добро на их омоложение.

    — Хитрые да? — улыбнулся я. — И то и другое получить хотите? Да понимаю, что у вас просто нет столько людей на такое количество кораблей, и вы пытаетесь компенсировать их за счёт омоложенных ветеранов. А меня предупредить нельзя было?

    — Что-то не так? — насторожился адмирал, как-то не по-доброму