Оглавление

  • Пролог
  • Территория вольных баронств. Городок Лешье, баронство Лешье. Трактир «Рыжая лиса»
  • Территория вольных баронств. Городок Лешье, баронство Лешье. Трактир «Рыжая лиса» Комната мага де Курье
  • Графство Тешер, империя Сауд. Гемединский большой лес, безымянное озеро рядом с имперским трактом
  • Тот же лес, то же безымянное озеро
  • Королевство Диона. Летняя резиденция короля Морта Второго
  • Елизия. Столица королевства Диона. Гостиница «Пристанище путника»
  • Кабинет ректора Академии магии империи Сауд архимага Юзова Ласкового
  • Алькея, столица империи Сауд. Дом одного из преподавателей Академии магии мага Гона де Куи
  • Алькея, столица империи Сауд. Гостиница «Трилистник»
  • Неизвестный мир, неизвестное место. Мёртвый лес
  • Мёртвый мир
  • Новый мир. Ночь, неизвестная местность, летнее поле

    Владимир Поселягин
    Маг
    Начало


    Пролог

    – Они в душевой, – буркнул проходивший мимо зэк и слегка махнул рукой, отчего, когда я принимал сидячее положение на нарах, мы как бы соприкоснулись руками и в рукаве моей зэковской робы исчез искусно сделанный нож из плексигласа.

    Сунув руку под матрас, я достал заточку и, встав, направился к душевой.

    Сегодня наступил тот день, когда моё испытание закончится, тот самый день, который я ждал вот уже четыре месяца, находясь на зоне, тот день, когда я освобожусь из заключения, тот самый день, когда я умру.

    Я иду к душевой, и такие же заключённые, как я, расступаются передо мной. Я иду убивать, убивать чёрных, которые пытаются своей кодлой навести в нашем бараке свои законы. Это был приказ смотрящего. Последний приказ.

    Что я могу рассказать о себе? Детдомовским я был, там появился трёхлетним карапузом, оттуда вышел уже здоровым парнем. Армия, проходил службу в ракетных войсках связистом. Вернулся из армии и буквально через неделю повстречал знакомого парня из нашего детдома, Виктора, он был старше меня на шесть лет. Виктор уже был братком, бригадиром в одной группировке Москвы в районах новостроек. Работы не было, да и не искал я её, как-то не моё это было, поэтому я легко согласился вступить в бригаду.

    Шло время, я заматерел и стал правой рукой Виктора, который прошедшие десять лет возглавлял группировку.

    К тому же он был депутатом городского совета Москвы, уважаемым и обеспеченным человеком, разъезжающим на «мерседесе» в сопровождении джипа с охраной. У него было несколько охранных фирм, да и другой легальный бизнес. Ещё в начале нашей бандитской деятельности он понял, что власть меня не прельщает и на его место я не стремлюсь, поэтому доверял мне во многом. Я был его тёмной рукой. Если у Виктора возникали какие проблемы, он обращался ко мне, и я решал их. Сперва я был просто киллером на прикорме у банды, потом вышел на верхнюю ступень этой профессии, став чистильщиком. Тоже непростая работа. В отличие от киллера чистильщики не только убирают клиента, но и уничтожают улики, а также делают так, чтобы убийство выглядело несчастным случаем или самоубийством. Я же говорю – высшая ступень в этой непростой работе. А я был неплох, очень неплох. Последнее время я сам не убивал, для этого у меня были свои люди, только занимался чисткой. Бывало, в прямом смысле этого слова. В одной квартире пришлось даже обои новые клеить, чтобы убрать следы крови на стене: одна из боевых групп грязно поработала с клиентом.

    Свободного времени у меня было много, и его я посвящал своему совершенствованию, учась у лучших спецов бывшего Союза убивать себе подобных. И, надо сказать, неплохо в этом преуспел. Но это всё суета. Сдала меня два года назад моя жена, с которой я жил вот уже шесть лет и которая держала мой личный общак, если его можно так назвать.

    Это я уже потом узнал, что она связалась с ментом, и они меня кинули не только на деньги, но и на свободу. После года отсидки, когда меня навещал адвокат, сообщивший, что просьба об апелляции не прошла, он, чтобы надзиратели не заметили, показал две фотографии. На них были сняты отрезанные головы моей бывшей жены и её хахаля. Витёк, как и обещал, нашёл их и наказал, деньги, что забрали у них, по моей просьбе были перечислены нашему детскому дому. Но к тому времени мне это было как-то безразлично, хотя я в душе и порадовался свершившемуся возмездию. Я умирал. Адвокат, Витёк и смотрящий зоны старый вор Граф знали это. К смотрящему я сам подошёл через две недели после того, как узнал от тюремного врача, что мне осталось не больше полугода. Злокачественная опухоль в мозгу. А я ещё удивлялся: чего это у меня голова начала болеть в последнее время? Смотрящему я сказал, что не хочу умирать от болей и корчиться на больничной койке, хочу уйти как настоящий воин. Если у него найдётся для меня работа, из которой у меня не будет шансов выйти живым, я только буду рад. Сдохнуть просто так было не по мне, нет уж, я точно прихвачу с собой не одного, так двух. С той поры прошло четыре месяца, мне становилось всё хуже, от госпитализации я отказался наотрез, но тренировки не забросил и ждал, ждал своего часа, который наступил сегодня.

    Когда я подходил к дверям душевой, от стены отделился парень, вытирающийся полотенцем, и я услышал шёпот:

    – Там только они, всех незаметно вывел.

    Парень был не из нашей бригады. Да и вообще на зоне, кроме меня, из наших никого не было. Московских знакомых братков, с которыми я не раз пересекался, хватало, а из своих – никого. Адвокаты у Виктора отличные. Это только со мной не повезло, прокурор двоих смог доказать… из четырнадцати. Именно поэтому пятнадцать лет, а не пожизненное.

    Открыв дверь, я прошёл в санблок и по влажному бетонному полу направился к следующей двери, откуда слышались гортанные выкрики, смех и шум льющейся воды. Скользнув за дверь, я мгновенно окинул взглядом большое открытое помещение, в котором находилось девятнадцать горцев, и привычно скользнул в транс, в котором любил работать, – у меня в этот момент отключались все эмоции. Именно поэтому я и получил прозвище Мороз. Не Дед Мороз или там – мороз от меня по коже. Укороченное от отморози, или отморозка. В такой момент эмоций у меня нет, я и своих могу порубить, именно поэтому здесь никого, кроме чёрных, не было, об этой моей привычке знали немногие, но знали, смотрящий – точно.

    Я одновременно нанёс удар обоими клинками. Заточка вошла в горло чёрного, который стоял справа, лезвие из плексигласа перерубило артерию на шее того, что поворачивался ко мне слева. Оружие разное, в этом-то и проблема. Стеклом я мог только резать, так как, если колоть, был шанс сломать нож, а заточкой только колоть.

    Как только первые два тела начали оседать, хватаясь за раны и ещё не понимая, что умерли, я оттолкнулся и по мокрому мыльному полу скользнул дальше. Следующим стал замерший бугай с полным тазиком воды, которую он, видимо, собирался опрокинуть на себя. Я остановился около него и со скоростью швейной машинки нанёс десяток ударов заточкой в печень. Это был идейный руководитель горцев и их лидер, именно поэтому я первым делом добрался до него. И тут я почему-то вылетел из транса, видимо, пульсирующая боль в голове вывела меня из него. Не сдерживаясь, я заорал – это был крик хищника – и буквально выплеснул им свои эмоции. Стоявший неподалёку горбоносый парнишка, с ужасом смотревший на меня, за несколько секунд поседел, но мне это было безразлично, я резал, колол и снова резал.

    Головорезы отреагировали не сразу, но, когда смогли это сделать, шестеро уже лежали на бетонном полу, и к стокам начала течь покрасневшая вода, а я жёстко работал по остальным. Трое моментально выскочили за дверь, большинство бросились ко мне, двое подскочили к своему вожаку, пытаясь его вынести, наверное, чтобы доставить к врачу, но я не дал им это сделать, продолжая орудовать клинками. Осел с порезами первый, второй упал с дыркой в глазу от заточки, выпустив ноги вожака, но я начал уставать, и в голове пульсировала, нарастая, боль.

    Сначала я лишился ножа: войдя под рёбра очередному абреку, он обломился у рукоятки, слишком сильный был рывок, потом у меня выбили из ослабевшей руки заточку, и на руке повис один из чёрных, но я не сдавался. Мне крутили руки, наносили мощные удары по телу и голове, но я всё ещё был в сознании и смог ещё в полубреду вцепиться зубами в горло подставившемуся чёрному, рывком вырывая ему гортань. После этого меня схватили за голову, и последнее, что я слышал, был хруст моих шейных позвонков. Только одно меня порадовало: одиннадцать трупов были моими, с остальными Граф справится, да и утихомирятся они теперь. Это был намёк, намёк всем чёрным в лагере во всех бараках. Думаю, они поймут.

    Как-то почти сразу, когда сознание погасло – у меня долго ещё эхом шёл хруст позвонков, – я снова открыл глаза и удивлённо обернулся. Что удивляло, так это ясность в голове и никаких болей, вообще чистое сознание. Давненько у меня такого не было, года три-четыре, не меньше.

    Я стоял на коленях, мои глаза были на уровне столешницы грубо сколоченного стола, за которым сидели пятеро парнишек в странных одеяниях. Тут меня повело вправо, и из моих рук выпал поднос, который, оказывается, я держал, отчего на обувь сидевшего с краю на лавке парня упал кувшин и пять пустых глиняных кружек, обрызгав сапоги и часть штанин. Что за чёрт? Что всё это значит?

    Я завалился на бок, продолжая недоумевать, что происходит, а этот парень с разъярённым лицом вскочил и начал месить меня ногами под хохот дружков.

    Тут раздался чей-то предостерегающий возглас, и я залитыми кровью глазами увидел нечто странное. В руках этого мелкого отморозка сверкнуло что-то похожее на хлыст, только фиолетового цвета и испускающее мелкие искры по всей своей двухметровой длине. Потом был замах, отчего кончик этого необычного кнута задел угол стола, который, будто срезанный лазером, упал на грязный пол, и со щелчком эта фиолетовая хрень опустилась на меня. Единственное, что я успел, да и то неосознанно, – перекатиться на живот. Потом была чудовищная боль, от которой я потерял сознание. А я даже понять не смог, что вообще происходит.


    Территория вольных баронств. Городок Лешье, баронство Лешье. Трактир «Рыжая лиса»

    Жестин де Курье, вольный маг-погодник, уже третий день находился в городе. Он со своими учениками прибыл по заявке одного из дворян, у которого из-за засухи погибал урожай на полях, и в данный момент отдыхал после выполненной работы. В чём дело, выяснить удалось не сразу, но де Курье собственноручно сделанным поисковиком смог обнаружить в поле артефакт древних, который и насылал засуху. Дворянин сразу сообразил, в чём дело, и, собрав людей, направился к своему соседу, – были у них какие-то претензии друг к другу, а де Курье, получив плату, пошёл в город. К сожалению, артефакт жадный шевалье отдавать отказался, тут он был в своём праве, находка была обнаружена на его поле, поэтому маг печально вздыхал, потягивая неплохое вино и с некоторым безразличием разглядывая обеденный зал трактира, изредка мысленно возвращаясь к артефакту. А ведь его можно было продать за два, а то и три золотых! Артефакты древних ой как дорого стоили!

    Народу в зале хватало, были местные жители, две группы поисковиков, пятеро учеников-практикантов из Академии магии империи Сауд, которые, видимо, только что вернулись с мёртвых земель с одним из отрядов и отмечали своё благополучное возвращение. Кроме них, одарённых в зале больше не было.

    Обедая со своими учениками в трактире, где они снимали одну большую комнату на всех, де Курье случайно заметил, как восьмилетний мальчишка, что работал у трактирщика половым, разнося явно тяжёлые для него подносы, вдруг зашатался и плюхнулся на колени под удивлённым взглядом мага. Он смог рассмотреть истинным зрением, как на миг голова мальчика окуталась тёмным облаком, после чего всё вернулось в норму. Но потом, буквально через пару секунд, мальчик свалился на бок, выронив поднос и обрызгав штанину и обувь одного из учеников-практикантов Академии магии, сидевших за столом.

    Империя Сауд славилась своей магической академией, в которой мог учиться любой одарённый, и, надо сказать, её стены практически всегда покидали маги, только изредка подмастерья, из тех, что были ленивы. На десять тысяч человек приходилось всего по одному одарённому, да и то очень редко, когда его способности к магии были сильны, поэтому на тех детей, у которых обнаруживался сильный дар, начинали настоящую охоту. Всем государствам нужны были сильные боевые маги. А свои магические школы имели только шесть, и славилась среди них именно Саудская академия. Баронства часто отправляли заявки в неё, и им для практики присылали учеников и подмастерьев, чтобы они набирались опыта, особенно в мёртвой пустоши.

    Похоже, эти ученики были из такой группы, выполняя заявку мэрии города. Заявку в академию могли подавать только официальные власти, частные лица обращались к вольным вроде де Курье.

    Это всё мелькнуло в мыслях де Курье в тот миг, когда один из старших учеников академии с руной боевого мага на рукаве форменного плаща, получив порцию вина на свои сапоги, вскочил и, разъярённо обматерив мальчишку, который лежал и недоумённо осматривался, начал его пинать. Жестоко, очень жестоко. После этого в руке ученика взвилась плеть Наргулы, серьёзного оружия против неодоспешенного солдата, и с хрустом впечаталась в спину мальчишки, перерубив его практически пополам. Отчётливо было видно кости перерезанного позвоночника.

    Второго удара ученик нанести не успел – плеть столкнулась с посохом де Курье и была перерублена пополам.

    – Ты что творишь?! – разъярённо закричал маг и использовал среднее исцеление, что было заранее заготовлено в посохе.

    Дара самого де Курье не хватало, чтобы создавать такое сложное и тонкое заклинание, сам он специализировался больше на малом исцелении, а три средних ему сделал знакомый маг, после чего де Курье перенёс заклинания в свёрнутом виде в посох. Два он использовал ранее, это было последнее.

    К сожалению, для мальчика этого было мало, тут надо было или чудотворное исцеление, или высшее. Однако и одно среднее неплохо помогло. Рана затянулась, и послышался шелест сращивания костей, но де Курье, имевший кроме звания мага-погодника ещё звание подмастерья-лекаря, прекрасно знал, что, чтобы до конца вылечить мальчишку, нужно ещё два средних или около сотни малых исцелений.

    Ученик, обнаружив около себя мага, хоть и погодника, скривился и сел на место, что-то недовольно бурча, другие тоже затихли, хотя до этого подбадривали товарища добить косорукого щенка. Во всех государствах маги и дворяне были выше законов. Он не получит никакого серьёзного наказания за это, можно сказать, преступление, его лишь оштрафуют, как за порчу имущества, да об этом происшествии напишут в его листе практики, который отправят в академию.

    Подошедший трактирщик пнул в бок мальчишку, что всё ещё лежал без сознания, – было видно, что тот не имел здесь никаких прав.

    – Отродье бездны, – выругался он, и в этот момент был сбит «воздушным кулаком» из арсенала погодников.

    Над ним навис разъярённый маг:

    – Сколько стоит этот мальчишка?

    – Нисколько, – пробурчал трактирщик, почёсывая волосатую грудь под рубахой и пытаясь встать. – Вольный он, сын начальника охраны купеческого каравана, что год назад разбили на дороге. Он один жив остался, видать, тати пощадили мальца. У меня подрабатывает за еду.

    – Я забираю его. Ельг! Езор! Отнести его к нам в комнату! – скомандовал маг своим ученикам.

    Почему это делал, он и сам не понимал, похоже, это было любопытство исследователя, маг хотел знать, что было с мальчишкой перед тем, как тот потерял равновесие. То облако было использовано для перемещения, он понял, но что именно вселилось в ребёнка? Был ли это случайный выброс или всё же чья-то направленная работа?

    Двое двенадцатилетних мальчишек ловко подняли тело и понесли к лестнице на второй этаж, а третий ученик, вернее, ученица лет десяти на вид их сопровождала сбоку, держа свои руки над закрывшейся раной. На её лбу выступили капли пота. Девочка была интуитом и могла чувствовать раны. Такие специалисты ценились, и де Курье, поморщившись, быстро осмотрелся, не заметил ли кто действий девочки. Но, похоже, никто на это не обратил внимания.

    Обернувшись к трактирщику, маг мрачно спросил:

    – Как его зовут?

    – Миром зовут.

    В это время двери в трактир распахнулись и вошли стражники во главе с дежурным магом, отчего все пятеро учеников академии скривились. Двадцать минут допроса – и де Курье подтвердил свои показания относительно бессмысленного и бесчеловечного применения магии – сам он был из черни и спесивости дворян не имел, поэтому для него жестокая расправа над ребёнком выходила за грань понимания, хотя другие маги и не такое творили, но всё же старались это делать не при людях. В этот же раз попались не только отмороженные одарённые, но и дворяне.

    Учеников оштрафовали на круглую сумму и отправили к телепорту, посоветовав как можно быстрее покинуть баронство. В этом городе не любили детоубийц, буквально до гибели самих убийц… от несчастного случая, например. Баронство находилось рядом с Мёртвыми землями, поэтому имело немало крепких воинов в ранге мечника, а то и мастера меча, даже один гранд-мастер меча был. Для городка, где проживало всего пятнадцать тысяч, это беспредельно много.

    Обычно маги друг друга не сдавали, но не в этом случае. Де Курье был разъярён, поэтому с лёгкостью подтвердил все свои свидетельские показания, причём предоставив копию записи с магического кристалла, так как его ученица в тот момент по счастливой случайности снимала обстановку в обеденном зале и запечатлела сцену избиения. Теперь мальцам, оборзевшим от своих возможностей, не поздоровится. В академию пойдёт заявка на возмещение ущерба по шести пунктам согласно законам города, и по подсчётам всё это влетало в копеечку. А маги деньги тратить ой как не любили, поэтому подонку ученику придётся отработать все потраченные на погашение штрафов средства. В таких случаях деньги от родителей не принимали.

    Поднявшись наверх и пройдя в свою комнату, де Курье подошёл к кровати и посмотрел на раздетого мальчишку, лежащего на животе. Его окровавленная одежда с разрезом на спине была свалена рядом кучкой. Девочка как раз заканчивала отмывать спину мальчишки от крови.

    – Что скажешь, Люси? – спросил маг свою ученицу, которая со своим даром в будущем вполне могла стать магом-целителем. А они очень ценились, не менее, чем сильные боевые маги, доросшие до магистров.

    – Он умрёт без помощи, среднего исцеления не хватило. Кровь внутри растекается.

    – Да знаю, – хмыкнул маг и испустил из своего посоха, своей гордости, сразу десять малых исцелений.

    Мальчик застонал и открыл глаза. Потом сам перевернулся на спину и обвёл взглядом стоявших рядом с ним людей, что-то пробормотав на непонятном языке, замер на несколько секунд, поднял руку и стал её с изумлением разглядывать.

    Де Курье нахмурился и спросил у него:

    – Ты меня понимаешь?.. Хм, вижу, что нет. Я – маг Жестин де Курье. Как тебя зовут? – При этих словах он показывал то на себя, то на мальчика.

    Тот подумал и ответил:

    – Мороз… – Но, помотав головой, почему-то добавил: – Юра.

    Что больше всего не нравилось де Курье, так это перемешанные эмоции в глазах мальчишки. Там были просто чудовищная злоба, ненависть, азарт и принятие смерти. Жуткая смесь, но она медленно уходила, растворяясь в том удивлении, с которым на них взирал мальчишка.


    Территория вольных баронств. Городок Лешье, баронство Лешье. Трактир «Рыжая лиса»
    Комната мага де Курье

    «Охренеть, я еще жив», – была моя первая мысль, когда я открыл глаза.

    К моему удивлению, бред продолжался, значит, мне не показалось, что я очнулся в каком-то заполненном людьми помещении. Более того, похоже, надо мной склонились несколько фигур, но сколько точно и кто, я не видел, лежал на животе. Мысленно отдав своему телу приказ перевернуться на спину, я неожиданно как-то непривычно легко это сделал. Да и вообще всё странно было.

    Надо мной склонились четверо. Один взрослый в странной одежде с шикарной бородой и какой-то палкой в руке. Трое других были детьми. Двое пацанов лет двенадцати, одетых также в странную одежду, и девочка лет десяти на вид, смотревшая на меня с сочувствием. У остальных этого не было, интерес был, сочувствия не было.

    – Вы кто такие? – пробормотал я и замер, пытаясь осознать и проанализировать звуки своего голоса. Они принадлежали мальчишке?!

    Подняв руку, я стал ошарашенно разглядывать слегка пухлую руку ребёнка. И тут понял, что бородатый что-то спрашивает, вопросительные интонации в его голосе были отчётливы слышны.

    Посмотрев на него, я увидел, что он показывает на себя, что-то говорит, после чего, указав на меня, вопросительно смотрит. Тут и идиот поймёт, чего он хочет. Я, конечно, ещё не совсем разобрался в ситуации, хотя то, что попал в чужое тело, сообразил, фантастика о попаданцах в тюремной библиотеке была, читал, тему знаю, поэтому ответил:

    – Мороз… – и, поморщившись, пора отвыкать от зоны, добавил: – Юра.

    Нахмурившись, бородач задал ещё несколько вопросов и, сообразив, что я его не понимаю, сел на койку и коснулся кончиком длинной палки, что держал в руках, моего лба. Немедленно между навершием этой палки и моим лбом проскользнула искра электрического разряда, и я получил будто удар ногой в голову. Почти сразу в моём, можно сказать, чистом мозгу, кроме старых воспоминаний из прошлой жизни, замелькали новые картинки. Я ещё не совсем осознал произошедшее, когда мужик привлёк моё внимание.

    – Теперь ты меня понимаешь? – спросил бородач.

    – Охренеть, – простонал я. – Суну тебя в трансформатор и посмотрю, как ты там трястись будешь, ушлёпок бородатый.

    – Слово «трансформатор» мне незнакомо, видимо, оно из твоего прошлого мира? – снова задал вопрос бородач.

    Напрягшись, я стал его пристально разглядывать, мазнув взглядом по остальным детишкам.

    – Не волнуйся, – усмехнулся тот, заметив, что я его пристально разглядываю. – Никому ты тут не интересен. Если думаешь, что ты один такой, то разочарую. Наши магистры-демонологи постоянно призывают души усопших и помещают их в новые сосуды. Тут, как я понял, получился случайный выброс, но тебе повезло, что заполучил тело. Из какого ты мира и кто ты вообще?

    – С Земли… – медленно протянул я, осмысливая слова бородача. Всё бы ничего, но вот его слова про демонологов…

    – Не слышал о таком мире. Как сильно у вас развита магия?

    Этот вопрос расставил всё по своим местам, и я понял, что за несуразности зацепили меня в прошлых его словах.

    – Нету магии, машинная цивилизация.

    – А-а-а, – с разочарованием протянул бородач. – Бывает и такое… Я тебя подлечил, но сам процесс лечения ещё не закончился, поэтому побудешь с нами недели две, а потом сам определишься, что будешь дальше делать. Требовать с тебя неустойку за лечение не буду, хотя потратился я изрядно, расскажешь за это о своём мире, мне интересно, как вы там живёте.

    – Хорошо, спасибо, – кивнул я и, чуть помедлив, прокручивая последние воспоминания, как я падал с подносом в руках, спросил: – Меня избили?

    – Ты облил вином одного старшего ученика-практиканта из Саудской академии магии, и тот решил тебя наказать, хотя очень жестоко, на мой взгляд. Он бил тебя сапогами и потом ударил плетью Наргулы, которая перебила твоё тело почти пополам.

    – А, это та фиолетовая хрень с искрами? – припомнил я и не сразу заметил, что все четверо замерли, изумлённо глядя на меня. Не просто глядели, они буквально пялились на меня.

    – Ты видишь магию истинным зрением? – осторожно спросил бородач.

    – Чего?

    Бородач сделал пассы руками, разводя их в стороны, и между его рук засветилась золотая сетка. Хотя, на мой придирчивый взгляд недоучившегося инженера-конструктора, грубовато сделанная.

    – Видишь что-нибудь? – спросил он.

    – Золотистая сетка… О, пропала.

    – Хм… – Маг задумался.

    Вот у него между рук снова замелькали сетки, только разные, и он стал бросать их в мою сторону. Увернуться я не пытался, пока плохо чувствовал теперь уже своё тело, поэтому заклинания, а я так понял, это были именно заклинания, растворялись в моём теле.

    – Да что случилось-то?! – возмутился я.

    – Подожди, – отмахнулся бородач и начал плести какое-то заклинание, используя для этого посох.

    За этим с интересом наблюдал не только я, но и остальные детишки. Мужчина снова коснулся навершием своей палки моего лба, и меня опять пронзил разряд, но в этот раз уже молнии, и я вырубился.


    Без сознания я, похоже, пробыл недолго, в комнате ничего не изменилось, бородач как сидел рядом, так и сидел, только детишки немного поменяли места, и ладошка девочки лежала на моём лбу.

    – Что произошло? – спросил я, натолкнувшись на смущённый взгляд мужчины.

    – Как бы тебе сказать?.. – рассеянно почесал он подбородок. – Я решил проверить, есть ли у тебя дар. Истинным зрением ты владеешь, как и многие имеющие дар, прошедшие инициацию, но вот есть ли у тебя источник силы? Я запустил в тебя заклинание среднего уровня, обучив сразу шести языкам и письменности этих языков. Честно скажу, это было купленное заклинание, умение его создавать и сворачивать очень редкое. Но, на счастье, мой приятель это делать умеет. Проблема не в этом.

    – Что-то не так? – насторожился я.

    – Ты видишь истинным зрением, но это могут делать одарённые только с разбуженным даром, а у тебя он явно спит. Именно для этого я и использовал это очень редкое и, надо сказать, дорогое заклинание. По освоению тобой знаний я и определил эти моменты.

    – Не особо мне понравилось такое обучение, – пробормотал я и замер, так как отвечал бородачу на другом языке, с шипящими нотками. И вдруг осознал, что это один из диалектов гоблинов.

    – Ты усвоил знания, значит, дар и источник внутренней силы у тебя есть, – констатировал бородач и ответил на мой молчаливый вопрос: – Если бы у тебя не было дара и силы, ты не смог бы принять эти знания, и заклинание тебя убило бы. Оно было создано для усвоения его знаний одарёнными, простых людей оно убивает. Чтобы учить их, нужны совсем другие плетения, но об этом позже.

    – Вивисектор, – буркнул я, ещё не зная, как реагировать на такое заявление. Теперь было понятно, почему бородач смущён. Не подумав, применил заклинание, а что наделал, сообразил уже поздно. – Я не совсем понимаю, что всё это значит? Вы не поясните? Да и вообще, может, представитесь? А то я не знаю, как вас всех звать.

    – Так я представился при знакомстве! – возмутился бородач.

    – Ага, произнесли какую-то тарабарщину, как будто я её запомнил! – настала моя очередь возмущаться.

    – Вот я запомнил – Юра Мороз… Ну хорошо. Жестин де Курье, вольный маг-погодник, подмастерье-лекарь и подмастерье-артефактор. Мои ученики: Ельг, Езор и Люси.

    – Юра… Мороз. Ассасин.

    – Убийца на службе, я правильно расшифровал?

    – Правильно.

    – Хм, интересная у тебя была работа.

    – Меня она устраивала. Теперь расскажите мне, что со мной не так и что это за тело, в которое я попал.

    – Ты попал в тело восьмилетнего мальчика, сына начальника охраны погибшего неподалёку от города каравана, как мне пояснил трактирщик. Я так понимаю, он стал сиротой. Звали его Мир. По остальному. Все заклятия, что я применял к тебе, ясно показывают, что ты не имеешь дара и не можешь стать магом, да и аура выдаёт в тебе обычного человека. Однако твоё умение пользоваться истинным зрением и спокойно усваивать заклинания среднего круга ясно даёт понять, что дар в тебе всё же есть, но он скрыт.

    – Так что со мной не так?

    – У тебя природная защита от сканирования, это единственное объяснение, которое я могу сделать. Это не редкое явление, многие архимаги скрывают свои умения, создавая искусственные ауры простых людей и накладывая их на себя, у тебя же это врождённое, в этом-то и беда. Я не могу определить уровень твоего источника силы и дара, стандартные заклинания не работают. Тут нужно что-то из артефактов древних.

    – Как они классифицируются и как определяются?

    – Ого! – удивлённо посмотрел на меня де Курье. – У тебя, я вижу, неплохое образование?!

    – Два незаконченных высших, потерял интерес к учёбе. Вы не закончили обо мне, – сказал я и поморщился.

    – Плохо себя чувствуешь? – сразу же отреагировал де Курье и стал водить посохом над телом. – Сейчас я наложу на тебя несколько заклинаний, спи. А завтра утром плотный завтрак и новые процедуры, тогда и поговорим.

    Почти сразу я почувствовал, как веки слипаются, и меня сильно потянуло в сон, чему я не смог противиться.


    – Юра! – негромко окликнула меня девочка с таким земным именем Люси, заглядывая в нашу комнату.

    Раньше я думал, что де Курье экономит, испытывая финансовые трудности, но мне объяснили, что я не прав. В действительности он не мог оставить своих учеников надолго, чтобы не контролировать их, они всегда были под его присмотром. Ну, пацаны-то ладно, они уже контролируют свой источник силы, а вот девочка, которая в будущем, возможно, станет целительницей, а по местным меркам это мегакруто, совсем недавно стала ученицей, и маг страховал её. Оказалось, голая сила – страшная штука: если её выпустить, можно раскатать эту комнату по брёвнышку. Ученики ещё были молоды и учились контролировать силу всё это время, а де Курье просто не спускал с них глаз, помогая и поддерживая.

    Пять дней назад, когда я очнулся в этом теле, для меня стало шоком узнать, что я попал в мир магии и меча. По земным меркам снаружи царило Средневековье. Эти пять дней меня лечили заклинаниями и накладыванием рук маг де Курье и его помощница Люси, которая ещё постигала азы целительского искусства. Кстати, накладыванием рук лечила только Люси, магу это было недоступно, а девочка была врождённой целительницей.

    – Здесь я, – ответил я, отворачиваясь от окна, через которое смотрел на мир снаружи.

    Мне любопытно было всё. Я уже осознал, что у меня появился второй шанс в жизни, поэтому впитывал знания, как губка. В этом мне помогали ученики мага, с которыми я быстро нашёл общий язык, и мы часто общались на разные темы. Сам маг тоже участвовал в разговорах, его интересовал мой прошлый мир, и надо сказать, не только учеников, но и его самого поражало, чего достиг мой мир. Но опишу, что произошло с момента попадания моей души в это тело в следующие четыре дня, до сегодняшнего вечера.

    Первые три дня я даже встать не мог без помощи, и де Курье учил Люси на мне, как нужно заживлять тяжёлые внутренние травмы. Кстати, оказывается, де Курье не имел права давать знания своим ученикам, кроме базовых, до поступления их в академию, но это не касалось будущих целителей, их учили с момента становления их учениками. Так что Люси только следила, но не участвовала, знаний не хватало. Вот я и лежал, питался, ходил на горшок у кровати и снова лежал. В первый раз, да и то осторожно, я встал под присмотром мага и его учеников вчера утром и с тех пор старался делать это почаще, чтобы побыстрее освоить своё тело, а это было непросто, и при возможности начать тренировать его. Восемь лет – идеальное время начинать совершенствовать его. Так считал не только я, но и местные спецы меча и другого оружия.

    На данный момент все процедуры были закончены, моё тело было полностью здоровым, поэтому лучше опишу, что я узнал о местном мире и о магах.

    Сперва о магах. Их рождалось не так много, и за молодыми одарёнными велась настоящая охота. Вольные маги на контракте, как де Курье, искали в деревнях и сёлах детей вроде тех, что он набрал себе в ученики, занимались ими до того момента, пока будущим магам не исполнится четырнадцать лет, после чего отправляли их в академию, с которой у них был подписан договор, получая за это солидные премиальные. Как сказал бородач, он уже отправил в академию шестнадцать одарённых и на полученные деньги купил себе землю и замок в империи Сауд. Сейчас у него ещё трое перспективных одарённых и, вполне возможно, появится четвёртый, если пройдёт стандартную процедуру пробуждения дара. Это я о себе. Тот сейчас у меня был скрыт, и сам я его без чужой помощи разбудить не мог. Сегодня днём де Курье снял дом на две недели, он решил задержаться в местном городке Лешье, и готовил там пентаграмму инициации дара со своими учениками, а Люси отправил за мной.

    Забежав в комнату, девчушка успокоила дыхание и важно сказала:

    – Пора, всё готово.

    С этого номера мы съезжали, поэтому все вещи уже были перевезены в снятый домик. Поправив курточку – новую одежду мне подарил маг, всё точно по размеру, – я вышел следом за Люси и, спустившись по лестнице, оказался в заполненном народом зале. В это время мне на глаза попался местный хозяин – трактирщик, который стоял за стойкой. Когда наши взгляды встретились, я ткнул в его сторону указательным пальцем и медленно провёл им по горлу. В моих глазах смеха или веселья не было, только ненависть, которую я легко в себе разбудил. Тот застыл соляным столбом от такой наглости, а я поспешил догнать Люси, что шла по широкому коридору между столиками к входной двери.

    Причина такого поступка была банальна. Оказывается, в тот момент, когда я вселялся в это тело, девчушка училась работать с артефактом, который я обозвал видеокамерой, так как он работал так же. Это был зелёный кристалл, на одной из плоских поверхностей которого можно было прокручивать запись того, как меня убивали. По тем щенкам-ублюдкам, что присутствовали при моём убийстве, ничего не скажу, а вот живодёра казню, когда найду. В поле объектива попался и трактирщик, что пнул моё бессознательное тельце, которое в тот момент лечил маг. Я не умею прощать, так что трактирщику не жить. Если я не успею совершить месть, то есть он сдохнет раньше, перенесу её на его родственников. Я так не раз делал в прошлой жизни. Всегда. Специально тех ублюдков искать не буду, мир большой, но, если встретимся, им тот день не пережить. Уж я-то постараюсь.

    Оказавшись на улице, я прищурился от бивших прямо в лицо лучей заходящего солнца и заспешил следом за Люси, которая ждала меня на первых ступеньках широкого крыльца. Дальше я следовал за ней, не замечая своей усталости – ни разу ещё в этом теле столько не ходил, – крутя головой во все стороны, впитывая всё, что видел.

    Мне были интересны самые обычные на вид лошади, как тягловые, запряжённые в повозки, так и верховые. Последних было больше. Меня даже поразил один дворянин, что проехал на мощном коне с украшенной серебром уздечкой и седлом, смотрелось всё очень красиво. Народу на улице хватало, вечер всё же. Были люди, и их было большинство, но сегодня впервые я увидел и другие расы. Сперва засёк двух представителей расы гномов, которые шли куда-то по улице, к сожалению, я их видел только со спины, отметив непомерно широкие плечи, а потом заметил зелёнокожего орка. Не сказать, что он был особо высокий, два метра да сантиметров двадцать, не выше, но всё же впечатлял своим костяком и латами, а секира на его плече заставила остановиться, и, открыв рот, я стал пялиться на него.

    Очнулся от щипка в плечо – рядом стояла улыбающаяся Люси.

    – Рот закрой и пошли, поторопиться надо. Ритуал начинается с заходом солнца.

    Я снова двинул за девчушкой, правда, теперь она меня придерживала за плечо, меня ощутимо качало от усталости после долгой ходьбы. В этот раз я глянул вокруг уже истинным зрением, тем, что пользуются одарённые. Это зрение, оказывается, можно было включать и выключать, а я-то думал, что все маги так смотрят. Оказывается, нет, на это тоже требуются силы, в смысле, мана мага, так что пользуются одарённые этим зрением не всегда.

    Включать и выключать зрение меня почти сразу научил де Курье, так что я легко пользовался им. Переходить на разные режимы было нетрудно. Кстати, это очень удивляло де Курье. Ещё в момент пробуждения я узнал, что истинным зрением могут пользоваться одарённые, которые уже прошли инициацию дара, у меня же всё было наоборот: источник внутри точно ещё не был разбужен, а зрение действовало. Что у меня есть дар, де Курье уже не сомневался, он как-то принёс к нам в комнату таверны какой-то жутко мощный и дорогой артефакт древних магов, что взял на час у местного мастера магии, и проверил. Тот долго гудел, но всё же подтвердил, что я одарённый. Ну а какая во мне спит сила, можно узнать только при инициации.

    Так вот, глянув вокруг истинным зрением, я споткнулся от удивления. Ни одного человека не было, чтобы на нём не имелось артефактов или амулетов. Их предназначение я ещё не знал, но видел прекрасно каждый активный артефакт. Больше всех светился орк. Он вообще был как увешанная гирляндами ёлка, я даже прищурился, глядя на него.

    Вывел меня из оцепенения ещё один щипок и недовольное брюзжание Люси, так что пришлось брать себя в руки и дальше уже идти спокойно, глядя на людей вокруг обычным зрением. Как оказалось, мы почти пришли. Свернув с центральной улицы в узкий проулок, мы остановились у низкой калитки такого же невысокого забора. Это я по старым меркам меряю, для моего нового тела забор был высок, на голову выше. За ним была тропинка, выложенная из плоских камней, которая вела к небольшому домику. Что привлекло моё внимание, пока девочка открывала калитку, так это узкие окна полуподвала. Это профессиональный взгляд, всегда замечаю подобные мелочи.

    Мы по тропинке прошли в дом, где чуть не столкнулись с Езором, который поднимался по лестнице из подвала.

    – Где вы ходите, у нас уже всё готово, – недовольно выговорил он.

    – Пришли уже, – буркнул я, и мы начали спускаться в полуподвал.

    Там при свете магических светильников я увидел де Курье и Ельга. Маг проверял начерченную на свободном пространстве пентаграмму, а ученик поправлял один из светильников.

    – Уже пришли? – встал маг и, осмотрев меня, удовлетворённо кивнул: – Тогда начинаем.

    Что делать дальше, мне ещё вчера описали во всех подробностях, поэтому, пройдя внутрь пентаграммы, я мельком осмотрел положенные на остриях специальные кристаллы драгоценных камней и лёг на спину, чтобы ноги смотрели на два кристалла, зелёный и синий.

    Пока де Курье заканчивал последние приготовления, беря в руки свой посох, готовясь активировать пентаграмму и провести процедуру инициации одарённого, я вспомнил наши беседы с ним и его учениками об этой самой магии.

    Тогда на мой первый вопрос насчёт дара – я поинтересовался, а вдруг он будет предрасположен к тёмной магии или некромантии, например? – де Курье несколько секунд недоумённо смотрел на меня, а потом захохотал. Ему вторили ученики. Сперва маг выяснил, что я знаю о магии, не переставая смеяться от моих описаний, а потом за несколько часов ввёл в курс дела. В принципе, наши фантасты не особо ошибались. Ох, чую, во сне они не раз бывали в подобных мирах, но как бы то ни было, поясню подробнее.

    Не было разделения на магов разных категорий по дару. Есть дар и есть сила, у всех они одинаковые, а какое из искусств ты будешь учить, зависит только от тебя самого. Что интересно, то и учи. Сейчас поясню. Я с удивлением узнал, что дар одарённого и его сила – это одно и то же, просто де Курье привык разделять их по причине того, что у одарённых дар одинаковый, его может быть или не быть, а сила у всех разная. Сила – от внутреннего резерва маны, тут есть такое понятие – мана, но маги используют слово «сила». Ещё от древних магов осталась линейка определения внутреннего резерва силы, который, кстати, можно увеличить за счёт усиленных тренировок. Определение силы мага было нетрудное для запоминания – от десяти до бесконечности. То есть одарённый с десятым уровнем силы – это самый слабый одарённый, таких принимали в академии, но учились они все только на факультете алхимии и зельеварения, становясь в будущем незаменимыми помощниками для настоящих магов. Это как у нас в России: есть врачи, а есть фельдшеры, вроде и те и те медики, а уровень знаний и умений разный.

    Определение уровня силы каждого одарённого начинается с десяти, с самого слабого, и постепенно снижается. Первый и второй уровни могут иметь даже архимаги, а у гранд-мастеров магии, которых сравнивают с богами, вообще не могут определить уровень силы. К слову сказать, на Тории, в мире, где я оказался, было всего два гранд-мастера магии. Казалось бы, всего двое, но считается, что это даже много.

    Для сравнения, если взять де Курье. Он поступил в Академию магии империи Сауд одарённым с девятым уровнем силы, что позволило ему поступить на факультет погодников, за время учёбы, которая длилась пять лет плюс ещё один год аспирантуры, поднять силу до седьмого уровня и сдать дипломную работу на звание мага.

    Теперь поясню со слов де Курье, что означают звания подмастерьев, магов, мастеров магии и остальных. Как после окончания армейского училища курсант выходит из его стен полноправным офицером, так и подмастерье, по местным понятиям, самое младшее офицерское звание, соответствующее земному младшему лейтенанту. Это для примера. Одарённые же, обучившиеся в академии, становятся полноправными магами, или подмастерьями. Так вот, по иерархической линейке вверх: ученик, старший ученик, подмастерье (многие не учатся дальше, довольствуясь этим званием, и покидают академию), маг (максимальное звание для студента по окончании академии). Потом идут мастер магии, магистр, архимаг и гранд-мастер магии, но одарённый получает эти звания, уже когда самостоятельно поднял свои знания.

    Опять же взять для примера де Курье. Он закончил академию двадцать шесть лет назад, учась на факультете погодников, заодно посещая лекции ещё на двух факультетах, и после сдачи экзаменов получил на руки три диплома по факультетам: маг-погодник, подмастерье-лекарь и подмастерье-артефактор. Причём, по его словам, если бы не его тяга к знаниям, он бы не закончил академию с таким высоким результатом. Таких, как он, в академии было не так уж много. Кстати, в последующие годы он продолжал осваивать искусство, готовя дипломную работу и собираясь отправиться в академию поднять артефактора до звания мага. С этим повышением квалификации были свои заморочки. Все цены были фиксированы, и граждане платили за сделанные де Курье артефакты суммы, как за работу подмастерья, а они чуть ли не в два раза отличались за произведённые магом. Именно поэтому он и хотел сдать экзамен и защитить дипломную работу на звание мага ещё по одному направлению.

    Может, я и сумбурно всё объяснил, но, честно говоря, устал немного, в голове мешанина из мыслей. Пока де Курье зажигал кристаллы, касаясь их навершием посоха, отчего они начинали светиться внутренним светом, я посмотрел на учеников мага.

    С ними тоже было всё интересно. Как я уже говорил, одарённых было не так много, и академии вели на них охоту, заманивая к себе, будь те гражданами империи или нет. Одним из таких способов было брать на контракты вольных магов вроде де Курье. Опишу схему его работы. Он постоянно находится в разъездах, работая по заявкам и накапливая капитал, и по деревням и сёлам ищет одарённых. Искать их было нетрудно. Он велит старосте собрать всех жителей на площади и набрасывает сетью на них одно заклинание, и если там есть кто-то из имеющих скрытый дар, то над его головой загорается огонёк, видный истинным зрением. Сами деревенские охотно проходили эту проверку, так как знали: если будет найден ребёнок с даром, то его семье будут выданы десять золотых монет. Мне ещё бы узнать, много это или мало.

    Со мной такое, понятное дело, не сработало, хотя де Курье раз двадцать пробовал на мне заклинания обнаружения одарённого, а вот парней и Люси он нашёл именно так, после чего выдал их родителям означенную сумму и забрал детей, обучая держать свою силу под контролем. Кстати, как я уже говорил, такие маги-поисковики до четырнадцатилетия учеников учили их только основам управления своей силой, десятку самых простых заклинаний, читать-писать и этикету, так как одарённые, вышедшие из стен академии, получали самое младшее дворянское звание – шевалье. Ну, кроме тех, кто уже имел дворянство по праву рождения. А Люси – особый случай, поэтому де Курье и занимался ею больше других. Как я понял, за неё он получит от академии премию, равную стоимости его замка, он сам об этом как-то обмолвился. Наверное, это много, не знаю, но раз он так суетится, то реально много.

    Сейчас, кроме каждодневных повторяющихся уроков ученики мага думали и прикидывали, на какие факультеты они поступят. Ельг, имеющий седьмой уровень силы, железобетонно решил поступать на боевой факультет и готовился к этому. Езор, имевший восьмой уровень, ещё не определился, он никак не мог выбрать между факультетом артефакторики и бытовиков, а Люси, имевшая шестой уровень силы, хотела стать целительницей, к этому и готовилась. По словам де Курье, в будущем девчушка может стать мастером магии в целительстве, а то и магистром, а это вообще мощно. Те могут оживлять даже умерших… если, конечно, прошло не более пяти минут, ну и отращивать покалеченным все конечности. Но это многие маги-целители умеют делать с помощью своих посохов, без них они так, слабаки.

    В отличие от Езора я уже определился со своим интересом. Меня, конечно, и другие направления в магии интересуют, но главное, без сомнения, – это артефакторика. Пока я разглядывал магические линии кристалла «видеокамеры» де Курье, чуть не влюбился в ту грациозность сделанной работы. Хочу уметь так. Теперь главное – пробудить свой дар и узнать, какой у меня уровень силы. Правда, меня насторожили слова мага о том, что моя судьба в академии, как и Люси, уже предрешена. Это настораживало, но объяснять свои слова де Курье отказался, сказал, что я в академии сам всё узнаю. Что он имел в виду, ученики тоже не знали. Ладно, потом – сам узнаю.

    В это время я почувствовал, как де Курье вошёл в пентаграмму и, присев рядом, положил свои руки мне на голову.

    – Готов?

    – Да, – коротко ответил я.

    Мне ещё вчера парни и Люси рассказали, что они чувствовали, когда проходили инициацию. У всех прошло по-разному. Но я надеялся, что проблем не будет. К тому же де Курье неуверенным тоном сообщил, что даже если у меня отсутствует дар, то ничего страшного со мной не случится.

    Как только я подтвердил, что готов, что-то изменилось, я на миг перестал чувствовать своё тело и понял, что просыпается сила. Нет, не так, СИЛА.

    Представьте, что вы держите в руках стакан с водой, и вдруг стакан исчез, и вода, мгновение побыв в той же форме, начала растекаться, а вам нужно удержать её в форме стакана. Я не смог, но отчаянно пытался.

    Открыв глаза, я попытался осмотреться, но вокруг в рамках пентаграммы был густой туман и крупные снежинки – так я видел свою ману, что вышла из-под моего контроля и растеклась вокруг. Трещали доски пола, сжималась пентаграмма, ярко светились кристаллы, сдерживая большой объём сырой маны, но пока они держались.

    «Юра, – услышал я в голове спокойный голос мага, – не волнуйся и делай то, что я скажу».

    Согласуясь с объяснениями де Курье, я потихоньку стал брать под контроль свою силу. По его подсказкам я сперва научился из своей маны плести магические нити, получились они у меня сразу, причём довольно тонкие, хотя Люси говорила, что у неё при инициации вышли толщиной с большой палец ноги, у меня же они были тоньше иголки. Из этих нитей я сплёл магическую сеть и набросил её на себя. Работал я не руками, естественно, разумом. Это сложно объяснить, но де Курье смог это сделать и научить меня мысленно управлять своим даром.

    Открыв глаза, я понял, что мана в моём теле была под контролем, никакого тумана и пурги вокруг. Но это ещё было не всё. Де Курье сказал, что не видит мою сеть, и показал, как сбросить эту защиту, а потом, заново сплетя сеть, только уже сделав более толстые нити, вернуть всё на место. Повторив это действо несколько раз, я почувствовал, что маг убрал руки с моей головы и, придирчиво осмотрев меня, разрешил покинуть пентаграмму. Как ни забавно, но эта защита из сетки была для детей, через пару месяцев я научусь контролировать и держать силу в кулаке без помощи сетки, и она уже не понадобится, а пока без неё никак. Озадачило только то, почему маг не видел мою первую сетку. Чуть позже я узнал, что не всем магам дано видеть тонкие магические линии. Тут всё зависит от дара, а я ещё уши распустил, слушая объяснения де Курье, что он у всех одинаковый. Мол, он есть или его нет. Ничего подобного, дар у всех разный! Именно дар, не путайте с силой.

    Такие маги-поисковики, как де Курье, использовали учеников для пополнения магоэнергии в артефактах – так сказать, бесплатные источники, так как ученики находятся на полном попечении мага. Кроме того, одарённые, пополняя карман мага, заодно увеличивают свой резерв, опустошая себя до последней капли маны и снова медитациями заполняя источник силы. Но мне это ещё предстоит, а сейчас хотелось бы узнать уровень моей силы. То, что меньше пятого уровня, я был уверен, но вот насколько?

    Де Курье к этому времени подошёл к главному кристаллу и, подняв его, посмотрел на результат. Видя, как поднимаются его брови, после того как он расшифровал его, я невольно спросил:

    – Сколько?

    Остальные ученики, которые теперь спустились в подвал – при моей инициации они отсутствовали из соображений безопасности, – тоже превратились в одно большое ухо.

    – Я дважды проверил, кристалл уверенно показывает на третий уровень силы. Это очень и очень неплохо. Я бы сказал, просто отлично.

    – Я думал, больше будет, вон вокруг меня какая пурга была из маны, – с некоторым разочарованием пробормотал я.

    – Да у тебя ещё слабая, было видно, что ты контролируешь себя, – отмахнулся довольный маг. – Вот у Езора, когда он от испуга утратил контроль, полыхало так полыхало. Ты, Юра, не волнуйся, до поступления в академию усиленными тренировками, уверен, доведёшь свой уровень до второго, а то и до первого, но это если повезёт и очень стараться будешь.

    Я понимал, почему маг радуется. Одна из его основных подработок – это зарядка накопителей артефактов, а тут такая батарейка появилась! Поясню: чтобы зарядить полностью опустошённый накопитель того же кристалла «видеокамеры», Люси, самой сильной из учеников, требуется истратить весь свой резерв силы, но кристаллом потом можно будет активно пользоваться полгода, пока он не разрядится. Я же могу зарядить сразу десяток таких накопителей, причём особо не напрягаясь. Чувствуете разницу? Эту разницу во внутреннем объёме маны мне ещё вчера Люси пояснила.

    Да, о кристаллах драгоценных камней и кварца. Я вчера не понимал, почему маг так с ними носится, даже с самым мелким рубином, как с великой реликвией, и Люси мне и это объяснила, что было очень интересно. Всё дело – в накопителях, потому что накопителями для магоэнергии являются лишь природные драгоценные камни. Алхимики могут создавать искусственные камни, но они идут только в ювелирку, так как если в такой камень начать подавать ману, то он осыпется пылью, держат в себе ману только природные камни. Как алхимики ни бьются, ничего не могут поделать: ну осыпаются их камни в пыль и всё тут! Так что производство искусственных камней на поток не поставлено, лишь по заказу ювелира.

    Кстати, во времена древних магов – о них я пока мало знал – алхимики умели создавать искусственные камни-накопители, но, к сожалению, современные не могут повторить их опыт. Так что к выданным академией камням де Курье действительно относился бережно. Природные камни стоили очень дорого. Для примера: как маги создают заклинание малого исцеления? Одарённый берёт лист или дощечку с детскую ладонь, наносит на неё плетение заклинания, как пояснила Люси, оно простенькое, запитывает линии плетения манной – и всё, готово! А чтобы активировать плетение, нужно разломить дощечку, или порвать лист, только делать это рядом с раной, не дальше полуметра. Только мана держится всего месяц, не больше, после чего рассеивается вместе с плетением. Это самое простое использование.

    Теперь о накопителях. Взять дощечку, ну, или другой предмет, включая ювелирное украшение, нанести плетение, а накопитель, хоть тот же кристалл кварца, зарядить маной, но плетение устанавливать слегка усовершенствованное. И малым исцелением можно пользоваться неоднократно, пока не разрядится накопитель, но его можно подзарядить у любого одарённого. Такое изделие уже считается артефактом и стоит довольно дорого. Те же свитки или дощечки можно купить буквально за какую-то мелочь, а на подобные артефакты уже нужно серьёзно потратиться.

    Да, ещё добавлю: кристаллы кварца и драгоценные камни – это совершенно разные вещи. Кварц, в принципе, тоже неплохой камень для содержания маны, но, в отличие от настоящих драгоценных камней вроде алмаза, со временем терял ману, понемногу, но терял. Поэтому кварц использовали в основном для обучения учеников и создания недорогих магических амулетов. Сами природные камни во многих государствах считались стратегическим сырьём, и в свободной продаже их было встретить очень трудно, поэтому состояние мага обычно оценивалось по количеству природных камней, имевшихся у него. Де Курье их имел, но немного, большинство у него были кристаллы кварца. Вот они в большом количестве продавались везде.


    – Пойдём поужинаем, заодно отпразднуем появление ещё одного одарённого, – подхватив меня под локоть, сказал де Курье.

    Несмотря на то что время было примерно около полуночи, наверху нас ждал праздничный ужин. Так вот чем ученики занимались, а то «нельзя им внизу находиться, опасно»!

    Сам я дом осмотреть ещё не успел, мы, когда пришли, сразу спустились в подвал, да и сейчас было не до того. Нужно будет завтра утром его хорошенько обследовать, раз маг решил здесь задержаться, – ему поступило от местных землевладельцев несколько заявок по очистке их земель от природных аномалий.

    Из-за того, что рядом находились исковерканные древней магией во время битв земли и природа на них ещё не оправилась, некоторые аномалии изредка проявлялись на участках местных владетелей. Надо будет более подробно расспросить об этих пустошах, а то получил общие сведения – и всё. Мол, пустоши образовались после магических войн, бушевавших здесь более шестисот лет назад, во времена древних магов, тогда же и наступил закат магического конструирования и последовала утеря многих магических знаний. Война по всему шарику шла…

    Мы сели за стол и начали праздновать, отмечая мою инициацию. Я быстро сомлел, так как был сильно уставший от сегодняшнего несколько бурного дня, поэтому не заметил, как уснул прямо за столом.


    – Вставай, лежебока, – потряс меня за плечо Езор.

    Высунув свою мордашку из-под одеяла, я широко зевнул и спросил:

    – Сколько времени?

    – Утро уже, вставай, сейчас позавтракаем, и учитель даст тебе первое задание.

    – Ясно.

    Чувствовал я себя хорошо, проверка истинным зрением показывала, что защитная сетка на месте, поэтому, бодро вскочив с кровати, быстро оделся и, осматриваясь, пытаясь понять, где нахожусь, направился по коридору к лестнице. Оказывается, наша комната была на втором этаже этого домика.

    Спустившись, я вежливо поздоровался с дородной женщиной, которая мне была незнакома, и, узнав, где можно умыться и опорожниться, вышел наружу, попав в сад.

    Самый обычный на вид «скворечник» в саду был занят, поэтому я сперва ополоснулся из бочки с дождевой водой и стал терпеливо ждать. Когда наконец Люси вышла, я промчался мимо неё, взметнув её косу, и закрылся в туалете, судорожно развязывая шнуровку штанов.

    Помыв руки в бочке, подпрыгнул и сорвал с ветки дерева фрукт – я такой уже ел, Люси приносила, – ополоснул его в той же бочке и, хрустя на ходу, отправился обратно в дом.

    Пока домработница мадам Деона, которую наняли на две недели, накрывала на стол, я поздоровался с остальными сонями, включая учителя, – а де Курье стал мне теперь учителем на ближайшее время, – и стал осматривать дом. Меня пока всё устраивало, да и интересна мне была магия, поэтому я решил остаться с магом. Как-никак я ему был обязан жизнью, а такие долги я не забываю, пока не верну их естественно. А дальше посмотрим.

    Дом был небольшой – кухня, зал, столовая и гостиная на первом этаже, вход в подвал был из кухни, две спальни на втором этаже, под крышей. В одной комнате спал де Курье, в другой – мы четверо на топчанах, и, что странно, топчаны были ненастоящими. Де Курье около них и обнаружил меня – я разглядывал линии заклинания. Смотришь истинным зрением – заклинание, простым – топчаны. Мистика. Хочу уметь так.

    – Ах вот ты где! – Маг вошёл в нашу комнату.

    – Это вы сделали? – Я показал на кровать.

    – Только развернул, создание подобного заклинания мне не подвластно. Это работа бытовика, причём по качеству изделий могу сказать: он или мастер магии, или уже магистр. Я этот артефакт в лавке продаж артефактов купил. Полтора золотых, между прочим.

    – Вы хотите сказать, что пользуетесь чужими заклинаниями? Разве это возможно?

    – А почему нет?! – настала очередь удивляться де Курье. – Конечно, не все заклинания можно поместить в подходящую заготовку, но всё же некоторые возможно. Например, это заклинание многоразового действия, тут только и нужно, что подзаряжать накопители – и всё, с этим я легко справляюсь, хоть и плохо вижу магические линии артефакта, некоторые вообще не вижу.

    Маг подошёл к шкатулке, стоявшей на столе, на которую я не обратил внимания, и закрыл крышку, отчего все четыре топчана пропали. Когда он её открыл и нажал на две магические пиктограммы, как я успел рассмотреть, топчаны снова развернулись. Как я понял, пользоваться управлением мог и простой человек, не одарённый. Удобно, чёрт побери! Нет, хочу так уметь, хочу-у-у!

    Забравшись на свою кровать, я попрыгал, проверяя мягкость, помял между пальцами одеяло, потрогал подушку и, вздохнув, пробормотал по-русски:

    – Я просто хренею от этой магии.

    Спустившись, мы устроились за столом и начали завтракать. Во время еды я с интересом слушал объяснения учителя о правилах поведения за столом. В основном они предназначались мне, для остальных всё было привычно.

    После завтрака маг начал собираться, велев обоим ученикам подготовиться к дороге, – скоро должна подъехать повозка, запряжённая лошадьми, – а мне дал первое поручение. Я должен был научиться переливать свою ману в накопители. Попросту говоря, заряжать пустые кристаллы-накопители сырой маной. Были и другие маны, их можно было обрабатывать. Тут аналогия с нефтью. Не все машины работали на нефти, вот и требовалось перед тем, как наполнять накопители зарядом, поменять свойства маны на другие. Но это мне всё ещё предстоит выучить. Сложновато немного для понимания, да? Но я учился и собирался учиться дальше.

    Этому поручению я не особо удивился, так как знал о нём, мне другие ученики рассказали, единственно, что не пояснили, – как я должен это делать. У каждого это получалось по-своему и не сразу. Вот Люси, самая способная и сильная, сумела зарядить первый накопитель через одиннадцать дней, пацанам понадобилось на это куда больше времени.

    Через десять минут подкатила повозка с кучером на передке, и маг с обоими учениками укатил работать по первой заявке. Домработница, убравшись на кухне, отправилась на рынок за свежими овощами и другим продовольствием. Мы с Люси, которую оставили следить за мной и помогать мне, остались одни.

    Почесав макушку, я спросил у девчонки:

    – Что делать будешь?

    – За тобой следить, чтобы ничего не натворил, – честно ответила та.

    – Ясно, – вздохнул я.

    Выйдя из дома и прихватив половик, я расстелил его в тени одного из фруктовых деревьев, очистив этот пятачок от лежавших плодов, и, устроившись на нём, взял в руки первый кристалл кварца. Как я уже говорил, они были самыми дешёвыми накопителями, хотя и не служили так долго, как драгоценные камни. Да и никто мне не доверит драгоценный камень для тренировки, при неумении и с ними можно сделать так, что и они осыпятся пылью.

    Прикрыв глаза, я перешёл на истинное зрение. Веки мне не мешали оглядываться вокруг и смотреть на переплетения магических энергий. А она была везде, в деревьях, в растениях, даже в воздухе высоко над головой были видны тонкие нити магических жил. Раньше древние маги умели присоединяться к ним и быстро пополнять опустошённые резервы или вообще подключать стационарные артефакты, сейчас это умение было утрачено. Это Люси мне рассказала, когда заметила, что я, задрав голову, наблюдаю за небом. Видимо, сообразила, что я там разглядываю.

    После обеда мы вернулись в сад, и я продолжил пытаться зарядить кристалл кварца. Под вечер я наконец понял, что делаю не так, и почти сразу кристалл рассыпался у меня в руках пылью.

    – Слишком много энергии дал, наверняка весь резерв опустошил, – сказала Люси, когда я открыл глаза. – Вот, держи другой, попробуй ещё раз, только осторожно, понемногу.

    – Не весь, четверть где-то, – довольно хмыкнул я.

    В этот раз я контролировал расход маны и зарядку кристалла, через минуту у меня на ладони лежал кристалл кварца размером со спичечный коробок, заполненный до предела магоэнергией, на которой работали все местные артефакты. Что странно, кристалл после зарядки заметно потяжелел. Феномен. Ничего, будет время – узнаю, почему это происходит.

    Когда перед самой темнотой вернулись маг и ученики, мой резерв был опустошён полностью, я сидел на покрывале и по подсказкам Люси учился в медитации пополнять его, а перед нами лежали и слегка светились восемнадцать больших кристаллов кварца, переполненных энергией. Весь мой запас силы.

    – Не ожидал, – сказал подошедший и крайне удивлённый де Курье. – Быстро ты учишься.

    – Мне нравится, и я хочу учиться, – сказал я, прерываясь и с трудом вставая, – затёкшее тело плохо меня слушалось. Нужно начинать физические тренировки, чтобы не быть таким рохлей.

    – Как я вижу, заряжать кристаллы ты научился. Кварц – самый дешёвый минерал, но зато и самый сопротивляемый по зарядке, так что с драгоценными камнями у тебя получится быстрее и лучше. Позже попробуешь. Что с медитацией?

    – Пока никак.

    – За ночь частично резерв пополнится, утром снова опустошишь его и занимайся пополнением. Люси тебе поможет.

    – Хорошо, учитель, – кивнул я и пошёл в дом.

    Маг был пропылённый, как и его ученики. Пока он общался со мной, те успели прихватить по пирожку с кухни и теперь плескались у бочки, отмываясь. Де Курье, с помощью магии очистив свою одежду от пыли, разделся и тоже направился ополоснуться, прихватив деревянное ведро и корыто.

    За его «купанием» я наблюдал из окна нашей спальни большими глазами. Думаете, он опрокинул на себя вёдра с водой и всё? Ага, как же! Вода в корыте встала водяным смерчем и буквально облепила его. Через минуту маг был чистый и посвежевший. Хочу так уметь, хочу-у, хочу-у!


    Следующую неделю я только и делал, что заряжал кристаллы, которые потом пропадали и появлялись новые, пустые, да медитировал, пополняя свой резерв. Получаться начало только на третий день, после чего я стал качать свою силу, увеличивая её. Как пообещал де Курье, за год резерв точно увеличится до второго уровня, а там, глядишь, и до первого недалеко.

    К концу второй недели я уже начал уставать от одного и того же дела. Нет, магией, если это можно так назвать, мне заниматься было интересно, но также хотелось прогуляться и посмотреть город, однако меня не пускали. Из-за чего – Люси не знала, ей хватало приказа мага, так что пришлось обращаться с этим вопросом к нему самому. Он отправил старших учеников в сад, они вскоре должны были уехать на выполнение очередного заказа, и, убедившись, что нас никто не подслушивает, да ещё поставив Полог тишины, разъяснил мне ситуацию с молодыми одарёнными.

    Воровали их, когда они были ещё маленькими и ничего не умели, воровали их у учителей, зачастую убивая последних, после чего лаской и подарками постепенно подводили мага-ребёнка к тому, что с ними ему будет лучше, ну а там дело техники, и в будущем такие уворованные маги уже были их с потрохами. Психология, однако. Такие сильные, как я, рождаются очень редко, и, если обо мне узнают, на де Курье начнут настоящую охоту, чего ему было не нужно категорически. Он был не боевой маг, владея стандартными защитными и атакующими плетениями, долго против атак профессионалов не продержится. А тут такое везение: моя аура выдавала простого человека, не мага. Это было очень хорошо, однако, что скверно, сетка, которую я сплёл при инициации и укутал ею себя, была видна истинным зрением, и любой маг может увидеть её, как и определить, что одарённым я не являюсь. С учётом того, что я быстро учился, де Курье надеялся, что я так же быстро научусь контролировать свои силы и, убрав сетку, стану обычным не одарённым ребёнком. Маскировка первоклассная. А так, пока на мне сетка, покидать территорию дома он мне не разрешал. Любой маг заинтересуется, почему у обычного, не одарённого, судя по ауре, ребёнка «детская» магическая сетка. А где интерес, там и алчность.

    Это и объяснил мне де Курье, изрядно озадачив. Мне показалось, тот пытался меня развести.

    – Да-а… – протянул я, почесав затылок. – Однако какие у вас тут интриги бушуют.

    – Ты взрослый, хоть и находишься в теле ребёнка, в отличие от моих учеников, все эти несуразности тебе сразу бросились в глаза, поэтому я решил ничего не скрывать от тебя. Кстати, я не вижу твой дар, а аура у тебя обычная, поэтому задам вопрос: ты уже можешь контролировать свою силу? Скажи, тебе ещё нужна «детская» сетка?

    – Ещё бывают срывы и спонтанные выбросы, – честно признался я. – Думаю, ещё неделю, и можно будет попробовать снять.

    – Неделю? – задумался маг. – У нас работы осталось дня на три… Ладно, что-нибудь придумаем. А ты учись и готовься, через неделю, если сетка тебе уже не будет нужна, мы телепортами перейдём в город Вернец, рядом с моими землями, и поедем ко мне в замок, там уж я примусь за твоё обучение.

    – Жду не дождусь, – улыбнулся я.

    Взъерошив мне отросшие кудри, маг тоже улыбнулся и, пообещав привезти из этой поездки кое-что интересное, направился вниз. Им пора было отправляться к очередному заказчику.

    Проводив отъезжающего мага, я вышел в сад, счастливо вздохнув полной грудью, и пробормотал:

    – Искупаться, что ли?


    Лёгкие работали свободно, словно меха в кузне нашего замка, босые ноги бесшумно ступали по утоптанной лесной тропинке. Тёплые лучи солнца последних дней лета изредка доставали до меня сквозь густые кроны деревьев, когда я забегал в островки света. Вокруг пели птицы, и я радовался жизни.

    Вот тропинка привычно ушла в сторону, но я побежал прямо и, оттолкнувшись от земли, заросшей густой травой, одним прыжком перемахнул через старое поваленное дерево с торчащими сучьями и несколькими прыжками вернулся на тропинку, которая огибала этот старый ствол.

    Бежал я, не снижая скорости, уже восемь километров от замка де Курье к своему любимому месту купания, после чего я так же, не останавливаясь на отдых, побегу обратно. Это были мои привычные тренировки вот уже четыре года. М-да, а ведь уже прошло пять с половиной лет, как я попал в это тело, пять с половиной лет, как жил в этом мире, и, надо сказать… я до сих пор пребывал в восторге. Мне всё нравилось, и я жадно впитывал любые знания. Любые – если это касалось магии и боевых искусств. А ведь эти годы пролетели для меня как один день. Было и радостное время с совместной работой с де Курье и тренировками с мастером меча, родственником мага, который пять лет назад согласился взять меня в ученики и, более того, остаться жить в замке, были и грустные деньки, когда я провожал в академию парней и Люси. Эх, а ведь они стали мне семьёй!

    Единственно, что мне не нравилось, так это то, что я был практически заперт в замке мага, он мне крайне не советовал его покидать, разрешая только тренироваться на его землях, правда, то, что я бегаю к соседям на озеро, он не знал. Вот и получалось, что я и мира не знал, только со слов других учеников и гостей замка, и никогда не путешествовал. В принципе, я по этому поводу не особо расстраивался, так как всё основное время пропадал в лабораториях или на тренировочном полигоне в подвале замка де Курье. Надо сказать, занимался я собой не зря, ох не зря. Были подвижки, ещё как были! Причём такие, что я даже не мог определить свой уровень знаний. Ранг мага, не меньше.

    Моя легконогая, сухощавая на вид фигурка в обычной крестьянской одежде выбежала на имперский тракт и почти сразу замерла, настороженно оглядываясь. Для этого были причины. И хотя в обе стороны тракт был пуст, я чувствовал разлитые в воздухе эманации смерти. Где-то рядом несколько живых разумных существ были лишены жизни. Причём в бою, ещё не стих яростный порыв эмоций в местном астрале. Ха, а де Курье в астрал выходить не может, похоже, это не умеют многие маги, но я не говорю, что все. Я вот научился это делать всего полгода назад после двухлетних упорных тренировок, отчего магическое конструирование расцвело для меня новыми красками. Эх, наставника нормального нет, я быстрее освоил бы астрал. Именно астрал и помог мне обнаружить эти эманации смерти. Другие маги их не засекли бы и прошли мимо.

    Мгновенно представив перед собой магическую схему поискового заклинания моей собственной разработки, я запитал его спецманой и бросил вперёд. То работало в широком диапазоне и, начав разворачиваться, приступило к сканированию дороги и обочин. В истинном зрении заклинание пометило яркими пятнами на дороге засыпанные землёй следы крови и шесть трупов в небольшом овражке в ста метрах от тракта. Там же лежали две туши убитых лошадей.

    Я стоял в длинном широком лесном коридоре, где под тенью высоченных деревьев по лесу пробегал тракт, мысленно наблюдая за сканированием. Убедившись, что, кроме меня, рядом нет живых существ, – мой поисковик обнаружил бы и скрытых под заклинаниями маскировки ворогов, – я сформировал мощное атакующее заклинание, защитное уже было на мне активировано, и направился к овражку. Десятиминутный осмотр трупов дал понять, что напали на какого-то дворянина, там лежали явно дружинники в одинаковой заляпанной кровью форме. Меня это мало волновало: как дворяне с презрением относились к черни, так и я презирал их, но вот один момент заинтересовал меня. Одна из убитых лошадей, судя по потёртостям на шкуре, была верховая, а вторая ранее точно запряжена в постромки. Однако кареты я рядом не обнаружил. Видимо, трофеи забрали те, кто напал на дворянина.

    – Ну и хрен с ними, – пробормотал я.

    Вернувшись на тракт, я трусцой направился к тропинке, которая бежала дальше к нужному мне озеру, очень холодному из-за подводных ключей, и нравилось мне именно поэтому – разгорячённый, я с разбегу нырял в его ледяные воды. Любил я закаляться.

    Однако, пробежав ещё три километра по лесу, я понял, что приключения на сегодня не закончились: на озере были люди и даже, кажется… нелюди. То есть из других рас. Кто, я попытался определить… Вроде два орка там было. Точно, орки.

    Не снижая скорости, я продолжал бежать к озеру – то, что там были чужие, меня не волновало: озеро было хоть и крохотным, но я надеялся, что чужаки на противоположном берегу и не помешают мне искупаться. Бежал я без страха и сомнения, потому что уже знал – магов среди них нет, хотя серьёзных амулетов и артефактов хватало.

    Выскочив из-за кустарника, я по тропинке поднялся на небольшую возвышенность, что дало возможность неизвестным увидеть меня, а мне их. Не останавливаясь, я быстро осмотрелся, нисколько не удивившись открывшемуся виду. Чуть сбоку за деревьями на малоезженой лесной дороге, что вела к озеру, стояла карета с тройкой лошадей, постромки четвёртой, убитой, были обрезаны. Там же были верховые, но не много, восемь всего.

    Главное, по виду это были профессиональные наёмники, а никак не работники ножа и топора, последних я уже видел и, надо сказать, вывел из леса, навсегда. Отличные кольчуги, сбруя, мечи, щиты и дорогие амулеты. Да, это точно профи. Их было двадцать шесть, включая двух орков. А вот их жертв осталось семеро, да и то один раненый дружинник помирал, истекая кровью, и ему никто не оказывал помощи.

    «Грубо сработали, любой маг найдёт это место по следам крови. Если, конечно, специальным артефактом их не затереть», – подумал я.

    Двое дружинников, один отходил, ещё двое – явно слуги, какой-то важный дворянин, которого допрашивал вожак наёмников, но который продолжал гоношиться, хотя на костре уже начало алеть, раскаляясь, лезвие ножа, его, наверное, дочка лет двадцати и жена. Вот и всё, что я увидел.

    Пятеро наёмников помогали главарю допрашивать пленных, остальные были в охранении. Больше всего мне не понравились двое бойцов – это, без сомнения, были мечники. Объясню, кто это такие. Как и в магии, в боевом искусстве бойцы элитных школ, вышедшие на высокий ранг боевого мастерства, тоже имели ранги и звания. Ранги подразделялись на мечников, мастеров меча и гранд-мастеров меча. Всего три ступени, но как же трудно пройти их! Уж я-то знаю, сам учусь. Самый младший, мечник, мог спокойно выйти против тридцати латных воинов и за пару минут порубить их. Мечников было большинство, они заслуженно считались элитными бойцами, и их охотно нанимали в свои дружины разные дворяне вплоть до королей.

    Тория была спокойная планета, приграничные конфликты случались часто, но войн уже лет сорок не было, однако спецов меча хватало. В основном они концентрировались у пустошей, в дружинах наёмников, на границах в войсковых соединениях и в гвардиях правителей. Эта информация была секретной, но я смог примерно прикинуть количество специалистов меча в империи. Всего мечников было девятьсот, ну, может, тысяча, мастеров меча – около семидесяти, гранд-мастер меча был один. Это я об империи Сауд, в которой было более двух десятков миллионов граждан и которая считалась самым большим государством на Тории. А если приплюсовать ещё столько же спецов меча, и будет общее количество этих профессионалов в этом мире. С учётом того, что войн не было, приличное количество.

    Одарённые этих спецов боялись. Спецам, когда они получали первую ступень звания, выдавались перстни, которые были поделками древних и считались очень серьёзными защитными артефактами, которые могли выдержать атаки даже магистра магии. Так что в бою с таким мечником и уж тем более мастером меча у одарённого шансов не было, пара секунд – и он, изрубленный, лежит на земле. Это было одним из тех кулаков, которыми правители держали в узде магов. Мол, что не так – ух, я на вас своих мастеров меча натравлю! И натравливали. Поэтому два мечника в наёмной дружине о многом говорили.

    Вот такие два мечника и стояли чуть в стороне, пристально меня разглядывая. Под удивлёнными взглядами наёмников я пробежал мимо опешившего охранения, те на амулеты положились, а они меня в упор не видели, и, перепрыгнув через тело умирающего дружинника, чуть не поскользнувшись в луже крови, пробежал мимо командира наёмного отряда. Чуть кивнув мечникам, те неуверенно ответили, я встал на небольшом мысу, начав снимать одежду и аккуратно складывать себе под ноги.

    Не стесняясь того, что был обнажённым, я сел на шпагат и прямо из него начал производить малый тренировочный комплекс для тренировок связок, чтобы они были гибкими. Теперь мечники вообще с меня глаз не спускали, да и смотрели с пониманием, сообразив, что я ученик мастера меча. Не ошибаются, у меня учитель действительно мастер меча.

    – Ты ещё кто такой?! – с некоторым возмущением спросил командир наёмников. Видимо, ему пришлось не по нраву, что вмешались в допрос или пытки.

    – А вам не всё равно? Работаете – работайте, я вам не помешаю. Вот если вы будете мне мешать… – У моей руки на миг мелькнуло сияние, и рядом с головой командира в дерево вошла сосулька, пробив не самый тонкий ствол насквозь.

    Местные разборки меня не интересовали, поэтому, не обращая внимания на то, что командир, продолжив допрос, изредка бросал на меня недовольные взгляды, я закончил с разминочным комплексом и с визгом, хотя сам считал это могучим криком Тарзана, прыгнул в ледяную воду.


    Графство Тешер, империя Сауд. Гемединский большой лес, безымянное озеро рядом с имперским трактом

    – Отродье бездны! – выругался командир наемного отряда «Хамнуд» из вольного города Белоны Элы Хван, добавив еще пару непристойных слов.

    Крик этого странного мальчишки ударил по и так натянутым нервам. Посмотрев на круги на воде, которые расходились в разные стороны, Хван только сплюнул и, повернувшись к бывшему нанимателю, который кинул их на немалую сумму, взял протянутый ему помощником нож с раскалившимся лезвием:

    – Ну что, граф, прощаемся с глазом или вы всё же расплатитесь с нами по договору, который мы, кстати, полностью выполнили?

    Через двенадцать минут, когда граф почти сдался, – он тянул время, надеясь, что его амулет сработал и сюда уже спешит помощь, но не догадывался, что тот был блокирован специальным артефактом, – водная гладь в озере вдруг вспучилась, и на берег в брызгах воды выпрыгнул малец, о котором уже все успели забыть. Кроме мечников, они-то как раз обеспокоились долгим пребыванием подростка под водой.

    Паренёк отряхнулся, как собака, бросив рядом с одеждой влажный, чем-то набитый мешок, после чего, как казалось со стороны, в мальчишку начали бить струи тёплого воздуха, и буквально за несколько секунд он был совершенно сухой, только вихры теперь торчали во все стороны, не поддаваясь попыткам недовольно бурчащего мальца пригладить их.

    – Командир, – наклонился к уху Хвана его верный помощник, – а малец-то, похоже, одарённый, артефактов на нём маловато, чтобы такое устраивать. Может, попросить его посмотреть Игора?

    – Попробуй, – кивнул Хван и вернулся к допросу графа.


    Тот же лес, то же безымянное озеро

    Подняв с травы штаны, я надел их, завязывая поясной шнурок, и заметил, что от группы наёмников отделился невысокий коренастый воин с обширной лысиной на темечке и направился ко мне. Он подошёл, когда я, напялив рубаху, закатывал на ней рукава.

    – Доброе утро, ваше магичество, – поздоровался он, сразу же выдавая в себе бывшего крестьянина, только они так обращались к одарённым. – Разрешите поинтересоваться, не владеете ли вы лекарским искусством? Если владеете, то не согласитесь ли за определённую сумму посмотреть и полечить нашего соратника?

    Я на миг задумался. До этого я ни разу не зарабатывал сам, будучи на полном обеспечении де Курье, а тот, надо сказать, был скрягой, каких поискать. Деньги у меня были, одна серебруха (так называли здесь серебряную монету) и два десятка медяков, взятых у лично мной уничтоженных лесных разбойников. Трофеи, честно говоря, с четырёх косматых, немытых, плохо вооружённых мужиков не впечатляли, поэтому предложение наёмника меня заинтересовало, хотя расценок я не знал. Де Курье о них никогда не говорил, видимо, боялся, что я узнаю, какие суммы он на мне зарабатывает, но тут ничего не попишешь, у нас с ним был договор.

    – Я не только лекарь, но и целитель. Что у вас?

    – Одного латника дружинники графа порубили, мы одно среднее исцеление использовали, снаружи рана затянулась, а внутри, видать, кровит. Отходит он, а больше свитков с этим заклинанием у нас нет.

    – Пойдём посмотрим, – велел я.

    Подхватив мешок, я направился за лысым, снова кивнув мечникам, в этот раз те ответили более глубокими кивками.

    – Что за хмырь? – спросил я у лысого, проходя мимо компании, где допрашивали дворянина и стенали его жена и дочь. Что странно, наёмники их не трогали, просто не давали подойти к мужу и отцу.

    – За работу не заплатил, – коротко ответил тот.

    – А-а-а, крыса. Ну, я, в принципе, так и понял.

    Мы прошли к карете, где на плаще лежал молодой парень с окровавленными повязками на плече и животе. Рядом с ним валялась разорванная бумага, на которой ранее были нанесены руны среднего исцеления. Одноразового действия, естественно. Сформировав перед собой заклинание диагноста, я сперва проверил, что с раненым, пометив серьёзные повреждения, после чего стал копировать среднее исцеление, наполняя силой каждую копию и отправлял их в него. Хватило двух заклинаний, чтобы тот на глазах поправился и на его щеках заиграл румянец. Похоже, второе заклинание можно было и не использовать. Я с помощью ещё действующего диагноста с интересом следил за восстановлением раненого, честно говоря, это был мой первый тяжёлый пациент.

    – Спасибо, ваше магичество. Вот, согласно обычной таксе за лечение, – протянул мне наёмник кожаный кошель, где что-то приятно звякало.

    Развязав горловину, я высыпал на ладонь горсть серебряных монет. Двадцать штук. Как я уже говорил, цены я не знал, но, думаю, расплатились по полной, потом узнаю, обманули меня или нет. Я кивнул, принимая плату, и убрал кошель в мешок за спиной.

    – Господин маг! – вдруг окликнул меня граф, когда я проходил мимо, двигаясь к тропинке. – Десять золотых, если вы освободите меня и сопроводите до ближайшего города.

    Усмехнувшись, командир наёмников обернулся ко мне:

    – А нам он должен пятнадцать. На всём экономит, сволочь.

    – Я по мелочам не работаю, – гордо задрав нос, ответил я графу, после чего сказал командиру наёмников: – Вы кроме этих пятнадцати ещё пять монет выбейте за кидалово и счётчик.

    – А что это? – заинтересовался тот.

    За пару минут я объяснил некоторые способы разводок, кидков и выбивания денег по счётчику, после чего мы с этим командиром быстро подсчитали и выяснили, что граф им теперь был должен двадцать две монеты золотом и шестнадцать серебрух.

    – Мы ещё встретимся, ты понял, засранец?! – взвизгнул граф, когда раскалённое лезвие ножа снова коснулось его лица.

    Ему мои предложения наёмникам, естественно, не понравились, а те их восприняли с радостью и одобрением.

    – Будешь убивать, – ткнув пальцем в графа, сказал я командиру, – убей его очень больно.

    Развернувшись и поправив лямки на плечах, я побежал обратно к замку де Курье. Правда, на этот раз я изрядно поплутал по лесным тропинкам, проверяя с помощью обычного зрения и магии, есть ли за мной слежка и не прицепили ли на меня магический жучок. Ничего подобного не было, наёмников я особо не заинтересовал.

    Пробежав около двенадцати километров, только к концу начав сбивать дыхание, я остановился на небольшой полянке, где в тени берёзы находился невысокий поросший мхом камень, и, забравшись на него, открыл мешок. Достав всё, что было внутри, стал разглядывать собственноручно созданные артефакты и амулеты, вспоминая, как я провёл все эти годы в замке де Курье.

    Что я могу сказать о них? Прошли они для меня очень ярко? Да не сказал бы. Интересно? Это да, точное определение, потому что я занимался тем, что меня интересовало больше всего, да и сейчас интересует.

    Пять с половиной лет назад, в конце весны, используя два телепорта и посетив два города, в одном я так побывать и не успел – мы вышли из одного телепорта, оплатили проход и в соседней комнате перешли в другой город, Вернец. Это был городок, принадлежавший местному графу. Меня всё интересовало, поэтому я любопытствовал. Там мы наняли повозку и поехали в замок де Курье. Выкупленные магом земли не были обширными, более того, даже пахотных земель у него не было, так как замок находился в окружении лесов на берегу медленной и неглубокой речушки, почти ручейка. То есть фактически с земли маг ничего не получал, зарабатывал своими умениями.

    Замок мне приглянулся – небольшой, гармоничный, было видно, что за ним следили, в его стены были вделаны артефакты, имеющие разное назначение. Вот что было плохо, так это как нас встретила жена де Курье. С первого взгляда стало ясно, что мы не понравились друг другу, и наша молчаливая вражда длится до сих пор. Причина такого неприятия к одарённым была довольно проста. Обычно одарённые женились или выходили замуж за себе подобных, так как часто их дети тоже становились одарёнными. Де Курье женился по любви на простой женщине, и та родила ему троих детей. Четвёртого уже при мне. И ни один ребёнок не был одарённым. А видя, что муж больше времени проводит с чужими детьми, из тихой неприязни к одарённым чувства мадам де Курье перелились в лютую ненависть к нам. Она с нами вообще не общалась. Ладно, прошлые ученики, они уже в академии, а я вот её ещё терпел. Правда, я был не единственным учеником мага, он нашёл ещё одного одарённого, девятилетнего мальчишку с седьмым уровнем силы, который оказался мелким стукачом и быстро стал подручным мадам де Курье. Даже пытался следить за мной во время пробежек. Но я повесил на него собственноручно сконструированное заклинание ослабления желудка, назвав его медвежьей болезнью, и как только тот покидал замок следом за мной, то быстро и непроизвольно пачкал штаны. Сам маг понимал, что тот под действием заклинания, и пытался найти его, но не мог, слишком тонкая работа для его истинного зрения, а сканирующие амулеты и артефакты ничего не выявили, так что этот поросёнок так и ходил с заклинанием. Тут нужен одарённый уровня мастера магии, не меньше, чтобы только увидеть свёрнутое заклинание.

    Что-то я расхвастался своими успехами в освоении магии, что, надо сказать, было жутко трудным делом.

    В замке мне выделили отдельную комнату, познакомили с дворней и слугами, а также показали сам замок. Было ему всего сто семьдесят лет, новодел магистра-бытовика. Тот таких замков за два сезона три штуки в этих землях построил.

    Следующие четыре месяца я не вылезал с тренировочного полигона в подвале замка и из библиотеки мага. Была причина для этого. Как я уже ранее говорил, одарённых маги-поисковики, которые поставляют Академиям магии будущих студентов, имели право учить только базовым знаниям и заклинаниям. Тот за два месяца всему меня выучил. Да и чему там учить? Дворянский этикет я усвоил быстро, язык и письменность знал, как и остальные науки, перевести с земного на местные было нетрудно, тем более местный животный мир от Земли не сильно отличался.

    Первичные самые простые заклинания я выучил и освоил за шесть дней. По дню на каждое. Да и что там было? Две личные защиты слабого уровня, броня и щит, атакующие стрела и шар, а также сканирующая сеть и лечебное «Малый лекарь».

    Броня защищает тело со всех сторон вроде сферы, если подпрыгнуть, то и ноги закроет. Помнится, я тогда подпрыгнул, отчего ноги зависли в пяти сантиметрах от пола, и стал бегать внутри сферы по полигону, и та, как мяч со мной внутри, каталась, отскакивая от стен. Я себя чувствовал как белка в колесе и изрядно повеселился. Но не долго, воздух начал заканчиваться.

    Сама защита, честно говоря, так себе, любая стрела пробьёт, да и мечом, если поднапрячься, пробить можно. Вот щит уже посерьёзнее формируется перед одарённым, закрывая его спереди, и выдерживает разнообразное оружие, правда, арбалетные гномьи болты их пробивают легко, причём даже не замагиченные. Я же говорю, заклинания для детей и, похоже, от них же тоже.

    Атакующие – такие же. Стрела – это тонкая сосулька, что способна с десяти метров пробить трёхсантиметровую доску, а шар – классический фаербол. Правда, слабенький. Я как-то, спустя год жизни в замке, экспериментировал с магическим конструированием, сделал метку, контур управления и наведения, потом навесил её на филейную часть мадам де Курье и запустил фаербол. Она сорок минут бегала по замку, вскрикивая, когда тот атаковал её в задницу, пока не догадалась прыгнуть со стены в ров с водой. Меня потом на две недели отлучили от лаборатории, библиотеки и полигона, но в тот момент я не сильно расстраивался. А вот мадам де Курье получила лёгкие, но болезненные ожоги, которые её муж очень быстро залечил. Так что слабенький этот шар – против детей. Попугать да прогнать.

    Сеть тоже так себе. Там шесть диапазонов применения от сканирования всех, кто рядом, на предмет дара до автоматической сигналки. Можно ставить сеть рядом с лагерем в качестве охранной сигнализации. Правда, против простых людей. Одарённые обойдут её с закрытыми глазами, истинное зрение позволяет видеть сквозь веки. Хотя это я вроде уже говорил.

    «Малый лекарь» было самое простое из заклинаний, относившихся к лечебным. Порез заживить – вот максимум, что он мог сделать. Уточняю: маленький порез, а не рану.

    Так вот, освоив всё это за две недели, я всласть потренировался и заскучал. Ещё через неделю мне пришла одна коварная идея. Постепенно я изучал характер мага и понял, что тот был скрягой и падок на деньги. Продажа учеников академии вполне неплохо позволяла ему держаться на плаву и не испытывать финансовые трудности, однако де Курье, будучи сам из черни, к деньгам относился очень скрупулёзно и никогда не упускал возможности дополнительно подзаработать. Вот я и надавил на эту его больную мозоль, но исподволь, как бы ненароком, во время совместных уроков подводя к мысли учить меня тому, чему учили в академии. То есть провести весь цикл обучения первых курсов и научить магическому конструированию, которым, кстати, сам де Курье не владел, но теорию знал. Де Курье был копиистом, да и то не особо способным. Именно это ему и мешало сдать на мага-артефактора, нужно было сделать что-то своё, а он не умел этого.

    Он понял, что я хочу, и мы в его кабинете серьёзно поговорили на эту тему. После четырёхчасовых переговоров, давшихся тяжело нам обоим, мы скрепили сделку рукопожатием. Заключалась сделка вот в чём: он меня учит, после чего я начинаю делать или ремонтировать серьёзные артефакты, которые де Курье сам создавать был не в состоянии, дар слабоват, и он их продаёт, как свои поделки, я же со своей стороны клятвенно пообещал, что никто не узнает, что он нарушил местные законы и учил меня магии. В этом мире частные учителя магии существовали, но не во множественном числе, так как академии таких учеников, прошедших обучение на стороне, не особо принимали, даже если они были дворянами высоких рангов. Учил меня маг именно магическому конструированию, готовя к поступлению на факультет артефакторики. Да, я сделал свой выбор, куда поступать.

    На третий месяц моего пребывания в замке к де Курье прибыл его старый друг и старший брат жены мастер меча Виктор ле Он. К моей радости, учеников тот не имел и пока просто путешествовал, решив заглянуть на огонёк к сестре и зятю. Ох, как я крутился вокруг обоих, клятвенно обещая, что успею осваивать две учёбы сразу! Это я уже потом узнал, что маг с мастером договорились так насесть на меня с учёбой, чтобы я сам попросил снизить темп. Не дождались и были вынуждены всё закручивать и закручивать гайки, усиливая тренировки и обучение, но я держался, хотя на третий месяц меня шатало, когда я шёл по коридору. А как иначе? В шесть утра подъём и тренировки тела и суставов, потом лекция в кабинете мага, снова тренировки, обед, лекция и практика в лаборатории, тренировки и практика. А спать я ложился в полночь, и так каждый день без выходных. Только одно радовало – резко подскочившие результаты освоения магии. В боевом искусстве таких успехов не было, там я просто тренировал тело по специальным методикам, учить махать железками меня начали только год спустя после начала магических тренировок.

    О том, что маг меня учит магии, не знала не только его жена, но и другие ученики. Вообще никто, кроме нас двоих. Мы просто разыграли представление, где выяснилось, что у меня случаются проблемы с даром, и все эти месяцы, переходящие в годы, мы искали её решение. Ученики видели, что я, например, пытаюсь магичить, а ничего не получалось, и спокойно приняли это, даже сочувствовали. У них таких проблем не было. Ширма действовала отлично, никто ни о чём не подозревал.

    За эти годы замок я, как уже говорил, так ни разу и не покидал, вернее, территории вокруг замка, а вот маг, давая мне задания по практике и теории, с учениками часто отлучался, работая по заявкам. Причём приходили эти заявки голубиной почтой, так как нормальной связи в этом мире не существовало. Вроде до битв древних магов такая связь была, но сейчас она отсутствовала. Многое потерял этот мир с той битвы, и до сих пор не мог восполнить утраченные знания. Хотя мне казалось, что это искусственно: захотели бы – вернули всё на прежний уровень, книги-то по магии древних остались.

    После года обучения я понял, что деградация магического искусства после древних магических войн была глубже, чем я думал. В библиотеке мага были книги древних по магоконструированию, они вперемешку со всякой литературной белибердой помещались на нескольких полках. Их маг собирал с момента окончания академии, и на данный момент таких книг было у него пятьдесят шесть. Из последней своей поездки он привёз ещё одну, купленную у старьёвщика. Это было «Создание магических иллюзий для второго курса Дембрской академии магии». Сама эта академия была уничтожена во времена тех битв. Ученики и преподаватели защищали город, где она находилась, и погибли вместе с ним. Кстати, тот город стоял где-то в пустошах, так что, скорее всего, книгу нашли поисковики.

    Де Курье языка древних магов, на котором были написаны книги, не знал, лишь семь закорючек, обозначающих определённые слова, а я за полтора года смог выучить язык. Среди книг оказался древний букварь, он-то мне и помог. Де Курье об этом даже не подозревал… Были причины для того, чтобы скрывать от него свои умения, и он до сих пор искренне считал, что я в знаниях – крепкий подмастерье, даже до мага ещё не дотягиваю. Но его и это удовлетворяло. За эти годы он привёз мне около двухсот артефактов и амулетов древних, некоторые я ремонтировал, другие пришлось создавать заново, так как магические линии были в большей части стёрты, и я не всегда мог опознать, что передо мной – боевое оружие или, например, защита от комаров. Изучение плетений древних и дало толчок к освоению конструирования и выводу моих умений на более высокий уровень.

    И в одно время у меня с магом начались прохладные отношения, о которых он, похоже, даже не подозревал. А дело было так. Я был увлекающейся натурой и за два года освоил всё, что давал мне маг, фактически частным образом пройдя часть академического образования, но сравнивать не надо, там крепко поставлено теоретическое обучение, а мне давали в основном то, что нужно для работы на благо мага, и много практики. Через два года я создал свой первый, лично сконструированный артефакт. К тому времени я уже понял, что все маги – математики, кто-то хороший, а кто-то плохой. То есть уровень знаний магии напрямую зависит от освоения математики. Так что де Курье, я скажу, неплохой маг, но плохой математик. Настоящий его уровень – для него потолок, выше он уже не поднимется. Поэтому я тщательно скрывал, что продолжал совершенствоваться. В этом мне помогали его частые отлучки на подработку.

    В общем, когда я, радостный и довольный собой, показал магу собственноручно сработанный артефакт, тот искренне изумился и попросил показать, как он был сделан, до последней магической нити. Я без задней мысли показал, о чём потом очень жалел, но чуть позже, поразмыслив, решил, что это даже хорошо, маг показал мне свою суть.

    Кто-то скажет, что, мол, я ему обязан жизнью и умениями, тому отвечу так. Был обязан, но он сам сказал мне, что я теперь ему ничего не должен. Поясню. После года жизни в замке де Курье, когда я только-только начал восстанавливать артефакты древних, набивая руку, он принёс мне полуразрушенный артефакт, буквально умоляя вернуть его к жизни. Мол, он принадлежит очень уважаемому человеку, которого неплохо бы иметь в друзьях. Я осмотрел артефакт и уверенно заявил, что не смогу его реанимировать. Вот тогда маг и надавил на мои моральные чувства, напомнив, как спас меня и помог во всём. Я понял, что если не скину с себя это ярмо, то он так и будет в сложных случаях поминать это, но сделать тогда так ничего и не мог. Вернуть к жизни этот артефакт я был не в состоянии, не с моими умениями. И маг, понимая мои терзания, пообещал, что если я верну артефакт к жизни, то он перестанет считать, что я ему что-то должен. Думаю, ясно, что я взялся за эту работу. На то, чтобы вернуть артефакт к жизни, мне потребовалось пять месяцев бессонных ночей, но я смог это сделать, и маг, держа в руках работоспособный артефакт, клятвенно сообщил, что я ему ничем не обязан. Вот так вот.

    Теперь о созданном мной артефакте. Что было дальше, мне чуть позже рассказала Люси. Она думала, что это разработка де Курье, и искренне этим гордилась. А это маг с моих пояснений смог разобраться, как я сделал артефакт, сам создал два и, собравшись, внезапно укатил из замка. Вернулся только через две недели, вот я тогда и узнал основные правила «учитель – ученик»: всё, что имеет ученик до того, как поступит в академию, включая его мысли и планы, принадлежит учителю. То есть де Курье, сам не поняв до конца, что сделал, просто украл у меня мою же разработку, добрался до академии и за неделю сдал дипломную работу на мага-артефактора, благополучно её защитив и повысившись в чине, чем очень гордился. Меня он даже не поблагодарил, видимо, ему это в голову не пришло.

    Я был жутким собственником и своё никогда никому не отдавал, если, конечно, у меня пытались отобрать силой, а не сам подарил. Я уже не был должен магу ничего, поэтому сурово отнёсся к краже. А де Курье с тех пор очень интересовался моими разработками, но их за всё время было всего три, да и то по мелочи, чтобы он отстал. Каждый созданный мной амулет или артефакт маг регистрировал в ближайшем патентном бюро на себя, что ещё более охладило меня к нему, но внешне я это не показывал, а просканировать меня маг не мог – врождённая защита.

    Злился я на него по той причине, что это воровство у нас не было прописано в заключённом договоре, только ремонт и создание подделок под артефакты древних, иначе я у него ещё много чего выбил бы, так что это стопроцентное воровство. Именно воровство, и точка! Пока меня всё устраивало, я всё ещё учился, да и с ле Оном у меня продолжались уроки по боевому искусству, и бросать ни то ни другое я не хотел, несмотря на нечестность мага. Так что подождём.

    Кстати, мастер меча ле Он крепко за меня взялся, тем более я у него был единственный ученик, более того, первый, и тот тренировался на мне в обучении, чтобы уже по созданной им методике заниматься со следующими учениками. Так что я для него был подопытной куклой. Не скажу, что я расстраивался от этого, но, на мой взгляд, манера обучения мастера была несколько… жестковатой. Хорошо, я тогда уже освоил среднее исцеление, чтобы не ждать возвращения де Курье из очередной поездки, а если бы не знал, ходить мне поломанным. Жёсткие у него были спарринги, очень жёсткие, хоть и действенные. И обучался я ускоренными темпами, удивляя учителя…

    Ах да, я не сказал, что создал. Артефакт был боевого направления. Изучая несколько старых артефактов с почти стёртыми рунами или полностью разрядившихся, отчего их магические линии начали распадаться, я на их основе сконструировал меч джедая. Многие видели светящиеся мечи в фильме о звёздных войнах, вот и тут я взял простую кожаную перчатку, нанёс на неё специальной краской руны, запитал специально очищенной для этого маной, и тот заработал. Если думаете, что всё это просто, как в описании, то я вас разочарую. Я этот меч три месяца конструировал, полностью выложившись, так что, полагаю, понятно, в каком я был состоянии, когда узнал о подлости мага. Именно тогда, в момент очередного нашего противостояния, я и атаковал задницу мадам де Курье фаерболом, и меня отлучили от работ по созданию и ремонту артефактов и амулетов на две недели. Ничего, отдохнул, тренировался с ле Оном, пока маг сам не выдержал и не вернул меня к учёбе и ремонту. А он, похоже, зарабатывал на восстановлении амулетов древних магов приличные деньги, если так недолго продержался.

    Остальные амулеты, что я сдал магу, были бытового применения. Один – автоматический зонтик. То есть защитный полог сверху, прикрывающий от дождя, но, в отличие от разработок других магов, мой разворачивался автоматически, его не нужно было контролировать, так как он постоянно находился над головой и сворачивался, если хозяин входил в дом или дождь заканчивался. Для пробежек по лесу такая защита очень актуальна. Второй артефакт – расчёска, которая могла сама делать причёски. Правда, заложено в неё было всего десять видов причесок, но маг был рад и этому. После того как он оформил патент на себя, жена за такой подарок – а она гордилась мужем, который создаёт такие артефакты, и постоянно мне тыкала этим, не понимая, почему я смеюсь, – очень долго благодарила муженька. Отчего у них и появился четвёртый ребёнок. Ну а третий артефакт я сделал для детей мага, так как быстро нашёл с ними общий язык и радовал их вкусностями и игрушками. Да, третий артефакт был игрушкой. Парусник с дистанционным управлением. Жаль, что дарить его пришлось через мага, ну а тот, понятное дело, присвоил изготовление себе.

    Так что я учился, совершенствовался и создавал артефакты, но о них маг не знал. Причём я делал их с несколькими ступенями защиты, что уже вошло у меня в привычку, и преодолеть их де Курье не смог бы никогда, даже если бы нашёл их в моих тайниках, устроенных мной по всему замку. Дара у него на это не хватит, не видит он тонкие линии, только те, что потолще, со стержень ручки, а у меня тоньше кончика иголки выходят, да и это не предел. Чем тоньше эти линии, тем дороже артефакт. Такие линии могут делать только архимаги и некоторые магистры, да и то не все. Как я уже говорил, тут всё от дара зависит.

    Правда, когда ученики отправились в академию и появился Битон, новый ученик мага, с которым у нас сразу возникла друг к другу антипатия, я терпеть этого стукачка не мог, мне пришлось искать новый схрон для части своих артефактов, для тех, что посерьёзнее и которые терять мне не хотелось, так как этот мелкий засранец нашёл-таки один из моих тайников, но, к счастью, тот к этому моменту был пуст.

    С поисками тайника я не заморачивался. Ещё когда бегал к озеру и учился там использовать заклинание дышать под водой, проще говоря, пользовался артефактом-аквалангом, то обнаружил под обрывом пещеру. Она была небольшой, но я расширил её и магией убрал воду, создав сухую тайную комнату. Именно там у меня и хранилась большая часть артефактов. А чтобы их не обнаружили, всё-таки те частично фонили на магической частоте, я укрыл их специальным заклинанием, созданным на основе моей ауры, то есть врождённой защиты, и для магов на озере теперь не было ничего интересного. Классная защита получилась, я сам не видел сквозь неё, но это не значит, что я не создал заклинание для взлома такой защиты. Специально тренировался их делать.

    Так вот, за эти годы, изучая книги древних магов и совершенствуясь уже по ним, я поднимал свои знания. Честно говоря, не всё понимал, а то, что понимал, вводило меня в ступор. Если то, чему меня учил де Курье, преподают в академиях магии, то как же они смогли так деградировать и потерять такой колоссальный массив знаний? Для примера, выпускник теперешней Академии магии мог претендовать по своим знаниям и умениям максимум на второй курс академии времён древних магов. Слабенькие теперь выходили маги, ох какие слабенькие!

    Вот коротко о том, как я жил. Если описывать всё, в подробностях, книг двадцать можно издать, а так – учился, учился и ещё раз учился, то есть вся моя жизнь в этом мире – одна учёба и редкие моменты создания артефактов и амулетов, которые никогда не видели мира, так как сразу же были спрятаны в моих тайниках. Большинство их я испытывал у озера, потом затирая следы применения магии. В замке нельзя было – на тренировочном полигоне стояла защита и следящие заклинания. Де Курье сразу узнал бы, что я тестирую что-то новенькое, а серьёзное я ему отдавать ничего не хотел категорически. Не простил ему ни первое воровство, ни последующие.

    Надо сказать, получались у меня артефакты не всегда, на десять идей из трёх, максимум четырёх выходило что-то путное. Сказывались частное обучение и пробелы в знаниях. Ладно хоть большую часть этих пробелов закрыли книги древних.

    Вчера вечером я находился в библиотеке, читая одну из книг древних и переписывая часть схем заклинаний и пояснения в свою книгу мага, когда внезапно в неё зашёл де Курье, который только что вернулся из очередной поездки.

    О, кстати, о своей книге мага я не рассказал, как и о пространственной сумке. И о посохе магов я ещё не говорил, поэтому сначала опишу его. Посох мага – это, конечно, вещь, но в древние времена ими маги не пользовались, они им просто не требовались, но после магических войн, когда пошла деградация знаний по магии и архимаги это почувствовали, и, чтобы вернуть прежний уровень владения заклинаниями, стали применять эти усилители уровня силы. Позже посохи постоянно совершенствовались. В посохе маги могут хранить до сотни заклинаний, от него зависит и накопитель с маной. То есть маг, произнося слова-ключи, мог активировать и использовать эти свёрнутые заклинания, а накопители позволяли ему продержаться против противника довольно продолжительное время, до опустошения всех запасов энергии. Многие маги умудрялись держать в посохах заклинания, которые они сами создавать не умели, и де Курье был из них, что и делало их опасными противниками. Де Курье, используя посох, мог претендовать на звание мастера магии, но, к счастью, защита диплома шла без посоха-усилителя, только по личным умениям.

    У меня такого посоха, естественно, не было, хотя желание создать его имелось. Даже у студентов академии их не было. Разрешалось создавать заготовки посохов только на последнем курсе, причём студенты должны были делать их сами от начала до конца.

    Теперь о книге мага и пространственной сумке. У каждого уважающего себя одарённого в основном после окончания академии появлялась книга-артефакт. Кто её покупал – заготовки, я имею в виду, – кто делал сам. В эти книги маги вносили самые сложные заклинания и их схемы, когда воруя у других, когда создавая самостоятельно. Естественно, никто не позволял другим одарённым копаться в них, поэтому записи шифровали. Я тоже имел свою книгу, но не носил её с собой, как де Курье, в поясной сумке с разными магическими предметами, а прятал в укромном месте.

    Год назад, изучая одну из книг древних, я нашёл в ней описание создания пространственного кармана-сумки. Три месяца попыток, куча поломанных заготовок, использованных алхимических зелий и выброшенной на ветер маны, пока наконец у меня не получилась пространственная сумка. Плохо работающая, принимающая всего два килограмма вещей, но я, как ребёнок, радовался своей удаче. Позже я продолжил эксперименты с сумкой, совершенствуя её, и на данный момент у меня при себе всегда был скрытый от глаз людей и одарённых пространственный карман, который мог принимать вещи общим весом двадцать семь килограммов, и это ещё не предел.

    Поэтому, когда маг вчера вечером ещё только открывал дверь в библиотеку, я быстро закрыл свою книгу мага, о которой тот не знал, и убрал её в пространственную сумку, сделав вид, что читаю книгу древних магов.

    – Юра, есть дело, – сказал де Курье, проходя в помещение и с интересом осматриваясь.

    Ну да, у меня здесь был творческий беспорядок: на столе десяток книг, многие с закладками, несколько листов со схемами и пиктограммами, валяются магические перья, лужица чернил, а рядом с мусорным ведром – скомканные листы.

    – Добрый вечер, учитель, – вежливо поздоровался я, вставая. – Что-то случилось?

    – Мне пришло письмо от друга по студенческой жизни в академии. Я ему задолжал услугу, и он воспользовался долгом. Мы с тобой отправляемся в герцогство Зеонское, будем работать с моим другом по очистке земли от аномалий. – Маг чуть задумался. – Работать будем мы, а ты только следить и не вмешиваться.

    – Поля, город? – деловито поинтересовался я.

    – Сам не знаю, но ты набери у меня на складе амулетов и артефактов и для той, и для другой работы. Полки шесть и три.

    – Сделаю, учитель.

    – Отправляемся завтра в обед, к вечеру телепортами доберёмся до герцогства.

    – Хорошо, учитель, – слегка поклонился я и, как только маг вышел, начал прибираться в библиотеке.

    Позже я сдал ему все отремонтированные амулеты – судя по его довольному виду, заработает де Курье на этом очень приличные деньги, – и подготовился к походу. Потом ещё два часа тренировался с непривычно задумчивым ли Оном, тот был весельчак-балагур, а тут какой-то смурной.

    Ночью я обдумал всё сказанное магом и понял, что этот поход мне не нравится. Совершенно. Пять с половиной лет сидел я в затворничестве в замке, полгода осталось до поступления в академию, зиму только переждать, весной официальный приём, а тут раз – и мы отправляемся по какому-то мутному делу. Уж не продать ли решил меня маг другим одарённым, что с учётом его любви к деньгам было вполне возможно? Именно поэтому сегодня утром во время привычной пробежки к озеру, которую не стал отменять, забрал всё, что там было укрыто.

    Почему я не прятал артефакты в пространственную сумку? Да я её ещё тестировал и не хотел, чтобы в неподходящий момент она перестала работать и содержимое рассыпалось у всех на виду. Слуги и дворня и так за глаза звали меня недоделком из-за моих «проблем» с магией – чую руку мадам де Курье.

    А за схрон на озере я не беспокоился и сегодня выгреб всё, что там было. Даже умудрился потренироваться в магии. Я до того привык скрывать, что что-то умею, что, когда встретил наёмников, не удержался. Подростковые гормоны, однако, играют, хотелось прихвастнуть и посмотреть на результат. Да и вещи нужно было забрать, а как, если всё было на виду у наёмников? Вот и продемонстрировал некоторые умения, чтобы ко мне не лезли, даже заработать получилось. Тем более они не знают, кто я, и, соответственно, де Курье не доложат.

    Я ещё раз осмотрел амулеты и заполненные маной кристаллы кварца, их я списал из лаборатории как повреждённые, драгоценные камни своровать не получилось, они были заперты в сокровищнице мага. Вернее, я уже давно подобрал ключики к сторожевым и охранным заклинаниям, но брать оттуда не стал. Маг по возвращении всегда проходил в эту комнату и пересчитывал, всё ли на месте. Не хотелось подставляться. Так что на руках у меня не было ни одного драгоценного камня, они действительно редкость.

    Взяв с тряпицы, на которой лежали магические предметы, самый простой на вид медный перстень – его я выменял у одного из двадцати стражников, что охраняли замок, и превратил его в артефакт, – я надел на указательный палец. Мысленно активировав его, я крепко сжал появившуюся магическую рукоятку меча и посмотрел на светящееся лезвие. Ту полукустарную поделку, которую у меня украл де Курье и использовал для сдачи диплома в Академии магии Сауда, я уже давно выбросил из головы и создал настоящий шедевр. Потребление маны минимальное, мощность увеличена, да ещё встроенное в рукоятку заклинание щита. Я не раз тренировался с этим мечом на поляне у озера, осваивая оружие. То, что оно превосходит обычное стальное, – это факт, разрубает на раз, единственно, что замагиченное оружие для него – крепкий соперник. Парные клинки мастера ле Она моему мечу будут явно не по зубам, но, надеюсь, до подобного не дойдёт.

    Деактивировав артефакт, я снял его с пальца и убрал в пространственную сумку, после чего стал, медленно перебирая, отправлять следом остальные магические предметы. Когда тряпица опустела и, свёрнутая, отправилась в мешок, этот мешок я тоже убрал в пространственную сумку. Мало ли, пригодится, место было.

    – Ну, вроде всё, – пробормотал я, вставая, и тут у меня что-то звякнуло на поясе. – Ах да, деньги.

    Когда я вынимал из мешка вещи, то машинально сунул кошель с деньгами за пояс, чтобы не мешали. Достав из пространственной сумки другой кошель, побольше, где были деньги, снятые с местных разбойников, высыпал серебро к ним и убрал в сумку. Фактически это были мои единственные наличные деньги.

    Цен я не знал, но кое-что выяснить удалось. Сто медных монет – это одна серебряная, сто серебряных – это одна золотая. Кухарка как-то при мне жаловалась, что деревенские совсем дерут, за курицу два медяка требуют. На землях де Курье деревень не было, хотя маг планировал чуть дальше от замка, на берегу ручья поставить пяток изб и завести крестьян, купив их на рынке, – я только на третий год жизни в этом мире узнал, что тут процветает рабство, не явное, что-то вроде должников с правом выкупа, – но пока у него не доходили до этого руки. Своего животноводческого хозяйства замок не имел, и продовольствие закупалось или в городе, но это сразу на несколько месяцев, или в ближайших деревнях у соседей.

    Собравшись, я побежал к замку, через четыре часа мы выдвигаемся к Вернецу – городку, где имелся ближайший телепорт. Я ещё вчера по карте телепортов в кабинете учителя изучил, куда мы отправляемся, и поразился расстоянию. Герцогство Зорийское находилось на другой стороне этого немаленького континента, за землями орков и гоблинов, и нам требовалось преодолеть порядка четырёх тысяч километров. С учётом того, что максимальное расстояние действия телепорта четыреста сорок один километр, нам нужно перейти через семнадцать телепортов. Стоимость перемещения зависела от расстояния, но примерные расценки я знал, де Курье после каждого возвращения жаловался своей супруге, как его ободрали жадные телепортальщики. Одно перемещение стоит от двадцати пяти серебрух, и предстоящее путешествие влетало в копеечку, то-то маг такой недовольный – расходы-то на нём повиснут, долг отрабатывать направляется без заработка.

    По тропинке я выбежал на укатанную телегами крестьян дорогу и увеличил скорость, перепрыгивая через лужи. Впереди среди деревьев показался просвет, и вскоре я вылетел на открытое пространство. Буквально в двухстах метрах возвышались белые стены классического, как в книгах о Средневековье, замка. Высокие стены с зубцами, две высокие же башни под красной черепичной крышей и постройки во дворе. Подъёмный мост, опущенный в данный момент, открытые ворота. У них скучали двое стражников, которые сразу заметили моё появление, но продолжали стоять, опершись на древки копий, и лениво переговариваться.

    Я, как и другие ученики, жил в башне, где были сосредоточены лаборатории, библиотеки и тренировочные полигоны с замагиченными стенами, чтобы ученики там могли тренироваться и не разнести замок. Де Курье с женой, детьми и дворней жил в другой башне, там было два десятка комнат, большой гостевой зал для балов и другие помещения, включая кухню и обеденный зал. В принципе, крохотный замок, даже казарма была рассчитана всего на сорок солдат. Не скажу, что здесь постоянно захватывали такие замки, но, говорят, бывало. Правда, с нашим пока ещё ничего подобного не случалось, хотя де Курье жили в нём уже восемнадцать лет.

    Доски моста даже не скрипнули, когда я пробегал по ним в темноту арки. Оказавшись в небольшом дворе замка, я успел лишь заметить начальника охраны, ругавшего двух своих подчинённых у входа в казарму, как мне пришлось перекатом уйти в сторону, и там, где я только что был, зазвенели сталью два метательных ножа, а мастер мечей ле Он уже доставал из-за спины оба своих парных клинка. Несколько необычное и непривычное начало тренировок, но… попляшем.

    После переката я подскочил к телеге, которую ремонтировал конюх, и, подхватив прислонённую к его борту оглоблю, развернулся, отбивая первый удар и обходя телегу, чтобы она стала препятствием между мной и мастером, не дав ле Ону добраться до меня. Такие тренировки для дворни были привычны, разве что пяток стражников из отдыхающих вышли из казармы и, заняв зрительские места на солнечной стороне двора, стали наблюдать за нашей схваткой, изредка комментируя увиденное.

    Естественно, дерево, да ещё незамагиченное, недолго продержалось против стальных лезвий замагиченного оружия, и через десять секунд у меня в руках остался лишь обрубок, отчего пришлось отскакивать от телеги, на которую одним прыжком запрыгнул ле Он, и искать другое средство защиты. Крутился я по двору, уходя от сабель мастера, не имея при себе даже ножичка, пока мне не попался на глаза у кузни железный лом, который, похоже, только что выковал наш кузнец.

    Подхватив эту одиннадцатикилограммовую железку, я стал крутить ею над головой, не давая мастеру приблизиться. Мне не нужно тут победить, главное – подольше продержаться, но почему-то сейчас ле Он особенно страстно желал добраться до моего тела. Поэтому пришлось придумывать, как его отвлечь. Так что вёдра, корзины и другая мелочь, что попадалась мне под ноги, летела в мастера, который легко избавлялся от этих мелких препятствий.

    Через несколько минут, когда, отбиваясь, я задом по ступенькам каменной лестницы поднимался на стену, тот вдруг остановил свою «мельницу» и, убрав клинки за спину в ножны, улыбнувшись, сказал:

    – Три минуты против меня продержался.

    – С учётом того, что раньше мне и минута недоступна была, прогресс, – кивнул я, выравнивая дыхание и с облегчением плюхаясь пятой точкой на ступеньку. Последние секунды я держался на одной силе воли.

    – Именно поэтому я считаю, что экзамен пройден, и объявляю, что заканчиваю твоё обучение… мечник, – сказал вдруг ле Он.

    – Какой ещё мечник?! – возмутился я, вскакивая. – Да мне ещё учиться и учиться!

    – Мастер сам видит, готов его ученик или нет. Ты готов к принятию ранга мечника… Идём.

    Мы спустились во двор, где собрались все жители замка, включая хозяев, и при них мастер мечей ле Он во всеуслышание объявил, что закончил моё обучение. Те, как и я, не верили в происходящее, ну не бывало на Тории таких молодых мечников, самому молодому из известных было пятнадцать лет, да и то он был сын дворянина и обучался с трёх лет, а тут раз – и я достоин!

    На глазах публики ле Он поднял руку, на одном из пальцев которой сверкал серебряный перстень, символ мастера мечей. От этого перстня отделился другой, полная копия, только зелёная. Я знал, что это перстень ученика, закончившего обучение. Чтобы подтвердить свою квалификацию, я должен был по очереди сразиться с тремя мечниками и вывести бой хотя бы на ничью, чтобы перстень перестал быть ученически зелёным и принял вид медного. После этого я уже официально становился подтверждённым мечником.

    Подойдя ко мне, мастер надел мне на палец перстень, который тут же ужался по размеру, и под крики радующейся толпы поднял мою руку. А я стоял, несколько глуповато и растерянно улыбаясь, всё ещё не до конца осознавая, что всё, моё обучение закончилось, и принимал поздравления. Только когда подошли де Курье с супругой и детьми, я понял, кто поспособствовал моему быстрому повышению. Де Курье благодарно кивнул родственнику.

    Вообще-то это было странно. Мастера мечей никогда не шли на поводу у других людей. Пока они сами не решали, что ученик готов, ни на какие посулы не поддавались. У них были свои кодексы. Мечник, как я уже говорил, самый низкий ранг профессионального воина, именно воина, брать учеников он не мог. Новоиспечённому спецу его учитель в звании мастера меча вручал магический артефакт древних в виде перстня, символ мечника, зелёного цвета, какой я и получил. Всего перстней было три вида по рангам мастерства: медный у мечника, серебряный у мастера мечей и золотой у гранд-мастера мечей. Эти древние перстни были редкостью, так как технология их изготовления была утрачена, но у ле Она был настоящий перстень, который мог выделить копию себя для ученика мастера. Именно поэтому за активацией артефакта-кольца и копированием я смотрел с жадным интересом, изучая переплетения магического конструкта древних. Таких перстней осталось очень мало, так же мало я о них знал, но и то, что знал, хватило, чтобы понять, какие это серьёзные артефакты.

    Кажется, я это уже говорил, но повторю. Фактически воины, которые их носили, были убийцами магов, так как перстни защищали воинов от атак магов, а так как те магически ничего с ними сделать не могли, то превращались в жертву. Поговаривают, даже архимаги не могли совладать с воинами, имеющими подобные перстни. Именно поэтому в гвардиях правителей есть такие воины, да что – есть, их там большинство, вдруг снова бунт магов, как это было шестьсот лет назад? А с магами могли совладать только они.

    Конечно, бывали и всякие проходимцы, что носили поддельные кольца, но в случае если настоящий мечник такого обнаружит и распознает в нём вруна, то тому не жить, вызов на бой, можно сказать, официальная дуэль, и впоследствии – труп проходимца. Таких не жалели.

    Это всё промелькнуло у меня в голове одной длинной мыслью, больше всего я был ошарашен тем, что знал: перстня я не достоин, однако он сжался, зафиксировавшись на пальце, и сам подтвердил, что я ношу его по праву. Или тут какой-то фокус, или мастер мне лгал, что я неуч и ни на что не гожусь. Что-то одно.

    – А теперь всем праздновать! – громко провозгласил маг, и все направились в обеденную залу хозяйской башни.

    Меня же за рукав рубахи попридержал ле Он. Когда мы остались одни, только двое стражников лениво бродили на стене, поглядывая на открытый участок между лесом и замком, да и на опушку – бдели, в общем, мастер сказал:

    – Я вижу, ты в недоумении, но есть причина твоего раннего окончания обучения. Не смотри на зятька, мы с ним не сговаривались, тут другое. Просто мне нужно срочно уехать, и я не могу тебя взять, как своего ученика, а также искренне считаю, что ты действительно дошёл до той черты, когда мне тебя учить нечему. Поэтому я и принял решение провести бой инициации и вручить тебе перстень. Я не буду много говорить, да и ты не тот человек, который любит политесы, поэтому поблагодарю тебя: ты помог мне стать учителем и научил, как нужно и правильно быть наставником. Ты мой первый ученик, и я горд, что закончил твоё обучение. Также советую тебе пока скрывать свои способности и продолжать тренироваться, а когда тебе будет пятнадцать– шестнадцать лет, проведи учебный бой с мечниками и активируй свой перстень, любой мастер меча тебе поможет. Этот перстень ты можешь носить всего три года, и если не активируешь его, то он спадёт с твоего пальца и рассыплется в пыль.

    – Я понял, учитель, – серьёзно кивнул я.

    – Скрывай свои возможности, – так же серьёзно посоветовал ле Он и обернулся к подошедшему кузнецу, забрав у него какой-то свёрток, который тот принёс. – Это тебе подарок от меня. Владей.

    Распахнув сумку-баул с двумя плечевыми лямками, мастер показал мне две тонкие, слегка изогнутые сабли и сбрую с ножнами, которые можно носить за спиной, а также наручи и лёгкий нагрудный панцирь. Всё это замагичено не было, их можно назвать заготовками. Ничего, сам сделаю. Мне казалось, ле Он догадывался, что я по-серьёзному занимаюсь магией.

    Искренне поблагодарив своего второго учителя, я воровато огляделся. Кузнец уже ушёл, поспешив праздновать, и я, незаметно сунув руку в пространственную сумку, достал кольцо с энергетическим мечом.

    – Учитель, мы можем отойти за конюшню? У меня для вас тоже есть подарок, но я надеюсь, он останется для всех тайной, вообще для всех, кроме ваших врагов.

    Заинтригованный ле Он, любивший подарки, а его дар по этикету требовал ответного подарка, направился за мной. Там я активировал меч, не особо удивив учителя: то, что это поделка де Курье, он знал, как и то, что артефакт не особо стабильный. Но когда он узнал, какими тот обладал свойствами, то с охотой принял дар. Привязав артефакт к ауре учителя, чтобы он один мог им пользоваться, я научил включать и выключать его, после чего тот немного потренировался, отчего часть досок превратилась в дрова, и мы, довольные друг другом, направились в обеденный зал. Как-никак в нашу честь праздник в замке, а мы отсутствуем.

    Сидя рядом с де Курье и ле Оном, я спокойно ел, изредка поднимая бокал с вишнёвым соком при очередном тосте, но не переедал. Перед дорогой, тем более тряской, это делать не следует, но зато успел шепнуть нашей поварихе Эльге, у которой я был в любимчиках, чтобы она завернула мне с собой часть пирогов, мяса и хлеба.


    Спустя три часа из замка выкатилась повозка, в которой кроме конюха восседали маг и я. После празднества, которое длилось всего полтора часа, мы собрались и выехали в направлении Вернеца.

    Я искренне попрощался с ле Оном, так как он вскоре тоже отбывал, и мы больше никогда не встретились, да и с остальными не забыл попрощаться. Обежал свою комнату, лабораторию и библиотеку, проверяя, не оставил ли чего из своего небольшого имущества. И мы выехали из замка и по лесной дороге направились к имперскому тракту, а по нему уже и до городка недалеко, всего два часа езды.

    Покачиваясь в такт неровностям дороги на скамейке рядом с конюхом, я размышлял о превратностях судьбы. За всё время маг никогда не брал меня, держа в замке и катаясь по заявкам с другими учениками, а тут, наоборот, меня взял, а Битона, своего ученика, который жил в замке уже год, оставил дома. Всё прояснилось после праздничного обеда: де Курье попросил меня обеспечить его безопасность на всё время поездки, поэтому мы договорились, что я для маскировки буду в одежде прислуги, которую мне выдал управляющий замком старик Юзоф. Это была чёрная рубаха, чёрные брюки, мягкие кожаные полусапожки, кожаная жилетка, пояс и бельё. В принципе, вполне приличная походная одежда слуги. Кроме этого, я прихватил баул с подарком ле Она, сам баул был очень неплох и лежал в данный момент рядом со мной на скамейке. Также из спецхранилища мага мы набрали с ним два десятка амулетов и артефактов, причём в основном атакующие или защитные. Почти все они были работы древних магов, восстановленные мной, и по мощности были куда как предпочтительнее местных поделок.

    Сидя на скамейке, я вспоминал о том, как нас провожали, и поглядывал по сторонам. Мало ли, засада. Рядом с магом я находиться не мог: уж если изображаю слугу, то нужно играть до конца, этому меня не только ле Он учил, тренируя также на телохранителя, это знал и я сам. Странно, что маг не уговорил шурина подстраховать его, а взял только меня. Не думаю, что тот отказался бы, из замка учитель отлучался редко, занимаясь мной, так что, думаю, он прокатился бы с нами. Да и вообще, вся ситуация странная. Я в ней пока не разобрался, но по возможности и поступлению дополнительной информации сделаю это.

    Сам я тоже был прикинут по полной. Это не об одежде, хотя она меня тоже удовлетворила своей функциональностью. Те же дворянские наряды, которые меня заставляли носить в замке, чтобы я к ним привык, мне не нравились. Куда лучше в крестьянской со вторым учителем тренироваться. Вот уж где свобода в движениях!

    Так вот, на мне было шесть боевых амулетов и артефактов, скрытых в одежде, а также боевое оружие, за голенищами сапог – засапожники, под жилеткой – четыре метальных ножа, а в бауле сабли. К сожалению, открыто последние я смогу носить не скоро. Ещё был перстень мечника на пальце, но я покрыл его полем невидимости, и он для всех исчез, только внимательный взгляд мог бы рассмотреть, что одна фаланга у меня была чуть толще. Это для де Курье, не нужно ему знать, что я владею заклинанием скрыта древних, а такое простенькое поле невидимости умели использовать и местные маги, де Курье меня ему научил.

    Поправив складку рубахи на груди, вздохнул. Пять лет в этом мире, но всё это время я провёл в замке мага, вот и получалось, что я ехал к ближайшему телепорту в полной готовности, но фактически ничего не зная о внешнем мире, от которого меня изолировали. Ту поездку до замка после моего вселения в это тело путешествием назвать сложно, да и не было там ничего такого. Раз – и из домика телепортальщиков добрались до замка, никаких впечатлений набрать не удалось.

    Я покачивался рядом с конюхом в такт движения. Выбравшись на тракт, который был ровным, словно шоссе, работа магов-бытовиков, мы под грохот деревянных колёс покатили к Вернецу, прибавив ходу. Обе лошадки споро тянули повозку.

    Приблизительно через час лес закончился и начались поля. Я тут проезжал больше пяти лет назад, но особо ничего не запомнил, поэтому поглядывал вокруг с интересом. Как на попадающиеся по пути деревушки, так и на крестьян, работающих в полях. Заканчивался сбор урожая, но работы ещё шли.

    Ещё через час вдали показались окраины города, к которым вёл тракт. Через двадцать минут, въехав в город и покрутившись по улочкам, я ещё больше крутил головой, разглядывая людей, как они живут и ведут себя в повседневности, пока наконец повозка не остановилась у здания, где находились телепорты. Конюх не раз довозил хозяина и его учеников до этого здания, поэтому, как только я забрал свои вещи и сумку мага, приветливо кивнул мне, прощаясь, и, стегнув лошадок, отправился обратно, чтобы до темноты вернуться в замок.

    Повесив баул за спину, держа в руке сумку, я торопливо поспешил за магом, который уже подходил к дверям, которые перед ним открыл швейцар из обслуги телепортов. Зайдя в большое гулкое помещение следом за де Курье, я стал с интересом наблюдать, как он подал заявку на переправку до герцогства Зеонского. Маг, что сидел рядом с кассиром, быстро подсчитал, сколько телепортов нам нужно преодолеть, и выдал вердикт: восемь монет золотом и сорок семь серебрух. Де Курье, скривившись, уплатил и получил билет, после чего мы следом за магом прошли в отдельную кабинку, где была арка перехода. Пока местный сотрудник настраивал телепорт, я истинным зрением жадно смотрел на густые переплетения магических плетений арки перехода и на сам пульт управления. Это всё точно не поделки местных, а осколки былого могущества и магического совершенства, которое ещё поддерживали в рабочем состоянии. Хотя нет, вот те – явно свежие плетения, значит, не всё местные спецы утратили по магическому конструированию.

    Как только арка засветилась, де Курье пропустил меня первым и шагнул следом. Так, предъявляя билет в каждом городе, куда приходили, мы за четыре часа прошли семнадцать телепортов, пока не вышли к Арнии, столице герцогства Зеонского. Выйдя следом за магом из здания, я наконец сообразил, почему мы отправились вечером. В герцогстве в данный момент было раннее утро, и город только-только просыпался. Я как-то забыл это учесть. Ничего, со временем и опыт придёт.

    Почти сразу к нам подкатила наёмная повозка, и пока учитель устраивался на заднем мягком сиденье, я сложил наши вещи в багажное отделение и залез к кучеру, место там было. Тот по приказу де Курье повёз нас в гостиницу, недорогую, для людей со средним достатком. Де Курье, как всегда, экономил, скряга. Но у него такой характер был после тяжёлого детства. Я уже разобрался. Хотя для семьи он ничего не жалел, и те жили в достатке, а вот себя и учеников ограничивал.

    В гостинице маг снял одну комнату на двоих, и, пока я поднимал вещи и устраивался в комнате, де Курье заказал завтрак, а по нашему времени ужин на двоих в обеденном зале. Убрав вещи под топчан, проверил комнату и саму гостиницу: амулетов в ней хватало, но в основном бытового направления. В нашей комнате их было три. Один отвечал за кондиционер, другой за чистоту комнаты, заодно он освежал воздух, третий был сигнальный для вызова прислуги в виде пиктограммы на стене у входной двери.

    Открыв небольшую дверцу в комнате, я неожиданно для себя обнаружил вполне приличный санузел с унитазом и душевой. Зайдя в него, я подошёл к зеркалу и глянул на себя. На меня смотрел симпатичный подросток, который ещё не дорос до взрослого паренька, с большими глазами зелёного цвета и непослушными вихрами. Как ни тянись и ни вставай на цыпочки, но я всё ещё оставался тринадцатилетним мальчишкой и рос естественным способом. Так что надеюсь, недостаток с возрастом со временем пройдёт.

    Отряхнув пыльную одежду, я нажал на деревянную пуговицу на рукаве рубахи, активировав амулет, отвечающий за очистку одежды, и даже закашлялся от поднятой пыли. Надо было использовать его на улице, зря я это в комнате сделал, но зато сам чистый.

    Выйдя из санузла, я сказал пареньку из местной прислуги, который ожидал у входа, чтобы узнать, подходит нам эта комната или нет:

    – Нормально, только та комната пыльная, помыть бы надо, – ткнул я большим пальцем себе за спину, где находился санузел.

    – Сейчас сделаем, – кивнул тот и отправился за горничной, а я направился вниз. Что-то я действительно проголодался, хотя мы с учителем, пока прыгали из города в город, схарчили всё, что нам дала с собой повариха.

    Де Курье уже приступил к еде, однако за его столом было приборов всего на одну персону и ими уже пользовались. Не успел я возмутиться, где мой завтрак, как меня тронула за рукав молодая дебелая девушка с несколько несимметричным лицом и указала на другой стол. Как оказалось, слуги питались отдельно от господ, гостиница, конечно, не была элитной, но этикет здесь соблюдали. Мысленно сплюнув – мне уже начала надоедать эта маскировка, – я примостился за длинным столом, за которым уже сидели семеро человек, и стал есть. В отличие от учителя мне подали простой суп, хоть и с куском мяса, а также кашу с мясной подливой. Кстати, вкусную, чуть не попросил добавки, но сдержался.

    Есть пришлось быстро, чтобы встать из-за стола одновременно с де Курье и сопроводить его в нашу комнату. Тот её тоже осмотрел и остался доволен, пыль в ванной комнате уже убрали. По приказу мага подав ему сумку, я лёг на свой топчан и, закинув руки за голову, наблюдал, как он копается в ней, что-то ища.

    – Я велел управляющему гостиницы отправить посыльного в поместье ла Гранта, моего друга, так что завтра отправимся к нему. Путь не близкий.

    – Можно погулять? – насторожился я.

    Де Курье на миг задумался, оторвавшись от поисков, и отрицательно покачал головой:

    – Нет, вдруг он здесь, в городе, и потребуется переехать к нему. Он не позволит жить нам в гостинице, если имеет дом в городе.

    – А что вообще за работа? Очистка земель или изготовление артефактов?

    – Нет, я так понял, что Курт нашёл действующую башню древнего мага и хочет взломать её защиту. А я в своё время постранствовал по пустошам и участвовал во взломе замагиченных зданий, то есть опыт, в отличие от него, имеется. Ла Грант домосед и опыта странствий особо не имеет. Нужно поторопиться, пока до башни не добрались другие маги или даже тайные службы герцогства. Поговаривают, они тоже охотятся за древностями.

    – Что-то я не припомню, чтобы тут были пустоши. Их же вроде всего одиннадцать раскидано по этому континенту, шесть больших и пять поменьше… А-а-а, так вот вы почему меня решили взять? – протянул я, садясь на кровати.

    – Ты видишь те линии, которые недоступны мне и, вполне возможно, моему другу. С тобой у нас есть шанс, – пояснил де Курье, доставая из сумки два артефакта и проверяя их.

    Один был специальными очками, чтобы видеть ночью, другой отвечал за узконаправленное сканирование. Инструменты взломщика, проще говоря. Ещё у мага были очки, чтобы видеть тонкие линии плетений. Многие маги истинным зрением действительно не видели тонкие линии, но это не означало, что не было амулетов, чтобы их видеть. Просто они были дороги, и не все маги их имели. У де Курье тоже ранее такого амулета не было, он купил его, когда я жил в замке второй год, чтобы наблюдать за моими работами. Вот такие дела. Естественно, этот амулет-очки был сейчас при нём. Вот только в пустошах такие очки были в принципе бесполезны. Ими можно видеть линии максимум на полметра, то есть они были созданы для конструкторов и магов-ювелиров, я же видел такие линии на несколько метров. Примерно на одиннадцать. Дальше подробности сливались, и для меня плетение становилось расплывшимся узором. Но если плетений много и наползают друг на друга, то я мог их без особых подробностей рассмотреть и со ста метров. То есть рассмотреть, есть они или нет, подробностей я не увижу.

    – Я ведь чуял, что тут есть какой-то подвох, – пробормотал я.

    – Но, надеюсь, ты сможешь вскрыть башню? – повернулся ко мне де Курье.

    – Эта работа не относится к нашему соглашению, поэтому я хотел бы получить плату.

    – Что ты хочешь?

    – Книги по магии древних конечно же, – пожал я плечами.

    – Значит, мне не показалось, ты действительно освоил язык древних, – нахмурившись, констатировал маг. – А говорил, что пытался, да не смог, только схемы, мол, изучаешь.

    «Если бы ты не пропадал так часто в командировках, то заметил бы это куда раньше», – мысленно усмехнулся я.

    – Не совсем изучил, но немного понимаю, – слукавил я.

    – Хорошо, ты получишь книгу. Одну.

    – Но выбираю я сам, – поставил я условие.

    – Договорились.

    – Вот и ладушки, – довольно кивнул я и, посмотрев на окно, где царило солнечное тёплое утро лета, сказал: – А у нас сейчас вечер, почти ночь. Спать охота.

    – Воспользуйся заклинанием бодрствования, я тебя ему одним из первых научил, – посоветовал маг, который продолжил возиться в сумке, просматривая амулеты и артефакты. Некоторые амулеты он вешал на шею, активируя, другие надевал на пальцы.

    – Нет уж, я лучше посплю. Всё равно нужно вестей ждать от вашего друга, а так хоть отдохну перед дорогой.

    Сходив в ванную, я привёл себя в порядок и, раздевшись, нырнул под одеяло. Подумав, де Курье последовал моему примеру. Через полчаса в нашей комнате только и слышался могучий храп мага и моё тихое посапывание. Надо же, а я и не знал, что де Курье храпит во сне.

    * * *

    Разбудил нас стук в дверь. Откинув одеяло и зевая, я сел на кровати и посмотрел в окно. Судя по сумеркам, наступил вечер. Встав и легко ступая босыми ногами по полу, я подошёл к двери и, мельком просканировав, кто за ней, замер. Там явно находился маг, поэтому я крикнул через дверь, чтобы обождали, и поспешил разбудить де Курье, который продолжал спать. Стук ему нисколько не помешал.

    Он проснулся быстро, сообразил, в чём дело, и стал одеваться, велев впустить гостя. Я уже успел накинуть на себя рубаху и как раз натягивал брюки. Потому, прыгая на одной ноге, пытаясь попасть в штанину, добрался до двери, быстро привёл себя в порядок и, распахнув дверь, с лёгким поклоном пустил незнакомого бородатого мага в комнату. Кстати, это двадцать шестой увиденный мной маг, если считать тех, что отвечали за телепорты, и все они были бородатыми. Бородки у каждого разные и ухоженные, а мага с голым подбородком я не видел ещё ни одного. Как-то не интересовался, это традиция или мне просто повезло? Лично мне борода не нравится, и отращивать её я не собираюсь.

    С интересом наблюдая за встречей старых друзей, а неизвестный маг, как я понял, был тем самым другом магом-бытовиком Куртом ла Грантом, я быстро намотал портянки и надел сапоги, после чего по знаку де Курье выскользнул за дверь и отправился в обеденный зал, имеющий претензию на ресторан, приказать прислуге, чтобы там подготовили отдельный столик. Как я понял, старые друзья собирались отметить встречу после долгой разлуки.

    Но я ошибся. Мы поужинали, маги за своим столом, я снова со слугами, после чего собрались и сдали комнату. У парадного входа нас уже дожидалась открытая карета с дворянским гербом. Оказывается, ла Грант был урождённым дворянином, бароном, а не получил сан шевалье после обучения в академии, как де Курье.

    Мы с возницей хорошенько закрепили все вещи в багажном отделении, после чего сели на переднюю скамейку, маги на заднюю, продолжая общаться, делясь новостями и своими успехами, и покатили к выезду из города. Как я понял из беседы одарённых, дом здесь у барона всё-таки был, но он его заложил, вложив все деньги в поиски этой башни, и таки её нашёл. Говорил тот, конечно, иносказательно, но я всё понял. Код-то простенький.

    Ехали мы почти всю ночь, дважды останавливаясь в каких-то деревнях, чтобы поменять лошадей. Мы-то с учителем ладно, выспались, да и для нас сейчас день по внутренним часам, а вот возница был уже квёлый, барон же, похоже, использовал заклинание бодрости и всё время поездки беседовал с учителем.

    Под утро мы вкатили на территорию какой-то усадьбы, видимо принадлежавшей барону. Когда карета остановилась у парадного входа, я первым спрыгнул на землю и с лёгким поклоном открыл дверцу, помогая магам выйти. На крыльцо сразу вышли двое слуг, забрали вещи, кроме моего баула, я его никому не доверял, и повели учителя в гостевое крыло, меня же полусонная горничная сопроводила во флигель, показала свободную койку в одной из комнат и выдала постельное бельё.

    Сунув баул под кровать, я разделся и залез под одеяло. Дорога меня вымотала так, что я быстро уснул.


    Проснулся я от писка. Кто-то пересёк одну из моих сигнальных линий, отчего сработала сигнализация, подавая мне звуковой сигнал прямо в уши. Кроме меня, его никто не слышал.

    Не открывая глаз, я раскинул вокруг заклинание сканирования, замаскировав его под заклинанием скрыта, – универсальная и классная штука, нужная, чтобы другие одарённые не засекли, что я магичу, – и стал изучать силуэт вошедшего в комнату паренька. Судя по двенадцати амулетам и трём артефактам, это мой коллега, такой же ученик мага.

    Я открыл глаза, приподнялся на локте и хмуро посмотрел на него. Тот заметил, что я проснулся, и сказал:

    – Тебя хозяин зовёт.

    Было видно, что он недоволен, что его использовали как прислугу-посыльного, сбегать за каким-то там слугой, и это он демонстративно показывал мне.

    Быстро одевшись, я прихватил свой баул и направился за парнем. Умыться мне не дали, поэтому, когда мы проходили мимо фонтана, который находился напротив парадного входа, я зачерпнул ладонью воды и ополоснул лицо.

    Чуть в стороне на ровно подстриженной траве играла стайка девушек и девчушек моих лет, и моё умывание произошло на глазах не только ученика, но и их. Те были явно шокированы моей наглостью. Не обращая внимания на их молчаливое «фи», я за сопровождающим завернул за правое крыло дома, и по тропинке аллеи мы вышли на другую его сторону. Там мы через широкие открытые стеклянные двери, в которых лениво колыхались невесомые полупрозрачные занавески, прошли в большую комнату. К моему удивлению, мы оказались в огромной библиотеке. Вот уж где великолепие, собираемое не годами – столетиями. И я понял, что у де Курье в замке была не библиотека, а так, пара полок с десятком дрянных книжек.

    От изучения стеллажей, которые поднимались под самый потолок, а он, надо сказать, был не низким, в два этажа точно, меня отвлёк вопрос, раздавшийся сбоку, причём предназначался он не мне, а, видимо, учителю:

    – Ты так уверен в нём?

    – А ты проверь, – предложил де Курье, отпивая из ажурного бокала что-то тёмно-бордовое. Наверняка вино.

    – Арни, принести того дракона, с которым я возился в последние дни, – велел барон своему ученику, который привёл меня в библиотеку.

    Я молчал. Раз ко мне не обращаются и смотрят как на пустое место, чего рот раскрывать? Поэтому продолжил разглядывать стеллажи. По корешкам я определил, что на полках, к сожалению, в основном находятся книги, изданные после магических войн, и самой старой было не более двухсот лет. Но меня такие интересовали мало. Уверен, у барона есть ещё одна библиотека, вот в ней может быть что-то интересное. Все маги почему-то собирали книги древних, хотя далеко не все могли их читать.

    В библиотеку вернулся ученик барона и протянул мне размером с ладонь предмет, похожий на серебряного дракона, сделанного с немалым искусством. Судя по ушкам, ранее у него имелась цепь и вполне возможно, его носили на шее.

    Не обращая внимания на протянутый артефакт, а это был именно артефакт, я продолжил рассматривать книжные полки, так же проигнорировав удивление присутствующих в помещении одарённых.

    – Юра, в чём дело? – спросил де Курье.

    Повернувшись к магам, я слегка поклонился, правда не пытаясь скрыть иронии, и ответил:

    – Учитель, но что я могу сделать, я всего лишь учусь для поступления в академию. Шесть простеньких заклинаний да усиленные тренировки.

    – Перестань, Курт знает. Покажи, что умеешь, ему нужно убедиться.

    – Вы нарушили договор. Как там было сказано, никто, кроме нас, не должен знать.

    – Никто и не узнает. Курт надёжный парень, ни разу меня не сдал за время учёбы в академии, хотя чего только мы там не творили! А молчание своего ученика он гарантирует.

    – Ну-ну. Что знают трое, то знает и свинья, – буркнул я и, не трогая артефакт, более внимательно его осмотрел, потом уверенно сказал: – Это совместная поделка ювелира и мага-конструктора домагических времён. Судя по остаточным линиям, которые, кстати, пытался отремонтировать какой-то криворукий варвар, мало что в этом понимающий, артефакт отвечал за личную защиту. Вероятно, тут были совмещены два заклинания древних магов – «Зеркало» и «Сфера Ароса». Скорее всего, это был заказ какого-то дворянина прошлых времён.

    – Потрясающе! – честно сказал барон, с интересом меня разглядывая, я же вернулся к изучению полок.

    Ученик с артефактом после незаметного знака барона, почтительно поклонившись, вышел, а хозяин встал с кресла и направился ко мне. Настороженно наблюдая, как он обошёл меня по кругу, я вопросительно посмотрел на де Курье, продолжавшего сидеть в своём кресле и потягивать вино.

    – Да, Жес, твой ученик меня потряс. Признаю, был не прав. Вполне возможно, у нас есть шанс.

    – Нет у вас шанса, – вклинился я в разговор и насмешливо посмотрел в глаза барону. – Одно дело – ремонтировать артефакты, пытаясь понять их суть, другое – защита зданий и строений. Стационарные накопители в домах древних сами собирали ману или были подключены к силовым линиям, поэтому могли работать неограниченно долго, и, может быть, охранные линии заклинаний ещё не разрушились. В общем, я знаю многое об артефактах древних, но ничего об их стационарных охранных и защитных заклинаниях. Это совсем другая ветка заклинаний.

    – Он говорит правду? – спросил барон у учителя.

    Тот пожал плечами:

    – Он в этом разбирается куда лучше меня. Если он говорит, значит, это действительно так.

    – То есть шансов никаких? – с некоторой угрюмостью спросил у меня барон.

    – Книги по стационарным заклинаниям древних могут помочь мне приоткрыть некоторые тайны и, вероятно, помогут во взломе охранных заклинаний. У вас есть книги по магии древних?

    Судя по тому, как посветлело лицо барона, он эти книги имел, и, похоже, в немалом количестве. И он это почти сразу подтвердил:

    – Есть кое-какие книги в отдельном хранилище. Что тебе нужно?

    – Я бы хотел сам изучить их, – спокойно ответил я и замер в ожидании, сработает это или нет. При этом я старался, чтобы ни моё лицо, ни тем более аура не выдали моей заинтересованности. – Может, у вас есть что интереснее, а вы это пропустите.

    На самом деле мой интерес распространялся на те книги по магии древних, которые я ещё не читал и не изучал, то есть я хотел закрыть обширные пробелы в знаниях. Причём книга по охранным заклинаниям стационарных объектов особо мне и не требовалась. У де Курье в его запасах как раз была подобная по созданию и работе охраны замков и государственных зданий одного магистра магии древних. Тот довольно подробно всё описал, но предназначалась она аспирантам, тем, кто уже закончили академию, поэтому я не всё понимал в ней, у меня отсутствовали для этого некоторые теоретические знания. Вот я и надеялся подтянуть их за счёт барона ла Гранта.

    Барон, похоже, всё же догадался об истинных причинах моего интереса и, захохотав, сказал учителю:

    – А твой ученик и правда хитрец, Жес, вон как всё подвёл, чтобы покопаться в моих книгах.

    – А я тебя предупреждал.

    Повернувшись ко мне, барон весело меня осмотрел:

    – Ладно, идём, посмотришь на мои сокровища. Так и быть, похвастаюсь.

    Барон подошёл к одному из стеллажей, на что-то нажал, и тот отошёл в сторону, открыв небольшую комнатку. Замок был механический, иначе я бы засёк его плетения. Тут книг было куда меньше, около двухсот, но это в три раза больше, чем у де Курье, и от них так и веяло древностью.

    После приглашающего жеста хозяина пройдя в хранилище, где автоматически вспыхнули магические светильники, я стал изучать корешки книг. Фолианты, которые их не имели, я брал в руки и по первым страницам пытался определить, что держал в руках.

    – Через пять часов мы отправляемся, изучай, – сказал барон и, снова на что-то нажав, закрыл меня в хранилище.

    Бросив баул у стола, рядом с которым стоял ряд стульев, я продолжил жадно изучать книги. Те, что меня заинтересовали, я складывал на стол. Когда их скопилось три десятка, я проверил хранилище, есть ли в нём следящие устройства, – как оказалось, они были, и я более чем уверен, что хозяин дома и его гость, мой учитель, наблюдали за мной, – дистанционно вошёл в их управление, сел за стол и углубился в чтение. Камеры в течение минуты записывали меня в такой позе, после чего я эту запись включил на круговую прокрутку, и, убедившись, что камеры теперь меня не снимают, достал из пространственной сумки амулет-«видеокамеру» вроде того, что я рассматривал в первый день своего попадания в этот мир. Изредка меняя «карты памяти», я стал записывать каждую страницу всех отобранных книг. На это у меня ушло всё отведённое мне время. Но я успел, едва-едва, но успел. Время от времени мне приходилось отрываться и перезаписывать себя на камеру слежения, меняя позы и читаемые книги, так что для магов я просто сидел и с немалым интересом читал, а не занимался своими делами.

    Когда барон, активировав заклинание открытия, прошёл в хранилище, я уже возобновил обычную работу камеры слежения и ставил на место все книги. Только на столе, за которым я якобы читал, осталась сиротливо лежать одна. Как раз по конструированию охранных заклинаний. Вот она мне и была нужна для предстоящего задания.

    – Закончил? – спросил хозяин.

    – Не совсем, времени не хватило, поэтому я прошу вашего разрешения взять эту книгу с собой, чтобы закончить её изучение по дороге и на месте.

    Барон кивнул, взял со стола отобранную мной книгу и прочитал на обложке:

    – «Вторая дополненная часть методички второго курса факультета созидателей». Созидатели же вроде строители?

    – Именно они и строили здания, и накладывали на них защитные заклинания, – с некоторым удивлением ответил я. То, что барон владеет языком древних, меня изрядно удивило.

    – И ты всё понимаешь, что тут написано, и можешь проводить расчёты?

    – Там высшая математика. В принципе, ничего сложного.

    Неопределённо хмыкнув, барон вышел из хранилища, взмахом руки приглашая меня на выход. Как только я, подхватив баул, покинул помещение, он снова на что-то нажал, и стеллаж закрыл проход.

    К счастью, отправлялись мы не сразу, а всё же решили поужинать, так как я серьёзно проголодался. По местным часам было шесть вечера. Здесь я уже не питался со слугами, можно было не ломать комедию, поэтому сидел за хозяйским столом, но не рядом с бароном, его семьёй и учителем, а на другой стороне, вместе с единственным учеником барона, Арни. У учеников не было фамилий, только имена, именно поэтому меня звали Юрой, а не как-то ещё. Смысла нет пользоваться старой фамилией, когда после окончания академии вместе с дворянским титулом дадут новую.

    После того как мы поели, барон довольно быстро попрощался со своими родными – жена у него, между прочим, была на удивление молодая и премиленькая и тоже магичка, – мы забрались в две повозки и покатили к выезду с территории поместья. В одной повозке ехали оба мага, кстати, барон уже сдал на следующий ранг, мастера магии, специализируясь на бытовых работах, а мы с Арни и тремя крепкими парнями, которых взяли в роли грузчиков, сидели во второй. Четвёртый слуга сидел на козлах рядом с кучером в первой повозке.

    Ехали мы недолго, буквально через час довольно ровная дорога вывела нас к небольшому, но приличному на вид, утопающему в зелени городку, где, оказывается, был стационарный телепорт. Интересно, почему мы с учителем прыгнули не сюда, а в столицу герцогства?

    Остановившись у здания, я подхватил свой баул, который, как уже говорил, никому не доверял, остальное забрали слуги, и последовал за магами в здание телепортов. Там мы произвели оплату и, пройдя арку перехода, вышли в нужном городе. Он назывался Орх и, как я понял, находился на границе герцогства рядом с довольно большим пятном пустошей.

    Мы вышли на довольно приличную площадь с работающим фонтаном посередине. И когда направились к гостинице, я догнал магов и негромко сказал им, так чтобы слышали только они:

    – На площади трое проявили к нам интерес и сейчас идут за нами в отдалении, двое слабенькие одарённые. У всех очень серьёзные амулеты.

    – Хм, неплохо, – покосился на меня барон. – Но можешь не беспокоиться. Это наши люди. Я нанял профессиональную группу поисковиков, чтобы они сопровождали нас в глубь пустошей.

    – Ясно, – кивнул я и отстал, вернувшись к Арни, но продолжая отслеживать передвижение неизвестных, подвесив на каждого по незаметной метке, упрятав их заклинанием скрыта. Теперь я знал, где находится каждый из троицы.

    Через полчаса мы оказались на окраине города и прошли в холл даже не гостиницы, а таверны, где мы с Арни и слугами расположились за отдельным столом, а барон с учителем прошли к другому, где сидела компания самых настоящих головорезов. Не знаю, как описать этих поисковиков, но, кроме определения «головорезы», мне ничего другого в голову не приходило. Кстати, двое наблюдателей, которых я пометил, зашли и присоединились к компании, а третий, тот, что из слабеньких одарённых, остался снаружи.

    Пока мои спутники заказывали лёгкие закуски и слабоалкогольные напитки, я попросил себе два десятка хорошо прожаренных пирожков с мясом – а что, я ещё расту – и стакан сока. Активировав заклинание прослушивания, внимательно стал слушать, о чём общались маги и командир отряда поисковиков. Ничего интересного узнать не удалось, они обсуждали оплату работы и примерные координаты, куда идти. Судя по тому, как командир возражал, он считал те места опасными и набивал цену.

    Принесли мой заказ. Я завернул ещё тёплые пирожки в грубую холщовую материю, убрал их в баул и стал пить сок. Хм, яблочный, причём неплохой.

    Минут через десять обе стороны ударили по рукам, и мы немедленно выдвинулись. За трактиром были большие конюшни, там находились лошади, а рядом стояли повозки. С лошадьми по пустошам не ходят, я прекрасно это знал, но некоторые предприимчивые хозяева, вроде владельца таверны, за определённую плату выделяют повозки и лошадей, чтобы поисковиков доставили до границ пустошей со всеми их вещами. Так что вскоре кавалькада из шести верховых и трёх телег выкатила с заднего двора трактира и направилась к границам магической пустоши. До неё отсюда было недалеко, километров двадцать пять.

    Особо дорога мне не запомнилась, только тряска и пыль. Изредка доставая из баула пирожки, я лениво жевал их и размышлял. Мне не нравилось, что в компании с нами ехали только двое отмеченных мной наблюдателей, третий так и не появился, это означало, что нами заинтересовался кто-то ещё. В конце концов мне надоело ломать над этим голову, и я спрыгнул с медленно катившей телеги, догнал передовую, где расположились беседующие маги, вытребовал у барона отобранную книгу и, вернувшись на своё место, приступил к чтению. Тряска мне нисколько не мешала.

    Да, я записал также и эту книгу на одну из «карт памяти», но читать её с кристалла на виду у всех считал опрометчивым, поэтому просто листал страницы, изучая схемы и графики. Для всех зрителей получалось, что я не читал её, вроде как не умею, а просто разглядывал рисунки. Те, кто умел читать книги древних, по непонятным пока мне причинам не афишировали этого, не собирался этого делать и я. Да меня и на самом деле больше интересовали схемы, чем их описание. Нормально я уже потом прочитаю, без посторонних, когда определюсь по схемам, что именно мне нужно.

    Катили мы часов пять, пока не стемнело. Тогда телеги свернули с дороги к какой-то роще и остановились на опушке. Судя по следам и старым кострищам, здесь часто останавливались путешественники, разбили бивуак и мы. Наёмные возницы остались с нами, решив переночевать и обратно двинуться утром. Как оказалось, до границы оставалась пара километров.

    Пока слуги и поисковики работали по обустройству ночёвки, я в ожидании ужина с удобствами расположился на сене в одной из телег, достал из баула магический светильник собственной конструкции и, поставив его рядом, уже углублённо стал вчитываться в книгу. Да, я нашёл кое-что интересное и сейчас это перечитывал, пытаясь разобраться в хитросплетениях древней магии. В одном месте я нашёл полное описание строительства башни мага второй категории со всеми нанесёнными на неё охранными и защитными рунами и сейчас изучал всё, что там было описано. Не всё понимал, конечно, базовых знаний не хватало, но в кое-чём разобрался.


    Утром я проснулся в отличном настроении и бодрости духа. Спустившись с телеги, стараясь не разбудить спавшего рядом со мной Арни, с которым у нас за время пути завелись если не дружеские, то приятельские отношения, он вполне нормальным пареньком оказался, и, сделав лёгкую растяжку, чтобы остывшие суставы немного поработали, побежал в глубь леса к ручью.

    Были предрассветные сумерки. Лагерь ещё спал: тёмными кучками на земле – поисковики и некоторые слуги, маги, как и мы с Арни, – в телегах на сене. Кроме двух часовых и повара, попавшегося мне навстречу по пути к ручью с полным ведром воды.

    Умывшись, я прошёл дальше в глубь леса, обнаружив, что ручей впадает в крохотное озеро, и стал делать тренировочный комплекс, разогреваясь. Он был довольно сложен, поэтому я полностью отдался ему, но контролировать обстановку вокруг не перестал, поэтому сразу засёк, как кто-то появился среди деревьев. Сканирующее заклинание, которое я отправил в сторону неизвестного, даже на миг не прерывая тренировку, сообщило, что это был командир поисковиков со странным для местных именем Егор. Как только я замер, он вышел из-за дерева и сказал:

    – Я не знал, что ты ещё и ученик мечника. Буду иметь это в виду.

    – То, что мечники могут иметь учеников, это всеобщее заблуждение, – ответил я, снимая с ветки полотенце и вытирая им обнажённый и слегка потный после тренировки торс. – Только мастера меча могут принимать учеников и обучать достойных этого. Пока мечник не пройдёт путь до мастера меча, он не имеет права брать учеников. Таков кодекс, вы не могли не знать этого.

    – Да уж знаю, сам не закончил обучение, получилось так, – усмехнулся командир поисковиков. – Это просто выражение такое. Привык уже… Ты сам бросил занятия или мастер отказался от тебя?

    – Второе, хотя я бы сказал, что скорее избавился.

    Я повесил полотенце на шею и мимо командира поисковиков направился к лагерю. Но прошёл всего метров десять. Я замедлил шаги и остановился, с некоторой озадаченностью обернувшись и посмотрев на Егора, который развязывал шнурок, который поддерживал штаны. Проверка двумя заклинаниями показала, что на нём была метка, но не моя.

    Вчера вечером её не было, это я со стопроцентной уверенностью скажу, так как перед сном сканировал людей и территорию вокруг лагеря. А тут раз – и чужая метка. Сканировал я Егора, естественно, под скрытом, чтобы маги не засекли, что рядом кто-то магичит. Для меня это уже стало настолько привычно, что я на автомате маскировал свои заклинания.

    «Может, барон пометил? Де Курье этого точно не умеет», – подумал я.

    Метку я осмотрел и определил, что поставили её грубовато с помощью артефакта древних.

    Когда я вернулся в лагерь и раскинул сканирующее заклинание – ни барон, ни де Курье его не засекли, – то понял, что в лагере побывали посторонние. На всех присутствующих были метки, даже на возницах, которые готовились к отъезду. Да что это, даже на мне была такая метка! Вот это уже было интересно. Похоже, артефакт был просто чудовищно мощным, раз смог обойти все мои защиты от накладывания на меня всяких заклятий и меток. Естественно, свою ауру я не мог видеть, поэтому пришлось доставать из пространственной сумки один хитрый артефакт.

    На секунду задумавшись, я быстро подошёл к телеге, на которой провёл ночь, и пощупал баул. Фух, слава Творцу, книга была на месте. А то потом объясняй барону, куда она делась.

    Я убрал высушенное одним очень хитрым заклинанием моей собственной разработки полотенце и направился к магам. Повар как раз заканчивал приготовление завтрака, и все, кроме сменившихся часовых, начали собираться к котлу на его призывающие крики и сигнальный стук по дну миски. Только маги сидели на месте у одного из костров, им поднесут завтрак слуги.

    Устроившись напротив них, я принял миску из рук одного из баронских слуг и, достав свою ложку, тихо сказал:

    – Ночью кто-то побывал в лагере и поставил на всех следящие метки. Они есть и на мне, и на вас. На всех, даже на возницах.

    – Ты уверен? – поднял брови барон. – Я сегодня проверял всех в лагере. Никаких меток не заметил. Да и как неизвестные могли пройти через мои охранные линии, а они, надо сказать, достаточно сильные, и обойти их не так-то просто?

    – Защита у вас хорошая стояла ночью, – согласился я. – Однако неизвестные использовали очень мощный артефакт и пометили нас со стороны, находясь за охранной линией. Я сам не сразу обнаружил эти метки. Думаю, следить за нами будут с помощью такого же артефакта древних.

    – Убрать их можешь? – сразу же деловито поинтересовался де Курье. Он-то мне сразу поверил.

    – Да, – кивнул я с уверенностью, так как эту проблему уже успел обдумать.

    – Кто это может быть? – спросил учитель у своего друга.

    – Бандиты. Поисковики рассказывали, что их при возвращении иногда пытаются ограбить. Не всегда удаётся, но такие случаи бывают, – пребывая в задумчивости, рассеянно ответил барон.

    Ни меня, ни де Курье этот ответ не удовлетворил, было видно, что ла Грант что-то знал и пока не считал нужным нам сообщать.

    Щёлкнув пальцами от пришедшей мне догадки, отчего ко мне повернулись оба мага, я озвучил:

    – Тайная стража герцога.

    Судя по тому, как скривился ла Грант, я попал в точку.

    – Та-а-ак, – многозначительно протянул учитель и повернулся к барону, а я, подхватив миску, оставил начавших серьёзных разговор магов, отойдя в сторону и став их подслушивать, хотя барон и подвесил заклинание от прослушивания. Но у меня помощнее было, от древних магов, так что я беспрепятственно слушал, о чём была речь.

    В принципе, ничего существенного не услышал. Де Курье давил на барона тем, что тот подставлял друга под угрозу. А местная тайная стража, поговаривали, работала довольно грязно, убирая свидетелей. Ла Грант же оправдывался, что это только предположения и верить слухам не стоит. Правда, подтвердил, что представители тайной стражи в последнее время скупают всё интересное, что доставляют поисковики с пустошей. Да ещё сами отправляют туда свои партии. Не гнушаются и ограблением возвращавшихся из пустоши с находками магов. Похоже, и наша группа их чем-то заинтересовала.

    Поев, я убрал вымытую ложку обратно за голенище сапога и, отдав пустую миску дежурному по кухне, которому сегодня предстояло мыть посуду, стащил с телеги свой баул и подошёл к магам.

    – Ты уверен, что сможешь снять метки? – переспросил у меня барон.

    – Да, – коротко подтвердил я.

    – Снимешь, когда мы перейдём границу и окажемся в пустошах. Понял?

    Посмотрев на учителя и получив от него согласный кивок – барон мне был никто, – я так же лаконично ответил:

    – Хорошо.

    – Об этом никто не должен знать, ты понял?

    – Конечно.

    – Тогда собираемся и выходим.

    Пока лагерь сворачивался и люди готовились к выходу, я начал доставать из баула вооружение и защиту. К сожалению, нанести на них заклинания защиты и сохранения я не мог, был шанс, что оба мага могли засечь мои манипуляции, поэтому это были чистые болванки. Ничего, будет возможность – всё сделаю и замаскирую их скрытом.

    Надев поножи и наручи, накинул сверху лёгкую броню из стали, спереди была пластина, а по бокам и сзади моё тело защищала кольчуга. Достал из баула последнее вооружение – сабли с ножнами – и стал возиться с ремнями, перекидывая часть их через плечи и застёгивая на груди. Я уже подогнал их по своей фигуре, так что делал всё, можно сказать, привычно, на автомате. Проверив, как выходят клинки из ножен, включая боевой нож на поясе, обеденный и четыре метательных, я закрыл баул и повесил его за спину. Всё, я готов к выступлению.

    Моя метаморфоза впечатления на поисковиков, магов и слуг не произвела, только Арни, стоящий рядом со своим учителем, с немалым удивлением оглядел меня. Похоже, он никак не ожидал, что я ещё окажусь любителем помахать железками. Особо маги воинским мастерством не занимались, единственно, в академии обучались бою на шестах, чтобы одарённые могли применять свои посохи ещё и как простые палки. Меня это не устраивало, вот я и тренировался махать острыми железками. Не скажу, что я был новатором, так как вычитал из книг, что были маги, которые добрались до ранга архимагов и гранд-мастеров меча, некоторые и сейчас здравствовали, но это было единичными случаями. Только по личному желанию одарённого. Редко кто желал учить одновременно две профессии, вот и получалось, что практически все маги в простом бою мало что стоили, поэтому обычно в армии были боевые смешанные пятёрки: пара магов и трое мечников, натренированных на совместную работу. Это я тоже из книг вычитал в библиотеке учителя. Плюс он ещё свежую прессу заказывал, включая ту, что выпускали для одарённых.

    Как только все были загружены вещами, даже мне выдали запас продовольствия – разве что оба мага шли налегке, только со своими посохами в руках, – мы оставили лагерь и направились к границе пустоши. И чем ближе подходили к ней, тем чаще я замечал перекрученные силовые линии в воздухе. М-да, это какие же здесь бои шли, что за шесть столетий они всё ещё не могли прийти в норму! Могущество древних магов впечатляло.

    После пересечения границы я, как и договорились, снял метки со всех, включая себя. Это не было таким простым делом, как подумал барон ла Грант, когда спрашивал, смогу я их снять или нет. Приходилось подходить к каждому члену команды, а их было тридцать семь человек, включая меня, и идти рядом, чтобы осторожно загасить метку. Последним был я, а так как свою ауру я не видел, то делал всё предельно осторожно, с помощью дистанционного заклинания. Закончив, я сканирующим артефактом проверил – метка исчезла.

    Как только всё было сделано, я привлёк внимание барона и тряхнул рукой, как будто стряхивал с неё воду. Тот меня понял сразу, поэтому подозвал Егора и велел ему усилить охранение.

    Наша манера движения и особенно действия передовой группы меня очень заинтересовали. У поисковиков были два недоучившихся в академии герцогства одарённых, их, как я понял, за что-то выгнали, и они прибились к команде Егора. Один шёл в передовом дозоре, второй – с основной группой, потом они менялись. Движение отряда походило на след змеи, мы то брали влево, то право. Причины таких поворотов мне были не совсем понятны, так как на территории пустошей я, скажем так, был не совсем уверен в себе. Истинное зрение тут работало так-сяк, постоянно были видны снег и магические помехи, да и астрал здесь был изувечен и перекручен, из-за чего некоторые заклинания или не работали вовсе, или работали, но не так, как я хотел. Именно поэтому я с разрешения де Курье скорешился с обоими одарёнными поисковиков и двигался с ними в дозоре, где они подробно объясняли, что делают. Оказывается, путь по пустошам был не такой простой задачей, и передовая группа искала безопасные проходы мимо аномалий и другой хрени, что осталась после магических битв.

    На третий день мы прошли мимо полуразрушенного города. Антуан, бывший студент боевого факультета Академии магии герцогства, пояснил, что его руины обобраны и внимательно осмотрены ещё лет сто назад и заходить туда нет смысла, тем более там могут встречаться и опасные существа. Это сейчас мы идём по тропе, где в основном и ходят поисковики, поэтому на ней всё зачищено от всего опасного, но дальше будет хуже, и будут города, где ещё можно что-нибудь найти.

    Тайком от учителя я договорился с обоими магами, выдав им аванс по пять серебрух, что они будут учить меня всему, что знают. И те по очереди, когда были в передовом дозоре, меня тайком учили, изредка отвлекаясь от проверки пути. Некоторые моменты они не знали, там я был докой, но в других, где я плавал, они поясняли мне суть вещей. Кроме того, я снял копии магических схем с трёх амулетов и двух артефактов, которые использовали оба одарённых, чтобы самому проверять путь. Их конструкционные решения меня заинтересовали, причём ночью я со скуки даже поработал над ними, создавая себе такие же амулеты и артефакты, но более лучшего качества. После зарядки я убрал их в баул, мало ли, пригодятся, а на следующий день проверил в работе. Мои поделки «видели» дальше метров на триста и куда как более качественно. Правда, я не хвастался ими и проверял без свидетелей.

    Кроме меня, разобраться в хитросплетениях магических линий в моих артефактах и амулетах не сможет никто, даже магистры. Помня о том, как мой учитель кинул меня на изобретение, – вот ведь, до сих пор простить ему этого не могу: моё, значит, моё, в нашем договоре не было, что он будет воровать мои поделки, только ремонт артефактов древних, и всё! – я теперь маскирую свои схемы заклинаний ложными контурами, причём один раз так накрутив их, что, к своему удивлению, в попытках запутать создал усилитель, и тот артефакт на треть увеличил свою мощность. В течение полугода я экспериментировал, пока не попал в струю и не разобрался, в чём тут собака зарыта, и следующие свои поделки уже делал с этими ложными контурами.

    Правда, и в этом были свои минусы: создавать их теперь было очень сложно. Если простой защитный амулет первой категории, то есть самый слабый, я могу сделать всего за пару минут, включая напитку его энергией на неделю работы, то чтобы создать такой же амулет со всеми контурами защиты, мне теперь требуются почти сутки. Но всё равно я был этому рад, так как уже не боялся воровства. Все мои артефакты были замагичены на меня, то есть только я мог ими пользоваться, для остальных они оставались простыми предметами, дощечками с выжженными рунами, камешками и кусочками железа. К сожалению, нормальных и долговечных заготовок для создания артефактов и амулетов достать без того, чтобы не насторожить де Курье, я не мог и делал их из того, что под руку попадётся. Тоже своего рода опыт. Так что то кольцо с огненным мечом внутри повторить не сможет никто, и только по свежему кольцу опытному одарённому станет ясно, что это новодел, хотя я тогда работал под древнего мастера магического конструирования.

    На пятый день прибежал один из бойцов бокового дозора. Им были замечены люди. До этого нам ещё ни разу не попадались другие искатели, хотя следов их на нашем пути было множество. Единственным памятным случаем была встреча с самым настоящим костяком. Тот в рваной кольчуге и в обрывках одежды вышел к нам, что и удивило – до опасных земель мы ещё не дошли, и один из бойцов привычно срубил ему голову, чем вызвал мой возмущённый ор. Я потом минут пять бегал вокруг костей, осматривая тающее заклятие подъёма и ругая парня. Тот клятвенно пообещал следующий костяк доставить мне «живым». В принципе, уже не надо было, я успел понять, что поднял этот костяк не человек, больше похоже на скопированное заклятие. Вероятно, сработал какой-то ещё действующий механизм древних.

    Так вот, как только прибежал этот юнец, новичок в группе Егора, какой-то дальний родственник его жены, мы сразу же выслали в сторону неизвестных усиленную группу, в которую были включены оба одарённых поисковика и я.

    К счастью, довольно быстро выяснилось, что это такие же поисковики, как и мы. Они стояли лагерем у развалин древнего города, причём работали не сами по себе, наудачу уходя в пустоши, а сопровождали и охраняли учёных из университета герцогства. Похоже, они и сами не знали, какого из двух, но верительные грамоты у них были. Оплатили, шебуршатся в развалинах, и ладно.

    Немного пообщались – те предупредили, что засекли неподалёку одного архилича с сопровождением, – вернулись к основному отряду и двинули дальше. У нас ещё было шесть часов светового дня, чтобы уменьшить расстояние до нашей цели. Кстати, шли мы довольно интересно. Где находится наш конечный пункт, знал только барон, и он каждое утро давал координаты, до которых мы доходили за день, обычно в тридцати– сорока километрах от последней ночёвки. Так и шли.

    С архиличем мы не встретились. Вообще, это был довольно серьёзный противник. Мало того, что он имел разум, так ещё мог применять магию. Личами становились только погибшие маги. Постепенно они набирались опыта и становились архиличами. Это уже серьёзно, но, в принципе, мы должны были с ним справиться. Правда, к вечеру этого же дня, когда мы становились лагерем на одобренном нашими магами месте и готовились к ночёвке, где-то недалеко, километрах в пяти, позади произошёл магический бой. Грохотал он минут десять, после чего стих. Егор предположил, что архилич всё-таки с кем-то встретился. Теперь оставалось гадать, уничтожили ли его, или армия архилича пополнилась. Отправлять разведчиков ночью к месту боя по просьбе барона он категорически отказался, будучи уверенным, что те не вернутся. Я был с ним согласен, поэтому предложил свою кандидатуру, догадываясь, кто шёл за нами по пятам, хотелось бы проверить. Но тут уже оба мага воспротивились – терять того, кто сможет вскрыть защиту башни, они тоже не хотели категорически.


    Утром шестого дня разведчики сбегали к месту боя и никого там не обнаружили, кроме остатков мёртвого войска и костей архилича. Не знаю, кто вёл с ними бой, но они раскатали небольшую бродячую группу мёртвых в ползамаха. Это впечатляло.

    Пока готовился завтрак и лагерь просыпался, я потренировался с саблями и сбегал к руинам небольшого поселения. Именно там меня и нашёл командир поисковиков.

    – А, вот ты где, – услышал я за спиной.

    Опустив руку с зажатым в пальцах камешком и обернувшись, я со стены, которая ранее защищала поселение, посмотрел вниз. Там стоял Егор, прикрывая рукой в латной боевой перчатке лицо от лучей солнца.

    – Что-то интересное нашёл?

    – Да. Тут бывший мечник стоит с двумя мечами в руках и смотрит на меня.

    – Скелет? – мгновенно сообразил командир поисковиков.

    – Не успел догнить, но запаха от него уже нет. Свежий труп, полгода ему, не больше.

    Я сидел на стене, в четырёх метрах от земли, болтая ногами в воздухе, и смотрел на шесть скелетов, что выползли из разных щелей, полузасыпанных подвалов и начали собираться у стены, молча глядя на меня. В их глазах светились красные индикаторы заряда. Полудохлые, кстати. Чтобы подзарядиться, им нужно убить живого. Я уже разобрался, что за установки им дают при активации. Тут явно поработал демонолог.

    – Спрыгивай быстрее на эту сторону, – запаниковал Егор. – Мёртвый мечник не слабее живого, к тому же ещё и боли не чувствует.

    – У меня другая идея, – покачал я головой и, оттолкнувшись, прыгнул к скелетам.

    Мечник мгновенно вскинул мечи. Что-что, а с реакцией у него оставалось всё в порядке, но я тоже не дурак прыгать прямо на него. Оттолкнувшись от выступа в стене, я перелетел через скелеты, кувырком через голову погасил скорость на земле и, вскакивая на ноги, выхватил обе сабли, принимая на них удары мгновенно оказавшегося рядом мечника. Тот был хорош, думаю, перед смертью он был близок к тому, чтобы сдать экзамен на повышение мастерства до мастера мечей. Для него я не был соперником и в данный момент отступал, с трудом блокируя веер ударов и контратак, не давая хищным клинкам добраться до моего тела.

    В это время над стеной показалась голова Егора, который перелезал ко мне, и я на его глазах срубил головы двум скелетам, которые мешали нам с мечником вести бой. Кстати, третьего срубил командир поисковиков.

    Подкинув ногой очередной камень из развороченной брусчатки, что попался под ноги, я ловко бросил его в ногу мечника. Ещё сидя на стене и кидая в него камешки, чтобы определить скорость реакции, я заметил, что одна из костей правой ноги у него треснута и там торчал обломок стрелы. Именно в эту ногу и летели все мои камни.

    Наконец от очередного булыжника он не смог увернуться, и кость сломалась, отчего мечник осел на один бок и пропустил мой единственный удар.

    Не успевший слезть со стены немного бледный Егор глубоко выдохнул, посмотрел, как замерла катившаяся голова мечника, и покосился на меня, наблюдая, как я проверяю кирасу, где была отчётливо видна длинная полоса. Мечник всё-таки меня достал во время моей последней атаки, но благо удар пришёлся вскользь, и, кроме царапины на нагруднике, я ничего не заработал.

    В это время раздался шорох, и я увидел, как пылью осыпался перстень мечника на истлевшем пальце скелета.

    – Прощай, брат, – тихо сказал я и поклонился скелету.

    – Силён был? – спросил Егор.

    Он занял моё место, так же болтая ногами. Все скелеты во время нашей схватки с мёртвым воином были перебиты, так как лезли то под мой удар, то под удар мёртвого мечника, поэтому он был спокоен.

    – Очень, – откликнулся я и, подняв с земли чей-то плащ, который, видимо, валялся здесь около полугода, стал складывать на него останки мечника. Я собирался похоронить его как полагается. Огнём.

    – Почему магией не воспользовался? Сжёг бы его своими фаерболами. Если долго стрелять в одно место, поджечь можно.

    Егор знал, что ученикам магов не даются серьёзные знания, и ориентировался на них. То, что у меня есть ещё качественные амулеты и артефакты, он тоже знал – три штуки висели открыто.

    – Так надо было, – коротко ответил я.

    Раскрывать все свои секреты я не собирался, хотя действительно мог раскатать все эти костяки одним движением руки. Я ведь не только создаю амулеты, но и простой магией хорошо владею. Ну, неплохо, по крайней мере.

    Сложив костяк чуть в стороне, я демонстративно, чтобы видел Егор, активировал один из моих боевых амулетов, и в останки мечника ударил столб огня, отчего те вместе с частью булыжников превратились в стекло.

    Подхватив оба меча мёртвого воина, я перебрался через стену, дождался, когда спустится с неё и Егор, и вместе с ним направился в сторону лагеря. Как раз там зазвенела миска, созывая всех на завтрак. А мечи я не просто так взял, это было серьёзное оружие, замагиченное до двенадцатой категории, а это уровень архимага по артефактам. К слову сказать, я бы смог их замагичить только до девятого уровня. Знаний у меня маловато в этой дисциплине.

    – Не боишься, я смотрю, их в руки брать? Такие артефакты мы берём только в специальных защитных перчатках.

    – Не, они после гибели хозяина обнулились, так что можно приписать к новому… Ещё накопители почти разряжены, нужно будет заняться ими, – рассеянно пояснил я и прикусил язык. Что-то я лишнее сболтнул, ученик этого знать не может. Надеюсь, Егор ничего не заметил.

    Мечи я решил оставить себе, несмотря на то, как жадно на них поглядывал Егор. Конечно, для меня они ещё тяжеловаты, именно поэтому ле Он подарил мне лёгкие сабли, как раз для моего роста и веса, а это уже серьёзное оружие, на вырост, так сказать. Эта была не единственная причина для боя. Помните об активации моего кольца мечника? Вот, один мечник есть, осталось двое. Тут не важно, мёртвый он был или живой. Главное – победа за мной. Ну и ему честь оказал окончательно умереть в бою: судя по тому, что перстень рассыпался, у меня всё получилось, и душа воина полетела в местный рай для воинов.

    Кстати, пока я шёл к лагерю, то успел приписать оба меча к своей ауре, это было нетрудно, по капле крови. Теперь фиг кто их у меня отберёт, бессмысленно, привязку не снять… С мёртвого разве что. Хм, надо подумать.

    Оба мага внимательно осмотрели мои трофеи, но не претендовали на них, уже сообразили, что они привязаны. Де Курье только неопределённо хмыкнул, узнав, что я завалил мечника. О том, что я в действительности закончил обучение, никто, кроме него, не знал. Все думали, что я не закончил обучение. Правда, по какой причине, оставалось неизвестным. Я был в курсе, что строились предположения: от того, что мой учитель боевого искусства сам меня выгнал, до того, что он погиб, не успев доучить меня. Такое тоже бывало. Редко, но бывало.

    Когда мы свернули лагерь и отправились дальше – судя по спокойному виду барона, нам ещё идти и идти, – ко мне подошёл Егор. Осмотревшись и убедившись, что рядом никого нет, он попросил пообщаться наедине. Догадываясь, что разговор будет серьёзным, я навесил на нас полог от прослушивания моей собственной разработки. Никто этого не заметил, включая магов и самого Егора.

    – Ты знаешь, что я видел бой, Юрий, – сказал он. – Но я ещё видел, как осыпался прахом перстень мечника. Ты знаешь о том, что перстень мечника осыпается прахом только в том случае, если его хозяина убивает другой мечник?

    – Нет, – медленно покачал я головой, – я об этом не знал.

    – Если бы мне не было известно, сколько тебе лет, я подумал бы, что ты носишь перстень по праву владения… Но тот перстень осыпался прахом, я хорошо разглядел это.

    Чтобы развеять сомнения Егора, я на пару секунд убрал заклинание скрыта с пальца, чтобы он разглядел моё зелёное кольцо. Тот с облегчением улыбнулся – его напрягала эта непонятная ситуация, – и, весело похлопав меня по плечу, он поспешил к началу нашего каравана. Поправив сумку с припасами и баул, я тоже прибавил ходу. Нужно догнать передовой отряд и вместе с ними проверять дорогу, я ведь не просто так с ними шёл, но и опыта набирался.


    За этот день нам трижды встретились изменённые животные. В первый раз это было что-то длинное и чешуйчатое, что атаковало одного поисковика бокового дозора, попытавшись, как змея, его, возмущённо оравшего, заглотить. Потом было стадо каких-то рогатых, небольшое, а в третий раз что-то из хищных, в предках которого явно были кошачьи.

    Что меня удивило, так это поведение искателей – они всегда гурьбой бежали уничтожать всех изменённых животных. Если все поисковики так себя ведут, то становится понятным, почему мы уже неделю идём и так мало кого повстречали. В первом случае чешуйчатое изрубили, причём со знанием дела, да ещё извлекли из него живого парня, которому не повезло оказаться в глотке животного. При этом подшучивали над ним – оказалось, с ним такое случалось не в первый раз. Потом из головы пресмыкающегося извлекли какие-то мешочки с жидкостью, видимо что-то ценное, так как одарённые, которые этим занимались, аж сияли. Во втором случае стадо наполовину разогнали молниями и фаерболами, что выпускали одарённые, не используя артефакты и амулеты, но половину уничтожили. Из этих зверей тоже что-то вырезали, но не так много. В третий раз очень быстрая кошка, имеющая вместо шерсти чешую, напала на того же бойца, который сегодня уже побывал в глотке хищника. Его спасли, убив кошку, но барону пришлось использовать аж два средних исцеления, а они были энергоёмки.

    Так и прошёл день. Как сказал Егор, дальше будет серьёзнее, поисковики дальше не забредают: чревато.

    Этой ночью я почти не спал, делал магическую мину, МОНку, можно сказать, использовав для этого несколько камней около нашего последнего лагеря. Естественно, мины я замаскировал скрытом.

    А на следующий день, через четыре часа после того, как мы начали углубляться на территорию пустоши, где очень редко ступала нога искателя и поисковика, позади, в той стороне, где остался наш лагерь, раздался грохот взрыва и в небо поднялось грибовидное облачко. Энергии я не жалел, наполовину опустошив свои запасы накопителей. Теперь не только мне стало ясно, но и всем в караване: за нами кто-то шёл.

    Пока Егор на повышенных тонах разговаривал с нанимателем, то бишь бароном, я отошёл чуть в сторону и, устало присев на камень, достал фляжку, сделал глоток. С нашим дальнейшим продвижением Егор не ошибся: идём мы сегодня всего четыре часа, а уже было пять серьёзных встреч, включая архилича с сотней подданных, – пять простых личей, остальные костяки. Я тоже поучаствовал в боях, теперь Егор мне это доверял, да и магией попользовался изрядно. Амулетов и артефактов хватало. Из-за бессонной ночи день для меня шёл тяжеловато, но в принципе терпимо.

    Ла Грант всё-таки смог убедить Егора двигаться дальше, хотя тот хотел повернуть обратно. Он не был дураком и понимал, что по нашим следам идёт кто-то серьёзный, с ходу угадав, что это могла быть тайная стража герцогства. Похоже, она уже начала доставать местных поисковиков и искателей, раз те постоянно их поминают, причём отнюдь не добрыми словами. Как пояснил мне один поисковик, профессиональный боец-копейщик, агенты службы предпочитают забирать найденные артефакты и не платить за них. Именно поэтому часто между агентами и поисковиками вспыхивают драки, иногда со смертельным исходом, и не всегда побеждают поисковики.

    В общем, мы двинули дальше. К вечеру всё чаще и чаще встречали следы пребывания людей и вскоре обнаружили общий лагерь двух поисковых групп. Как я понял, они жили и отдыхали здесь, а чистили городок, который располагался в двух километрах от них за холмом. В истинном зрении воздух над городом был зелен от некроэнергии.

    У Егора тут оказались знакомые, так что мы спокойно расположились с искателями, смешавшись с ними. Те были рады новичкам, так как сами в этом месте находились уже кто три, кто четыре недели и желали узнать свежие известия.

    Я привычно сидел немного в стороне и читал книгу древних – правда, я её уже изучил и её можно было вернуть барону, но просто ещё уточнял некоторые моменты, – когда ко мне подошёл Арни с двумя глиняными кружками.

    – Держи, – протянул он мне одну из них.

    По привычке, уже скорее машинально проверив её содержимое на яд и свёрнутые заклинания, я взял кружку и пригубил травяного настоя.

    – Вполне прилично, – кивнул я. – Спасибо.

    – Тут две команды. Одна ещё чистит городок. Вторая нашла что-то интересное, и они завтра выдвигаются обратно на чистые земли.

    – Да-а… – протянул я. – Им предстоит пройти порядка ста пятидесяти километров, петляя и обходя аномалии. Да ещё сгибаясь под тяжестью находок. Теперь я не удивляюсь, отчего все поисковики такие здоровые – чем больше вынесешь, тем больше заработаешь.

    Прищурившись, я посмотрел в сторону, где наши маги, ла Грант и де Курье, общались с каким-то здоровяком. Тот то кивал, то отрицательно мотал головой. Тут я заметил, что к нам ползком подкрадывается какой-то мужичок, явно из местных искателей.

    – Эй, чего крадёшься? – спросил я у него.

    Арни, сидевший рядом, удивлённо закрутил головой, удивляясь, как я в быстро покрывавших землю сумерках что-то смог рассмотреть. Потом он, видимо, догадался использовать детское заклинание сети и тоже посмотрел в сторону мужичка.

    – Господа маги, не пугайтесь, я к вам с деловым предложением. Не хотите ли купить книгу древних? Недорого?

    – А чего прячешься, мы бы и так посмотрели? – удивился Арни.

    – Да эта крыса украл у своих и теперь пытается толкнуть ворованное, – сделав логичный вывод, пояснил я парню.

    – Ничего я не крал, просто нашёл в городе и в общий котёл не положил, – обиделся тот.

    – Ладно, что там у тебя? – протянул я руку.

    Пока мы разговаривали, неизвестный искатель – кажется, я видел его в той группе, которая ещё оставалась, – подполз ближе и спрятался за мешками с провизией, у которых мы сидели. Так что протянуть мне потрёпанную книжицу труда ему не составило.

    Мельком осмотрев обложку и пролистав страницы, я вернул её искателю.

    – Не интересует. Эта книга не по магии, а по животноводству. Причём дополненное переиздание.

    – О-о-о… – протянул тот, широко открыв глаза. – Вы, ваше магичество, знаете знаки древних?

    – Немного, – скривился я, сообразив, что выдал себя. И ведь подлез, гад, под руку.

    – Ваше могущество, мы смогли добыть несколько десятков книг, может, вы за небольшую плату сообщите, что это за книги?

    – Могу помочь, только не за небольшую плату, а возьму себе одну из книг по моему выбору.

    – Я сейчас нашего командира приведу, вы с ним сами договоритесь, хорошо?

    – Веди, – кивнул я и, пока тот шуршал травой, отползая, зажёг магический светильник и, продолжая прихлебывать остывший отвар, вернулся к чтению.

    Через минуту донёсся шум свары, и я увидел, как двое поисковиков пинают знакомого живчика, что недавно подползал к нам.

    – Хм, – хмыкнул я и указал на них Арни, который, сидя рядом со мной, чистил щёткой куртку. – Похоже, он до того привык ползать, что его даже бьют на земле.

    – А за что?

    – Думаю, этот идиот сболтнул, что пытался продать нам книгу, или его товарищи это поняли. Видать, не в первый раз за ним такой косяк.

    Вот дальнейшее мне не понравилось. Очень. Командир тех искателей, к которым относился этот побитый ловкач, пошёл договариваться насчёт изучения книг не со мной, а к моему учителю, как, в принципе, и было положено, и я понял, что книга утекает от меня. Де Курье показал себя во всей красе, долго торговался и выбил-таки в оплату две книги по нашему выбору. Уж он выберет! Командир скривился и скрепил сделку рукопожатием, только теперь сообразив, что нужно было со мной договариваться, – одна книга меньше, чем две, но было поздно.

    Чуть позже ко мне подбежал тот же мужичок с огромным, в поллица, наливающимся бланшем и прошамкал разбитыми губами, приглашая на освидетельствование. Все книги были подготовлены – сложены на чьём-то плаще.

    – Хорошо, – убирая книгу по магическому конструированию и строительству в баул, сказал я.

    Встав, я оставил свой светильник рядом с Арни, тот продолжал чистить куртку, и направился за побитым молодчиком к кострам, где у сложенных книг суетился де Курье. Кстати, книг было на удивление много, сотни полторы. Похоже, искатели в развалинах обнаружили чью-то библиотеку.

    Когда я подошёл, довольный де Курье покосился на барона, который рядом изучал одну из книг, и велел:

    – Приступай.

    Ко мне подошёл один из помощников командира группы искателей, которым принадлежали эти книги. Сами искатели, как из нашей группы, так и из той, что завтра собиралась выдвигаться к чистым землям, обступили нас и с интересом смотрели, как мы работаем.

    Самыми дорогими считались магические книги, за них коллекционеры и Академии магии давали самые большие суммы. Но и другие ценились, правда, не так высоко. Причём поисковики в большинстве случаев могли сами определить, где магическая книга, а где нет, так как на обложках магических книг, в основном библиотечных, в правом верхнем углу стоял оттиск. Такие книги тоже были, их сложили отдельной кучкой, как раз перед ними и сидел барон, изучая одну из них.

    И мы начали именно с этой кучки. Я брал книгу, читал надписи на обложке, одновременно разглядывая заклинания сохранения, наложенные на неё, потом смотрел, что за накопитель маны вставлен в корешок, и передавал её искателю, который откладывал книгу в сторону, как проверенную. За двадцать минут все книги были пересмотрены. В кучке, где изначально лежало двадцать шесть магических книг, прибавилось ещё шесть. Две азбуки для начинающих магов древности, остальные – дневники магов. Мемуары, конечно, но раз магов, то в ту же кучку.

    Пару минут я поприсутствовал при выборе де Курье. Тот взял одну азбуку – у него такой не было – и фолиант по боевой магии пятого курса одной из Академий магии древности. После этого направился к Арни, уже с помощью слуги создающему лежанку. Рядом были подготовлены лежанки для обоих наших магов.

    Особо меня книги, что нашли искатели, не заинтересовали, хотя большая часть, видимо, принадлежала студентам академий, которые к началу войны были дома и попросту забыли книги, спеша обратно. В принципе, одна была интересна для меня с теоретической точки зрения, но у меня такая уже была, нашёл в библиотеке барона и скопировал её, так что не горит. Азбука у меня тоже была, из той же библиотеки барона, и я вот уже как два дня по несколько часов перед сном незаметно читал её. Кое-что познавательное узнал. Один раз расстроился, поняв, что в одном направлении магии я полный ноль, ладно хоть в ней описывали пару начальных заклинаний для практики и освоения. Будет возможность – потренируюсь. А то тут даже не отойдёшь присесть без пригляда, барон после случая с мёртвым мечником распорядился.

    Вторая группа искателей, которая завтра уходила, тоже попросила просмотреть их книги, только у барона, не у меня или де Курье. Да, с моим учителем попробуй поторгуйся, руку по локоть откусит, как те уже успели убедиться. Тот согласился и после ужина перебрал книги, сообщив, где какой экземпляр, забрав одну на выбор в качестве платы. Вот и всё.

    * * *

    Ночь прошла спокойно, утром мы позавтракали, попрощались с обеими командами искателей – одни собрались дальше грабить развалины, а другие направлялись в чистые земли – и двинулись дальше.

    Теперь каждый километр если не аномалия или изменившееся животное, то бродячий мертвец или лич с командой. Думаю, я в схватках не выдержал бы и раскрылся перед магами тем, что гораздо лучше и сильнее разбираюсь в боевых заклинаниях, чем они. Но, к счастью, люди Егора после его приказа прекратили уничтожать всё на своём пути, и теперь мы шли осторожно, обходя все опасности под маскирующим пологом, что накинул на нас барон с помощью одного очень древнего амулета.

    На третий день я заметил, как волнуется барон, это означало, что мы близко к цели. Это было хорошо, так как Егор и его люди были в том состоянии, когда балансировали на грани, чтобы бросить всё и быстрее свалить на более безопасные территории. Похоже, мы забрались в эпицентр этой пустоши, и сюда ещё явно не ступала нога искателя.

    – Последний ориентир, – показал барон на невысокий холм с какими-то развалинами на вершине и с крохотным озером у подножия. – Три километра осталось, завтра к обеду будем на месте…

    Был вечер, и мы решили переночевать у этих развалин. Их проверили все наши одарённые и посчитали, что они не опасны. Мне же они показались очень странными: была там какая-то аура страха и безнадёжности. Жаль, астрал забит помехами, я бы точно определил, что за эманации оттуда идут.

    Пока обустраивался лагерь, я в сопровождении двух охранников направился к руинам. Арни не пошёл, выполняя какое-то поручение барона. Ранее бывшим довольно роскошным дворцом я не особо заинтересовался, хотя мои спутники с радостными воплями доставали из-под обломков то мятый золотой кубок, то серебряный поднос. Было видно, что развалины не были подчищены, поэтому один охранник остался со мной, а второй с находками побежал в лагерь.

    Когда мы с моим сопровождающим наконец нашли вход в подвал, уже окончательно стемнело, но в сопровождении десятка поисковиков пришли оба наших мага и Егор. Пока он командовал обыском и сбором трофеев, маги зажгли магические светильники и начали спускаться в подвал. Я уже был внизу, поэтому подсвечивал выщербленную каменную лестницу своим светильником.

    – Винный подвал, – уверенно опознал спускавшийся следом Егор, разглядывая гигантские бочки.

    – Нет, – с такой же уверенностью возразил я, – в бочках не вино.

    – А что тогда? – обернулся ко мне барон, который с де Курье что-то рассматривал на старом рассохшемся столе. Вроде там лежала книга или журнал.

    – Это дом демонолога… Очень сильного демонолога.

    – Кровь? – мгновенно сообразил ла Грант.

    – Да.

    И в этот раз я поймал на себе задумчивый взгляд учителя, похоже, его догадки, что я что-то скрываю от него, начали превращаться в уверенность. Де Курье не был особо умным магом, но и до него начало доходить, что я не так прост. Ага, побольше надо было в командировках бывать, вообще бы меня не узнал.

    Услышав о том, кому принадлежали эти развалины, Егор замер на лестнице, запретив своим людям спускаться и наблюдая, как мы исследуем подвал.

    Обнаружив тупичок, я пнул цепи, что лежали на полу. По виду они были как новые.

    – Что тут? – подбежал на звон учитель. Следом подошёл и барон.

    – Противодемонические цепи. Тут демон сидел на привязи. Давно, его эманации почти исчезли, но всё ещё чувствуются.

    – А ведь они дорогие, – наклонившись, поднял одну цепь ла Грант.

    – Уже нет, все заклинания давно распались, только заклинание сохранности ещё действует, но уже из последних сил. Раньше они питались от эманаций демона, – рассеянно ответил я, изучая следы когтей на стене.

    Судя по тем взглядам, которые бросал на меня де Курье, он собирался серьёзно поговорить со мной. Похоже, он сообразил, что я не просто так читал книги древних магов и многое усвоил на практическом опыте, а не только в теории. Ну, тут он сам виноват, будет задавать вопросы – всё выложу. Его кражу моего первого артефакта я не забыл.


    Утром мы свернули лагерь, так как было решено перенести его ближе к нашей цели, хотя тут место было вполне приличное, удобное для обороны, да ещё и вода рядом. Позавтракав, мы собрались и пошли дальше. Наше движение напоминало работу сапёров на минном поле – медленное и осторожное. За четыре часа мы всё-таки прошли эти километры.

    – Вот она! – торжественно, со скрытой радостью воскликнул барон ла Грант и указал вперёд.

    Там, буквально в пятистах метрах от нас, возвышалась самая настоящая башня мага. Как и все, не отрываясь я смотрел на неё. Впечатляющее сооружение, и красивое, надо признать.

    – Вот, значит, что так заинтересовало барона, – пробормотал я себе под нос.

    Развернувшись, я по нашим следам вернулся метров на двадцать назад и обнаружил, что башни нет. Впереди зеленели холмами поля, виднелась рощица и лента реки, но башни не было. Сделав три шага вперёд, я даже моргнул: ландшафт оставался прежним, но появилась башня мага шестой категории строительства. Я учил по второй категории, ученической и не сложной, но маг, что построил эту башню, был гранд-мастером древности. Одним словом, если защита действовала, у нас никаких шансов пройти внутрь не было. Мне никогда не взломать её… Ну, лет через сорок, когда опыта наберусь, можно попробовать, да и то без гарантии.

    Попрыгав туда-сюда и попытавшись разобраться в накрученных заклинаниях скрыта, что находились под ногами, – меня от проведённой тонкой работы неизвестного мага аж перекосило от зависти, я тоже так хочу уметь! – я поспешил к остальным. Группа продвинулась ещё метров сто и начала разбивать лагерь на берегу небольшой речушки, метрах в трёхстах от башни. Егор со своими людьми занимался его обороной. Их работа закончена, привели куда надо, теперь должны были действовать маги, взламывая башню.

    Пока люди суетились, рубя в роще высохшие деревья, чтобы окружить лагерь кольями, – обычно по возможности так делают, когда планируют долго оставаться на одном месте, – я отошёл чуть в сторону и, достав магический бинокль, в истинном зрении стал разглядывать узоры заклинаний на стенах башни.

    – Что скажешь? – спросил незаметно подошедший ко мне барон, отчего я вздрогнул, слишком увлёкся изучением произведения искусства плетения древнего мага, а это не пристало воину. Хотя для мага как раз нормально, многие из нас увлекающиеся натуры.

    – Могу с уверенностью сказать, что это жилище гранд-мастера древности, – хмуро сообщил я, опуская кристалл-бинокль. Без него я плетения просто не разглядел бы, слишком далеко.

    Довольно улыбающийся ла Грант кивнул, принимая эту информацию. Потом до него дошло, и улыбка начала сползать с его лица.

    – То есть ты не сможешь взломать все степени защиты?

    – Не знаю, ещё не пробовал. Но если вы думаете, что это работа на пару дней, то разочарую, как бы нам тут на пару месяцев не задержаться, пока буду распутывать заклинания и пытаться сообразить, какое из них отвечает за открытие. Ладно хоть основы я знаю благодаря вашей книге, но тут много чего накручено. Маги древности могли совмещать разнообразные заклинания, причём даже те, которые считались несовместимыми. Тут я вижу такую же работу, а это не может не вызывать восхищения.

    Барон выругался, дело было куда сложнее, чем он думал. Башня была действующей, то есть не развалины, это хорошо, всё внутри цело и не разграблено, с другой стороны, попробуй, попади в неё.

    Покачавшись несколько раз с пятки на носок, барон спросил:

    – Что с защитой?

    – Ближе чем на сто метров к башне лучше не подходить, скрытые заклинания ловушек, – ответил я и кивнул в сторону де Курье и Арни, стоявших слишком близко к башне, разглядывая что-то под своими ногами.

    Барон поспешил к ним, а я ещё долго разглядывал заклинания на стенах. Мне не нравилось, что они не были под скрытом. Всё это попахивало ловушкой, вполне возможно, это были ложные плетения.

    Кстати, называть башню мага башней было несколько опрометчиво. Раньше такие действительно были башни, сложенные из неотёсанных камней, доходившие до ста метров в высоту. Однако со временем и с освоением искусства строительства такие башни магов начали превращаться в ажурные летящие замки. Так что только старое название осталось прежним, но внешний вид давно изменился. Например, эта имела три тонких шпиля, стремящихся в небо своими остриями, огромные панорамные окна зала для банкетов, а также большую кучу других помещений. Это я знал всё из книги, определив, что башня построена по стандартному проекту «Башни Зельна», разве что было несколько пристроек, не входящих в основной проект, видимо сделанных при строительстве владельцем.

    В этом замке-башне были хозяйские апартаменты из нескольких комнат, двадцать гостевых, для слуг, хозяйственные помещения, кухня, столовая, обеденный зал, зал для банкетов – это то, что для повседневной жизни. Для работы – алхимическая лаборатория, защищённые комнаты для проведения опытов, склады для хранения заготовок и готовых амулетов и подвал. В подвале находится сердце башни – огромный стационарный искусственный накопитель. Именно такие выращивали алхимики древних, сейчас это утраченное искусство. Ещё бы, сейчас в алхимики шли слабо одарённые, а в древности даже гранд-мастеры не брезговали серьёзно заниматься алхимией.

    Это всё я конечно же поверхностно описал, тем более это была не стандартная постройка с внесёнными изменениями в типовой проект, там много чего было накручено. Фактически маг мог обходиться и жить здесь без слуг, артефакты легко заменяли их, управляемые духами, делая уборку и следя за имуществом. Разве что еду магу нужно было готовить самому, но некоторые обходились тем, что делали на кухне магические стазис-камеры, и готовые блюда там могли находиться годами, достаёшь – а они ещё тёплые и с ароматом – и спокойно ешь. Это я в дневнике одного мага вычитал. Или голема-повара сделать, но это сложное искусство, и мало кто из магов древних им владел.

    Обычно мы во время похода не готовили обед, обходились всухомятку. Утром плотный завтрак, вечером суп или каша. Ну а так как мы достигли цели, то я расслышал звон ложки о миску. Повар приготовил горячий обед.

    Очнувшись от размышлений и разглядывания силовых линий, которые питали башню, я направился к лагерю.

    После обеда, с трудом ответив на некоторые вопросы барона и де Курье, – им не нравилось, что я сообщил о башне, о том, что она неприступная, – я вернулся к отмеченной линии, где начинались ловушки и магические мины обороны башни, и продолжил изучать плетения заклинаний, которые можно было видеть только истинным зрением. Барон, например, мог смотреть в таком режиме не более трёх часов, де Курье – полтора часа, я же – неограниченное время. Тоже плюс.

    Так вот, пока я неподвижно сидел у башни, Егор с частью своих людей направился обратно к развалинам жилища демонолога. Они там ещё не всё подчистили, и находки ожидались крупные. Нас эти руины не интересовали, нам главное – вскрыть башню мага, поэтому поисковики по праву считали все находки там своими.

    Я сидел в одной позе, просто рассматривая башню и не пытаясь дистанционно влезть в плетения защиты и сохранности, а барон с де Курье ходили вокруг неё, как охотники вокруг дичи, плавающей в озере: видит око, да зуб неймёт. Правда, к оборонному поясу они не подходили, только разглядывали его со стороны. Я же для них был охотничьим псом, что бросится в ледяную воду и принесёт в пасти утку. Но пёс ещё был щенком и плавать не умел.

    Так и прошёл этот день. Такой же был второй и третий. А на четвёртый, когда я уже делал первые попытки вмешаться в работу некоторых заклинаний, произошло первое происшествие. Пропал один из поисковиков.

    Я к этому времени как раз проложил сорокаметровой длины тропу, сблизившись с башней, когда донеслись крики от лагеря. Прекратив все работы, балансируя на безопасной, но очень узкой тропе, я покинул оборонный пояс башни и побежал к лагерю, где собиралась небольшая толпа поисковиков, магов и их слуг.

    – В чём дело? – спросил я, подойдя быстрым шагом к Арни.

    – Эжен пропал, – ответил тот. – Отошёл в рощу оправиться и сгинул. Егор там с частью людей осматривает всё. Никаких следов, ни крови, ничего.

    – Эже-э-эн… – задумчиво протянул я, почесав подбородок.

    Этот здоровяк, который не расставался со своей секирой, был мне знаком. Опасный и, главное, опытный тридцатишестилетний воин. Вот так сразу чтобы его незаметно взяли? Нет, тут что-то не то.

    Заметив, как на меня покосился барон, я подошёл к нему и негромко спросил:

    – Наши преследователи?

    – Возможно, – нехотя кивнул тот.

    – Если это так, то будет плохо. Наверняка по нашим следам отправили самых опытных. Вы кому-то говорили, что ищете башню магов?

    – Только жена знает, – покачал тот головой.

    – Кто-то слил информацию. О слугах подумайте, для тайной стражи они самые надёжные источники.

    Заметив, как барон повернулся и стал пристально разглядывать слуг, что были с нами, я выслушал речь помощника Егора и направился обратно к башне. Меня во вторую поисковую группу не включили, ушли практически все, кроме барона, де Курье и Арни, также остался повар.


    Энжи мы так и не нашли так же, как и следов чужаков. Явно работают профи. Чего они ожидали, было и так понятно – когда мы вскроем башню, чтобы самим не возиться с этим. Стервятники долбаные. Егор, как и ла Грант, ходил мрачнее тучи, обоим не нравилась эта неопределённость, да и многие поисковики теперь не отходили далеко от лагеря. Теперь по надобности отходили к ручью, вниз по течению, но чтобы было видно из лагеря, и свешивались над водой, опорожняясь.

    Я же весь ушёл в себя, чтобы открыть башню. В принципе за пять дней работы и изучения структур магических линий я стал понимать, что там и как, поэтому, делая тропу, со стороны она выглядела «как бык поссал», двигался к тому месту, где, по моему предположению, находился вход. Хотя с виду у башни на двадцать метров вверх не было ни одного отверстия. Лишь белые отштукатуренные стены.

    Когда я наконец достиг стены и потрогал её, тёплую, нагретую лучами солнца, то испытал искреннюю радость. Думаете, это просто – найти нужный узор и деактивировать боевое плетение? После этого я стал рассматривать плетения у входа. Теперь я уже был убеждён, что он здесь, но часть плетений оказалась действительно ложной. Требовалось разобраться, где тут ложные, а где нормальные, действующие.

    До вечера я не успел понять, какое именно плетение из сотен его товарок отвечает за открытие, поэтому, когда начало смеркаться, так же балансируя, осторожными шажками добрался до чистой от ловушек поверхности и побежал к лагерю, давая разбежаться крови, застоявшейся за время моей неподвижности.

    Когда я забежал в лагерь и часовой закрыл за мной плетёную ограду, возведённую поисковиками, – хотя, что странно, ни мертвяков, ни изменившихся животных здесь не было, в речке плавала обычная рыба, которой мы питались, да и магические линии тут были не так искривлены, – я прошёл к лежаку и принял из рук Арни свою миску.

    – Как дела? – спросил он.

    – До башни добрался, да это вы и сами видели, осталось открыть вход. Но это куда сложнее, чем деактивировать некоторые ловушки. За некоторые я, вон, даже не пытался браться, всё равно не смогу воздействовать на них. Обходить стороной пришлось.

    – Понятно, – кивнул тот и направился к барону докладывать о том, что я успел сделать.

    Кстати, за эти дни отношения между мной и обоими магами стали какими-то натянутыми, прохладными. Мы стали меньше общаться, и разговор по душам у нас с учителем так и не состоялся. Первое время я думал, что меня просто стараются не трогать и не отвлекать от взлома башни, но, похоже, я был не прав, тут явно что-то другое. С де Курье-то понятно, он уже окончательно понял, что я его дурил в своих умениях, изрядно и демонстративно их понижая, поэтому дулся на меня как ребёнок. Но тут он сам виноват, нечего обкрадывать меня было, а вот что произошло между мной и бароном, я так и не понял. Так что эти дни мы общались с ним только через Арни. Меня это нисколько не напрягало, так что я с лёгким юмором смотрел на всё это.

    Когда доедал остатки каши с подливой, что сегодня приготовил повар, причём это была добавка, – многие подходили, подлива повару удалась, – я на рефлексах вскочил, отчего миска, разбрызгивая остатки каши и подливы, отлетела в сторону, а стоявшая рядом кружка с настоем, ожидавшая своей очереди, опрокинулась. Почти сразу я кувырком ушёл в сторону, отбивая выхваченными саблями две стрелы и один арбалетный болт.

    Да, причиной такой моей реакции был звон десятка тетив луков и арбалетов, а также глухие чавкающие хлопки, когда стрелы входили в броню или живое тело сидевших и ужинающих в лагере людей. Первый залп был по одарённым. То есть неизвестные выбивали самых опасных. Почти сразу осел на бок де Курье с болтом в глазу, сияла яркими всполохами защита барона, которая с трудом держала стрелы и болты. Силён оказался барон, раз смог удержать намагиченное оружие. Оба одарённых поисковика тоже начали падать со стрелами в теле, завалился назад сидевший рядом со мной Арни, в нём было две стрелы.

    Единственно, что меня удивило, в меня не стреляли – те стрелы и болты, что я отбил в сторону, летели в других людей. Ну а когда через частокол проскользнул первый воин-чужак, я встал в общую стенку поисковиков, из которой выпадал то один, то другой боец со стрелой или болтом в теле. Но всё же обстрел лагеря начал прекращаться, так как у поисковиков были свои лучники, шестеро, ну, сейчас-то трое осталось, и они тоже очень неплохо метали стрелы. Перемещаясь по лагерю, они пускали куда-то стрелу за стрелой и явно попадали, раз обстрел начал стихать.

    Первых чужаков мы приняли на щиты и мечи, положив сразу троих, но всё же шаг за шагом мы начали отступать под их напором. Очень профессиональным напором, надо сказать. Если бы чужаки не были в одежде обычных поисковиков, то я подумал бы, что это профессиональные воины, даже не наёмники, служивые. Хотя если это бойцы тайной стражи, то в чём ещё им тут ходить? Значит, я был прав в своих догадках, они за нами шли. Башня мага слишком жирный кусок, чтобы проигнорировать его поиски. Последнюю башню мага, по словам Егора, нашли тридцать семь лет назад, действующую, естественно, и искатели, что её нашли, обогатились. Причём они её только нашли, не вскрывали, а привели туда покупателей. Всё. Им за это целый воз золота отвалили. Кстати, покупателем была Академия магии, куда я собираюсь поступать. Интересно, что они нашли внутри? Что они её вскрыли, правда, аж за два года, Егор тоже рассказал.

    В принципе, мы держались, но нападающих было гораздо больше, около сорока бойцов точно, поэтому мы отступали к противоположной стороне частокола. Но когда через него ловко перебрались два воина, я понял, что это конец. Это были мечники.

    Мои сабли уже были мокрыми от крови, и рукояти скользили в руках, за это время я взял жизнь одиннадцати чужаков, когда появились они, поэтому, развернувшись к нашим, крикнул:

    – Отходим к башне, тут у нас шансов нет!

    Я рванул первым, прокладывая дорогу через простых бойцов-чужаков, – я не сумасшедший прорываться через мечников, для этого нужно быть по крайней мере мастером меча. Радовало одно: в меня стреляли специальными травматическими болтами, от которых я уворачивался. Меня явно пытались взять живым.

    После просеки, которую я проложил, – троих зарубил, остальные отшатнулись в сторону от мельтешения лезвий, – я побежал к башне, к тропе, за мной слышался топот. Кто-то услышал клич и присоединился. Обернувшись, я только заскрипел зубами от злости. За мной бежали семеро, включая Егора, хотя уже шестеро, последний упал, получив стрелу в спину. Некоторые из наших ещё оставались в лагере, окружённые со всех сторон, они погибли, но дали нам время добраться до тропы, задержав на несколько секунд мечников.

    – Шаг в шаг, – скомандовал я выжившим и первым ступил на тропу.

    Надвигающиеся сумерки и помогали нам, и мешали. Преследователи уже плохо видели нас, но и поисковики не видели, куда я ступаю, и шли фактически на ощупь. Это мне было легко идти с истинным зрением. Так что шли мы, положив руку на плечо вперёд идущему, не особо длинной змеёй.

    Благополучно дойдя до стены, я повалился на землю и, тяжело дыша, – схватка была тяжёлой, да и первой у меня такой яростной, – сказал:

    – Всё, тут вокруг башни островок безопасности. На два метра не отходите от неё… Раненые есть?

    – Я, – устало пробормотал кто-то в темноте.

    – И я…

    Накинув на всех выживших заклинание диагноста, я определил, что ранены все, просто пока ещё не осознают этого, не отойдя от схватки. А у того, что ответил, в плече засел обломок стрелы.

    Я размял руки и приступил к врачеванию. Буквально через шесть минут все раны были вычищены от посторонних предметов и заживлены.

    Пока выжившие приходили в себя, я проверил себя самого, найдя две царапины и заживив их. Похоже, меня действительно пытались взять живым.

    Подойдя к тому месту, где я оставил свои сабли, сел и, достав тряпицу из кармана, стал очищать их от крови. То, что я весь был покрыт подсыхающей кровью, благо чужой, выглядело странно. Но оружие нужно держать в чистоте.

    – Факелы, – пробормотал один из поисковиков.

    Судя по голосу, это был сухощавый воин, как будто состоявший из жил, такой же двуручник, как и я.

    От лагеря действительно в нашу сторону выдвинулось факельное шествие.

    – Охренеть, – пробормотал я. – Они хотят осветить нас и расстрелять из луков.

    – Не достанут, – уверенно возразил Егор. – До нас метров сто.

    – Ты что, о магии ничего не слышал? – хмыкнул я. – Наверняка у них есть один-двое магов.

    – Должно быть больше.

    – Должно, но, похоже, что мина моя тогда не зря сработала и поубавилось их количество, именно поэтому в тройке мечников осталось двое, думаю, один тоже погиб во время взрыва.

    – Кстати, а ты почему магией не пользовался? – повернулся ко мне Егор.

    – Забыл, – сознался я, вставая и убирая вычищенные сабли за спину. – Так уж шёл в бой, что просто всё вылетело из головы. Первый он у меня такой был.

    Пока в нашу сторону шли факельщики, я положил ладони на ещё тёплую, не остывшую поверхность башни. Вдруг, ослепив меня сиянием, в истинном зрении засветились магические плетения, и без каких-либо моих усилий квадрат стены ушёл вглубь и в сторону.

    – Быстро туда! – скомандовал я и первым пошёл внутрь.

    Следом за мной на ощупь в башню влезли поисковики.

    Замерев в двух метрах от входа, я почувствовал, как на меня в темноте кто-то наткнулся, и шикнул на него:

    – Тихо, не нравится мне тут. Подозрительно всё.

    Зашуршал камень, вставая на место и закрывая проём, но почему-то никто из поисковиков мне не ответил, я даже их дыхание не слышал, хотя у двоих оно было сиплое.

    Почти сразу после того, как блок двери встал на место, вспыхнул ослепительный для моих отвыкших глаз свет, и я, зажмурясь, через мгновение сквозь ресницы рассмотрел, что передо мной стоял древний старичок с узкой длинной бородкой, которую он поглаживал и с некоторым интересом и благожелательностью разглядывал меня. Находились мы, судя по обстановке, в типичной прихожей.

    Мне показалось… да нет, точно показалось, что я видел предметы за ним, как будто он призрак или дух, ну или голограмма. То есть не материальное существо. Естественно, сразу же, как я попал внутрь, активировал две личные защиты, и, судя по тому, как старичок меня разглядывал, он их отчётливо видел.

    Когда я немного привык к свету, то уже внимательнее осмотрел старичка. Нет, мне не показалось, это был явно дух. Обернувшись, я удивлённо поднял брови, заметив, что все шестеро моих спутников замерли в разных позах. Это было похоже на действие заклинания паралича, но явно что-то другое, иначе они повалились бы на пол.

    Тут старик что-то сказал. У него был на удивление звонкий и бодрый голос, который никак не мог принадлежать столь древнему старику, сорокалетнему человеку – вполне возможно. Он увидел, что я его не понимаю, и начал говорить разные фразы, пристально следя за моей мимикой. Но и тут его ждало разочарование. Ни один из языков я не знал.

    Один был похож на говор орков, а другой гномов, но лишь отдалённо, я всё равно их не понимал.

    Тут старик поднял руку, и я понял, что не владею своим телом, и оно, медленно приняв горизонтальное положение, зависло в воздухе. После этого старик, не касаясь ногами пола, полетел к дверям, а я, двигаясь вперёд ногами, полетел следом в метре от пола как привязанный, даже не имея возможности выматериться. Да уж, из огня да в полымя. Теперь я понимаю эту поговорку, как никто другой.

    Была бы возможность, я во время движения по башне замка с интересом крутил бы головой, разглядывая убранство, так как был в сознании, но видел только потолок с довольно красивой лепниной и часть стен.

    Судя по движению, мы спустились по лестнице в подвал и, пролетев пяток дверей, оказались в какой-то лаборатории. Я это понял по столу с колбами, мимо которого проплыло моё тело. Дальше старик устроил меня на какой-то жёсткой лежанке, после чего всё на миг исчезло, и я оказался в пустыне. Для меня всё прошло, будто я моргнул и оказался в другом месте.

    – Сейчас ты меня понимаешь, неуч? – услышал я голос, но в этот раз язык мне был знаком.

    Нет, это не старик заговорил на одном из тех языков, что я знаю благодаря де Курье, а получается, это меня обучили ещё одному?

    Я был в каком-то непонятном одеянии вроде белоснежной тоги, даже макушку машинально потрогал, нет ли там нимба. Поэтому после того, как за моей спиной прозвучал голос, наряд взметнулся, и я резко обернулся, вставая в боевую стойку.

    – Вы кто? – спросил я старика.

    Тот захихикал, поглядывая на меня с искренним весельем. Отсмеявшись, он стал совершенно серьёзным и, осмотрев меня с ног до головы, сказал:

    – Это уже наглость, молодой человек. Ты несколько дней ломился ко мне в гости, кстати очень непрофессионально, а тут, когда я тебя пригласил, задаешь глупые вопросы.

    – У каждого поступка есть своя причина. Раз пустили, значит, что-то вам от меня нужно.

    – Хорошо сказал. Или услышал от кого, или у тебя богатый жизненный опыт… Хм, я вижу, ты одарённый. Но ещё не обученный и, похоже, этикета не знаешь. Нужно первым представляться.

    – Юрий Мороз, одарённый, интересуюсь древней магией и поэтому я здесь, – пожал я плечами и, подумав, оттолкнулся и завис в воздухе.

    – Интересно-интересно, – снова захихикал старик, с интересом следя, как я с удобством вишу. – Гранд-мастер боевой магии Даренского королевства, советник короля Юзофа Второго Эрлин Высокопарный… Вернее, слепок личности гранд-мастера, но с учётом того, что он погиб в бою, я его единственная копия и считаю себя личностью. Кстати, эти территории были заражены магией именно после того, как отверженные убили мою настоящую личность. Правда, надо отдать мне должное, выжило их очень мало.

    – Ясно, – задумчиво пробормотал я. – А для чего он вас создал и что вам от меня нужно?

    – В самую суть, молодой человек, в самую суть своим пальцем ткнули. У меня, то есть у Эрлина, был сын. У него был хороший источник, четвёртый. Но отец не мог из-за недостатка времени учить его лично, и он создал меня.

    – То есть, – вставая на тёплый песок босыми ступнями и слегка подавшись вперёд, начал уточнять я, – вы учитель магии?

    – Именно, молодой человек, именно. Однако из-за начавшейся войны Игор, сын гранд-мастера, так в башню и не прибыл. Я не знаю, что с ним, но с тех времён прошло много времени, больше шестисот лет, а маги, как ты знаешь, живут пятьсот– шестьсот лет.

    – Так-так-так, – заволновался я. – Но мне местные маги сказали, что одарённые живут максимум двести пятьдесят лет, да и то если они хорошие лекари и в состоянии поддерживать своё тело.

    – Нашёл у кого спрашивать, у неучей, которые растеряли все знания!

    – Вы не ответили на мой вопрос: для чего я вам нужен?

    – Мне нужна сделка. Ты поможешь мне – я помогу тебе.

    – В чём она заключается? – насторожился я.

    – Я дам тебе знание в магии и обширную практику – ты дашь мне свободу.

    – Давайте я уточню. Вы меня учите всему, что знаете сами, то есть всему, что знал тот гранд-мастер Эрлин, а я за это вас развею?

    – Не развеешь, а поможешь уйти в мир демонов.

    – Ха! – выдохнув, возмутился я. – Как я это сделаю? Да и зачем вам туда?

    – Точно неуч, да ещё тупой неуч. Что и как делать, я тебя научу, время у нас на это есть, немного правда, всего четыре года, но есть. К твоему сведению, гранд-мастер Элиот был магистром в бытовой и строительной магии, демонологии и в магическом конструировании. Всему этому я обучу тебя, как-никак я частный учитель. А на твой вопрос, почему желаю именно к демонам, а не перевоплотиться, отвечу так: за это время я стал личностью и хочу получить свободу, а такой шанс я могу получить только у демонов, может, даже и тело себе найду. Но это тебя уже не касается, тем более твоё, к сожалению, мне не подходит, я уже проверил, с демонами я сам договорюсь, всё-таки я магистр демонологии.

    – Клятва ученика-учителя? – всё ещё осмысливая, во что ввязываюсь, спросил я. – А почему четыре года и что будет с моими спутниками и теми, что остались снаружи? Они просто так нас не оставят и будут пытаться пробиться в башню.

    Конечно же о такой удаче я и мечтать не мог, однако природная осторожность брала своё, и я всё же продолжал уточнять некоторые моменты.

    – Ух ты какой торопливый, на всё тебе ответь. Клятва – это стандартная процедура. А вот как я тебя учить буду, так это просто. Учить буду я не твоё тело, а твой разум. Сейчас твоё тело лежит в лаборатории, а общаемся мы в созданном мной пространстве, время снаружи стоит, вернее, это движется слишком быстро. Если ты хочешь спросить, не остановил ли я его снаружи, то нет, это невозможно. Для всех, кто находится снаружи, время течёт как обычно, твои спутники под воздействием паралича, а здесь, в этом вымышленном мире, мы можем проводить сколь угодно времени, там же пройдёт всего минута, максимум две.

    – В принципе, понятно, но почему всё-таки четыре года в местном времени?

    – Накопитель башни. Хозяин наложил на него заклинание сохранения с некоторыми своими новшествами. Оно ещё работает, но скоро перейдёт в нестабильное состояние и взорвётся, уничтожив и башню, и часть местного ландшафта. Эксперимент оказался несколько неудачным, а изменить его уже невозможно.

    – Скоро – это сколько?

    – Примерно через двадцать семь лет в обычном времени или четыре года в этом, вымышленном. Ему придётся работать с нагрузками, поэтому такое сокращение сроков.

    Через шестнадцать минут я торжественно произнёс слова клятвы и вздрогнул, когда мне по спине очень больно хлестнул виртуальный хлыст, который держал старик.

    – С этой минуты называй меня господин учитель! – зло усмехнувшись, рявкнул тот.

    – Хорошо, господин учитель, – прошипел я, поводя плечами, чтобы унять боль. Боль была как настоящая.

    Мир мигнул, и мы оказались в холле замка гранд-мастера. Естественно, тоже не настоящего, а виртуального, но полной копии.

    – Первый тест. Я, конечно, поглядывал, как ты защиту снимаешь, но хотелось бы убедиться, – сказал старик, и в его руках появилась магическая сетка из очень тонких нитей. – Ты её видишь?

    – Да.

    – Нити для тебя слишком тонкие?

    – Вообще-то я тоньше делаю.

    – Покажи. Мысленно представь, что ты её создаёшь.

    – Сделал, – кивнул я, держа перед собой тренировочную сетку.

    – Хм, я её плохо вижу, что-то есть, как бы колебания воздуха, но почти не вижу, не дано мне это.

    – Это плохо? – удивился я. – Подождите, но разве маги, которые вырастают до гранд-мастера, не тренируют свои умения и не осваивают со временем такие тонкие линии?

    – Кто это тебе такую чушь сказал? – искренне удивился старик. – Это от дара зависит, врождённых умений. Конечно, при постоянной работе навык появляется и видеть более тонкие линии можно будет, но не более десяти процентов от первоначального, после очень сильных тренировок и много-много-много лет спустя. Умение видеть тонкие линии и работать с ними – это врождённое. Тебе вот повезло.

    – А мне сказали, что от силы и дара зависит.

    – Полная чушь. Дар – это дар, а сила – это сила. Тот, кто видит тонкие магические линии и может работать с ними, но имеет источник, например, пятого уровня, без проблем расправится с магом, имеющим первый уровень силы, но работающим только с толстыми магическими линиями вроде моего пальца. Как ты понимаешь, чем тоньше линии в плетениях, тем лучше. Ты сможешь запихать плетение из толстых магических линий, например, в перстень?

    – Нет, хотя, конечно, в какой перстень.

    – Суть ты понял: тот, кто видит самые тонкие магические линии, в основном становится магом-конструктором. Создателем артефактов, если тебе это понятнее.

    – Это я уже знаю, господин учитель, я использовал их и разницу чувствовать научился. Более тонкие линии мощнее, стабильнее, легче вязать, а также они долго держат заряд без накопителя.

    – Никому не показывай свои умения, одарённые с таким даром всегда под присмотром. Рождаются они раз в сто лет.

    – Мой прежний учитель говорил так же.

    – Правильно говорил… Пошли в библиотеку, ученик, я там начну тебя учить. Эх, придётся всю программу обучения переделывать под твой дар! – проворчал старик, и мы полетели в библиотеку, не касаясь пола.

    А духом, оказывается, быть прикольно.


    Я лежал и тяжело дышал, слыша, как в груди бьётся сердце. Поверьте, когда ты тридцать шесть тысяч двести три часа не дышишь, не ешь, не спишь, а только учишься, учишься и практикуешься, то волей-неволей разучишься это делать, поэтому я чувствовал, как моё тело покрывается потом от резкого выброса адреналина, и пытался унять громкое сердцебиение.

    – Охренеть, – пробормотал я. – Какой тело сложный механизм, оказывается. Как я в нём раньше находился?

    Немного придя в себя, я заново стал учиться моргать и дышать. Подняв руку, пошевелил пальцами, бездумно глядя на то, как они выписывают разные фигуры, пока не сложились в фигу. Но понемногу я возвращал контроль над собственным телом, рефлексы возвращались.

    – Работают, уже хорошо.

    Приняв сидячее положение, я подумал и встал, осторожно направился к входу. Не оглядываясь. За четыре с лишним года я осмотрел весь замок и уже знаю, где находится любая мелочь, но сейчас больше всего меня интересовал мой баул, который лежал у входа рядом с застывшими фигурами моих спутников. Это для них прошло всего несколько минут, а для меня… Охранных заклинаний башни я тоже не боялся, да и чего мне их бояться? На хозяина они не нападут. Да, я таки уговорил старикана подарить мне этот замок-башню, и тот прописал управление на мою ауру и научил, как всем этим пользоваться. Тоже тяжёлые уроки были… гад постоянно плетью пользовался. Но, надо сказать, помогало – кроме того, что я научился терпеть боль, так ещё и учился очень быстро.

    Что рассказать об учёбе? В принципе, даже вспоминать не хочется. Я не знаю, что за человек был гранд-мастер, что настроил свой слепок-учителя в такой манере садиста, но точно хорошим его не назовёшь. Видимо, были причины. За любое непослушание, лень или неправильно составленное заклинание – пытка болью. Одно было хорошо: старик был отличным учителем, я сам тянулся к знаниям и не ленился, так что наказания в основном были на практике, когда я где-то и в чём-то ошибался. Практика тоже была в виртуальном мире, как я его называл, и теперь у меня был богатый опыт применения знаний, но не в собственном теле. Мне нужно его тренировать. И надо сказать, серьёзно тренировать. Гранд-мастер оказался гранд-мастером не только в магии, но и в боевом искусстве, этому он меня тоже учил, чтобы я не пропал за медный грош. Так что теория у меня была полная, осталось поднять уровень физического тела до требуемых высот, а это тоже не один день. Специальные методики и около двух, максимум трёх месяцев – и вполне возможно довести тело до нужных кондиций.

    В общем, учёба закончилась, и старик со своей стороны полностью выполнил то, что обещал, знания он мне передал. Теперь осталось мне отправить его куда он хотел – к демонам. Не сказать, что я сделаю это не без удовольствия, но грустинка была. Привык я к нему, очень привык, при всей своей учительской жёсткости старик оставался нормальным человеком. С де Курье не сравнить, этот – человек слова.

    Парни всё ещё стояли в тех же позах, когда я появился в гостевом холле и, осторожно ступая, стараясь не потерять равновесие, всё-таки я пока не полностью овладел своим телом, дошёл до баула, плюхнувшись рядом. Достав флягу, жадно припал к ней, допивая остатки холодного настоя. Мне очень хотелось пить, а в башне были отключены все источники воды.

    Напившись, я взмахнул рукой, активируя заклинание, и все мои спутники повалились на пол, погрузившись в глубокий сон, – это я, сняв с них паралич, одновременно наложил сонник: им лучше не знать, что произойдёт дальше. На них были амулеты защиты, но слабые, моё заклинание их даже не заметило.

    Встав, я уже бодрой походкой поспешил в общий коридор и по роскошной лестнице с лепниной на колоннах направился вниз. Там, пройдя несколько комнат, вошёл в помещение, в центре которого светился большой зелёный камень. Подойдя, я посмотрел на зеленоватый песок под ним и стряхнул с его бока ладонью ещё песчинки. Это был накопитель башни, его сердце и кровь, его энергия, и, к сожалению, он разрушался, готовый вот-вот пойти вразнос. Я не знаю, сколько ему осталось, но вряд ли больше недели, это означало – нужно поторопиться. Старик, выполнив все свои обещания, выложился так, что ему даже не хватало энергии появляться сейчас здесь, теперь пора действовать мне, я тоже не брехло, всегда старался держать данное слово.

    Тело всё лучше и лучше слушалось меня, я снова привыкал к нему, поэтому, найдя помещение, где на полу была выложена мозаикой из мраморной плитки пентаграмма призыва, и удовлетворённо хмыкнув, начал творить. Первым делом сбегал на склады, там были стазис-поля, и принёс всё, что нужно, включая кувшин с человеческой кровью, кровью девственницы. И пофиг, что крови шестьсот лет, в стазисе для неё всё прошло мгновенно.

    Взяв первую заготовку, тонкую стальную цепь длиной четыре метра с лезвиями с одной стороны и ручкой с другой, я окропил её кровью девственницы, смешав со своей, и нараспев начал читать заклинания, одновременно мысленно формируя другие плетения и накладывая их на цепь. Под присмотром старика в виртуальном мире во время практики я, наверное, раз сто это делал, создавая разные артефакты, а сейчас, в своём теле, впервые. Но как и там, всё получалось, и мой резерв медленно опустошался, когда я запитывал цепь маной. Четверти резерва как не бывало. Всё-таки старик был прав, наработанная практика, пусть и виртуально, помогала и здесь. Я всё делал машинально, на рефлексах.

    Создание демонической цепи, вернее, оружия, которое может нанести вред демону и боль, заняло у меня порядка двух часов. Теперь осталось вложить в неё душу мага-врага – и всё, она готова. Но в принципе, пользоваться можно и сейчас.

    Я проверил остальные заготовки и начал подготавливать стационарную пентаграмму призыва к этому самому призыву. Мне нужен был демон, не самый сильный, но и не слабый. Чтобы я смог с ним справиться и договориться. Дальше уже не моё дело, старик пусть сам выкручивается, мы именно так и договаривались.

    К моему удивлению, всё получилось. Не так легко, как хотелось бы, демон уж больно упорно сопротивлялся, пришлось хлестнуть его цепью, отчего от него в разные стороны полетели куски плоти, пока он не сдался и не согласился с моими условиями. После этого я выпустил его из пентаграммы обратно в его мир, но уже вместе со стариком. Я заметил, как за секунду до их исчезновения проявилась фигура старика, и он, кивнув мне, прошептал: «Спасибо».

    Всё, свою часть договора я выполнил, поэтому, убравшись в этой комнате и отключив пентаграмму, я затёр все проявления магии и эманации демона и направился обратно к парням. Пора было выбираться отсюда и избавляться от накопителя – терять башню я не хотел. Если кто не понял – я решил забрать башню с собой. А что? На самом деле, как только я усвоил нужные знания, то узнал, что это сделать не трудно. Энергоёмко, конечно, для накопителей, но не трудно. Заряда разрушающегося накопителя должно хватить для сворачивания. Я собирался, используя магию, сложить её и забрать с собой. Тут главное, чтобы накопитель не сложился вместе с башней и не рванул в ней, была возможность сделать это отдельно, только сложно.

    Остановившись на лестнице, я подумал и поскакал обратно в подвал. Там в одном крыле были отличные комнаты для тренировки в боевой магии. Я сейчас уже профи, но нужно потренироваться ещё в этом теле, а не как ранее, в виртуальном. Перевести-таки практико-виртуальный опыт в натурально-практический. В успехе я особо не сомневался, так как уже применял магию в этом теле, вон, даже демона вызывал, но всё равно нужно потренироваться. Я не забыл, что снаружи нас ждут и что от них нужно избавляться. Причём окончательно.

    Пройдя в тренажёрную комнату, это был большой зал, тридцать на двадцать метров, на полу, стенах и потолке которого были нанесены руны защиты, я, с ходу сформировав перед собой плетение воздушного кулака, совместив его с фаерболом, только настоящим, не детским, установил систему наведения. И в манекены, расставленные у стен, полетели мощные, пылающие плазмой заклятия, разнося их в щепки. Это не артефакты, это натуральная магия, применяемая натуральным магом. На данный момент ею мало кто пользуется, всё через артефакты норовят, через те же посохи.

    Десять секунд спустя специально созданные для тренировок манекены начали восстанавливаться, и я их повторно уничтожал. Я не тратил ману из собственного источника, а использовал накопленную энергию в накопителях. Бой предстоял жёсткий, и нужно было подготовиться.

    В общем, в тренажёрном зале я проторчал порядка пяти часов и закончил как раз перед рассветом, пора было покинуть своё убежище и нанести удар тем уродам, что устроили охоту на нас. Сделать это было нетрудно. К тем развалинам дворца демонолога, принадлежавшим ранее брату погибшего в этих окрестностях гранд-мастера, вёл подземный ход. Кстати, эти земли – родовые этой семьи, и жили здесь два брата и сестра, только имение женщины было с другой стороны речушки, километрах в пятнадцати от башни мага. Я точно не знал, да и старик, отправленный мной к демонам, не был в курсе, но вроде ход в подвалы дворца брата был ещё цел, не обвалился.

    В подвале на одном складе всякого барахла я нашёл замаскированную дверцу и, открыв её, побежал по каменистому полу в сторону дворца. Требовалось поторопиться, нужно было избавиться от накопителя и, когда он рванёт, хотелось бы быть как можно дальше от него.

    Ход вёл в тот самый подвал в развалинах, где я уже бывал. Запитав энергией механизм открытия, отчего одна огромная бочка с кровью ушла в сторону, я проник в подвал, активировал закрытие и выскочил наружу, где пока ещё царила ночь, но через полчаса рассветёт.

    На меня были навешаны всевозможные щиты, включая зеркальный, а также скрыт, но не тот, которым я пользовался ранее, а куда более совершенный. Для одарённых, амулетам и артефактам я был невидим, увидеть меня можно было только визуально, да и то я теперь владел техникой, как отвести взгляд, и он скользил мимо. Удобная техника, в будущем может пригодиться. Ещё я знал плетение хамелеона и мог стать невидимым даже для магов, но им я ещё в достаточной степени не овладел, тут практика нужна и время, которого у меня не было, но надеюсь, ещё овладею.

    Я побежал рядом с проложенной нами тропой к своей башне и захваченному лагерю. Сформировав очень сложное заклинание, я выпустил его, и оно, развернувшись, поднялось на стометровую высоту и полетело в сторону лагеря, и я на бегу одним глазом стал наблюдать за жизнью лагеря и вокруг башни. Заклинание уровня магистра, называлось «Глаз». Картинка транслировалась в режиме онлайн в левый глаз, правым я смотрел под ноги и вокруг.

    Магов было трое – двое спали, третий что-то читал, включив магический ночник. Один из них имел метку, которую я поставил в городе на границе с пустошью. Воинов было двадцать шесть, хорошо мы их проредили, мечников – пять. Часовые вели наблюдение за башней. Что меня удивило, причём изрядно, так это трое связанных пленных из наших поисковиков, значит, когда мы пошли на прорыв, погибли не все.

    – Ах ты, сучонок, – пробормотал я, заметив, как отдельно вольготно расположился один из слуг барона. Вот кто на нас навёл и был агентом местной стражи.

    Серьёзных противников в магии для меня в лагере не имелось. Даже если все трое магов атакуют меня, у них нет шансов. По местным меркам я был гранд-мастером боевой магии, это для древних считался бы максимум мастером магии. До магистра и уж тем более гранд-мастера мне просто не хватало опыта, но это дело наживное.

    Но мечники с их перстнями защиты – это беда, так что только бой с дистанционным применением магии. То есть я не мог кинуть ни в одного из них плетение, оно рассыплется. Но вот, например, камень швырнуть вполне мог. Он же сам летит, а то, что его магией запустили, какая разница? Так что и против них были свои секреты, мне о них старик рассказал. И в древние времена были такие бойцы, только куда круче.

    Долго размышлять мне не пришлось, я достиг лагеря и, с ходу в прыжке перелетев через калитку частокола, срубил голову часового. Пока тот медленно заваливался и голова ещё падала на землю, я уже перекатом ушёл в сторону и рубанул трёх спавших воинов, после чего, действуя магией, снёс личные защиты и уничтожил магов. Двоих сразу наповал, их защита ничто против заклинаний громового копья и вершителя, но вот третий, тот, что читал, успел уйти в сторону, ну, почти, и превратился в катающийся по земле и воющий клубок огня. Так что, пока он умирал, я бегал по лагерю и старался убить как можно больше врагов. Ещё семеро отправились к праотцам, пока наконец не вступили в бой сообразившие, в чём дело, мечники.

    Вот теперь дело приняло серьёзный оборот, но я подобным боям учился в виртуале, тут главное, чтобы тело не подвело, а знаний и виртуального опыта у меня хватало.

    Почти сразу я отбежал к частоколу, сделав так, чтобы ко мне не подобрались со спины, и уже там начал работать магией и саблями. Саблями, чтобы просто не допустить мечников к себе, а магией швырял в них разнообразные предметы, причём так густо, что они временами забывали обо мне, отбиваясь от всякой летающей хрени. Вот что значит накопленный в виртуале опыт и полученные знания. Швыряясь разнообразным мусором, я вдруг обнаружил, что частокола за спиной уже нет, он весь был отправлен в сторону мечников. И надо сказать, не безрезультатно.

    Первый удар мне удалось нанести на семнадцатой секунде боя, когда длинный ствол из частокола вонзился в бок одному из мечников и тот на секунду застыл, раскрывшись. Напарник не успел его подстраховать и, увидев покатившуюся голову, яростно взревел и усилил натиск. Но не сильно преуспел в этом: чей-то изрубленный щит подсёк ему ноги, котёл с остывшей кашей врезался в бок, и вторая срубленная голова отлетела в сторону. Порадоваться я не успел, меня уже атаковала тройка других мечников, одновременно отбивая летевшие в них со всех сторон предметы.

    Если кто думает, что выжившие солдаты помогали мечникам, то он ошибается, я пользовался телекинезом не только против профессиональных воинов, но и против них тоже. Так что двое лучников, что начали готовить своё оружие к бою, попадали с пробитыми головами, да и другим досталось. Остались только трое мечников, трое связанных поисковиков да четверо часовых, которые стояли на постах вокруг башни. Похоже, они уже услышали бой в лагере и начали беспокоиться.

    Первым погиб невысокий воин с двумя мечами в руках, я телекинезом швырнул ему в лицо горсть земли, а потом контратаковал, привычно срубив голову. К сожалению, предсмертный удар всё же нанести он успел, и один из мечей застрял у меня в кирасе. Но мне нужно было разбить эту сработавшуюся группу. Было видно, что они натренированы работать против магов. А я ещё слишком неопытный, чтобы выходить против таких в честном бою. Так-то они меня уделали бы не напрягаясь.

    С последними двумя я кружился ещё полторы минуты, слишком долго для такого яростного боя. Однако и с ними справился, когда выдернул целый пролёт частокола и швырнул его в них. Тут даже мастер меча не увернётся, но те умудрились в броске порубить часть кольев, но всё же травм не избежали и один за другим были мной уничтожены. Даже жаль, хорошие воины.

    Несколько секунд, опустив руки с саблями, я, тяжело дыша, стоял, глядя на изрубленные мной тела мечников.

    – Охренительно повоевали, – пробормотал я.

    Присев на днище перевёрнутого котла, – рядом рассыпалась каша, припорошенная землёй, – я стал успокаивать дыхание, бездумно глядя перед собой. Что ни говори, но я полностью выложился в этом бою.

    Как только я немного пришёл в себя, то проверил резерв и накопители. Я был практически пуст, да и накопители тоже. Я запустил заклинание наблюдения и выяснил, что все четверо воинов, что стояли на часах у башни, уже бросили свои посты и сейчас быстро удалялись. В данный момент они находились у развалин дворца брата-демонолога. Сил догонять их – а улепётывали они очень шустро – у меня не было. Ничего, будет возможность, отправлю их следом за товарищами, а сейчас я слишком устал. Серьёзная это группа для меня одного была. Очень серьёзная. Мне бы пару месяцев на тренировки – и я их уделал бы, не заметив, а так тяжело.

    Вытирая рукавом пот со лба, я вдруг обратил внимание на блеск своего перстня мечника, тот уже был не зелёным, а матово посверкивал при первых лучах поднимающегося солнца бронзовым цветом.

    – Хм, прошёл всё-таки испытание, – хмыкнул я и, покосившись на лежавшие вокруг тела, добавил: – Даже с излишком.

    Тут меня что-то кольнуло в грудь, и я вспомнил об обломке меча, который всё ещё торчал в кирасе и вошёл в моё тело на пять сантиметров. Скинув кирасу, я шестнадцатью заклинаниями залечил все раны, после чего, выбив обломок, снова надел кирасу. Я уже к ней привык за это время.

    Вот, кстати, я думал, что местные маги-лекари – это вершина магического искусства, да и вообще магия, несмотря на деградацию с последней магической войны, сильная вещь. Но старик развеял все мои иллюзии. Оказалось, всё это были осколки былых знаний, причём, судя по всему, кем-то специально изувеченные. Когда я показал все те заклинания, что знаю и которыми тут пользуются одарённые, то тот только убедился в своём предположении. Шла явная диверсия против магов, их сознательно ослабляли, чтобы не возродилось былое могущество. Это одна из тех тайн, что я собирался раскрыть в ближайшее время. Да, я не передумал поступать в Академию магии, думаю, найду там ответы на многие вопросы. Ещё мне была нужна библиотека академии, особенно книги по телепортам, – к сожалению, гранд-мастер этим искусством не владел и не мог меня научить, хотя общую теорию по перемещениям дал, но тут методики нужны.

    Встав, я вытер лезвия сабель подобранной под ногами тряпицей, кажется обрывком чьей-то куртки, и убрал их в ножны. Проходя мимо трёх связанных поисковиков, я усыпил их одним заклинанием, не стоит им видеть то, что произойдёт дальше. Спокойно подойдя к башне, – ловушки на меня не реагировали, ведь я являлся теперь хозяином, – открыл вход и прошёл внутрь. Подобрав баул, я с помощью левитации поднял тела всех шестерых спавших поисковиков и вынес их наружу, уложив за поясом безопасности. После этого, оставив вход открытым, я направился вниз, в подвал. Осталось самое тяжёлое – свернуть башню в транспортное состояние.

    С этим дело тоже не стало, хотя мне и не понравился вид гигантского накопителя, что питал энергией всё строение, – похоже, уже совсем скоро он пойдёт вразнос. Я с трудом поднял его над полом, вытащив из держателя, и так, левитируя за собой, направился к выходу. Для башни не важно, где находится кристалл, главное, чтобы был рядом.

    Положив кристалл на землю у входа, я мысленно вошёл в управление башни и отдал приказ пульту управления на свёртывание строения. На моих глазах башня начала сжиматься, и через шесть минут я стоял на краю огромного котлована. До противоположного края было метров двести, глубина – метров сорок, только в одной стене был виден зев подземного хода.

    Спускаться за башней не хотелось, поэтому, найдя её, лежавшую в середине котлована, взглядом, с помощью телекинеза поднял и подтянул к себе. Через пару секунд у меня на ладони лежал кубик размером со спичечный коробок и весом с килограмм, это и была башня в свёрнутом виде. Отойдя в сторону, я ногой толкнул кристалл в котлован, услышал внизу громкий шлёп о влажный песок и, развернувшись, отправился к поисковикам. Теперь территория вокруг ямы была безопасна, ловушки свернулись вместе с башней, хотя и так я шёл бы спокойно.

    Подойдя к спящим поисковикам, я деактивировал заклинание и, наблюдая, как они просыпаются, кратко ввёл в курс дела Егора, который, привстав на одном локте, с удивлением осматривался.

    – Нападающие уничтожены с помощью магии башни, ну и я там немного помог. Нужно немедленно уходить, поэтому собирайтесь и сегодня же идём обратно к чистым землям.

    – А-а-а… – что-то хотел спросить Егор, но я его перебил:

    – Там трое ваших выжило, но они ещё связанные в лагере, развяжите. Если что, я у реки, отмываюсь.

    – Хорошо, – наконец кивнул Егор.

    Пока поисковики осматривались и принимали вертикальное положение, отряхиваясь, я прошёл через лагерь, стараясь не споткнуться о весь тот мусор, что по нему раскидался, освободил трёх связанных парней от сонника и, выйдя на берег речушки, стал раздеваться. Поисковики в реке никогда не купались – в пустоши менялась не только живность, но и рыба, и попасть на зуб какой-то подводной зверюге никому не хотелось.

    Отмывая свою одежду – тут лучше руками поработать, чем магией, а то кровь уже впиталась и стала подсыхать, – я смотрел, как красноватая муть утекает вниз по течению. Сапоги тоже пришлось помыть, хотя они уже всё, умирали, дойти бы до цивилизованных мест, а там можно новые купить. Пока одежда сохла, я, греясь под тёплыми лучами поднимающегося солнца, чистил броню и сбрую.

    Услышав скрип песка под чьими-то тяжёлыми шагами, я обернулся. Ко мне подошёл Егор.

    – Повеселился ты в лагере – часть вещей уничтожена, остальное до сих пор собираем.

    – Это не я.

    – А кто тогда?

    – Да это маг из башни. Вернее, его дух. Я случайно разбудил его, когда мы в башню попали, потом помог ему освободиться, в ответ он помог нам перебить врагов. Я только саблями махал да изредка использовал артефакты, я не такой сильный, чтобы сотворить такое.

    – Да, тут будто гранд-мастер поработал, – согласился Егор. – А куда башня делась?

    – Я же говорю, он помог мне, я ему. В другое место он переселился, подальше от таких, как вы. Куда – не спрашивай, сам не знаю, да и не интересно мне это. Не очень приятный маг в общении.

    – Понятно. – Подняв камешек, Егор бросил его в воду, наблюдая, как тот булькнул. – Ты вроде говорил, что лучше сегодня уйти?

    – О да, кстати. Этот маг какой-то амулет здесь оставил, не сегодня завтра он рванёт. Помнишь тот взрыв на нашей тропе? Вот, тут посильнее раз в десять будет. Лично я хочу в этот момент находиться как можно дальше отсюда.

    – Тогда надо поторопиться, – забеспокоился впечатлённый моими словами Егор и поспешил к лагерю.

    Посмотрев ему вслед, я закончил с чисткой, убрал часть разложенных на тряпице вещей обратно в баул и начал одеваться. Одежда, разложенная на камне, почти высохла, но я её ещё досушил заклинанием ветра, которое я назвал «Фен».

    Застегнув пробитую и помятую кирасу, я проверил, как висят сабли, закинул за спину баул и направился к лагерю. Парни ещё работали, приветливо покивали мне, когда я проходил мимо, а вот Егора я обнаружил метрах в ста от лагеря. Он стоял у обгорелой земли, в середине которой было пятно, доведённое высокой температурой до состояния стекла.

    – Погребальный костёр? – спросил я, подойдя к нему.

    – Да. Тут сожгли моих парней и нанимателей.

    – Мне жаль их, – искренне сказал я.

    Обернувшись, Егор смерил меня взглядом и, тяжело вздохнув, кивнул:

    – Я знаю.

    – Пора уходить. До темноты нужно уйти как можно дальше.

    – Хорошо, я сейчас подойду… Да, кстати, поздравляю со сдачей экзамена.

    – Что?

    – Перстень, он стал медным, – кивнул он на перстень, который я забыл скрыть.

    – Ах это, да, получается так. Спасибо.

    Оставив Егора у места погребения, я вернулся в лагерь. Все трупы уже были осмотрены, трофеи собраны, только тела магов не трогали, это прерогатива одарённых. Именно этим я и занялся, положив в баул некоторые находки.

    Больше всего мне понравились шесть драгоценных камней-накопителей. Первые трофеи. А то сколько пользовался кристаллами кварца! Кстати, я нашёл и книгу, что читал один из одарённых, это была та, по строительству башен, принадлежавшая барону ла Гранту.

    Когда подошёл Егор, всё было готово к выдвижению. Подняв свой баул, я сообщил всем присутствующим:

    – Что мне нужно, я взял. На остальное не претендую.

    Поисковики заметно повеселели, ведь маги забирали себе если не половину, то треть точно, а тут всё, что вынесут, им. Когда мы вышли из лагеря, я протянул Егору боевой артефакт, очень мощный, называемый «Стена огня», один из немногих, которым могли пользоваться простые люди.

    Командир поисковиков вернулся в лагерь, вернее, в его останки, и, показывая неплохое умение пользоваться подобными артефактами, направил его на общую кучу тел, активировав. Из его руки ударила струя огня, уничтожая трупы просто чудовищным жаром. Через минуту там осталось только чёрное дурно пахнущее пятно, а Егор, догнав нас, вернул мне артефакт с разряженным накопителем. Нагруженные, как мулы, мы двигались обратно проторенной дорогой, да и у Егора оказался амулет с функцией навигатора.

    Все парни ещё толком не отошли от последнего жаркого боя, где они потеряли много своих товарищей, но это не помешало им споро идти. И за день мы прошли километров двадцать пять. Если будем двигаться таким темпом, то и недобитков догоним.

    Вечером, поев, я завернулся в плащ, который нашли в лагере в довольно неплохом состоянии, и мгновенно уснул, перед этим предупредив поисковиков не будить меня, сам должен проснуться. У меня пошёл магический откат.


    Когда я очнулся, то первым делом проверил резерв. Он меня изрядно удивил. Без медитаций он оказался наполненным на треть, а в фоновом режиме он наполняется долго, уж поверьте мне. Я огляделся и, заметив сидевшего неподалёку на стволе дерева поисковика, спросил:

    – Гой, сколько я спал?

    – Четвёртые сутки пошли. Егор сильно беспокоился.

    – Взрыв был?

    – Вчера, – кивнул поисковик. – Ближе к вечеру рвануло. До нас не докатилось, мы далеко ушли, но я такие взрывы ещё не видел, очень сильно бабахнуло.

    – Понятно, – вдохнул я и начал приводить себя в порядок.

    Выяснилось, что я лежал на волокуше, судя по колее в земле, то есть меня спящего так тащили. Тут же лежали и мешки с барахлом.

    – А где все? – оглядевшись, поинтересовался я и, потянувшись с позёвыванием, извернулся и начал чесать спину под сбруей и одеждой.

    Находились мы явно в другом месте, не в том, где я заснул. Ландшафт был другой, хотя и смутно знакомый. Мы тут вроде проходили. Да, точно, вставали здесь лагерем, когда шли к башне, вон и крохотное озеро внизу видно, где мы набирали воду, и ту рощу вдали я помню.

    – Игор вон, на холме на часах стоит, всю округу контролирует. А Егор с остальными ушёл дальше. Там какие-то дымы были, нужно определить, кто это.

    – Сбежавшую четвёрку, я так понял, мы не догнали? – вставая с волокуши и делая лёгкую разогревающую разминку, чтобы кровь шустрее побежала по жилам, спросил я.

    – Нет, но следы нам их часто встречались. Они убили какое-то животное и запаслись мясом, мы самодельную коптильню нашли.

    – Понятно, – заканчивая разминку, пробормотал я, покрутил головой, взглядом нашёл свои вещи, к которым были прикреплены мои сабли, вернул их на место, за спину, и закопался в бауле.

    – Пить хочешь? Есть? Мы тебе всегда оставляем на всякий случай еды, вдруг очнёшься.

    После этих слов поисковика меня аж скрутило приступом голода, поэтому я быстро оказался у бездымного костерка и принял протянутую миску с мясной похлёбкой. Одной порции мне оказалось мало, съел и вторую, а потом привалился спиной к бревну и, довольно щурясь, прихлёбывая травяной настой, стал размышлять о своих планах.

    Увидев, что я поел, поисковик помыл посуду и небольшой котелок и сказал:

    – Мы действительно беспокоились. Никогда не видел, чтобы так долго спали… Это не заразное? Тебя дух мага башни заразил?

    – Нет, – засмеялся я. – Просто у меня был с ним договор: я помогаю ему освободиться и покинуть эти земли, а он мне поможет избавиться от врагов, что на нас напали, и увеличит мне резерв силы. С бандитами он нам помог, да это ты и сам видел, связанный в лагере лежал, хотя я думал, тем буйством меня прибьёт, а вот с силой немного…

    – Обманул?

    – Не то чтобы обманул, скорее недоговорил. Я использовал то заклинание в амулете, что он мне дал, но оказалось, перестраивать свой источник очень сложное дело, поэтому меня и вырубило на такое долгое время. Я думал, ночь просплю, ну, может, до обеда, а тут вон сколько получилось…

    – А источник силы увеличился?

    – Да, но не так сильно, как хотелось бы. У меня был пятый уровень, теперь четвёртый. Жаль, заклинание одноразовое, я бы чуть позже его ещё раз использовал, ну, когда мы вернулись бы на чистые земли.

    – Главное, не обманул, а то, что недоговаривал, это нормально, все маги такие.

    – Это точно, мы такие, – сказал я, и мы с поисковиком синхронно засмеялись.

    Гой занялся своими делами, а я, расстелив плащ, в котором спал, расположился на нём и начал медитировать, наполняя свой источник маной. Многие думают, что одарённый может свою ману переливать в накопители, опустошая внутренний источник, это действительно так, а потом из этого накопителя обратно заполнять свой источник. Вот это уже полная чушь, это невозможно. Есть всего два способа заполнить маной свой внутренний источник, резерв, как говорится. Первый, всем доступный в этом мире, – это медитация, что я сейчас и делаю, второй, который был утерян местными магами, – напрямую подключиться к одной из силовых магических линий, что висели в воздухе и были видны только в истинном зрении, и заряжаться-питаться от них. Этому меня тоже научили, но я пока заряжусь обычным способом. Вон, судя по поисковику, он такое видел не раз и не обращал на меня внимания.

    Если вспомнить наш разговор, то конечно же рассказал я ему далеко не всё, да и не следует ему что-либо обо мне знать, но насчёт источника сказал правду, просто не всю. У древних магов действительно было плетение, чтобы во время тренировок увеличивать свой источник, и в башне в спецхране был такой амулет, который я перед боем активировал, так что я даже порадовался такому скачку – за раз на пять процентов увеличился.

    Способ применения был прост: активируешь амулет, тот автоматически формирует заклинание, сеткой накидывает его на ауру, где оно растворяется и активируется во время тренировок или боя, когда одарённый опустошает свой источник до конца. В бою в лагере со мной так и случилось, вот потом меня и догнал откат от резко увеличившегося источника. Чуть позже повторю это дело, да не раз, такой амулет я был сделать в состоянии, даже сейчас. Работы на неделю. Жаль, что повторить можно только два раза, потом мне это плетение будет бесполезно, не поможет.

    Сидя на плаще и продолжая подзаряжаться, отрешившись от всего, – правда, защиту я на себя накинуть не забыл, да ещё не простую, а «Серебряный доспех», не каждый гранд-мастер магии подобным заклинанием владеет, – я размышлял о своём дальнейшем пути и, чем больше думал, тем отчётливее понимал, что дальше мне с Егором и его людьми не по пути. Причина была проста: мне нужны тренировки с теми заклинаниями, которыми я владею, нужно увеличивать свой источник и продолжить тренировки в боевом искусстве. Несмотря на принявшее медный цвет кольцо, мечником я был липовым и честно признавался себе, что пока недостоин его, а раз недостоин, нужно тренироваться и тренироваться. Много у меня планов, очень много.

    А так они были довольно просты: я собрался провести месяца три в пустошах, это идеальное место для тренировок, потом вернуться в чистые земли, телепортами – в империю Сауд, по пути купив документы дворянина. Некоторые дворяне, имеюшие денежные проблемы, проще говоря, нищие, охотно продавали такие документы, причём подтверждённые. Но и драли они за них очень приличные деньги. Даже фиксированная оплата была не меньше ста золотых монет. Так что покупаю такой документ другого государства, добираюсь до Сауда и поступаю в Академию магии империи, которая была самая известная в этом мире. Якобы там самые лучшие преподаватели. Посмотрим.

    Конечно же я не собирался поступать обычным абитуриентом. Дело в том, что после окончания академии даже студенты из-за границы были обязаны отработать на территориях империи пять лет, да и труд на благо государства во время каникул меня мало прельщал. Но меня заинтересовало коммерческое поступление. Да, была и такая возможность, и стоила она пять тысяч монет золотом. Правда, я не представлял, это очень много или нормально. Особо цен в мире я не знал, спасибо де Курье за моё отшельничество, но то, что он купил своё владение меньше, чем за тысячу, знал, он мне сам как-то пожаловался, что переплатил. Получается, что пять тысяч – это много. В башне в сокровищнице гранд-мастера я нашёл несколько мешочков с золотом и серебром, но все вместе деньги не переваливали через сумму в три тысячи золотом. Я прибрал пяток мешочков с золотом по сто монет в каждом и положил их в свою пространственную сумку. Это на непредвиденные расходы и на покупку документов. Остальное золото осталось в башне, и мне до него не добраться, пока не разверну её.

    Вот ещё одна проблема – накопителя-то для башни у меня нет, если самому выращивать – так на это нужно не меньше двух лет и целая лаборатория, которой у меня пока тоже нет. Думаю, проще купить, уверен, что искатели их находили, вот надо и поинтересоваться у них, где они такие видели и как дотуда дойти. То, что поисковики выковыривали накопители из держателей и перетаскивали их скупщикам, я сомневался. Тонна веса, как его перетащишь? Если только артефакты для снижения веса использовали. Надо будет уточнить этот вопрос.


    Егор и его люди вернулись через пять часов, и я сразу вышел из медитации, порадовавшись, что источник теперь заполнен наполовину. Встав, я стал разминаться.

    – Здорово, чертяка! – обнял меня командир поисковиков. – Я уж думал, всё, не проснёшься.

    Другие поисковики тоже подходили и радостно хлопали меня по плечам и спине. Было видно, что они рады моему возвращению в мир живых.

    – Я сам не ожидал, что столько времени в отключке проваляюсь, – со смущённой улыбкой ответил я.

    – Главное, что вернулся к нам, уже хорошо.

    Пока я медитировал, Гой успел сварить кашу с мясом, поэтому мы расселись и стали ужинать, время было вечернее. Поисковики, перебивая друг друга, описывали мне, как они ждали до обеда следующего дня и, сообразив, что я могу и не очнуться, сделали волокушу, в неё впряглись трое и потащили меня и мешки дальше к очищенным территориям. Остальные были в охранении, правда тоже загруженные до предела. Было довольно интересно слушать, особенно о взрыве, когда накопитель рванул, и как во все стороны начала разбегаться живность, стадо рогатых животных чуть не растоптало их, но ничего, обошлось. К концу я узнал, что до того лагеря, где мы повстречали сразу две группы поисковиков, осталось немного, завтра к вечеру дойдём.

    После ужина, пока парни общались с Гоем, – тот, явно получая удовольствие от того, что он в центре внимания, пересказывал им нашу беседу, поясняя, почему я так долго был в отключке, – мы с Егором отошли в сторону. Он только отдал приказ сменить часового на холме.

    – Что там за дымы были? – чтобы с чего-то начать, спросил я, усаживаясь на ещё тёплый камень у озера.

    – Лич проснулся и магичить пытался. Траву поджёг. Ветер не в нашу сторону, не достанет, – ответил командир поисковиков, пристраиваясь рядом.

    – Побили?

    – Конечно, – удивлённо посмотрел на меня Егор. – Сказал же, только что проснулся, значит, слабый был, так что амулетами обошлись, без помощи одарённого.

    – Это вы молодцы, – согласился я и, секунду подумав, признался: – У меня тут дела остались, так что я вас провожу до очищенных территорий пустоши и вернусь. Хочу покопаться в том городке, где искатели работают.

    – Ясно, – вздохнул Егор. Терять одарённого, хоть и слабенького – никто моих реальных сил не знал, – ему не хотелось.

    – Думаю, вам лучше примкнуть к какой-нибудь крупной возвращающейся группе искателей и вернуться в город с ними. Так безопаснее будет.

    – Это да…

    – Егор! – окликнул я поисковика, выводя его из задумчивости. – Я был на полном обеспечении своего учителя, поэтому не совсем знаю цены в мире. Расскажи, что и за какие деньги можно купить.

    – Хм, я сам в этом не очень, тебе лучше с Гоем поговорить, он бывший торговец, разорившийся, цены знает.

    – Поговорю, но ты мне хотя бы примерно скажи.

    – Дом в столице стоит от восьми до десяти монет золотом. В центре. На окраине и до одного золотого может опуститься. На золотой можно месяц жить в дорогом трактире. Однако некоторые дворяне платят золотой за день проживания в самых престижных отелях. Боевой дворянский конь стоит два золотых, но это от конезаводчиков зависит, от их известности. Обычная лошадь – две серебрухи, корова – одна серебруха. Дом в деревне – десять– пятнадцать серебрух. Как-то так.

    – Так, в принципе понятно… – задумчиво протянул я. – А земли размером с графство?

    – Этого я не знаю, не интересовался. Думаю, без людей – тысяч пять, с людьми, городками и поселениями и за пятнадцать тысяч стоить будут. Но это уже совсем огромные деньги.

    – М-да, попадос, – пробормотал я.

    – Что-то случилось?

    – Да нет, это я так. Слушай, Егор, а вы когда работали в пустоши, больших зелёных камней не находили?

    – Почему не находили, находили. Один раз, но сами мы его уволочь не смогли, пришлось брать в долю две другие группы. Представители академии нашего герцогства выкупили его за семьсот монет. Это был тогда наш самый жирный выход. Я на свою долю дом в центре купил, пару лавок и трактир. Ими жена и тёща управляют, пока я тут зарабатываю.

    – Значит, эти камни ищут?

    – Это одна из самых ценных находок в пустоши, естественно, ищут.

    – Ясно, – со вздохом кивнул я.

    Уже почти совсем стемнело, поэтому мы встали с быстро терявших тепло камней и направились в лагерь. Завтра нас ожидает ещё один тяжёлый день, так что нужно отдохнуть.

    В этот раз я уснул обычным сном и проснулся на следующее утро вполне бодрым и отдохнувшим, готовым продолжить путь.


    Узловатая палка, можно сказать посох, изредка врезалась в пыльную землю широкой тропы поисковиков, по которой они обычно возвращались с пустошей в чистые земли, в такт моим шагам. Со стороны я напоминал обносившегося бродягу. Босой, в драных штанах с многочисленными заплатками, рубаха без обоих рукавов. Но зато оружие и сбруя в порядке и матово поблёскивают в лучах заходящего солнца.

    Три месяца, что я провёл на территории пустошей, прошли для меня как один миг. Я учился, на практике применяя всё, что не успел освоить там, в башне мага, в виртуальном мире. Например, я наконец зачаровал своё оружие и броню, спрятав его скрытом. Девятнадцатая категория плетений, так что мечи мечника двенадцатой категории, что я всё ещё таскал в бауле, мне по большому счёту были уже не нужны. По местным меркам это очень мощное оружие, но для меня тяжеловатое и относительно моего откровенно слабо магически защищённое.

    С тренировками и увеличением источника у меня теперь всё было хорошо, освоил на практике до автоматизма, единственно, что расстраивало, мои поиски не увенчались успехом. Города, даже те, которые не были очищены, не имели накопителей, я их все в своих путешествиях по пустоши осмотрел. Похоже, кто-то целенаправленно изымал эти кристаллы. В принципе, понятно: изготавливать их тоже разучились, где набрать запас, как не в пустошах? Вот кто-то и подсуетился. Похоже, мне всё же придётся выращивать его самому. Это даже хорошо, выращу его, каким он мне нужен, и не надо переделывать держатель под другой носитель. Это тоже дело непростое.

    В общем, всё, что хотел, я сделал, кроме, конечно, неудачи с поисками накопителя для башни, но не горит.

    Теперь возвращаюсь в Орх, городок, откуда началось наше путешествие к башне мага в сопровождении людей Егора.

    Конечно, я мог накинуть на себя иллюзию хорошего костюма или сделать его осязаемую иллюзию и носить, это тоже было вполне возможно. Но к чему? Меня мой внешний вид устраивал, а мнение остальных интересовало мало. Была ещё одна причина использовать настоящую одежду. В магическом бою нестабильная иллюзия могла слететь, и я бы остался обнажённым. В инструкции не рекомендовалось магичить при активной иллюзии, не любит она этого. Не нужно давать противнику подобные возможности воздействовать на меня как физически, так и морально. Лучше похожу в своей старой латаной-перелатаной одежде.

    До границы между пустошами и чистыми землями оставалось около двух километров, и там, у рощицы, был лагерь. Перед тем как пересечь границу, мы ночевали в нём. Вот к нему я и спешил. Была причина для этого: я всего на час или два отставал от возвращающейся группы поисковиков, с которыми планировал вернуться в Орх. О них я узнал не только по следам, но и от встреченных мной искателей, которые, наоборот, направлялись в глубь пустошей. Причём их командир сказал, что телеги, что их довезли до границы, возможно, ещё у рощи и есть шанс вернуться в город не пешком, а с удобствами на мягком сене. За эти три месяца я столько находился, что этот шанс упустить не хотел категорически.

    Да, за эти месяцы я заметно вытянулся, окреп и внешне возмужал – свежий воздух, тренировки и натуральная пища поспособствовали этому. Хотя детская припухлость ещё не пропала, и со стороны я так и выглядел подростком.

    Появление троицы ухмыляющихся мужиков, перегородивших дорогу, меня не удивило, я их за четыре километра засёк. И шестёрку арбалетчиков, которые лежали в засаде в траве, надо сказать очень неплохо замаскированные, тоже усмотрел. Это были стервятники, которые жируют на ограблении честных трудяг пустошей. У двоих мужиков, что меня остановили, в руках были магические светильники, позволяющие им рассмотреть меня, а мне их.

    Подняв руку, я демонстративно щёлкнул пальцами, активировав довольно сложное, но уже отлично освоенное мной заклинание, и тела лежавших в траве арбалетчиков пробили колья спрессованной до состояния камня земли. В сгущающейся темноте эта троица вооружённых секирой и мечами мужланов произошедшего не заметила. Они не узнали, что остались без прикрытия.

    – Ба, кто тут ходит по нашей дороге и не платит! – с презрительной усмешкой сказал один из троицы, как я понял, командир. – Сбрасывай вещички, щенок.

    Тут его перекосило, и он попятился, так как я снял заклинание скрыта со своей руки, давая им увидеть кольцо мечника на одном из пальцев, а другой рукой доставая из-за спины одну из сабель. Вторая мне была не нужна.

    – Езир, стреляй! – заорал главарь, на что я засмеялся.

    Рванув вперёд, я двумя колющими ударами в горло покончил с подручными главаря и ударил по нему. Он пытался закрыться лезвием секиры, но моё замагиченное оружие разрезало сталь, как тёплое масло, и развалило его самого на две половинки.

    Сделав было пару шагов дальше, направляясь к границе, я остановился. Негоже бросать трофеи, тем более у разбойников могли быть и деньги. Обыск всех девяти трупов дал мне всего семнадцать серебрух и меди ещё на пяток серебрух. Тяжеловато получилось, пятьсот монет медью, но я без раздумий сунул большой кошель и все трофеи в баул и зашагал дальше.

    Как и надеялся, я успел добраться до лагеря ещё до того, как поисковики начали укладываться спать. Никто из них мне не был знаком, а вот возниц я уже видел. Это они привезли нас сюда.

    Часовые меня заметили издалека, яркая луна позволяла хорошо видеть, а когда приблизился, окликнули, спросили, что мне нужно, и указали, где находится их командир.

    Тот встретил меня спокойно и, наблюдая, как я ем остатки их ужина, – в котле ещё три порции оставалось, – поинтересовался, почему я один и где моя группа. Врать ему не хотелось, не те люди, которым врут, они постоянно по лезвию меча ходят, поэтому ответил честно, но уклончиво, что, мол, бродил по пустоши один по своим надобностям, да вот поизносился. Договорившись, что вернусь с ними в Орх, я заодно задал пару вопросов: дошёл ли до города Егор и что вообще в мире происходит.

    В мире всё было как обычно, хотя какие-то церковники бунтуют, я не совсем понял да и не заинтересовался, а вот о Егоре он слышал. Вернулись они, все девятеро вернулись, все, кто остались от общей команды. Это было хорошо. Плохо другое: двое парней из выживших потом внезапно пропали, и их до сих пор не нашли. Слухов ходит много, но этот командир говорил недавно с Егором, в трактире которого обедал, и тот уверен, что в этом замешана тайная стража.

    – Понятно… – протянул я, возвращая миску помощнику повара. Тот мне уже приносил добавку, но от третьей порции я отказался.

    – Ты чего им заинтересовался? – спросил поисковик. – Егор уже отошёл от дел, да и часть его людей тоже.

    – В пустошах встречались, – туманно пояснил я. – А где у Егора трактир находится?

    – Около рынка, рядом с площадью, на улице Сапожников.

    – Ясно, спасибо.

    Показывать свои умения в формировании магических плетений мне не хотелось. Для всех я был учеником одарённого, знающим стандартные детские заклинания, поэтому пришлось спать на земле, завернувшись в свой одряхлевший плащ, хотя за эти месяцы я от этого уже успел отвыкнуть – для меня было не трудно сделать нормальную мягкую постель. Я разместился рядом с лошадьми, кроме сторожевых плетений, надеясь и на их охрану.


    Утром я проснулся с немного затёкшим телом. Плетения, встроенные в плащ, не дали мне под утро замёрзнуть, а также комаров отгоняли. Пока лагерь просыпался и готовился к выдвижению, я вскочил, собрал вещи и побежал к ручью, стараясь не вляпаться, так как поисковики искренне считали рощу своим туалетом и старательно удобряли её. Найдя чистую полянку, я провёл на ней привычный комплекс тренировок и, умывшись в ручье, побежал обратно, придерживая баул. Успел как раз вовремя, к раздаче еды. Присев чуть в стороне и поглядывая на поисковиков, я старательно набивал желудок сытной похлёбкой.

    Через полчаса лагерь был свёрнут, всё погружено на телеги, и кто пешком, а кто расположившись с удобствами на телегах, вроде меня, направились в сторону Орха. На той телеге, на которой лежал я, сидел и единственный одарённый этой группы. Причём дипломированный специалист-бытовик в ранге подмастерья. Он после отработки ушёл на вольные хлеба и сейчас зарабатывал себе на дом таким вот способом.

    Мы быстро зацепились языками, я прояснил ему непонятность, что мой учитель погиб в рейде в пустошах и я остался без наставника, решив вернуться в то государство, где мы жили. Парень же рассказывал, как прошёл их рейд, и свои планы на будущее: он копил на дом в столице герцогства, чтобы привести туда свою будущую жену, сейчас невесту.

    Его, конечно, удивляло, что у меня аура обычного человека, не одарённого, но я ещё в начале разговора, сразу после знакомства пояснил, что это работа артефакта, и показал его. Не отключая. Тот заинтересовался, но в руки артефакт я не давал, типа сложная вещь. Естественно, тот был муляжом, хоть и с накопителем, накачанным маной. Я уже подумывал сделать артефакт с ложной аурой, чтобы не было таких вопросов, да всё не было времени им заняться, только до обманки руки дошли. Там всего на пару минут работы было, а настоящий артефакт с ложной аурой делать нужно неделю, не меньше. Позже займусь.

    Так мы и болтали всё время пути, пока не въехали на улицы Орха. Мне было интересно пообщаться, как-никак три месяца не видел никого, кроме харь архиличей да простых личей, что уж говорить о скелетах и о вставших мертвяках? Нормально пообщались, в общем.

    Когда мы въехали на главную улицу городка, именно по ней возвращались поисковики, я попрощался с подмастерьем, спрыгнул с телеги и, подхватив баул, направился в центр, а телеги свернули к тому трактиру, где барон договаривался с Егором и откуда мы выехали к границе пустошей. Знакомые места, можно сказать. Но городок мне был всё так же незнаком. Как я уже говорил, об этом мире я знаю очень мало.

    Пока я шёл, разглядывал строения и людей, улочка была подпёрта с обеих сторон высокими каменными домами, только в середине была проезжая часть, выложенная брусчаткой, да с одной стороны пешеходная дорожка. Вот по ней я шёл и замечал на себе любопытно-брезгливые взгляды горожан. Всё-таки пообносился я действительно серьёзно. Заметив, что улочка была с лавками и магазинами, я нашёл обозначенную вывеской со знаком одежды и зашёл в неё.

    – Добрый вечер, – с интересом пройдясь по мне взглядом, поздоровался стоявший у стойки с готовой одеждой немолодой портной. – Вы случайно ко мне заглянули, молодой человек, или решили хорошо одеться? У меня и дворяне заказывают себе платья.

    – Мне нужен дорожный костюм с множеством карманов и возможностью носить поверх броню, – похлопал я себя по грудной кирасе. – А то что-то прохожие на улицах на меня странно смотрят.

    – Это неудивительно, – откликнулся портной и окинул мою фигуру профессиональным взглядом, явно прикидывая размер. – Это на окраине Орха, в районе, где живут искатели, на вас не обратили бы внимания, а здесь дорогие районы и, соответственно, люди живут обеспеченные, для которых вы как муха в супе.

    – Хорошее сравнение, – улыбнулся я.

    – Меня больше удивляет, почему вас стража не остановила и не сопроводила отсюда. Они вполне могут это сделать.

    – Обломится им, да и не заметил я ни одного полицая. Так что там с одеждой?

    – Есть у меня для вас один костюм, причём в сборе, с обувью. Просроченный заказ. Сейчас принесу.

    Портной ушёл в соседнее помещение, но довольно быстро вернулся со свёртком в руках, перевязанным бечёвкой.

    – Вот, спецзаказ для одного сына графа, но он отказался от него. Уж извините, о причинах его решения я не знаю, с моей стороны всё было сделано отлично.

    – Главное, чтобы он мне по фигуре был.

    – Не волнуйтесь, если я вам его предложил, он вам подойдёт. Рубаху, панталоны брать будете?

    – Нижнее бельё? Да, шёлковое и в двух экземплярах.

    Портной принёс мой дополнительный заказ. Я с ним зашёл в примерочную и там, раздевшись, сперва натянул шёлковое бельё, оно было приятное на ощупь, очень мягкая и гладкая ткань, потом начал надевать костюм. Он был тёмно-синего цвета и действительно сел на меня как влитой, даже был немного свободен. На вырост, наверное, я же ещё рос.

    – Просто замечательно! – восхитился портной, когда я, пару раз притопнув ногами, чтобы сапоги нормально сели, вышел из примерочной.

    За время моего отсутствия в магазине появились ещё покупатели, это была супружеская пара, как я понял по обручальным браслетам. Они смотрели платье для дамы, поэтому, пока выбирали, портной отвлёкся и подошёл ко мне, расхваливая обновку. Да и я видел, что тот действительно шёл мне. Ещё бы парикмахерскую посетить, подровнять космы, что я срезал кинжалом, и хоть на бал.

    – Сейчас проверю, как сбруя сядет сверху, и можно расплачиваться, – сказал я.

    Сапоги мне тоже были почти по размеру, на полразмера больше, но главное – не меньше. Вернувшись в примерочную, я накинул сверху защиту, поправив нагрудник спереди, а то он что-то перекосился, и, застегнув ремни, повесил за спину перевязь с саблями. Выйдя обратно в общий зал магазина, я покрутился у большого зеркала, разглядывая себя.

    – Смотрится просто восхитительно, но я бы вам посоветовал купить шляпу. К сожалению, шляпами я не занимаюсь, но в соседнем магазине вы можете подобрать себе по вкусу… Ещё бы я вам рекомендовал снять оружие. Стражники не любят в этих районах вооруженных поисковиков.

    – Это их проблемы, – рассеянно ответил я, придирчиво рассматривая своё отражение в зеркале.

    На меня смотрел стройный мальчик в пору перехода в юношеский возраст, с большими зелёными глазами и пышными ресницами, очень загорелое лицо с правильными чертами и чёлка, что падала на глаза, закрывая их упрямое выражение.

    – Это ваше решение, только напомню: в тюрьме не кормят, это обязанность родственников, в ином случае можно умереть с голоду, если сокамерники не будут подкармливать.

    Покосившись на портного, я иронично приподнял бровь и спросил:

    – Я смотрю, вы в этом дока?

    – Просто знаю, – уклончиво ответил портной.

    – Сколько с меня?

    – Золотой и шесть серебряных монет.

    Судя по тому, как охнула дама, которая вроде как не подслушивала нас, я понял, что сумма изрядно завышена, поэтому повернулся к портному и, смерив его взглядом с ног до головы, удивлённо переспросил:

    – За лежалый товар золотой и шесть серебрух? Вам не кажется, что эта цена завышена?

    – Могу уступить только шесть серебряных монет. Слишком дорогая ткань пошла на пошив, да и работа была не проста.

    – Ну, золотой так золотой, – пожал я плечами и, достав из баула один из кошелей с золотом, вытащил одну монетку и бросил её портному.

    Тот неверяще смотрел на хорошо сохранившуюся древнюю монету.

    Посчитав, что сделка завершена, я убрал кошель обратно, педантично завязал горловину и, подхватив баул и свои старые обноски, вышел из магазина, после чего зашёл в соседний. Идея купить шляпу мне показалась неплохой, хотя я и привык обходиться без неё.

    В этом магазинчике был отличный выбор разных шляп. Я подобрал себе красивую широкополую ковбойского вида, в тон к одежде. Стоила она всего серебряную монету.

    Когда я вышел из этого магазинчика, поправляя шляпу, на меня уже смотрели с интересом, особенно на сабли, рукоятки которых торчали за моими плечами, и старый баул. Подумав, я вернулся в магазин одежды.

    – Что-то не так? – снова подошёл ко мне портной.

    – Плащ. Я отправляюсь в те места, где уже зима, и мне нужен утеплённый плащ.

    – Могу предложить вам плащ совместной работы с магом-бытовиком. Там есть функция подогрева и очистки.

    – Не нужно, просто тёплый плащ.

    – С вас одна серебряная монета и двадцать шесть медных.

    – Хорошо.

    Достав из баула другой кошель, только с медью, я отсчитал ему сто двадцать шесть монет, что и выходило в ту сумму, что он сообщил. Хоть по весу меньше стало.

    Свернув плащ, я убрал его в баул. Вещей в нём у меня хватало, но я ещё два месяца назад превратил его в безразмерную сумку, так что хоть слона туда суй, главное – потом его там найти.

    Покинув магазин и эту улицу, я направился на соседнюю, где, как сообщил портной, находится неплохая цирюльня. Я не передумал постричься. Там даже ждать не пришлось, свободный мастер-мужчина указал на лавку перед собой, имевшую подушку на сидушке, и спросил, как меня стричь. Покрутив головой, я ткнул в девицу примерно моих лет, что дефилировала с дамой, явно её матерью, по улице. Окно в цирюльне было большое и позволяло рассматривать, что творится снаружи.

    – Вот как у той девки.

    – Но позвольте, это женская причёска. Для девочек.

    – Так я и не говорю, что мне нужны косички на висках. Обрежьте их под корень, а остальное делайте так же.

    – Хорошо.

    Пока над ухом стрекотали ножницы, я, прикрыв глаза, дремал. Стрижка не заняла долгое время, мастер закончил и попросил оценить результат. Посмотрев в зеркало, я задумался.

    – В принципе, неплохо, но подровняйте на шее, над ушами и на висках.

    Снова защёлкали ножницы, и я снова прикрыл глаза, ожидая, когда тот закончит.

    – Готово, молодой человек.

    Снова посмотрев на себя в зеркало, я удовлетворился результатом.

    – Нормально. Меня так же кузнец в замке учителя стриг. Ладно, сколько с меня?

    – Шесть медных монет.

    Расплатившись, я подхватил баул и, выйдя на улицу, энергично направился к центральной площади, где стояли все административные здания и дворцы дворян. Там нужно пройти мимо фонтана, спуститься немного по другой улице, и будет трактир «Руж», принадлежавший Егору. Пора свидеться со знакомцем.

    Когда я вышел на довольно большую площадь и, лавируя между гуляющими, направился к нужной мне улице, мне вдруг преградили дорогу трое стражников.

    – Молодой человек, вам известно, что в центральных районах запрещено носить открыто оружие?

    – Не знал, что это касается мечников, – быстро сняв заклинание скрыта с перстня, поднял я руку.

    Однако старший только усмехнулся:

    – Думаешь, щенок, надел на руку подделку, так перед тобой все дороги открыты?

    Договорить стражник не успел, я взвился в прыжке и с разворота пяткой нанёс ему удар в лоб точно под шлемом. Тот, взмахнув ногами в воздухе, с грохотом в полной отключке приземлился на спину. Зрители, которых хватало на площади, были в шоке от такого жёсткого ответа.

    – Кто-нибудь ещё сомневается, что я ношу этот перстень не по праву? – угрюмо поинтересовался я у двух оставшихся стражников, положив левую руку на рукоятку кинжала, висевшего на поясе.

    – Нет, господин мечник, – слегка поклонился один из стражников, и они оба отошли в сторону, давая мне дорогу.

    – Если он захочет бросить мне вызов, – ткнул я пальцем в их поверженного командира, – пусть ищет меня в трактире «Руж».

    Те склонились над командиром, а я, поправив висевший на плече баул – в прыжке он мне нисколько не мешал, – зашагал дальше.

    Об этой схватке я почти сразу забыл, зная, что мечники, мастера меча и гранд-мастера меча могли носить оружие где угодно, и заставлять их снять его смерти подобно. Почти во всех городах были введены законы не трогать тех, если они не нарушат законы, так что командир патруля был не прав во всём, я вообще мог его порубить при желании. В этом случае то, что он был на службе, не имеет значения, никто не просил его оскорблять меня.

    Уже почти стемнело, когда я подошёл к большому трёхэтажному зданию, где была вывеска с надписью «Руж». Сбив шляпу на затылок, я осмотрел монументальное каменное строение и удивлённо пробормотал:

    – Да-а-а, неплохо платят за работу поисковика.

    Сзади послышался грохот движущейся кареты, и я мгновенно ушёл в сторону, перехватывая в воздухе кнут, которым кучер попытался меня огреть за то, что я стою на краю проезжей части. Сильно дёрнув его на себя, я с удовольствием пронаблюдал, как кучер с воплем свалился под колёса, благополучно пролетев мимо постромков, и карета, подскочив под хруст костей, покатилась дальше на приличной скорости, никем не управляемая.

    Свернув кнут, пригодится, я безразлично посмотрел на стонущего кучера, тот, к моему удивлению, был жив, но позвоночник и ноги у него точно были переломаны, и направился к парадному входу в трактир. Там в окнах и у входа уже толпились зрители, обсуждавшие только что произошедшее. Они сразу разошлись, давая мне возможность пройти внутрь, – всё-таки хорошо, что я больше не стал скрывать кольцо мечника, что снимало множество проблем в связи с моим возрастом.

    Убрав кнут в баул, я подошёл к стойке бара.

    – Егор здесь? – спросил я у здорового служаки, по виду бывшего ранее поисковиком.

    – Час назад домой ушёл.

    – Отправь посыльного, скажи, Юрий из пустоши вернулся. Он поймёт. А мне лучшую комнату на сутки, подготовьте ванну перед сном и ужин. Что у вас сегодня?

    – Рыбный день у нас сегодня.

    – Ну, пускай рыба будет. Устроюсь в комнате, спущусь. Сколько с меня?

    – Двенадцать медяков за всё.

    – Хорошо, тут пятнадцать, мало ли что ещё захочу.

    – Игор, проводи нового постояльца! – крикнул служака куда-то в глубь коридора за его спиной.

    Появившийся малец попытался забрать у меня баул и, не преуспев в этом, постоянно оглядываясь и с восхищением поглядывая на кольцо мечника, повёл меня по коридорам в то крыло, где находились гостиничные номера.

    Как оказалось, вход в гостиницу был сбоку, а я зашёл через трактирный зал, но такое уже бывало, так что местные служаки могли брать плату и оформлять нового постояльца.


    Когда я заканчивал со вторым блюдом и задумчиво смотрел на блины с начинкой, входная дверь вдруг с грохотом распахнулась, напугав многих посетителей трактира, и в большой зал ворвалась знакомая фигура Егора. Он сразу нашёл меня глазами и, быстро подойдя, обнял и тихо сказал на ухо:

    – Уходи, тебя ищет тайная стража.

    Так же похлопывая его по плечу, я в ответ шепнул ему:

    – Плевать я на них хотел, полезут – кровью умоются.

    Мы сели за стол, и Егор взял поднесённую половым большую кружку – было видно, что местная прислуга знала привычки хозяина. Сделав большой глоток, он спросил, вытирая пену с верхней губы:

    – Не боишься, значит?

    – Не-а.

    – Ладно, мечников у тебя есть шанс порубить, но у них на службе и мастера меча есть, двое точно. Даже если справишься с ними, то у них и мастера магии есть, боевого направления. Раскатают они тебя в труху, как щепку. Ты, конечно, кое-что умеешь в магии, как я понял, но против них не потянешь. А они тебя искали, сильно искали. Наверняка им уже известно, что ты вошёл в город, агентов у них много.

    – Может быть, – пожал я плечами, посмотрел на блины, но брать их не стал: если впереди предстоит схватка, наедаться не стоит. – Думаю, мне лучше съехать из твоего трактира. Если за мной придут, я не дамся, соответственно, твой трактир серьёзно пострадает, вплоть до большой воронки на его месте.

    Наткнувшись на задумчивый взгляд Егора, я усмехнулся. Шутки в моих словах не было – мы пол района разнесём, если меня будут брать. Блин, да какое – полгорода не станет, точно!

    – Как бывший поисковик, я скажу, что в этом здании хорошо держать оборону, а как владелец и торгаш, прошу тебя покинуть трактир. Не хочу его терять, я и так еле договорился, чтобы меня не трогали. Тогда ведь у башни действительно погибли сотрудники тайной стражи.

    – Поздно, – сказал я, взглянув за спину Егору. – Они уже здесь.

    Тот обернулся и угрюмо посмотрел на шестёрку воинов и двух магов, что вошли в трактир. Двое воинов остались у входа, остальные мимо столов, за которыми сидели посетители, надо сказать, их хватало, направились к нам.

    – Одарённый Юрий, ученик мага-погодника империи Сауд Жестина де Курье? – спросил один из воинов, показав нам какую-то железку, похожую на бляху.

    – Он самый, – спокойно подтвердил я, разглядывая одного воина, имеющего кольцо мастера меча.

    – Вы задержаны по подозрению в убийстве сотрудников тайной стражи на территории пустошей.

    – Невиновен, – также же спокойно и с ленцой ответил я. – Напали на меня, так что у меня чистая самозащита.

    – Суд разберётся. Встать, сдать оружие.

    – Может, тебе ещё масло по всей роже намазать? – улыбнулся я. – Я же сказал: считаю себя невиновным, поэтому никуда с вами не пойду.

    – Господа, господа! – засуетился Егор. На него с презрением посмотрел не только я, но и сотрудники тайной стражи. – Решайте свои дела на улице, не в моей таверне!

    – Мне без разницы, где вас убивать, – согласно кивнул я словам Егора. – Идём на улицу?

    – А ты нахал, – покачал головой не представившийся старший агент. – Идём на улицу.

    Я встал из-за стола и направился к выходу. Агенты сопровождали меня спереди и сзади. Оказавшись на улице, я посмотрел на повозку с решётками на окнах и неопределённо хмыкнул.

    Как только мы отошли от трактира метров на двадцать, маги атаковали меня плетениями паралича, а воины стали окружать, двое готовили верёвки. Только мастер меча стоял на ступеньках крыльца, скрестив руки на груди и пристально наблюдая за мной.

    Почти сразу меня окутал невидимый простым взглядом ледяной доспех, о который разбились заклинания магов, и я атаковал воздушными лезвиями. Ни у кого из агентов не было защиты против них, поэтому, не глядя, как тела ещё недавно живых людей, воинов и магов, распадаются на кубики, я развеял доспех и, доставая сабли из-за спины, спросил:

    – Ну что, мастер, потанцуем?

    – Пожалуй, – кивнул тот, и в его руках оказались мечи.

    Встретив мою атаку, он сам контратаковал, после чего прыжком мы разорвали дистанцию. Замерев друг против друга, мы молча поклонились друг другу.

    – Мастер, – был мой вежливый поклон.

    – Мечник, – ответил он.

    Несколько секунд мы мерились взглядами и разошлись.

    Убирая сабли за спину, я прошёл в таверну мимо шокированных побоищем зевак у входа и весело посмотрел на бледного Егора:

    – Что же они с тобой сделали, а?

    Тот продолжал сидеть за столом, тупо глядя в столешницу, его плечи подрагивали.

    Вздохнув, я направился к лестнице, ведущей на второй этаж. Задерживаться в герцогстве не следовало, лучше покинуть его как можно быстрее.

    По не свершившемуся бою с мечником – тут всё было просто. Не было бы там победителей, мы оба это поняли и разошлись. Пусть лучше будут в мире один мечник и один мастер, чем тот останется без них. Вполне возможно, победителя бы не было, хоть в себе я и был уверен.

    В комнате я быстро собрал вещи и, закинув баул за плечо, поспешил вниз. Только не через дверь, а через окно. Спустился, используя щели в кладке, и направился на площадь. Именно там находилось здание с телепортами, с помощью которых мы несколько месяцев назад оказались в этом городе. Там было светло от горевших магических фонарей на столбах, так что я спокойно пересёк площадь и остановился у входа. Мне не понравилась тройка мужчин в гражданском неподалёку. Как бы не агенты тайной стражи.

    Проходя мимо, я только покосился на них, они же на меня совершенно не обратили внимания, скользя взглядами по толпе гуляющих спокойным тёплым вечером жителей города в поисках кого-то нужного им. Думаю, меня выискивают. Заклинание отвода глаза работало хорошо.

    Пройдя внутрь здания, я подошёл к служащему и сказал:

    – Столица королевства Диона.

    – Простите, но дети без сопровождения не могут пользоваться телепортом.

    Я поднял руку и показал ему кольцо, а между пальцами мелькнул золотой.

    – Но, думаю, в вашем случае, господин мечник, мы обойдём эти препоны.

    Монетка исчезла в складках одеяния служащего, после чего он подсчитал, сколько мне нужно пройти телепортов, чтобы добраться до королевства, и выдал результат:

    – Одиннадцать единиц, оплата в размере шести золотых, сорока двух серебряных и девяноста трёх медных монет.

    – Вот вам семь золотых монет, – столбиком поставил я их перед служащим, и тот выдал мне билет, смахнув плату в ящик стола.

    Пройдя в соседнее помещение, я подошёл к арке, и как только другой служащий настроил её, перешёл на другую сторону, оказавшись в каком-то странном полутёмном помещении. Резко обернувшись, я осмотрелся. Ошибки быть не могло: я находился в огромном зале, на верхних галереях стояли люди в одеяниях магов, внизу у столбов, что поддерживали свод, воины, в основном мечники, но были и мастера меча.

    Посмотрев на арку телепорта, рядом с которой стоял, и ещё раз взглянув на продолжавших стоять людей, громко спросил:

    – Это что, ловушка?

    – Ты побил моих людей, – слегка склонился мужчина на одном из балконов. – Я глава тайной стражи герцогства. Естественно, как только стало известно, что ты вошёл в здание телепортов, мы перекинули первый же вызов сюда. Кстати, ты шёл вторым. Поэтому пришлось отпустить купеческую семью, прошедшую первыми.

    – Сочувствую им, в таких случаях свидетелей не оставляют, – усмехнулся я.

    – А ты, я вижу, понимаешь ситуацию.

    – Есть такое, – засмеялся я. – Вижу, вы удивлены, но ситуация в моём случае действительно забавная. Судя по вашим недоумённым рожам, вы думаете, что владеете ситуацией, но боюсь вас разочаровать. Ваша жизнь в моих руках.

    – Что ты можешь сделать? Я знаю, что ты одарённый со скрытой аурой, но ты с нами не справишься.

    – Ты идиот, – констатировал я. – Я и не собираюсь с вами воевать.

    – Взять его! – рявкнул неизвестный мне мужчина, но было поздно.

    По полу покатились, зазвенев, артефакты-мины, а глава тайной стражи дёрнул головой, когда мой метательный нож, пройдя через все его щиты защиты, вошёл ему в глаз. Это я разглядел мельком, прыгая в арку телепорта, которая неожиданно для местных одарённых активировалась, а за мной, когда я уже перешёл на другую сторону, начали рваться артефакты, разнося не только это помещение, но и само здание. Правда, я этого уже не увидел, так как телепорт перекинул меня в другое место.

    Общую конструкцию телепортов я знал, стационарных, естественно, не личных, поэтому сразу после перехода в зал-ловушку вошёл в управление и наугад ввёл координаты, после чего, разбросав мины и метнув нож, прыгнул в него обратно.

    Первое, что я ощутил, оказавшись на другой стороне, – это то, что я падаю, причём падаю в полной темноте. Естественно, маги не умели летать сами, только с помощью артефактов, которых у меня, к сожалению, с собой не было, но они могли левитировать. Именно это полезное заклинание я и использовал, начав медленно спускаться вниз.

    Что было хорошо, телепорты при вводе случайных координат могли выбросить мага в любом месте, например в космосе, под землёй или под водой, но только не там, где он может погибнуть. Поэтому я не удивился, что оказался падающим с километровой высоты, и сразу активировал заклинание. Устроившись с удобством, я стал скользить по воздуху, подправляя своё планирование.

    Была ночь, светила луна, но под ногами – полная темень, поэтому пришлось также активировать плетение ночного зрения, отчего вокруг сразу же стало видно, как днём. Немного подрегулировав его, убавив яркости, я посмотрел вниз и выругался.

    – Просто замечательно. Лес… Большой лес… Очень большой лес… Хм, а где есть такие большие лесные массивы? У гоблинов вроде были, до других территорий тот вшивый телепорт меня бы в жизнь не добросил. Значит, точно, гоблины. Хм. Ну и фиг с ними. Государство как государство.

    С другими расами я, естественно, ещё не пересекался. Видел со стороны пару раз, и всё, поэтому имел слабое представление, что от них ждать. Всё, что я о них знал, – это почерпнутое из книг да разговоров слуг. В основном байки. О гоблинах скажу так: это было вполне современное государство со своими порядками и законами. Вон, гоблинские банки вполне спокойно соперничали с гномами, которые ранее были полными монополистами в этом деле. От людей они отличались небольшим ростом, сухощавым стройным телосложением, зеленоватой кожей и… всё. Люди как люди, только гоблины. Кстати, и гоблинка может понести ребёнка от человека или представителя другой расы, или человечка от других мужчин разных рас. Без разницы, хоть на орчанку залезь, понесёт без проблем. Но это так, к слову пришлось, поэкспериментировать захотелось. Гормоны бушуют.

    Наконец я опустился достаточно, чтобы начать планировать свою посадку. Делать это оказалось нетрудно. Не планировать, а спокойно ступить на… Я выбрал самое высокое дерево и, спустившись на него, сел на верхушку и, перебирая руками и ногами, за минуту спустился вниз. По-другому добраться до земли не получится, слишком густой лес, о ветки побьёт, а так я без проблем оказался на земле. Посмотрел на звёзды, ни фига не узнал их, после чего, осмотревшись, направился в сторону орешника. Через минуту там стояла большая четырёхместная палатка – моё изобретение и конструирование, – умылся в ручье, что тёк неподалёку, и, раздевшись и аккуратно сложив одежду у кровати, спокойно уснул. Естественно, не забыв активировать все охранные и сторожевые заклинания.


    Проснулся где-то к обеду. Судя по стоявшему в зените солнцу, было часов одиннадцать– двенадцать дня. Когда я конструировал эту палатку, то сделал так, чтобы снаружи она не была просвечиваемая. Чтобы не видели, есть там внутри кто или нет, а с моей стороны свет всё же попадал внутрь.

    Потянувшись на кровати – спать на шёлковых простынях было просто восхитительно, – я вдруг почувствовал некоторое неудобство в паху. Развязав шнурок панталон, посмотрел под них и неопределённо хмыкнул:

    – Наконец-то заработал. А то уже беспокоиться начал, что отстаю в развитии. Почти четырнадцать как-никак.

    Встав, я прошёл мимо одежды к выходу и, распахнув полог, удивлённо замер. Вокруг палатки, буквально в десяти метрах от неё, по окружности висели в воздухе и молча кривлялись порядка двадцати гоблинов. Судя по одежде и лежавшему под ними оружию, это были охотники.

    – Ах да, – вспомнил я и щёлкнул пальцами, отчего заклинание тишины было снято с несчастных, и меня оглушило воплями возмущения, жалобами и стонами.

    Терпел я это недолго, снова щёлкнул пальцами и, как только наступила тишина, пошёл отмываться к ручью от ночной неожиданности. Я уже получил ответ на запрос от сторожевого плетения – семь часов они тут висят, повисят ещё, ничего с ними не будет. Я их не звал.

    Через десять минут, мокрый после купания, отжимая панталоны и не стесняясь своей наготы, я вернулся к палатке. Осмотрев молчавших гоблинов, нашёл главного и снял с него заклинание тишины. Тот несколько секунд молчал и осторожно, я бы сказал, вкрадчиво спросил:

    – Господин маг, может, вы нас отпустите?

    – В какой стороне ближайшее поселение? – спросил я.

    – Семь километров на восток будет село Вольное, ваше магичество.

    – А телепорт где есть?

    – За Вольным в тридцати километрах стоит городок Грандул, там есть служба телепортов, – продолжал вежливо отвечать на вопросы гоблин.

    – Хорошо, я вас отпускаю, только в следующий раз не пытайтесь меня разбудить, спалю.

    – Хорошо, ваше магичество, обещаю.

    Снова щёлкнув пальцами, я освободил горе-охотников, и те, попадав на землю, – им невысокого было, в метре они висели, – собрав оружие, мгновенно скрылись среди деревьев.

    – Шустрые какие, – хмыкнул я.

    Одевшись в сухое, вооружившись и свернув заклинание палатки, я пошёл на восток. Гоблин не врал, когда говорил, что там есть поселение, я использовал заклинание правды, о чём тот даже не подозревал. Да и нетрудно это было сделать, у него вообще защиты не было.

    Шагая по лесу в сторону поселения, я с удовольствием вдыхал приятный аромат лесных трав, вспоминал свои пробежки в лесу у замка де Курье. Часа через два, когда желудок напомнил о себе, я раскинул поисковое охотничье заклинание и, обнаружив дичь, нескольких кабанчиков, направился в ту сторону. Они даже ничего не поняли, когда на них упало сонное заклинание, и уснули.

    Отобрав себе того, что пожирнее, я закинул его на плечо и стал искать удобное место для лагеря. Ещё через час, срезая кинжалом с жарившегося на углях кабанчика куски, я с удовольствием поедал сочное, приправленное специями мясо. У меня в бауле много чего было для путешественников. Хлеба не хватало, но и так шло на ура. Всего кабанчика я не съел, треть где-то, поэтому, дожарив его, завернул в холстину и убрал в баул.

    К вечеру лес немного расступился, и я вышел к довольно широкой реке, на противоположном берегу которой виднелось селение гоблинов. Хотя со стороны особо не различишь, людское оно или гоблинское. Разве что флюгеры первые украшают, вот и все отличия.

    По берегу дойдя до переправы, там была пристань, я заметил, что от противоположного берега отчалила лодка, в которой находился мальчишка-гоблин лет тринадцати на вид.

    – Господин, вас нужно перевезти?

    – Нужно, – кивнул я.

    – Медная монетка.

    – Годится.

    Тот подплыл, и я, переступив через борт, шагнул в лодку, устроившись на скамейке, и парнишка заработал веслом. От поселения к берегу уже подбежала стайка детишек, некоторые совсем маленькие и сопливые. Все они с любопытством смотрели на меня. У домов стоял пяток взрослых.

    – Благодарю, – сказал я мальчишке и бросил ему серебруху, покидая лодку. Именно она мне попалась первой в кошеле, пусть владеет.

    – О-о-о, – протянул тот, ловко перехватывая в полёте монетку. – Благодарю вас, господин.

    Поднявшись на небольшой холм, на котором находилось селение, я подошёл к первому же взрослому, старику-гоблину.

    – Здравствуй, дед. Это Вольное?

    – Вольное, внучок, Вольное, – насмешливо посмотрев на меня из-под кустистых бровей, ответил тот, опираясь на узловатую палку-трость.

    – До Грандула далеко?

    – Далековато. Пешком идти – завтра утром будешь. Лошадью – так всё равно засветло не успеешь.

    – Намекаешь, что стоит остановиться у вас на ночёвку? – хмыкнул я. – Трактир есть?

    – Охотничья у нас деревушка. В кабак сходи. Он там дальше по улице, может, и примет тебя хозяин.

    – Да я и на улице переночую, чай не сахарный, – ответил я и, поблагодарив старика, направился дальше.

    Ночевать в селении я не стал, но в пристроенной к кабаку лавке, где было всё для охотников, купил некоторые необходимые путешественнику вещи – котелок и чайник – и уже под вечер направился дальше. Где-то через час, сойдя с проторённой в лесу дороги на обочину, стал обустраивать лагерь для ночёвки.


    Как и говорил старик в Вольном, пешком до городка далече, так что добрался я до него только к вечеру. Проверку на входе прошёл спокойно и сразу направился на площадь, где по традиции, кроме административных зданий, находился телепорт. Правда, по дороге унюхал аппетитный запах из небольшого ресторанчика и завис там на полчаса, набивая желудок удивительно вкусной едой национальной кухни гоблинов. Только после праздника живота я добрался до нужного здания и сразу же прошёл к сотруднику, отвечающему за расчёт маршрута и кассу.

    – Куда вам, молодой господин? – вежливо спросил одарённый в ранге подмастерья, мельком посмотрев на мой перстень мечника.

    Это простой человек может обмануться и принять перстень за подделку, да и что ещё может находиться на пальце мальца? Одарённые видят суть и понимают, что тот настоящий и ношу я его по праву.

    – Вы издеваетесь?! – с напором спросил я, доставая уже оплаченный, но неиспользованный билет. – Я уже купил у вас билет, но меня выбросило над лесом. А если бы я поломался?!

    – Сейчас всё выясним. Подождите на той лавочке, – указал подмастерье на небольшой диванчик.

    Пройдя к диванчику, я устроился на нём и стал с интересом разглядывать карту телепортов, выложенную мозаикой на стене. По ней я определил, где нахожусь. Оказывается, в пятистах километрах от столицы герцогства, где меня пытались захватить. Телепорт швырнул меня на максимально возможное для него расстояние, отчего я перелетел через пустошь, разделявшую герцогство и государство гоблинов, и выпал над лесом. Выбросило фактически на границе пустоши.

    Пока я разглядывал карту, к подмастерью подошёл одарённый в ранге мага, видимо начальник этого пункта, и они начали проверять мой билет. Буквально через минуту маг подошёл ко мне, состроив скорбно-виноватое лицо.

    – Извините, молодой человек, за этот непредвиденный сбой, но мы готовы искупить и компенсировать ваши затраты. Вы согласитесь не подавать жалобу и не афишировать этот неприятный инцидент, если мы доставим вас к месту назначения и вернём оплату за переход?

    – В тройном размере? – уточнил я.

    – В двойном.

    – Хорошо.

    – Тогда готовьтесь, сейчас кассир отсчитает вам деньги, и мы, выдав вам новый билет, отправим вас в столицу королевства Диона.

    Кивнув, я встал и отправился к кассиру. Там дал магическую клятву, что не имею претензий к сотрудникам телепорталов, и, получив компенсацию, пошёл в помещение с нужной аркой.

    Вот странно – городок гоблинский, а из сотрудников только один гоблин в ранге подмастерья, остальные люди. Конечно, телепорты принадлежат империи Сауд, но на местах нахождения можно же и местный персонал набирать? Это что, дело в недоверии?

    Пройдя арку, я оказался в другом здании, другого города, и так, переходя из арки в арку, я наконец достиг первой своей цели, королевства Диона. К сожалению, в столице королевства царила глубокая ночь, я немного не рассчитал со временем, но просто решил не ждать и сразу переходить. Обычно у портальщиков на прикормке есть гостиница, куда они отправляют таких вот запоздавших путников, где им дадут комнату и они смогут провести ночь. Именно об этом меня спросил дежурный маг, после чего сообщил адрес и подробное описание пути. Слепой мимо не пройдёт.

    Выйдя из здания, я с интересом осмотрелся, покосился на фейерверк в ночном небе над столицей и, остановив первого же прохожего, спросил:

    – А что у вас тут происходит?

    – Именины короля Морта Второго, – ответил тот и поспешил дальше к компании гуляющих, смешавшись с ними.

    – Хорошо гуляют, – констатировал я и направился дальше согласно описанному магом маршруту.

    Покинув площадь, я спустился по улице метров на сто среди групп празднующих. Полночь, а они всё бродят. У многих в руках были разнообразные сверкающие амулеты, двое на моих глазах запустили вверх слабенькие фейерверки.

    Гостиницу я рассмотрел ещё с площади, она была хорошо освещена, у входа стояли двое – мужчина и женщина в форме прислуги. Они то изредка выкрикивали что-то, то весело махали руками, глядя на фейерверк.

    – Доброй ночи, – подойдя, поздоровался я. – Я только что прибыл в ваш славный город через телепорт, и мне посоветовали вашу гостиницу.

    – Какая комната вам нужна? – повернулась ко мне женщина, но продолжая поглядывать на фейерверк.

    – Лучшая, та, что для дворян.

    – Хорошо, сейчас мы вас оформим и проводим в вашу комнату, – медленно, чтобы потянуть время, проговорила женщина, не сводя глаз с неба.

    – Это не фейерверк, а так, поделки детей с небольшим даром и совсем без умений, – сказал я, мельком посмотрев вверх.

    – А вы бы сами попробовали это сделать! – возмутился мужчина. – Между прочим, запускает их магистр Годон, советник короля.

    – Сочувствую королю. А насчёт попробовать, то могу. Какой у вас флаг?

    – Вон, на стене висит, – ткнул мужчина в какую-то тряпку на стене здания.

    Оба сотрудника увидели, как я замер на месте, уставившись в одну точку, и стали переговариваться между собой, гадая, не заснул ли я.

    Наконец довольно тяжёлое плетение было готово, и я сказал прислуге:

    – Вот какие поздравительные фейерверки должны быть.

    В это время как раз магистр устал, небо очистилось, а у меня с руки сорвался на первый взгляд обычный фаербол и начал подниматься прямо вверх. Достигнув километровой высоты, он взорвался разноцветными огнями, и прямо на глазах у всего города появилась иллюзия государственного флага королевства, по бокам цветы, а сверху немного пошлая поздравительная надпись: «Морт, братан, с днём рождения! Желаю тебе всех благ и чтобы всегда стоял!»

    – Э-э-э… – протянул ошарашенный мужчина, глядя вверх.

    – Да, – согласился я, тоже любуясь своим творением. – Непросто было, но сделал. Так что там с номером?

    – Сейчас всё будет готово, господин маг, – первой пришла в себя женщина.

    Иллюзия уже исчезла, и небо снова очистилось, моя иллюзия провисела пять минут, теперь наверху сверкали только звёзды. Мы прошли в холл гостиницы, где меня оформили и я уплатил за три дня проживания. Сам ещё не знаю, сколько я тут пробуду. Нужно найти информированного человека, который сведёт меня с дворянином, который может продать мне дворянский сан. Здесь это поставлено на поток, даже налог в казну идёт. Без шуток, так и есть, продвинутое государство.


    Королевство Диона. Летняя резиденция короля Морта Второго

    Когда начальник тайной стражи королевства прошёл в кабинет, король поднял голову и с интересом посмотрел на него. Начальник тайной стражи был похож на этакого колобка, – многие не знающие принимали его за повара, – да ещё привычка графа носить простые одежды способствовала этому. В противоположность графу король имел атлетическое телосложение, правильные черты лица и обаятельную улыбку.

    – Судя по твоему виду, шутника вы так и не нашли, – не спрашивая, а скорее констатируя, сказал король.

    – Да, ваше величество. Мои люди опросили всех, кого могли. Большая часть утверждает, что заклинание было запущено откуда-то со стороны площади. Была мысль, что неизвестный маг прошёл через телепорты, но она не подтвердилась. Было всего пять переходов. Три – дворянские семьи королевства, курьер со свежими новостями и юноша-мечник. Кстати, курьер подтвердил прошлое сообщение о бедствии в столице герцогства Зеонского. Половина столицы разрушена, большие разрушения и жертвы.

    – Мы уже отправили через дипломатов письмо с нашим сочувствием и полной поддержкой. Так что там насчёт шутника?

    – Ищем, ваше величество, ищем. Но осторожно. По словам магистра Годона, неизвестный маг очень силён и, вероятно, обладает неизвестными ему заклинаниями. Вполне возможно, у него ранг магистра.

    – Все магистры магии известны вашей службе, вы проверяли по спискам?

    – Так точно, однако ни один из них не был в нашем королевстве в это время. Проверка ещё ведётся… Ваше величество, проведённый опрос жителей столицы и гостей не выявил негативного к вам отношения. То есть они считают, что вас поздравили от всей души и опозорить не пытались.

    Король едва заметно улыбнулся и покосился куда-то в сторону:

    – Я и не считал, что меня пытались опозорить, но с этим нахалом я бы хотел пообщаться. По-простому. Работайте, если будут какие известия, немедленно сообщите.

    – Хорошо, ваше величество. Разрешите идти?

    – Идите.

    Как только начальник тайной стражи королевства вышел из кабинета, сбоку приоткрылась незаметная дверца и в помещение прошёл старичок в мантии мага. Это был советник короля магистр магии Годон.

    – Найдёт? – спросил у него король.

    – Если не был использован артефакт, а это точно не так, тут одарённый работал, то пятьдесят на пятьдесят. Как повезёт.

    – Я бы хотел поговорить с ним, пошутил и поздравил он меня знатно. Фрейлины уже пытались проверить сегодня ночью, стоит ли у меня до сих пор или нет. Я не стал их разочаровывать, не хочу, чтобы слухи пошли.

    Король и советник синхронно засмеялись. Ещё немного поговорив на эту тему, они вернулись к основным делам, к работе по управлению королевством. То, что после вчерашних именин короля сегодня некоторые чиновники болели, их волновало мало.


    Елизия. Столица королевства Диона. Гостиница «Пристанище путника»

    Двенадцать часов дня

    Я спустился по лестнице на первый этаж и поинтересовался у портье, где находится ресторанчик, – аппетитные запахи так и витали в фойе, даже до второго этажа добрались, где я их и унюхал.

    – Прошу за мной, молодой господин, – поклонившись, попросил тот и с гордо поднятой головой направился по коридору куда-то внутрь гостиницы.

    Оказалось, небольшой обеденный зал ресторанчика, кстати довольно неплохо оформленного, находился с другой стороны здания, выходя на соседнюю улицу.

    Сев за свободный столик, я выслушал официанта – тот перечислил, что у них есть из готового, – и сделал заказ. Пока мне несли холодные закуски, я огляделся – было всего десяток посетителей, видимо, постояльцев гостиницы – и стал размышлять, что делать дальше. То, что на меня за проделку настучат, я не опасался, накинул одно специфичное заклинание на обоих свидетелей, дав им определённые установки, – оно сработало через полчаса, когда я уже засыпал у себя в номере, – и стёр не нужные мне воспоминания, то есть теперь те двое не помнили, что я выпускал фейерверк. Именно поэтому я и был так спокоен. Но это так, я просто пояснил, а думал о другом. К кому обратиться за советом в столице королевства по интересующим меня вопросам?

    Спокойно пообедав, я расплатился – ещё при заселении мне пояснили, что за номер и питание платят отдельно, правила здесь были такие. Естественно, я заинтересовался этим, но всё оказалось очень просто: бывший владелец гостиницы умер, и дело перешло его детям, братьям-близнецам. Те долго судились, кому что достанется, и судом было решено, что старший теперь владел гостиницей, младший – ресторанчиком при ней. И дело при таком подходе только развивалось, вон, даже пристройку заканчивали строить.

    Я вышел из ресторана на улицу и, с интересом осматриваясь, направился к площади. Город ещё явно не пришёл в своё обычное состояние после празднования именин короля. Флаги на стенах зданий, поздравительные постеры, цветной мусор на брусчатке от конфетти, который сгребали работники коммунальных служб. Или как их тут называют? У меня было отличное настроение, я был сыт, хорошо одет – ткань, кстати, действительно была дорогая, выдержала и путешествие по гоблинскому лесу, и накладывание плетений, так что со стороны я смотрелся одетым стильно. Я ничем не привлекал к себе внимания. Защиту и сабель не было видно. Нет, я не оставил их в номере. Просто накрыл скрытом, и они стали невидимыми, как и перстень мечника на пальце. В общем, со стороны – обычный мальчишка, гуляющий по городу в дорогой одежде. Разве что не хватало дворянского перстня на пальце, а так от отпрыска какого-нибудь барона, а то и графа не отличишь.

    Пройдясь по площади, я решил побывать на окраинах. Проще все, чтобы не привлекать внимания, опросить какого-нибудь алкаша за небольшую мзду. А то у меня о королевстве и о его порядках только общие сведения, нужны уточнения. Кстати, на площади я засёк очень большое количество шпиков в гражданском, похоже, не зря я подтёр память свидетелей. Искали меня, ещё как искали.

    На окраине столицы я зашёл в первый попавшийся кабак, между прочим полный, тут ещё догуливали вчерашний праздник, подошёл к трактирщику и, бросив ему серебруху, спросил:

    – Кто тут языком трепать любит и всё знает о столице?

    Тот покрутил в пальцах серебруху, осмотрел меня с ног до головы и поинтересовался:

    – Может, я на что сгожусь?

    – Может… – также смерив его взглядом, протянул я. – Меня интересуют подробности покупки дворянского титула иностранным гражданином.

    – Это будет стоить ещё одну серебруху.

    – Хорошо, я слушаю.

    – Многие дворяне продают титулы, но это от барона и выше, сами понимаете, шевалье – самый низкий дворянский титул, и они не могут оформлять такие бумаги, хотя проходимцы, занимающиеся этим, есть, но такие документы недействительны.

    – Хм, – сощурился я, – что-то у вас больно речь правильная для простого трактирщика.

    – Так, молодой господин, я ведь шесть лет на госслужбе проработал, пока не женился и не ушёл в бизнес родителей жены. Вот, теперь двумя трактирами владею, развиваюсь.

    – Понятно. Мне что посоветуете?

    – К обычным дворянам ходить не советую. Обратитесь в Министерство земельного хозяйства и подайте заявку на тот титул, который хотели бы приобрести. После положительного ответа оплачиваете, король подписывает – и вы дворянин. Всё просто.

    – А расценки?

    – Они часто меняются, но последние, насколько я помню… за шевалье – сто монет золотом, барон – двести, виконт – триста пятьдесят, граф – пятьсот, а дальше маркизы, герцоги и принцы только по дарованию, они не продаются.

    – Да уж, спасибо… – протянул я и, прежде чем передать следующую серебряную монету, трактирщик её честно заслужил, спросил: – А где это министерство находится?

    – На главной площади, здание со скульптурами быков.

    – А, помню такое, видел, – кивнул я и, передав плату, добавив ещё одну серебруху, трактирщик мне действительно помог, поблагодарил его и направился к выходу.

    – А кто это тут ходит? Никак дворянчик заглянул в наше прекрасное заведение? – раскинув руки, преградил мне дорогу косматый здоровяк.

    Обернувшись к трактирщику, я бросил ему ещё одну серебруху, сообщив:

    – Это на ремонт.

    – На какой ремо…

    Договорить он не успел, от удара ноги громила оторвался от досок пола, чуть-чуть взлетел и с приличной скоростью, вынеся входные двери, оказался на улице. А я спокойно вышел из боевой стойки, опустил ногу и направился к выходу. Мужик лежал на нижних ступеньках, постанывая и держась за грудь. Перепрыгнув через него, я энергично зашагал к площади. Нужно подать заявку и ожидать положительного решения.

    Путь до центра столицы у меня занял порядка часа, но я не стал нанимать местных таксистов, хотя их хватало, а пока шёл, обдумывал, какой титул выбрать. В принципе, мне даже на графа хватает, даже десяток золотых останется. Обдумав это, я решил остановиться на нём. Граф – это уже серьёзно.

    На площади шло какое-то шествие, как оказалось, это были служители местного культа, церковники, короче говоря. С интересом понаблюдав, как они с песнопениями идут мимо и кучкуются у церкви, всё равно через них было не пройти – здание нужного министерства находилось с другой стороны площади, – я наконец достиг его.

    Первый же сотрудник, которого я поймал в холле, поняв, о чём я ему толкую, сообщил номер кабинета и побежал дальше. Качая головой от такой схожести с земными службами, я поднялся на второй этаж, прошёл к кабинету одного из замов министра, после чего по подсказке молодого секретаря – сам зам отсутствовал на рабочем месте – оформил заявку на покупку дворянского титула. Тот принял, завизировал её, внеся в журнал посещений, и, спросив, где я проживаю, пообещал прислать ответ, положительный или нет, в самое ближайшее время. Надеюсь, поторопятся, пятьсот монет как-никак, есть из-за чего поторопиться.

    Потом я ещё немного погулял по городу, перекусил в небольшом открытом кафе, хотя погода для летних кафе не располагала, по местным меркам тут была глубокая осень, и вернулся в гостиницу.

    Вещи были на месте, да я бы удивился, если бы они исчезли, через мои охранные и сторожевые плетения и гранд-мастеру будет непросто пройти, что уж говорить об обычных ворах. Достав из-под кровати баул, я покопался в нём и, найдя мешочки с золотыми монетами, положил их на стол, начав пересчитывать, мне нужно было пятьсот монет. Через час в каждом из пяти кошелей лежало ровно по сто монет, даже осталось семь монет золотом, да ещё серебром было примерно столько же.

    Убедившись, что у меня есть требуемая сумма, я убрал кошели обратно и задумался: сразу по бабам идти или всё же подождать гонца из министерства? Зная, что в таких учреждениях до недели приходится ждать, пока примут окончательное решение, я решил, что хватит мне в этом теле ходить девственником. Но идти в бордель не хотелось. Надо искать нормальную бабу, лучше всего вдову. Они и охочие, и темпераментные. Проблема была только в том, что не я один такой умный, и до таких бабёнок есть охочие люди.

    Покинув номер и снова активировав все охранные плетения, я спустился и, подойдя к полудремлющему портье, прочистил горло, будя его и привлекая к себе внимание.

    – Что нужно молодому господину? – тут же взбодрился он.

    – Рынок у вас где? Базар?

    – Это вам надо в торговый район города. Вызвать шелха?

    – Да, можно, – кивнул я.

    Шелхами звали местных извозчиков. Работали они с разнообразным транспортом, и можно было подозвать или типичную открытую повозку на четверых, или даже паланкин. Портье подозвал лёгкую двухместную коляску. Спереди сидел кучер, позади, на широком диване лицом по направлению движения, усаживался пассажир-клиент. Когда я садился в коляску, которую придерживал портье, то сказал ему:

    – Ко мне может прибыть курьер из Министерства земельного хозяйства, сообщишь ему, что я вернусь только к ночи… ну, или к утру, что более вероятно, пусть оставит устное сообщение.

    – Хорошо, господин Юрий.

    Юрием я записался в журнале гостиницы, а смысл скрываться, если и на билете телепортов у меня было то же имя? Но когда я получу на руки свои первые документы, то внесу туда уже другое имя. Юрий исчезнет, и появится совершенно другой человек. Наверное, выберу имя Арни, оно тут самое распространённое, каждый шестой носит.

    До рынка добрались мы быстро, поэтому бросил шелху пару медных монет – переплатил, конечно. А рынок в столице был немаленький. Меня не интересовали торговые ряды. Больше местные бабки, что приторговывают всякой всячиной. Они были во всех городах, такую же группку я нашёл и тут, торгующих зеленью со своего огорода.

    Те мгновенно поняли, что мне надо, и под перешёптывание и хихиканье – пришлось вытерпеть это – я получил пару адресов. Главные критерии выбора были, чтобы не было детей и молодые. Одна из вдов, довольно молодая двадцатисемилетняя бабёнка, занималась на дому вязанием корзин. Прокормиться ей эта работа вполне помогала, у трёх бабок были корзинки её производства. Получив эту информацию, – уже есть причина, чтобы зайти к ней, – я направился вверх по улице подальше от рынка. Сейчас перейду в соседний район, где были дома, имеющие приусадебные участки, и там доберусь до того, где жила вдова сапожника.


    Открыв глаза, я несколько секунд тупо смотрел на белёный потолок, пытаясь вспомнить, где я. Услышав грохот посуды, понял, что меня разбудило. Привстав на локте, я осмотрел комнату.

    Вчера, когда я получил адреса двух вдов, с первой мне не повезло, у неё уже был гость, поэтому я направился по второму адресу. Там жила вдова повара, утонул он в реке, лодка перевернулась, как мне рассказали бабки. Также они добавили, что с ней у меня шансов не будет, не даёт, всех мужиков отваживает. А к ней многие клинья подбивали. У меня же вышло всё как-то спонтанно, даже сам не ожидал. Она как раз выходила из дому с глиняным горшком в руках. Просто подошёл и поцеловал её. Она не сразу, но ответила, вот и закрутилось. Видимо, давно не имела мужика, вот и не выдержала. Да и сказал я ей, грустно глядя в глаза, что у меня ещё не было женщины и это первый опыт. Уловка сработала, и тогда она крепко принялась за меня. Я же только этого и добивался…

    В комнату вошла молодая женщина лет двадцати трёх. Невысокая, с отличной фигурой.

    – Проснулся? – спросил она.

    – Да, – откидывая одеяло, откликнулся я.

    Та покраснела и отвернулась, хихикнув. Выскользнуть из комнаты она не успела, я подхватил её на руки и отнёс в постель. Хорошо, что она худышка. Платье вмиг слетело с неё, и мы ещё некоторое время баловались и игрались.

    – Ну всё, всё, – тяжело дыша после долгого поцелуя, сказала она. – Я обед приготовила. Остынет. Пойдем, покормлю.

    – А сколько времени?

    – Полдень уже.

    – Ой, блин! – вскакивая с девицы, воскликнул я. – Я же могу опоздать!

    Но она меня не сразу отпустила и всё же заставила поесть, после чего я выскочил на улицу и заторопился в гостиницу, ища на ходу глазами свободного шелха.

    Когда я прошёл в фойе, мне доложили:

    – Господин Юрий, вам просили передать, что вас ожидают в три часа дня в министерстве.

    – Понял, спасибо.

    Когда мы проезжали по площади, часы на ратуши показывали два часа дня. Время ещё было, поэтому я поспешил в свою комнату за баулом, а оттуда сразу же направился в министерство.

    Там я прошёл в приёмную замминистра, что отвечал за это направление, и секретарь, что оформлял меня, узнав, попросил обождать. Он прошёл в кабинет, видимо доложить обо мне, после чего попросил пройти внутрь.

    В кабинете сидел немолодой мужчина с довольно плотным телом, но не толстый. Он с интересом осмотрел меня, особенно баул, который к моему костюму как-то не подходил, и попросил присесть.

    Чиновник оказался профессионалом, он быстро выяснил, что именно я хочу, дал мне три листа с гербами государства и попросил оформить прошение в трёх экземплярах, внести туда своё новое имя и фамилию, подтвердить, что отказываюсь от гражданства королевства и всю остальную мишуру. Когда я всё написал, он внимательно изучил записи, посмотрел на меня и спросил:

    – Арни ки Сон?

    – Да, я выбрал себе именно эту родовую фамилию, – кивнул я.

    Дело было в том, что «Сон» на местном диалекте означало «мороз».

    – Герб и девиз у вас есть или нам заняться этим?

    – Всё у меня есть, – подал я замминистра лист бумаги, где были от руки начерченные рисунки.

    – Сами рисовали?

    – Да, – ответил я.

    – «Словом – делом», хм, неплохой девиз, надо сказать, и главное, ещё не занятый… Оплата у вас с собой?

    – Да.

    – Тогда я сам приму у вас всю сумму и выдам квитанцию. Через четыре дня приходите, документ будет подписан, вы будете внесены в дворянскую книгу королевства, и с той поры будете официально считаться дворянином. Это всё.

    – Хорошо, – кивнул я.

    Достав из баула пять кошелей, я передал их чиновнику, и тот быстро всё пересчитал. Закончив подсчёт, он вернул мне тридцать семь монет. Видя, что я удивлён, он пояснил: монеты времён древних магов стоили немного дороже.

    – Не знал, – признался я, принимая квитанцию об оплате и лишние монеты. – Для меня золото как золото.

    – Бывает, – улыбнулся тот. – Ожидаю вас через четыре дня в это же время.

    – Буду, не волнуйтесь, – уверенно кивнул я.

    Я выписался из гостиницы и переехал к вдовушке, та не сказать, что была довольна, но и не противилась. Вчера мы, конечно, познакомились крепко, но, похоже, она поняла, что отношения у нас будут недолговечными, чисто постельными, поэтому была несколько озадачена тем, что я вернулся. С моей стороны – как ещё провести эти четыре дня приятно и быстро?


    – Ты совсем уходишь? – Вдовушка стояла в дверях, прислонившись к косяку, и грустно смотрела на меня.

    Проверяя, как надета броня, и застёгивая ремни перевязи, я обернулся от окна и, посмотрев на неё, медленно кивнул:

    – Да, я покидаю ваше королевство.

    – Ясно. Если вернёшься, можешь заходить.

    Улыбнувшись, я подошёл и обнял её, после чего, придерживая локтём баул, вышел из дома и направился к калитке. Под подушкой я оставил двадцать монет золотом, серебра около ста монет и почти двести меди. Этого ей хватит до старости. Там же была записка с советом положить всё это в банк гномов или гоблинов и брать, когда нужно. Кстати, я только на третий день узнал, как её зовут. Кали её звали.

    У нас не было чувств, просто оба устраивали друг друга как сексуальные партнёры, поэтому расставались только с лёгким сожалением, что всё это быстро закончилось. Так что как только я закрыл калитку, оставив все свои постельные приключения позади, задвинув их на самые задворки памяти, то перешёл на боевой режим и направился к центральной площади.

    Причина такой моей внутренней метаморфозы – внешне я был обычным – была проста: на меня кто-то открыл сезон охоты. Я ещё два дня назад засёк наблюдение за домом. Вчера, когда стемнело и мы с Кали угомонились, неизвестные попытались проникнуть через сад на участок вдовы.

    Естественно, я в первый же день установил сигнальные плетения на заборе и в саду, замаскировав их скрытом, а то воры ушлые пошли, имеют сканирующие магию амулеты, поэтому засёк их сразу. Ну а пока они медленно передвигались, стараясь не подавить грядки, я мысленно создал плетение иллюзии огромного пса, скопировав его с псины соседей, активировал его и натравил на воров. Двое из четвёрки молниеносно перемахнули через забор, а вот двое других пострадали серьёзно. Иллюзия у меня была самого сложного типа, осязаемая, так что лечить им укусы у мага-лекаря… ещё как лечить! Одному вон «псина» чуть ногу не оторвала.

    Ну, я, мысленно посмеиваясь, вышел из режима дистанционного управления иллюзией. Развеял её и, обновив сигналки, лёг спать дальше. Урок воры получили, но наблюдения с дома не сняли, поэтому, покидая дом, оставив сигналки активными, – если зазвенят, я с любой точки столицы это почую и приду на помощь, – направился к площади, внимательно, с помощью магии, отслеживая все перемещения неизвестных. Я не ошибся, охотились за мной, так как сразу же направились следом, оставив дом без наблюдения.

    – Ну, замминистра, молись, если я не ошибся, – зло пробормотал я.

    Не знаю, кем были неизвестные, но команда у них была спаянная и профессиональная. Они очень ловко сопровождали меня, не попадаясь на глаза, так что, если бы не плетение глаза, я бы их в жизнь не засёк.

    Заметив, что неизвестные начали сближаться, явно собираясь провести акцию, завернув в одну глухую улицу, я мгновенно прижался к забору, и от меня отделилась полная моя копия, которая энергично зашагала дальше, так же придерживая баул.

    Пройти «я» успел всего метров сорок, как иллюзию облучили амулетом с заклинанием паралича, отчего «я» мягко повалился на землю, и ко «мне» метнулась троица. Глядя, как иллюзию обыскивают, я создал ещё одну, с квитанциями Министерства земельного хозяйства. Когда от троицы раздался радостный вскрик, и в руках одного мелькнула «квитанция», а после этого они рассовали по карманам «трофеи», маскируя всё под ограбление, и, дубинкой раскроив череп иллюзии, мгновенно скрылись, я снял с себя плетение скрыта, подошёл к «своему» трупу, развеял его и, задумчиво покачав головой, пробормотал:

    – Урою.

    Поймав шелха, я велел везти меня к Министерству земельного хозяйства. Но не напрямую, нужно потянуть время, чтобы замминистра доставили весть о моей гибели и что всё шито-крыто. Плетения иллюзий «квитанции» и остальных «трофеев» развеются через пару часов, так что, думаю, они успеют всё, что нужно, передать этому чиновнику.

    Наконец коляска остановилась у нужного здания, и я покинул её, направляясь к дверям. А когда мне навстречу попался один из людей замминистра, что участвовал в «моём» убийстве, только улыбнулся ему.

    Оставив его ошарашенно пялиться мне в спину, я поднялся на второй этаж, на ходу сбросив маскировку с перстня мечника и оружия. В приёмной министра меня встретил что-то весело напевающий секретарь. Судя по тому, как расширились его глаза, когда он меня увидел, я понял, что он в доле.

    – Не ожидали? – зло усмехнувшись, спросил я. Подойдя к столу, где лежал журнал посещений, я обнаружил, что это не тот, куда внесли моё посещение, видимо, это был настоящий. – Молодцы, хорошо поработали, только вот в моём случае ваша задумка не удалась.

    Я нанёс свой фирменный удар ногой в дверь, отчего одна створка слетела с петель и рухнула внутрь, хотя двери открывались наружу. Вторая повисла на одной петле, угрожающе покачиваясь. Покосившись на неё, – а ну как свалится на голову? – я прошёл в кабинет и посмотрел на такого же удивлённого чиновника. Надо отдать ему должное, он быстро взял себя в руки и строго спросил:

    – Вы по какому делу, гражданин?

    – Ну как же, – достал я из кармана настоящую квитанцию. – Вы не забыли, что я оплатил за титул графа?

    – Это подделка, да и вас я вижу первый раз в жизни.

    – Могу добавить, что ещё и в последний раз в жизни, – кивнул я.

    Только тут чиновник заметил у меня перстень мечника на пальце и побледнел. Сильно побледнел, я даже испугался, как бы его удар не хватил. Почувствовав опасность сзади – контролировать секретаря я не бросил, – молниеносно подскочил к нему, отрубил обе его руки, что держали какой-то боевой артефакт. Подняв его и стряхнув кисти рук, пока секретарь выл у меня под ногами, я с интересом осмотрел артефакт и сунул в баул. Новодел, но пригодится, изучу, до чего дошли местные умы магического конструирования.

    Даже не посмотрев в сторону замминистра, я заглянул в нижний ящик секретаря, нашёл поддельный журнал посещений, прихватил его и, выйдя из приёмной, направился на поиски кабинета самого министра. Подставившийся чиновник, что таким способом наживался, наверняка я у них не первый, мне был неинтересен.

    Где министр сидел, мне подсказали. День был рабочим, и, к счастью, тот был на месте, не успел никуда умотать с инспекциями, поэтому я, пройдя приёмную, не глядя на довольно большое количество ожидающих посетителей, под возмущенный вопль секретаря толкнул двери, потом вторые, тамбура, и оказался в святая святых.

    – В чём дело? – поднял голову пожилой мужчина, который уже переваливал за черту, когда его можно было назвать стариком, с цепью и медальоном министра на шее.

    В кабинете царила деловая обстановка, министр с тремя помощниками составлял какие-то планы, одновременно подписывая подаваемые бумаги, так что я прервал их в самый разгар работы.

    – В чём дело? – усмехнулся я. – А я вам объясню, в чём дело. Только что ваш зам, который принимает заявки на покупку дворянских титулов, пытался обмануть меня на пятьсот золотых. Я четыре дня назад оплатил всё по факту, сегодня пришёл, а он, оказывается, меня раньше в глаза не видел. Я разозлился. Вот квитанция и поддельный журнал посещений, куда меня внесли. Я требую компенсацию, раз титул мне не достался. Государств много, в другом месте куплю, например, у ваших соперников из королевства Налдавия… Чего замерли или вам тоже руки отрубить, как секретарю зама?

    – Проверь, – велел пришедший в себя от моего спича министр одному из своих людей. Тому, что подавал ему документы на подпись.

    Тот подошёл, забрал журнал и квитанцию. Изучив их, он несколько секунд тихо переговорил с министром, после чего выскользнул из кабинета.

    – Пока мы разбираемся в этом деле, я предложу вам обождать в соседнем помещении. Там вам будет удобно. Есть вино и фрукты, – сказал министр.

    И второй его помощник сопроводил меня в соседний кабинет, где, похоже, министр отдыхал от работы во время работы.

    Лёжа на диванчике, закинув ноги на спинку, я наблюдал за работой министерства. А что? Пока шёл к министру, я успел раскидать по всему зданию плетения глаза, включая приёмную и кабинет министра. Так что был в курсе всех дел этой организации. Узнал: министр не был в доле. Это уже радовало. Его зам успел сбежать и его искали, а сейчас, когда разобрались, что я был прав в своих действиях, они решали, что со мной делать. То есть как задобрить, чтобы эта информация не вышла наружу. Ведь какой удар по престижу государства!

    Самую лучшую идею, которая мне понравилась, предложил один из помощников министра: раз его зам так его подставил, то почему бы за счёт этого барона, а замминистра был бароном, не откупиться? То есть дать мне титул графа и передать мне земли барона, включая всё остальное его имущество.

    Вот министр, гад, сухарь, решил, что это слишком жирно и что с меня хватит титула графа и ста монет золотом компенсации. О том, чтобы вернуть пятьсот золотых, даже речи не шло! У подставившегося барона, естественно, отберут все земли и имущество, но в казну королевства, а не какому-то прощелыге. Сам глава ко мне не пошёл, а отправил своего помощника, того, который больше молчал и не предлагал никаких идей.

    Он вошёл в кабинет, посмотрел, как я благочинно лежу на диванчике, покосился на нетронутые вина и фрукты и сказал:

    – Господин Юрий, мы разобрались в этом деле и вынуждены признать, что вы были правы. Нечистый на руку чиновник министерства уже задержан, в расследование включилась тайная стража. В ближайшее время все причастные будут арестованы и осуждены. После того как большая часть ваших претензий были подтверждены, мы решили, что титул графа и компенсация в размере ста золотых монет в полной мере вас удовлетворят.

    – Вы ошиблись, – возразил я. – Думайте и предлагайте что-то другое. У вас есть ещё два часа, потом я иду к телепортальщикам и перехожу в Налдавию. Там за такого свидетеля и потерпевшего, как я, золотом и землями осыпят. Они ведь не такие нищие, как вы, и будут очень рады поднять шумиху во всех государствах, сообщая, какие у вас тут «хорошие» чиновники и как тут у вас безопасно. Думаю, доходы в казну с этим очень сильно сократятся, и виноваты в этом будете вы. На кого падёт в этом случае гнев вашего короля?

    Несколько секунд чиновник стоял и думал, после чего осторожно спросил:

    – Какие у вас есть предложения?

    – Подписанные документы графа и верните мне мои деньги. Как – это ваши проблемы. Это компенсация. Теперь по моему молчанию: могу магическую клятву дать, хотя вы всё равно её потребуете. Вы подсчитываете стоимость земель и имущества барона, включая стоимость его титула и то, что лежит в банках, после этого передаёте мне это в денежном эквиваленте. Предпочитаю золотом и крупными драгоценными камнями, природными, а не подделками алхимиков. Артефакты не предлагать, они мне не нужны. Время пошло, я его засёк.

    – Я передам ваши пожелания, – слегка поклонился чиновник и вышел из кабинета, а я вновь расслабился и продолжил наблюдать за тем, что происходит в соседнем кабинете.

    Те не боялись, что я подслушаю, на двери были соответствующие плетения. Обойти их легко, но к чему? «Глаз» вполне работал, и я всё видел и слышал, будто нахожусь в кабинете министра.

    Мои пожелания с некоторыми поправками были приняты, счетоводы бухгалтерии министерства довольно быстро начали подсчёт, сколько этот барон стоил. Но было видно, что к сроку, который я назначил, они никак не успевали.

    За это время я был опрошен следователем тайной стражи, он взял с меня показания и оставил в покое, поэтому часть времени я занимался исследованием плетений трофейного артефакта. Они меня разочаровали – хрень. Мои щиты всё равно бы не пробили, хотя маны в накопители залили до краёв, отчего он так и фонил.

    Поэтому, когда помощник министра, который вернулся через полтора часа, вежливо попросил об увеличении срока, – они наконец осознали, что я держу их за горло, – я кивнул, соглашаясь.

    – Завтра в два часа дня я зайду в министерство. Надеюсь, попыток не узнать меня не будет? Поверьте, я в состоянии раскатать ваше министерство, да и королевство по камешку. Не злите меня.

    Тот кивнул и сопроводил меня до выхода. У министра уже давно шла привычная работа, поэтому я покинул здание и пошёл в гостиницу, где уже ночевал. Сняв там комнату на сутки, я оставил вещи и направился на поиски ближайшей школы боевого фехтования. Портье подсказал мне два ближайших адреса из трёх наличествующих школ, и я решил пойти пешком.

    Был шестой час вечера, прохожих хватало, но я благополучно добрался до первого адреса. Хотя и ожидал подлянки от местных, платить мало кто любит, но нет – или не додумались, или честными оказались.

    Здание школы мастера меча Торна Двуглавого располагалось в довольно большом доме. Не в смысле высоты, оно двухэтажным было, а в смысле ширины. Немного постояв на противоположной стороне улицы, разглядывая пешеходов, я направился к входным дверям, пересекая проезжую часть.

    – Я думал, ты так и будешь там стоять, – почти сразу услышал я, когда толкнул дверь и прошёл в аскетично обставленный холл школы.

    Посмотрев на невысокого коренастого мужчину, на поясе у которого висело две сабли восточного типа, наверняка в ханстве обучался, я спросил:

    – Давно засёк?

    – Почти сразу… Мастер меча Торн Двуглавый.

    – Мечник Юрий, пафосное и привлекающее внимание прозвище ещё не придумал.

    – Шутник, – констатировал тот. – Тренироваться пришёл? Малый тренировочный зал у меня свободен.

    – Нет, мастер, хочу сдать на звание мастера меча.

    Тот смерил меня оценивающим взглядом и задал логичный вопрос:

    – Одарённый?.. И сколько тебе лет?

    – Четырнадцать через два месяца будет.

    – Хм, и как ты мечника получил… Что за школа?

    – Учили по саудской, но потом я переобучался по… пусть будет саудская.

    – Хорошо, завтра в три часа дня тебя устроит?

    – Хотелось бы пораньше, в это время я планирую покинуть королевство.

    – Попробую собрать мастеров к десяти. Законы знаешь?

    – Конечно. – Я подошёл к мастеру и протянул десять монет золотом. Сдам экзамен или нет, но владелец школы, где проходит сдача, получает компенсацию. Зачастую его школа получает повреждения. Оплата фиксирована и не возвращается.

    – Завтра в десять.

    – Хорошо, мастер, я буду.

    Покинув здание школы, я направился обратно в гостиницу. Мой поступок был очень хорошо обдуман, это если кто покрутит пальцем у виска. Как я уже говорил, гранд-мастер Эрлин Высокопарный дал мне весь курс лучшей тогда у них академии, а он специализировался в основном по боевой магии, в чём изрядно преуспел. Но в его умения входила не только магия, но и простые средства убийства себе подобного. Естественно, он передал мне и их тоже, и естественно, пока я гулял по пустошам, то освоил их и изрядно подтянул своё тело тренировками и схватками с личами, да и всякими другими мертвяками. Убивал я их не магией, а именно ручным оружием. О животных я уж и не говорю. Да что там, полпустоши были мной практически очищены. Так что уверен я в себе был, ещё как уверен! Только один раз в пустошах мне пришлось уносить ноги, когда из-под земли полезло нечто фонящее магией. Шансов у меня против чудовища, созданного явно демонологом и некромантом, не было, поэтому я возблагодарил судьбу за быстрые ноги.


    Ночь прошла спокойно, да и не беспокоился я – через мою охрану никто не прорвётся: случись в столице ядерный взрыв, все здания посносит, включая гостиницу, а моя комната уцелеет, такие щиты я на неё навесил. Раньше у меня на это энергии не хватило бы, а сейчас, когда я освоил магию до приличного уровня, тратил на всё самый минимум. Теперь я понимал, почему гранд-мастера считаются непобедимыми, опыт применения плетений на это намекал. Так что если кто попробует провести моё тестирование в бою, то перед смертью поймёт – у меня уже уровень гранд-мастера. Ну, надеюсь.

    Проснулся я несколько поздно, в девять, поэтому, быстро собравшись и умывшись в ванной комнате своего номера, поспешил вниз. Через двадцать минут я был у нужного здания, где меня уже ждало четверо мастеров. Торн Двуглавый будет принимать экзамен, соответственно, на ринг со мной не выйдет.

    Мастера мечей после знакомства с интересом меня осмотрели. Это были опытные воины, и мой нежный возраст их нисколько не смутил, то есть меня оценили правильно. Что означало – экзамен будет сложным. Тем более один из мастеров был не мечником, а копейщиком, а эти вообще непредсказуемые в бою воины. Правда, такая школа не особо распространена: одно дело – ходить с мечом или двумя, другое – прийти в гости с копьём. Не совсем удобно, но от этого они менее опасными не становились.

    В комнате отдыха, знакомясь друг с другом, мы попили чай, после чего мастер Торн попросил всех пройти в зал, где и будет проводиться экзамен.

    К моему удивлению, вдоль стен выстроились ученики Торна, а их было двадцать два. Не думал, что можно учить такое количество народа. Судя по родовым перстням, две трети из них – отпрыски дворян. Понятно, мастер деньги зашибает, учиться у подобных воинов стоит дорого.

    – Кто первый? – спросил у мастеров Торн.

    – Я первый, – вышел вперёд копейщик.

    Мы синхронно ступили на доски тренировочной площадки, имевшей размеры пять на десять метров, и, как только Торн ударил в гонг, одновременно схватились за оружие, перемещаясь и не сводя глаз друг с друга, отслеживая все перемещения противника…


    Как только коляска шелха остановилась у каменных ступеней здания Министерства земельного хозяйства, я покинул её и, привычно бросив извозчику пару медных монет, взбежал по ступенькам к дверям.

    После сдачи экзамена, который длился три часа, включая последующий банкет, из-за которого я чуть не опоздал, у меня болело всё тело, хотя я его немного подлечил, благо на меня магия действовала, на других нет: перстни не давали. Ничего, нефиг меня было так жёстко экзаменовать, вот и поплатились. А зал Торн отремонтирует, есть чем. В общем, экзамен я сдал, хоть и слегка покалечив двух мастеров, но перстень засеребрился у меня на пальце. Сам. Торну не пришлось касаться его своим, чтобы активировать как мастера, это заставило его задуматься, но сдачу он подтвердил, теперь я официально именовался как мастер меча Арни Шутник. Сволочи. И ведь выбрали же такое прозвище! Кстати, Торн своё получил не потому, что имел две головы, а потому, что в одном бою одним взмахом сабли срубил голову сразу двум воинам. Тоже не сам выбирал, обозвали так.

    Поднявшись на второй этаж, я спокойно прошёл в приёмную министра, где всё так же терпеливо ожидали аудиенции просители. Пара рож мне показалась знакомой с прошлого раза.

    Секретарь меня сразу узнал и, вскочив, метнулся в кабинет министра, опередив меня на секунду. Вроде показал, что он при работе. Доложил обо мне.

    После этого из кабинета были выгнаны все присутствующие. Остались сам министр и один его помощник. Они подтвердили, что выполнили все наши договорённости, и попросили пройти процедуру принятия дворянского титула. Если кто подумает, что дали бумагу с гербом и всё – фиг вам! С помощью специальных амулетов с меня сняли слепок ауры, копию нанесли на документ, что мне должны были чуть позже передать, потом внесли меня в списки дворян королевства. Это заняло около двадцати минут. Вот теперь всё, документы на графа Арни ки Сона находились у меня в бауле, в специальном жёстком кофре, чтобы не помялись. После этого мне были переданы шесть кожаных кошелей, в которых находились золото и драгоценные камни. Имущество барона местные служащие оценили в одиннадцать тысяч золотом, но мне сообщили, что восемь, ха, как будто я не знаю и не перестал за ними следить! Но в принципе, мне этой суммы хватало, поэтому я на глазах немного злорадно поглядывающих на меня чиновников – думали, я всё не унесу зараз, – убрал кошели в баул и под их теперь ошарашенными взглядами положил руку на артефакт правды, поклявшись, что никому не сообщу о том, что меня пытались кинуть в королевстве. Также я подтвердил, что получил плату за молчание в таком-то размере. После клятвы министр подтвердил, что наши договорённости выполнены, и, придерживая баул, который ни на грамм не прибавил в весе, я направился к выходу. Ещё через двадцать минут, уплатив за использование телепортов три золотых и семнадцать серебряных монет, я тремя переходами достиг столицы империи Сауд – Алькеи.

    Покинув здание, где находились телепорты, я посмотрел на заснеженную улицу, зябко передёрнул плечами и, достав из баула плащ, купленный в герцогстве, – я сам нанёс на него десяток плетений, включая обогрев, – накинул его на себя и завязал шнурок. Когда плетение обогрева заработало, перекинул ремень баула через голову и направился вниз по улице, прикрываясь от ветра, который бросал мне в лицо колючие снежинки. Вообще-то и не особо морозно было, я зимы и посильнее на Земле видал, но ветер пронизывал насквозь. На мне была только броня, сабли находились в бауле, поэтому я и надел плащ так легко, не хотелось привлекать к себе внимание, да и перстень мастера я скрыл. Ни один местный не поверит, что я ношу его по праву, а убивать людей просто так, из-за их недоверчивости не хотелось.

    План на первое время – найти дом, снять или купить, не важно, положить деньги в банк, не стоит ходить с такой суммой при себе, ну и готовиться к поступлению в академию, которое начнётся через два с половиной месяца. Кстати, сейчас в империи на данной широте последние денёчки зимы, мне повезло попасть в такое время, когда ещё властвует мой коллега мороз.

    Но сейчас нужно найти гостиницу, чтобы переночевать, а то вечер уже, вот-вот стемнеет, из-за непогоды гуляющих мало, так, изредка попадаются прохожие да патрули стражников. Конечно, на площади, где располагалось здание телепортов, были гостиницы для дворян, но я уже понял, почему де Курье не селился в них, хотя мог, и я следовал примеру хитрого мага. Всё было просто: дворяне спесивые и вызывают на дуэль по любому поводу, так что проще поселиться в гостинице со средним достатком и не привлекать внимания, хотя, естественно, неприятности везде можно найти. Мне-то пофиг, я только рад подраться, опыт какой-никакой есть, но здесь не хотелось бы привлекать к себе всеобщее внимание. Всё-таки поступаю в местную академию, мне очень нужна их библиотека, не обычная, для студентов, а та, в которой они хранят книги древних магов.

    Спросив у следующего патруля, где находится гостиница, о которой я узнал от портальных магов, наконец добрался до нужного здания и, пройдя внутрь с завихренными за мной снежинками, плотно прикрыл дверь, притопнул ногами. Осмотрелся.

    Ко мне уже заспешил слуга, а за конторку вернулся портье. Я оформился, сняв номер на пять дней. Представился графом ки Соном из королевства Диона, хотя на документах в графе «гражданство» у меня стоял прочерк. Я не имел гражданства и не собирался его приобретать. Ещё чего, оно мне надо?

    После оформления я спросил насчёт ужина, и мне пообещали доставить его в номер, так что спустя двадцать минут я отмокал в горячей ванне классического вида и одновременно ужинал, обгладывая куриную ножку, – рядом с ванной стоял столик на колёсиках, а на нём несколько тарелок, кувшин с соком и стакан, на одной тарелке как раз несколько куриных ножек и грудка. Повар тут был отличный, елось, как своё.

    Так, нежась в ванной и набивая желудок, я размышлял. В принципе, планы-минимум я выполнил: я маг разнообразного направления, граф и довольно обеспеченный человек. То есть на оплату учёбы в академии на коммерческой основе имею. Осталось поступить и учиться, то есть найти те книги, что мне нужны. У меня было практически академическое образование, старик отлично учил меня и дал всё, что мог, так что с книгами по магии древних я был на ты и смогу в них разобраться. У меня в магии были некоторые пробелы, довольно серьёзные, вот именно их я и собирался закрыть с помощью библиотеки академии. Так что следующий этап моих планов заключался в том, чтобы снять или купить дом, в котором оборудовать алхимическую и магическую лабораторию, начав выращивать кристалл для своего замка. Он будет расти где-то около двух лет, можно сразу два кристалла выращивать, третий я не потяну, сил не хватит контролировать. Пока те будут расти, поступаю в академию и ищу нужные книги. Блин, как же плохо, что в библиотеке гранд-мастера, а теперь и моей этих книг нет! Ну не интересовался он этим направлением! Не умел пользоваться телепортами и вообще исключил их из своей жизни. По телепортам теорию он мне дал, но общую, по стационарным, а мне нужны другие, те, которые можно формировать самому и переходить без помощи арки в любое возможное место. Эти переходы не ограничиваются четырьмя сотнями километров – сколько энергии есть, на столько и прыгнешь. Вот именно по созданию этих личных телепортов мне и были нужны знания, и я надеялся найти книги по ним в академии.

    Теперь об этих самых телепортах. Есть телепорты, с помощью которых можно перемещаться по одному миру, вроде сети телепортов, которыми монопольно владела империя Сауд, а можно перемещаться между мирами, они так и назывались – межмировые. Так что мне нужны были двух видов магические учебники: по личным перемещениям и по межмировым. Но учебники последних даже в древние времена были недоступны и давались для чтения только уже состоявшимся магам, так что шансы найти такой минимальны, но чем чёрт не шутит! В принципе, если даже не найду, ничего страшного, демонолог я или нет? Демона найму, у них есть там те, кто специализируется на выполнении этих работ. Главное – учебники по личным перемещениям, больно уж хорошая это штука, чтобы отказываться от идеи овладеть этим умением. Правда, и у них минусы есть. Просто так никуда не прыгнешь, даже представив, куда надо. Пока пешочком не пройдёшь и не поставишь метки в тех пунктах, ты не сможешь прыгать, а поставив, будешь перемещаться только по ним. Многие маги в памяти имели до тысячи таких меток и перемещались куда им нужно. Сложно, но удобно. Это всё по одному миру, в соседний так не прыгнешь, тут межмировой портал нужен.

    Так что если усвою эти умения, то можно и рвануть Землю искать. А что? Да мне там вообще равных не будет! Нет, власть мне не нужна, повеселюсь на Земле, раздам долги, и можно в другой мир уйти. Мне эти идеи всё больше и больше нравятся. Хотя на самом деле хотелось бы найти тихий уголок где-нибудь в большом лесу, развернуть башню и учиться, ставя опыты, тренируясь и снова тренируясь, осваивая магию. Вот такие у меня были планы. Но от мыслей попутешествовать по мирам я не отказывался, очень уж она меня привлекала. Здесь, на Тории… скучно, что ли? Не нравился мне этот мир с устоявшимися законами. Другой хочу, чтобы адреналин пёр и было куда стремиться. Тут, чтобы что-то сделать, требовалось заставить себя. Скучно, как я уже сказал…


    Утром после завтрака я вышел на улицу и, с удовольствием вдохнув свежий воздух, – ну, тот, какой мог быть в столице, где дымило множество труб, – и, осмотревшись, направился по улице. Мне нужно пройти два района, чтобы попасть в тот, где находилась улица с лавками, торгующими разным магическим имуществом, включая амулеты, артефакты и конечно же книги древних. Да всё там продавалось. А так как это дело считали опасным, – бывало, бахало что-то в руках непоседы ученика, отчего страдал не только он, но и строения вокруг, – все лавки ещё лет триста назад перенесли в один район и на одну улицу. Ну а пешком я шёл по той причине, что жить я тут собирался продолжительное время, а город изучить нужно.

    Дважды моё внимание привлекали фигуры в мантиях академии, парни и девушки. Скорее всего, это пятикурсники, только у них был свободный выход в город, у остальных казарменный режим. У моих знакомых, что тут учились, тоже бывших учеников де Курье, пока не было свободного выхода. Ельг, старший из учеников, сейчас должен учиться на четвёртом курсе факультета боевой магии. Он поступил туда, куда хотел, и готовился в будущем пойти на службу империи. Я патриотом не был, и на империю мне было плевать, так что его устремления мне были непонятны, и я считал его ненормальным фанатиком, но он был моим другом, так что мы всё же общались до их поступления в академию. С тех пор я его не видел.

    Проходя по улицам, я внезапно замер и отошёл чуть в сторону, прислонившись к стене какого-то дома. Моё внимание привлекла компания молодёжи, что вывалилась из ресторана и сейчас рассаживалась по наёмным коляскам.

    – А вот и первый, – зло усмехнувшись, пробормотал я.

    Среди компании мой взгляд зацепил знакомое лицо. Один из гуляк был тот, что пытался меня убить. Да-да, я о том первом дне, первых мгновениях появления в этом мире и в этом теле, вернее, в первые мгновения появления. Это не он рубил меня плетью Наргулы, но он подзуживал добить меня, да все они кричали это. Так что он для меня и свидетель, узнаю данные остальных – и жертва.

    Выпустив модифицированное плетение «Глаз», я посадил на ауру парня астральную метку и, насмешливо проследив, как молодёжь с хохотом и гиканьем скрывается за ближайшим поворотом, направился дальше. Этот ещё ходячий труп теперь от меня никуда не денется, мне важнее было убедиться, что в лавках можно купить всё, что требуется. Интересно, там продаются алхимические лаборатории в сборе и, если продаются, есть ли там большие? Мне большую надо. Малыми и средними я кристаллы хрен выращу.

    Добравшись до нужного района, я убедился, что слухи не врали, столица империи действительно огромна, обратно местного таксиста найму. Лавок хватало; заходя то в одну, то в другую, я убедился, что лабораторию нужно собирать самому, в сборе не делают. Ладно, хоть всё, что нужно, есть. Можно, конечно, нанять спеца, но я лучше сам сделаю. Хочешь сделать хорошо – сделай это сам.

    Наконец разобравшись, что в этом районе действительно можно купить всё, что душе угодно, я стал обходить лавки в поисках книг древних. Книгами торговали шесть лавок, магическими, это да, но на их полках я не нашёл древних, только современные. Купил одну по внутренним правилам местной академии, да и всё. На мои вопросы продавцы отвечали, что если им и приносили на продажу интересующие их книги, то у академии был приоритет в покупке, и она им пользовалась, сразу же выкупая древний фолиант за приличные деньги. Один продавец украдкой достал из-под прилавка одну книгу, но я такую уже читал, учебник по боевой магии в направлении воздуха, но всё равно купил за золотой.

    Вернувшись в гостиницу, пообедал, время как раз подошло, и, подхватив баул, направился в банк гномов. Пора было открыть счёт и положить все дополнительные средства на него.

    Там я тоже ненадолго задержался, только гномы, слегка удивлённые той суммой, что я собирался положить, буквально облизывались на мой баул, сообразив, что он безразмерный. Умение создавать такие артефакты было давно утеряно, поэтому гномы посчитали, что это ещё действующий артефакт с древних времён, и пытались у меня его купить, всё повышая и повышая оплату. Но, помня о той сумме, что легла на мой счёт, понимали, что шансов у них нет, хотя остановились они на двадцати двух золотых. По местным меркам это безгранично много.

    Кстати, за процедурой оформления счёта я наблюдал внимательно. К моему большому удивлению, у них был действующий банковский артефакт, которым пользовались во времена древних магов, но уже новодел. Видимо, это был один из их секретов, что они так яро хранили и не делились ни с кем. Идиоты, я всё равно смог пройти через их защиту от сканирования плетения, одним словом, допотопный скрыт, и с интересом изучить его. Надо сказать, что я продолжаю восхищаться древними магами-конструкторами. Столько навертели, что даже я не сразу во всём разобрался. Не думаю, что это работа магов гномов, стиль древних, а гномы всего лишь копируют его, наверняка даже не понимая и половины того что там было наверчено.

    По оформлению: помимо того, что с меня сняли слепок ауры, – кстати, что-то у них там произошло, и они забегали, но недолго, быстро вернувшись к деловому виду, – было и бумажное оформление. Всё это заняло около часа, да и то большая часть времени пришлась на пересчёт монет. И наконец я получил на руки магически заверенную чековую книжку, на которой числилось семь тысяч двести сорок три золотых. Ещё около трёх сотен у меня лежало в бауле на непредвиденные расходы, там же я оставил и два кошеля с драгоценностями. Пойдут мне накопителями на артефакты. Я что, идиот их на простые висюльки использовать? Накопители для артефактов, и только накопители. Именно в них смысл накоплений у одарённых. Чем больше природных камней, тем богаче маг.

    Эти чековые книжки действовали во всех странах, во всех городах, так как гномы имели свои банки везде, разве что кроме государства гоблинов, их конкурентов, да и то в столице один банк был, в основном используемый для торговых дел.

    Убрав чековую книжку в пространственный карман, я направился обратно в гостиницу. В принципе, эти книжки удобная вещь. Их можно потерять и получить новую в любом гномьем банке, причём пользоваться ею мог только я, в чужих руках она не будет работать. В прямом смысле этого слова: её не откроешь, а даже если получится, то подписанный чужой рукой чек осыплется чёрной пылью при отрыве. Плетения древних, что тут скажешь?

    Погода была прекрасная, светило солнце, судя по плетениям в небе, облака разогнали маги-погодники академии, лёгкий мороз пощипывал щёки, ветра не было, я шёл лёгким прогулочным шагом, с интересом поглядывая на горожан и гостей столицы, которые тоже прогуливались по городу.

    Заметив чуть в стороне освободившегося местного «таксиста», который высадил тройку детишек, как я понял, у здания вечерней школы, я громко свистнул, привлекая к себе внимание. Тот лихо подкатился к краю пешеходной дорожки и натянул поводья.

    – Куда желает молодой господин?

    – К Академии магии.

    – Это мы можем, – кивнул тот и, как только я забрался на тёплое сиденье, в коляску был встроен амулет обогрева, надо сказать, удобно, стегнул поводьями по крупу статного коня, и мы покатили по улицам в сторону района, что целиком занимала академия.

    Пока мы ехали, я с интересом изучал книжицу с правилами академии, которую купил в одной из магических лавок. Как оказалось, согласно внутренним правилам, студенты академии покидать её не имели права, но вот родственники или друзья навещать их вполне могли. Мне всё это напоминало зону, из которой я сбежал.

    Наконец вдали я рассмотрел высокую каменную стену, уходящую вдаль. Это была ограда академии, она стояла барьером между обычными районами столицы и магическими. Мы докатились до этой стены и дальше уже ехали около неё, как я понял, в сторону ближайшего входа.

    Я разглядывал плетения, которые были внедрены в стену, что-то их там много было накручено, правда, нормально рассмотреть их не удавалось, скорость была приличная. Когда впереди показались две башни, я понял, что мы добрались до ближайшего входа, поэтому велел кучеру:

    – Высади меня у входа.

    – Хорошо, молодой господин.

    Уплатив «таксисту», я покинул коляску и, запахнувшись в плащ, подошёл к сторожке, у которой стояло до десятка мужчин и женщин, а также две кареты с разными дворянскими гербами. По виду это были слуги, да и де Курье, описывая мне особенности академии, коснулся и тех, что не афишируются. Так вот, среди студентов много дворян, привыкших жить на широкую ногу, ни в чём себе не отказывая. А слуг их не допускали на территорию, так те ждали их у входа и принимали заказы доставить то или иное, и это считалось нормальным. Многие даже не питались в столовой академии, а только из ресторанов столицы. Золотая молодёжь, что ещё скажешь?

    Когда я подходил к привратницкой, двери сами разошлись в стороны, сработало несколько специальных плетений, и я вошёл в большой холл. От конторки отделился студент пятого курса, судя по обозначениям на куртке, с повязкой дежурного и с превосходством взглянув на меня, спросил:

    – Ты к кому?

    Молниеносно нанеся ему удар в солнечное сплетение и не обращая внимания на шокированных моими действиями других посетителей, когда дежурный согнулся, схватил его за волосы и, задрав голову, взглянув в глаза, зло прошипел:

    – Когда обращаются к дворянину, нужно это делать предельно вежливо и со всем положенным этикетом. Вы это поняли?

    Пикантности ситуации придавало то, что студент учился на факультете боевой магии, но даже он не ожидал таких действий от сосунка, как он посчитал, что зашёл к ним в зал заявок.

    – Что тут происходит? – услышал я сбоку и, отпустив студента, посмотрел на другого дежурного, одарённого в ранге подмастерья.

    – Учил этикету вашего студента, – спокойно пояснил я и, слегка склонив голову набок, сообщил: – В вашей академии учатся трое моих знакомых, я хотел бы встретиться с ними.

    – Кто вы им и имеются ли у вас при себе документы?

    – А что, перстня графа у меня на пальце вам не хватает?

    – К сожалению, нет, хотя я вижу по плетениям, что он настоящий.

    – Ясно.

    Слегка повозившись, я сунул руку в баул, а на самом деле в пространственный карман, и достал кофр с документами. Подмастерье их внимательно изучил и вернул, подтвердив, что они подлинные.

    – Кто именно из студентов вам нужен?

    – Ельг, Езор и Люси, бывшие ученики мага-погодника де Курье.

    Дежурный достал папку-планшетник – как я понял, на неё стекалась вся информация по академии, копия артефакта древних, это без сомнения, – и, быстро найдя нужную информацию, сообщил:

    – Я могу вызвать только Ельга и Люси, Езор находится на сдаче зачётов и освободится только через четыре часа.

    – Зовите двоих, – согласился я.

    Подмастерье попросил подождать, пригласив пройти в один из кабинетов для встреч. Покосившись на студентика, который от меня получил за неуважение – тот вернулся за конторку и зло поглядывал на меня из-за неё, – я прошёл к двери той комнаты, на которую мне указал старший одарённый на этих воротах, и, устроившись на одном из диванчиков, стал ждать. Всего таких комнат в этой башне было около сорока, так что хватало.

    Ожидание пролетело как один миг, я в это время продолжил изучать брошюрку по академии, как дверь в кабинет распахнулась и внутрь ворвался радостный вихрь, повисший у меня на шее, счастливо болтая ногами. Это была Люси. Следом зашёл паренёк в мантии факультета боевой магии, я сразу узнал Ельга.

    Покрутившись вокруг своей оси, держа девушку за талию, – а Люси за это время уже стала девушкой, шестнадцать лет как-никак, – я осторожно поставил её на пол. С учётом того, что она была выше меня на полторы головы, став стройной, высокой и красивой, она висела на мне, чуть ли не касаясь коленями пола. Поздоровавшись с Ельгом, я осмотрел бывших учеников де Курье и, пригласив присаживаться, тихо сказал:

    – Я рад, что мы свиделись, но у меня печальные известия. Де Курье погиб в пустоши. Месяца четыре назад.

    – У нас?

    – Нет, в той, что между гоблинами и герцогством. Мы отправились по просьбе его друга помочь с поисками, так как тот узнал, что учитель в последнее время занялся ремонтом артефактов древних, то есть разбирается в их плетениях. Учитель ему был должен услугу и не мог отказать, а там… Тайная стража герцогства за нами следила и, когда мы нашли башню мага, ещё действующую, атаковала нас. Выжили немногие, да и тех при возвращении начали уничтожать. Я чудом выбрался. Вот такие дела.

    – Жаль учителя, – со слезами на глазах прошептала Люси.

    Она была любимицей у де Курье, тот относился к ней хорошо.

    – Это да.

    Мы ещё немного повспоминали, но юношеский максимализм взял своё, мы перешли на тему учёбы, оба студента с горящими глазами рассказывали о своих успехах. Люси порадовала: её успехи были очевидны, а вот Ельг с фанатичным блеском в глазах описывал все прелести военной службы, куда он собирался пойти после окончания академии. Не понимаю я его.

    Я слушал собеседников, описывающих свои достижения, но о себе ничего не рассказывал. Наконец Люси очнулась:

    – А ты? Что о себе молчишь? Как ты сам без учителя?

    – Я?.. – переспросил я и на несколько секунд завис, размышляя, что можно сказать, а что не стоит. – Я вполне неплохо себя чувствую. Даже дворянский титул выкупил в королевстве Диона. Когда мы прорывались из окружённого лагеря, я подхватил сумку барона, друга учителя. Там были деньги. Они позволили мне покинуть страну и выкупить титул. Ну а потом я вернулся в империю. Вот, думаю весной поступать в академию.

    – Это хорошая идея. Просто отличная, – довольно закивал Ельг. – Ты будешь один из самых сильных на боевом факультете, империи нужны такие одарённые, как ты.

    Посмотрев на него, как на больного, в принципе я его таким и считал, это ещё до поступления в академию было видно, я повернулся к Люси и, взяв её за руки, негромко сказал:

    – Думаю, мне пора. Через неделю ещё раз встретимся. Хорошо?

    – Хорошо, – кивнула та.

    – Езору привет передавайте. Может, в следующий раз увидимся.

    Мы тепло попрощались и разошлись, я направился к выходу, а студенты в сторону дверей, что вели на территорию академии, покидать её им пока было нельзя. Встреча с бывшими учениками де Курье мне даже понравилась, особенно искренняя радость Люси. Девушка заканчивала второй курс факультета лекарей и сдавала экзамены, чтобы перейти на третий в группу целителей. Ельг переходил с четвёртого на пятый курс, а Езор с третьего на четвёртый, он учился на факультете бытовиков.

    Когда я вышел на улицу, то ко мне лихо подкатил тот же экипаж, оказывается, тот ждал кого-нибудь из студентов, но за два часа ни один не покинул стены академии, а вышел я, вот он и решил снова подобрать меня. Забравшись в коляску, я велел везти меня в гостиницу, сообщив адрес. Уже вечерело, и я наблюдал, как к входу в академию двигаются вереницы карет, слегка закупорив нам выезд. Для обеспеченных студентов-гурманов доставили ужин.

    * * *

    На следующее утро после завтрака в ресторанчике гостиницы я пообщался с портье – обычно они самые информированные – на предмет покупки или аренды дома. Тот удивлённо посмотрел на меня и, взяв со стойки из стопки какой-то сложенный пополам большой лист, протянул его мне:

    – В разделе объявлений.

    Я и забыл, что в империи есть газеты, хотя, когда жил в замке де Курье, почитывал их для саморазвития, учитель «Дворянские вести» выписывал.

    Газет было шесть, я взял все свежие номера и, вернувшись к себе в апартаменты, стал изучать новости как империи, так и других государств.

    Одну газету я сразу отложил в сторону – сплетни о дворянах меня мало интересовали, но внизу были объявления о продажах разного имущества, включая недвижимое. Потом изучу. Мне дворцы не нужны, надо сказать, я на них насмотрелся во время прогулок и поездки к академии, мне нужен обычный дом с большим и глубоким подвалом.

    Из новостей больше всего меня шокировало то, что в герцогстве, которое я так поспешно покинул, в его столице произошёл взрыв, отчего была разрушена треть города и погибло более тридцати тысяч человек. Серьёзно пострадал дворец герцога. С того времени уже прошло десять дней, поэтому все немного успокоились, и я прочитал статью корреспондента, что там побывал, и даже смог сделать фото, которое я с интересом стал рассматривать. А когда прочитал, что предположительно взрыв произошёл в подвале здания тайной стражи герцогства, вся мозаика сложилась, и я понял, кто стал косвенным виновником этой трагедии. Тогда, когда меня поймали в ловушку с помощью левого телепорта, я, разбрасывая мины-артефакты, бросил так же и «Свет зоричей», единственный собственноручно созданный мной сверхмощный боевой артефакт, но удивляло, что уничтожена всего треть столицы, там от неё вообще ничего не должно было остаться. Видимо, какое-то время защита подвала здания тайной стражи ещё держалась, пока не разрушилась и взрывная магическая волна не вырвалась наружу, это, похоже, и ослабило её.

    Изучив эту статью, я довольно кивнул и задумался о создании ещё одного, а лучше двух таких артефактов. Тогда на него у меня ушёл огромный рубин, который я нашёл в развалинах дома одного города, нужно посмотреть в моих запасах драгоценных камней, найду я подобный или нет. А о том, что там якобы люди погибли, последняя цифра – тридцать четыре тысячи семьсот шестьдесят один человек, около двухсот пропали без вести, и завалы до сих пор разбирают, я особо не переживал. Тайная стража пыталась меня захватить, вот пусть и отвечает… если кто в живых там остался, в чём я лично сомневаюсь. В газетах этого нет, но, думаю, глава тайной стражи точно погиб, нож я хорошо бросаю.

    Весело насвистывая, я просмотрел другие газеты. Информации было много, но я её особо не запоминал. Ну кого волнуют соревнования одарённых в столице империи, которые начинаются через два дня? Это был местный прототип земных Олимпийских игр. А вот газета, которую выпускали для купцов и торговцев, очень заинтересовала меня. Всего я обнаружил три газеты с объявлениями о продаже домов, это были «Дворянские вести», специальная газета для выкладки объявлений и предложений «Столичная сплетница», ну и «Деловой мир», которую я сейчас держал в руках. Причём многие объявления полностью повторялись в разных газетах, видимо, владельцы, желающие избавиться от своих домов, выкладывали объявления где только можно.

    Меня заинтересовало три предложения. Один дом, можно сказать, усадьбу продавал дворянин через риелтора, два других были чисто купеческими. В дворянской усадьбе меня привлекло то, что земли там было много, а в купеческих домах – подвалы. В газетах было полное описание домов с их преимуществами.

    Свернув одну газету, – это была «Столичная сплетница», где были все три объявления, – я оделся, подхватил баул и покинул номер. Сейчас десять утра, судя по часам на ратуше, время объехать все три дома и прицениться есть. Может, даже сразу куплю себе какой. Чего тянуть?

    Портье подозвал ближайшего «таксиста», они часто дежурили у гостиницы, после чего я поблагодарил его медной монеткой и, забравшись в коляску, велел везти меня по первому адресу, в дворянскую усадьбу.

    * * *

    При приближении к нужному району я велел кучеру притормозить до самого малого хода и удивлённо стал рассматривать обширные территории эльфов. Как я понял? Да просто. Только у них может быть среди зимы островок лета. Да, за живой изгородью цвели и зеленели лужайки, летали птицы и бабочки. Вдали в роще было что-то вроде живого дома, но самих эльфов я не увидел.

    – Посольство эльфов, – пояснил кучер, заметив мой интерес.

    – Я уже понял, – рассеянно ответил я.

    К моему удивлению, нужный дом с приусадебным участком был соседним с посольством эльфов.

    Риелтора на месте не оказалось, как и хозяев дома, но была прислуга, на лицах которых был плохо скрытый страх. Меня это заинтриговало, и я внимательно осмотрел территорию усадьбы от входа, разглядывая узоры охранных плетений на заборе. Не иначе подмастерье делал, криво и вкось. Заметив кое-что интересное, я чуть улыбнулся и посмотрел на возвращающегося к калитке, в которой я стоял, местного конюха, его оставили тут на хозяйстве. Кроме него, был ещё кто-то, но кто, мне не доложили.

    – Ваша светлость, я отправил за господином Жесюином посыльного, а пока он прибудет, мне дали разрешение показать вам дом и приусадебные постройки.

    – Хорошо.

    – Идёмте за мной, я вам всё покажу.

    Наёмная коляска осталась дожидаться меня, а мы по расчищенным от снега дорожкам направились к дому. Слушая конюха, я с любопытством оглядывался.

    Надо сказать, вкус у владельца был, сделано всё было красиво и дорого. Забор, что ограждал территорию усадьбы со всех сторон, был не кирпичный, а железный, кованый, на каменном фундаменте. То есть с улицы всю территорию было видно между прутьями, а изнутри всё, что происходит на улице. Это пока был один минус, с другой стороны железо идеально подходит для долговечных охранных плетений.

    От отдельной калитки и въезда для колясок мы шли около ста метров до небольшого, но на удивление уютного на вид двухэтажного особняка. На входе была большая каменная терраса, поддерживаемая десятью высокими колоннами. Крыльцо с каменными ступеньками, слегка очищенными от снега. За домом я рассмотрел рощицу и, кажется, замерзший пруд рядом. Слева были конюшни и дровяной сарай, справа – флигель для слуг. Судя по дымку, он был обитаем. Наверняка конюх там и проживал. Ах да, у рощи ещё была беседка. Вот и всё, что располагалось на довольно обширных землях усадьбы. Гектар она занимала, не меньше.

    – Скажите, любезный, – обратился я к конюху, когда мы у входа оббивали от снега сапоги, – а у владельца не было трений с ушастыми соседями? В смысле, не ругались ли они?

    Конюх как-то замялся, пробормотав что-то, и сказал, что ему это неизвестно, на что я только улыбнулся.

    Здание было протоплено, причём не дровами, их использовали только на кухне, готовя пищу, а специальными плетениями обогрева. Дом мы осматривали где-то полчаса, пока не прибыл риелтор. Сам особняк мне понравился, даже очень. Было видно, что строили его со вкусом и под себя. Большой подвал, в одной части винный погребок, в другой – склад для разнообразного имущества. В общем, идеальное место для моей лаборатории. На первом этаже довольно приличный холл, справа – большой зал для приёмов, занимающий треть первого и второго этажа, слева кухни с кладовыми, впереди красивая лестница на второй этаж, за ней вход на лестницу в подвал. Обеденный зал со столом на двадцать персон, библиотека, пустая, кстати, и кабинет владельца с выходом в сад к пруду.

    На втором этаже были хозяйские апартаменты из трёх комнат с выходом на террасу, не расчищенную от снега, ещё один кабинет владельца, но уже не для приёмов, а для работы. Десять гостевых комнат, большая комната для отдыха с диванами и карточными столами, чтобы гости не скучали, и небольшая лестница на чердак. Я на него тоже поднялся, не поленился. Его изучение также принесло мне много нового, поэтому, когда я спускался на второй этаж, то, встретив внизу риелтора, улыбнувшись, сказал:

    – Похоже, хозяин крепко разозлил эльфов. Что он им сделал?

    – Простите, ваша светлость, но я этого не знаю.

    Всполохи в его ауре означали, что он мне нагло врал. Хмыкнув, я покачал головой и сказал:

    – Усадьба мне нравится, но вот слухи об эльфах… Судя по тому, как синхронно скривились риелтор и конюх, слухи таки ходили. Ткнул пальцем в небо и попал. Эх, надо было кучера расспросить, наверняка он многое знает об этом доме.

    – Это всё именно слухи, – сперва промямлил риелтор, но быстро пришёл в себя и спросил: – Думаю, если вам понравился дом, то и цена вас устроит? Пятьдесят золотых?

    С учётом того, что такой дом с участком стоил порядка ста золотых, цена тоже была крайне низкой. Задумчиво смерив риелтора взглядом с ног до головы, я оглядел лестничный холл, множество дверей, коридор и, покосившись в окно неподалёку от лестницы, из которого был вид на посольство эльфов, кивнул:

    – Меня устраивает цена. Беру.

    Мы прошли в кабинет владельца на втором этаже. Там были все нужные писчие принадлежности, и, подписав все договоры, к удивлению риелтора и конюха, – те даже подумать не могли, что я ношу с собой такие деньжищи, – достал кошель и отсчитал нужную сумму. После этого конюх остался в усадьбе, начав собираться, он должен был после продажи выехать на земли прежнего хозяина, маркиза де Суне, а мы проехали в местное Министерство земельного хозяйства и записали покупку на меня. Всё, с этой минуты я стал владельцем неплохого особняка почти в центре столицы. По крайней мере, дом находился в приличном районе.

    Когда мы с риелтором вернулись в усадьбу, конюх и его жена уже были готовы, у выезда стояла запряжённая в нагруженные сани лошадка, дом я покупал без живности. Всё проверив, я подтвердил, что покупка в порядке, и отпустил риелтора и конюха. Всё, я остался один в собственном доме.

    Посмотрев, как сани выкатились на улицу, я подошёл к калитке и начал изучать плетения на заборе. Риелтор мне передал ключ-артефакт для управления охраной усадьбы. Поэтому, активировав его, запирая ворота, я проследил, как работают плетения, и, презрительно хмыкнув – придётся всё переделывать, направился в конюшню, прижимая к боку баул. Ремень длинный, при ходьбе, когда на плече висит, болтаться начинает, но так удобно быстро его скидывать в случае схватки.

    В конюшне было тепло, плетения обогрева действовали, но, так как ни одного животного в десятке стойл не было, я отключил их. Нечего энергию зря переводить. В дровяной сарай я не стал заглядывать, и так знал, что он был наполовину полон, а пошёл во флигель. Его я тоже осмотрел, только плетения обогрева отключать не стал, пусть топится. Кстати, надо будет чуть позже накопители зарядить, заряд к концу подходит, после зарядки те полгода работать будут до следующей подзарядки. Только после того, как я прогулялся у рощи и пруда, пройдясь мимо забора с посольством, разглядывая плетения, я, снова на пороге дома оббив от снега сапоги, счастливо вздохнул и вошёл в холл, пробормотав:

    – Дом, милый дом.

    Ещё раз вздохнув, я направился на кухню. Нужно раскочегарить плиту и приготовить себе ужин. Обед-то я пропустил. Небольшой запас продуктов в одной из кладовых был, как и посуда для готовки, но мелочь, нужно заняться покупками.


    Через час, сидя в кабинете на первом этаже, забросив ноги на стол и попивая вишнёвый сок, найденный в бочонке в кладовой, я размышлял вслух:

    – Все плетения в усадьбе хреновые, как бытовые, так и сторожевые… Хотя сторожевые на заборе оставлю для маскировки, просто под ними уже нормальные наложу, упрятав их под скрыт… Мебель вся есть, но кое-что нужно дополнить, сделаю её бытовой магией. Закончу с домом и приусадебным участком, можно будет начать и лабораторию в подвале создавать… Хм, слуги нужны, но живые не подойдут. Язык могут распустить, а накладывать на них заклинание подчинения… Проще големов сделать, заодно будут последним рубежом обороны… Да, так и сделаю. Как раз времени хватит до поступления в академию. Даже накопители-кристаллы начну делать. Там дальше они и без меня расти будут… Хм, хотя их раз в месяц прикармливать надо… Значит, придётся делать арку телепорта в подвале дома и в своей комнате студенческого общежития, первокурсникам же нельзя покидать территорию академии… А как мне её замаскировать?

    Почувствовав, что мысли начали утекать, я проверил сок. Да нет, на самом деле сок, но почему-то голову туманит не хуже вина. Запустив заклинание малого исцеления, я провёл диагностику собственного организма и, ещё раз изучив сок, засмеялся:

    – Ах, хитрецы! Пыльца фионы!

    Эта пыльца не диагностируется магически, понять, что находишься под её воздействием, можно, только прочувствовав симптомы. Поэтому определив, что я под воздействием естественных психотропных препаратов, вывел их из организма и провёл ещё одну диагностику.

    В том, что маркиз, прошлый владелец усадьбы, чем-то насолил ушастым, я теперь не сомневался, против него шла диверсионная война. Прорехи в заборе с посольством да скрытые заклинания на чердаке подтвердили это. Ничего серьёзного эльфы не использовали, просто пугали. На чердаке находились в свёрнутом виде довольно неплохие иллюзии разных монстров, что будили хозяев и слуг по ночам. Даже два духа было. Я их пока не трогал, во-первых, на меня они бы всё равно воздействовать не смогли, слишком хорошая защита на мне, во-вторых, буду менять плетения, уберу их, не всё сразу.

    Посмотрев за окно, там уже начало темнеть, я собрался, оделся и вышел из дома, активировав охрану, после чего направился к выходу. Кучер наёмного экипажа, что привёз меня сюда и возил с риелтором в министерство, был отпущен ещё до наступления темноты, но позже должен был подъехать и забрать. Судя по тёмной массе у ворот, он уже прибыл и терпеливо ждал меня. Покинув территорию усадьбы, я так же активировал охрану ворот и, забравшись в коляску, велел везти меня обратно в гостиницу. Ночевал я сегодня в ней, но завтра собираюсь переехать в свой дом и начать приводить его под себя.


    – Подними левую опору, – приказал я и, как только боевой голем поднял одну ногу, залез под него и вставил в держатель запасной накопитель из природного изумруда, после чего закрыл лючок и выбрался обратно. – Опусти опору. Тест.

    Голем, управляемый духом, который сидел внутри, подвигал всеми конечностями и гулко сообщил механическим голосом:

    – Тест пройден успешно. Работоспособность голема сто процентов.

    – Так, задачу ты уже получил. Сейчас к Генералу, потом пройди в арсенал, вооружись и приступай к службе. Выполняй.

    – Есть.

    Голем развернулся и, по лестнице поднявшись из подвала на первый этаж, скрылся за дверью. Правда, она почти сразу распахнулась и в подвал начала спускаться тётя Дила. Тоже голем, просто дух, что сидел внутри, принадлежал самому известному шеф-повару четырёхсотлетней давности, слухи о кулинарных шедеврах которого докатились и до этих эпох, и был женского пола. На големе был белый накрахмаленный передник и поварская шапка.

    – Арни, – обратился мой личный повар ко мне женским голосом сорокалетней дамы, – ты уже на час обед пропустил, я принесла его тебе.

    – Обед? – удивился я, укладывая инструменты на специальный столик. – А сколько времени?.. Блин! Сегодня же первый день приёма в Академию магии!

    – Куда?! – рявкнул голем и перегородил мне дорогу. – Пока не поешь, никуда не пойдёшь! У тебя растущий организм, и я не позволю тебе губить его!

    Плюхнувшись на стул, я отгрёб в сторону колбы с реактивами и пронаблюдал, как голем накрыл стол, ставя с подноса тарелки на столешницу. После чего быстро заработал челюстями, поглощая удивительно вкусно приготовленные блюда, при этом изредка бросая злобные взгляды на тётю Дилу. Я не любил, когда мне мешали воплощать в реальность свои планы. И ведь не в первый раз она так отвлекает меня от исследований и заставляет поесть, причём, бывало, и силой, когда я отмахивался. Мне кажется, что я слишком много воли ей дал. М-да, и ведь не ей одной.

    За эти два с половиной месяца я превратил свою усадьбу в неприступную крепость, ожидая её проверки на прочность со стороны эльфов, но, к моему удивлению, те со стороны наблюдали, как я устраиваюсь, и не лезли. А ловушки их и плетения я деактивировал и убрал. Они, конечно, были очень интересные, но замешаны чисто на магии леса, мне они не подходили, хотя пяток их плетений я включил в свой арсенал. Те, которые мог использовать.

    Я обставил все комнаты теми предметами мебели, которые там отсутствовали, видимо, хозяин забрал, когда съезжал. Заменял, естественно, на магически созданную. Но всё же кое-что докупил, по мелочи. Магическая лаборатория в подвале уже две недели как действовала, и дух дома, бывший магистр магии, внимательно следил за выращиванием двух огромных кристаллов будущих накопителей. Уже появились первые зерна, которые в будущем станут огромными сверхпрочными магическими кристаллами.

    Теперь о големах и духах. Месяц назад я создал первого голема, это была боевая тренировочная машина, и остановился на том, что мне некого было совать внутрь. Мысль поймать какого-нибудь уличного разбойника и посадить его дух в специальный амулет управления как пришла, так и ушла. Мне нужен был разумный дух, который мог управлять и подчиняться, поэтому, поразмыслив, я решил обратиться к демонологии. А что? Души умерших в этом мире по специальным каналам поступали в соседний, мир демонов. Это всегда так: есть один мир, к нему обязательно присосутся другие с демонами и богами для равновесия. В этом мире был также и пантеон богов, но они были какие-то мутные, пытался я сунуться к ним, так еле ноги унёс. Проще с демонами договориться, те легко продадут душу, а вот местные боги своими батарейками делиться не желали категорически. Кстати, что для богов, что для демонов души были нужны только как батарейки и никак иначе, оба этих мира высасывали их досуха, до полного уничтожения. Разве что ещё боги подпитывались ритуалами, которые проводили местные церковники, что позволяло держать паритет с демонами. Так что паразиты и те и другие, но без души они жить не могли, погибнут. Да и то, что к демонам идут только те, у кого тёмные пятна на душе, а в местный рай только со святой и чистой душой, тоже полная чушь. Кто успел захапать душу, тот и в плюсе. Кстати, демоны в этом быстрее и души людей хапали больше, соответственно, и выбор душ у них куда больше.

    Так вот, я на тот момент ночными охотами наловил живьём тридцать разбойников, в основном гопстопщиков. Но было даже двое из тайной братии плаща и кинжала, в смысле, мои коллеги, наёмные убийцы.

    Вот за них я и выкупил у демонов восемь душ, что хранились у тех с давних времён. Сначала для моего фехтовального тренировочного голема, который я последние три недели нещадно эксплуатировал по три-четыре часа тренировок с саблями и мечами. Демон, которого я вызвал, работал по контракту, плата его удовлетворила, две души за одну, но с моим выбором, и четыре души разбойников за душу мага. Первый заказ – на душу лучшего фехтовальщика современности. После долгого выбора по списку, предоставленному демоном, я выбрал душу мастера меча времён древних магов Галла Двурукого, который прославился в те времена как отличный воин и великолепный учитель. Хотел я гранд-мастера найти, но, к сожалению, они выходили на такой уровень боевого искусства, что демонам были неподвластны, не попадали они в местный ад и рай. Это я о гранд-мастерах магии и меча. У них был свой путь, но, к сожалению, я не знал какой. Только догадывался, что их после смерти ждало перерождение. Не спрашивайте, что это, сам не знаю, только догадки были.

    Душу я получил в специальном сосуде со всей памятью и умениями, за что отдал трёх разбойников. Пришлось в специальной пентаграмме лишить их жизни, отчего демон-контрактник мгновенно их поймал и, довольный первым исполненным контрактом, отправился к себе.

    Мастер Галла, который за эти шестьсот лет успел изрядно устать от скуки, – его душа была нужна демонам только для подпитки, – радостно встретил своё фактическое освобождение, и я, после того как мы заключили с ним соглашение и двухдневных работ, поместил его в специальный амулет, а тот убрал в фехтовального голема. Одно плохо: души, что побывали батарейками у демонов, в новое тело не вернёшь, они безвозвратно испорчены, а вот поместить в амулет, а потом в голема – это пожалуйста.

    Галл владел тем же боевым стилем «Кронг», которому меня обучил гранд-мастер боевой магии Эрлин Высокопарный. Он разобрался, как я стал мастером, провёл первичные тренировки, проверяя мой уровень, – как и ожидалось, я по древним меркам едва дотягивал до мастера, – и, составив график обучения, занялся мной. А так как я любил заниматься своим боевым совершенствованием не меньше, чем магией, то охотно тратил по несколько часов в день, работая с ним. Зал для балов был отведён мной не только для тренировок в «Кронге», но и с усилением специальными плетениями стен стал тренировочной площадкой, где я также занимался магией, набивая руку.

    Вторым стал мастер магии бытовик Арлин Златоглавый. Он тоже был времён древних магов и, немного освоившись, стал управляющим в моём доме, ворча, что я в некоторых местах обороны оставил прорехи, и под его присмотром я заделал их. Он стал моим учителем по магии, щедро делясь своим опытом. Жаль, что только в теории, в практике он мог лишь управлять подотчётным ему имуществом, но не использовать магию. Духам это было неподвластно.

    Третий дух был выбран не мной, а обоими учителями, которые знали его только с лучшей стороны. Это был дух генерала Мерна Жёсткого, графа Рудского. То есть дух самого известного генерала, сражения которого до сих пор описаны в некоторых военных трактатах для служебного пользования. Для него мне пришлось срочно создавать настоящего боевого голема, а это дело непростое. Ну а Генерал, я его так и называл, по званию, взял охрану дома на себя. Он же и посоветовал мне создать боевой отряд из големов, причём посадить внутрь его офицеров. Он был в курсе, что их души хранятся у демонов. Правда, не все, некоторые души его друзей демоны выпили до дна за это время. Да и вообще душ с древних времён у демонов осталось крайне мало, повезло, что этих-то смог найти.

    Следом за Генералом я создал голем и выкупил душу тёти Дилы, вот уж о чём не пожалел ни разу. Готовила она действительно превосходно и души во мне не чаяла… если, конечно, я не отказывался есть всё ею приготовленное. Зачастую такое случалось из-за нехватки времени или очень важного задания, в результате меня кормили силой. Ничего, привык уже.

    После поварихи я создал ещё пять големов, все боевые. Сегодня был создан и активирован последний перед поступлением в академию, с духом барона майора Де Геонома, бывшим командующим тяжёлой латной конницей в армии Генерала. Он пока не освоился, поэтому и голос скрипуч, и эмоций нет, но это дело времени. Его бывшие сослуживцы ждут его наверху.

    Так что на этот момент у меня в доме было девять духов. Шесть в боевых големах с Генералом во главе, один в тренировочном, один в бытовом и последний в амулете управления дома. Сделал бы больше, но из-за разнообразной работы – что успел, то успел. Занимались они охраной, патрулированием территории в ночное время, днём не показываясь на глаза. Свободное время проводили в подвале. Там для них было организовано в закутке место отдыха, где они играли в карты, уже три колоды до дыр истёрли, черти. Големостроение было сложным искусством и в империи считалось привилегией государства. То есть могли строить их только государственные мастерские и отправлять в армии. Да и то машинки были так себе, рухлядь. То ли дело мои, совершенные, я целую магическую кузню и литейное производство организовал с помощью своей большой магической лаборатории.

    Кроме этих работ я занимался и другими, например, установил в подвале арку стационарного телепорта, а местные маги думают, что только они монополисты, а вторую, разборную, опробовал. Я её развернул за чертой города, прошёл в подвал и обратно. Работает, одним словом. Потом эту арку свернул и убрал в пространственную сумку. Еле поместилась.


    Размышляя о своих успехах, я доел тушку перепёлки – вот ведь, даже не оторвёшься, настолько вкусна, – искренне поблагодарил повариху, она хоть и железная, но душе приятно, когда благодарят за работу, и стремглав рванул по лестнице наверх. Через полчаса, когда я принял душ и стильно оделся – успел за эти месяцы обновить свой гардероб, – осматривая себя в зеркале на первом этаже, раздался стук в дверь, и я крикнул, чтобы заходили.

    Позади открылась дверь, и появилась тяжёлая фигура боевого голема модели «Офицер-координатор». Я спросил:

    – Генерал, что там с Майором?

    – Осваивается, – рокочуще прогудел тот. – Пока в арсенале пробует все те игрушки, что ты наделал с помощью магии.

    Это не было сбоем в тембре голоса. Оказалось, у Генерала при жизни был именно такой голос и менять он его не собирался.

    – Пусть в тренажёрном зале потренируется с освоением, думаю, Галл ему в этом поможет. Кстати, где он?

    – К соседям прибавление прибыло, наблюдает за ними из кустов. Остальные там же.

    – Много?

    – Ушастых? Около полусотни. Дети тоже есть.

    – Понятно. Ну, вы смотрите, особо не веселитесь здесь, как я уже просил, не показывайтесь на глаза, по остальному всё так же. До моего возвращения – полная охрана дома и приусадебного участка.

    – Сделаем, – кивнул массивной головой голем.

    В это время ко мне от кухни поспешила тётя Дила со свёртком пирожков. Как я понял? Так пахло ими!

    – Вот, пирожки завернула на дорогу, – всхлипнула та.

    Повариха у меня была очень чувствительная и добрая, это было хорошо, повар должен быть добр, иначе какой он повар?

    – Не волнуйтесь, не сегодня завтра я вернусь и навещу вас.

    – Ни пуха ни пера, – пожелал Генерал, успевший выучить с моей помощью множество подобных присказок.

    Послав его к чёрту, я выбежал из дома, придерживая новенький баул, не тот, с которым прибыл в столицу два с половиной месяца назад, а новый, тоже с плетением большого объёма, помахал рукой парням, которые прятались у забора с посольством и следили, что происходит с той стороны, и поспешил к калитке.

    Заперев дом, я активировал охрану собственноручно созданным ключом-активатором и поспешил в сторону района, где располагалась академия. Через пару минут мне попалась наёмная коляска, и, остановив её, я уже с шиком покатил к Южным воротам, где собирались соискатели на места в академии.

    Там заполонила улицу и её соседние огромная толпа, где соискателей и одарённых было едва десять процентов, остальные или родственники, или просто горожане, пришедшие на празднество. Все пять дней, что работает приёмная комиссия, не были праздничными, только первый, именно поэтому здесь было столько народу. Вечером ещё и салют будет, ознаменовывая первый день работы приёмной комиссии. Тоже традиция в своём роде.

    Покинув коляску на соседней улице и расплатившись с возничим, я поспешил в сторону ворот, нужно было подать заявку и зарегистрироваться.

    Обычно в год в академию поступают пятьсот пятьдесят – шестьсот одарённых. С учётом того, что империя раскинулась на обширных территориях и имела население в двадцать семь миллионов человек, это была капля в море, к тому же пятнадцать– двадцать процентов студентов – граждане других государств. Так что учили здесь на совесть и исподволь подталкивали на службу государству. На вольные хлеба уходили не многие. Только те, что слабее. Хорошо тут психологи работали.

    Ловко пробираясь в толпе, я пальцами по болевым точкам заставлял отходить всех, кто стоял на моём пути, в сторону и спокойно шёл к нужным вратам, в которые то заходили, то выходили молодые четырнадцатилетние одарённые. Были и взрослее, у кого дар обнаружили не сразу, но те учились в других потоках, с малолетками вроде меня их не мешали.

    Если бы кто посмотрел сверху, то меня можно было бы принять за корабль, что шёл прямо по бушующему морю: за мной так же оставалась кильватерная струя из стонущих граждан. А нечего такой плотной толпой стоять, могу и по головам пройти, обучен. Галл просто отличный учитель.

    Выйдя на открытое пространство, я направился прямо к воротам, а мне вслед неслись проклятия и угрозы. Уступив место выходившей из привратницкой девушке в дворянском платье, я вежливо ей поклонился и, скользнув глазами по её фигурке, – отчего та залилась краской, но, быстро справившись с собой, с гордо поднятым носиком направилась к родным, – открыл дверь и вошёл в холл.

    Там в большом помещении стоял длинный стол, за которым сидели шесть магов, перед каждым находилась табличка с названием факультета.

    – Подойдите к артефакту, положите на него руку и после сканирования уровня вашего дара подойдите к выбранному факультету, – скучающе и привычно сказал студент пятого курса с факультета бытовиков, который стоял у входа.

    Кивнув, – я и так знал, что делать, – подошёл к подставке, на которой лежал самый обычный камень, но это на первый взгляд, на самом деле это был мощный артефакт, положил руку на его гладкую, зализанную морскими волнами поверхность и дал себя просканировать. Я знал, как обмануть артефакт, и тот высветил нормальный для меня уровень дара. Первый. Хотя на самом деле у меня был более высокий – ноль-плюс.

    Маги за столом оживились, тот, что сидел за табличкой боевой магии, орлом огляделся, он не сомневался, какое направление я выберу. Однако, ко всеобщему удивлению, даже студент у входа открыл рот, я подошёл к факультету бытовиков.

    – Эй?! – возмутился боевик. – Ты чей ученик?

    – Де Курье, – пожал я плечами и стал копаться в бауле, пытаясь найти свои документы. Ведь специально отложил.

    – Де Курье… де Курье, – закопался тот в своём планшете. – Есть такой. Погиб полгода назад. Значит, так: так как у тебя нет наставника, я, пользуясь своей властью, решил, что ты будешь учиться на факультете боевой магии. Империи нужны такие воины.

    – На ваше решение я начхал, да и на вашу империю плевать хотел… Да где они?! – пробормотал я и, издав радостный вопль, достал наконец из баула кофр с документами, протянул их бытовику. – Вот, я хочу поступить в вашу академию на платной основе, факультет бытовиков.

    – Коммерческой? – уточнил тот, как и остальные маги пребывая в шоке от моего ответа боевику, и, увидев мой кивок, произнёс: – Оформление подобного документа не в моей компетенции, вам нужно пройти в бухгалтерию на территории академии… Марек, проводи юношу.

    От входа отделился тот студент, что сообщал всем входящим, что им нужно делать, и повёл меня к дверям, что вели на территорию академии. И пока мы шли по тропинке в сторону административных зданий, поглядывал на меня. Наконец не выдержал и сказал:

    – Кривой Бис, конечно, только маг, сорок лет уже преподаёт, а до мастера магии ещё не дорос, но он очень злопамятный.

    – Ну и что? – с любопытством спросил я. – Я тоже злой и имею память хорошую. Даже очень.

    – Ну, смотри, три года будет идти общая учёба, это уже потом по основной специальности, так что держись, валить будет только так.

    – Я запомню это предупреждение, спасибо.

    Мы подошли к зданию, где располагались администрация и правление, тут же заседал ректор академии, и прошли внутрь. Здание было огромным, восьмиэтажным, построенное в готическом стиле с разнообразными скульптурами на фасаде. Нужно будет чуть позже всё это внимательно рассмотреть.

    Когда мы подошли к нужной двери на пятом этаже, студент постучал, заглянул внутрь и сообщил:

    – Новичок, первый уровень дара, собирается поступать на факультет бытовой магии на коммерческой основе.

    – Пусть заходит, – расслышал я мужской какой-то скрипучий голос.

    – Заходи, – отодвинувшись в сторону, велел мне студент.

    Сам он остался снаружи и закрыл за мной дверь.

    – Почему бытовой? – спросил болезненно худой старик в форменном костюме госслужащего с эмблемой академии на груди.

    – Нравится, – лаконично ответил я и, пройдя к столу, спокойно сел.

    – На боевом лучше, больше возможностей…

    – Время не тяните, я уже всё решил. Вы не можете не принять у меня заявку на обучение.

    – Кхм, – прочистил тот горло и, взяв у меня документы, начал составлять бланк учебного контракта.

    Я под его взглядом подписал чек и протянул его ему. Тот приложил его к бланку договора, отчего оба вспыхнули в магическом зрении, и бланк разделился на две копии. Я изучил оба экземпляра и поставил свои подписи, просто приложив руку к договорам. Деньги должны были перевестись на счёт академии в течение часа. Один, с чеком, к себе в стол убрал бухгалтер, как я понял, он же отвечал и за отдел кадров, а второй бланк протянул мне, сообщив:

    – Согласно договору, который вы изучили и подписали, вам положены трёхкомнатные апартаменты. Кроме них и того, что вы не будете отрабатывать учёбу на благо нашего государства, больше никаких поблажек у вас нет. Вот, держите, это направление на обучение на факультете бытовиков, а это – на получение апартаментов, учебных книг в библиотеке и мантий. Занятия начинаются через шесть дней. Выход в город вам запрещён, устраивайтесь в своих комнатах и готовьтесь к первым урокам.

    – Конечно, – губами показал я улыбку, хотя на самом деле скучал, пока шло оформление. – Спасибо.

    Забрав все документы, включая бланк договора, я убрал их в баул и, покинув кабинет и обнаружив студента за дверью, с ним отправился обратно к выходу в город, где под злобным взглядом боевика передал направление магу-бытовику. Меня зарегистрировали, и я уже сам, без сопровождения, как ученик, направился на территорию академии. Схема с расположением учебных корпусов, тренировочных комплексов и общежитий у меня была в брошюрке, да и у входа был стенд со схемой. Захочешь – не заблудишься.

    Когда я вышел из привратницкой, снова оказавшись на территории академии, то увидел спешащую ко мне Люси. Она сразу меня заметила и заторопилась, лавируя среди студентов.

    – Спрашивать не буду. Вижу, что ты теперь студент первого курса, раз прошёл на территорию без сопровождения, – обняв меня, сказала она. – А Ельг и Езор на сдаче зачётов и лабов. У нас сейчас самый пик. Сама еле вырвалась, был зачёт по зельеварению.

    Мы пошли по тропинке. О том, как поступил, я не рассказывал, не нужно ей знать, что теперь обучаюсь на коммерческой основе. Хотя, думаю, об этом станет всем известно довольно скоро, за последние пятьдесят лет я первый такой ученик.

    – Ельг больше всех обрадуется, что ты поступил, он уже всем уши прожужжал, какой у тебя сильный источник и что ты станешь самым сильным одарённым на боевом факультете.

    – Не обрадуется, – решил сразу сознаться я. – Я на факультет бытовиков поступил.

    – Подожди, тебя бы не приняли, есть тайная инструкция: всех сильных одарённых отправлять на факультет боевой магии. О ней мало кто знает, я сама подслушала во время ночного дежурства в служебной больнице. Мы практикуемся в городе.

    – Да, боевик пытался меня к себе забрать, но не смог.

    – Почему?

    – М-м-м… Потому что я поступил на коммерческой основе. Не хочу отрабатывать учёбу, служа кому-либо. Я не Ельг. Я буду работать только на себя, а не на чужого дядю. К тому же все студенты ютятся в крохотных комнатках, у меня будут трёхкомнатные апартаменты с собственной кухней. Вернее, скоро будут. Должны выдать.

    Люси слушала меня с ошарашенным видом.

    – Откуда у тебя такие деньги?

    – Где заработал, где выбил как откупные. По-разному было, вот и набралось. А что?

    – Тебе их не жалко?

    – Нет, как пришли, так и ушли. Зато я свободен от обязательств. Если захочу, покину академию в любое время, бросив учёбу. Специально попросил внести этот пункт в стандартный договор.

    – За последние шесть лет ты первый одарённый с первым уровнем дара, который поступил в академию, – тихо произнесла Люси.

    – Мельчают одарённые. Мне один маг рассказывал, что в древности из поступивших десять процентов были первого уровня.

    – Врёт! – ахнула девушка. – Да и откуда ему знать?

    – Ну, он, можно сказать, очевидец… Ладно, вон здания общежитий. Ты в каком живёшь, во втором?

    – В третьем, левое крыло, семнадцатая комната.

    – О, и у меня направление в третье.

    Мы подошли к входу в общежитие, у которого кучковались около десятка студентов, видимо только-только подошедших от учебных корпусов и делившихся своим мнением насчёт последней сдачи какого-то предмета. Судя по эмблемам на их мантиях, это были боевики. Видимо, расселяли в общежитиях кого как, а не с теми, с кем студенты учатся.

    – О, смотрите, наша Люси-недотрога нашла себе ещё одного ухажёра! Да ещё сосунка-первокурсника! – воскликнул один студент четвёртого курса и загоготал, другие его поддержали.

    Лицо девушки приняло невозмутимый вид, и она пошла к входу. Судя по её виду, она уже привыкла к выпадам со стороны других студентов. Странная компания.

    Остановившись, я внимательно их осмотрел. Парни делали недвусмысленные движения бёдрами, будто скакали на лошадях, смеясь.

    Люси обнаружила, что я отстал, и, обернувшись, воскликнула:

    – Юра, поторопись, тебе ещё заселяться, а время полуденное, комендант может уйти!

    – О-о-о… – протянул тот же студент. – Юрия, какое милое девичье имя! Мне оно напоминает…

    Что он хотел сказать, никто не услышал, так как, когда я проходил мимо, тот, взмахнув в воздухе ногами, с хрустом приземлился на спину, судорожно пытаясь вздохнуть отбитыми лёгкими.

    – Чего ты к ней пристал? Не дала? – холодно спросил я, поставив ему ногу на грудь и посмотрев в глаза.

    – Эй, ты что делаешь?! – рванули ко мне его дружки, но я уже убрал ногу и отошёл к подбежавшей Люси.

    – Ты дворянин?! – вставая, прохрипел студент.

    – Да, – коротко ответил я.

    – Вызываю тебя на дворянскую дуэль. Через три часа.

    – Хорошо, – кивнул я и, подхватив девушку под руку, повёл её к входу. – И кто это был?

    – Юра, ты хоть узнавай, на кого нападаешь, – с укоризной сказала Люси. – Это сын маркиза де Сана, начальника гвардии императора.

    – Может, командира?

    – Командир у них сам император, а маркиз начальник, и можешь мне поверить, учил он его очень хорошо. Тебе повезло, что ректор не даст свершиться дуэли. Он может наложить вето.

    – Пусть только попробует. Так из-за чего весь сыр-бор?

    – Приставал ко мне. Пытался. Но у него ничего не получилось, вот и затаил злобу. Иногда делает такие вот словесные нападки.

    – Понятно.

    В холле мы повернули в сторону каморки коменданта, тот был на месте и, судя по тому, что сидел в кресле у окна, попивая что-то тёмное, видел всё, что происходило у входа.

    – Неплохо, неплохо, молодой человек, – проворчал он. – У мастера на мечника учился?

    – Что-то вроде того, – уклончиво ответил я, протягивая ему направление. – Арни ки Сон, новый ученик.

    – Глеб де Мелье, комендант… Хм, – глубокомысленно хмыкнул он, изучая лист простой бумаги. – Апартаменты ещё разворачиваются после активации, так что вам, молодой человек, придётся подождать часа два, а то и три. Надо было заранее подавать заявку, за сутки хотя бы.

    – Ничего страшного, господин де Мелье, – защебетала Люси. – Он пока у меня побудет.

    – В женском крыле? – Комендант с интересом осмотрел меня, прищурился и уверенно сказал: – Ходок. Не пущу. Пусть вон в парке на лавочке посидит или по территории погуляет, изучит. Вещи здесь можно оставить, ничего с ними не будет.

    – Вещи при мне будут, – твёрдо сказал я и, повернувшись к Люси, предложил: – Пойдём прогуляемся.

    У входа прошлой компании мы не обнаружили, она успела свалить, и мы направились в большой парк, там, сидя на лавочке, я угостил Люси пирожками. Та уминала их с таким видом, что я сжалился и отдал их все.

    – Вас что, совсем не кормят? – спросил я.

    – Знаешь, как между собой называют столовую студенты из дворян?

    – Представь себе, нет.

    – Рыгаловкой, тошниловкой, смерть желудку или отбросами.

    – Хм, забавно.

    – Ничего забавного, там готовят питательно, но не вкусно. Думаешь, почему дворяне тратят деньги на еду? Гурманы? Ага, сейчас! Их там выворачивает. Мы-то ладно, привычны к простой еде, а им тяжело. Никто ради них не готовит специально, для всех студентов еда одинакова… А пирожки у тебя очень вкусные. В столовой делают пончики, тоже вкусные, но не часто и мало, их сразу расхватывают.

    Так, разговаривая, мы просидели часа три, уничтожив все пирожки. Когда тряпица опустела, я по-хозяйски свернул её и убрал в баул, мало ли, пригодится. Получить учебные пособия в библиотеке и мантии у завхоза я решил завтра, сегодня устроюсь в своих комнатах.

    Когда мы возвращались к общежитию, нам попались навстречу Ельг и Езор, последний был ещё ничего, а вот Ельг злился, серьёзно злился.

    – Это правда?! – прямо спросил он у меня, играя скулами и покачиваясь с пятки на носок. Кулаки его сжимались и разжимались.

    – Сам в шоке, кто бы мог подумать? – развёл я руками и спросил уже серьёзным тоном: – Ты вообще о чём?

    – Ты что, стал бытовиком?

    – Ах, ты об этом? Ну да, куда хотел, туда и поступил, – кивнул я.

    – Да ты… – не договорив и зло скрипнув зубами, Ельг развернулся на каблуках и быстрым шагом направился прочь.

    – Ельг! – крикнула ему вслед Люси, но тот только отмахнулся и скрылся за углом общежития.

    – Чего это он? – удивлённо спросил я у Езора.

    – А-а-а, – махнул тот рукой. – У него на тебя были большие планы. Он декану своего факультета тебя со всех сторон расхвалил, пообещав, что ты точно поступишь к боевикам. Да и как иначе, все сильные одарённые идут к ним.

    – Ничего себе, без моего мнения уже решают, где и кем мне быть.

    – Я ему говорил, что ты не любишь, когда за тебя решают, но Ельг ничего слушать не хотел.

    – Да и чёрт с ним, сам подставился, – махнул я рукой. – Знал же, что я не собачка на поводке. Пошли лучше посмотрим, какие мне должны выдать апартаменты.

    Мы вошли в общежитие, студентов, кстати, прибавилось, больше было тех, кто ещё не имел мантии. Мы поймали коменданта, и он повёл нас на чердак – оказывается, элитные апартаменты располагались там.

    – Проходите. – Открыв дверь ключом, комендант толкнул её и зашёл за нами следом. – Тут гостиная, слева кабинет и кухня, справа спальня и ванная комната.

    – Ничего себе, – прошептал Езор, осматриваясь.

    – Кстати, ки Сон, ректор уже узнал о вашей дуэли и запретил её. Так что можешь успокоиться.

    – А чего мне успокаиваться? – удивился я, обернувшись к коменданту. – Это маркизу надо воздавать хвалу Творцу, что его сыночек жив остался. А сынка этого я бил и буду бить, пока он перед Люси за всё не извинится.

    – Нахал, – хмыкнул комендант. – Причём наглый нахал. Ладно, устраивайся, теперь ты отвечаешь за эти апартаменты. Уборка, кстати, на тебе.

    – Не страшно, – ответил я и, как только комендант вышел, закрыл за ним дверь.

    Я достал из баула небольшую бутылку с красным вином из моего погребка в усадьбе и немудрёную закуску из фруктов. Их я Люси пока не давал, проглот она оказалась ещё тот. Ребята охотно согласились отметить моё вступление в ряды студентов академии и новоселье. Так что мы быстро уговорили бутылочку.

    Когда стемнело и я активировал магический светильник на стене в гостиной, гости решили, что с них хватит и пора возвращаться к себе. Им ещё нужно готовиться к завтрашним зачётам, поэтому покинули меня. Как только они ушли, я запер дверь, проверил, какие наложены плетения на стены, потолки и полы в комнатах, отключив шесть из них, это были следящие, после чего стал доставать из баула вещи. Арку телепорта я установил в спальне. Сделал просто: дверь в ванную комнату убрал и вместо неё поставил арку, со стороны она действительно напоминала дверной косяк, правда, без двери. Проверил её, активировал и перешёл в подвал своего дома.

    – Генерал, – заметил я у лестницы, что вела наверх, голема. – С той стороны мои апартаменты, нужно посмотреть их на предмет возможной обороны, что-то мне местные маги не нравятся, а также занести сюда остатки двери с косяком. Пришлось огненным мечом резать, чтобы из стены её выковырять.

    Генерал сразу же отдал приказы, двое его подчинённых перешли на ту сторону, вскоре один вернулся с дверью в могучих руках, другой остался с той стороны, охраняя.

    – Как прошла регистрация? – спросил Генерал.

    – Ой, и не спрашивай. Чего я не люблю, так это что решают за меня, что мне делать и как жить, так что пришлось сразу ставить их на место.

    – В твоей манере? – заложив руки за спину, поинтересовался начальник моей охраны.

    – Ну, почти. Физически никто не пострадал, только морально.

    – Давай в подробностях, – велел голем.

    Пока я всё описывал, его подчинённые таскали в мои апартаменты в академии ящики, которые я заранее собрал. Там были артефакты, заготовки, инструменты и даже продукты. В общем, всё, что мне пригодится. Вот только зря продукты занесли, всё равно я питаться здесь собираюсь, курьеры каждый день доставляют с рынка к моему особняку свежие продукты, так что с голоду не помру.

    – Ясно, – задумчиво протянул Генерал, когда я закончил. – Ладно, будем надеяться, что вступление состоялось. Ты, Арни, лучше объясни мне: местные маги точно не засекут твой телепорт?

    – Точно. Они на низких частотах работают, а я на высоких. Дальность моих телепортов повысилась километров на двести. Для них это утерянные знания. К тому же я при активации телепорта включил пару своих амулетов, и те проверяют эфир. Если кто будет работать сканирующим артефактом древних, который теоретически может засечь работу моего телепорта, тот даст сигнал и автоматически отрубит мой портал.

    – Это хорошо, что ты всё обдумал. Возвращаешься сейчас?

    – Да, там защита плёвая, нужно свою навесить и замаскировать её скрытом. Работы на сутки, тянуть не стоит.

    – Ты в этом разбираешься, так что действуй, мы тебя здесь подстрахуем, за безопасность дома можешь не волноваться, он в надёжных руках… – Мельком посмотрев на свои «руки», Генерал поправился: – Манипуляторах.

    В это время всё, что нужно, было перетащено в мою квартирку в общежитии академии, поэтому, подхватив корзину с пирогами, что дала мне с собой повариха, я вернулся в свои апартаменты.

    Деактивировав арку телепорта, я посмотрел на захламлённые ящиками гостиную и кабинет, даже на кухне два стояло, источая вкусные запахи, поэтому я первым делом решил расширить свои жилые квадраты. А что? Развернуть ещё пару комнат мне нетрудно, именно так и башня свернулась. Просто сворачиваясь в такие пустые пространства, пока не приняла минимальный размер, минимальный для меня, она и дальше могла сворачиваться, до размера молекулы. Тут всё в обратной последовательности. Если знать, что делать и как, это нетрудно, а я руку набил изрядно, наделав таких комнат в своём особняке. В основном они использовались как склады.

    Стены я выбрал те, что выходили на свободные пространства чердака, а не в соседние помещения, и работал до полуночи, пока у меня апартаменты из трёхкомнатных не превратились в пятикомнатные. После этого, используя заклинание левитации, перенёс в них все ящики, вернув квартирке прежний вид. Потом заблокировав и замаскировав входы в соседние помещения, наложив на входную дверь дополнительное охранное заклинание, я принял душ и забрался под одеяло. Кровать, кстати, настоящей была. Надо утащить её к себе в дом и поставить тут магическую, они удобнее, мягче, и спать на них хорошо.


    Следующие четыре дня пролетели для меня как один миг, я получил три мантии с эмблемами бытовиков. Сообщений, в какую группу меня включили, до сих пор не было, доска объявлений у входа была девственно пуста, поэтому я занимался собой. Получил в библиотеке учебные пособия, книги и кристаллы кварца. Сходил один раз в столовую и зарёкся туда ходить раз и навсегда. Мой нежный желудок, избалованный деликатесами тёти Дилы, просто не мог принимать то, что там готовили. Да, я не отрицаю, еда в столовой полезная и очень питательная, самое то для растущих организмов, но, блин, пластилин вкуснее! Для бывших крестьян эта еда была привычной, и лопали они её с удовольствием, но за последние месяцы я ел только разнообразные деликатесы, что изобретала моя повариха, и вернуться в прежнюю колею мне было трудно. Хотя, конечно, посещать столовую я не бросил, а иначе как объяснить, что в столовую я не хожу, да и курьеры с едой ко мне не прибывают, воздухом питаюсь? Так что в столовую я ходил три раза в день, но особо не ел, так, поклюю да настою попью, он был приличный, испортить его было сложно, а потом уже питался нормальной едой моей поварихи. Теперь я понимаю дворян, а ведь считал их напыщенными снобами. А я тогда кто, получается?

    В кружке с травяным настоем я обнаружил очень редкое зелье для подавления гормона сексуального влечения. А я ещё думал, почему это в общежитии так тихо и вечерами никто не закатывает никаких вечеринок. Настой я тоже вывел из своего потребления, незаметно всё убирал в пространственный карман, а потом избавлялся от этой «пищи», сдобренной разными магическими специями. Заряженная еда оказалась в столовой, ещё как заряженная! Так что я постепенно полностью перешёл на приготовленные тётей Дилой блюда, а в столовую ходил для видимости. Теперь мне стало понятно, почему в действительности дворяне не ходили в столовую: знали они об этой особенности, ещё как знали, и травить свои организмы подавляющими гормоны зельями не хотели. Особо серьёзным там не травили, только подавление некоторых инстинктов, включая половое влечение.

    Свои апартаменты я полностью переделал под себя, трижды чуть не спалившись перед Люси и Езором. Ельг перестал со мной общаться. Как сказал Езор, он начисто вычеркнул меня из списков друзей. Так вот, я навесил на свои комнаты такие оборонительные плетения, что теперь не опасался за своё имущество.

    Кстати, первая моя проведённая в общежитии ночь была и последней. Я просто вечером переходил в свой дом, там продолжал работать и спать, утром возвращаясь в академию. Хорошая штука эти телепорты. Побыстрее бы начались занятия и меня допустили к местной библиотеке. Я в ней уже был, когда получал учебные пособия, и успел осмотреть сканирующими плетениями. Причём всеми. А у меня их было двадцать шесть. Разнообразного вида, включая горнопроходческие. Так вот, два этажа, куда был вход только по пропускам, были над землёй, и в них действительно находились магические книги, но современные, написанные местечковыми магами. А вот сканеры показали, что под библиотекой есть ещё пять этажей, скрытых неплохими маскирующими плетениями. Я сам через них едва продрался. Так что есть тут книги древних магов, проблема в том, что меня к ним никто не пустит. Хотя это не такая уж и проблема, я никого спрашивать не собираюсь.

    Так вот, осмотрев библиотеку, мы с Генералом и его замом по разведке, который как раз и специализировался на подобных тайных операциях, составили план проникновения на нижние уровни. Естественно, главная роль была моей, так что план мной был изучен полностью. За последние два дня я собрал и протестировал запасную арку телепорта. Я их три сделал, двумя активно пользовался, эта была третья, её я собирался установить на нижних этажах библиотеки, чтобы спокойно и тайком ото всех посещать их. А что? Наглость – второе счастье. Я об этом был в курсе.

    В данный момент я прошёл из подвала своей усадьбы в свои же апартаменты в академии – до начала первых ознакомительных занятий ещё два часа – и, позёвывая, проверил сигналки. Всё было чисто. В принципе, если бы кто хотел до меня достучаться, то я бы получил сигнал и быстро добрался до двери апартаментов. Я уже трижды проводил учебные тревоги. Когда срабатывал сигнал, я выбегал из своей спальни на втором этаже, вихрем спускался в подвал и переходил в академию. Одиннадцать секунд на всё про всё, не критично.

    Достав из пространственного кармана ещё обжигающе горячий пирог, с удовольствием откусил. Тётя Дила сунула его мне перед переходом, чтобы я мог подкрепиться. Как студентов кормят в местной столовой, она знала, я принёс ей образцы всех блюд. Ну а так как голем был специальный, поварской, то вкусовые рецепторы у неё были, специальный амулет генерировал, и она могла брать пробы. Тётя Дила была в шоке от работы поваров академии и настоятельно советовала там не питаться, еда должна быть не только питательной, но и вкусной.

    Доев пирог, я надел мантию – они у меня висели в шкафу спальни апартаментов академии, – покрутился перед зеркалом и, покинув комнаты, запер их, направился вниз, к входу. Там находился стенд и должно быть расписание уроков, а также объявления и списки, кого в какую группу включили. Что у бытовиков формировалось три группы первого курса, слух прошёл, но это был лишь слух, мне нужно было документальное подтверждение.

    Спустившись, я обнаружил у стенда десяток студентов-первокурсников. Вполне возможно, кто-то из них станет моим одногруппником. Протиснувшись к стенду, цепляясь за новеньких своим баулом, я посмотрел списки, быстро обнаружив себя на первом же листе.

    – Первая группа, четвёртая аудитория. Знакомство с другими студентами и классным руководителем, – прочитал я себе под нос.

    Кроме меня из новичков ещё трое были с эмблемами бытовиков. Другие были кто погодником, кто боевиком, кто алхимиком, а кто вообще рунистом. Всего в Академии магии империи Сауд было шесть факультетов: боевой магии, бытовой магии, погодной магии, лекарского дела, рунной магии и алхимии. С учётом того, что во времена древних магов в академиях было минимум двенадцать факультетов, деградация магического искусства налицо.

    Кстати, о бауле. Я с ним вообще не расставался и уже успел примелькаться. Ну а так как студенты носили свои учебные материалы в специально выданных сумках, то понятно, что все их имели, только у меня у одного был баул. В этом не было ничего экстравагантного. Да, я на выданную мне вместе с мантиями сумку тоже наложил плетения большого объёма и снижения веса, но у меня всё просто не помещалось в неё. То ли дело баул.

    Не включаясь в беседу новичков, – те обсуждали сегодняшнюю ночь, оказывается, их пугали студенты старших курсов, я это пропустил, так как ночевал у себя дома, а вот первокурсники были изрядно напуганы, – я со всеми дошёл до нужного корпуса и зашёл внутрь. Нужная мне аудитория находилась на первом этаже, поэтому мы прошли мимо лестницы, куда направилась часть студентов.

    Кстати, в ближайшие пять дней большая часть студентов старших курсов покинет академию, отправится на практику, а первокурсники с частью второго курса останутся на территории академии учиться. Вот такая странная система.

    Пройдя мимо толпившихся у третьей аудитории будущих лекарей, подошёл к другой группе, которая стояла и довольно оживлённо общалась у четвёртой аудитории. Это и были мои одногруппники.

    Заметив пару знакомых лиц, я вспомнил, что видел их у своего общежития, видимо, они ещё будут и моими соседями.

    Прислонившись к стене, я прикрыл глаза и стал подрёмывать, ожидая преподавателя, который станет нашим классным руководителем. Подошли мы рано, поэтому время было, ещё почти час.


    Преподаватель подошёл через час, как я и рассчитал. Он открыл входную дверь и первым вошёл внутрь, направившись к преподавательской трибуне, за которой висела такая знакомая мне школьная доска! Даже, кажется, мел был.

    Так как я прошёл одним из первых, у меня был выбор парты. Естественно, я занял ту, что была в первом ряду, напротив преподавателя. Рядом со мной плюхнулся второй по силе дара, с пятым уровнем, в нашей группе Эрих Ланс. Он был из купеческой семьи, которой повезло заиметь одарённого. Даже удивительно, как он проскользнул мимо сетей боевиков, если Люси не ошиблась с той тайной инструкцией. Ещё в ожидании прихода преподавателя мы все успели перезнакомиться, даже мне поспать не дали. Всех я запомнить не успел, но вот Эриха – да. У остальных был седьмой уровень дара или восьмой.

    – Добрый день, господа и дамы абитуриенты. Разрешите представиться. Энтони де Альт, мастер магии бытового направления и ваш классный руководитель. На факультете я отвечаю за строительное направление. Буду учить вас строить и созидать. Теперь мне хотелось бы познакомиться с вами. – Взяв с трибуны свой «планшетник», он изучил его и провозгласил: – Арни ки Сон, уровень дара первый.

    Его сообщение особого ажиотажа не вызвало, у меня под эмблемой факультета был значок с указанием уровня, так что об этом всем было известно. Кстати, эти значки были не обязательны к ношению, по желанию студента, но первокурсники носили все, это уже потом их снимали, чтобы не показывать свой уровень. Мало ли.

    Встав, я слегка поклонился классному руководителю, после чего повернулся, чтобы меня могли рассмотреть одногруппники, и тоже чуть кивнул им. После этого я сел и с интересом стал слушать де Альта, представлявшего моих одногруппников, незаметно снимая это всё на кристалл памяти. Арлину, моему духу-управляющему, бывшему мастеру магии, будет интересно посмотреть, как ведётся учеба. Сейчас, конечно, просто вступление, знакомство, но это мне нужно тоже, запомнить я успел только две трети одногруппников, да и то женского пола, а их как раз и было больше половины. Потом изучу остальных.

    После ознакомления преподаватель бегло описал все те предметы, которые мы будем изучать до весны, все их будет вести наш классный, так как у других преподавателей в связи с практикой остальных курсов были отпуска, ну а с началом весны уже начнутся серьёзные уроки.

    Самое печальное – до весны мне допуска в библиотеку не получить. Де Альт прямо так и сказал: до весны нам там делать нечего. Все мои попытки получить доступ он игнорировал.

    Просидев в аудитории порядка трёх часов, мы были отпущены. На сегодня всё, вот завтра – первые уроки по теории магии. Одногруппники, после того как покинули аудиторию, не стали разбегаться, а собрались в парке, решая, как отметить начало учёбы. Это была неофициальная традиция. Оказывается, староста группы Эрих Ланс – я от этой должности отбивался руками и ногами – уже успел опросить старшекурсников, да и в брошюрке об академии об этой традиции было написано. Кстати, судя по другим группам, а их в парке было семь, те тоже решали, что делать вечером.

    – А ты, Арни, что скажешь? – обратился ко мне Эрих.

    Он в свои четырнадцать был уже на полголовы выше меня, имел широкий разворот плеч, даже некоторую мускулатуру, мужественное лицо с не сошедшей ещё детской припухлостью, голубые глаза и светлые волосы. Девчата от таких млели, и судя по тому, как одногруппницы поглядывали на него, иметь ему успех у них. Хотя тут для девок не только внешность важна, но и чтобы член горбатый был. У меня горбатый, сам внедрял под кожу шары, как пелось у моей любимой группы «Сектор газа». Без шуток, в той жизни они были. Бабы были в восторге. Здесь же ещё не знаю, у меня эти два месяца женщин не было, да и какие женщины с таким плотным графиком работ?!

    – Ты о чём? – переспросил я, так как отвлёкся, разглядывая красивую девушку, имевшую вполне сформировавшуюся фигуру.

    Она стояла у группы студентов факультета лекарей. Вот её бы я поучил некоторым особенностям земного секса.

    – Как ты смотришь на то, чтобы мы провели вечеринку у тебя? Всё-таки три комнаты.

    – Всё равно не поместимся, – отрицательно покачал я головой. Идея мне очень не понравилась: пустишь один раз, и всё, вечеринки будут проводить только у меня, оно мне надо? – Лучше здесь, в парке, расположимся. Давайте быстрее займём лучшую поляну, пока нас не опередили.

    – Точно, чего отмечать в душном помещении, когда на природе можно, – согласился со мной Эрих, остальные его поддержали.

    – Я готовился к празднику, пироги заказал. Должны скоро доставить, – сообщил я.

    Естественно, я знал, что мы сегодня будем отмечать, поэтому тётя Дила готовила пироги, штук двадцать должна была напечь. Мне это пригодится для сглаживания углов и чтобы атмосфера в группе была дружеской.

    – Помощь нужна? – прямо спросил Эрих.

    – Чуть позже, когда доставят пироги, нужно будет перенести их от моих апартаментов до нашей поляны. Так что, идём искать её?

    – Идём!!! – хором воскликнули мои одногруппники, и мы направились на поиски.

    Успели первыми, другие не так быстро отреагировали, поэтому заняли лучшую поляну на берегу большого пруда. Другие начали занимать удобные места на другом берегу водоёма или в глубине парка.

    Чуть позже я смотался к себе и перенёс из дома пироги, шесть подносов, где они лежали стопками, а также стеклянные бутыли с вином, я был в доле. Спустившись в подвал, я прошёл к винному погребку, который изрядно уменьшился после реконструкции, что я провёл при заселении, отведя подвалу больше места.

    Остановившись рядом с бочонком с вином, в котором находилась, кроме красной алкогольной жидкости, ещё и пыльца «Эльфийской радости», я пакостно улыбнулся и подхватил его с держателя. Отдыхать так отдыхать, развлекаться так развлекаться. «Эльфийская радость» легко уберёт эффект от действия специальных подавляющих средств в травяном настое и еде, что дают в рыгаловке.

    Эту пыльцу, кроме других пакостей, насыпали соседи из посольства, когда тут жил прошлый владелец. Я её тоже не сразу обнаружил, пришлось использовать для проверки всего вина магическую лабораторию. Половина бочек с вином была в норме, а вот остальные были заряжены разнообразными эльфийскими зельями.

    Тут как раз подоспели добровольные помощники из парней, девушки у нас оформляли выбранное место, готовя «поляну», то есть с помощью покрывал и плащей застилали стол, на который расставлялись бутылки и немудрёная закуска. Так что нагруженные одногруппники потянулись к ним, а я, закрыв свои комнаты, заспешил следом с бочонком вина под мышкой. Нёс я его, естественно, не в открытую, прикрыл сверху мантией.


    Открыв глаза, я застонал и перевернулся на бок, ткнувшись лицом во что-то восхитительно упругое. Причём мне в глаз попало нечто напоминающее сосок. Открыв глаза, я отодвинулся и посмотрел на свою одногруппницу, что лежала рядом. Обнажённую.

    Быстро накинув на себя специальное заклинание похмела, я уже более бодро осмотрел себя. Сомнений не было, сегодня ночью я поимел четырнадцатилетнюю девочку, что лежала рядом. Следы оргии на это намекали, да и засосы на груди тоже. Вот хрень, никогда с детьми не связывался… хотя эта вполне сформировалась. Но всё равно не по мне это, чёртова «Эльфийская радость».

    Осмотревшись, я даже застонал от досады: мы находились не в моих апартаментах и даже не в её комнате, а в моей спальне моего особняка.

    Быстро накинув на девушку сонное заклинание, я обежал дом, опросил Генерала, тот подтвердил, что я в полночь ввалился через арку один с девкой на руках, при этом мы страстно целовались, и они решили нам не мешать. Только слушали крики и стоны из моей спальни. Кстати, три часа длились, мужики были впечатлены.

    Отмахнувшись, я быстро вернулся в спальню, оделся, одел девушку и, подхватив её на руки, побежал в подвал. Нужно вернуться как можно быстрее обратно. Когда я осторожно прошёл в свои апартаменты, то понял, почему сбежал к себе. Не то что пол, даже кровать была занята моими одногруппниками. На ней лежал блаженно улыбающийся Эрих с тремя девками в обнимку. Похоже, он тоже не оплошал. Теперь я могу с уверенностью сказать, что девственников и девственниц у нас в группе больше не было. Положив свою девушку в свободное кресло, я снял с неё заклинание сонника и осмотрел другие комнаты. Вся группа была здесь, и одетыми были только двое, я и моя спутница.

    – Вот что «Эльфийская радость» животворящая делает, – пробормотал я себе под нос.

    Почесав затылок, я ещё раз пробежался в поисках того, что могло меня скомпрометировать, и, найдя остатки вина, заряженного эльфами, перенёс его в подвал дома. Да и всё лишнее убрал.

    Вернувшись обратно, я посмотрел на циферблат артефакта-часов, что висел над входом, и стал всех расталкивать. Медленно, но мои одногруппники начали приходить в себя.

    – Вставайте быстрее, до начала первого урока сорок семь ми… уже сорок пять минут осталось.

    Девки, которые быстрее пришли в себя, с пунцовыми лицами подхватывая одежду, скрывались или в кабинете, или в кухне. В ванной комнате двери у меня не было.

    Через полчаса мы, полностью собранные и договорившиеся больше не вспоминать, что происходило в моих комнатах ночью, направились на учёбу. Некоторые, чьи комнаты были в этом корпусе, успели сбегать к себе, принять душ и переодеться. В общем, нестройной толпой, с похмельными головами, мы шли в нужный корпус, где был первый урок. Кстати, мы не одни были такие неопохмелённые. Вспомнив, что я из своего заряженного бочонка угощал некоторых студентов из других групп, только скривился. Надеюсь, след ко мне не приведёт, и они свалят всё на вино.


    Обняв Люси, я посмотрел на неё – статная третьекурсница была необыкновенно хороша – и сказал:

    – Не забудь писать из этого, как его…

    – Личанска. Это город на границе с ханством. Там большой военный госпиталь, и там я буду практиковаться всё лето, – пояснила Люси в третий раз.

    – Ну да, точно, – немного осоловело кивнул я.

    Ельг и Езон уже отбыли на практику, последней была Люси, их курс задержался на две недели и отправлялся на практику только сейчас.

    – Юра, ты прекращай эти свои ночные выходки, – наставительным тоном попросила Люси. – Ты так можешь довести себя до полной физической и моральной усталости.

    Юрой меня звала только она, для всех я был Арни, как и значился в документах, но девушка называла меня старым именем. Кстати, в последних её словах была толика правды. С той девушкой, с которой я проснулся у себя дома, мы подружились, и она часто ночевала у меня. Да почти всегда. Больно уж мне нравился её третий размер. В четырнадцать – и вот, третий. Такой же, как у Люси. Так вот, я её больше учил, будучи её первым и единственным мужчиной. А после секса, когда она, усталая, засыпала на моём плече, накладывал на неё сонное заклинание, тайком выбирался из общежития, обманывая следящие артефакты, для них я всё ещё находился у себя, и отправлялся к зданию библиотеки, в которую я уже вторую неделю пытался проделать проход, чтобы не потревожить все наложенные на её стены магические плетения. Думаю, теперь понятно, почему я постоянно зеваю и выгляжу невыспавшимся, но и прикрытие у меня идеальное. Алина – теперь уже моя девушка – имела такой же вид.

    Я не один такой был, вон Эрих «тайком» от всех жил сразу с двумя. С теми, что он зажигал на моей постели, третья отпочковалась. Правда, думаю, что всё это ненадолго, настой из столовой начал действовать, и сексуальный дурман у подростков проходил. Полагаю, именно поэтому преподаватели не вмешивались, не удивлюсь, если это не первый такой случай, экстраординарный, конечно, но не первый.

    – Я постараюсь, – улыбнулся я. – Тем более я устал, да и она хочет прекратить наши отношения.

    Ещё раз обняв Люси, я посмотрел, как она направилась к выходу. Там её и двух других практиканток, которых отправляли в один госпиталь, уже дожидалась наёмная карета. Сегодня они должны покинуть столицу и выехать в сторону границы.

    Помахав ей рукой в окошко – выходить наружу мне было запрещено, но наблюдать за жизнью обычного города из окна привратницкой разрешалось, – я проследил, как карета отъехала, и направился обратно. Через полчаса начинаются уроки, первым будет по зельеварению. Думаю, сегодня вечером можно будет попробовать проникнуть в библиотеку, у меня уже всё было готово.

    Уроки пролетели, как миг, хотя уроками, по словам Арлина, это не назовёшь, всё было перемешано – где слухи, где непроверенные факты, а где вообще бабушкины гадания. Изучая записи всех моих теоретических уроков, он плевался и говорил, что это явная диверсия, так испоганить магию могли только специально. У меня уже было такое подозрение, да и гранд-мастер Эрлин, которого Арлин, кстати, прекрасно знал, ранее твердил это же.

    Пример – заклинание среднего исцеления, считавшееся лучшим и универсальным на факультете лекарей. Когда я описал и сформировал для Арлина это плетение, тот только пыхтел от злобы. Он подтвердил, что во времена древних магов оно использовалось, но тогда не считалось вершиной лечебного конструирования. Его использовали моряки, боевые группы военных и все, кто оторван от цивилизованного лечения. То есть это среднее исцеление для того, чтобы временно заживить раны, доставить пострадавшего в ближайший госпиталь и там уже провести нормальное лечение. А у нас накладывали это плетение – и всё, живи дальше. Поясню, в чём тут проблема. Для примера: меч вошёл в чужую плоть, нанес глубокую кровоточащую рану. Плетение попеременно залечивало кишечный тракт, удаляя кровь и другую жидкость, кровеносные сосуды, подкожный жир и саму кожу. Однако, как я уже говорил, это временные меры, и дальше должен работать специалист, который полностью уберёт последствия ранения и использования заклинания исцеления. А последствия там были – повреждённые энергоканалы, искривления сосудов на месте ранения, всё это исцеление тоже не лечило, и они в будущем дадут о себе знать.

    Естественно, когда Арлин мне всё это описал и начал учить лечебной магии – он имел звание мага в этой дисциплине, – я провёл диагностику теми диагностическими плетениями, которым он меня научил, и понял, что он прав. Де Курье после того смертельного ранения меня вылечил так-сяк. Как умел, в общем. Так что эти недели я продолжал постигать с Арлином особенности магической медицины, но для нормального обучения нам нужны были книги. Кстати, в башне мага они были, но её пока не развернёшь, поэтому моя надежда была на библиотеку академии, не ту, что для студентов, а ту, что на нижних этажах. Именно поэтому я так плотно работал над взломом её охранных плетений, мне нужно большое количество теоретических знаний, в которых у меня имелись пробелы. Да что пробелы – пропасти, так что время я не тянул и ночами втихую работал у библиотеки. Ах да, когда я немного подтянул свои знания лекаря, то исправил всё, что сделал со мной де Курье. Теперь диагносты показывали, что ранений у меня не было, не видели они следов от травм, значит, всё заросло.

    В общем, бесперспективность учёбы в академии я уже осознал и понял, что вряд ли проучусь в ней больше года, для меня это просто пустая трата времени. Так что я перешёл к плану «Б» – проникнуть в библиотеку. А дальше пробегусь по стеллажам, где выложены книги древних магов и учебники того периода, и отберу нужные себе. Посмотрим, может, вообще всё заберу.

    Когда я дошёл до учебного корпуса и, поднявшись на третий этаж, достиг нужной аудитории, то обнаружил, что все одногруппники уже внутри, но де Альта, что вёл у нас все предметы, пока не было.

    Устроившись на своём месте, я разложил писчие принадлежности, нам запрещали пользоваться магическим стилом – типа, если сами пишете, то и запомните лучше, – наклонился к задумчивому Эриху и спросил:

    – Что там за крики были вчера?

    – Комендант приходил, застукал нас, – нехотя пояснил староста. – Утром меня к ректору вызывали… Обещал ему, что больше этого не повторится, да и уже как-то не хочется, что ли? Что на нас тогда нашло?

    – Не знаю, – ушёл я от ответа. – Алина тоже от меня уходит.

    Эрих отнюдь дураком не был и понимал, с чего всё началось, пили-то все из моих бочонков, которые я потом прибрал, избавляясь от улик. Ну откуда я знал, что эльфийская пыльца даст такой эффект? Это уже потом разобрался, проведя эксперименты у себя в лаборатории, что она не сочетается с лакейским вином, которое принёс один одногруппник, и при смешивании даёт такой эффект. Я-то планировал просто поразвлечься, отдохнуть. А тут такое…

    Кроме меня с Алиной и тройки Эриха, в нашей группе образовалось ещё три парочки, но за эти недели под воздействием специальных препаратов из рыгаловки и они начали разваливаться. Говорю же, у местных всё отработано.

    Сегодня было три пары – зельеварение, теория строения мира и теория магического строительства и конструирования. Как только они закончились, мы начали разбредаться, тем более время было вечернее, как-никак каждая пара по три часа. Как только де Альт не устаёт?

    Алина сегодня категорически отказалась меня проведать. Смущаясь, она сказала, что ей наши отношения, вернее, игры нравились, но что-то больше не хочется. В общем, это был разрыв, причём явный. Не сказать, что я расстроился, ведь именно к этому всё я и подводил. Мне не нужны были привязанности. А тут поразвлёкся с девушкой, подогрел наш бурный роман и потихоньку спустил его на тормозах. Если бы я хотел, чтобы она стала моей постоянной девушкой, я бы не давал ей питаться в столовой и подавлять нужные гормоны, а так мне было удобнее.

    Только я планировал, что наши отношения продлятся хотя бы ещё неделю, мне нужна была свидетельница, что я провожу ночное время в своих апартаментах, а не ползаю полночи по территории академии. Кстати, ночью активируются довольно серьёзные плетения и выпускаются магически созданные животные. Ну, с ними я договорился, меня они не замечают, а вот плетения пришлось учиться обходить, чтобы не потревожить их. Хм, ладно, обойдёмся, нет так нет. Прощай, Алина.


    Кабинет ректора Академии магии империи Сауд архимага Юзова Ласкового

    Год спустя

    Архимаг был мрачен, это видели все деканы факультетов академии. Ещё их озадачило, что помимо преподавателей академии в кабинете присутствовали трое сотрудников тайной стражи империи. Причём тут же был и её глава.

    – Господа, дамы, – кивнул присутствующим архимаг, – вам не понятны мотивы подобного срочного совещания, поэтому я приоткрою завесу тайны, почему вот уже неделю, как агенты тайной службы носятся по территории академии с моего разрешения. Ответ прост: нас ограбили.

    Почти сразу раздался гул удивлённых голосов, для преподавателей магии была невероятна даже сама мысль о краже в академии. И не потому, что все студенты – ангелы, просто такое количество плетений защиты, сигнальных и охранных, обойти невозможно. Уже проводились проверки одним гранд-мастером магии и тремя архимагами, которые поломали зубы о её защиту.

    – Не нужно переглядываться, уважаемые одарённые, вора мы уже нашли, вернее, вычислили, – сказал ректор, но продолжить он не успел.

    Декан факультета рунной магии поинтересовался:

    – Простите, господин ректор, но что именно было похищено?

    – Список более чем обширен, и сразу ясно: вынести всё за один день было нереально. А что именно украдено, сообщу. Всё, что находится в спецхранилище библиотеки.

    – Простите, а в каком из хранилищ произошла кража? – подала голос декан факультета лекарского дела магистр Илла Тонкорукая.

    – Вы не поняли, вынесли ВСЁ. Все шесть хранилищ пусты.

    В этот раз шум ошарашенных голосов был громче, но ректор не останавливал изумлённых подчинённых.

    – Успокоились? Поясню: девять дней назад мной была собрана комиссия из четырёх человек, которая должна была проверить все шесть хранилищ и составить акты о надлежащем хранении книг и остального наследия древних. Так вот, когда они спустились в первое хранилище, то на первый взгляд всё было в порядке. Ящики с книгами стояли на месте, пыль и паутина. Однако, когда открыли первый ящик, они внезапно мигнули и исчезли, и наша комиссия оказалась посредине пустого хранилища. Совершенно пустого. По стенам были развешаны амулеты и артефакты иллюзий, но они тотчас вспыхнули и самоуничтожились. Старший комиссии немедленно отправил мне срочный вызов, попросив прибыть в хранилище. Проверив все шесть хранилищ, мы обнаружили, что они пусты, и только самоуничтожившиеся амулеты иллюзий дымились на стенах. Мной были вызваны сотрудники тайной стражи, и они провели расследование, которое вчера завершили. Думаю, они сами расскажут, к каким выводам пришло следствие.

    Начальник тайной стражи прочистил горло и, грозно осмотрев всех деканов, включая ректора, произнёс:

    – Как вы понимаете, подобный вызов мы проигнорировать не могли, поэтому бросили все силы на поиски злоумышленников. С помощью магов-экспертов мы убедились, что взлома не было, все плетения на месте, то есть проникли воры внутрь каким-то другим способом. Единственный ответ – телепорт. Однако сканирующий артефакт ничего не засёк, поэтому мы его внимательно проверили. Так вот, на нём был обнаружен самодельный блокиратор, который не давал сканировать артефакту некоторые частоты. Причём высокие. Это сразу навело на мысль, что у взломщика были сообщники на территории академии, мы проверили всех, включая вас, и наше внимание привлёк некто Арни ки Сон, студент первого курса факультета бытовой магии, и, что удивительно, с высоким даром, который разорвал контракт на обучение два месяца назад. Как известно, деньги за обучение ему не вернули согласно тому же контракту, но графа ки Сона, видимо, это не особо расстроило. Проверка его усадьбы тоже ничего не дала, как оказалось, он продал её ещё три месяца назад, и там уже работают маги-строители, заканчивая возведение дворца для нового владельца. Нас это заинтересовало, и мы выяснили, что вместо дома и хозпостроек, включая флигель, новым владельцам достались только идеальной округлости ямы. Граф им продал участок без построек.

    – Постройки были свёрнуты с помощью пространственных плетений, – сказал декан факультета бытовой магии, который слушал доклад с огромным интересом.

    – Именно так мне и доложили эксперты. Эти плетения считаются утерянными знаниями. Так вот, мы продолжили изучение жизни этого графа и выяснили, что он ко всему прочему мастер меча.

    – Чушь полная, – уверенно сообщил декан факультета боевой магии. – Он не раз уходил с тренировочных боёв с переломами.

    – Мы в курсе, что он оскорбил одного из преподавателей вашего факультета, мага де Куи, в день поступления, в ироничной форме отказавшись идти учиться на боевика, и тот на практических занятиях издевался над ним. Но граф просто играл с ним, будьте уверены, при необходимости он легко убил бы вашего преподавателя… Так на чём я остановился? Ах да, ещё находясь на территории академии, граф одновременно встречался с покупателями в городе, когда продавал им свой участок земли. Это значило, что у него был свой выход в город, неизвестный нам. Проверка его апартаментов, где он ранее жил, ничего не дала, всё стандартно, хранилище мы тоже осмотрели, никаких следов…

    – Вы думаете, он действовал один? Но он же ещё ребёнок?! – удивилась декан факультета лекарского дела, которая припомнила того мальчишку со смышлёными глазами, который смотрел на неё не как все студенты. Он смотрел на неё как на женщину, что ей изрядно льстило.

    – Мы, естественно, и не думаем, что он действовал один. Вероятно, он лишь небольшое звено в крупной преступной организации. Но я бы не сказал, что он там на последнем месте. К тому же нам удалось выяснить удивительную вещь от других учеников, которые учились с ним у одного мага. Он вселенец. Когда мальчику было восемь лет, его фактически убили, и в этот момент произошёл выброс некроэнергии, и в тело попала другая душа. Скорее всего, заблудшая.

    – Это не такая уж и редкость, я сходу могу припомнить три подобных случая. Вы лучше скажите, вы вышли на след воров? – спросил декан боевиков.

    – Нет, сам граф пропал, выйти на его сообщников мы не смогли. Вполне возможно, они избавились от него, как от важного свидетеля. Однако мы разослали его описания во все государства с пометкой, что мы им интересуемся. Вознаграждение за его голову назначено в десять золотых монет. Граф – наша единственная зацепка, чтобы выйти на его соучастников.

    В это время позади преподавателей захихикал декан факультета алхимии, который до этого молчал.

    – Вас что-то рассмешило во всём этом? – холодно спросил у него ректор.

    – Граф заплатил пять тысяч золотом за книги и артефакты, которые стоят девять миллионов золотых монет, – не переставая хихикать и всхлипывать, пояснил тот.

    Почему-то, кроме него, ни у кого это даже улыбки не вызвало. Все понимали, какой удар был нанесён по престижу академии. Теперь нужно было обдумать, как сделать так, чтобы информация не вылилась наружу.


    Алькея, столица империи Сауд. Дом одного из преподавателей Академии магии мага Гона де Куи

    Это же время

    Повернувшись на бок, я дотянулся до столика и сорвал с кисти ещё одну виноградинку. Прежде чем опустить ягодку в зовущий чувственный ротик баронессы, покатал её на восхитительной груди, вызывая чувственные стоны, и тут же слился с ней в поцелуе.

    С женой одного из моих преподавателей по практической боевой магии, того самого, которому я в наглой и грубой форме отказал в поступлении на факультет боевиков, я повстречался месяца четыре назад. Я тогда серьёзно подумывал прикончить её мужа где-нибудь на тихой улочке и поэтому следил за ним. Ну а тот привёл меня в свой дом, где я чуть позже смог рассмотреть его молодую двадцатилетнюю жену. Вид у неё был бл… В общем, покутить на стороне она была не против, тем более с мужем ей было скучно. Вот так я ему и мстил уже четвёртый месяц, наставляя большие и, поверьте, увесистые рога. Даже на тренировках с ним, стараясь сделать так, чтобы не выдать себя, внутренне посмеивался над ним, обещая, что вечером навещу его жену и отомщу. А та до встреч ох как охоча была!

    Но это так, предыстория. В действительности я вот уже два месяца как покинул стены академии и последние недели был лишён женской ласки, работая как вол, а тут, когда сегодня вернулся в столицу, то вспомнил о баронессе и избавился от спермотоксикоза. Скажу честно, та очень обрадовалась мне, и мы совершили три захода, сейчас готовясь к четвёртому. Нужно поторопиться. Через час придёт её муж, а баронессе ещё нужно убраться. Самой, слуги ненадёжны.

    Конечно, можно описать мою учёбу в академии, но она мне ещё вначале сильно разонравилась той мутью, коей там обучали, и как только хранилища библиотеки мне стали доступны, то я полностью отдался освоению знаний из книг древних.

    Когда я в первый раз проник в хранилище, то очень удивился, что книги древних хранились не на стеллажах, а в ящиках. Причём простых, на них даже заклинаний сохранности не было. В первом хранилище были только книги, вот их я и изучал, причём спокойно. Судя по пыли на полу, бывали тут не так часто, раз в полгода примерно. К тому же я временно заблокировал вход, чтобы меня внезапно не застукали. В общем, я понял, что книги нужно изымать: судя по тому, как их хранили, их выкупали, чтобы они не попали в чужие руки. Вполне возможно, их готовили к уничтожению. Зачем и почему, не знаю, да и неинтересно мне это было.

    Когда я вскрыл следующее хранилище, оно оказалось с артефактами, то тут же свернул работы по выращиванию больших кристаллов-накопителей для своей башни мага – здесь их было восемнадцать штук, причём все заряжены.

    Постепенно я вскрыл все шесть хранилищ и, устанавливая там попеременно арку телепорта, с помощью големов переносил всё в свою усадьбу, забив ящиками не только сам дом с пространственными складами, но и флигель, и хозяйственные постройки. Двое големов вскрывали ящики и составляли списки трофеев. Книги были сложены бессистемно, что укрепило меня в мнении, что изучение магии по этим книгам не планировалось. Так вот, книг по телепортам было найдено триста семьдесят шесть из двухсот двенадцати тысяч семисот тридцати двух.

    Два месяца мы с Арлином изучали их, составляли рисунки плетений, потом я тренировался. Пытался переместиться из одного угла зала в другой. Получаться начало только через полтора месяца. Потом я набил руку, и уже, выехав из города, вернулся обратно, переместившись в подвал. На этом всё, я научился личному перемещению.

    К этому времени я ещё грабил хранилища, поэтому арки убирать не спешил, а как только закончил, оставив в хранилище обманки, деактивировал и убрал стационарные арки телепортов, теперь они мне были не нужны.

    После этого я учился в академии, будучи прилежным учеником, чтобы не выбиваться из общего строя, а вечерами до полночи учился у себя дома под присмотром Арлина. Все книги, которые мне нужны для учёбы, были систематизированы и расставлены по полкам в библиотеке моего особняка. Так что я изрядно поднялся в лекарском деле, даже вышел на уровень младшего целителя, если судить по меркам древних магов. Кроме этого, я на ранг поднялся в знаниях бытовой магии, алхимии, погодной, стихийной и природной. В боевой я и так был на пределе: что мне могли дать книги, если меня обучал гранд-мастер? Причём хорошо обучал.

    Короче, когда я освоил нужные плетения строительной магии, то есть бытовой, то сразу же испытал их, свернув сперва флигель, потом конюшни. Напоследок я оставил дом, но и он скоро в свёрнутом виде со всем моим имуществом и големами отправился в пространственный карман, после этого я продал землю без построек. Какой-то граф с окраин империи охотно купил у меня эту землю и вроде даже начал что-то строить.

    Я разорвал контракт с академией – по-моему, они и сами были рады это сделать, говорят, ректор даже не думал, с ходу подмахнув приказ. Ещё бы им не радоваться: оплата за обучение в размере пяти тысяч золотых оставалась у них. Да пусть подавятся, не страшно.

    В общем, после того, как я покинул стены академии – Люси очень расстроилась этому, – я сразу же телепортами покинул империю, отправившись в ханство, вернее, поближе к пустоши, которая раскинулась на его территории. Говорят, она в этом мире была самой обширной. Скажу честно: за эти полтора месяца я обходил её вдоль и поперёк, тренируясь в освоении использования магии, и действительно, слухи не врут, большая она.

    Основные мои тренировки касались создания порталов для перехода в другие миры. Две недели назад я наконец активировал действующий межмировой портал. Чуть все мозги не сломал, пока не сообразил, где я напутал в плетениях, в книжках этого не было, такие порталы считались высшей магией. Так вот, когда портал заработал и появилось плавающее окно перехода, то я взял одного из пленных раскосых жителей ханства – у меня их было трое, ограбить меня хотели, утырки, и в рабство взять – и толкнул его в портал. Тот поглотил часть тела и схлопнулся, оставив вторую часть с этой стороны. Было понятно, что я опять где-то напутал, поэтому снова засел за расчёты, задумчиво поглядывая на дрожавших пленных. У меня было ещё две попытки.

    Вторая тоже провалилась, но дала мне подсказку: два плетения в звезде перехода из двух тысяч других не могли действовать вместе, я их переместил, проверил и – опля! – портал стандартно заработал и третий пленный благополучно оказался на той стороне. Где именно, я не знал, портал, в случае если я не ввожу конкретные координаты, работал в автоматическом режиме и если находил мир, где я мог дышать и жить, то состыковывался с ним и удалённо разворачивал там вторичную арку перехода. Правда, штука эта была опасная, демоны соседнего мира могли перехватить сигнал и вывести его в своём мире. Заходишь и оказываешься у них в мире. Я с ними часто общался, постоянно меня кинуть пытались, одного самого наглого я даже пленил и использовал для своих целей. Правда, недолго, сбежать смог, гад. У меня были мысли наведаться в тот мир и пожить там пару месяцев, это даст скачок в практике плетений демонологии, но я всё откладывал. Свои силы в демонологии я считал не меньше чем магистра, теоретические знания у меня были углублённые, так что, думаю, смогу довольно долго там находиться. Но пока всё времени не было, может, чуть позже, когда все дела разгребу?

    Вчера я закончил со всеми своими экспериментами, убрал разобранную пентаграмму перехода в пространственный карман и одним прыжком переместился в столицу империи Сауд. Заметьте, стационарными переходами, теми телепортами, которые принадлежат империи, я переместился бы в пять этапов, а тут одним прыжком.

    В столице у меня было две метки, которые я мог использовать для выхода там. Одна была на территории академии, а вторая – в парке моей бывшей усадьбы. Там шла стройка, так что я незамеченным покинул её и добрался до баронессы. Ещё одна метка, третья, у меня была в двадцати километрах от города, а четвёртая – в подвале дома. Но так как он был свёрнут в транспортное состояние, естественно, переместиться в него я не мог.

    Так что сейчас я нежился на роскошном ложе баронессы и размышлял. У меня была причина вернуться, и этой причиной была ещё одна сладкая месть. Помните тех ушлёпков, которые пытались меня убить, когда моя душа вселилась в тело мальца? Год назад я встретил одного и с его помощью стал искать остальных. Нашёл четверых, включая того, что пытался меня убить плетью, к сожалению, пятого студента не было, он был иностранец и в данный момент, закончив пятилетнюю отработку, отбыл в соседнее государство. И вернулся я именно отработать их, воздать долги. Потом можно переходить в другой мир. Как я уже говорил, этот мне не особо нравился. Мутный он какой-то, слишком спокойный. Ни войн, ничего. Патриархальный мир, во.

    О, кстати, я всё-таки смог выяснить, почему идёт деградация магии и скупка книг. Как и предполагалось, это было осмысленное решение. Дело в том, что во всех государствах существовала единая вера в одного Бога. Жрецы после Войны магов, произошедшей шестьсот лет назад, хитростью, убеждениями и даже подлостью стали исподволь подводить людей, в основном из правительства, к мысли, что магия – это зло. Надо отдать должное – работали классно, серьёзно себя не показывали, спокойно проводя обряды, а деградация магии налицо. У них было много последователей среди дворянской элиты. Именно поэтому академии и скупали книги древних магов, пытались сохранить наследие древних, святоши же их уничтожали. У них были свои агенты среди магов, что искали такие книги и передавали им. Однако, как мне удалось выяснить, собственно деградация касалась одарённых ниже магистра, а вот выше, включая гранд-мастеров, были на уровне и владели многими знаниями древних магов. Для чего это было нужно, я не знал. Могу только предположить, что «слабосилкам» не хотели давать серьёзные знания, а когда одарённый упорством поднимался выше, ему давали доступ к нужным знаниям. Не всем и не всякому, именно поэтому многие одарённые вроде де Курье так рвались купить эти книги до того, как их перехватят агенты академий или святош.

    Именно поэтому у меня в голове и возник дерзкий план, как стравить одарённых и церковников. Просто подкинуть первым приманку в виде части книг древних. Двадцать ящиков мне были не нужны, я отобрал самый хлам. Так что поиграем: я и тех ублюдков уработаю, причём жёстко, и церковников капитально подставлю. Кражу-то уже наверняка обнаружили и скоро должны связать со мной, я слишком в глаза бросался. Работать буду в режиме импровизации, тут иначе никак…

    Баронесса, отдохнувшая и возбуждённая, снова прижалась ко мне своим пышным разгорячённым телом, и у нас всё пошло по четвёртому кругу. Так-то я предпочитал худышек, но баронесса была хоть полненькой, но симпотной, даже очень, полнота ей шла, и я был не в претензии. Да и когда мстил, на это не обращал внимания, а сейчас уже привык и даже начал получать удовольствие.

    Свалить из дома я успел за полчаса до появления препода. Тот появился из-за угла на ближайшем перекрёстке и под моим насмешливым взглядом направился к своему небольшому особняку. Мстить ему я больше не собирался, хватит, отомстил уже, то есть погасил топку мести, всё же он меня учил, жёстко и на грани, но как-никак выполнял свои функции.

    – А вот это уже интересно, – пробормотал я, заметив, что мага со стороны сопровождают трое наблюдателей.

    Причём работали они очень хорошо, один шёл впереди и изображал пожилого почтенного горожанина, другой наблюдатель был в форме служанки и нёс корзинку с продуктами. Чуть позже я заметил и третьего.

    Было понятно, что кража обнаружена, проведено следствие и хищение связали со мной, выявив потенциальных жертв. Слухов о пропаже не было, видимо, ректор смог удержать их, не дать выйти за пределы академии. Только местные сыскари ошиблись, убивать препода я не собирался, но, раз за ним следят, сыграем на этом.

    Одет я был в слегка ношенную форму пажа императорского дворца с плащом. Их во дворце около тысячи работает, попробуй запомни всех. А с учётом того, что они часто шныряют по столице, выполняя разнообразные поручения, маскировка была идеальной. Форму я выкрал из прачечной. Конечно, можно было бы сделать и иллюзию, но у таких наблюдателей очень много артефактов, бывают и те, что выявляют иллюзии, например, на лице или на одежде. Лучше использовать всё натуральное. Мне случайности не нужны.

    – Ну, раз всё так удачно складывается… То почему не побегать? – хмыкнул я и, распахнув плащ, который был накинут на мои плечи, всё-таки весна, ещё вечерами холодало, отлепился от стены здания небольшой пекарни.

    К местным булочкам меня пристрастила баронесса, которая их обожала и закупала корзинами. Вот и сейчас, купив прямо с прилавка горячий и сладкий пирожок, я его неторопливо ел и, улыбаясь, наблюдал за приближающимся магом. Что он меня заметит и опознает, я не боялся, иллюзия на ушах и на носу смазывала черты моего лица, изменяя их.

    Резкий взмах плаща привлёк внимание первого наблюдателя, что шёл впереди, препод лишь бросил на меня мельком взгляд и пошёл дальше. Не узнал. В отличие от него наблюдатель в виде обеспеченного горожанина остановился и, достав из кармана платок, начал сморкаться, но я знал, что он внимательно меня сейчас рассматривает через кристалл артефакта. Поэтому я начал поворачивать голову следом за проходившим мимо преподом, давая себя получше рассмотреть, при этом не переставая поглощать пирожок.

    Наблюдатель выронил платок, подобрал его и стал копаться в карманах. Второй наблюдатель, «служанка», тоже остановилась и завела разговор с двумя детишками, что-то дав им, достав из корзины, а третий, недавно замеченный мной, свернул в ближайший проулок.

    Доев булочку, я отошёл от пекарни и спокойно направился в сторону центральной площади, изредка поглядывая в витрины салонов, магазинов и аптек, чтобы провериться. Наблюдатели, покинув препода, шли за мной, оба оставшихся. Может, их было и больше, но глаз, что висел над кварталом, чётко показывал, шли за мной только двое. Третий на параллельной улице забежал в кабак, и вскоре оттуда выскочил мальчишка-посыльный и ринулся в ту же сторону, что и я, к центральной площади, где были расположены все государственные организации и ведомства. Как и ожидалось, влетел он в здание тайной стражи.

    Наблюдатели, к которым присоединилось ещё шестеро, довели меня до храма, четверо остались снаружи, четверо зашли за мной, наблюдая, как я прошёл к алтарю и, преклонив на миг перед ним колено, зашёл за него и скрылся за небольшой дверцей. А что? Был я из любопытства в таком храме и видел, что церковники заходят и выходят оттуда. Это, значит, им можно, а мне нет?! Ага, щаз-з прям!

    За дверью оказался длинный коридор с десятком дверей и лестницей, ведущей наверх и вниз. Пользуясь тем, что тут было пусто – видимо, служба закончилась или, наоборот, ещё не началась, – я скользнул к ней и побежал вниз. Мне нужен был подвал. К сожалению, лестница вела в полуподвал, но в жилой, тут жили паломники, которые прибывали в храм. Как я это понял? Да просто: на стене висела инструкция, как им положено вести себя в храме. Что порадовало, здесь же висела схема полуподвала, чтобы они не заблудились. Это было не сложно, от лестницы расходились семь коридоров с многочисленными дверями. Судя по схеме, тут было более двухсот келий.

    Я направился по третьему широкому коридору. Там свернул направо, прошёл мимо больших грузовых ворот и начал спускаться по широкому транспортному пандусу уже в нормальный складской подвал. Только тут мне встретились местные служаки в длинных серых балахонах, проводивших ревизию каких-то бочонков. Но меня они не заметили, я накинул на себя плетение отвода глаз.

    Пока один осматривал бочонки и сообщал их номера второму, который вёл запись, я прошёл мимо них и свернул в боковое ответвление. Следует поторопиться, скоро храм будет полностью окружен агентами стражи, если это уже не было сделано.

    Судя по всему, я попал в ту часть склада, в которой хранилось продовольствие, – здесь было достаточно холодно, работали плетения заморозки. Я зажёг шесть магических светильников, повесив их на стенах, и стал искать среди ящиков и бочонков свободное место. Нашёл его в закутке, думаю, там как раз разместятся мои ящики с книгами. Я снова вышел в общий коридор, больше мне негде было развернуться – подвал был полон, видимо, жрецы готовились к большому наплыву паломников, раз так запасались.

    Достав из кармана небольшой пакетик, я прилепил его к каменной стене подвала и активировал разворачивание. Буквально через семь секунд передо мной появилась самая обычная широкая двустворчатая дверь, правда, в двадцати сантиметрах от пола, надо было её чуть ниже повесить, не рассчитал. Потянув за ручку, я прошёл в большое складское помещение. А что? Я научился разворачивать комнаты, делая дополнительные помещения, так почему бы не научиться было их сворачивать, набитые моими вещами, и не носить с собой? Скажу честно, это уже была моя разработка, чисто моя. Этому я не учился.

    Пройдя на развёрнутый мной склад, я осмотрел ящики – в помещении было светло, горело двенадцать магических светильников на стенах – и, активировав заклинание левитации, вывел первый ящик через дверной проём, запнувшись о порог, и потащил к тому закутку, где нашёл место для схрона.

    Через пятнадцать минут все двадцать шесть ящиков были установлены там в три ряда, после чего я свернул помещение и убрал пакетик обратно в свою пространственную сумку. Осмотрев, как сложены ящики, я понял, что чего-то не хватает, поэтому снова открыл пространственную сумку и стал доставать элементы стационарной арки, собирая её. Через минуту она была собрана, и я стащил с соседнего стеллажа с бочонками кусок грубой материи, накинул её на арку. Настройки на ней были на другую арку, что ранее располагалась в одном из хранилищ академии. Как только спецы-телепортальщики проверят это, то подтвердят, что именно с помощью этой арки злоумышленники грабили академию. Только вот воспользоваться они ею не смогут, я так накрутил с ложными контурами, что они вряд ли разберутся.

    – Вроде всё, – пробормотал я и, заметив, что в соседнем складе появились светляки факелов и магических светильников, причём довольно много, хмыкнул, отрубил свои светильники и телепортировался на территорию своей бывшей усадьбы. Похоже, тайная стража не рассчитывала на такую возможность и не блокировала храм от перемещений.

    Уже стемнело, но работы в усадьбе всё ещё велись, хотя было видно, строители на сегодня уже сворачивали работу. Спокойно покинув территорию усадьбы, я направился в сторону района, где располагались виллы и усадьбы дворян из высшей власти империи. Один из тех ублюдков, что радовался моему убийству и подбадривал товарища, был сыном замминистра сельского хозяйства и жил с родителями. Этот парень был из погодников, он ещё в прошлом году закончил отработку за обучение и сейчас работал на частной фабрике по производству магических амулетов.

    Возвращался домой он или в восемь, или в девять вечера, сейчас было полвосьмого. Я поймал наёмную коляску и велел везти меня в дворянский район. Ещё в подвале храма я переоделся, сменив форму пажа на одежду сына бедного дворянина. Были тут и такие. Кичливости на десятерых, а у самих за душой ничего, кроме длинной родословной. Своими бы поступками поднимали род, а не хвастались предками.

    Кучер высадил меня там, где я попросил, за шесть домов, и, получив плату, покатил дальше. А я по пешеходной тропинке, вежливо кланяясь прогуливающимся дамам и их кавалерам – многие местные любили вечерние променады, – направился к нужному особняку.

    Ждать мне пришлось недолго, буквально через десять минут к воротам особняка подкатила наёмная карета, и её покинул знакомый типаж. Это был тот самый одарённый, которого я заметил и опознал первым, с него и решил начать.

    Он как раз расплачивался, когда я приблизился к ним. Кучер почти сразу свалился, а вот маг успел накинуть защиту и приготовиться к бою, но тут же осел от более мощного парализующего заклинания. Сформировав над ним плетение левитации, я закинул мага в повозку и занял место кучера, сбросив того на мостовую и завернувшись в его плащ. Покатил к речному порту, где были многочисленные склады. Включая заброшенные. Вот один такой меня и интересовал.

    Добравшись до примеченного три месяца назад и подготовленного склада – расчистил от мусора площадку и укрепил готовую вот-вот рухнуть крышу, – я натянул поводья у входа.

    Маг оказался откровенным слизняком: когда я навесил на него амулеты, блокирующие дар, он стал ползать у меня под ногами, прося отпустить его или дать возможность выкупиться. Мерзкое зрелище, даже удовольствие от мести испортил, осталось только одно желание – прикончить его, но я сам себе дал слово, что просто так они не умрут.

    – Лови, – с хмурым видом кинул я ему кристалл с записью.

    Тот работать с ним умел и, активировав, просмотрел запись шестилетней давности, где он с дружками отдыхал в таверне и как они издевались над ребёнком.

    – Ну и что? Наказали щенка, что тут такого?! – с некоторым возмущением спросил он.

    – Этот щенок – я, и теперь я решил наказать вас. Ты первый, – спокойно ответил я и взмахнул рукой, в которой засветилась плеть Наргулы, расправляя её по всей четырёхметровой длине.

    – А-а-а!!! – заорал маг, когда заклинание отрубило ему ноги.

    Отрубив также руки, я свернул заклинание и стал спокойно смотреть, как тот умирает. Одновременно я поглядывал на экран камеры, которая вела запись в автоматическом режиме. Это мне на память. Я не любил не отдавать долги.

    Умирал он в течение шести минут, плеть была боевым оружием, и, нанося раны, тут же прижигала их. Последний раз дёрнувшись, маг затих.

    – Хорошо, – удовлетворённо кивнул я. – Первый есть.

    Бросив на грудь трупа кристалл с той записью, где меня пытались убить, – пусть сыщики голову поломают, – направился к выходу. Основная причина моего решения оставить такую улику – это чтобы до остальных довели новость о том, что на них ведётся охота. А страх за свою жизнь перед неизбежным наказанием очень сладок для меня. Пусть боятся, а чтобы подстегнуть их страх, я урою сегодня ещё одного, последнего из тех, что находится в столице, оставив на его теле точно такой же кристалл с точно такой же записью. А потом можно и к остальным смотаться, и пофиг, что их будут охранять, как императора, всё равно урою. Тут не только месть замешана, но и интересная игра с местными спецслужбами. Кто кого переиграет. Люблю адреналин, будоражащий моё тело и сознание.

    Покинул порт я не на коляске, бросив её там же, у склада, а просто прыгнул к своей привычной метке в парк бывшей усадьбы. Нужно будет сформировать и активировать ещё одну, а то только эта и есть в свободном доступе. Не в академию же мне перемещаться?

    На территории усадьбы уже никого не было, только охрана плюс трое магически усиленных псов. С ними я нашёл общий язык ещё в свои прошлые появления, поэтому в их сопровождении дошёл до ограды и, без проблем преодолев её, – активированная защита мне нисколько не мешала, как-никак я сам её полностью создал, – направился в сторону района, где селились обеспеченные горожане и простые дворяне. Именно там жил шевалье де Теон, маг-боевик, гвардеец императорского полка. Будем надеяться, он сейчас не на службе, а дома.

    К сожалению, мои надежды не оправдались, в небольшом двухэтажном здании находилась только его молодая жена – свадьбу они сыграли полгода назад – и его престарелая мать. Де Теон был сыном рыбака, но когда обнаружилось, что он одарённый, то прошёл все ступени до окончания академии и получения дворянства, после чего, накопив денег, купил дом, куда перевёз мать-старушку и чуть позже молодую жену. Кстати, она тоже из простых, дочка торговца.

    Ждать его у дома мне было лень, кто его знает, когда он вернётся, может, у него ночное дежурство, поэтому я направился к императорскому дворцу. К сожалению, метку повесить на де Теона, как на остальных, я не мог, другие гвардейцы могут засечь, там серьёзные спецы, лучшие одарённые империи, поэтому, добравшись в полночь до дворца, стал искать его по ауре.

    Я обнаружил его через полчаса на посту у какого-то входа во дворец. Мне понадобилось почти два часа, чтобы взломать защиту на ограде, перемахнуть её и направиться в сторону часовых – де Теона и его напарника, стоявшего с другой стороны охраняемых ими ворот.

    Удалённо блокировав их амулеты поднятия тревоги, я бросил в них специальные плетения паралича, которые применяются против сильно защищённых солдат или магов. Оба часовых тут же осели.

    Выбравшись из клумбы, где прятался, я, помяв какие-то цветы, обошёл пяток следящих плетений, что находились на дорожке, и подошёл к гвардейцам. Они оба были в сознании, но двинуться не могли. Надев на де Теона амулеты, блокирующие связь, и окружив нас сферой молчания, чтобы он не мог поднять крик, снял с него паралич, тут же отразив две его попытки порвать меня голыми руками, убрал скрыт со своего перстня мастера и с улыбкой бросил ему кристалл:

    – Смотри. Твой дружок де Крон уже посмотрел… в последний раз, перед смертью.

    Де Теон бросил на меня злой взгляд, сломленным он не был, и внимательно посмотрел запись, морщась.

    – Я тогда выпил и не понимал, что делал.

    – Мне-то какое дело? – удивлённо спросил я, вставая и разворачивая плеть Наргулы.

    Маг пытался уйти броском влево, но плеть настигла его, срубив одну руку и часть плеча. Взмахнув ещё трижды, я закончил с его четвертованием. Наклонившись над его лицом, я спокойно сказал, глядя ему прямо в глаза, где плавали боль и обречённость:

    – Я за месть, мне это нравится, и это в моём характере. Но добивать тебя не буду, благодари за это свою беременную жену и престарелую мать. Если лекари не оплошают, то у тебя появится право на вторую жизнь. Надеюсь, ты проживёшь её достойно, а не так, как здесь, – постучал я ногтем по кристаллу, что положил на его грудь.

    Я рванул к забору. Буквально в тот момент, когда перемахнул его, чуть не сбив с ног куда-то спешащую девушку, поднялась тревога и забегала охрана на территории дворца. Там, где я оставил покалеченного гвардейца, светились многочисленные магические светильники. Может, и успеют его спасти, если маги-лекари подготовлены хорошо и имеют на руках свитки с заклинанием среднего исцеления.

    Отойдя от дворцового комплекса императора на соседнюю улицу, я активировал плетения перехода и вышел в роще в двадцати километрах от столицы империи. Всё, в ней я свои дела закончил, осталось до остальных добраться. К сожалению, воспользоваться стационарными телепортами я не мог, теми, что принадлежали саудовцам, ищут меня, ещё как ищут, так что пешочком, только пешочком или на каком другом попутном транспорте. Как я уже говорил, личные перемещения – это просто отлично, но, к сожалению, и у них есть недостатки. Прыгнуть в никуда я не мог, только в те места, где был и оставил метки. Ну или ещё в то место, которое видел визуально.

    Выйдя из рощи на дорогу, я посмотрел на тёмные массы крестьянских телег, которые, поскрипывая, катились в столицу, влекомые понурыми лошадками, – это доставляли в город свежие продукты, ну или запасы прошлогодних, весна же, – и, стараясь не измазаться, было сыро, энергично зашагал по дороге прочь от города. Я шёл к следующему из оставшейся тройки. К иностранцу, за остальных я потом примусь.


    – Что желает молодой господин? – склонившись в угодливом полупоклоне, спросил портной.

    – Дорожные костюмы. Два комплекта, – с интересом осмотрев стойку с готовыми костюмами, ответил я.

    – На вырост? – поинтересовался он.

    – Один по моей комплекции, другой чуть посвободнее в плечах.

    Вопрос портного был в тему. Я ещё являлся подростком и рос, но он не знал, что я уже давно определил, какое у меня будет строение тела. Как выгляжу я невысоким и стройным пареньком, так им и останусь, разве что плечи немного раздадутся, но это от усиленных тренировок. Правда, не сильно и фигуру непомерным разворотом портить не будут.

    Портной снял с меня мерки, с интересом поглядывая на мою одежду. Что есть, то есть, за две последние недели, что я добирался до этого герцогства, я действительно пообносился.

    Иностранец, маркиз Консулак, жил в этом герцогстве, являясь младшим сыном, седьмым, правителя этой страны, именно он мне и был нужен.

    Дорога мне особо не запомнилась, передвигался на дилижансах да на попутных каретах. Разве что стоит упомянуть то, что я сделал небольшой крюк и завернул в один городок. В тот самый, в котором произошло моё вселение в это тело. Да, попутно я навестил того трактирщика-недоноска, что раненых детей пинает.

    Он был жив до моего приезда и узнал меня, только когда я ему ноги отрубил плетью. Оставив его умирать на заднем дворе трактира, я отправился дальше с чувством исполненного долга. Приятно, что долги, которые висят на тебе, постепенно раздаются. Даже дышать от этого становится легче.

    Так что без особых приключений я в основном на дилижансах добрался до границы герцогства и, спокойно перейдя её, оказался в нужном государстве, в данный момент пребывая в столице, в одном из её богатых районов, у портного заказывая себе одежду. Мой дорожный костюм немного пообносился, да и вырос я из него, но пошит он был отлично, вот как портной на него поглядывает. Дорогой он, я уже успел убедиться, такие носили только обеспеченные люди, очень обеспеченные. Именно два таких же костюма я и заказывал.

    – Через два дня всё будет готово, – закончив со снятием мерок, сообщил портной.

    – Хорошо, надеюсь, скорость не будет зависеть от качества.

    – Ну что вы, у меня стоят новейшие пошивочные артефакты, качество гарантирую, у меня заказывают одежду даже дети нашего герцога.

    Слушая бормотание портного, я накинул на себя тоже поистрепавшийся плащ, в котором не раз ночевал у костра по дороге, и, поправив шляпу, покинул портного. После этого я направился дальше по улице в поисках парикмахера. Оброс я уже до такой степени лохматости, что пора было проведать цирюльника. Через шесть домов я обнаружил что-то вроде салона красоты и зашёл туда. Меня ловко и быстро постригли, помыли голову и даже впервые побрили, убрав пушок с лица. За всё взяли тридцать семь медных монет, которые я отсчитал, добавив три, как чаевые. На выходе из салона, потрогав подбородок, я подумал, что правильно убрал с него волосяной покров, отращивать усы и бородку я не собирался. Не хочу повторять дурь местных магов.

    Время было три часа дня, судя по часам, я всего два часа как въехал на очередном дилижансе в город, и только успел найти себе убежище для ночёвки. Это была полуразрушенная хибара. Я наложил на неё плетения прочности, охранные и защитные, установил внутри мебель и провёл магическую канализацию. Теперь в хибару никто, кроме меня, пройти не мог, любой бродяга, а их в герцогстве хватало, особенно на окраинах столицы, чувствовал необъяснимую тревогу на подходе к хибаре и непроизвольно обходил её стороной. Защищён мой домик был отлично. После этого я посетил портного и цирюльника, приведя себя в относительный порядок, чтобы не бросаться в глаза.

    После цирюльника я направился в ближайшую таверну, нужно было подкрепиться. Там я заказал шесть пирогов с рыбной, грибной и мясной начинкой. А что? У меня в сумке был специальный отсек, где я остановил время, пироги там могли находиться сколь угодно долго, для них это был миг, и оставаться всё так же горячими и вкусными. Я этим отсеком постоянно пользовался. Однако за время дороги он опустел, вот и требовалось его наполнить, но не сразу, а постепенно, не привлекая внимания. Вечером ещё закажу пирогов и кабана на вертеле, только в другом трактире.

    Сидя за столом, я спокойно поглощал доставленные блюда, пироги ещё готовились, как вдруг, скрипнув лавкой, напротив меня приземлилась какая-то туша. Кто это, я знал, так как полностью контролировал весь трактир, привычка такая, поэтому, подняв голову и положив обглоданную кость в пустое блюдо, где лежали её товарки, с интересом посмотрел на бородатого мужика, севшего напротив.

    – Что надо? – успел задать я вопрос до того, как он открыл рот.

    Тот смешался, но быстро пришёл в себя:

    – Вижу, что ты не местный, похоже, бродяга. Могу помочь с работой, дело быстрое, а потом на кармане монеты звучат, бывают даже и серебряные.

    Я был укутан в поношенный плащ, и тот не видел моей одежды, приняв меня за бродягу.

    – Не интересует, – буркнул я.

    То, что этот бородач толкает меня на ограбление или что-то подобное, было понятно и без анализа происходящего. Им нужен был левый парень, которого на месте преступления можно было убить и свалить работу на приезжую банду. Многие из воров и налётчиков так делали, я об этом знал. Сыскари-то местные их наверняка если не по именам, то по рожам знают, а тут левый на месте убийства. Наверняка ещё и улик по карманам напихают.

    – Ты подумай… – начал тот уговаривать.

    – Пшёл прочь, – с силой в голосе сказал я, зло посмотрев на него.

    Тот сразу почувствовал метаморфозу в моём поведении, да и кончик кинжала, что пощекотал его брюхо, был намёком свалить. Он кивнул и покинул мой стол, присоединившись к дружкам, их было четверо, за два стола от меня, ближе к стойке трактирщика, а я продолжил обедать.

    Когда я закончил, принесли пироги, по два на трёх подносах, положили их на стол. Они были уже нарезанные и исходили ароматным паром. Расплатившись, я стал по очереди брать подносы и убирать пироги как бы в баул, который лежал на лавке рядом со мной. Служанка поморщилась: наверняка они там помнутся и превратятся в месиво, но в действительности пироги исчезали не в бауле, а в моём пространственном кармане.

    Покинув трактир, я направился к своей хибаре. В моём потрёпанном костюме у дворцового комплекса герцога не покрутишься, засекут. Именно поэтому я и заказал костюмы. Не хочу выделяться из толпы.

    – Что вам нужно? – обернулся я, заметив, что пятёрка мужиков, среди них был и тот бородач, следуют за мной в отдалении.

    Особо я не противился, так как они мне были нужны. Если попытаются ограбить или убить, чтобы подбросить труп к месту преступления, которое они явно сегодня планируют совершить, это даст мне повод забрать их души. А как же. Я ведь обещал Генералу, что выкуплю души его бывших подчинённых. Правда, из всех тысяч не выпитыми, в полном разуме и при памяти осталось только восемнадцать душ. Пять я уже выкупил, осталось тринадцать. Демоны их не трогают, я сделал заявку на их выкуп и даже договорился о цене, по три обыкновенных души за друзей Генерала. Правда, тут всего пятеро, ещё бы одного, чтобы сразу двоих выкупить, ну да ладно, посмотрим по ходу дела.


    К вечеру у меня в избушке скопилось девятнадцать парализованных тел. Столица герцогства оправдала свою славу самого криминального города в мире. Первых пятерых я парализовал у своего дома, потом затащил внутрь и в одной пустой комнате начал чертить пентаграмму призыва.

    Не успел, наступил вечер, и я направился в трактир поужинать. Не забыв заказать пирогов и блеснуть серебром. Не золотом, посетителей с такими деньгами тут не бывает.

    Пироги незаметно для посетителей трактира переместились в мой пространственный карман, а чуть позже часть этих завсегдатаев отправилась за мной. Сам трактир был грязным, и готовили там, надо сказать, отвратно, надеюсь, с пирогами они не напортачили. Но зато здесь было полно грабителей и бандитов, так что уловка сработала, за мной отправились трое. Потом ещё двое, что пытались обогнать меня по параллельной улице и ограбить. Так что принял я всех, поместив в ту же комнату, где лежала пятёрка.

    Мне идея набрать ещё тел понравилась, поэтому я забрёл ещё в два трактира на окраине столицы, приобрёл ещё десяток пирогов и наловил девять бандитов. На сегодня хватит, завтра продолжу. Хотя думаю, что дружки пропавших быстро свяжут парня, который заказывает пироги, и исчезновение товарищей, что отправились за ним следом, и если не устроят на меня охоту, то сольют информацию, кому смогут. Посмотрим, но пироги больше заказывать не буду, больно след жирный… что-нибудь другое буду заказывать. Пирожки, например.

    В полночь я активировал пентаграмму, вызвал демона-контактёра, и тот получил девятнадцать душ бандитов и воров, передав мне шесть пузырьков с душами друзей Генерала. Размен, на мой взгляд, был более чем в мою пользу, профессиональные воины того стоили, а для демона главное не то, что внутри, а количество батареек.

    Утром я избавился от тел, сжёг их в одной из комнат, стараясь не повредить стены, после чего засыпал прах землёй. Всё, улики уничтожены, следы применения магии я также затёр. После этого я позавтракал в приличном кабаке, заказав там два подноса пирожков с яйцами, капустой и мясом, после чего направился изучать город, мне нужно было в нём освоиться.

    К вечеру этого же дня у меня в хибаре скопилось ещё двадцать два тела. Многовато, конечно, мне бы и пятнадцати хватило, чтобы выкупить остальные души друзей и подчинённых Генерала, тех, кому он, без сомнения, доверял, но местный криминалитет сам виноват, вычислив и пытавшись загасить меня. Теперь их убийцы лежали в комнате парализованные, готовясь пройти процедуру извлечения душ. Я их предупредил, чего им ждать, так что они там оставались с мокрыми штанами. Пошевелиться не могут, а физиологию никуда не денешь.

    Когда я вызвал демона, привычно отбив его атаки, и он так же привычно отступил назад, это был уже ритуал – пробовать меня на прочность, все демоны такие, я указал на двадцать два тела, что были сложены в комнате ровными рядами, и сказал:

    – Тут больше, чем мы договаривались, что ты можешь предложить мне за этих семерых?

    – Я работаю только с душами, – скривил тот зубастый рот в улыбке.

    Демон был высок, двухметрового роста, короткие кривые ноги, такие же руки, только длинные, мужское достоинство приличного размера, кожа, покрытая буграми и шрамами, рожки на уродливой голове и глаза, похожие на глаза рептилии. Многие думают, что демоны являются на призыв в своём теле, но это не так, это была энергетическая оболочка, то есть убить демона было невозможно. Пленить – да, сложно, но возможно, а также возможно причинить ему боль, он её чувствует, а убить – никак. Нужно переместиться в мир демонов, найти там его физическую оболочку и только тогда уничтожить. Есть ещё и энергетические демоны, но это уже совсем другая линейка, можно сказать, раса, да и под другое они заточены.

    – Души-и? – задумчиво протянул я и предложил демону: – Удиви меня предложением.

    – Есть душа заблудшего стражника.

    – Хрень, – скривился я. – На кой он мне?

    Стражники были жителями демонского мира и являлись полуразумными особями, которые занимались в основном охраной и конвоированием людей-рабов. В демонском мире их хватало, а иначе они с голоду умерли бы.

    – Он может быть духом-управляющим. Преданным.

    – На хрен. Что ещё?

    – Душа мага?

    – Уже интереснее, но не то. Мне интересны души магов, погибших до магических войн древности. А у тебя такая была только одна, Арлина, остальных вы уже выпили или они в таком состоянии, что ни на что не годны.

    – Тогда душа мага-эльфа?

    – Какое время? – заинтересовался я.

    – Свежая, триста лет ей.

    – Ладно, душа мага-эльфа за лишние души. Договор?

    – Договор, – кивнул демон.

    И мы приступили к работе. Я левитацией поднимал тела и отправлял их через пентаграмму демону. Те рядом с ним быстро, на глазах, высыхали, превращаясь в мумии, и их души отправлялись в колбочки, которые держал демон. Через десять минут все двадцать два тела были проведены через заклинания извлечения душ, и демон, согласно договору, перед исчезновением оставил внутри пентаграммы пять бутылочек, где находились души друзей Генерала, и колбу с душой мага-эльфа.

    Это была большая редкость, когда душа эльфа попадала к демонам. Обычно их души вселялись в их лес, там, где они живут, подпитывая его, а тут как-то оказалась у демонов. Естественно, я заинтересовался, да ещё душа, оказалось, принадлежала магу. То, что все эльфы являются магами, полная чушь, как и у людей, одарённых у них мало.

    Деактивировав пентаграмму, я избавился от тел привычным способом, засыпав новую порцию пепла землёй, после чего затёр следы применения магии и особенно того, что тут побывал демон, его эманации были сильны, и я разобрал пентаграмму, убрав её детали в пространственную сумку. Склянки с душами воинов и мага я убрал в пространственную сумку к остальным. Вот разверну дом, запущу лабораторию, и можно будет наделать големов и попытаться пообщаться с эльфом, если тот, конечно, согласится со мной разговаривать. Хотя с созданием големов могут быть проблемы. Для этого мне нужен определённый сплав, его ещё называют гномьим серебром, а у меня он как раз закончился, того огрызка, что остался, не хватит даже на одного полноценного голема. Придётся пахать в лаборатории, создавая этот магический металл, а это очень сложно, недели две уйдёт на десять слитков. В прошлый раз у меня столько и ушло.


    Утром я решил пообедать в таверне, однако, когда зашёл в зал, то понял, что тут не всё так радужно. Десяток мужчин самой бандитской наружности сразу же стали пристально следить за мной. Что они меня опознали, я не сомневался.

    Заказ доставили быстро, но незаметный анализ еды дал понять, что есть её не стоит. С таким количеством яда не справится даже мой обновлённый организм. Обновлённый – в смысле, я установил плетения-фильтры в желудке, и они уничтожали яд. Для стабилизации плетений я внедрил их в кристаллы, ведь плетения плохо ложатся на живое тело, а сами камни проглотил, три природных алмаза у меня теперь в желудке внимательно следят за тем, что я ем, так что ничего мне не грозит, даже язва, не то что гастрит.

    Определив, что намешано в тарелках, я выпрямился, положив ложку и посмотрев в сторону трактирщика, который искоса поглядывал на меня, подманил его согнутым пальцем.

    – Тебе что-то ещё нужно? – вытирая замасленной тряпкой руки, спросил он.

    – Ешь, – пододвинул я тарелку к краю стола и сунул в похлёбку ложку.

    – Чего?.. – попытался он отодвинуться, но не успел, из замаскированного на моём пальце кольца-артефакта развернулось пылающее лезвие меча и прижалось к его шее, отчётливо запахло палёным.

    – Ешь, – повторил я.

    Тот махнул рукой, и миска полетела на пол, разбрызгивая содержимое.

    – Извините, я не хотел, – пролепетал трактирщик.

    – Ничего страшного, вот стакан с соком. Или ты его выпиваешь, или сношу твою голову с плеч. Решай, у тебя, как видишь, есть два выбора.

    Всё это время посетители трактира, что находились в зале, в шоке наблюдали за моими действиями. Особенно их убивал пылающий меч, ничего похожего они ещё не видели.

    Первым, естественно, пришёл в себя тот десяток мужчин, что сидели за двумя столами, они-то и встали. Вперёд вышел здоровый, заросший до самых глаз мужчина:

    – Эй, парень, если тебе не нравится обслуживание, то проваливай. Понял?

    – Нет, – коротко ответил я ему и, не сводя взгляда с трактирщика, добавил: – Я жду.

    Тот сделал свой выбор, и стакан с соком тоже полетел на пол, следом полетела снесённая с плеч трактирщика голова, я всегда сдерживал свои обещания. Встав под шум упавшего на пол тела, из обрубка шеи которого толчками выплёскивалась кровь, я активировал второй меч на другой руке и хмуро спросил:

    – Меня ищете?

    – Где наши товарищи? – Спрашивающий был достаточно благоразумным и показал товарищам знак, отчего они, уже начавшие окружать меня, замерли.

    – Мертвы. Это всё?

    – Ты понимаешь, что теперь заимел очень сильных врагов?

    – Да, ваши души мне тоже пригодятся, демоны за них очень неплохо платят, – криво усмехнулся я и атаковал.

    Срубил одним взмахом трёх слева, больно удобно они стояли, и пока те распадались на половинки, изрубил остальных, после чего вышел из скоростного режима, которым овладел совсем недавно, и замер перед бородачом, он один остался не тронутый мной. Он удивлённо моргал, глядя на тела погибших товарищей, и дёрнул рукой, пытаясь её поднять, но не успел привести в действие спрятанное в рукаве оружие. Срубленная рука упала на пол, следом упала, покатившись, и голова бандита.

    Деактивировав мечи, я поднял его руку и, задрав рукав, с интересом рассмотрел приспособление, закреплённое на нём. Без сомнения, это был пружинный арбалет скрытого ношения работы гномов. Я о таких только слышал, но до сегодняшнего дня ещё не видел. Расстегнув ремни, я вытряхнул руку мёртвого бандита и, очистив механизм от крови, убрал его в баул, пригодится. Чуть позже внимательно изучу его.

    Повесив баул на место, я осмотрел зал – три десятка испуганных посетителей наблюдали за мной – и, покачав головой, вышел из трактира.

    В следующем кабаке, который находился уже в приличных районах, тоже был наблюдатель, правда, всего один. Заказ мой принесли без перчинки, то есть без ядов, отчего я спокойно поел. Наблюдатель покинул на время кабак, но чуть позже вернулся.

    Когда мне принесли дополнительный заказ, шесть подносов с пирожками, тут их была почти сотня, я стал их брать и по одному убирать в баул, в действительности всё так же складывая в пространственную сумку. Продовольствия у меня там уместится четыре тонны, но нужно ещё сделать запас воды. Так что две тонны воды и две тонны продовольствия. Надо было у церковников их подвалы пограбить, там много чего было, но я тогда торопился, подбрасывая улики, да и преследователи, которые начали обыскивать подвал, слишком быстро появились, вот и пришлось уходить с пустым карманом, а можно было бочки в ту же пространственную комнату затащить. М-да, всегда хорошая мысля приходит опосля.

    Когда я опустошил подносы и служанка их забрала, за пирожки я уже расплатился, как и за обед, в обеденный зал кабака вошли пятеро стражников. Что интересно, они сперва нашли взглядом того наблюдателя, которого я с ходу засёк, и только потом направились ко мне. Тот подал им незаметный знак, указав на меня.

    – Документ, – приказал старший патруля.

    Герцогство, как и империя, было довольно продвинутым государством, и тут все имели при себе документы. У дворян это свитки, у простых граждан – медные таблички размером с большой спичечный коробок с выбитыми на них символами. Их обычно выдают в администрации ближайшего города сразу после рождения ребёнка, и владеет тот им до конца жизни.

    – Не имеется, – спокойно ответил я, застёгивая баул и кладя его на столешницу.

    – Ты идёшь с нами, и без шуточек.

    – Вот это вряд ли, – покачал я головой и атаковал стражников.

    Оружия я не использовал, работал руками и ногами. Буквально через четыре секунды все пятеро лежали на полу в разных позах. Оказать сопротивление попытался только один стражник, лет сорока, имевший спортивное сложение и шрамы на лице от меча. Опытный воин, но и он против мастера меча ничто.

    Повесив баул на плечо, я вышел из кабака, пока посетители пребывали ещё в шоке, и направился в район, где располагалась мастерская портного. Два дня прошло, пора узнать, как там мой заказ. А наблюдателя я не опасался, так как набросил на него заклинание паралича, избавившись от соглядатая. Так же можно было поступить и со стражниками, их служебные слабенькие амулеты защиты для меня препятствием не являлись, но хотелось потренироваться в обстановке, приближённой к боевой.

    Портной был на месте и, заметив меня, входившего в магазин, расплылся в улыбке:

    – Ваш заказ готов, молодой господин, можете примерить.

    – Естественно, примерю, – отозвался я.

    Оба костюма идеально мне шли и не имели никаких бытовых плетений, я это обговорил особо, лучше сам их наложу, чем доверюсь какому-нибудь магу-недотёпе. Пока портной паковал покупки, я выбирал на вешалке плащи, меряя их. Купил три, один лёгкий, но плотный, хорошо защищающий от ветра, два других с начёсом, для зимы. Плащи я убрал в баул, следом отправился и свёрток с костюмами. Расплатившись, общая сумма за всё была сорок семь серебрух, я покинул магазин и зашёл в соседний, обув ной. Тут тоже шили обувь по меркам, но были и готовые. Я купил высокие кавалерийские сапоги, две пары мягких полусапожек и полуботинки. Все на полразмера больше моей ноги, на вырост, так сказать. Носки я купил тут же, взял сразу двадцать пар.

    После этого я вышел с этой улицы и, поймав наёмную коляску, велел везти меня за город, к реке. Лето уже властвовало на этих территориях, поэтому, отпустив возницу, тот укатил, довольный чаевыми, я разделся донага, сложив все вещи у баула в тени дерева, росшего на берегу, и одним прыжком оказался в довольно прохладной речной воде. Конец весны, самое начало лета, в принципе для этого времени года уже ничего водица.

    Поплавав, я оделся в новый костюм. Их было сшито два, согласно моему заказу. Один чёрный, другой тёмно-коричневый. Надел я коричневый, он не так бросался в глаза своим цветом. Накинув сверху лёгкий плащ, я повесил на плечо баул и энергично зашагал к столице герцогства. Выглядел я как довольно обеспеченный молодой дворянин, а не как обносившийся бродяга, поэтому можно посетить те кварталы, в которых располагался дворцовый комплекс. В таком виде я не буду царапать глаза наблюдателям из гвардии и охранки. А старый свой костюм, тот, что служил мне верой и правдой больше года, я сжёг на костре у реки. Он мне уже был мал, и не хотелось оставлять улику, где были следы моего тела, чтобы не давать противнику свою ДНК. По ней местные одарённые легко найдут меня, есть такие заклинания. У меня, конечно, отличная защита, но и её умеючи можно обойти и найти меня. Так что никаких улик. Я на всех стоянках всегда проверял, не оставляю ли улик, чтобы по ним не нашли меня. Всегда подчищал все следы.

    Обувь я тоже сменил, надев мягкие полусапожки на небольшом каблуке, они были как раз в тему к костюму. Поэтому, шагая в сторону города по тропинке, что бежала по полю, а потом сворачивала в рощу, я только радовался жизни, хорошему настроению и отличной погоде.

    Всё время моего пребывания в столице герцогства Южинского, Анексии, плетение глаза в автоматическом режиме висело над дворцом и наблюдало за всеми, кто к нему подходил, выходил и находился на территории дворцового комплекса. Оно было не замечено магами-гвардейцами, которые осуществляли охрану дворца, и постоянно мониторило обстановку. Это плетение было модернизировано мной. Всего таких плетений было три: «Глаз-1» – исходное плетение, которым я тоже часто пользовался, «Глаз-2», которое было рассчитано на обнаружение и опознание наблюдателей, которых интересовала моя персона, и «Глаз-3» – наблюдательное плетение с функцией розыска. Последним-то «Глазом» я и пользовался. Внедрил в плетение изображение того, кого хочу найти, и как только оно его обнаружило, сразу сообщило мне.

    На данный момент самый младший сын герцога находился в доме в купеческом районе. Прибыл он туда инкогнито. Судя по его поведению, навещал он замужнюю женщину и на данный момент ещё не покинул это строение.

    Остановив свободного «таксиста», я велел везти меня в нужный район, показывая дорогу. К сожалению, «Глаз-3» мог найти нужного человека и отследить все его перемещения, но определить улицу и дом не мог, адреса я не знал, можно было только определиться на месте.

    Добравшись до места, я мгновенно раскинул другие следящие плетения и, криво усмехнувшись, направился к нужному дому. Маркиз был в нём, только почему-то не с одной только скучающей неверной жёнушкой какого-нибудь рогатого купца, а с двумя десятками мужчин. Ловушка, без сомнения. Более того, в соседних домах находилось ещё около сотни человек под не особо стабильными плетениями скрыта. Я эти плетения дистанционно обошёл и подивился. Столько мечников и магов я зараз ещё никогда не видел в одном месте.

    Меня, без сомнения, засекли. Было видно, как засуетились наблюдатели на крышах, поэтому отступать не стоило. Бежать, показывая спину, было не по мне. Нет, отступить, если противник сильнее, можно, но тут мы были равны. Шанс есть.

    Бой будет тяжёлым, это без сомнения, они-то рассчитывают на простого недоучившегося студента академии, что бросил учёбу, а тут волчара в овечьей шкуре. Поиграем.

    Улица была почти пуста – пяток прохожих, которые испуганно жались к заборам, пытаясь быстрее покинуть улицу, где они чувствовали опасность, вон, возница мгновенно исчез, как только получил плату, да я, идущий посередине дороги.

    К моему удивлению, когда я приблизился к нужному дому, мысленно прикидывая, что и как делать, заканчивая плести два десятка плетений – чтобы активировать их, нужно было всего лишь запустить ключ-активатор, плетения уже были полны силой, – дверь открылась и на улицу вышел маркиз с посохом мага в руках. Один.

    – Знаешь, а я ведь тебя помню. Арек тогда тебя хорошо ударил плетью Наргулы. Жаль, не убил и вмешался тот погодник, – сказал маркиз.

    – Да, – согласился я. – Но как бы то ни было, пора платить по счетам.

    – Когда по линии тайной стражи пришло сообщение, что я могу быть следующей жертвой, убитые тобой парни мне никогда не нравились, я решил сам взять тебя. Правда, пришлось задействовать людей из тайной стражи и гвардейцев, отец настоял. Но вот, как видишь, всё получилось, ты попал в ловушку.

    – Нет, – медленно покачал я головой. – Ты не понял, это ты попал ко мне в ловушку. О тех солдатах и магах, что скрываются в соседних домах и уже занимают позиции, чтобы перекрыть мне дорогу к отходу, я знаю.

    – Но… – что-то хотел сказать удивлённый маркиз, однако было поздно.

    Резко присев, я ударил обоими кулаками по каменной брусчатке улицы. Дальше действовало развернувшееся плетение. От места моего удара пошла увеличивающаяся волна, руша заборы и здания. Буквально за три секунды весь квартал лежал в руинах, но это ещё было не всё. Частично засада благодаря магам, поставившим защиту, уцелела, но вот против следующего заклинания защиты у неё не было. В разрушенном квартале появился высокий толстый столб смерча, который засасывал весь мусор, остатки домов и тела людей, вращая их. Погодная магия не такая и слабая, как многие думают. Вокруг царила разруха, свистел ветер и летали разнообразные обломки, но мы с маркизом, будучи в эпицентре смерча, были в полной тишине и безопасности.

    – Как видишь, меня сложно испугать и уж тем более захватить, – насмешливо сказал я маркизу, который ошарашенно осматривался дикими глазами.

    Ничего не сказав, он попытался бежать, накладывая на себя довольно серьёзное плетение защиты, но было поздно, плеть Наргулы уже прошла сквозь неё и обвила ноги. Дёрнув, я посмотрел, как упал обрубок без ног. Взмахнув ещё дважды, я увидел четвертованное тело.

    Умер маркиз быстро, так что, бросив на его тело кристалл с записью попытки моей казни или убийства, кому как, я деактивировал заклинание смерча и мгновенно переместился к столице империи Сауд. Естественно, туда же, в рощу, что находилась в двадцати километрах от города. Перемещаться в своё бывшее имение я посчитал нецелесообразным. Лучше так, пешочком вернусь в город и примусь за остальных. А как же? Более чем уверен, что оба оставшихся ублюдка под плотной охраной местных спецов уже находятся в столице. Именно для этого я и пугал, а также мотался в соседнее государство, чтобы их родители успели осознать уровень опасности и начали спасать своих утырков, доставив их в якобы безопасное для них, но в удобное для меня место. Теперь не нужно искать каждого в отдельности. На третьем подонке, маркизе, метки у меня не было, и я не мог отслеживать его местоположение, а вот у оставшихся четвёртом и пятом были, и находились они в столице.

    Пятый, тот, что убивал меня плетью, сейчас находился в городе, «Глаз-3» это отчётливо определил, пока я неторопливо шагал к столице под жарким полуденным солнышком. Правда, недолго шёл, рядом остановилась карета с дворянским гербом на дверце, и паренёк в дворянских одеждах предложил меня подвезти, я не стал отказываться. Пока ехали, поболтали, оказалось, тот ехал в академию в надежде поступить, с его восьмым уровнем дара шанс был. Через два дня начинался очередной набор.

    Вышел я на главной площади столицы, барон в сопровождении слуг ехал в лучший отель города, мне же туда было не нужно. Площадь была всё той же, за три недели моего отсутствия здесь мало что изменилось. Поэтому, поправив плащ, я направился в сторону ближайшей гостиницы. Там я предъявил иллюзию документа простого гражданина, изменив также черты лица, и спокойно заселился. После ванной надел другой костюм, чёрный – хотя и коричневый был неплох, но он требовал чистки, плетения-то я на него навесить не успел, некогда было.

    Время было уже вечернее – тут оно шло немного с опозданием, другой часовой пояс с герцогством, – когда я, сдав костюм в чистку гостиницы, вернуть должны утром, вышел наружу и направился вниз по улице.

    «Глаз» таки обнаружил четвёртого ушлёпка, тот находился в доме своего отца, замначальника тайной стражи империи, и я собрался сегодня же его линчевать, провести, так сказать, собственный суд.

    Если повезёт, то так же отработать и последнего.

    Конечно, хотелось бы дать ему время прочувствовать приближение собственной смерти, ну да ладно, просто лень тянуть время. Меня просто жгло желание исследовать другие миры, не знаю, как это назвать, чувство исследователя, путешественника? Просто хочу побродить по мирам, но вот уйти, не раздав долгов, было не по мне. Каждый должен был расплатиться по счетам.


    Уже совсем стемнело, когда я достиг нужного района. К этому времени я изучил с помощью «Глаза» все окрестности вокруг особняка следующего «клиента» и понял, что меня там ждут, ещё как ждут.

    – Дебилы, – пробормотал я.

    Напомню, что я мог свободно перемещаться не только по меткам, но и на расстояния, когда моя цель визуально видна, так что я переместился на балкон выбранного здания – портальное окно, из которого я вышел, располагалось в двух метрах от пола балкона точно над наблюдателем, так что я приземлился прямо на него, вырубая. Осторожно открыл дверь, входя в комнату, это была библиотека – я смог разглядеть в тёмном помещении корешки книг, – прошёл в освещённый коридор и направился к четвёртой справа двери, именно там находилась моя цель. Причём не одна. «Глаз» висел так, что я мог наблюдать через наружное окно всё, что происходит в комнате. В спальне, а это была именно спальня с роскошным ложем, в тайных нишах скрывались трое мастеров меча, а моя цель в данный момент ритмично двигала бёдрами на кровати. Его партнёршей была довольно красивая девушка, в моём, кстати, вкусе. Вот только, что странно, никакого удовольствия на её лице я не заметил, только страх. А разглядев рядом с кроватью платье служанки, понял, что хозяин просто пользует прислугу.

    Остановившись у двери, я перешёл в боевой скоростной режим и, мгновенно проникнув в комнату, срубил головы двум мастерам, но третий принял мой удар на свои мечи. Как оказалось, он владел техникой усиления реакции, но не очень хорошо, тем более мои огненные мечи легко перерубили его оружие и вскрыли грудную пластину, распарывая грудь. Отшатнуться он не успел. Добив этого мастера, я повернулся к кровати, там ничего не изменилось.

    Когда я вернулся в мир обычного восприятия реальности, первые мастера со срубленными головами только начали падать в нишах, в которых они скрывались, а из груди третьего, что тоже стал заваливаться на спину, толчками била кровь.

    Бросив в девушку паралич, я замер у кровати. Парень ничего не замечал, продолжая ритмично двигаться и похрюкивать от удовольствия.

    – Ну, привет. Не ждал? – поздоровавшись, спросил я.

    Тот не сразу сообразил, что в комнате кто-то есть, он был в уматину пьян. Схватив его за ногу, сбросил на пол – шума не было, там находился толстый ковёр из ханства.

    Развернув плеть Наргулы, я ударил, отрубая по очереди ему ноги, а потом и руки. Тот орал, судя по открывающемуся рту, но я заранее окружил его сферой молчания. Дождавшись, когда он умрёт, минуту всего подождать пришлось, бросил ему на голую грудь кристалл с записью, после чего, мельком посмотрев на девушку, прекрасную в своей наготе, скользнул взглядом по её груди, на одной наливался синяк от укуса, и вышел из комнаты. Дом я покинул так же, через балкон, переместившись в конец улицы, а потом спокойно удалился. Через час я был уже у себя в гостинице, принимая душ.


    Проснулся я от срабатывавшего сигнального плетения. Мгновенно приняв сидячее положение, я связался с «Глазом», что висел над моей гостиницей, и пронаблюдал, как соседние улицы этого квартала заполняются солдатами и магами. Из домов рядом с гостиницей осторожно эвакуировали хозяев.

    – Обнаружили-таки… Интересно как? – пробормотал я, быстро одеваясь.

    Как – потом просмотрю запись с «Глаза», она шла в кристалл рубина, который находился у меня на поясе, а пока надо валить. Самое плохое, что шанс прорваться у меня был невелик. Я только на одной улице заметил двух архимагов боевой магии, готовившихся к бою. Прыжком не уйти – над кварталом, где находилась гостиница, была растянута блокирующая сеть работающего артефакта древних.

    Быстрый анализ происходящего с попыткой найти выход дал мне неожиданный результат. Один шанс беспроблемно уйти нашёлся – через межмировой портал, этому артефакту его не заглушить.

    Сканирование гостиницы показало, что все постояльцы и часть персонала ещё на месте, их не трогали, чтобы не спугнуть меня, поэтому, одевшись, я поспешил вниз. Время, судя по часам на ратуше, было раннее, только-только рассветало, вот все и спали. Стараясь не разбудить прислугу, я прошёл в кладовую. В ней я обнаружил стеллажи с бочонками и висевшие окорока, посуду, муку и другое. Достав из пространственной сумки пакетик, я развернул на свободной стене дверь и стал таскать в неё все запасы продовольствия, включая бочонки с вином и пивом. Те, что с соком, я перетаскал первыми.

    Торопился я не только потому, что штурмовые группы готовы были вот-вот выдвинуться к гостинице, но и потому, что должна скоро подойти повариха с помощницами и начать готовить завтрак. Вот ей сюрприз будет – пустая кладовая! Очистив кладовую и частично кухню, я свернул комнату и убрал её обратно в пространственную сумку. Это, конечно, временная мера, комната не предназначена для хранения продовольствия, но месяц его там подержать можно, потом нужно или сделать из неё специализированное хранилище, или переместить продовольствие в другое место. Посмотрим по ситуации.

    Вернувшись в свой номер, я достал из баула элементы портала, потом на полу начертил пентаграмму. Она нужна для стабилизации прохода и переместится вместе со мной. Наблюдая с помощью «Глаза» за выдвинувшимися штурмовыми группами, активировал портал и, как только зажёгся зелёный огонёк на одном из камней, усмехнувшись и показав чисто земной жест, посылая всех далеко, шагнул в плёнку перехода.


    Алькея, столица империи Сауд. Гостиница «Трилистник»

    Ректор Академии магии стоял в дверном проёме очищенной кладовой и разглядывал пустые полки. Позади него бегали сотрудники тайной стражи – текла обычная следственная работа. Эксперты уже подтвердили, что бывший ученик Академии магии, который получил кодовое имя Граф, переместился в другой мир. Вызванные эксперты-телепортальщики буквально облизали пол номера Графа и хором заявили, что они не понимают принципа действия этого портала, для них это слишком высокое магическое искусство. Единственно, что они уверенно подтвердили, что портал межмировой односторонний. Да и то неуверенно, с такой техникой им сталкиваться не приходилось, но, согласно показаниям сканирующего амулета, это был именно он.

    – Надо признаться, что ты всё-таки был прав. Парень работал один, и он ранее явно был учеником мага древних, раз нахватался таких знаний. Чувствуется систематическое обучение, из книг этого не возьмёшь, – послышался голос за спиной архимага.

    Ректор обернулся и посмотрел на подошедшего к нему своего старого друга архимага Грегори де Энштони. Насчёт Графа у них неоднократно возникал спор, и, как стало сейчас очевидно, в споре победил ректор.

    – Полки пустые, управляющего гостиницы уже допрашивают, чтобы он описал всё, что пропало, но он и так заявил, что кладовая была полная, готовились к праздникам, – отстраненно сказал ректор. – Ещё бак со свежей водой с кухни пропал.

    – Он не знал, что ждёт его с той стороны, и сделал запасы. Кстати, раз тут так много всего пропало, значит, он также овладел плетениями пространственной магии. Силён. Значит, это он свернул свой дом и пристройки.

    – То, что он учинил в герцогстве, это уж слишком, – тихо произнёс ректор.

    – Ты о каком? Между прочим, как недавно выяснилось, в обоих именно он погулял. В одном сорок тысяч жертв, в другом чуть больше десяти тысяч. М-да, не зря пятьсот лет назад ввели этот закон ограничения в магии и уничтожали всех древних магов, которые возвращались к нам из других миров или выходили из спячки. Ещё один нарисовался. Молодой да ранний.

    – Мне кажется, он ушёл окончательно и вспоминать о нём не стоит, – проговорил ректор и отошёл от кладовой к лестнице.

    – Это точно, тем более, как выяснилось, он всё-таки отомстил своему последнему врагу. Примерно в то время, когда он переходил, последняя его дичь вдруг забилась в судорогах и умерла в жутких мучениях, лекари ничего не смогли сделать, очень серьёзное заклинание. Честно говоря, сталкиваться с парнем лицом к лицу не хотелось бы. Маги между собой всегда договорятся, но он не такой, идёт до конца, несмотря ни на какие жертвы. Серьёзный противник.

    – Это да.

    – Интересно, где он сейчас?

    – Там, где нас нет. Ладно, мы своё дело сделали, пусть здесь тайная стража работает, идём ко мне, я тебя ликонским ликёром угощу, который ты так любишь, – осмотревшись, предложил ректор и указал рукой в сторону выхода.

    Делать им тут действительно было нечего.

    – Вот это хорошая идея. Идём.


    Неизвестный мир, неизвестное место. Мёртвый лес

    Вывалившись из портала, я тут же окутал себя всевозможными защитными плетениями и активировал заклинание ночного видения. Моя собственная усовершенствованная разработка. Как выяснилось, в неизвестный мир я попал ночью.

    Того, что я мог оказаться в мире демонов, я не опасался. Ведь мои контакты с демонами проходили не просто так, я брал пробы их эманаций и ДНК и загрузил полученные образцы в плетение, которое искало новый мир. Если он натыкался на мир демонов, то просто не видел его и уходил к следующему. Более того, даже если демонам удастся закрепить точку выхода у себя, стабилизировав канал, шла ещё одна проверка и загорались кристаллы. Жёлтый – мир демонов, зелёный – норма, синий – неизвестно. В данный момент горел зелёный.

    Пахло лесом, но странный запах меня озадачивал. И когда активировалось плетение ночного зрения, я осмотрелся: лес был мёртв.

    – Хм, странно, – пробормотал я и повесил двух светляков, чтобы осветить поляну, на которой оказался.

    Разобрав портал и уложив его элементы в баул, я ещё раз осмотрелся. Сторожевые плетения не выявили ничего живого в радиусе километра, даже мышей. Плетения у меня и в тепловом спектре работали. Светился только я, это было странным. В лесу по определению должны быть живые существа, а тут вообще всё мертво.

    Отойдя от полянки чуть в сторону, я, подложив под себя свёрнутый плащ, сел на влажный ствол поваленного дерева, таких, кстати, было много, и стал искать в своих знаниях универсальное плетение для анализа воздуха, почвы, да всего, что меня окружает. Нужно же понять, что здесь происходит.

    Через минуту плетение было сформировано и пущено в работу, ещё через пару минут я несколько озадаченно изучал параметры проведённого анализа. Или меня зрение обманывает, или в лесу сильно повышен радиационный фон. Так сильно, что живое существо легко получает мощное облучение. Проверив свои щиты, я убрал часть и поставил универсальный, где была функция защиты от радиации. Проверка моего организма показала, что дозу я получить не успел. Даже если бы получил, то такое облучение лечат даже дипломированные недоучки из Академии магии Сауд, что уж обо мне говорить?

    Так как была ещё ночь, а я нормально не выспался, то развернул палатку и наложил на неё плетение защиты от радиации, продублировав его, причём прописал, чтобы оно постоянно действовало. Потом раскинул сторожевые плетения в радиусе километра и запустил два «Глаза». Один повис над палаткой, отслеживая всё в округе, другой стал летать кругами. Его задача – найти живое существо, лучше всего двуногое. Только после этого прошёл в палатку, разделся и залез в кровать продолжать прерванный сон.


    Проснулся я, когда совсем уже рассвело. Выбравшись из палатки, хмуро осмотрелся и вернулся обратно. Было достаточно светло, но солнца я не увидел за хмурыми и низкими тучами, которые полностью скрывали небосклон.

    Вчера я особо не размышлял, почему тут такой завышенный радиационный фон, просто принял данный факт к сведению и всё, лёг спать. Сейчас же, одеваясь, я стал размышлять. Или я на территории Чернобыля, деревья были земные, обычные для средней полосы России, или в мире, где произошла ядерная война. Если в Чернобыле, то хорошо, выберусь к людям, там разберусь. Если это мёртвый мир, то покручусь здесь и отправлюсь в следующий. А сейчас нужно понять, где я оказался.

    Одевшись, я достал из баула флягу с водой, немного отпил и, плеснув на ладонь, умылся. После этого собрался, свернул палатку, мощным потоком воздуха очистил её от ядовитой грязи, убрал в баул и энергичным шагом направился на восток. Почему туда? Да просто. Тот «Глаз», что мониторил округу в поисках живых, – он их, кстати, не нашёл, – обнаружил дорогу, причём асфальтированную, к ней-то я и пошёл.

    Через полтора часа, на ходу жуя кусок пирога с рыбной начинкой и крупой, было вкусно, я вышел на небольшую лесную дорогу, удивлённо замерев. Тут в прошлом был бой, да ладно бы ещё стрелковый, танковый! Буквально в сотне метров от меня замерли такие знакомые ржаво-рыжие силуэты «восьмидесяток». Четыре Т-80, два не имели башен и были полуразрушены, видимо, рванул боекомплект, чуть в стороне замер Т-72, уткнувшись носом в большой дуб, дальше на дороге были горелые и проржавевшие остовы военной колонны. Похоже, её подстерегли и вдарили из засады. Хорошо вдарили – и танки передового дозора уничтожили, и остальных расстреляли, что двигались на машинах.

    Направившись к машинам, я вдруг расслышал, что у меня под левой ногой что-то хрустнуло и промялось. Присев, я разгрёб листву и достал куклу. Слегка покоцаную временем, но всё же куклу. Встав, я хмуро осмотрелся и запустил сканирующие плетения, шесть штук, разнообразного направления. Через десять минут я примерно знал, что здесь произошло. Мелькнула мысль с помощью кости любого из погибших вызвать дух и расспросить его о том, что случилось, но слишком дорогую цену потребуется заплатить за те сведения, что мне, в принципе, были не нужны. Ну, уничтожили колонну, и ладно, так разберусь, своими силами. Да, в принципе, и так всё понятно.

    – Да-а-а, – протянул я, – это не Чернобыль.

    Трагедия, судя по анализу останков погибших, произошла лет пять назад, хотя, может, и чуть меньше, четыре с половиной. Военные эвакуировали женщин и детей, их встретили на этой дороге и расстреляли из засады. Выживших добили. На некоторых костях, включая детские, были отметины от штыков. Чуть в стороне в лесу я нашёл десять тел, анализ показал, что это были девушки от четырнадцати до двадцати лет. Скорее всего, их насиловали. Дальше по дороге обнаружил две машины разведывательного дозора, уазик и БРДМ-2, тоже расстрелянные из засады, рядом костяки десанта и экипажей. Оружие отсутствовало, значит, нападающие его забрали. Тела погибших никто не хоронил, они так и остались разлагаться под открытым небом.

    – Куда же вы ехали? – пробормотал я, закончив изучение уничтоженной колонны.

    «Глаз» позволил мне с высоты птичьего полёта по этой заброшенной дороге выйти на останки подземного бункера. Наверное, военные эвакуировали людей в него, но, судя по следам, бункер был взят штурмом, я видел обгорелые проёмы небольшого здания, видимо, лифтового холла. Рядом у входа замерли обгорелые остовы боевой техники как штурмующих, так и обороняющихся. Две БМП находились в капонирах.

    Сканирование земли дало мне схему бункера, наполовину заполненного водой.

    – Похоже, живых в этом мире нет. Идеальное место для временного дома и полигона для испытаний моих новых плетений, – рассудил я. – Но всё же нужно проверить, вдруг выжившие есть? По идее, должны быть, вон, противоатомные бункеры же есть.

    Оставив уничтоженную колонну позади, я по лесной дороге направился к шоссе. До него осталось идти километров пять, к обеду буду. Жуя на ходу, – всё-таки хорошо, что догадался сделать запасы, – я вышел на дорогу, сильно побитую непогодой, колёсами и гусеницами техники, но всё же на привычную для меня земную дорогу. Кое-где даже разметка сохранилась, а чуть дальше, покосившись, торчал столбик от дорожного знака. Сам знак отсутствовал.

    Осмотревшись, я задумался, что делать дальше. Из леса я выбрался, шоссе пробегало по его опушке, и он тёмной массой остался позади, передо мной раскинулось раскисшее поле, на дороге ржавые остовы разнообразной техники, в основном легковой, даже один автобус был, он лежал в кювете вверх колёсами.

    К сожалению, «Глаз» я могу отправлять, чтобы не терять с ним контакта, всего на семь километров, поэтому особо не осмотришься. Нужно придумать что-то другое, с удалённым сканированием. Ретрансляторы, например.

    Посмотрев на хмурое дождливое небо, я захотел увидеть солнце. Быстро сформировав несколько плетений погодников, запустил их и буквально через минуту любовался на такое родное голубое небо и тёплое солнце, а окно в тучах всё расширялось и расширялось, и теперь лучи освещали не только меня, но и всё, что находилось в радиусе километра вокруг.

    Слегка склонив голову, я присмотрелся к участку дороги, что привлёк моё внимание. Подойдя к нему, я ковырнул земляную лепёшку на потрескавшемся асфальте.

    – Есть тут выжившие, – уверенно кивнул я.

    На земляной лепешке, которая явно свалилась с брызговика автомобиля, был виден отчётливый след протектора. Я с ходу определил, что он свежий, недели нет. Судя по рисунку протектора, который мне был незнаком, это было что-то легковое, вроде уазика или внедорожника. По этому же следу я определил, куда проехала машина. Посмотрев налево, я задумался и, поправив баул, энергично зашагал в ту сторону.

    Причина, почему я искал выживших, была банальна. Я хотел узнать, не мой ли это родной мир, где я прожил первую свою жизнь? Все находки – техника, вооружение, гильзы, элементы амуниции – указывали на то, что это Земля, причём Россия. Очень похоже. Но точно ли?

    Шагая по дороге, я рассматривал следы планетарной катастрофы, которая произошла в этом мире. Я уже начал сомневаться, что только в этом месте всё погибло, вполне возможно, что и весь мир превратился в радиоактивную пустыню. Кстати, солнечное окно, согласно заложенной программе, сопровождало меня, так что я и пригреться успел.

    Часа через три, когда я основательно проголодался и решил остановиться на ужин и развернуть лагерь для ночёвки, через час должно было стемнеть, я вышел к полуразрушенной дорожной развязке.

    – Как интересно, – пробормотал я, разглядывая покосившийся дорожный щит. – Так я в Сибири нахожусь.

    На синем побитом пулями фоне белыми буквами было написано: «Новосибирск 38 км».

    На самой развязке был большой автомобильный затор, похоже, в момент эвакуации при движении по мосту развязки перевернулся бензовоз, создав пробку. Вытекающий бензин вспыхнул и, растекаясь, начал поджигать автомобили. Я не знаю, сколько людей тут погибло, но мост от жара не выдержал и рухнул. Остатки бензовоза я рассмотрел среди обломков под мостом.

    Ещё раз покосившись на дорожный знак, я тряхнул головой и задумался. Проверить, мой ли это мир или нет, теперь было проще: моя зона, где я отбывал срок, находилась как раз недалеко от Новосибирска, буквально в шестидесяти километрах. Уж я-то узнаю свою зону. Как-никак почти два года в ней отсидел.

    Сходить с дороги я не стал, время года здесь, видимо, было весеннее, или из-за густых облаков земля не прогрелась, поэтому было слякотно, и так замучился сапоги оттирать от жирной грязи, что налипла, пока я шёл по лесной дороге, поэтому я устроился прямо на полотне шоссе. Как местные пересекали развязку, я нашёл, сбоку по обочине, иначе через затор не пробраться, поэтому отойдя к крайним машинам, там было достаточно сухо и чисто, я развернул палатку и запустил внутри обогреватель. Пока палатка прогревалась, я занялся приготовлением ужина. Развернув бытовые плетения столика и двух стульев, разложил еду из своих запасов, достал мешок с каменным углём, я и его тиснул, и разжёг костер, подвесив над ним трёхлитровый котелок с чистой водой. На кухне гостиницы, кроме трёх мешков с углём, я ещё прибрал посуду и бак с водой. Так что с этим у меня пока проблем не было.

    Да, я помню, что всё это находилось в свёрнутой комнате. Так я подошёл к железному обгоревшему кунгу дальнобоя, развернул на его борту дверь и достал из комнаты всё, что мне было нужно, после чего свернул её.

    Поедая удивительно вкусные пирожки с капустой, я ещё брал с тарелки нашинкованные пластины буженины, у меня было шесть окороков. А когда закипела вода, заварил травяной чай и, смакуя каждый глоток, стал разглядывать звёздное небо и удивительно близкую луну. Смотрелось всё красиво.

    Перед сном я достал из баула некоторые специфичные амулеты и установил их метрах в двадцати от палатки, рядом с целой на вид легковушкой-японкой, стоявшей с распахнутыми дверцами. Это были не охранные или сигнальные амулеты, те я установил, ещё когда лагерь готовил. Задача их была определить координаты этого мира.

    А как же? Каждый мир имеет свой номер. Номер своего прежнего мира я знал. Мой портал, напомню, когда искал другой мир, работал в автоматическом режиме, что было не совсем безопасно, как-никак он был односторонний, не проверишь, что с другой стороны. Для создания двусторонних порталов у меня ещё не было опыта, знания были, а опыта сотворения столь сложных плетений и артефактов нет. Зная координаты нужного мира, можно вводить их в управление портала и спокойно переходить, не опасаясь попасть в ловушку. Маги, которые умели пользоваться межмировыми порталами, имели такие номера миров, они не менялись с момента их образования, но, к сожалению, сколько я ни читал книг и личных дневников, ни одного списка номеров мной найдено не было. Так что оставалось лишь изучать их и составлять собственный список миров. Именно этим и занимались амулеты. Они определят координаты, а я по ним вычислю номер мира. Это высшая математика, она мало кому была доступна.

    Через сорок минут у меня в книге мага появилась запись координат второго мира.


    Ночь прошла более-менее спокойно, только один раз взвыла тревога, когда в стороне пробежала свора собак. Именно собак, не волков. Меня они не обнаружили и ушли в сторону.

    Утром я умылся, провёл лёгкую тренировку и, позавтракав и свернув лагерь, направился дальше. Я уже примерно определился, где находился, поэтому знал, куда иду.

    Снова надо мной светило солнце, и снова я шагал по потрескавшемуся асфальту, поглядывая на попадавшиеся остовы автомобилей. Были и целые машины. Один целый на вид уазик привлёк моё внимание. Не только тем, что он стоял в кювете, но и тем, что от него явно тянуло трупным запахом.

    Приблизившись, я рассмотрел расстрелянный лагерь: неизвестные приехали сюда на уазике и явно встали на ночёвку, когда кто-то приблизился к ним и расстрелял в упор. В стороне лежал часовой со снесённым черепом, у остатков костра ещё двое, из задней распахнутой дверцы машины свешивались стройные обнажённые ноги. Эта девушка, что лежала на животе на заднем сиденье, похоже, была лишь ранена, и её, ещё живую, попользовали, что вполне естественно для этого времени. Я определил, что умерла она от кровопотери, ранение было серьёзным.

    Нападавших явно было двое, причём у одного было помповое ружье – на асфальте лежало два смятых пластиковых патрона, второй был с «калашом» – я нашёл гильзы. Они забрали всё оружие, большую часть одежды и амуниции. Машина их не заинтересовала, то ли специально, то ли случайно одна из очередей прошлась по мотору, да и левое переднее колесо было прострелено.

    Спускаться к лагерю я не спешил, глаз отчётливо показал натянутую проволоку, что вела к гранате. Не «лимонке», это была наступательная. Стоя на краю дороги, я сформировал плетение «Исследователь» и направил его к машине. Задача его – изучить гранату и её взрывоопасную начинку. Через минуту всё было готово, и я прямо на ходу ввёл новые параметры в сканирующие плетения, понятно, что всё вышло на коленке, но мне надо было проверить лагерь на другие растяжки. То, что она одна, я сомневался.

    Мои сомнения оказались обоснованными. Несмотря на то что плетение было сделано так-сяк, чуть позже его уже нормально доработаю, оно обнаружило ещё две гранаты. Одна под телом девушки, другая вообще в стороне. Первым делом я осмотрел ту, что находилась в стороне, обнаружив «лимонку» без запала. Возможно, нападающие выронили её, когда уходили. Потом я осторожно снял растяжку с водительской двери, опыт у меня был, и, сунув руку под тело девушки и нащупав гранату, прижимая чеку, вытащил её. Вместо предохранителя я использовал проволоку. Убрав гранаты в баул, я уже совершенно спокойно взял девушку под мышки и вытащил её из машины, аккуратно положив рядом с телами товарищей.

    По моим прикидкам, трагедия произошла дней пять-шесть назад, вряд ли больше. Анализирующее плетение подтвердило мою догадку – пять дней.

    Причина, почему я тут задержался, была проста: мне был нужен транспорт, а уазик на вид был целым. Слегка проржавевшим по низу, это у них общая болезнь, но главное – целым. Ничего ремонтировать не надо, запасное колесо сзади висело, а двигатель мне и не нужен был, свой поставлю.

    Тела убитых я всё же похоронил, поднял пласт земли, получилось метр глубиной и три на три шириной, после чего, левитируя трупы, переместил их в могилу и закрыл землёй. Только после этого я занялся машиной.

    Первым делом я обыскал салон и нашёл ящик с инструментами, видимо, нападающие так загрузились трофеями, что не обратили на него внимания. Через час пробитый двигатель валялся рядом с машиной, колесо было отремонтировано, я не стал его менять, просто заделал дыру и накачал воздухом, проверил манометром давление во всех колёсах. Коробку и раздатку я оставил, выкинул только мотор. Теперь нужно было сделать артефакт из техномагии, чтобы тот заменил мотор. Этим я и занимался почти до самого вечера – непростое дело оказалось. Пришлось оставить аккумулятор, чтобы он питал приборную панель и фары, и даже генератор, но выкинул выхлопную систему, всё равно она не нужна.

    На ремонт и переделку машины я использовал шестьдесят три плетения, восемь технического свойства, три артефакта и шесть амулетов из моих запасов и один рубин-накопитель для питания, хотя я сделал так, что потребление энергии при движении будет не таким сильным. К сожалению, в последние дни я не мог пополнить свои запасы камней, их у меня осталось не так много и приходилось экономить. Большую часть я оставил в подвалах хранилища Академии магии Сауда накопителями в артефактах иллюзий, и они должны были самоуничтожиться вместе с артефактами. Кристаллы кварца там не подходили. Нужно будет в этом мире пополнить запасы, наверняка ведь сейчас всё это обесценилось.

    Теперь надо проверить машину на ходу. Открыв дверь, я забрался на водительское сиденье, осмотрелся. В салоне пахло приятно, запах мертвечины я удалил, очистив технику не только от всех запахов, но и радиоактивной пыли. Не хватало мне ещё дозу ухватить. Шучу, конечно, защиту я не снимал с момента попадания в этот мир.

    Повернув ключ зажигания, я дождался, когда загорятся индикаторы на панели управления, и нажал на стартер, активируя артефакт пуска. Пришлось для получения дополнительных показаний установить ещё два прибора. Один загорелся, показывая, что машина в полном порядке, после этого я с хрустом включил заднюю скорость и, развернув машину, покатил, покачиваясь на неровностях, к дорожному съезду, чтобы подняться на полотно шоссе.

    Всё в уазике осталось прежним, единственно, что было непривычно, отсутствовал рёв мотора, а хруст раздатки, скрежет коробки и остальные технические звуки, что присутствовали при движении машины, оставались. Обычно их и не слышишь из-за шума мотора, а тут они скрипели и хрустели вовсю. Не выдержав, я остановил машину и наложил на них плетение тишины. Дальше моё путешествие было в тишине и почти в комфорте. Такой тип машин сложно назвать комфортными. Но зато не пешком идти.

    Выбравшись на дорогу, я посмотрел на темнеющий небосклон. Солнце практически зашло, и, включив фары, – генератора вполне хватало, чтобы их питать, – покатил в сторону Новосибирска.

    До города не доехал, решил остановиться на ночлег. И не потому, что опасался ехать ночью, плевать я на темноту хотел, для меня это не проблема, просто решил, что раз ночь, значит, нужно спать, отдохнуть.


    Этой ночью меня тоже разбудила сигналка, но в этот раз это были три человека, которые медленно двигались по кювету в моём направлении. Судя по их осторожности, они знали о моём лагере и подкрадывались с явно недобрыми намерениями. Разглядев за спиной у одного помповое ружье и старый РПК у второго, я только хищно улыбнулся. Вот и первые говоруны.

    Встав, не зажигая светильника – он может насторожить приближающихся бандитов, – я стал одеваться. Когда те приблизились, я искренне озадачился, на кого-кого, но на бандитов они ну никак не были похожи! Одинаковые ОЗК, противогазы с широкими забралами, одинаковая амуниция и вполне современное оружие. Также у них были большие военные рюкзаки. Вполне возможно, оружие и вся амуниция были трофейными, ранее принадлежавшими той группе, у которой я позаимствовал уазик.

    Когда они приблизились на стометровое расстояние, я кинул в них плетение паралича широкого спектра действия. У неизвестных абсолютно никакой защиты против заклинания не было, и они улеглись на старой пожухлой траве склона кювета. Я мог бы и раньше их оглушить, но, честно говоря, мне было просто лень перетаскивать тела в лагерь, а тут близко, сами подошли.

    Активировав два магических светильника, что находились у входа в палатку, я вышел наружу и направился к неизвестным. Возможного снайпера я не боялся, мной всё контролировалось в радиусе двух с половиной километров. Одни эти на ночную охоту вышли, это без сомнения.

    Я перетащил мужиков к лагерю, разоружил их, раздел, оставив в одном жутко грязном и воняющем белье, сложил всё вооружение, амуницию и боеприпасы в багажник машины и осмотрел косматых пришельцев. Приподняв брови, спросил:

    – Ну, и кто вы такие?

    Одновременно с вопросом я щёлкнул пальцами, и к одному, самому старшему на вид, с тюремными наколками, вернулась речь, он мог говорить и двигать головой. Но и только.

    Тот тут же обозначил матом, что может говорить, но на мой вопрос так и не ответил. Когда он перешёл к теме сексуальных отношений между особями мужского пола, я подошёл к нему и, достав кинжал, стал вворачивать его в коленную чашечку мужика, накинув ему на голову плетение тишины. Тот орал и бился затылком о заднее колесо уазика, к которому был прислонён, но всё в тишине, за сферу не вырвалось ни одного звука.

    Наконец я выдернул кинжал из раны, где в крови белели обломки кости, и повторил вопрос:

    – Кто вы такие и что тут делаете?

    Сферу тишины с головы старшего я снял, и тот мог отвечать, но, как и прежде, я услышал от него только ругань.

    – Как же ты не понимаешь, что не сможешь молчать? – покачал я головой.

    Припомнив заклинания из специальных списков правоохранительных органов времён древних магов, я сплёл и накинул на мужика два таких. После этого тот, пуча от удивления глаза, начал отвечать на все мои вопросы. Соврать он не мог, это его и шокировало, да и вообще я казался им пугающе странным.

    – Кто вы?

    – Я Артём Долгоносов. Мои напарники Егор Желязнов и Дмитрий Смешин. Мы – патруль группировки Кривого Сёмы. Патрулируем наши территории, – ответил зэк.

    – Это вы уничтожили владельцев этой машины?

    – Да, вояки забрались на чужую территорию, за это и поплатились. Трофеи мы сдали на склад. За крысятничество слишком большое наказание.

    – Как вы их взяли?

    – Под утро. Когда самый крепкий сон, их часовой прощёлкал наше приближение. Все трофеи, что мы с них сняли, кроме двух автоматов, нам выдали в это патрулирование. Склады у вояк большие, мы с ними иногда ведём торговлю.

    – Почему они вас не уничтожат, если вы такие ненадёжные соседи?

    – Гражданские в заложниках, будут большие жертвы.

    – Где располагается ваша банда?

    – На территории зоны, в пяти километрах отсюда. Там удобно держать оборону.

    – Что случилось с этим миром? Почему тут была ядерная война?

    – Да это из-за укров всё. Было противостояние между Россией и НАТО, игрушкой была Украина. В общем, мы начали побеждать по всем пунктам. Вот они со злобы и ударили, когда у них всё покатилось под откос. Наши ответили всем, что было, снова прилетело, и снова ответили, после этого наш шарик стал совсем мёртв.

    – Сколько выжило?

    – Не знаю, но очень мало. Умираем мы. От радиации и от нехватки еды. Многие каннибализмом балуются или едят фонящие продукты. Все города и продовольственные склады уже очищены. Немного нам осталось.

    – Чистые земли есть?

    – Слухи ходят, что вроде есть, но туда только с боем прорываться, нас туда не пустят.

    – В принципе, всё понятно, – задумчиво покивал я и задал ещё вопрос: – А когда война случилась?

    – Пять лет назад. В две тысячи пятом году.

    – Подожди, так сейчас что, две тысячи десятый?! – тряхнул я головой в недоумении.

    – Весна, – кивнул зэк.

    – Тьфу ты чёрт, я уж думал, что это мой родной мир и я вернулся на его руины. У нас в четырнадцатом году тоже напряги с Украиной начались, майдан там был и свержение власти, а у вас, значит, в первую революцию всё случилось, у нас вроде тоже в две тысячи четвёртом на Украине что-то такое было, но там всё гладко прошло. Наши дипломаты хорошо сработали, а ваши явно прошляпили.

    Отойдя от лежавших тел, я задумался. Теперь определившись, что этот мир был зеркальным отражением моего родного, только история тут пошла по другому сценарию, да и запаздывание было по годам.

    Обдумав все плюсы и минусы, я снова начал спрашивать бывшего зэка: о местных группировках и где располагаются военные и другие группировки, можно сказать, анклавы выживающих людей. После того как выдоил всю тройку до конца, я задумчиво посмотрел в сторону ближайшего телеграфного столба, с которого свисали ослабшие провода, часть вообще на земле лежала…

    Через десять минуту я устраивался на своей постели, решив продолжить прерванный сон, до рассвета ещё было три часа. На столбе покачивались на лёгком ветерке трое повешенных. В этом Мёртвом мире появилась новая сила, нужно было показать это всем выжившим. Тут главное, чтобы они поняли, что я – отморозок и плевать хотел на их местечковые законы.


    В этот раз я прекрасно выспался, проснувшись, когда время было примерно часов десять дня. Вот оно, счастье: когда хочешь – встаёшь, когда хочешь – ложишься. А то что на зоне, что в академии встаёшь и ложишься по распорядку. Теперь главное – не перепутать день и ночь, а то у меня уже такое было, когда по пустоши ханства шлялся.

    Проведя лёгкую тренировку, я умылся, позавтракал и, собравшись, где-то к двенадцати дня выехал в сторону анклава военных. Мне нужно было с ними пообщаться на предмет меновой торговли. У меня было что предложить им, а им – мне. Мне нужно было вооружение, включая боевую технику, а им чистый мир. Думаю, мы договоримся. Тем более через мой портал технику не перетащишь, там пройдут только люди. Мой портал относился к пассажирским, а не транспортным, малым он был.

    Потыкав пальцами в мёртвую магнитолу, что была закреплена на приборной панели, я остановился у первого же попавшегося целого на вид автомобиля. Это был внедорожник «тойота-прадо» с полуспущенными колёсами, но целыми стёклами и закрытыми дверями. Даже запертыми, как я понял, когда попытался открыть водительскую дверцу. Пришлось разбивать окно рукояткой «грача».

    Вооружился я теперь прилично. Утром после завтрака я изучил полученное вооружение. Там был РПК, к нему две запасные банки, разгрузка и около полусотни патронов россыпью в рюкзаке. Автомат «вал» с пятью запасными магазинами и сотней патронов россыпью, АКМ с десятком запасных магазинов, два пистолета – Макарова и «грач». Пистолет Ярыгина был моим любимым оружием ближнего боя, я им часто пользовался в прошлой жизни и, не выдержав, закрепил тактическую кобуру на бедре. Остальное оружие было свалено на заднем сиденье машины. Рюкзаки в багажнике. Потом всё это нормально освою и переделаю под себя. Ещё были гранаты, леска, намотанная на палку, для растяжек, и другая мелочь, часть я выкинул, всё равно не пригодится. Из продовольствия – сушёные куски мяса, непонятно чьего, да ещё сомнительного качества, я подозревал, собачье, и лепёшки, тоже непонятно из чего. Продовольствие я тоже выкинул, есть его я брезговал. В рюкзаке старшего нашёл килограммовую банку тушёнки, видимо, НЗ, от неё тоже избавился, вздутая была.

    Так что, кроме пистолета на бедре, пары запасных магазинов в кармане да одной гранаты, на мне больше никакого оружия из этого мира не было.

    В общем, разбив стекло, я осмотрел машину и скривился: магнитола была встроенная. Хрен на мой уазик поставишь.

    Повезло мне только с пятой машиной, попалась серая «шестёрка». Магнитола там стояла с дископриёмником, целая на вид. Очистив её и убрав радиационный фон, я установил магнитолу в уазик, проверил, как работают динамики, снял два дополнительных с «шестёрки». Последующая проверка меня удовлетворила, поэтому, вставив первый диск, найденный в «праде», слушая слегка хриплый голос первого солиста «Сектора Газа» и покачивая головой в такт грохочущей музыке, поехал к анклаву военных, сочувствуя тому парню, которому жена наставила рога. У меня в прошлой жизни была та же история, только загремел я не в психушку, а на зону.

    Дисков в машинах я набрал немного, всего десяток, поэтому останавливался у брошенных машин и искал ещё музыкальные диски, очищая их от радиационного фона. За два часа я набрал небольшую коробку, что забавно, преимущественно блатняка. Я его, конечно, тоже слушаю, но не в таком же количестве. Тем более некоторые диски мне попадались не по одному разу, так что я оставлял самые целые на вид. И так я ехал и слушал диск «Сектора Газа», люблю рок, да ещё матерный и похабный.

    Когда часам к трём дня впереди показался нужный съезд с дороги, который вёл к военным, – бывший зэк подробно мне описал дорогу, он водил торговые караваны к военным и бывал здесь, – я подъехал к перекрёстку и, посмотрев на разбитую дорогу с глубокой ямой посредине, наполненной водой, – видимо, грузовики постарались, – свернул, проехал этот участок по краю лужи и, скользя всеми четырьмя колёсами с внедорожным проектором, покатил дальше, иногда подправляя движение рулём, когда уазик пытался скользить боком. Двигаясь по чёрной грязи, я только радовался, что заимел эту машину и не надо идти пешком.

    Убавив грохот магнитолы, я включил печку – что-то прохладно стало, и плетение разогрева с помощью автомобильного вентилятора начало подавать в салон тёплый воздух. Всё работало у меня как надо.

    Расспрашивая бывшего зэка о местных порядках, я, в частности, узнал об этом анклаве и кто уничтожил ту колонну в лесу. Как оказалось, колонну уничтожили зэки, которые после войны разбежались из местных зон и, захватив одну воинскую кадрированную часть, забрали оружие и сбились в одну группировку. Кстати, он в той засаде принимал участие. Но это дела минувших дней. Об анклаве мужик рассказал вот что: он располагался в бывшей воинской части местного полка ВДВ. Они смогли пережить первые месяцы после войны, хотя и потеряли много людей, но смогли организоваться, и, пока другие делили территории, перевезли на свои склады и, что важно, в противоатомный бункер, что находился на территории части, все запасы продовольствия из Новосибирска и пока держались за счёт этого. Но, по словам зэка, и у них было тяжело, и они собирались покинуть эти земли и двинуть в центральную часть России – как говорят, там фон не такой сильный и можно ходить без защиты. Главное, к городам не приближаться, по которым нанесли ядерные удары. Сам он о том, что военные хотят уйти на другие земли, узнал от уничтоженной разведгруппы, с которой я получил уазик. От полумёртвой девушки они эти сведения получили. Между прочим, глава их группировки, старый зэк Семён, решил перехватить колонну, сейчас их разведчики сторожили все выезды с базы военных. Я засёк двойку наблюдателей, но не трогал их, проехав мимо.

    Поднимаясь на холм, пришлось съехать с дороги и двигаться по обочине, а то на колёса уже налипла грязь и машина с трудом взбиралась по старой, давно высохшей траве. Вон, накопитель начал быстро разряжаться, трудно было машине. Остановив уазик на вершине, я выбрался наружу и, мельком посмотрев в сторону воинской части, до которой осталось около трёх километров, уже было видно забор и въездные ворота, к которым, петляя, бежала дорога, достал из багажника малую сапёрную лопатку и стал очищать колёса от пластов жирной земли. В одном месте даже пришлось рубить и отковыривать, – такая липкая она была.

    Судя по следам вокруг и кучкам земли со следами протектора, я не первый такой умник, который очищал здесь колёса. Конечно же с помощью «Глаза» я одновременно наблюдал за воинской частью. Так вот, покачивая головой под ритмичную музыку, при работе над третьим колесом я заметил, как к одному из танков, вкопанному у въездных ворот, бежал экипаж из трёх человек в чёрных комбезах со шлемофонами на голове и в противогазах. Да и позиции у ворот занимало около двух десятков солдат в ОЗК и противогазах. Таких же, как и у меня, сваленных трофеями в машине.

    Иногда пританцовывая, ловко попадая в ритм музыки, я закончил с очисткой колёс и, сделав ещё пару танцевальных па, – как же мне не хватало нормальной музыки! – я подошёл к открытой водительской двери и расслышал писк переносной радиостанции, что снял с тела бывшего зэка, командира того патруля, взятого и ликвидированного мной.

    Взяв радиостанцию, лежавшую на соседнем пассажирском сиденье, я вытащил антенну, тут она была телескопической, и, нажав на клавишу, сказал в микрофон:

    – На связи.

    Та что-то забормотала, поэтому я снова нажал на клавишу и сказал:

    – Не слышу.

    Подойдя к водительской двери, я отключил магнитолу, а то грохот динамиков не давал мне расслышать, что там говорят в эфире, и повторил запрос.

    – Сообщите, кто вы… – сквозь хрип потребовал неизвестный.

    – Путешественник, – честно ответил я, – а также торговец, могу предложить вам чистые земли в обмен на всю вашу технику и большую часть вооружения. Забрать вы их с собой всё равно не сможете.

    – Повторите, что вы сказали, – уже чётче попросил другой абонент.

    – Мы так и будем общаться через рацию? Пришлите парламентёра или переговорщика. Я на холме стою, можете уазик увидеть. Повторяю, я не сумасшедший и в твёрдой памяти. Я могу обеспечивать ваше переселение на чистые земли, просто хочу получить за это плату, причём ту, что устроит меня.

    – Ожидайте прибытия переговорщика.

    – Принято. И отзовите две свои боевые группы, что хотят обойти меня с флангов и перекрыть отход. Пусть лучше пробегутся дальше, там наблюдатели ближайшей к вам банды сидят. О том, что вы хотите покинуть своё убежище, они знают, перехватили вашу разведгруппу, которой ранее принадлежала моя машина.

    – Принято, ожидайте переговорщиков.

    Через минуту ворота воинской час