Оглавление

  • Эпилог

    Владимир Поселягин
    Управленец

    Откинувшись на спинку кресла, я сложил руки на животе и задумчиво разглядывал своего биологического брата. Ну не своего конечно, тела, я просто сокращаю. Тот весело о чём-то общаясь с местным начальником, направился в сторону административного центра, я же переключился на внешние камеры и осмотрел крейсер, на котором прилетел братец. Шейнский «Шихт» седьмого поколения. Мародёры чёртовы.

    Не то чтобы встреча была неожиданной, хотя и это тоже, скорее неприятной. Получалось, все мои планы насчёт этой станции рушились.

    — Что будем делать, командир? — спросил капитан Сенов. Гин на миг оторвавшись от мониторов, внимательно посмотрел на нас прислушиваясь.

    Ситуация действительно была сложной. Грабить своего брата, а он, какой-никакой, а владелец, было не правильно. Не для меня, братец мне был никто, для людей и главное биологического отца. А до него точно это дойдёт. Тот же Сенов не смотря на то, что находился под моим командованием, оставался человеком отца, который его прислал ко мне. В общем нельзя нам было продолжать операцию, поэтому я принял непростое решение.

    — Сворачиваемся, — велел я Гину, после чего повернулся к капитану. — Соберите всю информацию о Эрио Лайо, после чего перед нашим уходом сжатым пакетом отправьте его отцу, гиперсвязь мы частично контролируем.

    — Засекут, — покачал головой Сенов.

    — Поэтому и отправляем позже, когда покинем станцию. Таймером сработаем.

    — Есть информация по вашему брату, — сообщил Гин и вывел на экран довольно богатую биографию.

    Мы втроём стали с интересом изучать, что произошло с моим старшим братом. В отличие от меня у него всё было в шоколаде, невзгоды и беды миновали его. Тима сбросили на сельскохозяйственной планете империи Люмер, Гибон. Это на другой стороне империи, видимо заговорщики поленились везти его дальше в соседние государства. Ему повезло, так как одиннадцатилетнего мальчишку обнаружили крестьяне местного плантатора Лайо. Плантаторы были бездетные и приняли мальчишку, так как он непроизвольно при отсутствии памяти выдавал своё аристократическое происхождение. Вбитые рефлексами умение вести себя за столом выдали его с головой. Тим также потерял память, поэтому ему пришлось учиться заново, но всё происходило гораздо легче. Сперва плантаторы взяли его на попечение, пока полиция разыскивала настоящих родителей, никому и в голову не пришло отправить запрос на другую сторону Содружества, а потом усыновили. Тот рос в достатке, специализированный колледж для подростков, изучал экономику и всё связанное с торговыми операциями, потом вышел на другой уровень. Два года назад его приёмные родители погибли при трагических обстоятельствах, и Тим стал наследником неплохого состояния. Другие претенденты или отпочковались или трагически погибли. Он был удачлив, и главное знал куда вложить и куда стремиться. В биографии не было того почему его взяли в совладельцы, но после гибели трёх других владельцев пакета акций, когда осталось двое, он вошёл в состав владельцев крупнейшей корпорации империи Люмер.

    — М-да-а, кадр, — пробормотал я, закончив изучение поданного Гином материала.

    — Что-то не так? — поинтересовался капитан. — По хватке настоящий Эго.

    — В том-то и дело, в том-то и дело, — вздохнул я. — Нужен углублённый анализ, но уже сейчас видно, что Тим не так и прост. Слишком много случайных смертей, и главное все они на руку братцу. Как бы он не душегубцем оказался. Встречались мне такие люди что по трупам шли наверх… Да что говорить, в какой-то степени и я такой.

    — Это требует проверки, — нахмурился Сенов.

    — Вы специалист по электронной разведке вот и займётесь ею, но прежде чем отправлять доклад отцу об обнаружении братца, я дам ему кристалл с моими размышлениями и анализом. Если я не ошибся, то братец вполне может попытаться столкнуть отца с его места. Да и других тоже. Какой замечательный шанс стать Императором такого государства как Лемур… Но не будем о плохом. Это просто мои размышления, составленные на анализе жизни брата. Может он и не такой плохой человек.

    — Вот именно, не нужно делать поспешных выводов, — с облегчением вздохнул капитан. — Сворачиваемся?

    — Да, через два часа мы должны покинуть станцию. Вызывайте разведчика. Переходим к плану «Е», будем брать другую станцию.

    — Есть, — козырнули оба офицера и стали плотно работать над сворачиванием оборудования. Дроиды-дешифраторы и диверсанты отзывались обратно в наш Центр.

    Пока офицеры выполняли мой приказ и убирали оборудование в баулы, их понесут дроиды, я облачился в свой инженерный скаф, и с помощью переносного терминала который планировалось демонтировать последним, продолжал изучать жизнь брата. Но теперь не по официальным сайтам, а читал слухи и вырезки из газет и чем больше я читал, тем больше хмурился. Похоже, мои догадки имели под собой реальную почву.

    — Парни, угадайте, кто санкционировал мой поиск и захват?

    — Я так понимаю ваш брат? — спросил Гин. Сенов промолчал, вывод был очевиден по иронии в моём голосе.

    — В точку. Ему надо было как-то показать себя в корпорации, тем более он младший дольщик, и он начал строить верфь, вкладывая и личные средства.

    — Да-а, интересный казус. Он, наверное, до сих пор не знает что вы с ним полные копии.

    — Думаю, он даже мою фамилию не знает. В курсе, что ведутся поиски нужного специалиста и всё. Наверняка за это направление отвечает один из его помощников. Возможно, кто-то из тех двух, что с ним прибыли, да и тот только отдаёт приказы исполнителям… Ладно, потом узнаем. Вы закончили?

    — Остался ваш терминал, — сообщил Гин.

    — Забираете, — кивнул я, отходя в сторону.

    — Ваше высочество, — снова заставив меня поморщиться, обратился ко мне капитан. — Вы не думали попытаться встретиться Тимом?

    — Я что на идиота похож? Я в людях редко ошибаюсь и моя интуиция буквально кричит, что если мы себя раскроем, то о нас больше никто не услышит. Пусть отец официальными путями с ним связывается. Всё, сматываемся, сигнал с разведчика пришёл, он на подходе, а нам ещё до обшивки добираться.

    Нагрузившись баулами с оборудованием, часть несли на себе дроиды, мы отправились в путь. Так как станция частично нами контролировалась, то проигнорировав воздуховоды и другие внутренние коммуникации, мы спокойно и незаметно дошли до шлюзовой. Также спокойно от шлюзовались и, покинув станцию, с помощью реактивных ранцев полетели в сторону приближающегося под системой маскировки юркого катерка. В принципе можно было и не маскироваться, станция на момент подлёта корабля с этой стороны ослепла. Через пару минут мы были на борту и возвращались к «Кашалоту».

    Не смотря на то, что капитан Сенов был доволен, я это понял по его взгляду, лицо у него было как всегда невозмутимо, я же был раздражён. Первая операция пошла прахом буквально на последней минуте. Это не могло не расстраивать. Будем надеяться, что следующая операция пройдёт удачнее. Мне нужна была вторая станция, более того требовалась именно шейнская, но к сожалению в том списке что был у меня на руках, таких было мало. Из двадцати трёх станция координаты, которых у меня имелись, шейнской постройки было всего четыре. Было пять, но одну я уже уволок, со второй вышел облом благодаря внезапному появлению братца, осталось три. Причём только одна находилась недалеко от границы, остальные были раскиданы по империи.

    Достав планшет, куда у меня была занесена информация по станциям шейнской постройки, я активировал его и стал листать, обдумывая. Та станция, что находилась у границы, меня не привлекла. Она была малой, да к тому же ещё и полуавтоматизированной заправочной, а мне нужна была средняя шахтёрская с промышленными синтезаторами, со всем обвесом и флотом, включая тяжёлые шахтёры. В принципе они и были главной целью, станцию я собирался продавать, а самая дорогая в списке была именно «Мираж». Мне нужны были деньги, и эти деньги я собирался заработать с помощью продажи захваченной станции. В той же империи где у одной из планет висела моя личная станция, её с руками оторвут, не смотря на тёмное прошлое. Шейнские там ценились больше всего, и цена не падала. Верфи-то республики уничтожены, а «Гикон» свою пока не может запустить. Вот такие дела. Была ещё одна причина выбора «Миража», там тоже была малая верфь, одна, но и это хлеб. С двумя верфями у меня будет шанс вывести рентабельность своей станции на уровень полного обеспечения. То есть она не будет жрать у меня деньги как прорва, а будет ещё и доход приносить. Ради этого можно и рискнуть, занимаясь опасным делом экспроприации.

    Такая станция в моём списке была только одна. Тип «Мираж» пятого поколения. Проблемой было то что находилась она с противоположной стороны империи, и чтобы до неё добраться… М-да, моим флотским офицерам предстоит изрядно поработать, чтобы проложить маршрут к станции.

    — Командир, — обратился ко мне капитан, открывая забрало боевого скафа. — Только что получил сигнал, передатчик отправил сообщение с помощью местного оборудования и самоуничтожился. Корнпринц Эго скоро получит сообщение, что найден первенец. Я там хорошенько поработал, путая следы. Так что местные связисты не сразу поймут, что произошёл несанкционированный сигнал. Сейчас вся информация должна удалиться из оборудования. Как вы говорите все следы в воду.

    — Но они могут засечь то, что кто-то пользуется их связью? — уточнил я.

    — Старший связист, — нехотя кивнул капитан. — Я за ним следил последние дни, очень неплохой и опытный специалист. Чувствуется, что ему послужить пришлось. К сожалению доступа к его личному делу получить не удалось, вернее только то что сверху, но в каком он подразделении служил, неизвестно, стоит прочерк. А это значит подразделение с первым уровнем секретности.

    — Будем надеяться, что сигнал прошёл мимо него. Да и что он может узнать? Только то, что произошёл несанкционированный доступ к оборудованию гиперсвязи, вот и всё. Нас к этому времени уже не будет.

    Кто-то скажет, что зря мы вот так подставляемся, но до нормальных передатчиков мы доберёмся не скоро, кто его знает, сколько продлиться операция по экспроприации, а тут была халявная связь. Сенов дал мне ознакомиться со своим докладом. Я добавил в него свою аналитическую записку и информационный файл через сеть ретрансляторов Содружества был в зашифрованном виде отправлен моему биологическому отцу. Так что у того будет масса времени чтобы ознакомиться с ним и найти канал для связи с братцем. Думаю, он пошлёт таких же гвардейцев, хотя может, напряжёт и моих. Кто знает? Но пока отсутствует связь, он с нами не сможет связаться.

    — Подходим к «Кашалоту», — сообщил пилот разведчика. Это был Риз Литян, ранее бывшим командиром эскадрильи штурмовиков во флоте республики Шейн. На «Шейне» он был командиром эскадрильи перехватчиков, перед вылетом сдав дела своему заму. В этот рейд я брал только тех, у кого имелся реальный боевой опыт.

    Как только мы пристыковались ко второму шлюзу транспорта, я покинул борт катера следом за своими подчиненными, после чего бывший капитан штурмовика отстыковался и направил катер к открытой створке шлюза. Путешествовал катер с нами только в трюме, как и бот.

    Ещё на подходе я связался с пилотом «Кашалота» и сообщил ему, что мы скоро отправляемся, приказав готовить корабль к полёту. Так что, когда я попал на борт транспорта, в кают-компании меня уже ожидала часть офицеров. То, что операция с захватом сорвалась, они были в курсе, но подробностей не знали. Кратко введя их в курс дела, предоставив информацию, мы вели запись всех своих дел, я выдал старшему аналитику на борту координаты другой станции, той самой «Мираж», и велел ему проложить к ней самый безопасный маршрут. Сроку ему я дал два часа. Этого должно хватить, тем более я сделал примерные наброски, что сократит ему работу по времени.

    В общем, раздав приказы и оставив офицеров в кают-компании обсуждать и планировать дальнейшее движение нашей группы, я направился к себе. Нужно принять душ, может быть даже поплавать в бассейне, и наконец, выспаться в нормальной постели, а то спальники уже надоели за эти недели.

    Через час мне принесли маршрут, не тот, что я планировал, а совсем другой. Придётся идти не попрямой, а обходить обжитые системы, что увеличивало время полёта. Но изучив весь маршрут, я дал добро. Через четыре часа «Кашалот» благополучно и незаметно для местных ушёл в гипер. Но к этому времени я уже спал глубоким сном. Чёрт, оказывается неплохо иметь экипаж.

    * * *

    — Какое интенсивное движение, — пробормотал я, разглядывая мельтешение кораблей у станции типа «Мираж», называемой местными «Бишон». Она кстати принадлежала вольным шахтёрам. Не знаю, откуда они эту станцию умыкнули, но владели ею уже более тридцати лет.

    Особо моральных принципов в связи с тем, что граблю простых людей, я не испытывал. Во-первых, я с этой нацией воевал, а во вторых, они изрядно спонсировали наёмные эскадры, что работали в наших тылах захватывая транспортные караваны и уничтожая корабли-госпиталя. Шахтёры этим гордились, так что информация была в свободном доступе. Что радовало так это то, что кроме средних шахтёрских кораблей, двух средних и одного большого транспорта местные хозяева владели ещё тремя большими шахтёрами. Это была свежая информация, до этого у них был один шахтёр, но в связи с тем, что им шёл неплохой откат трофеев от наемников, что грабили наши тылы во время войны, они смогли купить ещё два тяжёлых шахтёра и как раз набирали на них команду. Обе туши сейчас были пристыкованы к станции, третьего судна не было, видимо работал в астероидном поле, или разрабатывал комету, что вот уже шесть лет пресекала соседнюю систему. Та имела в своём нутро немало полезных металлов, но работать нужно было ювелирно, чтобы не потерять судно, и не все команды были спаянны для подобной работы. Поэтому большая часть шахтёров разрабатывали хвост кометы, это было полегче, но тоже не просто, эммитеры щитов горели на раз.

    — Как подбираться будем? — поинтересовался Гин. — Так же под прикрытием невидимости?

    Мы сидели в кают-компании катера и наблюдали за обстановкой у станции с помощью большого визора что висел на столе. Сенов же пользовался нейростью, так было проще.

    — Не получиться, визуально засекут, слишком много народу, — покачал я головой. — По наглому пойдём. Местные шахтёры используют станцию не только как перерабатывающий завод, но и как промежуточную станцию, поставив её на транспортном пути. Развлекательные центры, склады и заправка. Всё стандартно. Можно сказать побочный приработок. Не большой, но доходный.

    — А на чём, на разведчике? — удивился капитан моей гвардии. — Так мы только привлечём излишнее внимание. Да и катер это, а не звездолёт. Сразу возникнут вопросы, где носитель.

    — Нет, тут другое. Заметили, что раз в два дня тут проходит пассажирский лайнер?

    — Было дело, да и грузопассажирских полно. А этот видимо рейсовый.

    — Вот я и предлагаю через две системы отсюда на транспортном пути перейти на одно из таких судов, что двигается на «Бишон». А на станции сойдём.

    — Отличная идея, — после недолгого раздумья согласился капитан Сенов. — Все капсулы стандартны, а прошивку куда легче поменять, чем идентификатор корабельного искина.

    — Вот именно. Жаль только оборудования много взять не получиться. Пираты бывает используют такой трюк с троянским конём и экипажи транспортников об этом знают. Будут проверять, когда возьмут нас на борт.

    — Ничего, спрячем в капсуле так, что никто не нейдёт, — уверенно ответил Сенов. — Я займусь этим.

    — Хорошо, проработайте этот план, а сейчас возвращаемся к «Кашалоту».

    Наш катерок отлип от большого астероида с простой рудой и направился в соседнюю систему, шесть часов лететь. Именно там мы оставили транспорт на орбите одной из планет. План по захвату «Миража» уже начал формироваться. Дальность до станции от этого астероида была запредельная, но мы выпустили два разведывательных зонда и наблюдали за жизнью вокруг станции с помощью передач, что отправляли нам зонды. Они были одноразовые, так что через шесть часов заряд батареи придёт к концу и они самоуничтожаться.

    В принципе всё получилось как мы и планировали. Вышедший из гипера для промежуточного прыжка средний грузопассажирский транспорт принял сигнал бедствия нашей капсулы и после долгого обнюхивания сенсорами и радарами пустой системы всё-таки принял нас на борт. Шесть членов экипажа, включая второго помощника, что отвечал за внутреннюю безопасность, буквально обшмонали нас троих и капсулу. Даже пытались вскрыть обшивку, но не стали.

    Я назвался гражданином империи Дин Лука, Синов и Гин членами экипажа моего крейсера «Элиот» погибшего после пошедшего в разнос реактора. История не замысловатая и после даже лёгкой проверки она бы распалась, но нам нужно было лишь попасть на станцию, а там мы сориентируемся.

    Долетели нормально. Служба безопасности станции взяли с меня образец ДНК и, определив, что в базах розыска я не числюсь, как и мои спутники, пропустили на территорию базы. После этого мы оформились на сутки в гостиницу. Нашли корабль, что уходил дальше и, купив билеты, оформились на него. К этому времени мы взяли часть административной сети под свой контроль и по всем камерам и оформлению прошли на борт и покинули «Бишон». Только вот капитан того транспорта и не подозревал что у него появились виртуальные пассажиры и похоже никогда об этом не узнает. А насчёт ДНК всё было просто, брали его с запястья, так что было не трудно заранее наклеить туда псевдоплоть. Оказывается, в империи Лемур это широко применяется спецслужбами. До нас эта хитрая новинка ещё не дошла. Повезло, что в багаже капитана были разные образцы этой псевдоплоти и она нам пригодилась.

    Потом в течение шести дней мы брали под контроль с помощью единственного дешифратора, что прятали в капсуле, искин отвечающий также за контроль вокруг станции, а когда это было сделано, наш катер спокойно в режиме маскировки достиг станции и доставил уже серьёзное оборудование, что заметно уменьшило время захвата станции.

    Кто-то спросит, а как мы её будем угонять, с учётом того что транспортный поток тут довольно плотный, а на разборку понадобиться минимум девять дней. Это всё-таки средняя станция, не мой «Шейн». Ответ таков, как и в прошлый раз, я решил воспользоваться пугалом в виде «Красной Чумы». Только вот время реагирования на это, как удалось выяснить из протокола «Бишопа», пять дней. То есть через пять дней после того как пойдёт информация о том что станция заражена, в эту систему прибудет первое судно военных спасателей из ближайшей флотской базы. Значит за эти пять дней мы должны свернуть станцию и покинуть эту систему на «Кашалоте» и трёх тяжёлых шахтёрах. Средние шахтёры я решил не брать, просто грузить не куда, если парочку, да и то только при возможности найти свободные места, ну или на внешнюю подвеску. У тяжёлых шахтёров это предусмотрено.

    «Мираж» была чисто шахтёрской станции, которая могла обслуживать до пяти сотен специализированных кораблей. То бишь шахтёров. То есть принимать руду, перерабатывать, пополнять припасы на кораблях и давала отдых. Она могла принять до восьмидесяти тысяч человек без особо сильной нагрузки системы жизнеобеспечения, а при модернизации и установки дополнительных модулей, то и сто тысяч и выше. Жилых кубриков хватало с избытком. Жилые сектора в сотни этажей с деловыми центрами. «Мираж» был рассчитан на автономную работу вдали от цивилизации. Такие станции ценились особо.

    За те три с половиной недели, что мы находились на «Бишоне» я успел полностью изучить спецификацию станции и составить график работ по демонтажу модулей, доков и верфи. Больше всего меня интересовал перерабатывающий заводик, что висел отдельным терминалом в стороне. О нём я тоже не знал, свежая покупка, было видно, что дела у местных хозяев идут хорошо.

    Кроме завода, что принимал руду с шахтёров и перерабатывал её в концентрат, какой, там от руды зависело, было ещё шесть автоматических заправочных терминалов, малая верфь, что прилипла сбоку к «Бишону», двенадцать ремонтных доков, четыре складских дока, и шесть модулей развлечения. Это всё не входило в типовой проект «Миража» и было докуплено позже. Однако и они стоили больших денег и я прикидывал как их умыкнуть. По первому, нужно будет обязательно взять под контроль оборудование гиперсвязи, чтобы у нас было дополнительное время при разборе станции, это даст нам ещё дня два, максимум три. С помощью трёх конструкторских комплексов, что хранились в трюме «Кашалота» и двух инженерных комплексов находившихся на территории станции, последние мы уже незаметно взяли под контроль, разберу я эту станцию за шесть дней. Но всё же нам нужно было дополнительное время, и я его искал.

    Этим только я занимался, мои подчинённые, с которыми меня постигла неудача со станцией «Гикона», занимались другим делом, взломом искинов и переводе их под наше управление. Сенов занимался кораблями, в основном тяжёлыми шахтёрами. На борту всех трёх уже были наши дроиды-диверсанты со своими слабыми дешифраторами. Так что оставалось ожидать результата. А так же он занимался доками, верфью и складами. Всё это нужно было перевести под наше управление, а так как это большей частью частное владение, то есть не принадлежащее хозяевам, например как выкупленные доки и склады, то приходилось плотно работать. Гин же занимался исключительно искинами станции. Из десяти под наш контроль перешло восемь, осталось два, самые сложные. Навигатор и Управленец. Первый отвечал за навигацию в системе, второй управлял всеми остальными. Следящий так сказать. Контроль у него был полный, но всё же нам удалось незаметно для него взять под контроль его подчинённых. Сложно, но возможно. Оборудование у нас было первоклассным, восьмое поколение с Лемура, так что у нас все шансы на то, что станция станет нашей. Кстати это для местных государств восьмое поколение несбыточная мечта, в империи Лемур оно давно устарело, поэтому я так легко его и получил. Майор Лино поспособствовал. Перед тем как отправиться обратно к отцу он передал нам кое-что из запасов со своего крейсера. Это был разведчик и часть оборудования по взлому.

    Конечно, стоял вопрос по людям, а на станции проживало без малого двадцать семь тысяч человек, и это только из персонала и семей шахтёров, плюс ещё десять тысяч из транзитников, но думаю «Красная чума» сработает и тут придётся уничтожать только оставшиеся дежурные подразделения.

    — Командир, — отвлёк меня от размышлений Гин. — Через три дня к станции подойдут два тяжёлых транспорта и лайнер. Это шанс избавиться от большинства местных. Корабли всех смогут принять на борт. Большие.

    — Согласен, — кивнул я. — Больше тянуть не стоит. Через три дня начинаем.

    Из трёх шахтёров у двух уже были взломаны искины, так что они наши, экипажи и не подозревают об этом. Третий дроид ещё тянул со взломом, так что если не получиться, придётся отпустить его с экипажем. Два станционных искина вот-вот падут, за три дня мы их точно взломаем, а потом потеха и жесть. Потеху увидим, когда местные с хозяевами что проживают в административной зоне, куда мало кому был доступ, рванут к кораблям. Бег с препятствием можно сказать. А жесть когда подсчитаем, сколько погибло и сколько нам пришлось отправить на тот свет чтобы взять эту станцию и корабли под полный контроль. Но в таких случаях жалости нет. Мы знали, зачем идём и чего нам ждать. Так что, мы не остановимся.

    Станцию мы взяли согласно разработанному плану. Конечно, не всё шло так, как мы планировали, сказался человеческий фактор, но всё же станция стала моей. Не нашей, моей. Со мной были мои подчинённые, не партнёры.

    Как я уже сказал, всё прошло как по нотам, нам таки удалось захватить все три тяжёлых шахтёра. Управляющие корабельные искины выполнили приказ и, отрубив связь за несколько часов до основной операции, уничтожили экипажи путём внезапной разгерметизации, тревога поднята не была, поэтому погибло сразу до семидесяти членов экипажа и специалистов. Некоторые на краткий миг спаслись благодаря комбезам, которые перевелись в режим скафандра, но в это время открывались потолочные турели внутренней системы безопасности, активировались охранные дроиды, и началась бойня. Никто рабовладельцев не жалел, хотя рабы на корабле были и они погибли. У нас не было сил для их освобождения, да и не ставил я такую задачу. Главное бы сделать.

    После этого на катере-невидимке на все три корабля высадились перегонные команды, к этому моменту внутренняя служба безопасности добила остатки команд из тех, что успели облачиться в скафандры или тех, что в них изначально были. Например, техники, работающие на обшивке. Но как бы то ни было, корабли перешли под наш контроль и были перегнаны на стоянку к «Кашалоту», где команды с помощью дроидов избавлялись от трупов рабов и экипажей, отправляя их тела в сторону ближайшей звезды. А через шесть часов все четыре корабля сдвинулись с места и прыгнули к «Бишону». К этому времени всё было готово к их появлению.

    Мы на станции все одиннадцать часов, пока шла операция по захвату тяжёлых шахтёров, сидели в напряжении готовые начать операцию раньше назначенного времени, если что пойдёт не так. Всё-таки шахтёры в системе работали хоть и в разных квадратах, но не одни, с другими шахтерами. Средними и малыми. Те набив трюмы сбрасывали тяжу и тот после того как трюмы оказывались набиты рудой отправлялись к перерабатывающему заводу. Очень глупая идея, тяжи рассчитаны на автономную работу в дальнем космосе, и лучше в место них использовать обычные грузовики со средними и большими контейнерами. Но система действительно была богата на руды. Не зря эти шахтёры её разработали вот уже восемнадцать лет, да ещё эта комета, где вообще были уникальные и дорогие сплавы. Информация по такому нерациональному решению использованию тяжей нашлась на управляющем станционном искине «Бишона», когда мы, наконец, взяли его под контроль. Оказалось, экипажи просто тренировались на добыче обычной руды, не касаясь кометы, но скоро она покинет эту систему, года два и всё, а в соседней системе они её разрабатывать уже не смогут, прав на разработку они получили только этой системы. Именно поэтому было докуплено ещё два тяжёлых шахтёра. Хозяева станции и кораблей хотели полностью переработать комету в концентрат до того как она покинет систему, именно поэтому шахтёры так яростно и тренировались на кошках. Только один тяжёлый шахтёр работал с кометой, но там был спаянный экипаж, что работал вместе уже двенадцать лет.

    Когда произошёл захват и корабельные искины получили кодовый сигнал, то разом выпустили весь ракетный боекомплект по кораблям что работали в зоне действия их радара, уничтожая средние и малые шахтёры, некоторые пришлось добивать пушками, и избавились от экипажей. Но об этом я уже говорил. После этого разведчик, совершая кратковременные прыжки в гипере, доставил перегонные команды на борта тяжей. Так что информация о том, что практически весь флот местных шахтёров уничтожен, ещё не достигла ушей хозяев. Тревогу никто не успел поднять.

    Мы выбрали удобное время, три средних шахтёра покинули соседнюю систему и, сдав руду на завод, пристыковались к станции, экипажи направились отдыхать, а те, кто должен отправиться работать, ещё отдыхали. Ближайший средний шахтёр отправиться в соседнюю систему через восемь часов согласно расписанию, так что время до поднятия тревоги и прибытия лайнера и двух больших грузовиков у нас было.

    После завершения операции по захвату, из гипера с разницей в несколько часов вышли те какого мы ждали, пассажирский экскурсионный лайнер, он облетал границу империи, показывая туристам особенности дикого космоса, и два грузовика. Но эти шли вместе.

    Как только они пристыковались, лайнер уже два часа стоял у шлюза, я дождался, когда часть экипажей грузовиков отправится отдыхать на станцию, им дали сутки и, выждав полчаса, отдал сформированный приказ управляющему искину, который подчинялся только нам. Всё, с этой минуты операцию не остановить.

    За час до этого бот, которым управлял пьяный пилот врезался в станцию и снёс антенну гиперсвязи. Там в данный момент велись работы по восстановлению. Инженер что отвечал за ремонт, обещал восстановить связь через два часа. Штраф, пилот, который не помнил, как управлял ботом, получил такой, что навечно попал в рабы. Бывает и такое, хотя ботом дистанционно управлял я из нашего Центра на «Бишоне». Центр находился в одном пустом складском помещении, за стенкой проходили основные коммуникации, к которым мы присоединились, так что место было удобное.

    Как вы понимаете, инженер не успел восстановить связь, вдруг раздалась красная тревога. Такая тревога поднимается только в одном случае, когда есть опасность заражения «Красной чумой». Народ тут был битый, поэтому отреагировал правильно. У них было два выбора, или покинуть станцию на одном из кораблей, всем известно, что заражённые объекты впоследствии уничтожаются, или добежать до сектора, где находится медсекция, но там уже было объявлено о заражении, поэтому почти все рванули в сторону кораблей. Это был инстинкт, разум тут не действовал. К тому же Искин через общую сеть советовал покинуть станцию, сообщая, что одна зона за другой объявляются заряжёнными. Как я уже говорил, там была и медсекция.

    Один за другим переполненные людьми корабли отстыковывались от станции, и разгоняясь, уходили в гипер в сторону ближайшей военной базы, где есть госпиталь. На те корабли, что висели на парковочной орбите прибывали челноки и боты с людьми, и они также уходили в гипер. Никто не хотел оставаться рядом с чумной станцией.

    Когда количество кораблей у станции упало до минимума, я отправил в сторону «Кашалота» и захваченных тяжей условный сигнал и те прыгнули к нам. Короткий прыжок, всего двадцать минут. Такие прыжки на тяжах считались ювелирные, но пилоты и навигаторы у меня были опытные, к тому же этим прыжком мы выиграли несколько часов, которые они бы летели к нам в обычном пространстве. Раньше нельзя было, кораблей тут много крутиться, засекут.

    К моменту появления моих кораблей в пространстве оставалось десяток судов, которые как раз уходили, а на станции около полутора тысяч человек. Поэтому когда мои корабли вышли из гипера я без сомнений отдал приказ на разгерметизацию всех отсеков «Бишона», кроме специализированных помещений. Пленные мне были не нужны. В живых останутся только рабы, которые содержаться в специальных комнатах-клетках, и детский приют. Да-да, тут был и детский приют, состоявший из детей, погибших в космосе шахтёров.

    Ещё когда мы тут устраивались и вживались в местную жизнь, то обнаружив приют, мои офицеры посмотрели на меня, какое я приму решение. Я их не разочаровал, приказав обеспечить безопасность детей при захвате станции и спланировать их эвакуацию. Это было выполнено, стальные плиты загерметизировали этот отсек и обеспечили безопасность детей, их было семьдесят четыре, а также восьми сотрудников приюта. В отличие от других жителей станции в приют искин транслировал другую информацию. Мол, наёмное подразделение Шейна захватило станцию, и готовиться эвакуировать детей, мол, с ними они не воюют, не нужно беспокоится. Так что дети и работники приюта ожидали наёмников в принципе спокойно. Вот с рабами всё было не так здорово. В момент объявления тревоги была середина рабочего дня и у себя находились всего процентов двадцать пять, остальные были задействованы на разных работах и погибли со своими рабовладельцами. К сожалению, я вынужден был констатировать такой факт.

    Но это ещё не всё. На «Бишоне» было два инженерных комплекса, оба управляющих искина были взломаны и они перешли под моё командование. Инженер ремонтировал антенну гиперсвязи с помощью технического комплекса. Так вот, оба эти комплекса я активировал два дня назад и заранее начал работы по демонтажу некоторых блоков, которые не влияли на состояние станции и было не замечено инженерным и техническим составом «Бишона».

    Малая верфь тоже перешла под моё управление, поэтому во время паники один из комплексов начал её демонтаж и сворачивание, благо та была пуста, как раз сутки назад из её захватов был выведен средний грузовик, что проходил там серьёзный ремонт и на верфи проводили профилактику оборудования.

    Так что, пока оба капитана с помощью дроидов внутренней безопасности «Бишона» добивали выживших, я плотно работал по сворачиванию станции. К сожалению, возиться со складскими и ремонтными доками мне было некогда, да и не нужны они нам были, поэтому предполагалось их бросить. А вот заводик, который захватили наши дроиды-диверсанты, я собирался прибрать.

    При появлении тяжей, от «Кашалота» отделились шесть больших контейнеров, где находились мои конструкторские комплексы, и я одновременно дистанционно управляя двумя инженерными ботам, что имелись на станции, перехватил их, выпустил дроидов, дал им задание, включив в работу.

    Естественно из-за довольно большого транспортного потока в системе постоянно появлялись корабли. Но станционный искин продолжал транслировать в открытый эфир об угрозе заражения, «Кашалот» и тяжи были помечены им как заражённые. Так что особо вопросов насчёт них не возникало. Да и вообще вопросов было не так и много. Едва узнав о «Красной чуме» экипажи кораблей не обращая внимания на разукомплектованную станцию, срывались с места и исчезали в гипере. Никто не хотел потерять своё судно.

    Только один раз это не сработало. С военным крейсером, который сразу же направился к станции, запрашивая у искина информацию по скорости распространения «Чумы». Так можно было определить, в какой она стадии.

    Это нам было не нужно, поэтому как только крейсер приблизился, произошёл пуск ракет с двух тяжей, их пусковые были перезаряжены ракетами что мы взяли со складов «Бишона». Стреляли те корабли что были ближе всего к нему. Крейсер исчез в разрывах. Больше нам никто не мешал.

    Самое ценное оборудование и модули я убирал в трюмы «Кашалота», остальное, но не менее ценное в пустые трюмы тяжей, которые предварительно освободили от руды. На их борта также вешались тяжёлые контейнеры с захваченным на складах имуществом, да и то, что было демонтировано из помещений, тоже к ним направлялось.

    Время утекало стремительно, но не менее стремительно станция в свёрнутом виде, исчезала в трюмах четырёх кораблей. На пятый день я приказал начать разгон для прыжка. Всё что можно мы забрали. Кроме обломков крейсера на месте где ранее находилась станция остались только брошенные нами три складских дока, один модуль центра развлечений и два ремонтных дока. Нам их просто не куда было грузить. Перегруженные корабли, с трудом разогнавшись, ушли в гипер по заранее проложенному моими офицерами маршруту.

    Дети из приюта и освобождённые рабы находились на одном из тяжей, под присмотром моих людей. Всего было освобождено сто семнадцать рабов, количество детей и их воспитателей я уже сообщал. С рабами сейчас работали двое моих сотрудников, ранее служивших в СБ флота республики Шейна. Вот воспитатели встретили нас не совсем по-доброму. У некоторых на станции были семьи и о их судьбе они ничего не знали. Пришлось их убрать от детей. Двух буйных так вообще ликвидировать. С детьми остались две девушки, они были спокойные и против нас ничего не замышляли, работая по специальности, они уже поняли, что детям мы ничего плохого не сделаем и даже устроим в соседнем нейтральном государстве.

    Так как пилотов для тяжей у меня раз-два и обчёлся, четверо их было, то пришлось управлять «Кашалотом» самому. Эта была практика и я не имел ничего против, кроме одного но. Последние трое суток я со своими офицерами не спал и работал на стимуляторах, что не совсем было во благо для организма. Поэтому, как только экраны мигнули и выдали привычный фон полёта в гипере, я встал из пилотского кресла и тяжело покачиваясь, направился в медсекцию корабля, где уже находились оба капитана. Через пару минут крышка реаниматора закрылась, и я вырубился на полтора часа, пока капсула чистила мой организм от последствий действий стимуляторов.

    Полёт через всю империю мне особо не запомнился, был он какой-то будничный. Мы выходили в пустых системах, где никого не было для промежуточных прыжков, разгонялись и снова уходили в гипер. Только один раз, во время третьего выхода, вспугнули стайку кораблей, по виду контрабандистов, вот и всё. Всё время полётов, я учился, меня пробуждали только перед выходом из гипера, а так я поднимал базы в капсуле, пользуясь свободным временем, у меня много было того что требовалось поднять по выше. Вот я, пользуясь разгоном, и поднимал их.

    Когда мы пересекли границу, то выйдя из гипера в одной из пустых систем соседней республики, дальше находилась империя Хира, где у одной из её планет, висела моя станция с поданными, я велел избавиться от пассажиров. Три корабля зависли в системе в ожидании, а один тяж направился в соседнюю систему, где находилась планета Бусон. Это была промышленная планета республики. Там все бывшие рабы и дети были благополучно сданы на руки организации «Всепомощи», прототипа «Красного креста» Земли. Все вопросы были сняты одним ответом, это освобожденные с территории империи Люмер. А имперцев не любили все соседи за драчливость и высокомерность, так что проблем не возникло, и когда тяж вернулся обратно в сопровождении двух военных кораблей республики, то мы разогнались и отправились дальше.

    Через семнадцать дней все четыре корабля тяжело маневрируя, приближались к планете Цивил, самой крупной планете империи Хира по торговым отношениям. Её деловой центр можно так сказать. Это единственное место, где я могу продать трофеи с максимально ставкой, именно поэтому наш путь лежал сюда, а не к Торену.

    Ещё на подлёте, сразу после выхода из гипера «Кашалота», со мной связался представитель юридической фирмы тестя. Именно на нём и лежала обязанность по договорённости, за определённый процент продать все мои трофеи.

    Следующие две недели мы плотно работали по продаже всего моего имущества, а так как я хотел продать его по максимальной ставке и искал покупателей, то продажи двигались туго. Каждый модуль и предмет за время нашего полёта были исследованы дроидами-диагностами которыми управляли корабельные искины так что у меня был полный список всех трофеев и их состояния.

    Первыми ушли два тяжёлых шахтёра, я оставил себе только один самый новый, назвав его «Гномом», те тоже рудознатцы, и все остальные корабли, средние и малые. Остался только «Кашалот» и «Гном». Через неделю появился покупатель и для станции. Он взял «Мираж» за восемьсот тридцать шесть миллионов, и это только в базовой комплектации. После этого мы распродавали остальные трофеи и станционные модули. Из всех я оставил себе только один ремонтный модуль, малую верфь и перерабатывающий завод, остальное шло в продажу.

    На моём личном счету находилось около десяти миллионов кредитов, а вот остальные я держал на другом, на том, что приписан к моей станции. Системы безопасности для снятия денег оставил прежними. То есть в моём личном присутствии в банке и при снятии ДНК. При попадании в рабство я уже один раз напоролся на то, что меня ограбили, в данном случае это уже будет невозможно без моего добровольного согласия.

    В общем, осталось по мелочи, когда вдруг Сенов, что пропадал на планете, сообщил, что со мной хочет пообщаться отец. Для этого была заказана специальная кабина у пункта гиперсвязи, защищённая от любого вида прослушивания.

    Я в тот момент впаривал одному перекупщику два оставшихся у меня ремонтных дока и складской модуль, когда сообщение капитана оторвало от этого интересного общения. Махнув рукой, я отказался продавать модули перекупщику за заявленную им цену и отключился, после чего выслушав Сенова, кивнул, сообщив:

    — Дел у меня сейчас особо нет, можно спуститься и пообщаться. Через четыре дня вылетаем на Торен, так что готовься. У нас мелочь осталась, продадим и вылетаем.

    — Хорошо, ваше высочество. К «Кашалоту» вылетел катер, он доставит вас на планету.

    Все переговоры и торги я вёл на борту «Кашалота» у меня было специально оборудованное помещение для общения с дельцами и покупателями. Лично я с ними не встречался, общался чисто с помощью аппаратуры связи. Работал я только под видом Ворта Трена. Покинув помещение, потягиваясь на ходу, я направился к себе. Нужно сменить мой привычный инженерный комбез на что-то более подобающее, чтобы не ударить в грязь лицом при общении с отцом. Тот постоянно в парадном мундире со мной общается.

    На борту я был один, все остальные находились в увольнении на планете, да дежурная смена на «Гноме», поэтому переодевшись и переведя транспорт в ожидающий режим, теперь без меня никто не сможет попасть на его борт, я прошёл через шлюзовую на борт прибывшего катера. Президентский не иначе, слишком роскошен. Именно на нём я и спустился на поверхность планеты. Особо осмотреться мне не дали, только и заметил голубое небо над собой да десяток флаеров. Сели мы в пригороде и транспортный поток как я посмотрю, тут был приличный.

    Сотрудники центра связи встретили меня на посадочной площадке и сопроводили в нужное помещение у входа в которое переминался с ноги на ногу капитан Сенов. Как оказалось соединение уже было установлено, и отец был на связи. Я немного запоздал. На минуту.

    Пройдя в комнату и поздоровавшись с отцом, я узнал как у него дела и о причине этого вызова.

    — … Рино я уже пообщался с Тимом. Мои офицеры нашли его в этой варварской империи и передали моё послание. Я пообщался с ним через систему гиперсвязи и после завершения разговора понял, что тот не принял в отношения своей родной семьи какого-либо решения. Я прошу тебя добраться до планеты Гурия, где он сейчас находится и поговорить с ним, я знаю, ты сможешь его убедить отправиться вместе с тобой к нам, в Лемур.

    — Как-то особо не хочется. Меня уже пытались сделать рабом на этой планете. Причём не один раз.

    — В этот раз ты полетишь под своими настоящими документами, и тебя никто не посмеет тронуть.

    — Предчувствия не очень, — сознался я.

    Я молчал, обдумывая просьбу биологического отца. Мне она не нравилась, пахло не просто дурно, от неё смердело за километр.

    — Это моя личная просьба, — сказал старший Эго.

    — Хорошо, — нехотя кивнул я, причин отказаться я так и не нашёл. — Закончу со своими делами и вылечу на Гурию. Придётся нанимать местный транспорт, все мои корабли не имеют нормальных идентификаторов, или призы или корабли погибшей республики.

    — Я знал, что на тебя можно положиться. Спасибо сын.

    Ещё немного пообщавшись с биологическим отцом этого тела, мы разъединились. После этого я в сопровождении капитана вернулся на борт «Кашалота» и продолжил операции по продажам оставшихся модулей. Люди тестя в этом очень хорошо помогали.

    Через четыре дня покинув орбиту Цивила, мы разогнались и ушли в гипер. Через двое суток мы были в системе Торена, где маневрируя в плотном потоке кораблей, направились к нашей станции «Шейн». Всё, я был дома.

    * * *

    — Господин Лайо ожидает вас, — низко поклонившись сообщил секретарь и, распахнув двустворчатые двери, снова поклонился, пропуская нас в кабинет моего старшего брата. Нас это меня и капитана Сенова, Гин с тремя гвардейцами остался в приёмной. Их вежливо попросили об этом.

    Из-за стола встала моя полная копия. Я-то его уже видел, хотя тоже смотрел с любопытством, а вот Тим разглядывал меня с настораживающим интересом.

    — Так вот ты какой, — сказал Тим и, обойдя стол присел на краешек, что странно, не делая попытки к нам подойти.

    В этот момент прозвучал знакомое шипение игольника и гул станера. Моё непослушное тело стало заваливаться на спину, слегка поворачиваясь боком, поэтому я рассмотрел, как подает рядом капитан с дыркой во лбу от работы игольника. Так вот в кого стреляли. Сзади в приёмной слышались крики и ругань, звучали выстрелы, шипели бластеры, тихо стрекотали игольники. Это уничтожали моих гвардейцев. Однако так просто уничтожить их не удалось, это я понял, когда упал на мягкий ковёр и замер. Из скрытых ниш в кабинете начали выходить бойцы в активированных боевых скафах шестого поколения, но тут один из бойцов лишился руки. Другие бойцы немедленно открыли ответный огонь, и стало пахнуть горелой изоляцией, дымом от панелей и дерева, бойцы разносили приёмную Тима без сомнений. Кто это стрелял и ранил местного бойца, я знал. У одного из гвардейцев был старый дедовский бластер замаскированный под игольник, убойная штука.

    — Господин Лайо, охрана инженера ликвидирована, — сообщил один из бойцов, видимо командир.

    Если бы я не был парализован, я бы завыл. Отец, сука, так подставил. Мразь. Не знаю, в курсе он был или нет, но с этой минуты я разрываю с ним все наши отношения.

    В это время меня перевернули, и я видел кроме двух бойцов, лицо улыбающегося братца-подонка. Тот наклонился и снял с моей шеи медальон, подтверждающий мою личность принца Рино Эго.

    — Ловил-ловил, а тут сам пришёл, — продолжал усмехаться он. — Я слишком много потратил сил, чтобы бросать этот проект даже с возможностью стать каким-то там принцем. Я расскажу, что тебя ждёт и если ты не против. Ты ведь не против?.. Тебе поставят рабский имплант и ты будешь работать на моих верфях. Преданно будешь работать, поверь, я знаю, что это такое. А я под твоим видом отправлюсь в империю Хира. Всё что надо из твоей головы вытащат мои специалисты, у тебя от меня секретов не будет. Ведь там у тебя приличное имущество и молодая жена. Вкусная? А знаешь я проверю… Насчёт того что тебя будут искать, я уже подумал. Тебе ампутируют руку и через пару месяцев, когда я распродам твоё имущество и натешусь с женой, будет обнаружен ваш корабль и по ДНК трупов определят, что ты со своими людьми погиб. Никто не будет знать, что ты работаешь у меня на верфях. Я даже подумываю принять предложение того идиота который со мной связался и назвался отцом. Можно неплохо подняться. Рад? А я да, очень… Работайте.

    Сверкнул лазер и мне отрезали по плечо руку. Почти сразу на рану наложили пену и, положив на носилки, вынесли из кабинета. Рука осталась у братца. Думаю, руку мне могли бы отрезать и в капсуле, но Тим был реальным ублюдком, для которого мучения жертвы доставляли немалое удовольствие. Через несколько секунд препараты, которые мне вкололи в тело, начали действовать и я потерял сознание. Начался новый этап моей жизни. Похоже, Гурия для меня становиться проклятым местом. Ну за чем я послушался этого старого идиота Эго?

    * * *

    Когда пшикнули створки двери, я поднял голову и с интересом посмотрел на вошедших людей. Это был Эрио Лайо, он же Тим, он же якобы мой брат, то есть человек, которого я ненавидел всеми фибрами души. Теперь было понятно, почему другие инженеры, что работали в одном со мной помещение минуту назад разом встали и ушли.

    Был он не один, сопровождали Эрио три человека, судя по их движениям профессиональные бойцы-модификанты. Странно, он что, боится меня даже с имплантом подчинения?

    — Как тебе без руки работается? — с мерзкой усмешкой спросил братец. — После мнемоскопирования и допроса под препаратами я решил не восстанавливать тебе руку, всё равно она тебе не нужна. Можно сказать постоянная память обо мне. Рад?

    — Что ты хочешь? — спросил я без эмоциональным голосом.

    Приходилось контролировать свои эмоции и каждое слово. Имплант подчинения, что стоял в моей голове, постоянно контролировал каждое моё движение и желание, хорошо, что мысли читать не мог.

    — Ты всё знал. То, что мнемоскопирование ничего не даст, ты полностью нейтрален, это врождённое. То есть мы не можем снять с тебя память, и то что препараты сыворотки правды не дадут нужного нам эффекта. Ты умирал после их применения одиннадцать раз, реаниматор едва-едва спасал тебя. Жаль, твоим имуществом и женой завладеть не получилось, а то ещё одна наложница мне бы не помешала, я видел фото твоей жены. В общем, с этим я пролетел, но меня удивляет другое. Ты уже месяц работаешь на меня, но результатов нет, верфи стоят. Как ты это делаешь, как ты смог обмануть имплант подчинения? Ещё две недели назад ты должен был сдать готовые проекты.

    С этим Тим был прав, я полностью саботировал работы в конструкторском отделе, где трудился в окружении шести инженеров, которое по планам братца должны были перенимать от меня знания. Но ничего не выходило.

    После тех экзекуций и допросов, которые я хоть и с трудом, но всё же пережил, молчание-золото, меня доставили на верфи «Гикона», что курировал Тим, и поставили заместителем начальника конструкторского отдела. Дело в том, что верфи были шестого поколения, и станции тут должны были строиться именно шестого поколения, это программные и технические заморочки. Обойти их можно, но очень трудно, тут нужны профессиональные инженеры, которых у «Гикона» не было. Однако все проекты станций шестого и седьмого поколения республики «Шейн» были утеряны, больше достать их было негде. Другие страны не вышли на такой уровень, а те государства, что из Центральных миров, не продавали проекты на сторону. То есть тут был один выход и Тим этим воспользовался, нашёл единственного оставшегося в живых инженера, что работал в конструкторском отделе верфи Варры и имел необходимые базы знаний. Искины, что обслуживали верфь, просто отказывались делать другие поделки, им требовался проект инженера-конструктора, более того им был нужен сертифицированный инженер, верфи-то вывезены с Шейна. Им был один я.

    Теперь по мне. Руку мне действительно не восстановили, и я всё это время учился пользоваться одной, в принципе научился и жил на станции, что обслуживала верфи. Однако с моим приходом так ничего и не сдвинулось с места, хотя по всем прикидкам я должен был сделать схему проекта и завизировать её своей подписью ещё две недели назад, но этого не было. Проект был вообще в стадии рассмотрения. Как я это делал? Мне начальник конструкторского отдела, который в этом вообще ничего не понимал, дал задание сделать схему проекта средней военной станции шестого поколения типа «Олдбил», заказ государства. Оказывается вот в чём дело, Тим уже получил заказ от флота империи, и даже аванс в шесть миллиардов кредитов, но вот беда, проект завис, инженеров запустить очень сложное оборудование верфи в наличии не было. А у тех, кто был, не хватало знаний в их инженерных базах. Шанс был только один и Тим его не упустил, отчего я и попал в расставленную ловушку. Хотя вру, он мог ещё договориться с любым инженером из Лемур, а ему как принцу это раз плюнуть, так было проще. Но время, модули станций уже должны были сходить со стапелей, а лемурскому инженеру нужно добираться сюда не один месяц.

    Что мне оставалось делать после получения приказа от начальника, если в голове был имплант подчинения? Только козырнуть и с бравым видом идти работать, но работа полностью встала.

    В чём тут причина. Я ведь не зря в последнее время поднимал нужные боевые и медицинские базы, и многое узнал об имплантах из купленной у контрабандистов базы «Нейросети и импланты». Так вот, если добровольно работать, то проблем нет, это как без жёсткого контроля, а вот если под принуждением. То всё, я зависал. Искин что контролировал меня, видел, что я просто стою у своего стола и ничего не делаю, а задача стоит работать над проектом, поэтому искин отдаёт приказ через имплант воздействовать на меня. Как тот работает? Он может заставить меня двигаться без моей воли, работать ногами и руками, но вот пользоваться моей памятью, нет. То есть искин отдаёт приказ, и имплант зависает, у него нет информации по станциям этого типа, а до моей памяти он добраться не может, я нейтрален, на его приказы не реагирую, снять слепок памяти с меня невозможно. Это не такая уж и редкость, бывает.

    Что делает дальше искин. Ему нужно заставить меня, сроки горят, и единственное средство воздействия, что у него остаётся, это фантомные боли выдаваемые имплантом. То есть он пытался меня сломать и не преуспел в этом, меня семь раз укладывали в реаниматор, восстанавливая изношенное сердце. После работы искина, износ шёл в десять раз быстрее. Боль — это страшно, но как ни странно, за эти четыре недели я к ней начал привыкать, вырабатывал иммунитет против неё.

    Сидя в кресле, я покачивался с помощью откидной спинки и насмешливо смотрел на братца. У меня была причина для этого, я просто тянул время, ожидая помощи от своих людей.

    — Ограбить не смог, в рабство забрал тоже работать не смог заставить, неудачник ты как я посмотрю. Самый обычный подоно… — договорить я не успел, меня скрутило привычной болью и все члены отказали. Ни пошевелится, ни сказать что либо я теперь не мог, только боролся с болью. Это уже было привычно.

    — Не забывай что я твой хозяин, — сказал Тим и щёлкнул пальцами, отчего боль отступила.

    — Когда я тебе отрежу голову, — сказал я, почувствовав, что меня парализовало, — то отправляю её нашему биологическому отцу. Вы оба стоите друг друга.

    — Смешно, — криво усмехнулся Тим. — Старик не знал, для чего ты мне был нужен, разыграть его было легко. Я умнее тебя, раз ты попался в эту ловушку.

    — Мне плевать, он меня подставил. Я никому и ничего не прощаю и всегда возвращаю долги.

    — Я так понимаю, конструктивного разговора у нас не получится, — встал с соседнего кресла братец. — Заставить тебя тоже не получится, остаётся только уничтожить… Кстати, твоё судно на которым ты прибыл к нам в империю уже обнаружено и ты официально мёртв, так что поздравляю, ты никто, все твои данные стёрты из всех банков данных. Я позаботился об этом.

    — Бывает, — усмехнулся я.

    Тут я был на коне. Когда Тим захватил меня, сволочь, использовал специализированный стационарный армейский станер чтобы с расстояния вырубить мои импланты, то он изрядно по изгалялся надо мной. Теперь я вернул ему ответ. Всё что он говорил тогда у меня в кабинете, все его иезуитские планы пошли прахом. Кое-что им удалось узнать, подобрав нужные препараты, и он понял, что занять моё место не реально, слишком серьёзные требования безопасности, вскроют его на раз. А также и рабом меня заставить работать не получалось, не было результатов, даже против этого я боролся. Вот и получалось что Тим обычное брехло.

    Когда он со своими людьми направился к дверям, то обернулся перед открытой створкой и сказал:

    — Наверное, ты надеешься на тот катер-разведчик с Лемура, который страховал тебя со стороны? Только вот беда, его смогли визуально засечь и загнать истребители военной базы, что находилась неподалёку. Два часа гоняли, потеряв одиннадцать единиц техники и шесть пилотов, но превратили его в груду металла. Совсем недавно удалось взломать искин катера, три недели с ним возились и узнали твой план. Хитёр, подстраховался, но вот не повезло… И да, ещё неделя и если не будет результатов, ты действительно умрёшь.

    Тим покинул кабинет, а я продолжал сидеть в своём кресле и молча смотрел ему в след. Слова, сказанные Тимом, ударили по мне сильнее, чем он думал. Похоже помощи не будет. Ребята действительно погибли, раз он о них узнал. Остаётся одно, искать средства побега самому, что с учётом импланта подчинения и одной руки очень не просто, фактически невыполнимо, но что-нибудь придумаю, обязательно придумаю.

    Тут видимо искин почувствовал, что я снова плохо думаю о местном руководстве и о его хозяевах и, парализовав меня, ударил привычной болью, пытаясь выдрессировать меня. Било меня болью минут шесть, пока я не вырубился. Искину тут же отправил сигнал медикам. Вернувшиеся инженеры без удивления наблюдали, как моё бесчувственное тело погрузили на носилки и отправили в лазарет. У них на глазах я часто или падал на пол, когда на меня парализовало или замирал в стуле. Часто после этого приходили медики. Некоторые пытались поговорить со мной по душам, в одном я вычислил профессионального психолога, но я выстроил между нами стену и не общался. Они-то как раз были свободные, а я раб, то есть неполноценный, так что они и сами сближаться не хотели, а тех, кого ко мне подводили, я игнорировал.

    Когда крышка реаниматора поднялась, деревенского вида медтехник ругаясь, стал мне грубо помогать выбраться из мягкого ложа, но не все мои члены пришли в норму, поэтому я выскользнул из его рук и очень больно ударился головой о край открытой капсулы. Попытка прикрыться культей ни к чему не привела, я вырубился, отчего медтехник с замашками санитара выругался и пробормотал:

    — Что мне с тобой уродом делать? Сейчас очередь Гроха, хм, — перевернув меня на спину, он осмотрел ссадину на лбу и добавил. — Без капсулы можно обойтись, сейчас принесу аптечку.

    Когда санитар вернулся из соседнего помещения, его не было всего восемнадцать секунд, то обнаружил меня сидевшим у капсулы.

    — Очнулся? — хмуро спросил он и, почесав небритую щёку, всё же приложил к моей голове аптечку. Наложив пластырь, та сама отклеилась от раны. Подхватив её, я вернул аптечку медтехнику.

    — Комбез твой в шкафу, одевайся и проваливай, — занимаясь капсулой, велел он.

    Всё было привычно и как обычно, поэтому спокойно и неторопливо одевшись, на выходе я получил сильный пинок пониже спины, за медлительность, это тоже привычно, и направился в сторону жилых помещений. Станция имела серьёзную службу внутренней безопасности, тем более я был на особом контроле, поэтому мне не требовался сопровождающий. Рабочее время закончилось, хотя я «работал» восемнадцать часов в сутки, поэтому направился к своему кубрику, что мне выделили от щедрот местного правления. Это была комнатушка три на два метра со встроенным санузлом и убирающейся в стену кроватью. То есть стандартный кубрик для чернорабочего.

    Добравшись до места жительства, я прошёл в кубрик, слыша, как щёлкнула дверь за моей спиной. Всё до начала рабочего дня открыть её теперь не возможно. Скинув комбез, я направился в душ. Да, после капсулы тело обычно имеет идеальную чистоту, но тот медтехник, что работал со мной, отключил эту функцию. Он вообще на мне серьёзно экономил, продавая освободившиеся лекарства страждующим. Клиенты у него всегда были. Это не знания, а предположение, переходящее в уверенность. Я врач и видел, что он делает, все его действия для меня как открытая книга.

    После душа я подошёл к столу, взяв из коробки, что на нём стояла, брикет солдатского пайка, кормили меня только им и, с трудом вскрыв одной рукой упаковку, лёг на кровать, утоляя голод. Ясно размышлять о своей судьбе я не мог, имплант сразу блокировал это, улавливая мои эмоции, поэтому приходилось делать это осторожно, тайком, чтобы не насторожить чёртов имплант.

    Сегодняшняя встреча с Тимом многое приоткрыло мне. Помощи можно не ждать, уверен, меня считают погибшим. Получается, нужно использовать все возможности и бежать. Бежать, отсидеться, вылечиться и вернуться. Вернуться не одному, а с эскадрой боевых кораблей и пользуясь тем, что империя вернулась на мирные рельсы, хорошенько пройтись по предприятиям, станциям и другому имуществу «Гикона» уничтожая его. Но главное это добраться до горла Тима, вот какая у меня стояла цель, после того как освобожусь. Я, конечно, ожидал спасения, рассчитывая на своих людей, чёрт, до сих пор ком горлу подступает, как вспоминаю о них, но всё же готовился, прорабатывая планы побега. Сейчас у меня их было три и все задействованы, но пока я не знаю, какой из них сработает раньше, четвёртый это уход из жизни, кривой, но побег. Теперь же я рассчитывал только на себя.

    Конечно, неприятно, что цепь случайностей вернула меня в рабство, хотя я не ожидал от Тима такой подлянки, моя доверчивость меня подвела, хотя я и пытался подстраховаться, но всё же не стоит пускать слезу жалея себя и злиться. Вот выберусь отсюда, тогда можно проявить эмоции, но не сейчас, да и не даст имплант мне позлиться, сразу вырубит и накажет болью. Поэтому я лежал и размышлял. Всё-таки хорошо, что импланты не умеют читать мысль, а то меня бы уже казнили местные начальники, чувствуя свою беду на свои задницы. Жить-то хотелось всем.

    По импланту и нейросети скажу так, все импланты мне удалили, а нейросеть настроили так, что я с трудом мог пользоваться её куцыми возможностями. Работала функция только инженера, врача и пилота была блокирована. Работал профессионал и как я не пробовал восстановить функциональностью нейросети, так и не смог, зато чуть позже нашёл один интересный раздел, с которым работал в последнее время.

    Доев брикет, я попил воды из-под крана, что мне специально завели в комнату, после чего лёг в постель и, завернувшись в одеяло не сразу, но уснул. Чего переживать? Хотя имплант и блокировал все эмоции, утро вечера мудренее. А камера углу продолжала помигивать красным диодом, передавая картинку искину. Слежка за мной шла постоянно.

    Следующий день прошёл так же, я полностью саботировал работу и получал за это от следящего искина по полной. Но инженеры в этот раз смотрели на меня по-другому. Все знали, что мне дали определённый срок, чтобы закончить работу. К сожалению этот день я выдержал, искин не довёл меня до того чтобы отправлять моё тело в медсекцию, хотя я очень старался и добрёл до своего кубрика с огромным трудом.

    Вот следующий день принёс некоторый успех. Утром приходил начальник конструкторского отдела и пытался намёками сообщить, что в будущем меня ничего хорошего не ожидает, только утилизатор, но я сидел и тупо смотрел на него, никак не реагируя. К десяти продолжая думать о местном руководстве, и я где его видел, был вырублен имплантом. Но на этот раз уже серьёзно, потому что меня видимо отправили в медсекцию.

    Как я это понял? Так по поднимающейся крышке. Это означало, что мне снова восстанавливали сердце и у меня была клиническая смерть. Срок моей ликвидации ещё не подошёл, поэтому меня и отправили лечить, а не выбросили в утилизатор и не забыли обо мне. Ещё поборемся.

    Мгновенно покинув лежанку капсулы я нанёс удар правой рукой в висок опешившего от моей быстроты и реакции медтехника. Тот вырубленный начал заваливаться на спину, а я добавив ему ещё пару раз метнулся к пульту управления капсулы, чувствуя как кровь течёт по моей спине.

    Меня всегда укладывали в неё, поэтому я ожидал, что проведённая диверсия сработает. Да-да, я смог перестроить капсулу под свои замыслы и полчаса назад капсула удалила у меня нейросеть вместе с приросшим к ней имплантом подчинения. Другого выхода не было. Всё повторялось в той же последовательности что и во время моего второго попаданию на Гурию.

    Думаю, пока есть время и я вожусь с капсулой, в ручную проводя настройку, можно пояснить, что и как происходило в начальном этапе моего освобождения. Да, благополучно прошёл только первый пункт, я избавился от импланта, о чём пока никто не подозревал, капсула была экранирована и нейросеть с имплантом я ещё не доставал, чтобы они подали сигнал тревоги, то есть о побеге раба. Мне ещё требуется бежать со станции, но думаю, справлюсь, уж в чём в чём, но в этом опыта у меня на десятерых хватит.

    Так вот, в тот день, когда мы общались с Тимом и меня доставили в медсекцию я разыграл как поскользнулся и ударился о край капсулы, отчего медтехник принял то решение которого я ждал и надеялся, он направился за аптечкой на миг оставив меня один на один с капсулой.

    В этой медсекции не было своего искина, всё было на местных работниках. А за безопасностью следил на территории другой искин, отвечающий за систему внутренней безопасности и только за ней. Он не смог отследить, что операция шла не так, хотя на экран специально для медтехника шли другие показания работы капсулы, «правильные», чтобы он не забеспокоился.

    Камера в боксе была давно сломана, это местный вырубленный мной медтехник устроил, чтобы никто не отследил его махинации. Этим я и воспользовался. Когда он вышел, я добрался до пульта, вытянул шнур и воткнул его в нейроразъем правой руки, отправив сжатый пакет с нужными программами, которые распаковались за два часа. К возвращению техника я уже сидел у капсулы, показывая, что в сознании. Ну а когда меня через пару дней положили, то программы определив по ДНК, что клиент тот, кто нужен, сработали как им и полагалось.

    Эти программные пакеты я писал последнюю неделю. Помните тот раздел в нейросети, который я случайно обнаружил? Это был пакет поддержки инженера по созданию программ для искинов и компов. Я о нём не знал, более того его не было в описании баз, да и в настройках тоже не упоминалось, однако он имелся и при отключении других функций нейросети я его случайно нашёл. Именно с помощью него и я создал эти программы и запустил в капсулу. Они были составлены так, чтобы после нового моего попадания в капсулу, по минимуму восстановить моё сердце, и с максимальной скоростью, можно сказать на грани фола, удалить нейросеть. Всё это было сделано и операции были проведены в те временные рамки, за которое обычно восстанавливается сердце, комплексное лечение медтехник мне не проводил, экономя лекарства. Так что я его не насторожил, хотя капсула и не успела заживить мне место проведения операции и она кровоточила. Однако дело было сделано, я избавился от симбиота.

    Первым делом я снял с руки медика старый армейский коммуникатор, который медик видимо использовал для хранения личных файлов, музыки и фильмов, я его давно заприметил. После этого отформатировал прибор, застегнул на руке, дав взять анализ ДНК, и на него из памяти капсулы скинул сохранённые там программы-вирусы, которые должны были мне скоро понадобиться. Я заранее подумал о том, что лишусь нейросети и всё из её памяти перенёс в медкапсулу, а сейчас уже на коммуникатор.

    Оружия никакого в боксе не было, поэтому закончив с настройкой капсулы, я с трудом, действуя одной рукой, поднял здоровяка и, перевалив его через бортик, активировал закрытие крышки. Всё, если его в течение часа не извлекут из капсулы, то он навсегда превратиться в растение.

    После этого я подбежал к шкафчикам, открывая их и разглядывая содержимое. На одной из полок обнаружилась знакомая аптечка. Видимо медтехник не стал её уносить обратно, посчитав, что в будущем она может пригодиться. Что ж, он не ошибся.

    Взяв её, я прицепил аптечку себе на затылок, и та начала закрывать рану, останавливая кровь. Судя по миганиям красных диодов на ней, я рассмотрел это в зеркало, рана серьёзная. Аптечки тут работы на пару дней, так что я не стал её снимать.

    После этого я обтёрся специальным раствором и салфетками и подошёл к шкафчику, где лежал мой комбез. Да, его цвет выдавал во мне раба, но другого не было, а у этого хоть была функция скафандра. То есть его рекомендовалось носить на станциях и кораблях. У других рабов такого не было, их выдавали только ценным специалистам-рабам. Весёлый жёлтый цвет, выдавал меня издалека с головой, но все шансы для побега я упускать не хотел. Одевшись, я дождался, когда комбез привычно подгонится по моей фигуре, культя тоже была в рукаве. Срубили мне руку почти у плеча, но шевелить я ею мог. Только после этого подхватив сумку с трофеями из медицинских шкафчиков я ещё раз осмотрел бокс, не забыл ли чего и, открыв дверь, вышел из бокса, сделав привычное туповатое выражение лица.

    Этот коридор искин уже контролировал, поэтому я и шёл, подволакивая ноги, как и раньше. Но скоро он сообразит, я есть, а сигнала импланта нет, и прозвучит тревога. Так и оказалось, пройти я успел до выхода, и даже покинул медсекцию, когда прозвучал зуммер и я рванул вперёд. Мой план только-только начал действовать. Всё шло как по нотам. Я конечно в большинстве импровизировал, но главное не сходил с проработанной линии и действовал так, как и предписывалось.

    Сразу после того как зазвучал зуммер я рванул на максимальной скорости к углу ближайшего коридора. Там за углом в двенадцати метрах был технический люк во внутренние коммуникации. Мне требовалось за семнадцать секунд добежать, взломать его и проникнуть внутрь, закрыв за собой. Потому что если не успею, через двенадцать секунд у этого люка будут охранные дроиды станции.

    Успел едва-едва. Я открыл люк, замкнул сигнализацию небольшой иглой, что прихватил из медсекции, закрыл люк и шустро перебирая руками и ногам, лаз был узким попёр вперёд. Добравшись до ближайшего перекрестка, направился наверх. Искинам и СБ станции теперь нужно направить в эти коммуникации всех свободных технических дроидов чтобы не поймать, а хотя бы обнаружить меня. Потому что эти ходы пронизывали станция на много километров вокруг, и найти тут кого-либо довольно трудно. А если это инженер с нужными знаниями, то фактически не возможно. Хотя я бы просто тупо поставил на важных перекрёстах людей или дроидов и ждал, всё равно какой-нибудь из них я бы пересёк. Их всего около двухсот таких перекрёстков.

    Я торопился, нужно было успеть сделать всё запланированное, в ином случае придётся начинать всё сначала, что очень не хотелось бы. Я и так опаздывал, контрольный срок заканчивался через два дня. В общем, где мог я бежал, где не мог, полз. И всё это на пределе скорости. По спине снова заструилась кровь, аптечка застрекотала, пытаясь её остановить, но не могла. Я слишком был активен для этого. Мне требовалось за сорок минут пробежать половину станции и добраться до спасательных капсул палубы «Е», но напрямую я пройти не мог. Не все туннели и коммуникации были безопасны для движения. В смысле там находились охранные датчики. В некоторых местах их не было, вот мне и приходилось петлять, обходя непроходимые участки. Со стороны это напоминало блуждание по лабиринту. Наконец я добрался до нужного места. Трижды меня засекали дроиды но я ускользал, так что где я примерно нахожусь диспетчеры и сотрудники СБ представляли и сейчас затягивали сети.

    Осторожно сняв кусок потолка, он тут был квадратами, я высунулся в холл, где виднелись входы в спаскапсулы, он был пуст и, дотянувшись, сломал камеру наблюдения, после чего закрыл потолок, перебежал в сторону, открыл другую и сломал вторую и последнюю камеру, что контролировала холл. До пола было метра три, но я без сомнений спрыгнул, перекатившись чтобы погасить скорость падения и побежал к капсулам. Сунув карту ФПИ вырубленного мной медтехника в пульт, открыл вход к ближайшей капсуле. Как я и надеялся, пульт взламывать и терять время не пришлось, удостоверение ещё не заблокировали. Открылся вход и я побежал к капсуле.

    Однако я не собирался бежать, хотя шанс добраться на капсуле до Гурии и совершить посадку у меня был, правда, мизерный, если кончено истребители меня не перехватят. Нет, работал я совершенно по другому плану.

    Забежав внутрь, я подбежал к пульту управления, капсула была стандартная, десятиместная и, вытянув из него шнур, сбросил с коммуникатора в пульт пакет программ-вирусов, после чего прихватив пару кофров со спасзапасами, выбежал обратно в холл, оставив карту техника в пульте, а коммуникатор на сиденье пилота. Иначе меня по нему смогут вычислить.

    Когда я по боковому люку вернулся во внутренние коммуникации станции и стал осторожно, уберегаясь от всего, удалятся в сторону реакторного модуля, капсула сработала и, выскочив из шахты начала удалятся на максимальной скорости в сторону Гурии. Закладка из вирусов начала своё дело.

    Что произойдёт дальше, я мог только предполагать, так как сам писал нужные программы. Когда капсула покинула шахту, а она выдавала отклик что на борту живой человек, дежурное звено истребителей или перехватчиков рванули следом. Честно говоря, лучше бы это были истребители, так как у них не стоит аппаратура определения есть ли на объекте живое существо, а вот на перехватчиках, массивных машинах, такое оборудование стояло.

    Так вот, по манёврам капсулы можно понять, что ей управляет человек в ручном режиме, пришлось постараться, чтобы написать нужные программы. Вряд ли пилотам отдадут приказ уничтожить капсулу, а вот отстрелить движки и обеспечить прибытие эвакуационного бота, это да, могут. Поэтому, как только истребители покажутся на слабеньких сенсорах капсулы, она должна в отчаянье покрутиться, сбивая прицел и на полном ходу влипнуть в фермы одного из стапелей верфи. Вот так вот, то есть комп капсулы, искины там не ставили, слишком затратно, но комп мощный, всё же спассредство, должен разбить капсулу.

    Ясное дело при пристальном изучении специалисты определят что капсула была пустой, не найдя фрагментов моего тела, но мне нужно было выиграть время, так как отсчёт уже пошёл и требовалось действовать. Мне нужно было выиграть время, и я выиграл его с помощью капсулы.

    Отойдя немного в сторону, углубившись внутрь станции на полкилометра, я присел на жгут из толстых кабелей, и по очереди открыл оба кофра, рассматривая, что за трофеи мне достались. Один кофр имел кроме десяти солдатских пайков, ещё и чехол с малым техническим инструментарием, значит, не показалось, когда ощупывал их. Во втором тоже были пайки, но уже офицерские. Без воды в космосе никак, а в солдатских её не было.

    Таких кофров в специальных нишах под креслами находилось в капсуле по десять штук, и под креслом пилота обычно лежал кофр с НЗ и инструментами. Вот и я прихватил пилотский кофр и первый попавшийся под пассажирским креслом. Бывало, что их воровали и продавали, но на нормальных станциях, где царит порядок, вроде этой, обычно раз в полгода проходит инвентаризация имущества. Так что мои надежды оправдались, запасы были на месте. Да и фиксируется, кто на них проходит, доступ хоть и свободный, однако учёт идёт.

    Достав один офицерский паёк я активировал разогрев, есть не просто хотелось, после того выброса адреналина, когда я двигался на пределе, хотелось просто жрать. Пока паёк разогревался, я вскрыл небольшой чехол с инструментарием, тут было всего два десятка инструментов и небольшой тестер, и улыбнулся. Живём.

    Поев, я убрал пустую упаковку обратно в кофр, достал из бокового кармашка пилотского кофра аптечку и сменил её, убрав ту, что находилась на затылке. Эта уверенно пожужжав, тоже прилипла к ране. Кровь уже давно не текла, но пусть лечит.

    Отдыхать я не стал, хоть он мне и требовался, изношенное не долеченное сердце покалывало, но всё же встал и двинул в сторону реакторного модуля. Нужно изучить коммуникации у него, а потом уже можно действовать.

    За четыре часа я так и не смог к нему подобраться, система внутренней безопасности действовала очень эффективно, все датчики работали, в определённое время пробегали охранные дроиды. То есть шансов у меня с наличным оборудованием подобраться к модулю, не было никаких. Поэтому пришлось работать по альтернативному варианту. Это затратно по времени и у местных появляется возможность меня обнаружить, но другого выхода не было, нужно работать. Ещё час-два и до местных дойдёт, что капсула была пуста. Эксперты, что будут исследовать обломки, подтвердят это.

    Мне нужен был арсенал станции, но попасть туда это ещё сложнее, чем в сильно охраняемые реакторные и диспетчерские модули, поэтому я направился в сторону помещений, где находились отдельные посты службы внутренней безопасности. Часть вооружения и спецсредств дежурные смены держали там. Это было не по инструкции, но бойцы шли на нарушение, так как, так они быстрее реагировали в случае поднятия тревоги. В этом случае дорога каждая секунда.

    В это время снова завыл зуммер тревоги, но быстро стих. Уверен, сейчас всем сотрудникам на станции отправляется срочное сообщением.

    — Обнаружили-таки, что капсула пустая была, — криво усмехнулся я, и чуть-чуть приподняв потолочную решётку плафона, заглянул в образовавшуюся щель.

    Передо мной была дверь входа в один из постов СБ станции. Всего таких было на этом типе средней станции пять подобных постов, один основной в диспетчерском модуле рядом с арсеналом, и четыре вспомогательных, вот к одному я и подобрался.

    В то время дверь ушла в сторону, и наружу быстро вышел, можно сказать выбежал, надевая на ходу шлем и активируя совмещение его с бронекостюмом, молодой парень со знаками различия сержанта СБ. Я это определил по его нашивкам на нагрудной броне. Дверь закрылась, но было понятно, что там кто-то остался. Обычно за дверью предбанник, потом общий кабинет с оборудованием, куда стекалась вся информация по станции, а также небольшая кладовая, которая мне и была нужна.

    Опустив решётку обратно, я на краткий миг замер, осмотрелся, за ближайшим углом коридор которого вёл в сторону помещения СБ находилось несколько датчиков. Тут был один, но не активный, вышел из строя и его не успели заменить. В принципе мне за угол и не надо, там были воздуховоды в нужные комнаты, но в них пролезет разве что моя рука, а мне нужно самому проникнуть туда.

    Осмотрев коммуникации, я нашёл нужные маркировки кабелей, задумался, и улыбнулся. У меня появилась идея как отвлечь искин СБ от мониторинга ситуации в этом секторе. Достав медицинскую иглу, которая меня уже пару раз выручала, я проткнул один кабель, и одновременно второй, отчего оба были насажены на одну иглу. Всё, сейчас должна пойти помехи в ряде камер наблюдения. Нет, картинки снималась с них дистанционно, но питание подводилось именно по проводам, вот я два и замкнул. Теперь наблюдение за целым сектором должно пойти в разнос. Надо двигаться быстрее, скоро игла накалится и расплавиться, если конечно предохранители не сработают и искин не врубит питание этим кабелям.

    Питание там не особо сильное, но всё же скоро игла начнёт нагреваться, поэтому стоит поспешить. Убрав плафон в сторону, выглянул, коридор был пуст, а обе камеры, которые я смог разглядеть дрожали как припадочные. Всё, правильно, так и должно быть.

    Мягко спрыгнув на пол коридора, спружинив ногами, я подскочил к двери, воткнул в небольшой едва заметный разъём штекер тестера, и после недолгой возни замкнул замок. Всё, он навсегда сломан в открытом положении, но мне это и было нужно. Приоткрыв дверь я шагнул в предбанник готовый в одно мгновение продать свою жизнь подороже, но помещение было пусто, в следующее даже дверь закрыта не была. Подскочив к ней, я заглянул в щель, дверь была обычная, очень прочный пластик под дерево.

    В помещении находился всего один сотрудник СБ в звании сержанта, ну это правильно, офицеры в основном офисе работают, и этот сотрудником был женского пола. Девушкой лет двадцати пяти на вид.

    Медлить я не стал, распахнул дверь и рванул к ней. Девушка сидела за столом, отслеживая информацию лицом к двери, поэтому отреагировала с похвальной быстротой, вместе со стулом падая на спину и перекатом уходя в сторону. Она явно имела боевые базы и умела ими пользоваться. Вот только встать ей не дал начал месить ногами. Самодельный боевой коктейль из стимуляторов аптечек действовал не плохо, я ни чувствовал, как она выбила мне колено и хорошенько врезала между ног, но всё же я её достал и она поплыла. Бил я её до тех пор, пока она не перестала шевелиться. В данном случае не до моральных принципов, тут на чаше весов не только моя свобода, но и жизнь.

    После этого ковыляя, я подошёл к нужной двери, тревогу девка уже наверняка подняла, нейросеть то у неё активна, поэтому следовало поторопиться. Через пару секунд дверь поддалась мне, да и замок тут чистая фикция, легко выбить. Ещё через восемь секунд я нашёл на стеллажах всё, что мне нужно и, старясь ковылять быстро, направился к выходу, неся на длинном ремне тяжёлую сумку.

    Замок на двери дымил, видимо искин попытался её блокировать, но окончательно спалил его, поэтому я свободно вышел в коридор и, подволакивая ногу, отправился дальше. Время утекало слишком быстро, поэтому следовало поспешить. Чёрт, как не вовремя меня лишили подвижности.

    Видимо большая часть сотрудников обшаривали сектор палубы «А» откуда я запустил капсулу, это было логично, поэтому на вызов скорее всего была отправлена дежурная смена с основного поста. Я успел уйти в коммуникации, когда послышался свист антигравов боевых дридов и грузовых платформ.

    Я уходил дальше от этого модуля максимально быстро, наложив на колено вторую аптечку, а то оно уже начало болеть. Наконец я вышел в нужные коммуникации, за решёткой был большой технический туннель, где проходили энергошиты реакторов. К сожалению, только два. А мне, чтобы полностью обесточить станцию, нужно повредить шесть. К основному выходу мне было не подобраться, защита там серьёзная, и одновременно все шины не рвануть, вот и получалось что мне нужно наложить взрывчатку которую я забрал из нелегального арсенала СБ, в трёх местах. Тут первое.

    Коснувшись решётки воздуховода, я резко толкнул её от себя, срывая со стопоров, после чего положил на пол и, осмотревшись, вывалился в колодец, застонав от боли в колене.

    Если я коснусь хоть одной из этих шин, то превращусь в пепел в мгновение ока, поэтому требовалось соблюдать технику безопасности. Кто-то спросит, почему не заизолированы они, так я отвечу, бесполезно, сгорают. Но только тут, на кораблях изолированы, там по ним мощности меньше проходит. Поэтому шины и находятся в таких закрытых колодцах, куда есть доступ только старшему техническому персоналу.

    Эта линия шла к диспетчерскому модулю, так же она питала часть соседних секторов, поэтому я и начал с неё. Выбравшись в колодец, я осторожно открыл сумку с зарядами, там была сложена упакованная в герметичные боксы взрывчатка. Бойцы СБ её использовали если нужно проделать пробоины в переборках или снести запертую дверь, тут для неё будет другая работа. Полностью обесточить среднюю специализированную станцию модели «Вервольт».

    В каждом боксе было по килограмму пластиковой взрывчатки, я вскрыл первый бокс, достал первый комок, скатал его в верёвку, положил на пол, потом достал ещё из трёх боксов и проделал ту же операцию. После этого я заплёл взрывчатку в две косы, укрыв там активные детонаторы, их я достал из специального кармашка сумки, настроив на определённую волну. После этого бросил взрывчатку на шины, к счастью обе спокойно легли на них. Как я и рассчитывал, взрывчатка не с детонировала, для этого ей нужны спецдетонаторы, в данном случае сверхзащищённые от внешнего воздействия и скрытые внутри взрывчатки.

    Всё, тут заряды заложены, поэтому я вернулся в вентиляционную шахту, закрыл за собой решётку, захлопнув её в стопорах и пополз в другой сектор. К счастью я добрался до него без проблем. Только один раз попался куда-то спешивший дроид, да в одном месте обнаружил самую настоящую грубо сваренную решётку. Я тут уже проходил, поэтому удивился её появлению, криво усмехнувшись. Пришлось обходить через административный центр, к счастью там решётки не было и я, добравшись до второй шахты с энергошинами, заложил взрывчатку. Эта шла к лётной палубе и питала так же часть жилых модулей, включая доки и несколько фабрик. Ведь что за станция эта «Вервольт»? Это станция именно приписанная и построенная для верфи шестого поколения модели «Генс», в штат которой и входит. На ней не только располагается администрация, конструкторские, экономические, оборонные и другие отделы, есть тут и фабрики что производят коммуникации для станций полного цикла. То есть на станции кроме жилых модулей есть восемнадцать фабрик, и шесть заводов, плюс ещё семь заводов и три фабрики находятся отдельно, в открытом космосе, там производство вредное и опасное. Например, реакторы для станций производят именно там. Если вы не поняли, то я объясню, на верфи доставляют только материал, а дальше они из него создают станцию полного цикла. Думаете, почему именно меня выдернули и пытаются заставить работать? Сложное дело и не каждому по плечу.

    Станцию построить не трудно, самое трудное создать её сперва в схеме, опробовать во всех ракурсах, а потом пускать в производство. Для каждой фабрики или завода есть свой проект для определённой станции, а таких проектов до сотни, включая военные. Заводы производят охранные модули, артиллерийские, диспетчерские, ракетные, реакторы, кабеля, да всё, даже медицинские капсулы для медсекций и обшивку для коридоров и помещений. Всю инфраструктуру. То есть оснащают полностью. У четвёртого поколения такого не было, там покупаешь базовую версию и многое нужно докупать у подрядчиков, а тут разворачивай любую построенную станцию шестого поколения, и пользуйся. То есть под ключ. Новые технологии, именно поэтому станции шестого поколения стоят огромные деньги и достать их очень сложно.

    На таких верфях работают от двенадцати до тридцати тысяч человек, думаю, теперь понимаете, как меня ловили? Все эти люди фактически простаивали пока я тянул с проектом и не сказать, что они меня за это возлюбили. Реакция, скорее всего полностью противоположная. Хотя обо мне вроде никто не знал кроме инженеров с которыми я «работал» и пяти-шести сотрудников безопасности. Ну да, и медики ещё. Я ведь официально погиб, концы в воду как говорится.

    Когда я наложил взрывчатку и тут, после чего направился, вернее заковылял, волоча отказавшую ногу дальше, то меня обнаружили. Застрекотал технический дроид что выскочил из-за угла и рванул ко мне со всех манипуляторов.

    Я к подобному был готов, пульт подрыва у меня был в кармане комбеза, а в руке комок взрывчатки с детонатором. Всё-таки не удобно одной рукой, но я бросил взрывчатку в дроида, отчего та прилипла к одному из манипуляторов, хотя я метил в корпус и прыгая в назад, к сожалению боковых ответвлений тут не было, ударил по карману, активируя пульт.

    Громко бахнуло, и меня изрядно оглушило, но я уже вставал, не обращая внимания, что из повреждённой ноги торчит стальной обломок и поковылял мимо полумёртвого дроида дальше. Остался последний рывок и я надеялся что успею. Осталось заминировать две последних шины.

    Аптечка не помогала и я терял кровь, уверен, что охранные дроиды уже идут по моим следам. Анализаторами не трудно засечь запах крови, аптечки их уже не перебивали, но всё же остался последний рывок.

    Когда в туннеле энергошин появились бойцы, закованные в броню, я как раз бросал последнюю косичку на шестую шину, поэтому бросив кофр под ноги, попробовал смыться. Но отошёл всего на метр, когда упал с перебитыми разрывными пулями ногами.

    Нырнуть в воздуховод, через который я сюда попал, не получилось, там мелькал свет и слышался скрежет манипуляторов, поэтому на грани сознания настраивая пульт на определённую волну, на которой были все детонаторы, мельком посмотрел на противника, бойцы встали выцеливая меня, и нажал на пуск. Через мгновение пластиковая взрывчатка разнесла на молекулы не только часть шин, но и меня.

    От подрыва станция обесточилась, отчего она полностью потеряла управление, и минные поля перешли на автоматический режим работы. Так же и встали большая часть предприятий. Да-да, они работали, верфи не могли пока создавать станции, но могли их ремонтировать и модернизировать, кое-как конечно и не очень хорошо, но апгрейд проводили. В общем, встало практически всё.

    В шахте взрывы тоже наделали дел. Помимо того что шины были перерублены, а бойцы которые благоразумно не дошли до заминированного места, были отброшены и даже покалечены. Трое так вообще сгорели, коснувшись шин, реакторы находились с их стороны, но и меня достало. Однако для меня это уже не имело значения, фрагменты моего тела разбросало по шахте.

    * * *

    Когда крышка капсулы поднялась, я посмотрел на склонившегося надо мной капитана Гина. Вокруг была привычная обстановка медсекции «Кашалота». Быстро придя в себя, вырываясь из жаркой схватки в туннеле энергошин, я сообщил:

    — Всё нормально, все питающие шины перебиты. Передай Руссо, что пора заканчивать операцию по захвату верфей «Гикона». У нас есть шесть часов, пока инженеры станции не восстановят повреждённые участки.

    Капитан на секунду завис и кивнул, приказ ушёл.

    — Руссо уже в курсе, они чётко отслеживают верфь. Кстати, мы засекли ваш сигнал-пуск капсулы, и начали подготавливаться.

    Одним слитным движением я покинул капсулу виртуального погружения, в которой провёл более полутора месяцев, и стал надевать протянутый капитаном пилотский комбез.

    — Эх, хорошо же пользоваться обеими руками, — довольно щёлкнул я языком.

    — Как вы погибли? — спросил командир моей гвардии.

    — Не я, клон, которым я управлял, — поправил я его. — Подстрелили у заряда, пришлось подрывать вместе с собой, но поработал он прилично.

    — Повезло, а я всего месяц пробыл в клоне, меня быстро накрыли в приёмной вашего братца. Только Люк успел пострелять из своего семейного бластера. Кстати, он спрашивал, вернуть его будет возможно?

    — Попробуем при возможности. Жаль капитана Сенова не вернуть.

    — Но он же сам отказался от проведения операции, говоря, что кровь Эго не даст Тиму сотворить бесчестие.

    — Ну и дурак, сейчас был бы жив. Я же говорил ему, что если Тим нормально примет нас, я отменю операцию, а сейчас всё идёт, как идёт, — застегнув ботинки и притопнув ногой, чтобы они подогнались по ступне и слились со штанинами комбеза, сказал я. — Тим где, отслеживаете его?

    — Так точно, командир. Он покинул станцию два дня назад, сейчас на Гурии.

    — Закончим тут, я возьму пяток линкоров и навещу его, — улыбнулся я. Почему-то от моего оскала Гин отшатнулся, но я быстро пришёл в себя и сказал. — Ну всё, операция по захвату верфи переходит в завершающую стадию. Давай доклад по боевым кораблям и эскадре тяжёлых транспортов. Всё нормально? Все к вывозу модулей верфи готовы?

    — Всё в норме, штаб следит за этим. Четыре дня назад какой-то грузовик вывалился в систему где мы были укрыты, но несмотря на то, что мы были вне пределах дальности его сенсоров, наши истребители его уничтожили. Приказ уничтожать всех свидетелей выполняется неукоснительно. Парни чётко сработали, глушилками подавали связь и гипер, после чего расстреляли его противокорабельными ракетами. Правда, выяснилось, что это работорговец, который перевозил криокамеры с рабами. Когда реакторы его рванули, с пару десятков капсул с замороженными тушками выбросило в космос. Их потом подобрали оба судна спасателей с линкора «Вознесения». Семнадцать человек из двадцати трёх оказались живы и им провели экстренную разморозку. С ними поработали офицеры СБ, оказалось наши, шейнцы. Уроди люмерцы начали вывозить людей из центральных миров республики. Освобождённые рабы говорили, им просто приказывали прибыть на такой-то пункт в районе их проживания с вещами и документами, а там вырубали и грузили в капсулы. Всё это, похоже, с разрешения оккупационной администрации. Вообще не стесняются, никакие законы им не писаны.

    — Беспредел, — согласился я, заканчивая приводить себя в порядок и внимательно слушая Гина.

    Когда я встал и направился в сторону выхода, меня внезапно повело в сторону, и ухватился за лечебную капсулу, что стояла рядом, потирая лоб, а потом и виски.

    — Что-то не так? — быстро спросил подскочивший Гин.

    — Постэффект после долгого использования капсулы, — пояснил я. — Ещё бы пять дней потянул, и всё, капсула бы убила меня и там и тут.

    — Да, нечеловеческая техника, — согласился Гин. — Как эти нелюди ушастые вообще согласились передать вам всё это оборудование?

    — Оборудование отличное, — не согласился я. — А вот то чтобы нам создать что-то подобное нужно большое количество времени и масса учёных — это факт. Правильно говорят, у Ликсов лучшее биооборудование. Однако ты в их присутствии всё же не называй этих гуманоидов нелюдями, они обижаются. Ладно, демонтируем мою капсулу, всё равно она уже не нужна, пакуем к остальному оборудованию, включая это «Бревно» что наклепало клонов, и возвращаем хозяевам.

    — Всё же мне кажется, за прокат подобного оборудования двести семьдесят миллионов кредитов это много. Могли бы не на три месяца нам его одолжить, а вообще продать.

    — Оно того стоило. К тому же хотя Ликсы просили триста, я смог снизить цену аренды. Повезло, что они любят торговаться и уважают тех, кто может им сбить цену. В принципе норма. Главное наше везение в том, что их исследовательский корабль остановился на столичной планете Хиры и мы смогли договориться. Нужно сегодня же курьером отправить всё взятое на прокат оборудование им обратно, выполнить договорённости.

    — Сделаем.

    — Это точно, сделаем… Ладно, я вроде в норме, всё, идём к челноку и вылетаем на штабное судно, хочу узнать всю свежую информацию по начавшемуся захвату верфи. Кстати, вы коммуникатор для меня приготовили, а то без нейросети неудобно себя чувствую?

    — Вон он у входа, в боксе находится, — ответил капитан и, сбегав за коммуникатором, принёс флотский бокс для военных коммуникаторов. Нажав на активацию, я сунул руку в образовавшееся отверстие и через минуту после нескольких уколов вытащил обратно. На руке у меня был браслет с пятаком коммуникатора. Со стороны он напоминал обычные наручные часы. В этом боксе было восемь коммуникаторов, но я выбрал специализированный, с расширенными функциями связи.

    На ходу активировав его и настраивая под себя, я направился следом за Гином к шлюзовой. За дверными створками медсекции, оказалось, находилось четыре моих гвардейца в полной штурмовой броне и с тяжёлыми излучателями в руках, они сопроводили нас к челноку. Без гвардейцев я теперь и шагу ступить не могу. Ничего не поделаешь, положено так, как никак боевая операция.

    По прибытии на специализированный штабной корабль я даже не стал лезть в это разворошённое гнездо, все были заняты, поэтому выслушал доклад полковника Руссо, недолго понаблюдал, поражаясь пяти офицерам-аналитикам, что обрабатывали огромный поступающий массив информации и мгновенно реагировали на внештатные ситуации. Оборону станции фактически удалось проломить. Шесть противоминных тральщиков вскрыли минное поле, проделав четыре прохода, и сейчас через них шли десантные боты под прикрытием истребителей, штурмовики работали у станции, а перехватчики на краю системы, перехватывая беглецов. Таких было всего двое. Двенадцать линкоров, что непосредственно участвовали в этой операции, с дальних дистанций выбивали их. Ещё несколько линкоров контролировали границы системы, отстреливая случайные суда, что совершали промежуточные прыжки. Нам свидетели не нужны, даже если это экскурсионный лайнер или какое-другое пассажирское судно. Работали по жёсткому варианту. После того как республика была захвачена империей и директоратом, что ещё ожидать от нас?

    Вся система была перекрыта не только боевыми флотскими подразделениями, но и разнообразными глушилками. То есть никто в империи Люмер не знал, что тут происходило. А происходило важное событие, одна из трёх верфей по производству станций, что находились на территории империи, подвергалась нападению и захвату. Более того я и вывезти её планировал, не зря в соседней системе находился караван из двадцати трёх тяжёлых транспортов подготовленных для вывоза всего оборудования верфи, включая её саму и станцию. С учётом того что у люмерцев эта верфь была единственная шестого поколения, удар по ним был серьёзным. Сама эта верфь ранее находилась на складах флотского резерва республики Шейн в свёрнутом состоянии как госрезерв и видимо была захвачена люмерцами и её перепродали «Гикону». Или это постарались корабли корпорации, у них был свой боевой флот рейдеров. Они вполне на уровне участвовали в боевых операциях совместно с флотом Люмер, починяясь ему.

    В общем, пронаблюдав на экранах, как два десантно-штурмовых батальона берут на абордаж станцию, а отдельная рота спецназа саму верфь, её модуль управления и реакторную, довольно кивнул и направился к выходу. Всё шло по плану и что делать, офицеры знали отлично. Не стоит стоять у них над душой, если будет что серьёзное, меня известят.

    Как только верфь станет нашей, дальше будет работа для инженеров. Я смог нанять всего шестерых специалистов станционщиков. Деньги за работу они брали огромные, но за то они сократят время для сворачивания верфи и погрузке её на транспорты. Один бы я месяца два возился, а с ними мне требовалось дней семь, максимум восемь. Вот такие дела. Но пока работали военные, я решил отдохнуть.

    Вернувшись на «Кашалот» где находился временный экипаж транспорта, который им управлял, пока я виртуально был клоном, саботируя работу в конструкторском отделе верфи, а так же два десятка гвардейцев моей охраны с их командиром капитаном Гином. Вот и все пассажиры.

    Так вот, вернувшись на борт, я коротко поздоровался с двумя членами экипажа, это были мои люди, подданные, наёмники располагались на других кораблях, и оставив охрану снаружи, двери в мои апартаменты всегда охраняли две гвардейцев, только Гину был свободный вход, прошёл внутрь.

    Я сперва принял контрастный душ, после чего направился в бассейн. Получасовое пребывание в воде помогло, я полностью вернул управление телом под свой полный контроль, и особых заскоков больше не было. Не шатало и голова не кружилась.

    Накинув халат на мокрое тело, я прошёл в спальню, и лёг на своё роскошное ложе. Похоже, я ещё не отошёл от эффекта использования чужой капсулы. Так как мысль о Малии, что осталась на «Шейне» как мелькнула, так и пропала. То есть женщину я не хотел, но надеюсь это ненадолго.

    Пока было время, то краткое мгновение перед чудовищными нагрузками по сворачиванию верфи, а работать придётся под стимуляторами, кратковременно, буквально на час ложась в капсулы, чтобы снять усталость и последствия приёма стимуляторов. Так вот пока есть время перед началом работ, я начал вспоминать, как оказался в такой ситуации.

    М-да, а ведь всё началось со звонка отца. Подставил он меня конкретно, но на благо я успел подготовиться, только вот ещё не решил, порвать с ним все связи за подставу или ещё погодить? Я ведь чувствовал всё пока был в теле клона когда надо мной работали подручные Тима и не испытывал с тех пор добрых чувств ни к нему ни тем более к братцу. Ну их. Нет, ну его отца, а братца я навещу, наше общение я не забуду.

    Так вот, после того звонка отца, он потом ещё пару раз звонил, торопил, я решил всё же слетать к Тиму и поговорить с ним, если старший Эго так настаивает. Однако офицеры контрразведки, которым я велел собрать всю подноготную Тима, смогли вытащить такого грязного белья, что я до сих пор передёргиваюсь, вспоминая. Нет, это была информация не из открытых источников или других мест, они нашли близкого человека Тима, можно сказать его секретаря. Года два назад он почувствовал, что его скоро могут зачистить по приказу Тима за знания в его голове, и сбежал в другое государство, попав в Хиру. Мои люди его нашли и допросили, жёстко допросили. Так что по Тиму информация у нас была полная. Жаль, конечно, что Сенов в неё не поверил, но что поделать? Так вот когда я получил её и ознакомился, то после двух суток размышлений, решил действовать по-своему.

    Штаб на «Шейне» перешёл на круглосуточный режим работы, офицеры-аналитики и сотрудники специального отдела планирования начали разрабатывать план по захвату и вывозу верфи. За это время она уже стала для меня нарицательной, и чтобы меня больше не искали, я решил её отобрать и сделать своей собственностью. Конечно, Тим мог меня просто выслушать и отпустить, но в это не верил ни я, ни офицеры, и мы оказались правы. Умирать не хотелось, тем более подставлять своих людей и пришлось поломать голову, чтобы этого избежать.

    Подготовка к этой операции, которая по всем документам проходила как «Бастион», длилась полтора месяца, пока наёмный корабль не вылетел со мной и сопровождающими на Гурию, где Тим устроил свою штаб квартиру. Там на станции, висевшей на орбите Гурии, нас и взяли.

    Что-то я поторопился. Так вот, вроде основное ядро операции было разработано, захват и вывоз, но одно никак не подавалось анализу. Как нам уцелеть при возможном захвате? В этом мне помог мой тесть, Олиф Олла. Как-то во время ужина он сообщил, что учёные с исследовательского судна расы Ликсов, больших существ-гуманоидов похожих на лемуров, но с большими ушами как у немецкой овчарки, подарили императору Хиры клона его полной копии, то у меня прозвенел звонок.

    На следующий день в сопровождении нескольких офицеров я вылетел на столичную планету империи. Переговоры и последующие торги с Ликсами длились двое суток, но всё же мы смогли сторговаться за двести семьдесят миллионов кредитов, что они временно, сроком на три месяца дадут нам своё оборудование. Мне также выделили две небольшие базы знаний, примерно третьего уровня, по использованию этого оборудования, я их выучил на обратном пути.

    Само оборудование состояло из большого биологического синтезатора, внешним видом похожего на бревно-топляк, и пяти капсул виртуального погружения. Я просил больше капсул, но ушастые не дали. Именно поэтому и было такое количество моего сопровождения, Гин и трое бойцов, я и Сенов, но тот был в натуральном виде.

    У Ликсов не было такого понятия как нейросети, и базы знаний у них были несколько другого формата, но в принципе люди их учить могли, как и пользоваться знаниями. Близкое название баз Ликсов, гипнограммы, потому что их не заливали на нейросети, а учили с помощью специальных обручей. Я так учился в первый раз, поэтому было несколько необычно, но главное как пользоваться переданным оборудованием я знал и пользовался. Так же гипнограммы имели небольшие теоретические знания, и по ним я был в курсе, что клоны нужно создавать в течение трёх месяцев, но мне нужен другой тип. В знаниях Лексов они были обозначены как «оболочки» и могли управляться со стороны с помощью специализированных капсул. Напомню, мы их получили в количестве пяти единиц.

    Так вот, такие «оболочки» создавались всего за два дня, и главное полностью копировали все внешние и внутренние особенности тел хозяина, только вот мыслить они не могли, хотя мозги имели. Чистые они были. Однако это были только оболочки, мало их одеть в комбезы и лёжа в капсулах изображать живых и думающих людей. Серьёзная проверка определит, что имплантов и нейросетей у них нет. Вот и пришлось извлекать у каждого добровольца-гвардейца включая меня и Гина нейросети и импланты, с помощью кибердоктора устанавливая их клонам. Более того продвинутые «оболочки» Лексов, оказывается, были вполне способны пользоваться нейросетями с помощью своих пилотов в капсулах. Вот это был большой плюс. Из минусов только одно, клоны жили не более двух месяцев, после чего умирали.

    Меня не радовало только одно, пятьдесят на пятьдесят, в случае естественной смерти клона, в смысле от старости, мог умереть и пилот. Ещё то, что пилот мог прервать контакт, но в этом случае клон умрёт, а легче всего разорвать контакт, это убить клона. Гин с парнями так и вернулись в реальный мир, им уже установили нейросети и импланты, замены тем, что была удалена. Да ещё компенсация была в виде более дорогих нейросетей и имплантов. Жаль мне в течение суток нельзя ложиться под ножи кибердоктора, пока не пройдут все последствия пользования виртуальной капсулы.

    Причина установки нейросети клонам была довольно серьёзной. Дело было в том, что каждая нейросеть имела свой номер и при проверке сразу можно определить, чья она. Конечно, простыми сканерами этого не поймёшь, тут нужно специализированное медицинское оборудование, которое есть только в корпорации «Нейросеть» но у Тима там были серьёзные связи и так подставляться не хотелось. Так что мы установили реальные нейросети клонам, прикрывшись даже с этой стороны.

    Ладно, это все пояснения по тому, как мы обошли возможность нашей физической ликвидации, теперь по дальнейшему оснащению операции. Военные корабли, что мы использовали, принадлежали наёмникам. Там были в основном беглецы с Шейна, соответственно и корабли из республики. Они организовались в довольно сильную боевую группу и безобразничали на границах с директоратом Рейко. Я перехватил их, нанял, выплатил аванс из пятидесяти шести миллионов, это тридцать процентов от всей суммы и заполучил очень мощную эскадру, где было шестнадцать линкоров, не считая других кораблей обеспечения и носителей. Так же я арендовал в разных корпорациях Хиры двадцать два тяжёлых транспорта, членам экипажей шла наценка за участие в боевых действиях, двадцать третий мой «Кашалот». Всего нужно для вывоза верфи двадцать транспортов, три в резерве.

    Средств на эту операцию я потратил порядка пятисот восьмидесяти миллионов кредитов, большая часть из тех что мы заработали на продаже «Бишона», но если всё получится, то я стану миллиардером. Верфь стоила не один миллиард кредитов, а я ещё мог на ней работать и зарабатывать, что и собирался делать. Причём верфь действительно будет моей, а не общим трофеем, наёмники работают чисто по контракту, также экипажи наёмных транспортов, остальные мои люди.

    Как прокладывали маршрут, чтобы перегнать всю эту массу кораблей и боевых подразделений я точно не знал, тут работали офицеры штаба, но было видно, что я не зря доверял им это, пока вроде всё шло гладко. Не хочу сглазить.

    В общем, в день начала операции мы легли впятером в капсулы и, управляя клонами, на ходу учась двигаться, на это ушло минут двадцать, клоны были как влитые, пришли на борт транспортника, Сенов были с нами, и вылетели в империю Лемур к Гурии. «Кашалот» с гвардейцами и нами в капсулах немного отстав, следовал за транспортом. Далеко ему отходить было нельзя, чтобы не прервать контакт, поэтому мы заранее позаботились поставить на транспорт маяк и двигались следом. Потом было прибытие на место и захват с ликвидацией моего «сопровождения». Штабные аналитики нисколько не ошиблись в действиях Тима.

    Ложную память, что находилась в клоне, удалось понемногу слить людям Тима при допросах, мнемоскопирование им ничего не дало, сложно сканировать пустой мозг. Именно из моей «памяти» они получили информацию о разведчике, что находился в системе и обеспечивал контроль со стороны. Тут надо признать катер был настоящий, пришлось пожертвовать им для натуральности. Только вот живых на его борту не было, а было два десятка трупов в боевых скафах и в пилотском кресле. Мёртвые. Они нужны были, чтобы дать ДНК фрагментов тел для экспертизы. Катер всё же серьёзно побили, и трупы были в тему. Этим катером я снял с Тима опасения, что информация может уйти на сторону, и он особо не дёргался.

    Откуда взял эти тела Руссо я точно не знал, но вроде это военнопленные рейковцев. При захвате флотского транспорта директората шейнскими наёмниками, они погибли, а чуть позже их тела пригодились нам. Как-то вот так. Как я уже говорил, я знал суть операции в общих чертах, так как занимался в основном клонами и оборудованием что их обслуживал, поэтому был вынужден всё взвалить на Руссо, но тот отлично выполнил взятые на себя обязательства. В этом он молодец, хотя я вроде об этом говорил.

    Время от времени на коммуникатор приходили сжатые пакеты с информацией как продвигается операция. Штаб держал меня в курсе, тем более я передал номер своего коммуникатора офицеру связи. Изредка прерываясь от воспоминаний я изучал информацию, но потом я возвращался к анализу, всё ли мы сделали правильно. Если посмотреть со всех сторон, то да, всё сделали как надо.

    В этот раз пришёл ещё один пакет со свежей информацией. Сев на кровати я дотянулся до пульта управления и, вызвав дроида-стюарда, сделал ему заказ освежающего напитка в двух экземплярах. Только после этого я стал изучать новую информацию.

    Верфи были наши, живых там не осталось, ликвидировали всех. Это был мой приказ, когда я посещал штаб несколько часов назад, но станция ещё сопротивлялась, хотя двенадцать секторов из восемнадцати были наши. Штурмовики, медленно, по проходам, делая их если необходимо в переборках, всё же двигались перёд. Сотрудники «Гикона» уже знали, что «чёртовы шейнцы» пленных не берут и дрались до последнего.

    — М-да, после штурма мне придётся изрядно постараться, чтобы отремонтировать станцию, — задумчиво пробормотал я, с интересом просматривая записи боёв. — Но это ладно, главное чтобы модули могли свернуться в транспортное состояние. В Хире уже починю и введу верфь в строй.

    С восстановлением станции мне нужно будет поторопиться. Так как через шесть месяцев в Хиру должны были прибыть четыре инженера из империи Лемур и начать на ней трудится. Один будет главным инженером. Остальные начальники отделов и основные рабочие лошадки, на которых и ляжет выпуск станций, как военных, так и гражданских, а я обеспечу их требуемыми проектами. Сделаю. Загадывать не буду, всё же станцию и верфь ещё не вывезли, но скорее всего буду работать с военными империи Хиры, да и соседей тоже, поставляя им боевые станции и модули к ним. Ну вот, а когда моё новое имущество заработает и начнёт приносить кредиты, то есть это будет мой тыл в Окраинах мирах, я со своими людьми отправлюсь дальше, в Центральные миры, в Лемур.

    Вот такой был план. Конечно, всё готовилось в большинстве своей в спешке и на коленке, но как ни странно, всё получилось и всё шло как надо.

    Когда дроид доставил заказ, я уже спал. Мне приходили новые пакеты с информацией, но мне уже было не до них, впервые за эти полтора месяца я спал настоящим не искусственным сном и отдавался этому с немалым удовольствием.

    Утром выяснилось, что вся система наша, включая верфь, все нанятые инженеры вот уже как одиннадцать часов работают в поте лица, разбирая и складывая модули станции. Началось сворачивание терминалов отдельных производственных заводов. Стапели верфи они не трогали, это уже моя работа. Пока сворачивали два завода, тот, что изготавливает станционные реакторы, и второй, что изготавливает оружейные платформы и «умные» мины для оборонных поясов станций.

    Модули фабрик и заводов что находились на территории станции, тоже начали сворачивать. Уже трюмы второго транспорт наполнялись демонтированными модулями. Проследив, как работают инженеры, я одобрил их скоростную работу, все понимали, что нужно действовать как можно быстро, тем более я обещал премию за каждый выигранный час, так что старались они от души, имея отличную мотивацию.

    Глядя на работу инженеров я жалел, что пока не могу присоединиться и все три моих конструкторских и два инженерных комплекса, стоят без дела. Для ускорения работ я передал оба инженерных комплекса двум инженерам, а вот конструкторскими они воспользоваться не смогут, у них не было необходимых баз для этого, а такие выдавались только на Варре.

    Закончив с изучением информации, я сообщил, что буду вне доступа несколько часов и, одев свой привычный пилотский комбез, направился в медсекцию. Пора было установить себе инженерную нейросеть. Я ставил себе туже модель, что и в прошлый раз, она была самой оптимальной в данное время. Понятное дело по прибытию в Лемур я заменю её на более продвинутую, а пока и так нормально, лучше тут на Окраинных мирах пока не было.

    Нейросети и импланты я купил заранее, но ставить себе решил пока одну только нейросеть и два импланта на интеллект, это поможет работе, потом уже поставлю боевые и на память. Пока этого не требуется.

    Проверив настройки кибердоктора, настроил я её по своим индивидуальным параметрам и, убедившись, что всё готово к операции лёг на мягкое ложе. Когда крышка закрывалась в автоматическом режиме, я неожиданно улыбнулся, вспомнив наш с Тимом разговор. Он не соврал, когда говорил что были «обнаружены» обломки транспорта, где найдены фрагменты моего тела, так что я действительно официально мёртв. Ворт Трен умер, но принц Рино Эго жив. В это время в капсулу начал поступать газ и я отрубился. Операция по установке нейросети началась.

    * * *

    Когда распахнулись створки дверей, я даже не обернулся, продолжая расслабленно сидеть в кресле, управляя своими конструкторскими комплексами. Специальное оборудование, усиливающее дальность работы нейросети очень способствовало этому. Не зря потратил на него почти восемьдесят тысяч кредитов. Стапели самое сложное в разборе. Ими я занимался лично, ругая косоруких люмерцев. Часть стапелей были собраны неправильно, и некоторых деталей не хватало, они нашлись на огромных складах, где планировалась хранить готовую продукцию.

    За последние четыре с половиной дня, станция была полностью разобрана и убрана в грузовики, как и все заводы и фабрики. Остались только стапели, хотя я уже демонтировал реакторный модуль и модуль управления, а так же остались гигантский склады, вот их как раз сворачивали наёмные инженеры, со стапелями я возился один. Так как работа подходила к концу и часть инженеров освободилась, то я направил их демонтировать оборонные пояса вокруг верфей, модулями шестого поколения я разбрасываться не хотел. Те работали без опаски, после захвата станции мы взяли оборону под свой контроль. Конечно мне придётся серьёзно вложиться, многое было порушено при захвате, но оно того стоило, да и отложено на это часть средств. Я подумал заранее о возможном восстановлении.

    На данный момент было загружено уже пятнадцать транспортов, стояли на загрузке шестнадцатый и семнадцатый, рядом с которыми висела туша моего «Кашалота». В него я загрузил самое ценное, конструкторские и инженерные комплексы, а главное искины на которых стояли программы для постройки комплектующих для станций. То есть они серьёзно облегчали работу инженера, что ими руководит. Да и ценный материал концентрата руды тоже ушёл в трюмы транспортов, не зря я прихватил запасные грузовики, как чувствовал. «Гикон» чтобы верфь сразу начала выпускать продукцию, да и для ремонта, завёз больше количество материалов ценных руд. Мне они тоже пригодятся. Хоть полгода после запуска верфи не будет стоять остро вопрос по их покупкам.

    Ко мне в рабочее помещение на «Кашалоте» мог войти только Гин, даже Руссо без доклада не входил, да и был он в последний раз три дня назад с докладом, так что я знал, кто ко мне зашёл. Я также знал, что беспокоить зря он меня не будет, да и мешать работе тоже. Поэтому мельком пробежавшись по комплексам, проверяя всё ли там нормально, я вышел из режима прямого управления и, открыв глаза, повернулся к командиру моей гвардии, вопросительно глядя на него.

    — Он ушёл, — выдохнув, ответил тот на мой молчаливый вопрос.

    О ком он говорил, уточнять мне было не нужно, интересовал меня в империи Люмер только один человек, так сказать мой братец.

    — Как? — коротко спросил я, нахмурившись.

    — По вашему приказу мы отправили в систему Гурии специализированный разведчик модели «Элих». Шестое поколение, приличная машинка, да и экипаж спаянный, с начала войны вместе. Так вот они смогли дистанционно взломать коды и контролировали местную связь. На Гурию прибыли военные. Два флотский корабля обеспечения тыла. Начали искать Тима, да не нашли. Его корабль стоит пристыкованным к станции корпорации «Гикон», а его самого нет. Там сейчас серьёзные поиски начались. Аналитики нашего штаба считают, что он покинул систему Гурия в течение последних двух дней. Как именно уточняется, за это время оттуда ушло около двух десятков судов. Часть людей Тима тоже исчезла, предполагаю, он забрал их с собой.

    На анализ мне потребовалось едва ли больше минуты, чуть подавшись вперёд, я пробормотал:

    — А ведь эта вся ситуация для нас очень плохая. Очень-очень. Тим заключил договора от имени «Гикона» на поставку флота шести специализированных военных станций, а так же трёх малых для пограничной стражи. Аванс на счета корпорации он получил, сняв свою долю, однако товара нет, тут мне спасибо. Конечно флотские могут потребовать неустойку, но думаю они заберут в качестве компенсации саму верфь. «Гикну» она досталась случайно, как трофей, в Люмер это святое, а тут законный способ её отобрать… М-да, нужно уходить, и уходить как можно быстрее. Пока сюда эскадру не прислали с чиновниками флота для ареста имущества.

    — А Тим?

    — А что Тим? У него сейчас две дороги, или спрятаться в Диком космосе или рвануть под крыло отца в Лемур. И тот и тот вариант в его характере, он может стать отличным пиратом, который в будущем организует свой клан, или плохим принцем. Думаю, оба варианта его устроят. В принципе меня тоже, и там и там я его найду, может не сразу, Дикий космос обширен, но всё же найду… Значит так, завтра в обед уходим, а до этого будем работать с двойной нагрузкой.

    — А она и так двойная.

    — Значит с тройной. Без стапелей остальное барахло нам не особо нужно, именно тут формируются модули для них. Всё, я сейчас свяжусь с Руссо, пусть усилит охрану системы. Тут всего два часа полёта в гипере от Гурии. Нужно подстраховаться.

    Связавшись с Руссо, тот оказывается, уже был в курсе сообщения разведчиков и пришёл к тем же вводам что и я, ответ-то на поверхности лежал, поэтому уже двинул линкоры, усиливая охранные группировки. Вся система у нас была под перекрёстным огнём. Более того, часть «умных» мин я отдал полковнику. И тот тральщиками сделал три минных поля, перекрыв часть направлений. А я с остальными инженерами без сна и отдыха работал над разбором конструкций. Они успели первыми, а так как не могли мне ничем помочь, осталась последняя стапель, для создания диспетчерских модулей, отправились отдыхать. Работы мне осталось на два часа.

    Я буквально чувствовал, как утекает время, но всё же работал спокойно, наблюдая, как детали стапелей грузят в очередной транспорт. Средние и тяжёлые буксиры, пилотируемые наёмными пилотами, с мощными манипуляторами работали не покладая рук, убирая детали в трюмы транспорта. Наконец вся работа была закончена и я начал сворачивать и убирать конструкторские комплексы в контейнеры, постарались те хорошо, но, к сожалению, за эти дни износ у них был серьёзный, на двадцать процентов ушёл вниз. В общем, оставив активными минные поля, мы начали разгоняться для прыжка в гипер. Мы успели.

    Организация движения такого огромного конвоя, а в нём без малого было почти шестьдесят судов, из них две трети тяжёлые, очень сложная засада, однако офицеры моего штаба и офицеры штаба эскадры наёмников справились. Как мы разгонялись я ещё помнил, а вот как ушли в гипер, нет, крышка капсулы закрылась надо мной. Я был на пределе и требовалось почистить мой организм, да и отдохнуть надо. Последние три дня я вообще не спал.

    Конечно, я сожалел, что упустил Тима, кто его знает, когда наши дорожки пресекутся, но всё же не утратил яростного желания добраться до его горла. Ничего, ещё встретимся. Я ничего не забываю.

    * * *

    Мы ушли. Это факт. По странному стечению обстоятельств на границе работали гиперглушилки, как будто была война и пограничные корабли люмерцев проверяли все суда, что пересекали границу, видимо работал местный «План перехват», поэтому нас выбросило из гипера под пушки кораблей патрульной эскадры. Не повезло.

    Потеряли мы на границе два линкора и часть истребителей прикрытия с носителей, но всё же смогли вырваться в соседнее нейтральное государство, а там разгоняясь, последовали в империю Хира. Часть эскадры наёмников отделилась, они собирались вернуться в то место, где дали бой патрульной усиленной эскадре, может, кто из товарищей жив, потери у них были почти шестьсот человек. А это много. Я не противился и отпустил половину боевых кораблей, тем более те честно отработали контракт, защищая корпусами своих кораблей транспорты, когда по ним были туннельные пушки линкоров патрульной эскадры. Именно тогда мы и потеряли два линкора. Часть спасательных капсул удалось подхватить, но всё же много осталось на месте. Так что я искренне пожелал парням удачи.

    В республике нас на границе встретили республиканские пограничные корабли, после опознания они сопроводили нас до прыжка в гипер. Так что мы двинули дальше, направляясь на Торен.

    Я не собирался забирать верфь в Лемур, для империи это сильно устаревшее оборудование, а вот для Хиры, которая только-только начал переходить на шестое поколение, серьёзная заявка на поднятие своего технического совершенства. Конечно, попытки купить у меня верфь будут, но я решил сам развернуть её в соседней системе, системы Торена. Причина такого выбора была не только в том, что на Торене жил мой тесть, и он может присмотреть за моим имуществом, но и в том, что рядом находилась космическая свалка, где я собрал свой первый корабль-носитель, проданный чуть позже в директорате Рейко, буквально за несколько недель до начала войны. Эта корабельная свалка мне очень пригодится. Там много металлов что нужны для заводов, для создания модулей станций. То есть огромный источник нужного металла. В принципе можно договорится с Оллой чтобы часть концентрата руды поставлялась на верфь, всё-таки это уже серьёзный заказчик, ну или придумать что-то своё. Шахтёрский тяж у меня был, но он один не потянет такой фронт работ по снабжению рудой верфи, зря я те два тяжёлых шахтёра продал, пригодились бы. Но и они, честно говоря, погоды не сделают, поэтому я и надеялся на свалку, на первое время пока не наладятся контакты с поставщиками, я смогу построить пяток станций за счёт материалов со свалки. Тут нужно с администрацией договариваться, но не думаю, что это будет сложно, завязки и знакомцы у меня там есть.

    Где-то около года у меня займёт сама верфь, пока путешествие в Лемур придётся отложить, а вот потом можно навестить мою родину. Вернее тела, но не существенно.

    Да, конечно же после того как в Хире обращались с шейнцами ставить тут верфь по моральным принципам не очень хорошая идея, но именно потому и ставил что тут с ними плохо обращались. В других соседних государствах было не лучше, но тут хоть мы можем отомстить. Я уже нашёл, кто будет директором верфи и начальником отдела продаж модулей или целых станций по заказу. Это будут шейнцы, причём те, что серьёзно пострадали от политики местной власти, так что думаю, их ждут веселые времена. Продажа станций с наценкой, отодвигание в конец очереди и другое, вот что их ждёт. Короче будем мстить, поставляя в основном боевые станции соседям, а местных ставя в список на последнее место. И ничего они сделать не смогут, владелец верфи принц из империи Центральных миров. Сами виноваты, как они с нами, так и мы с ними.

    Вот такие мысли блуждали у меня в голове, когда я сидел у себя в кабинете и размышлял, как выкупить в своё владение целый сектор, рядом с планетой Торен. Цена там была приличная, но без наценки за проходимый рядом торговый путь, не было там такого, поэтому специально её и выбрал. Пустая она была.

    — Нужно до появления основного каравана первым прибыть на Торен и выкупить у местной администрации сектор, — пробормотал я и открыл файл с законами Хиры. Там были свои заморочки.

    К сожалению, выяснилось, что по внутренним законам империи Хира, администрация Торена, не могла мне продать целый сектор, не в её это было власти. Продавать их могла только администрация императора, да и то после заявки, месячного ожидания, только дворянам и гражданам империи. Не гражданам только в аренду и не более чем на сто лет. Пришлось поломать голову. Мы ещё находились в той республике, что границами соседствует с Люмер, совершив первый прыжок от границы, поэтому после недолгого раздумья я связался с пилотом «Кашалота» и велел ему при выходе из гипера для промежуточного прыжка, передать Руссо закодированный приказ. Файл с приказом я сразу же отправил в память корабельного искина. Тот ответил, что сделает это сразу же по выходе из гипера.

    После общения с пилотом, похоже, я вырвал его из сна, по внутрикорабельному времени была глубокая ночь, я вернулся к работам по оптимизации работ верфи. Ранее мне просто некогда было занятья этой работой, тем более ещё не факт, чтобы удалось захватить верфь, ведь по плану «Б», в случае невозможности её вывезти, верфь подлежала полному уничтожению. Однако раз всё вышло, то теперь можно заняться и чисто административным планированием своего нового приобретения.

    Новое приобретение очень серьёзно поменяло мои планы, вывозить «Шейн» и уж тем более моих поданных в Лемур я не буду, а гражданство у них могут принять и в посольстве на столичной планете. Мне нужны были рабочие для верфи, и рабочих нужно очень много, несколько тысяч человек, чтобы она нормально работала. Брать местных я категорически не хотел, вот шейнцев это пожалуйста. Поэтому все мои поданные после ремонта станции верфи, кстати, надо ей название придумать, переберутся на неё, а на «Шейне» мы откроем торговое представительство. Я даже место стоянки своей первой станции менять не буду, пусть там и стоит. В систему, где находится верфь, чужим ход будет закрыт, оборону я там возведу серьёзную, благо теперь есть чем клепать охранные и диспетчерские платформы, вот и пусть покупатели пребывают на «Шейн».

    Хотя нет, слишком жирно это будет. Всё же скорее всего «Шейн» я заберу с собой на Лемур, а вот представительство можно открыть на столичной планете Хира, и на Торене. Да, так будет лучше.

    Так размышляя, я провёл несколько часов. Наконец обратив внимание, что по внутрикорабельному времени уже утро, восемь часов, непрестанно зевая, я направился спать.

    Следующие дни я занимался собой. Установил себе дополнительные импланты, на память, боевые, защитные и медицинские, чтобы им выйти на режим требуется пару недель, но они и после установки начали работать. Конечно, после установки я не стану супер-пупер бойцом, тут нужна специализированая нейросеть и заточенные под неё импланты, у меня же стояли усреднённые, то есть это не основная специальность. Бойцом я был выше среднего, но любой штурмовик меня уделает. Основное моё направление, это инженер, пилот и врач. Вот тут я многим фору дам, в остальном я не особо сильный специалист хоть и имею выученные базы знаний в разнообразных сферах, но я их учил для собственного развития, для самообразования можно сказать.

    Через три дня сборная эскадра вышла в одной из систем республики, ещё прыжок и мы доберёмся до границы империи Хира, однако сжатый пакет с приказом, что я отправил Руссо, заставил караван сбросить скорость, и начать перегруппироваться, а командованию прибыть на борт «Кашалота».

    Когда офицеры расселись в небольшом зале для совещаний, я ответил на молчаливый вопрос присутствующих.

    — Ситуация сложилась так что караван пока не может войти на территорию империи Хиры.

    — Сколько продлится задержка? — хмуро спросил шейнский адмирал.

    Он один из немногих, что уцелел в бойне в республике Шейн и смог выбраться. Именно он и командовал наёмниками. Адмирал был боевой, я о нём во время войны, кстати, слышал не раз, причём в основном только хорошее. Хвалили его, несмотря на отступления флота по всем фронтам при атаках директората и империи. Потери он обоим государствам захватчикам нанёс немалые, а сейчас он был, как и его люди, изгоем. Как и многие шейнцы он отказался принять кабальное гражданство соседних нейтральных государств. Кстати, с Руссо они были хорошо знакомы и часто общались. Самого полковника я собирался оставить командовать обороной верфи. Работа спокойная, как раз ему подойдёт. Полковник устал, я это видел, вот и решил назначить его на эту должность. Хоть придёт в себя от последних бешеных месяцев, включая бегство из республики.

    — Он двух недель до трёх. Основной караван должен остаться и укрыться тут. На вашем флагмане есть гиперсвязь, номер я её знаю. Как только решу остро стоящий вопрос, тогда караван после моего сигнала последует дальше.

    — Контракт, — коротко напомнил адмирал.

    — Да, согласен. Срок нашего контракта заканчивается через шесть дней, поэтому я предлагаю переоформить его с увеличением срока охраны кораблей. Я отправляю вам файл с новым контрактом, там указана цена и премия за дополнительную работу.

    — Мои люди на границе, — также напомнил адмирал.

    Он собрался сопроводить нас до Торена, закрыть контракт, получить оставшуюся сумму, которая очень поможет семьям наёмников, и рвануть к своим на границу, а тут такая задержка.

    — Я понимаю вашу обеспокоенность, но ничего не могу сделать, — развёл я руками. — Только предложить выкупить ваших людей, если они попали в руки люмерцев.

    — Хорошо, принимается.

    Через минуту мне на нейросеть пришёл подписанный контракт, где было указано, что наёмники продолжат охранять наш караван ещё в течение месяца. Чуть позже пришёл контракт от представителя транспортных фирм и корпораций, где я нанял транспортники. Он, изучив обновлённый контракт, определил, что тот ничем им не грозит кроме прибылей, и подписал. Он имел такую возможность.

    Когда часть приглашённых на «Кашалот» наёмных рабочих покинули комнату для совещания, я вопросительно посмотрел на Руссо.

    — Второй курьер готов, он на подходе, скоро пристыкуется ко второму шлюзу.

    — Хорошо, вы тут за старшего. Господин полковник, я надеюсь на вас.

    — Не волнуйтесь ваше высочество, не подведу, — серьёзно кивнул тот.

    Я быстро собрался и в сопровождении шести гвардейцев с Гином во главе, направился ко второму шлюзу, где пристыковался один из двух наших скоростных курьеров. Первый покинул нас ещё у верфи с оборудованием Лексов в трюме и, наверное, уже вернул его хозяевам, добравшись до столичной планеты Хиры. Именно там висело исследовательское судно. Это было второе, принадлежали они наёмникам, и я свободно ими пользовался.

    Моя задача на ближайшее время состояла в том, чтобы за восемь дней добраться до столичной планеты, курьер был очень быстрым корабликом, там пользуясь своим родством и помощью посла империи Лемур, без ожидания оформляю на себя систему, регистрирую корпорацию, и можно отдавать сигнал Руссо, двигаться в уже нашу систему. Вроде план довольно прост, но его ещё нужно выполнить. Думаю, я взять систему в аренду по минимальной ставке. Пока в Хире не знают, обладателем какого имущества я стал, нужно этим пользоваться. В ином случае цены подскочат, и придётся войти в лишние траты, а мне этого не нужно. У меня много подданных, большие планы и деньги мне ещё понадобятся. Да ещё прибыль верфь начнёт приносить месяцев через восемь, максимум год и это время ещё как-то нужно прожить. Жаль что у администрации Торена, да и других планет стоит запрет на продлевание аренды территорий. Максимальный срок аренды тридцать лет, потом освобождай пространства. На столичной планете я могу заключить контракт на сто лет аренды, это предпочтительнее. Вот такой вот выверт в законах. В принципе… мне и тридцати лет хватит, а потом можно перетащить верфь в другое место. Но обычно такие гигантские сооружения с места на место не перетаскивают, поэтому всё же лучше взять систему на больший срок, тем более возможно в будущем это мне как-то пригодится.

    Пройдя на борт судёнышка, он относился к малым кораблям шестого поколения, к редкому типу эсминцев, я стал устраиваться в выделенной мне каюте для ВИП-персон. По скоростным качествам это плохо вооружённый и бронированный курьер равнялся тяжёлым крейсерам. То есть по скорости полёта в гиперпространстве, несмотря на малый размер, он был очень быстрым. Так что лететь нам до столицы империи Хира примерно семь-восемь дней, и я надеялся, что мы успеем к сроку.

    Кораблик отошёл от шлюза моего транспорта и после недолго разгона ушёл в гипер. Всё, осталось только ждать.

    На судне было шесть кают, одну занимал пилот, он же капитан и единственный член экипажа, пять остальных заняли мы, в одной расположился я, в других гвардейцы. Пилот знал куда лететь, и сразу вбил координаты нужно системы. По примерным прикидкам нам нужно два промежуточных прыжка.

    Пока было время, я занялся изучением баз. До этого у меня не было возможности их изучать, да и те которые были на старой нейросети теперь утеряны, пришлось пойти на эту жертву, однако это не означало, что я забросил учёбу. Заранее закупленные в корпорации «Нейросеть» кристаллы с базами знаний, хранились у меня в специальном боксе. Он сейчас находился в моём кабинете на борту «Кашалота», но прихватить две базы я не забыл, так что я не буду скучать за время полёта как гвардейцы.

    Достав из сумки оба кристалла, я по очереди вставил их в считыватель, что висел у меня на поясе. Это была удобная современная модель, тут не требуется носить её на руке и напрямую подключать к выходам на кисти, соединение дистанционное и самое интересное, очень качественное. Шейнская разработка.

    Первый кристалл оказался с базой «Администратор», второй кристалл с «Управленец». Обе пятого ранга и обе мне нужны. По очереди залив их в память нейросети, я выкинул потрескавшиеся кристаллы в утилизатор и лёг на кровать, прикрыв глаза. За три часа я выучил обе базы до первого ранга и сейчас поднимал «Администратор» до второго. Через сорок минут начну поднимать до третьего.

    Как я и рассчитывал наш курьер затратил на весь полёт до столицы империи Хиры чуть больше семи дней, пока не вышел на краю системы. Тут были серьёзные оборонные системы, да и постоянно работали глушилки гипера, поэтому следующие шесть часов мы шли до планеты на разгонных. За это время я успел связаться с послом, который пробил для меня зелёный коридор, договорится с ним о помощи в столетней аренде земли, то бишь целой системы, и в оформлении корпорации «Шейн». Пока мы летели, посол и его помощники практически всё сделали. Лемурцы тут пользовались уважение. Не как на Земле в Европе, в той же Германии штатовцев-туристов со смаком в очко целуют, а нормально уважали. Так что фактически осталось только лично посетить нужные государственные организации, подтвердить договора, уплатить требуемые суммы и всё, я хозяин целой корпорации и системы. По последнему сообщению посла внизу меня должен был ждать его помощник.

    Так и оказалось, когда мы спустились в челноке принадлежавшему посольству на одну из площадок столицы столичной планеты, там нас рядом с посольским глайдером ждал невысокий, но добродушно улыбающийся рыжий вихрастый парень.

    Тот представился, учтиво поклонившись, и пригласил пройти глайдер. Со слов парня мы прилетели под конец рабочего дня, конечно сотрудники госконтор согласились меня подождать, но всё же задерживаться не стоит. Мы с гвардейцами устроились в салоне и глайдер управляемый помощником полетел в сторону центра города.

    — Что вы сказали? — спросил я, вычленив в болтовне помощника посла по особым вопросам заинтересовавшую меня крупицу информации.

    — Ваш брат Тим вчера, получив удостоверение ФПИ, вылетел в империю Лемур, — не отрываясь от пилотирования глайдера, повторил тот. — Ваш отец уже извещён.

    Мы с Гином переглянулись и тот, покачав головой пробормотал:

    — Шустрый какой. Как обогнал только?

    — В Шейне было взято немало трофеев, вроде курьеров на котором мы прилетели, — задумчиво ответил я. — У Тима вполне хватало возможностей припрятать один такой. С учётом довольно совершенный систем маскировки не удивительно, что он покинул систему Гурию незаметно. Там у диспетчеров старьё одно стоит, половину сектора не видят. Но ты прав, шустёр братец… Как вас, вроде Арни?

    — Да ваше высочество, Арни Ле Бек, — кивнул местный служащий посольства.

    — Вот что Арни, закончим все дела с оформлением и навестим посольство. Сообщите послу, что мне нужна срочная защищённая связь с моим отцом.

    — Извините, Ваше Высочество, но сейчас в столице ночь. Полночь.

    — Я сделаю запись, отправите её отцу.

    — Хорошо, ваше высочество, сделаем.

    Больше мы к этой теме не возвращались. Первым делом мы заехали в какую-то госструктуру, где нас принял важный, но начавший угодливо кланяться чиновник. Именно он и помог оформить во временную собственность целую систему, как оказалось император, уже дал разрешение. Без его разрешения такие операции было проводить нельзя. Молодец посол.

    Там не было ничего важного, пустая она была. Кроме десятка планетоидов, действительно ничего. Даже трасс рядом не проходило, только в соседней системе находилась космическая свалка, а в другой планета Торен.

    За систему я уплатил довольно солидную сумму в размере ста сорок семи миллионов кредитов. Через сутки эту систему внесут во все информационные базы как частную и закрытую для посещений. За эту небольшую и дополнительную помощь я заплатил лично чиновнику семьдесят тысяч кредитов. Потом мы добрались до другого госучреждения, где уплатив сорок три тысячи кредитов, я оформил корпорацию «Шейн», она тоже появиться завтра во всех информационных базах. Указывать чем будет заниматься корпорация, я не стал. То есть оформил её как по широкому профилю, именно поэтому уплатил не тридцать тысяч, по стандартной таксе, а дополнительно тринадцать.

    Только после этого мы отправились в посольство. Там я вежливо пообщался с послом, пояснив, что хочу связаться с отцом. Раз сейчас это невозможно, то хотя бы отправить файл с записью. Посол отнёсся с пониманием к этой просьбе и меня отвели в другое защищённое помещение. Там я в течение десяти минут пояснял старшему Эго, кем на самом деле является Тим. Более того я отправил ему дольно большой по объёму кусок записи с нейросети моего клона. Да-да, капсулы виртуального погружения Лерков, с помощью установленных мной имплантов вели запись в реальном времени и сохранили их. Я потом просмотрел всё, и как Тим грозил отправиться повеселится с Малией и всё остальное, включая моё пребывание с отцом.

    В общем, присоединив эту запись к моей речи, я зашифровал всё нашей родовым кодом, что мне выдали, и отправил его на номер отца. Дальше только его решение. В конце послания я чётко сказал, что ту подставу ему не прощу и собираюсь свести к минимуму наше общение, да и встречаться я с ним больше не желаю. Так же сообщил, что выполню своё обещание и укорочу братца на голову. Думаю после просмотра того как со мной обращались у Тима, он меня поймёт. Запись гибели клона в файле не было, пусть думает, что я там своим телом, да и с моральной точки зрения я там был, ведь всё чувствовал, что со мной делали.

    Дождавшись когда файл уйдёт на Лемур, и придёт отклик подтверждения получения, я ещё раз поблагодарил посла, хороший мужик и покинул посольство. Посол не знал, что я с помощью его оборудования не только оправил сообщение отцу, но и связался с Руссо, дав ему разрешение двигаться на Торен. Нам отсюда лететь дня четыре до него, а им шесть, так что у нас есть ещё время. Конечно, посол может потом узнать, что было два вызова по разным зашифрованным номерам, но не думаю, что он особо будет суетиться.

    Пока есть время можно пообщаться с Лерками, махина их корабля всё ещё находилась в системе, узнать вернули ли арендованное оборудование. Может ещё, что интересное у них есть? Да и планы насчёт них у меня были.

    Как только я связался по прошлому адресу, то сразу получил приглашение пройти на их материнский корабль. Именно так они назывались своё исследовательское судно.

    Лерки вообще тут были не просто редкие гости, а можно сказать нереальные. Последнее посещение, официально зафиксированное в империи Хира, было шестьдесят три года назад. Да и то их корабль со стороны напоминающий пенёк, а они действительно были растительного происхождения, но выращивали их из структуры похожей на керамику, просто пролетел по своим делам через территории империи, но всё равно это было зафиксировано и отмечено в истории. А тут такое событие, вот уже полгода Лерки находились в империи Хира и проводили какие-то свои исследования в трещине на глубине шести километров в море столичного мира.

    Территории, где проживали Лерки на своих шести материнских мирах, были в той стороне, где находилась империя Лемур, более того, они во многом работали совместно с лемурцами. Например, в медицинском оборудовании. Те капсулы на крейсере лемурцев где меня проверяли и выдали карту ФПИ принца, это были совместные разработки Лерков и лемурцев. Да и многое что там было совмещено. Вот и Лерки пользовались многим, что производилось в Содружестве, в частности в Лемур.

    — Куда, нур? — обратился ко мне пилот дорого катера, такие обычно входили в правительственные кортежи.

    В этот раз я не пользовался услугой посольства, а просто приказал Гину вызвать наёмный челнок, тот связался с конторой по прокату и через пару минут к крыльцу посольства подлетело это судёнышко.

    — Судно Лерков. Восьмой док. Они подсветят, когда мы приблизимся, — пояснил за меня Гин.

    Я уже пробовал связаться с пилотом первого курьера, однако он уже отбыл обратно. Как мне сообщили после официального запроса в системе навигации, такое судно в систему пребывало, но покинуло её спустя семь часов. Это означало, что я выполнил обещание, и Лерки получили оборудование назад. Не хотелось быть их врагами, на вид это были добродушные существа, но врагов они искали и возвращали долги, пока дышал последний их представитель, поэтому эту расу старались не трогать. Не тебе, так твоей семье вернут долг, уничтожив её. Мне такие принципы этих ушастых импонировали, в каком-то смысле я сам был таким. К тому же Лерки имели довольно неплохие корабли, более совершенные реакторы и двигатели, а так же вооружение. По стандартам Содружества оно приближалось к четырнадцатому поколению. Именно поэтому особо их тут никто трогал, соотечественники носом будут рыть чтобы узнать что с их соплеменниками пока не найдут убийц.

    На эту тему даже фильмы сняты были, я-то видел их живьём, поэтому только посмеивался, когда человеческие актёры пытались изобразить этих существ. В действительности они имели узкие плечи и большие бёдра, да ноги что гнулись назад. Самое близкое сравнение по фигуре это груша. Ещё они чем-то напоминали лемура Сида из «Ледникового периода». Телосложением, ушей у лемура не было. И пешком они ходить не любят, я всего шестерых видел, когда насчёт оборудования торговался и грузил его на свой корабль, так они все на специализированных гравитележках летали, причём не на своих, а производства Содружества из Центральных миров. Я эмблемы видел.

    Ну а тема фильма была проста, вначале особо жестоко умертвили ушастых, потом прилетели их соплеменники и всем надавали люлей, тоже особо жестоко. Я этот фильм смотрел, когда был в клоне и мы летели к Гурии, скучно было, вот и смотрел всякую муру. Тем более интерес был. Про Лерков как-никак.

    Вот и сейчас рассматривая приближающийся корабль, похожее на трёхкилометровое бревно, с корнями-двигателями позади, я отметил, что защитные экраны дока постройки Содружества. Лерки много что используют людское из того что им может пригодиться. Как я уже говорил они больше спецы по биотехнологиям, некоторые Лерки даже работают учёными в Исследовательских Центрах Центральных миров Содружества, причём только на эту тему или совмещением с другими технологиями. Больше всего как я уже говорил, они сотрудничают с лемурцами. Соседи можно сказать. Думаю, именно это поэтому мы договорились по аренде оборудования. Другой бы не смог его арендовать.

    Пилот, который подводил катер к доку, восхищённо ахнул, разглядывая огромный док и крохотные коряги, челноки Лерков.

    — У этого судна десятикилометровая безполётная зона. В первый раз подлетаю так близко да ещё захожу внутрь, — сказал пилот.

    «Уверен он уже и запись ведёт под протокол, чтобы перед друзьями-приятелями похвастаться», — с лёгкой усмешкой отметил я мысленно.

    Катер медленно вошёл в док и встал на опоры в месте, где пол давал подсветку. Как только гул двигателей стих, а анализаторы показали, что атмосфера снаружи пригодна для дыхания, иначе дверь не откроется, я дождался, когда выйдут гвардейцы. Они были без тяжёлого вооружения, хоть и в бронескафах, но с бластерами в кобурах, только потом покинул борт катера и я.

    От выхода во внутренние отсеки ко мне уже летела платформа с Лерком, это был знакомый мне экземпляр с зелёным пятном на рыжем меху в районе живота. Лерки не пользовались скафандрами и комбезами. В место одежды у них был свой натуральный мех, а для защиты от вакуума и излучения встроенные в пояс щиты. Они могли защищать их до пятидесяти дней до полной разрядки накопителей. Хорошая штука, но не их разработка. В Лемур такая защита находиться в свободной продаже, только стоит дорого.

    — Добрый вечер, советник Гениун, — слегка поклонился я. — Мои люди должны были вернуть оборудование, арендованное у вас. Как мне известно, они это сделали. Есть ли вопросы или претензии?

    — Всё оборудование было возвращено, претензий нет. Вы выполнили свою сторону договора, мы его закрываем, — сообщил советник с помощью коробки переводчика, что висела на его шее. Для Лерков человеческий язык был сложен, строение челюстей такое и голосовых связок. А с помощью таких вот переводчиков они свободно вращались в среде людей, не испытывая особых проблем. Кстати, тоже людская разработка.

    Мне на нейросеть пришёл контракт с отметкой выполнен-закрыт. Лерки использовали для общения самые обычные коммуникаторы. Советник Гениун, вообще поразил меня. У него на одной лапе было один коммуникатор, на другой сразу два. Причём пользовался он всеми тремя и попеременно, не прерывая беседы. Видимо ему так было удобнее, так как у других ушастых я видел или по два коммуникатора, или по одному.

    — Ещё что-то интересует достопочтимого советника Эго? — спросил у меня Гениун.

    В среде Лерков звание советников носили только дворяне, или Лерки наделённые особой власть. Я был из семьи Эго, так что обращались ко мне уважительно. Достопочтимый советник, это уже старшая аристократия. Просто советник, это так, вроде помещика или шевалье, нижняя ступень.

    Я не зря просмотрел законы, которыми живут Лерки и успел подготовиться. Поэтому горестно вздохнув, получилось не притворно, и сказал:

    — К сожалению да, советник Гениун, к сожалению да. Прошу вас принять мою частную просьбу-заявление по закону «Нунса» государства Лерк.

    Советник стал быстро работать со своими коммуникаторами, это заняло у него примерно две минуты. После чего он посмотрел на меня, своими большими чёрными глазами без зрачков и сообщил.

    — Хранитель закона достопочтимый советник Гелиакс извещён и скоро прибудет в зал для гостей, чтобы принять вашу просьбу достопочтимый советник Рино Эго, и запротоколировать её.

    — Я буду ждать, благодарю, советник Гениун, — слегка склонил я голову. Ниже кланяться мне было невместно, а так уважение проявил.

    На этом наше общение было закончено, Лерк фактически передал меня другому соотечественнику и, указав на дальний угол, где был сделан уголок с креслами, стульями и столами улетел по своим делам, а я велев гвардейцам ожидать меня у катера, направился в сторону диванов. Пока нет хранителя, можно посидеть и пообщаться.

    — Командир, что это за закон такой? — тихо спросил Гин, пока мы шли к уголку, специально оборудованному, чтобы встречать гостей-людей. Во внутренние отсеки Лерки никого не пускали.

    — Закон о кровной мести, — коротко ответил я. — Я собираюсь зарегистрировать в их государстве своё заявление, о желание лишить жизни особо мучительным способом своего брата.

    — И они примут его?! — удивился капитан.

    — Конечно. Я не первый такой, как мне удалось узнать из собранной информации. Лерки после того как заявление вступит в силу и поступит на все корабли и планеты, не будут оказывать брату никакую помощь, более того, если где обнаружат его, пришлют мне сообщение с точными координатами, но сами его трогать не будут. Задерживать тоже, право на кровную месть у них священно. Помнишь, когда летели на Гурию, смотрели фильм в кают-компании про месть Лерков? Там переврали всё, но в принципе там действовал как раз закон «Нунса». С учётом того что Тим летит в Лемур, где Лерков много, я буду знать о каждом его шаге, тем более для Лерка это честь обнаружить такую цель и передать охотнику всё о нём, сторонне с удовольствием наблюдая за свершением мести. Короче это их заморочки.

    — Неплохо придумано, — покачал капитан головой.

    — Да, мне это в голову пришло, когда летели в Хиру, а когда остановили конвой и садились в курьер, я с помощью гиперсвязи наёмников скачал всю информацию о законах Лерков. Я об этом «Нунсе» краем уха слышал, нужно было уточнить, ну а пока летели план и сформировался. Сейчас всё оформим, как доказательство подойдёт запись моих пыток и общения с братцем, вот и всё. Правда эта запись разойдётся по всему государству Лерков, любой к ней может получить доступ, но пережить это можно. Лерки к семье очень серьёзно относятся и предательство не терпят, как и рабство. Так что Тим попал по двум пунктам. Помогать мне будут с охоткой. Поверь.

    Мы дошли до мягкого уголка и даже устроились на диванчиках, когда появилась другая платформа, с незнакомым мне и довольно полным Лерком. У этого шерсть была зелёная с серебристым отливом.

    Принятие заявление затянулось, хранитель законов сперва просмотрел всю запись пыток, большую часть времени мы вырезали, оставив только общение и пытки, но ему этого хватило. Три часа просмотра, потом полчаса оформления кровной мести, и всё, мой идентификатор внесён во внутреннюю базу Лерков. Как сообщил мне хранитель, они горды и благодарны, что я обратился с этой просьбой именно к ним, и Лерки приложат все силы, чтобы помочь мне наказать потерявшего честь и совесть родственника. Осталось только ждать на моё имя первое сообщение от любого Лерка как только Тим будет обнаружен.

    После этого контракт был подписан, я убрал его в файл к своим документам и, поблагодарив хранителя, с Гином направился обратно к катеру.

    Когда мы вылетели, капитан спросил:

    — Куда сейчас?

    — На курьер и на Торен. Малия уже заждалась, — улыбнулся я.

    * * *

    — Что ты делаешь? — подкралась ко мне со спины Малия, и я почувствовал как к моей обнажённой спине, а сидел я в одном белье, прижались упругие грудки и меня обнимают.

    — Составляю план проект возрождения Шейна. Завтра должен прийти караван с верфью, так что пока есть время, нужно обдумать пришедшую мне в голову идею.

    — Ты хочешь отбить республику? — непонимающе тряхнула головой жена и укусила меня за ухо, отчего её волосы щекочуще рассыпались у меня по плечам и груди.

    — Это бессмысленно. Республика не смогла выдержать удары Люмер и Рейко, что уж мне там ловить? Нет, мне другая идея пришла в голову. Ты слышала что в Диком космосе находят девственные планеты, мол, на некоторых даже аборигены похожие на людей имеются?

    — Было такое. В сериале вчера видела.

    — Мы вместе смотрели, я тоже видел, и это меня натолкнуло на мысль поискать планету в глубине космоса и, организовав оборону расселить там шейнцев. Планету я сделаю своей собственность. Может, даже две займём, организовав сообщения между ними.

    — Но это просто огромные деньги, и там опасно. Мы вчера оба смотрели фильм.

    — Это так, — засмеялся я. — Но в фильме был просто полёт фантазии, да и не вооружены пираты и дикие шахтёры, что там орудуют, такими чудовищными пушками. Деньги конечно это огромные, но только для тех, кто не имеет свою верфь, которая способна клепать, оборонные станции с минными полями, шахтёрские станции, флотские, пограничные и, в конце концов, орбитальные терминалы с орбитальными же лифтами. А моя верфь это делать может. При себестоимости потраченного материала, нам каждая станция обойдётся в сто миллионов кредитов. Это примерно, а если часть на сторону продадим, так ещё и в прибыли будет. Тут главное не это, оборону как ты поняла, причём не пробиваемую создать в нашем случае не трудно, подвесим там орбитальные крепости, ни один пират не сунется, труднее найти такую планету, чтобы там можно было жить. Вот Торен мне нравиться, я бы был не против найти такую и сделать её своим леном, возродив Шейн, только не республику, а герцогство или княжество, нужно уточнить какие в Лемур приняты звания в таком случае… Я как принц имею право быть владельцем не более трёх планет. Больше имеет только император. В общем, мне интересно создать своё государство и я сейчас планирую, стоит ли мне за это браться или нет. Когда за это взяться, стоит ли сообщить, что я ещё принимаю под свою руку шейнцев. И что мне это будет стоить. С деньгами и так напряг, ещё на нейросети и импланты тратиться для своих подданных. Часть будет работать на верфи, у меня ведь даже персонала для неё нет.

    — А базы знаний?

    — Такие в свободное продаже не имеются, да и не в свободной тоже. Я уже интересовался и у контрабандистов и у сотрудников корпорации «Нейросеть» что левачат. Ну нет таких баз и всё тут.

    — Тогда как?

    — Вся информация тут, — постучал я себя по виску согнутым пальцем. — Меня ведь не зря гоняли на Варре в разных сферах и выдавали необходимые базы, надеясь, что я останусь у них, да и так в резерв перевели. Они у меня выученные находятся в голове, а я спокойно прохожу мнемоскопирование. Добровольное, без моего желания снять с меня память как ты понимаешь, не реально, это последствия игр с генами в имперской семье. Так что базы не проблема, люди нужны. Думаю завтра с прибытием конвоя, разрешу сотрудникам пресс-центра, дать официальное обращение в сеть. Мне нужны люди и главное специалисты. По всем прикидкам начать переселение мы можем только через год, я бы даже сказал пару лет. Нужно собрать людей, готовить специалистов и подготавливаться. Да, похоже, пора бросать клич. Сейчас, когда шейнцы ещё держаться и не подписываются под кабалу, шансов набрать будущих поданных очень много и в приличных количествах. Из республики ведь миллионами бежало.

    — А планета?

    — Планету можно хоть сейчас начать искать, по затратам это мизер, по сравнению с созданием всей инфраструктуры. Оснастить пять-шесть крейсеров дальнего поиска и отправить их в Дикий космос. А можно сделать ещё проще. Заплатить, чтобы дали доступ к архивам Дальнего флота и изучить нужную информацию. Наверняка там есть координаты диких планет. Потом отправить туда разведчиков и изучив доставленные данные, уже по ним и ориентироваться. Но, как ты понимаешь это всего лишь планы. Правда, думаю, шейнцы будут высокомотивированы, сейчас многие поняли, что это такое потерять дом и стать изгоем, так что пойдут на многое, чтобы снова обрести свой новый дом. Я ещё с Руссо переговорю на эту тему, может он что посоветует.

    — Хорошо, поговори. Но вот мне такая идея создать свою империю где-то далеко в Диком космосе нравится.

    — Да, — улыбнулся я и, обернувшись, прежде чем поцеловать жену, добавил. — Мне тоже нравится эта идея. Будет так сказать запасной аэродром на всякий случай.

    * * *

    — Что скажите? — спросил я у адмирала Ла Юнье. Это был тот самый офицер, что участвовал со своим наёмным отрядом в захвате и вывозе верфи. После того как мои люди подняли клич, ориентируясь на шейнцев, через три месяца он сам попросил аудиенции и после недолгих переговоров попросился под мою руку со своими людьми и их семьями. Из пятидесяти шести тысяч человек, около двух тысяч не пошли под мою руку, и ушли искать лучшую долю на сторону, но остальные всё же действительно стали моими подданными.

    После процедуры принятия новых поданных, я посвятил адмирала в свои планы и нашёл его горячую поддержку. Наша единственная станция «Шейн» модернизированная мной, просто не могла принять всех подданных, хотя я и докупил четыре дополнительных жилых модуля, и система жизнеобеспечения станции работала с нагрузкой. Часть семей всё же пришлось разместить на Торене.

    Но это так, к слову. Так вот, моя идея была частично реализована, то есть были добыты архивы Дальней разведки шести государств, и после их изучений было выявлены координаты трёх планет, которые нам подходили. Одна была чисто курортная, там размещался какой-то мелкий пиратский клан, две другие земного типа. Все три не имели аборигенов, кроме упомянутого пиратского клана.

    Посланная разведка на четырех крейсерах дальнего поиска, подготовленных к подобным рейдам, вернулись в течение последних двух месяцев, доставив требуемую информацию, и даже записи. Экипажи спускались на две планеты и взяли все необходимые анализы. Миры были чистыми. Вот третью изучили со стороны, у пиратов была плохонькая, но всё же оборона.

    — Думаю вот эта, удобная оборона, в соседней системе большое астероидное поле с ценными рудами. Для молодого государства это очень важно, — предложил адмирал, указав на одну из панет.

    — Согласен, но я собирался сделать эту планету столичной.

    — Вы хотите сказать?.. — удивлённо посмотрел на меня командующий моим флотом

    — Да, адмирал, я собираюсь занять все три планеты и развернуть там оборонные пояса. У нас почти двести тысяч граждан, этого по минимуму хватит, чтобы занять их, а потом уже заселим их нормально. Да и естественный прирост поможет. Тем более я даю добро на перехват транспортов, на которых вывозят шейнцев с их миров. Пусть рейдовая эскадра полковника Ди При порезвиться на коммуникациях люмерцев и рейковцев. С каждого корабля работорговцев по пять-шесть тысяч человек. Для нас это приличные цифры.

    — Будем работать, — уверенно ответил адмирал и кивнул офицерам, что обступили нас и внимательно слушали.

    Оставив штаб работать, у них появилось много работы, я направился к выходу, незаметно улыбаясь. Что ж, пока всё складывается хорошо. М-да, даже не вериться, что год назад мы совершили тот рейд в Люмер и выкрали верфь. Повезло. Четыре дня назад мы официально объявили и обмыли корпоративом первую построенную военную станцию шестого поколения по заказу соседнего государства, за ней уже пришёл флотский конвой и грузил в транспорты. Один из наших инженеров отправиться с ними, будет разворачивать, и сдавать под ключ. Миллиард, вот что мы на этой средней станции заработали. Теперь есть средства, и пора браться за то, что мы планировали вот уже год. Пора. Да и пора заложить первую военную станцию, что мы разместим на орбите одной из планет, Малии, нашей столичной планеты.

    Пока хватит малых. Среднюю строить долго, с первой два месяца возились, а малых можно заложить сразу три, по работоспособности и обороне они не сильно уступали средним, но сильно большим. Нам пока хватит, а там решим. Главное не это, главное то что через неделю я и часть моих людей отправляемся, наконец, в Лемур. Я знал о каждом шаге изгоя в империи по имени Тим, пора вернуть ему должок, пора-пора.

    Через восемь дней, «Витязь» тяжёлый авианесущий крейсер шестого поколения модели «Влом», отстыковался от одного из средних шлюзов станции «Шейна», на которой большей частью и дислоцировался военный флот корпорации «Шейна», тыловые службы и штаб размещались на ней, а вот боевые части на кораблях. «Кашалот» пришлось приписать к верфи, которую я назвал «Семя», и докупить ещё три тяжёлых транспорта, чтобы снять транспортную проблему. Два ушли верфи, один поступил в службу тылового обеспечения корпоративного флота, а то у них одни небольшие грузовики. Для работ в Диком космосе нужны тяжи.

    В данный момент я находился в рубке и наблюдал за маневрами крейсера, выполняемые экипажем, поэтому посчитав, что три часа до прыжка в гипер и начала нашего путешествия у меня есть свободное время, то можно более подробно описать, как прошёл этот год.

    После того как караван прибыл и я закрыл контракт военных, мы теперь сами позаботимся о грузе, то наёмники, получив остальную часть платы, ушли. Потом, была разгрузка из трюмов наёмных транспортов и «Кашалота», модулей и разобранных стапелей верфи во временно выкупленной мной системе, со всеми заводами, фабриками и коммуникациями. Получилось ровно двадцати три кучки, которые стабилизировали два средних и одни тяжёлый буксир. Ранее они были приписаны к верфи и достались нам трофеями. После закрытия контракта и получения щедрой платы, транспорты тоже покинули нашу систему. Как это не смешно звучит, но с этой минуты систему охранял всего лишь один крейсер и четыре корвета. Он был хоть и шестого поколения, но всю систему не видел, где-то половину, хотя верфь и станцию контролировал полностью, корветы выполняли функции патрульных судов, обходя границы. Первым делом требовалось озаботиться обороной, поэтому логично я занялся не стапелями, а именно станцией, за свою форму получившая имя «Зёрнышко». Посмотрим что из неё и «Семени» прорастёт. Станция со своими военными и диспетчерскими платформами способна полностью контролировать систему и уничтожать при необходимости противника, поэтому я занялся экстренным её разворачиванием. Мой бот, которым управляла Малия, носился среди разнообразных куч, где по моему приказу пилоты буксиров выхватывали то один то другой свёрнутый модуль и тащили в середину системы, где я и спланировал собрать и стабилизировать станцию.

    Можно назвать это казусом, но ЗИПа чтобы ремонтировать «Зернышко» у меня не было, купить его тоже фактически не реально, а если и возможно то за такие суммы, что даже «Семя» заложить придётся. Однако у меня была верфь, и я банально мог изготовить нужные запчасти, но перед этим мне требуется развернуть саму станцию. Вот дилемма получилась, с обоих сторон проблема. Пришлось поломать голову, чтобы её решить. В результате я одновременно разворачивал станцию, а также терминалы шести заводов и трёх фабрик. Последние тоже требовали лёгкого ремонта, штурмовики при захвате постарались, но их уже можно включать в работу. Добавлю ещё, что пока мы добирались до Торена, дешифраторы взломали все искины что штурмовики вытащили из шахт верфи, станции, заводов и фабрик, а их было без малого чуть больше двухсот. Так что теперь у нас были подконтрольные искины и мы этим пользовались.

    Так как я был единственный специалист, что мог давать задания этим автоматизированным заводам, благо необходимые метки у меня на нейросети стояли, наёмные инженеры поставили, то я занялся созданием модулей и ремонтом станции, одновременно с её разворачиванием.

    С администрацией свалки договориться удалась без проблем. У них половина неликвида, а перерабатывающий завод не справляется, так что «Кашалот» за два захода доставил нам материала, которого хватит на два месяца, так и получилось. Тут помог тот самый перерабатывающий заводик, что я прибрал к рукам вместе с «Бишоном» и второй малой верфью. Именно он перерабатывал корпуса и детали в блоки металла, которые уже поступали на производственные заводы и фабрики, выдававшие готовую продукцию. Конечно, одних блоков было мало, но я напомню о тех запасах материала для создания оборудования, что подготовил на своих складах «Гикон» и которые мы также забрали. Так что пока проблем с материалом не было и заводы работали под моим присмотром над моими заказами.

    Через две недели после начала разворачивания «Зёрнышка», вся систем уже была под нашим контролем. Так как первым делом я развернул и активировал реакторный, диспетчерский и один жилой модуль. Это позже, закончив с ремонтом уже развёрнутых модулей я стал ремонтировать и состыковывать остальные, медленно, сектор за сектором восстанавливая «Зёрнышко» до первоначального вида и работоспособности. На это мне вместе с разворачиванием стапелей верфи понадобилось аж четыре месяца. Под конец прибыл корабль с лемурскими инженерами и они начали работу согласно контрактам.

    О рабочих верфи скажу так, на них у меня ушло почти половина запасов средств, радовало только одно, что базы знаний покупать не надо. После того как мои люди бросили клич, народ к нам пошёл валом, даже из других государств, заключали контракты, чтобы получить аванс и добраться до нас, когда средств не было. Так что на данный момент на «Зёрнышке» проживало около семидесяти тысяч человек, из них восемнадцать это рабочие верфи, остальные их семьи, семьи военных и просто мои поданные, можно так сказать. Большая часть тех, для кого пока не нашлось работы, ожидали, когда у нас появится своя планета, и жили на небольшие пособия. Ведь об этом было сообщено, когда я созывал шейнцев.

    Из-за недостатка жилого фонда, часть людей пришлось заселить на Торен, сняв некоторые районы по грабительским ценам. Даже на «Семя» которая на это была не рассчитана и кроме модуля управления и реакторного модуля, где работало около сотни специалистов, удалось пристыковать жилой модуль и приписать его к верфи. Теперь там жило сами спецы и часть инженеров, а также их родственники. Чуть больше двух тысяч человек. «Семя» конечно режимный объект, о чём Руссо мне напоминал не однократно, но деваться было просто некуда и мы торопились с формированием первого конвоя.

    Да, кстати, если кто думает что «Семя» и «Зёрнышко» это одно и тоже, то разочарую его, это два разных космических объекта и связанны они между собой исключительно благодаря, челнокам, ботам и буксирам. Стапель — это большая хрень, больше похожая на грабли со снятой рукояткой, но с оставшейся втулкой. Там и был зал управления, а станция она и есть станция. С виду как я уже говорил похоже на зерно пшеницы. Размещены оба объекта на расстоянии трёх километров друг от друга.

    Ещё раскрою такую информацию. Связывают эти два объекта в основном маломерные суда, но так как пилотов и так особо не хватало, мне пришла другая идея, которая была одобрена гражданским Светом и пущена в дело. А всё оказалось просто, с шестнадцати до восемнадцати лет подросткам фактически нечем заняться, вот я и предложил устроить двухмесячные курсы, благо капсулы виртуального погружения для тренировок пилотов у нас были, и устроить их на работу. Челноки, боты и малые корабли, не имеющие гиперпривода, легко управляются в ручном режиме, если что искин или комп предупредит. Ажиотаж на одно место был такой, что даже конкурс пришлось устраивать. Ведь в ручном режиме на уровень интеллекта особо не смотрят. По совету администрации верфи, я увеличил количества маломерных судов, соответственно и рабочих мест для молодёжи. Теперь около пятисот малых кораблей, постоянно вьётся у верфи, двигаясь по своим делам. Доставляя грузы, работников и материалы по адресам. Диспетчеры за этим строго следили.

    На границах висели диспетчерские, охранные, ракетные и артиллерийские платформы, до Торена была проброшена цепь ретрансляторов, отчего на верфи была общедоступная сеть, но так же имелась станция гиперсвязи, но она серьёзно задействована пока не была. Лишь я общался с отцом.

    Наши отношения немного потеплели, Тима он не принял, но вот наследство он вынужден был отдать, так как оно было не его, а от матери. Так что Тим сейчас властвовал на своей планете. Что там происходит точно не известно, так как братец через пару месяцев после вступления во владение, сделал её закрытой. Одним словом я жителям его планеты не завидую. На орбите начались какие-то непонятные перестановки и появились боевые корабли. Император Лемура, который также просмотрел запись, как Тим со мной обращался, запретил ему появляться на столичной планете сроком десять лет. Он тоже озадачился, что происходит во владениях Тима и сейчас на планете работали представители имперской безопасности, пытаясь докопаться до сути происходящего там. У императора была возможность в особом случае лишать своих дворян наследства и владений, так что если Тим начнёт зарываться, то лишиться планеты. Да, ещё могут проголосовать его жители, пятьдесят один процент и его вышвырнут с неё, и планета перейдёт дальнейшему наследнику. То есть мне. Заманчиво, но не интересно.

    Во вчерашнем сообщение отца была информация, что в районе где находится планета Тима, пропал курьер СБ империи. Ведутся поиски. Так как мы говорили о том, что я вылетаю в Лемур, то дополнительно получил эту информацию. Было видно, что старший Эго обеспокоен. Лично я не особо удивлялся новостям, насколько я мог узнать Тима, в благополучной империи он просто не уживётся, не сможет по складу характера, поэтому, скорее всего, покинет Лемур и отправиться в Дикий космос. Но перед этим ему нужно подготовиться, кто, как не одно из самых технически развитых государств ему в этом поможет. Тут главное не опоздать, но раньше я вылететь просто не мог, хотя Лерки раз в неделю присылали информационные файлы с данными по делам Тима. В основном только координаты, он всё ещё находился на своей планете в доме владетеля или на станции, на орбите планеты.

    По подготовке я ещё не закончил. На четвёртый месяц моих работ с верфью, до прибытия инженеров, через Руссо, который принял на себя оборону системы, со мной связался адмирал Ла Юнье. До них, наконец, дошли слухи и после недолгих переговоров и голосования, адмирал прибыл, чтобы попроситься под мою руку вместе со всеми своими людьми и их семьями. На тот момент у меня уже были проблемы с размещением подданных и будущих граждан моих планет, пятьдесят девять тысяч с хвостиком было, поэтому ещё такое же количество людей серьёзно било по моей и так не простой экономике, но я даже не раздумывал и почти сразу дал согласие. Шестнадцать линкоров, три носителя, один из которых большой, двадцать шесть крейсеров, включая семь авианесущих, восемь транспортов и шесть грузовых кораблей. Два полнокровных десантно-штурмовых батальона, космический десант в отдельном её представителе роты спецназа. Разведподразделения, штабы и специализированные корабли. То есть фактически ко мне под руку переходили опытные люди, имеющие довольно сильную эскадру, которую в скором времени можно развернуть во флот. Причём корабли то числятся за ними, и именно наёмники ими владели. Меня это не устраивало, поэтому я предложил выкупить всю технику и корабли у адмирала с отсрочкой платежа в год. Тот подумал, переговорил со своими людьми, и было получено согласие, причём продавали они своё имущество за полцены. Для них важно получить новый дом и правителя, которому они будут честно служить. Вот так у корпорации «Шейн» и появилась своя усиленная эскадра.

    Сейчас флотские и часть гражданской администрации планируют первый рейд к планете, названной мной Малия, именно там будет организован форпост, и начнётся перевозка населения. За раз под сильным конвоем, а адмирал с этим справиться, можно повезти около двадцати тысяч человек. Это вполне достаточно, тем более в трюме повезут разнообразное имущество, от фермерских комбайнов, до заводов по производству пенобетона. Уже началась закупка фабрик по производству строительных и бытовых дроидов, всю линейку решили взять. Пятое поколение, но тоже неплохо. Покупали фабрики по производству пищевых картриджей, по производству пищевых синтезаторов, как корабельных, так и для дома. В общем, старались закупить всё, чтобы сразу развернуть там несколько промышленных городов и начать строить столицу, над которой в будущем будет висеть орбитальный терминал и будут работать орбитальные лифты.

    В империи Хира нам всё же вставляли палки в колёса, поэтому большую часть производственных мощностей пришлось брать в соседних государствах, там наценка была поменьше. Да и тесть изрядно помог с этим. Он кстати подумывал перебраться с нами и снаряжал два средних транспорта. Помимо этого пришлось отдать приказ главному инженеру станции «Шейн» начать сворачивать её и подготавливать к транспортировке. Через месяц отправляется первая партия, полёт туда займёт около трёх месяцев, столько же обратно, поэтому оставлять людей на столичной планете без станции было опрометчиво. Тем более разбросанные по системе диспетчерские и оборонные платформы, которые сейчас дополнительно клепаются у нас на заводах, будут там в тему. Кроме «Шейна» у Малии останется небольшая группа боевых кораблей. Два линкора, носитель, три крейсера и восемнадцать малых кораблей, вроде корветов и фрегатов. Последние в будущем станут патрульными силами, на которых и ляжет перехват пиратов и контрабандистов.

    Ах да, забыл сообщить. Пользуясь возможностью, я модернизировал с помощью «Семени» свою первую станцию «Шейн» с четвёртого до шестого поколения, так что она теперь может использовать платформы, что ей подготавливают. В Диком космосе они пригодятся, даже с запасом делают, на случай замены. По модернизации станций нам уже стали поступать заявки от частников и государств. Два контракта от местных частников мы взяли, они не сильно помешают строить новую станцию.

    Наместник столичной планеты мной уже был подобран и, не смотря на то, что он женского пола, меня это ни сколько не озаботило, уже включился в работу и распределял ресурсы. Именно наместник, сверяясь со списками, и отобрал тех, кто идёт в первом конвое к их новому дому. Там были в основном фермеры, строители, шахтёры, рабочие, небольшое количество полицейских и просто будущие жители планеты. Для полицейских в трюмы грузовиков уже начали грузить флаера с необходимой спец символикой. Сорок штук как я знал. Две морских рыболовных платформы тоже погрузили, моря там были полны рыбы, ну и всё остальное. В общем готовились.

    В течение следующего года моими подданными такими вот караванами постепенно планируется заселить все три планеты. С пиратами должен разобраться адмирал, ему оставлена такая задача. Наладить оборону этих систем и с помощью Патрульных сил обезопасить транспортные трассы между этими планетами, чтобы было постоянное сообщение. При этом требовалось докупить очень дорого стационарного оборудования гиперсвязи планетарного базирования, чтобы между этими планетами была одна общая сеть. На Окраинах мирах такое оборудование достать сложно, да и не всем его продают, поэтому, я решил закупить его в Лемур, и с другим оборудованием, что требовалось моим людям, но который очень трудно достать, отправлю к Малии. Может, и сам с ним слетаю, посмотрю и проконтролирую как там мои планеты.

    Напомню также о двух модулях малых верфях, что были пристыкованы к «Шейну» и активно клепали на продажу малые грузовики класса большой фрегат. За год на сторону ушло тринадцать штук, два были оборудованы как спасательные суда, семь вошли в состав каботажного флота верфи, работали по доставке всяких мелочей. Ещё два, которые должны на днях изготовить верфи шли на продажу. Но следующие корабли, изготовленные этими модулями верфи, уже станут каботажниками в системе Малии. Малые верфи могут клепать шахтёрские корабли и те начнут разрабатывать соседнюю систему, благо шахтёры у нас есть. Делают они каботажников, поэтому если на какой корабль потребуется поставить гиперпривод, нужно закупить их сейчас, да побольше. Главный инженер станции об этом был в курсе и ему выделили деньги на покупку двухсот гипердвигателей для малых кораблей. На пару лет этого хватит, а потом докупить можно.

    По прибытии в систему Малии когда «Шейн» будет развёрнут и обе верфи заработают, можно будет принимать заказы и от гражданских, продавая им малые корабли с гиперприводом. Грузовики, спасательные, пассажирские, да любые. Хоть яхты. Челноки и боты, верфи тоже могли делать.

    Поначалу я планировал мой перерабатывающий заводик отправить вместе с первыми переселенцами и поставить его в системе Малии. Но потом решил тяжёлый шахтёр отдать, там завод, конечно, не такой мощный, но руду перерабатывать в концентрат металлов, которые могут использовать верфи, сможет. Тем более на его палубах, если потесниться, может разместиться тысяча человек. Это разве плохо? Так я и поступил, в данный момент тяж готовился к долгому полёту, по его броне и двигателям ползали диагностические дроиды, готовя корабль к плановому ремонту. Такой плановый осмотр и мелкий ремонт проходили все корабли, что будут участвовать в первом рейде. А он был опасен, требовалось пройти границы цивилизованных миров и Дикого космоса, углубиться на территории трёх кланов, один довольно силён, ещё месяц двигаться по практически неисследованному космосу и там будет Малия. В шести часах прыжках будет вторая планета земного типа, получившая имя Добрая, и в семи часах лёта в гипере планета-курорт мелкого пиратского клана которого выдавали в Дикий космос более сильные соперники. Они там растили на плантациях дурь и держали рабов, думаю пора завершить их незаконную деятельность. Эту планету я назвал Нирвана. Ну да, особо фантазии я на эту тему не проявил, просто у меня было такое чувство, когда я смотрел на снимки этой планеты. Там действительно хочется отдохнуть. Вот и сделаем из этой планеты-курорта с многочисленными тёплыми океанами и островами с белоснежным песком, самый настоящий курорт. Разве плохая идея, с учётом того то между всеми тремя планетами буду ходить маршрутные пассажирские суда?

    Именно из-за того что эти три планет находились так близко друг от друга, почти треугольник, я и выбрал их. Но первым рейдом главное создать форпост на первой планете и организовать там мощную оборону, а вот дальше уже будет легче, хотя все силы будут уходить на сопровождение конвоев. Пираты по предположениям аналитиков штаба быстро прочухают прибыльное дело и будут устраивать засады по пути следования караванов. Чтобы избежать этого, требуется постоянно менять маршруты и внедрить в пиратские шайки своих людей, чтобы ответными засадами лишить их боевых кораблей, обезопасив путь нашим конвоям.

    Однако это всё работа мои флотских и гражданского терминала. Конечно, я очень сильно хотел поучаствовать в этом рейде и первым ступить на девственную планету, но дела и долги толкали меня вперёд, поэтому проверив как дела по организации первого каравана, дал несколько ценных указаний, «Шейн» как раз начали сворачивать, и вылетел в сторону Лемура. Вот такие дела у меня творились в личной системе.

    По Малии скажу так, она от меня фактически не отходила и мы были постоянно вместе. Это мне не мешало, тем более она была моим добровольным пилотом, и это даже доставляло удовольствие. Сейчас жёнушка находилась в нашей каюте, она отправлялась со мной, и готовились отойти ко сну. По корабельному времени, по которому мы жили, сейчас было час ночи. Вот так вот.

    Как только разгон закончился и звёзды прыгнули нам на встречу, я коротко поблагодарил офицеров, корабль был боевой и, попрощавшись, направился в выделенные мне апартаменты. Ожидающие меня снаружи гвардейцы сопроводили до дверей и остались охранять.

    Капитан Лок, второй офицер из гвардии старшего Эго, который всё так же оставался со мной, тоже летел с нами. В отличие от погибшего Сенова, Лок всё это время был чисто инструктором моей гвардии. Должен признать, да и сопровождающий меня Гин это подтвердит, способности бойцов в охране моей тушки, а также тела жены, поднялись на необычайную высоту. Лок действительно знал своё дело и был хорошим инструктором.

    — Ты уже вернулся? — сонно спросила Малия и улыбнулась, когда я залез под одеяло и прижался к её спине, беря в руки оба восхитительных полушария и целуя в затылок.

    — Да, мы в гипере. Как ты и мечтала, мы летим в Лемур, — ответил я.


    Следующие шесть месяцев прошли для нас с женой практически незаметно. На крейсере была хорошо оборудованная медсекция с отдельным боксом, где стояли обучающие капсулы. Десять единиц. Вот мы с Малией и зарезервировали две для себя, и одновременно ложились на десять дней, потом вместе два дня отдыхали, и снова ложились на десять дней. В середине полёта мы дали организмам двухнедельную передышку, а потом до конца полёта вернулись к обучению, так что я не особо расстраивался потраченному времени. Однако смог оценить разницу между поколениями. Мы затратили на полёт куда больше времени, чем лемурцы-инженеры работающие на меня на верфи. Их небольшой крейсер был куда быстрее нашего тяжёлого корабля. Тут даже дело не в двигателях или реакторе, а в новом принципе создания гипердвигателей. До нас эти новинки ещё не докатились, но в Центральных мирах их использую уже более пятидесяти лет. Эта одна из причин, почему я сюда лечу, мне нужны новые знания и новые умения, более совершенные, чем имелись. Когда я наблюдал за работой присланных инженеров, постройка первой станции замедлилась не по их вине, а из-за не достатка специалистов. Нет, они были, но ещё учились и не получили сертификаты по нужным специальностям. Даже сейчас потребности верфи закрыты всего на восемьдесят процентов. Но люди учатся и дыры постепенно исчезают.

    Так вот, я наблюдал, как работают лемурцы. Что я могу сказать? От завести локти себе кусал? Похожее определение, согласен, было чему завидовать, однако я знал, что в скором времени отправлюсь в империю и получу нужные навыки. Так что смотрел на их работу с профессиональным оценивающим интересом. Один инженер из Лемура работал как три я. Разницу чувствуете? Вот так-то. Поэтому летел я в империю с намереньем повысить свои возможности до предельного для всего Содружества уровня. Благо такие возможности имелись. Мне как принцу и родственнику правящей семьи могли выдать нейросети и импланты из закрытого списка. О нём я между прочим не знал. Один из инженеров, с которым мы более близко сошлись, рассказывал об империи и затронул эту тему. После моих наводящих вопросов прояснил, что не все импланты и нейросети доступны простому люду. Такими пользуются военные и высшая аристократия. К счастью я принадлежу к последней и у меня не должно было возникнуть проблем. Так при возможности беседуя с лемурцами, я и собирал интересующую меня информацию.

    Сегодня как раз был первый из двух дней который мы отдыхали от использования разгона в обучающих капсулах, когда меня вдруг вызвал капитан «Витязя». Выяснилось, что мы пересекли границу империи, тут работали глушилки и нас выбросило в открытый космос неподалёку от небольшого патрульного корабля. Несмотря на малый размер, капитан был уверен, что он разделает наш крейсер без особых проблем. На нём стояли туннельные пушки. А сообщал он мне об этом для того, чтобы я прошёл опознание, и мы двинули дальше. Корабль-то был приписан к корпорации «Шейн» в Хире, а это Окраинные миры. Местные «диких», как они называли граждан Окраинных миров, у себя не особо любили. Мол, нечего им тут делать.

    Опознание прошло нормально, меня как принца пропустили без досмотра. Приятное исключение. В принципе из-за закрытых границ Центральных миров, все прибывающие корабли подлежат досмотру, но членов высшей аристократии это не касается. Не всей, только той, что в списке, лично утверждённом императором. Я в том списке состоял. О Тиме не знаю, но подозреваю что его исключили… Хотя может и нет.

    Так как у нас не было местных карт, то капитан патрульного малого крейсера сбросил нашему корабельному искину обновлённую карту местных трасс с координатами планет и закрытых зон. Удобно.

    После разгона наш «Витязь» ушёл в гипер прыжок. Да, кстати, крейсер на самом деле назывался по-другому, но близкая аналогия на русском звучала именно так. Да и для моего слуха было приятнее.

    Экипаж крейсера состоял из тридцати шести членов команды, да ещё двести тридцать человек которые в экипаж не входили, но за крейсером числились. Это были техники летной палубы, пилоты истребителей и штурмовиков, и взвод противоабордажников. К этому ещё приплюсовать десять офицеров штаба эскадры корпорации «Шейн», взвод гвардейцев и нас с Малией. Почти триста человек прибыло в империю Лемур.

    Именно столько я мог оторвать без ослабления эскадры с согласия адмирала. Десять офицеров штаба и команда корабля, вместе с самим крейсером мне нужны для усовершенствования. Да-да, я собирался закупить всем флотским и офицерам новейшие военные нейросети, импланты и боевые базы, а так же модернизировать «Витязь» из шестого поколения в девятый. Выше не получиться, десятым с переходом на одиннадцатый пользуются только военные Лемура и император Эго.

    Ничего, девятый тоже в свободной продаже трудно встретить, но, как и с нейросетями, я мог покупать, что необходимо со складов госрезерва. «Витязь» и флотские это первая ласточка, если получится, я весь свой флот в восьмое и девятое поколение переведу. Планы такие были на будущее.

    В данный момент мы летели к столичной планете лемурцев, с таким же названием, Лемур. До неё оставалось семь дней лёта в гипере, крейсер, к сожалению, максимально уходил на пять с половиной, поэтому потребуется два прыжка. Но я особо не беспокоился, мы уже находились на территории Лемура.

    — А где твои пространства? — спросила Малия. Она вошла в кабинет, где я сидел уже два часа с той минуты как мы ушли в гипер и изучал карту империи.

    — Далеко в стороне. Там же планета Тима, — рассеяно ответил я и указал на висевшей перед нами голограмме, где именно располагалось астероидное поле, которое должно было перейти в моё наследство. — От столичной планеты два дня лёта.

    — Хира побольше будет, — уверенно сказала Малия, осмотрев голограмму.

    — Да, раза в два. В Хире пятьдесят восемь планет земного типа, в Лемур всего двадцать десять, да и территории не такие обширные. Однако Лемур считается самым продвинутым государством в техническом плане. Не зря они уже на одиннадцатое поколение переходят, а соседи только на десятое.

    — Посмотрим собственными глазами, какое оно, государство инженеров.

    — Кстати, я тебе всё же посоветовал бы поменять нейросеть, импланты и базы знаний. Да, знаю, что всё придётся учить заново, но по сравнению с той техникой, что ты пользовалась в Хире. Это небо и земля.

    — Я подумаю, — кивнула жена и продолжила изучать голограмму.

    — Я подберу тебе нужные комплекты, — пообещал я и вернулся к работе.

    Мне нужно определить, где создать свою штаб-квартиру. У отца не хочется, сейчас мы летим к нему, но поживём там всего неделю, вступим в наследство, познакомимся с родственниками, с императором в том числе, и можно посмотреть на наследство своими глазами. Идея развернуть там шахтёрскую станцию и начать добывать ценный металл не оставляла меня, но к сожалению забрать с собой из того что оставалось в Хире и подготавливалось к передислокации на планету Малия, я ничего не мог. Соответственно всё это требовалось искать тут. Пока сказать ничего определённого не могу, но при возможности организую тут свою берлогу. Пока с деньгами напряг, всё шло к организации жизни на трёх планетах, на караваны и закупку оборудования для переселенцев. В общем, посмотрим по ситуации.

    Поработав ещё немного, я был отвлечён Малией, и мы переместились в спальню. О карте я не вспоминал до самого нашего прибытия на планету Лемур.

    * * *

    Мы с отцом стояли на красной ковровой дорожке у парадного входа во дворце императора и общаясь на предмет моего скорого представления правителю империи, перешли на другую тему.

    — … значит, не успел? — угрюмо спросил я.

    — К сожалению, ты в нём не ошибся. Я не знаю, кто сделал Тима подобным чудовищем, эксперты уже работают в Люмер, но все твои слова подтвердились. Он действительно имеет некоторые психические отклонения и активно пользуется этим. Ты не знаешь, но пока он держал свою планету в закрытом состоянии, то казнил порядка двух тысяч бывших военных, недавних пенсионеров.

    — Нейросети и импланты? — спросил я.

    Эго старший тяжело посмотрел на меня, печально вздохнул и ответил:

    — Ты мыслишь также как и Тим, это печально. Однако ты совершенно прав, он под разными предлогами с помощью полиции задерживал бывших военных, после чего они исчезали. Только недавно выяснилось, чем именно он занимался. По прилёту он через посредника выкупил медицинский центр и там с помощью доставленных с собой специалистов, извлекал нейросети и импланты. Мы сделали ошибку, когда отказали ему в доступе на рынок имплантов и нейросетей девятого поколения. Вот он и нашёл обходной путь.

    — Мразь, — с чувством сказал я. — А что за корабли у него были и как он смог уйти?

    — Как и в сфере имплантов, ему был закрыт доступ к покупкам более совершенных кораблей. Доступны ему были только восьмое поколение, да восемь плюс. Но его видимо это не устраивало, он заложил большую часть своей планеты разным банкам, набрав кредитов, дошёл до разбоя, с курьером СБ империи вышла ошибка, его люди приняли его за инкассатора, модель одна. Так вот, он набрал средств, чтобы купить боевую среднюю станцию девятого поколения, СБ уже разбирается как он смог это сделать, десять транспортов восьмого поколения, но это уже легальная покупка, и двадцать боевых кораблей. Три линкора, два носителя, остальные крейсера. Ты спрашивал, как он смог уйти? Ответа я не знаю, но СБ считает что тот просто звериным чутьём понял о нависшей угрозе и за два дня до приказа на захват исчез с орбиты Неи, его планеты. Они прорвались через границу, глушилка сработала штатно, но два патрульных крейсера ничего не смогли сделать, кроме как подбить два транспорта, так что станция у Тима теперь некомплектная. Останавливаться он не стал, пройдя территории трёх Центральных государств и шести Окраинных, он добрался до тех мест, где считает себя в безопасности. Сейчас находиться в Диком космосе.

    — Какое Окраинное государство он пересёк, координаты есть? — поинтересовался я.

    — Да, известно, лови файл с его маршрутом.

    Быстро изучив предоставленный файл, я с облегчением вздохнул. Те сектора вселенной, где находятся мои планеты, находились далеко, полгода лететь, так что я не опасался, что Тим случайно на них наткнётся. Не стоит отменять закон подлости, и такое бывает.

    — Меня из всего этого больше всего интересует, где он людей столько набрал, ведь большая часть из них это высококлассные специалисты, — пробормотал я, сворачивая файл и убирая его в архив. Изучение у меня заняло всего секунд восемь, отец даже не заметил, так как мы продолжали беседовать.

    — У него было полгода, с момента прибытия, большую часть подготовил, а часть набрал из заключенных. Они остановили тюремный транспорт, идущий на планету-тюрьму в соседнее государство. На неё свозятся приговорённые с трёх государств. Часть заключённых и команду они уничтожили, да и транспорт взорвали, но добровольцев он набрал прилично, порядка двух тысяч. Это недавно удалось узнать.

    — Да-а-а, кадр, — вздохнул я.

    Прибыли мы на Лемур два дня назад. По прибытии со мной связался отец, его уже известили, и пригласил к себе. В это время крейсер полз на разгонных к планете, вся столичная система была перекрыта глушилками, поэтому дав согласие мы стали собираться. А когда через шесть часов добрались до планеты, то на челноке спустились вниз, оставив крейсер вместе с командой и пассажирами на выделенной орбите. Со мной была только четвёрка гвардейцев непосредственного сопровождения, капитаны Гин и Лок. Про Малию и говорить не стоит, естественно она отправилась со мной. Два часа у зеркала крутилась и принаряжалась, и блистала во всей красе.

    Добрались мы до Лемура в час ночи по местному времени, но отец и его молодая супруга нас всё равно ждали, только мои младшие сестрёнки спали, с ними мы познакомились на следующий день. Милые создания, они быстро нашли общий язык с Малией. Отец оказался выше, чем я думал, его жена красивее, но встретили они нас тепло, даже обняли и после недолгих приветствий передали на руки дворецкому.

    Тот устроил нас в апартаментах, мои гвардейцы были устроены в специализированной казарме, тут мне гарантировали безопасность, и проводил в банкетный зал, где дожидался праздничный ужин. Ничего особенного, мы просто посидели час, поужинали, знакомясь друг с другом. Старший Эго оказался более крепким, чем я думал, он был искренне рад моему возвращению, его жена не ревновала, ничего подобного и мило беседовала с Малией. Та первое время стеснялась, но чуть позже освоилась и уже сама втянулась в беседу о модах в столице. Нас ведь будут всем показывать, поэтому требовалось обновить гардероб по местной моде.

    Это их дело, так, краем уха слышал, о чём они говорили, сам же общался с отцом. О Тиме не говорили, не хотели портить вечер. На следующий день было не до этого, прибытие портных, взятие мерок, заказы костюмов и других необходимых мелочей, знакомство с сёстрами, да и со столицей. Всё это пролетело одним махом, а вот сегодня утром, на третий день нашего пребывания в столице, старший Эго сообщил, что сегодня планируется встреча с императором Эго, моим дядей. Это была просто неофициальная встреча, дядя хотел пообщаться со мной и понять что я за человек. Меня это как раз не удивляло, спасибо Тиму за его репутацию. Мы ведь братья как-никак.

    Мы прибыли за полчаса до назначенного времени, но император был занят и отодвинул её ещё на полчаса, поэтому мы с отцом и повели разговор о Тиме и я получил новую информацию. О том, что Тим сбежал из империи, он мне сообщил ещё в глайдере, на подлёте к императорскому дворцу, а сейчас я узнал подробности.

    В это время к нам подошёл распорядитель и слегка поклонившись, пригласил проходить за ним. Император ждал нас.

    Мы шли за ним по коридору, потом прошли арку, оставили сбоку шикарную лестницу на второй этаж в таком же шикарном холле и, повернув в следующем коридоре направо, упёрлись в большие двухстворчатые двери, которые охраняли двое гвардейцев. Они не пошевелились, пока распорядитель лично открывал двери. Во архаизм, самые обычные двери на петлях без сервоприводов и системы управления. В первый раз такие вижу. И ведь систему управления замка не взломаешь из-за отсутствия оной. Да тут вообще замка не было, похоже, гвардейцы не отлучались от этих дверей, только менялись.

    Старший Эго первый шагнул в кабинет, немедля я последовал за ним. Кабинет был большим и явно угловым, потому что высокие окна выходили на две стороны. Окон было по три с каждой стороны.

    Надо сказать, что кабинет меня впечатлил. Видимо император был большим ценителем антиквариата, или это всё было копии. Этот кабинет больше подошёл бы императору Российской Империи времён Николая Второго, чем Государю технически развитого мира. Но чуть позже я стал замечать искусно вделанную в предметы обстановки вполне современную технику и вздохнул спокойнее. У меня почему-то мелькнула мысль, что император слишком повёрнут на антиквариате, но нет, нормальный он оказался. Ни один коллекционер не даст уродовать стол, которому тысяча лет, чтобы впихнуть в него электронику. Так что это, скорее всего дань традиции. В принципе я сам такой, если удобно и красиво то пользуюсь, но и от стиля военной миллитари не откажусь.

    Встреча была деловая, просто знакомство, поэтому Малии с нами не было, она с моей мачехой рванула по магазинам. Император вышел из-за стола, спокойно поздоровался со мной. Пожатия рук тут не использовалось, поэтому я не стал её протягивать, чтобы не попасть в неловкую ситуацию, только кивнул.

    — Присаживайтесь, — указал на два дивана со столиком между ними, предложил император. Он со своим младшим братом сел на один диван, я же на второй. Оба Эго смотрели на меня с непонятым интересом, я даже неудобно себя почувствовал под их взглядами.

    Сперва разговор был ничего не значащий, о полёте, как его перенесли. Удивились, что я учил военные базы по действиям на планетах, зная о моём решении менять импланты и закачивать более новые базы. Поспрашивали, как нам живётся в Хире. О верфи и корпорации. Я уже понял, к чему они ведут разговор и внимательно смотрел на них.

    — Рино, ты в курсе, что принц крови твоего ранга не может владеть больше трёх планет? — спросил, наконец, император.

    — Изучил законы Лемур, — кивнул я, и улыбнулся.

    — Судя по твоей улыбке, ты догадался, о чём пойдёт разговор, — констатировал император и покосился на своего младшего брата.

    — Предполагаю, — не согласился я с определением.

    — Озвучь, хотелось бы услышать.

    — Это не сложно. Вам стало известно о том, что я собираюсь заселить и взять под свою руку три дикие планеты, организовав Княжество. Переселенцы перешли под мою руку и действуют в рамках закона. Как принц я могу по старому закону Содружества брать под свои руки дикие планеты и цивилизовать их. Однако ситуация с Тимом сложилась так, что я стал следующим наследником на его планету. А я могу иметь три планеты, не четыре. Именно об этом вы хотите поговорить. Отвечу прямо, меня она конечно интересует, но брать её под свою руку после того как там повеселился Тим, просто глупо. Внешне мы с ним полные копии и ненависть граждан к Тиму перекинется на меня, а ждать десятки лет пока она не выветрится, показывая своими делами, что я совсем другой человек, слишком затратно. Мне это не надо, меня устраивают те три планеты, что я собираюсь взять под свою руку. Это интересная работа, и я хочу ею заниматься. Что делать с Ноей я не знаю, но уверен, что у вас уже есть идея. Предположу, что вы хотите её отдать моему отцу. Так?

    — Хм, ты практически во всём угадал, — кивнул задумчивый император.

    — С моей стороны проблем не будет. Когда нужно официально передам планету отцу… Что я упустил?

    — Напомни мне, сколько таких вот беглецов как ты смогло колонизировать дикую планету, и сколько она просуществовала? — попросил император.

    Ответ мне был прекрасно известен, я уже провентилировал этот вопрос и знал что ответить:

    — Таких попыток было шестнадцать, одну из них можно назвать удачно, цивилизация просуществовала почти двадцать лет пока её не нашли и не уничтожил карательных корпус Содружества, — невозмутимо ответил я, и под конец речи усмехнувшись, добавил. — Государствам Окраинных миров не нужны конкуренты в Диком космосе, ведь они могут снабжать пиратов всем необходимым. Крейсера Дальней разведки Окраинных государств не только составляют карты неосвоенных систем, но и ищут таких вот наглецов что хотят устроиться за спинами пиратов. Именно поэтому пираты и живут в основном на станциях и часто меняют их местоположение. Тим, кстати, уверен, планирует именно это. Если его не остановить, лет через тридцать он возьмёт большую часть пиратских кланов под свою руку и образуется новая империя. Кровь Эго.

    — Ты об этом знаешь и всё равно пытаешься создать крохотное государство? — удивлённо приподнял правую бровь император.

    — У меня есть пять-шесть лет, пока Окраинные миры Содружества адекватно отреагируют. К этому времени я успею подготовиться и встречу карательный корпус отличной обороной. Но не думаю, что будут от них проблемы, до этого обычные отверженные пытались выжить в Диком космосе, а не принцы крови, что имеют возможность, довести Княжество до уровня Центральных миров. Они меня не тронут, я посещу всех глав государств и поговорю с ними об этом. Даже посольства организую.

    — Думаешь получиться?

    — Пятьдесят на пятьдесят, — честно ответил я.

    — Ты забыл или не учёл то, что мы можем взять тебя под свою руку и объявить Княжество территорией империи. В этом случае проблем от соседей тебе ожидать не стоит. Правда кроме того что все граждане Княжества будут считаться гражданами империи, представителями СБ империи и контрразведки, больше ничем помогать мы тебе не будем. Свои планеты ты должен защищать сам, уверен, они заинтересуют пиратские кланы, что расположены ближе всего.

    — На Гурии где я жил, есть такой старинный обычай, — задумчиво пробормотал я, осмысливая сказанное. — Родители бросали своё немеющее плавать чадо в воду и смотрели, как он барахтается. Так они его учили плавать… Навеяло с ваших слов, дядя.

    В принципе предложение императора меня заинтересовало, конечно, придётся платить налог в казну империи, но у Княжества оно заметно снижено. Зато защита со стороны империи и твёрдая уверенность, что если кто к нам из соседей полезет, то потом к ним придут каратели из Лемур. Про пиратов тут речи не идёт, с ними нам придётся бороться самим. О, ещё на посольства тратиться не потребуется, нас будут представлять посольства и консульства Лемур.

    — Похоже, — согласился император.

    — Сейчас я вам ничего не скажу. Мне нужно подумать, но думаю через несколько дней я дам вам свой положительный ответ, — сообщил я дяде.

    — Хорошо, — буду ждать, по его губам скользнула улыбка. — Есть вопросы, просьбы?

    — В принципе нет. Хочу поменять нейросеть на более совершенную, импланты и базы знаний тоже. Но у меня уже есть доступ и контакты в корпорации «Нейросеть». Так же есть контакты в службе тыла флота. Получил вчера. Остальное я добуду сам.

    — Хочешь повысить боевые возможности своего флота, — понимающе хмыкнул император. — Что ж, удачи тебе… Ладно, через два дня будет твоё официальное представление обществу, будет пресса и другие родственники. Готовься сам и готовь жену…

    Говорили мы ещё около полчаса, но так как время императора было расписано на несколько недель вперёд, мы с сожалением расстались. Интересно поговорить с умным человек, тем более, когда он является правителем не самого слабого государства.

    Главное для меня было то, что семья в лице императора приняла меня, и пообещала помогать по мере возможности, а остальное сам, бросили — выплывай. Ничего, выплывем. Этот год я проведу в империи, нужно провести своё усовершенствование и получить практику на верфях Лемура. В общем, всё в моих руках, а как оно всё будет, покажет время. Да, только оно.

    * * *

    — Да-а-а, — озадаченно почесав лоб, протянул главный инженер знаменитого на всё Содружество комплекса государственных корабельных верфей Лемура, Итон Ге Шип. — Ты уверен, что у тебя получился минный заградитель второго класса?

    Похоже, инженер жалел, что проект корабля у меня ещё не готов, и я буквально делал его на коленке, отчего ему приходилось расспрашивать меня. Однако мне даже доставляло удовольствие явное удивление двухсотлетнего опытного инженера.

    — Ну да, с виду он как малый корабль, вроде корвета, — вынужден признать я очевидную вещь. — Однако всё же этот миноносец принадлежит к классу крейсеров, значит не третий, а второй класс. К тому же я могу вам с полной уверенностью сообщить, что заградитель перешёл на следующий уровень поколений.

    — Двенадцатый? — выпучил глаза инженер.

    — Да, — скромно потупил я глаза. — Пришлось постараться. Выделенное мне для работ оборудование было десятого поколения, но оно позволяло ставить эксперименты, что я и делал.

    — Тогда поздравляю, если заградитель действительно двенадцатого поколения, то это первый и единственный корабль с таким оборудованием в империи. Странно что СБ им не заинтересовалось и не выставило охрану.

    — Я же всё делал в тайне, в закрытом ангаре, откуда им знать? — пожал я плечами.

    — Всё же он какой-то маленький.

    — Это транспортное состояние. В обще-то это трансформер. При полной минной загрузке он вырастает в три раза. Я использовал оборудование сворачивания, как на станциях. Трюмы свёрнуты, а мы видим только сам корабль.

    — А вот это уже интересное инженерное решение, — оживился Ге Шип. — Значит так, я принимаю твой проект как дипломную работу. Сейчас извещу СБ, флот и службу что отвечает за испытание новейшей техники. Дальше уже зависит от них. Если заградитель пройдёт испытания, то возможно придётся пускать его в серию. Небольшую, пробную. Кстати, а чем он вооружён, а то я только пусковые и турели ПКО вижу.

    — Туннельной пушкой, — вздохнул я.

    — Туннельной?! Как ты её туда втиснул?! Там вообще место для экипажа осталось?!

    — Пушку восьмидесятку поставил, заградителю это пригодится расстреливать «умные» мины противника издалека, да против кораблей поможет. А по жилому модулю… Стандартная численность команды этого корабля шесть человек, есть две свободные каюты для пассажиров.

    — Я сейчас понимаю, что я что-то не понимаю, — снова зачесал лоб инженер. — Ну не может там поместиться шесть человек и ещё остаться место.

    Мы находились в огромном ангаре средней верфи, с большими суставчатыми руками механизмов и вот четыре таких огромных манипулятора держали небольшой корабль, который инженер никак не мог принять за крейсер. Ну не влезал он в стандарты Содружества.

    — У крейсера нет разгонных двигателей, поэтому места там хватает, я даже установил на борту комнату для релаксации, тренировок и отдыха. А причина, почему там нет разгонных двигателей, потому что мой гипердвигатель позволяет прыгать кораблю без разгона, с места. Как кратковременно по системе, так и на большую дальность прыжка. К вашему сведенью, по всем предварительным расчётам чтобы добраться до столицы соседнего государства ему потребуется не шесть дней, как кораблям империи, а чуть больше суток.

    Ге Шип громко сглотнул и с трудом выдохнул:

    — Это уже не двенадцатое поколение а… четырнадцатое?..

    — Вам виднее, тут испытания требуются.

    — Ты ходовые испытания случайно не делал? — с подозрением спросил инженер.

    — Ну, делал, — нехотя ответил я. — Должен же был я знать что построил. Моя жена была в восторге. Ничего подобного она ранее не пилотировала. Кстати, все программы для искинов я писал лично, в некоторых местах были сбои и пришлось дорабатывать. Ходовые испытания их выявили. Думаю ещё сбои будут, но по мере флотских испытания их выявят, и я их устраню.

    Без разрешения я не мог проводить испытания заградителя, и инженер это понимал, но только махнул расстроено рукой и сказал:

    — Я вызвал всех представителей служб, скоро они подойдут, но сразу предупрежу. Без проекта постройки на испытания они его не возьмут, так что поторопись с ним.

    — Сделаем, — кивнул я и добавил. — Кстати, согласно внутренним правилам верфи, инженер построивший корабль имеет право выкупить его в собственное пользование. В данном случае поколение не имеет значение. А это, как не крути, мой корабль.

    — Это ты с СБ решай. Я согласие подпишу. Ты прав, это один из внутренних законов и правил для мотивации сотрудников, только вот вряд ли тебе его отдадут.

    — Это мы ещё посмотрим, — улыбнулся я и, хлопнув инженера по спине, пошёл встречать гостей. От створок пришёл сигнал о первых посетителях. Судя по картинке, что транслировал камера, первыми успели сотрудники безопасность. Посмотрим, заинтересует ли мой проект флотских империи.

    Как оказалось даже очень. Ангар мгновенно был наводнён представителями СБ верфей, ну их трое было, а специализированных дроидов, что заняли все возможные места для охраны внутреннего пространства ангара, три десятка. Надо отдать должное старшему, майору Киоту, он сразу понял, в чём суть, однако никакого удивления на его лице я не заметил. Удивляться он начал позже.

    — Официально уведомляю всех присутствующих, что в связи с секретностью проекта, с вас возьмутся подписки о неразглашении, — сказал он, выслушав ТТХ созданного мной кораблика.

    Один из его подчинённых отвёл Ге Шипа в сторону и стал о чём-то расспрашивать, а мы с майором направились к кораблю. Тот, как я уже говорил, висел в манипуляторах дока, поэтому мы прошли под ним, чувствуя моральное воздействие от нескольких сотен тонн металлов над головой, и вышли к носу, где была нашлёпка крышки шахты скрывающей туннельное орудие. Пушка была без башни и заградитель, как самоходка, мог стрелять, только поворачиваясь с помощью маневровых движков.

    — Интересное решение, — пробормотал майор, оглядывая моё творение. Видимо у него были инженерные знания, раз он по внешнему виду смог примерно определить возможную манёвренность крейсера. По крайней мере, его возглас я понял именно так.

    — Пришлось установить четыре маневровых двигателя на корму, более мощных, чтобы они заменяли разгонные. Но зато топливных баков нет, что увеличило жилую площадь внутри для экипажа.

    — Меня больше интересует гипердвигатель и как вы смогли его создать.

    — Так это не моя разработка, — честно ответил я.

    В этот момент с майором на моих глазах произошла метаморфоза, из расслабленного состояния он перешёл в боевое, и жёстко глядя на меня спросил:

    — Кто разработчик?

    — Некто Гион Гея, студент в филиале инженерного университета Лемур, что на Троице. Ему восемнадцать, учиться ещё год. Он выложил в сети свою разработку как курьёз, мол, интересное инженерное решение, но бесперспективное. Тупиковое. Я поначалу тоже так решил, но у меня выучено несколько специализированных баз по гипердвигателям пятого ранга и я просто ради интереса, ещё, когда стажировался на вервях по постройкам станций на Кульне год назад, поработал над этим проектом. Он, конечно, после этого сильно видоизменился, но, к сожалению, основа всё же взята из разработки Гея. Когда проект виртуально заработал, то я связался с этим студентом и выкупил у него всё права. За пятьсот кредитов. Тот был рад от него избавиться и ещё удивлялся, что могло в нём меня заинтересовать. После покупки я оформил проект как положено.

    Майор после моего объяснения буквально схватился за голову и тут же замер с отсутствующим видом. Я был уверен, что он связывается с коллегами на столичной планете по красному коду и поднимает всех на уши. Наверняка задача стоит изъять из сети все упоминания об этом проекте и пообщаться с Геем. Но я ещё больше испортил ему настроение.

    — Там было зафиксировано более трёх тысяч скачиваний, проект разошёлся по сети. Его обсуждали в своё время на множестве инженерных форумах, да вроде до сих пор обсуждают. Но на инженерных форумах его тоже описывают как бесперспективный.

    — А у вас он как заработал? — устало спросил майор, очнувшись и посмотрев на меня.

    — Нестандартные решения. В Лемур почему-то не отходят от шаблонов. В случае с гипердвигателем, я его, кстати, назвал «Эго-одиннадцать», мне пришлось разделить гипердвигатель на две части, главная находится в корме, вторая вспомогательная в носу. При таком разделении гипердвигатель работает штатно и позволяет уходить в гипер с места. Я мог бы объяснить более подробно принцип работы «Эго», но не думаю, что вы поймёте хоть что-то.

    — Вы правы, не пойму… Подождите, а почему вы уверены, что он работает?

    — Я проводил недельные испытания в двух секторах отсюда, — пожал я плечами. — Вчера только вернулся.

    У майора, по-моему, волосы встали дыбом от моего простого и слегка безразличного ответа.

    — То есть вы вводили эту технику с территории верфей и позволяли возможным промышленным шпионам изучить её?!

    — Что вы так разволновались? — приподнял я бровь. — Вывез я его с помощью своего транспортника, а на месте уже и были проведены испытания, прыжки по самой системе и через три сразу. Было выявлено несколько детских болячек, и они были устранены. В системе никого не было, на заградителе стоит самая совершенная система сканирования, еле у начсклада выбил, так что всё в порядке. Во время испытания мы пробовали уйти в гипер при работающей глушилке. Специально у флотских на неделю выпросил.

    — И что?

    — А ничего, мой гипердвигатель работает на совершенно других принципах и ему начхать на излучения глушилки. Конечно, чуть позже найдётся способ глушить работу моего гипердвигателя, но сейчас такого оборудования пока просто не существует. У меня есть запись ходовых испытаний, скинуть?

    — Присылайте на мою нейросеть, — расстроенно махнул рукой майор. — А почему «Эго-одиннадцать»? Есть ещё десять прототипов?

    — Не-е, это я в свою честь назвал, — ответил я и стал работать со своим коммуникатором, где находилась запись испытания, память своей нейросети я такой ерундой не забивал, у меня там полно невыученных баз знаний и других важных файлов. — Я одиннадцатый претендент в списках наследников императорского трона. Так в столичном светском журнале «Хеосс» написано. Я эту муру не читаю, но обе мои жёны следят за ситуацией в свете. С намёком название.

    — На мой взгляд, со слишком жирным намёком.

    — Ну я всё равно название менять не буду.

    — Ясно, — ответил майор и посмотрел в сторону входа, где один из его сотрудников пропускал в ангар группу флотских офицеров. Как я понял это прибыли представители флота и испытатели. Переглянувшись, мы так же синхронно посмотрели на заградитель, и направились встречать новоприбывших. Работы впереди ожидаются больше, испытания подобной техники длятся не менее месяца, так что всё это время нас ожидают тяжёлые времена. Мы прошли ко входу и начали знакомиться с новоприбывшими.

    Поясняя полковнику Антессу, что и отвечал теперь за испытания заградителя, ТТХ крейсера, я машинально отвечал на его вопросы, а сам ушёл мыслями в прошлое, вспоминая, как два с половиной года назад мы прибыли в империю.

    Да, почти месяц мы фактически не пропускали разных званых вечеров и балов, когда приходили пригласительные билеты. Сперва было официальное представление гражданам империи и Императору, то есть нас показали по телевиденью и сетевым новостям. Это показывало всем, что он меня признал. Ну а дальше змеиное логово, как я назвал это сборище аристократов, что приближено к трону Императора, из них часть как бы моих родственников. По виду и не скажешь, что там идут дрязги и схватки за место под солнцем, чтобы сдвинуться поближе к трону, но потом я прочухал это дело и стал искусственно от всего этого отдаляться, благо было чем заняться. Кстати, ранее я был тринадцатым претендентом на трон, не очень приятная цифра, не так ли? Но двое претендентов сошли с дистанции за эти два года, и я передвинулся на одиннадцатое место. Честно говоря меня настораживала гибель обоих, хотя имперская безопасность и служба что отвечала за безопасность Императора, всё тщательно расследовали и не нашли ни каких следов чужого вмешательства. Один погиб, слетев с трасс на глайдере и влетев под грузовик, гибель мгновенная, другой банально подавился косточкой, однако когда его нашли, доставлять в медкапсулу было уже поздно. Мозг умер.

    Теперь по нас с Малией и чуть позже присоединившейся Кианой. Через восемь дней после прибытий и официального бала в нашу честь, мы с Малией легли в капсулы и нам установили новейшие нейросети. Обоим очень дорогие универсальные, каждая по восемь миллионов кредитов, и это если не считать усиливающие импланты, а ставили их до предела возможностей нейросети. Если это возможно, то почему нет? Тем более это были нейросети и импланты с приставкой био, можно сказать одна из последних разработок Лерков и спецов корпорации «Нейросеть». Для Лерков это было просто интересная задача, сами они, как я уже говорил, нейросети не использовали, а вот учёные работали с полной самоотдачей.

    Прервусь на минуту и поясню что это за нейросети. Это были универсальные нейросети аж одиннадцатого поколения, спасибо отцу выбил, как и импланты. Производительность сумасшедшая. К тому же универсалы, а это означало что теперь любое дело нам по плечу. То есть чем бы я не занялся, то стану мастером в этом деле выучив базы и при использовании усиливающих возможности имплантов. Это не как с моей прошлой нейросетью, инженер-пилот-врач профессионал, остальные так, умения ниже среднего. С универсалами всё гораздо интереснее, теперь я могу стать во всём профи, тут главное иметь свободное время и нужные базы знаний, после чего закрепить их в капсулах виртуального погружения. Этим мы и занимались. Жена становилась пилотом малых-средних-тяжёлых кораблей, а я пошёл немного по-другому пути. Я решил стать ещё инженером-проектировщиком в двух направлениях, станционщик и корабел.

    Следующие два с половиной года пролетели для нас как миг, я учил базы, и стажировался на одной из самых известных местных верфей по производству станций. Кстати, такая верфь в Лемур была одна, это по производству кораблей четыре, а по станциям одна, я уж знаю, будьте уверены.

    Теперь по Киане стоит рассказать. С ней нас познакомили ещё во время первого бала у Императора, дочь командующего флота была чудо как хороша и мы быстро нашли с ней общий язык. Малии она тоже понравилась, и они быстро зацепились языками общаясь. Киане уже было восемнадцать с половиной лет, но она ещё не ставила нейросеть. У неё были свои интересы, но до замужества она решила её не устанавливать, передав всё в мои руки. Мол, как я решу, тем специалистом она и станет. Я решил, что это её выбор, пусть сама решает. Через месяц у нас состоялась свадьба. Так как в детстве мы были помолвлены, то обошлись без церемоний. Киана оказалась девушкой весёлой, смешливой и беззлобной, так что мне было с ней хорошо, и я не прогадал, согласившись сделать её своей женой. По своей новой специальности младшая жена выбрала знания биоинженера, уровень интеллекта позволял ей установить специализированную нейросеть и заучить необходимые базы. Она занималась селекцией некоторых семян сельского хозяйства и имела у нас в доме в подвале необходимую лабораторию. Смежные профессии она выбрала пилот малого корабля и оператор защиты кораблей крейсерского класса. Сейчас дополнительно учила специальность медтехника и корабельного техника.

    Теперь по мне. После установки нейросети и имплантов, я две недели ничем не занимался, кроме посещений светских раутов и балов, давая имплантам усвоиться и выйти на штатный режим работы, но чуть позже подал заявление администрации верфи Кульн для прохождения практики и работы над собственным проектом. Следующий год мы с жёнами были оторваны от общества и жили на верфи, в жилом секторе. У нас было в апартаментах две своих обучающих капсулы, это была совместная разработка местных учёных и Лерков девятого поколения, и поднимали базы.

    За год я поднял необходимые базы до пятого ранга, а семь самых важных, до шестого, продолжая потихоньку поднимать остальные. Всё свободное время на это тратил, но всё же для жён находил время, чтобы они не скучали. Ладно, ещё в первые месяцы мы мало друг друга видели, учась.

    Помня о своей первой разработке, боевой станции модели «Киллер», что я изобрёл на Варре и чуть позже её пустили в работу, то решил, модернизировав её, сделать своим дипломным проектом. Всё время уходило на учёбы в капсуле да на практику на верфях, так что такая хитрость помогла, я переделал проект «Киллера» на одиннадцатое поколение, произвёл все расчёты, и предоставил на суд инженеров верфи. Те долго изучали проект и признали что он стоящий. Флотские тоже заинтересовались им, и оплатили изготовление трёх пробных единиц для испытаний. Чуть позже их начали изготавливать на нужды флота, так как испытания они прошли, и я как разработчик начал получать отчисления. Надо сказать неслабые. Эти станции поступили на склады госрезерва, так как необходимы они были только на случай войны, да Дальняя разведка зарезервировала себе парочку.

    После сдачи экзамена и получения сертификата специальности инженера высшей категории, до этого у меня были только вторые ранги, я заинтересовался медициной и провёл полгода стажируясь и обучаясь новейшим методикам лечения больных и раненых, да и просто использования местных капсул. Но потом занялся другим делом, кораблестроением и подал заявку на практику на столичный комплекс верфей Оттен. Тут я практиковался в постройке кораблей, и начал свою дипломную работу, чтобы получить ещё сертификат специальности инженера высшей категории, в этом умении, то есть корабела.

    Что ж, чуть больше года усилий по практике, учили меня серьёзно, даже выдали секретные базы знаний, чтобы я мог работать с оборудованием одиннадцатого поколения и как итог, у меня все базы подняты до пятого ранга, некоторая часть до шестого и готов дипломный проект. Его должны поставить на испытания. Но посмотрим, что из этого выйдет. По практике построек станций и кораблей, могу сказать так, я был сборщиком, собирая станции от малых до сверхбольших, собирая корабли от малых до сверхбольших, вроде дредноутов. Но всё же самое важное это мои проекты, и кажется второй скоро тоже получит жизнь.

    В общем, основное моё направление по специальностям, это инженер-станционщик высшей категории, врач высшей категории, пилот малых и средних кораблей, пилота больших кораблей мне не подтвердили из-за устаревших баз знаний, а новейшие хоть и были закачены в память нейросети, я ещё не учил, просто не когда было. Ну и вскорости ожидалось получение сертификата инженера-кораблестроителя высшей категории. Ещё у меня были закачены на нейросеть базы разной направленности, но честно говоря, я их не учил, просто не было времени. И так две недели выделил с некоторым трудом, чтобы выучить базы и получить сертификаты пилота малых и средних кораблей, да и то по минимальному уровню знаний. Это Малия учила всё до шестого ранга, становясь первоклассным специалистом. Сейчас ей нельзя проходить обучение под разгоном из-за серьёзных причин, но об этом чуть позже.

    Теперь по Княжеству и что я сделал, чтобы поднять его и обеспечить всем необходимым. Действовал я конечно дистанционно, но действенно, помощь моя была реальная, и это признавали все, включая командующего флотом Княжества и наместников.

    Тот крейсер «Витязь» на котором мы прибыли в Лемур отбыл прямиком в Княжество спустя два месяца. Но за это время, пользуясь своими новыми связями и возможностями, я модернизировал крейсер до девятого поколения, установил всем прибывшим гражданам моего будущего Княжества самые лучшие нейросети и выдал базы знаний, которые они учили, чтобы было возможно использовать оборудование, установленное на их корабль. Штабные офицеры тоже получили всё что необходимо. Так же я закупил достаточное количество нейросетей, имплантов и баз знаний, выработав свой годовой лимит, и отправил их на Малию, где к тому моменту уже организовалась колония столицы. Кроме этого противоабордажники получили скафы восьмого поколения, штурмовые боты и новейшее вооружение, истребители и перехватки на лётной палубе тоже были заменены, технические и ремонтные дроиды… Да всё.

    Вместе с крейсером я ещё отправил купленное мной грузопассажирское судно шестого поколения. Денег не оставалось, вот и купил эту рухлядь, разве что заменил корабельные искины и разгонные двигатели, чтобы он мог уйти от преследования. В трюме транспорта находились реакторы для питания целых городов и промышленных районов, фабрики, заводы планетарного базирования категории «А», то есть не наносящие вреда экосистеме. А в трюме крейсера находилось самое дорогая аппаратура, что я смог выбить. Три единицы оборудования гиперсвязи планетарного базирования со всей инфраструктурой, включая орбитальные спутники и ретрансляторы.

    О том, что они добрались до места, я узнал только через семь месяцев, когда одна за другой станции выходили на связь и были включены в общую сеть Лемур, так что теперь все три планеты имеют одну сеть. Я конечно из-за всех этих покупок влез в долги, но чуть позже мне удалось их погасить и даже выкупить два грузопассажирских транспорта девятого поколения и организовать государственную корпорацию по грузопассажирским перевозкам, Княжество Эго — Лемур. Офис находился на Малии, чуть позже количество судов на этой линии увеличилось до восьми единиц. К тому же некоторые граждане Лемур начали переселиться в моё Княжество, в основном пенсионеры, их очень заинтересовала Нирвана и количество жителей там было доведено до миллиона граждан, всего в два раза меньше чем на столичной Малии. Но новые жители заселялись и на других планетах, в уголках дикой природы. Никто им в этом не препятствовал.

    Думаю, стоит теперь прояснить вопрос с моим Княжеством, а оно действительно было моим. С ближайшими государствами Окраинных миров этот вопрос уже решён благодаря посольствам Лемура и Княжество внесено в реестр навигации Содружества под моим именем. Даже торговля, какая-никакая начала налаживаться.

    Так вот, после моего отлёта, адмирал подготовил первый караван и под достаточно мощной защитой он двинул в путь. В этот раз нанять транспорты не удалось, в Дикие миры мало кто желал сунуться и рискнуть имуществом, поэтому полагались только на свои силы и возможности. Там было всего два тяжа, «Кашалот» и второй что приписан к моим вооруженным силам, а так же тяжёлый шахтёр который имел приличные трюмы и жилую палубу, отельные были в основном пассажирские и боевые корабли. Всего набралось аж пятьдесят одна единица. Поход был дальний, три месяца только в одну сторону, но всё же не смотря на две мелкие стычки с пиратами, на них просто наткнулись и раскатали, конвой прибыл на Малию и начал размещаться. Пока на орбите начала разворачиваться станция «Шейн», а по системе устанавливаться диспетчерские и боевые платформы, чтобы держать её под контролем и отбиться от чужаков, грузовые платформы, боты и челноки начали спускать вниз первых переселенцев и граждан Княжества.

    Кстати, как мы смогли перевезти за раз почти тридцать тысяч человек. Идея была не моя, но после некоторого раздумья я её принял. Как я уже говорил эскадра до того как они ушли под мою руку была наёмничья и они безобразничали не только на территориях Рейко, но и Люмер, и им удавалось у последних перехватывать транспорты с криокамерами рабов. Часть этих средних транспортов шли с первым караваном. Так вот капсулы тоже были захвачены трофеями, и они были многоразового действия. В общем, после проведённого с моей подачи совета было решено перевозить переселенцев в транспортах именно в капсулах. Их было чуть больше тридцати тысяч, и надо сказать это удалось. Все они были благополучно доставлены на столичную планету, разморожены и выпущены. Правда, разморожены поэтапно. Сперва строителей, шахтёров и полицейских, чтобы они принялись за работу, потом после создания какой-никакой инфраструктуры, поднимались остальные. Это заняло около двух месяцев. После этого караван с набитыми трюмами ценным концентратом руды, тут шахтёры постарались, отправились обратно. Так что при первом рейде мы не только заселили Малию первыми переселенцами, но и перевезли руду стоимостью более двухсот миллионов кредитов. Система с астероидами действительно была богатой и шахтёры работали над добычей только самой ценной руды. Это позволило достаточно быстро снарядить ещё один конвой, докупив четыре грузопассажирских тяжёлых транспорта и оборудования. К тому же к этому времени моя верфь построила три боевые станции для Княжества, причём, не открываясь от подработок по модернизированнию местных устаревших станций.

    Второй караван отправился прямиком на Нирвану. Флотские быстро вышибли пиратский клан и уничтожили плантации дури, зачистив планету, после чего туда начали спускаться первые переселенцы, а на орбите разворачивалась одна из трёх боевых станций шестого поколения, что были приписаны к флоту Княжества. Персонал для неё уже был подготовлен и те по мере разворачивания инженерами станции заселяли её и брали под контроль систему с помощью диспетчерских и боевых платформ, раскиданных по системе. Администрация планеты была заранее сформирована и начала работу. Как и на Малии те жили и работали сперва в сборных домиках колонистов, но когда спустя пару месяцев строители возводили три жилых района и деловой центр столичного города, переселялись туда. Моим условием было только то, что в городах недолжно быть жилых зданий выше трёх этажей, для делового центра высота зданий не регламентируется.

    На Нирване конвой-2 задержался на две недели, после того как станция была частично развёрнута, а на планету спущено десять тысяч колонистов, то он отправился дальше к третьей планете, Добрую. Там конвой задержался на месяц, пока разворачивалась вторая станция, и колонизировалась планета двадцатью тысячами граждан (в основном фермеры) новообразованного Княжества Эго. Так были заняты все три планеты. После этого караван посетил систему Малия, где началось разворачивание третьей боевой станции. Всё же «Шейн» грузопассажирская станция, и когда флотские полностью перебрались на военную, она стала гражданским орбитальным терминалом столичной планеты. Так что начальная инфраструктура Княжества была создана.

    Следующими конвоями Княжество постепенно пополнялось людьми и становилось вполне цивилизованным в техническом плане государством, к тому же к этому момент все соседи нас признали. Более того, наконец, была закончена постройка орбитального терминала с лифтами, и всего два месяца назад наместник Малии сообщила, что терминал доставлен, развёрнут и орбитальные лифты заработали. Это было отмечено всеобщим праздником. После этого на меня вышел наместник планеты Доброй. Это планета была в основном сельскохозяйственной, соответственно ей требовалась дополнительная грузопассажирская станция, но была пока только одна, которая не справлялась, да две боевых флотских. Я дал разрешение переместить «Шейн» к Доброй и сделать её грузовым терминалом. На Нирване так же располагалось три станции, две малых боевых и одна малая грузопассажирская, пока этого хватало, но чувствовалось, что станцию, которая временно заменяла орбитальный терминал нужно менять на среднюю, как и на Доброй. Но пока некогда, моя верфь и так работала на износ. Я читал отчёты администрации всех трёх планет и все три в один голос утверждали, что пора перемещать мою верфь в Княжество, это повысит производительность и возможности нового государства. Статус — тоже нужная вещь. Как-никак своя верфь, что повышало статус довольно высоко. Однако я не спешил, модернизации станций империи Хиры и соседних государств давал серьёзный источник дохода и перемещать верфь пока не стоило. К тому же уже был заложен проект среднего орбитального грузопассажирского терминала для Доброй, он ей действительно необходим. А «Шейн» когда в ней исчезнет надобность снова переместиться на Малию и станет моей резиденцией. Посмотрим.

    На данный момент по официальной статистике в Княжестве на всех трёх планетах и соседних системах, это я про шахтёров и военных, проживало почти пять миллионов человек, даже чуть больше. Два с половиной на Малии, чуть больше миллиона на Нирване, остальные на Доброй. Количество военных Княжества у меня было около восьмидесяти тысяч человек, из них четверть тыловики и персонал боевых станций, остальные боевые подразделения и Патруль. Именно на Патруле лежала обязанность чистить трассы от пиратов. Они этим занимались совместно со флотскими и надо сказать изрядно их потеснили, так что транспортные суда, что курсировали между планетами, работали спокойно. Но всё же ходили пока малыми караванами и хотя бы с одним крейсером сопровождения. Попытки захвата их пиратами были, одно удачное, потом пришлось уничтожить этот клан, и три неудачных.

    По флоту скажу так, кроме шести малых боевых станций у всех трёх наших планет он ещё владел одной средней флотской грузопассажирской станцией приписанной к тыловому обеспечению. Именно там и хранился резерв флота. Боевые корабли проходили на ней модернизацию с шестого до восьмого и реже девятого поколения. Бойцы и офицеры во флотском госпитале имевшему новейшее оборудование с Лемура, меняли импланты и нейросети на более совершенные из империи и проходили обучение, что поднимало их профессиональный уровень, так что у меня было серьёзное боевое соединение с опытными офицерами и бойцами. Шесть батальонов десанта, активно участвовали в разгромах баз пиратов, работа находилась всем. На данный момент численность флота Княжества, который можно назвать малым по своему размеру, имел в своём составе кроме станций, дредноут восьмого поколения и флагман где держал свой флаг адмирал. Ещё было двадцать два линкора от восьмого до девятого поколения, восемь носителей, сто семь крейсеров, триста шестнадцать малых боевых кораблей и двенадцать транспортов, от средних до тяжёлых. В эту численность входят и корабли-разведчики, и силы Патруля. Я дал общее количество.

    Одним словом дальняя колония империи Лемур активно развивалась и пополнялась людьми. Как шейнцы так и лемурцы заселяли её планеты. Я держал руку на пульсе и знал обо всём, что происходит в Княжестве, давая указания или выслушивая ценные замечания от наместников. К тому же я ещё и вербовал специалистов в империи и отправлял их в Княжество. Работал не покладая рук не только в своём совершенствовании, но и на благо Княжества. Да-да, ведь не только моя верфь работала, чтобы усилить Княжество, но я собирался так же приобрести среднюю корабельную верфь из запасников госрезерва Лемура и, доставив её на Малию, развернуть там и активно использовать. Специалисты для работы на ней у меня найдутся, уже провентилировал этот вопрос. Так что дело идёт, развиваемся, как говорится.

    Причина в покупке верфи была в транспортных кораблях, их не хватало. Да, две мои малые верфи активно клепали большой фрегат в грузовом и грузопассажирском исполнении. Сейчас на орбитах и между планетами ходило около двух сотен таких непритязательных в обслуживании частных судов, но всё же их не хватало, требовались средние грузовики. Покупка их у соседей была экономически не выгодным делом. Хотя мы и закупили двадцать единиц, чтобы частично снять проблему. Часть грузовиков ушло частникам. В общем, нужна верфь, и как можно быстрее. Как я уже говорил, Княжество пополнялось, и транспортная сеть должна была развиваться.

    В это время я отвлёкся, так как пилот-испытатель занял место пилота, и манипуляторы под моим управлением установили крейсер на только что покатившуюся среднюю грузовую платформу. Всё, официальная передача заградителя закончена, мне осталось только передать им проект. Через пару дней я его закончу и отошлю фельдъегерем. К сожалению, по требованию безопасности такие файлы не отправляются по сети, даже военной.

    * * *

    Открыв дверь, я прошёл в холл небольшого особняка в дорогом районе столицы Лемур, где я проживал с жёнами. Не успел я раздеться и оставить обувь у входа, надевая тапочки, как на моей шее повисла Киана Эго, в девичестве Део, и мы слились в поцелуе. Это была дочь адмирала флота Лемур герцога Део. Династический брак можно сказать, но за два года мы даже полюбили друг друга.

    Малия стояла у лестницы и с доброй улыбкой наблюдала за нами, поглаживая уже большой живот. Да, похоже, у меня скоро появится первенец. Как показало исследование, будет сын.

    — Есть новости? — оторвавшись от меня, спросила тяжело дышащая младшая жена.

    — Да, сегодня коллегией флота было решено принять корабль моей разработки и спустить со стапелей двадцать единиц, отправив в эскадры флота для службы и усиления обороны империи, — с улыбкой ответил я. — Более того, обрадую вас, мне удалось выкупить опытный образец. Правда тут не обошлось без помощи твоего отца Киана, а то безопасность палки в колёса вставляла, саботируя решение. Пару недель и я превращу заградитель в прекрасную яхту с уникальными пока ещё возможностями.

    Подняв на руки младшую, я вместе с ней прошёл в холл дома и занял диван, Малия пристроилась рядом, прижавшись к боку.

    — Ты хочешь, наконец, посетить свои планеты? — спросила старшая жена.

    — Пора уже, мы два с половиной года находимся в Лемур, вместо запланированного года. Три планеты существуют без меня. Наместник Малии несколько раз намекала, что наша официальная резиденция готова.

    — Как же без тебя, — ехидно проворчала Киана. — Каждый вечер по часу пресс-конференцию с наместниками своих планет устраиваешь, общаешься и даже выступаешь на их телевиденье. Ты тут, а для граждан планет кажется, что ты постоянно с ними.

    — Что есть, то есть, — нехотя согласился я. — Однако навестить все три планеты стоит. Одним словом я собираюсь через месяц отправиться в Княжество. Пробуду там пару месяцев, и вернусь обратно.

    — Мы с тобой! — хором сообщили жёны.

    — Вот это нет. Дикий космос опасен, а мне треть пути нужно идти по нему. Напомнить о наших восьми грузопассажирских судах, что держат сообщения с Княжеством и Лемуром? Все они, так или иначе сталкивались в Диком космосе с пиратами, но благополучно уходили благодаря новейшему оборудованию и двигателям, что превосходили пиратские на несколько поколений. Так что моё слово нет, вы не летите со мной, подвергать вас опасности я не хочу.

    Наблюдая, как жёны упирают кулачки в бока, я вздохнул, похоже, этот месяц для меня пройдёт тяжело, но я не собирался менять своего решения. Я так сказал!

    — Ну вот как так-то? — пробормотал я, наблюдая как Малия устроившись в кресле пилота, контролирует работу искина терминала, что выводил нашу яхту с места стоянки. Старшая жена у меня был на восьмом месяце беременности, но это нисколько не остановило её отправиться с нами, Киана сидела рядом со мной в кресле оператора защиты. На все мои доводы Малия отвечала совершенно спокойно, мол, я профессиональный врач, что стажировался в столичных больницах и флотских госпиталях, на корабле самое совершенное медицинское оборудование, и я не допущу, чтобы с ней и ребёнком что-то случилось. Одним словом месяц уговоров, споров и угроз сделали своё дело, отправлялись в Княжество мы все втроём, но долетим, похоже, вчетвером. Не смотря на то, что мои транспорты, что держат сообщения с Княжеством, тратят на путь аж пять месяцев, мы доберемся до столичной планеты всего за полтора месяца, и всё это благодаря гипердвигателю.

    — Отходим, — известила Малия, и стыковочный шлюз был разблокирован.

    Яхта потихоньку начала отходить от станции и развернувшись под управлением искина-диспетчера, стала разгоняться, удаляясь от столичной планеты. Мы заранее со всеми попрощались, даже отметили это дело, так что улетали спокойно.

    Малия не правила, она возьмёт управление под свой контроль, когда мы покинем зону безопасности, а это, между прочим, на краю системы, то есть переться нам на маневровых шесть часов. Прыгать нельзя из соображений безопасности. СБ, которая скрипя зубами согласилась на моё приобретение заградителя, на этом настаивала особо. То есть с места прыгать можно только в исключительных случаях, а так нужно было для видимости разгоняться. Я их понимал, поэтому, согласился с их требованиями и подписал где нужно.

    Сидя в капитанском кресле я размышлял. Рубку я не менял, только усовершенствовал жилой модуль, отделав его дорогими материалами и установив медотсек, ранее тут стояла одна капсула реаниматора. Из-за моих усовершенствований яхта с виду осталась прежней, но внутри планировка потерпела кардинальные изменения. Я убрал все каюты и сделал одни шикарные апартаменты из трёх комнат и небольшого санузла. Жаль, бассейн виснуть не удалось, хотя и хотелось. Апартаменты состояли из спальни с огромной общей кроватью, гостиной и моего кабинета. Рядом со стороны кормы располагался медотсек с двумя медбоксами, который и съел остальное свободное пространство. Между боксами был коридор, что вёл к корме и гипердвигателю с биореакторами. В одном боксе находились операционная капсула, реаниматор и спортивно-тренировочный комплекс, да шкафы, где хранились картриджи и другие расходники. Во втором боксе две обучающие капсулы, и военный боевой-тренировочный комплекс десятого поколения для спецподразделений, а также шкафы с лекарствами. У меня не было возможности сделать отдельный склад для медикаментов, вот и пришлось установить шкафчики прямо в боксах. Сами боксы были изолированные и имели шлюзы очистки, фактически первоклассный госпиталь был на борту яхты. Да ещё и врач высшей категории.

    Пока мы двигались к краю зоны безопасности, Малия три раза отлучалась, бегая в туалет, так как я сидел в кресле капитана и имел сертификат пилота среднего корабля, то с моего разрешения это дозволялось. Иначе искин не дал бы ей выйти пока та не остановит судно и не стабилизирует его. Нельзя оставлять рубку при движении судна, это закон навигации.

    Мы за шесть часов благополучно вышли за пределы зоны безопасности, и для видимости разогнавшись с помощь мощных задних маневровых движков, ушли в гипер на максимальный срок для этого типа корабля и гипердвигателя, девять дней.

    — Я в капсулу учиться, — тут же, как только звёзды прыгнули нам на встречу и экраны стали отображать привычную картинку, воскликнула Киана.

    — Я тоже, — кивнул я и, посмотрев вслед убежавшей младшей жены, одна капсула была настроена на неё, пояснил старшей жене. — У меня до сих пор боевые базы не выучены, пока летим, подниму. Лягу на девять дней, до предела. Скучать не будешь?

    — У меня есть чем заняться, — улыбнулась Малия.

    В последнее время она серьёзно занялась странным на мой взгляд делом. С помощью шерстяных ниток шила детские свитера, шарфы, носки и перчатки. Она закачала нужную базу и делала это с искренним удовольствием, тратя по несколько часов, и когда её прерывали, пребывала в недовольстве. С собой она набрала порядка тонны шерсти, которую она перевозила в малом трюме вместе с остальным грузом, так что я думаю, ей этого хватит на полёт туда и обратно. Хотя обратно она вряд ли будет этим заниматься, к этому времени должен появиться ребёнок.

    — Хорошо, мешать мы тебе не будем. Если что, ты знаешь, Петя, корабельный искин поднимет меня в мгновение ока.

    — Я помню.

    Сопроводив жену до наших апартаментов, я прошёл в медбокс, Киана уже лежала в капсуле, её хорошо было видно под прозрачной крышкой, поэтому, поспешил последовать её примеру. Убрал комбез в шкаф для одежды и лёг в капсулу, что была настроена именно на меня. Через пару секунд крышка опустилась, и я привычно ушёл в сказочный мир освоения знаний.

    Подумав, время обучения я поставил на восемь дней, чтобы оставшиеся сутки до выхода из гипера для первого промежуточного прыжка, побыть с Малией. Да ещё пару часов в боевом тренировочном комплексе побыть, усваивая новые знания и тренируясь. Как-никак у меня стоят три боевых импланта, включая проведённые модификации тела. Пора это всё задействовать.

    * * *

    Выкинуло меня из режима обучения резко, внезапно. Ещё не придя в себя, я увидел красные всполохи сигнальных огней и расслышал рёв тревоги. Что-то явно случилось. Тревога была боевой. Рядом в соседней капсуле застонала Киана, которую тоже резко выкинуло из режима обучения.

    — Петя, доклад, — хрипло приказал я корабельному искину.

    — … капита… на борту произошла… иверсия… повреждён гипердвигател… — прерывая начал тот доклад.

    — Чёрт! Что с Малией?! — выскакивая из капсулы, рявкнул я.

    Самое плохое, что Петя не отвечал, похрипев динамиками, он умолк и, похоже, навсегда. Судя по тому, что он успел сообщить, когда боролся с вирусами, а работали против него явно боевые вирусы, на борту произошла самая настоящая диверсия.

    Выбравшись из капсулы, я пошатнулся, чувствовалось, что давление упало процентов на двадцать, это означало, что произошла разгерметизация. Тут же вырубилась гравитация и я начал взлетать. Махая руками, откликнулся ногой от капсулы и поплыл в сторону шкафчиков.

    Меня беспокоила мысль о Малии, но то, что она жива я знал, у меня был доступ к её нейросети и, судя по показаниям, ей сейчас было очень плохо. Подлетев к шкафу, я схватил оба комбеза, мой пилотский и медика Кианы, бросил ей её, стал быстро одеваться. Это было не просто, если учесть отсутствие гравитации и со стороны это напоминала борьбу с одеждой.

    — Что с Малией? — спросила она. — Что вообще произошло?

    — Не знаю, — ответил я, надевая обувь и нетерпеливо наблюдая, как она застегиваться, подгоняется по ноге и сращивается с комбезом. — Петя перед тем как умолкнуть, успел сообщить о диверсии на борту. Похоже, повреждён гипердвижок и нас выбросило в открытый космос. Малия себя плохо чувствует, все показатели нейросети подскочили. На пределе работает автодоктор нейросети и аптечка комбинезона.

    — Рожает?

    — Да, я тоже так думаю, показатели совпадают.

    — Так она через неделю должна родить, сам же срок сообщил.

    — При подобном происшествии и мужчина родит, не то что женщина… Ты готова?

    — Да.

    — Герметизируй комбез и выходим. Пройди в рубку и осмотри показания на экранах. Управлять ты не сможешь, но понять, что выдают приборы, сможешь. Сообщи мне, а то к управлению нет доступа.

    — Сделаю, — кивнула та и загерметизировав комбез как и я, следом за мной вылетела из медбокса и сразу направилась к рубке, а я свернул к спальне. Малия обнаружилась висевшей неподвижно над нашей кроватью. С диагнозом я не ошибся, пребывая без сознания, моя старшая жена рожала.

    Подхватив за руку, я потащил её в операционных бокс, отталкиваясь от стен, там раздел, сняв комбез, и уложил в операционную. В это время освещение заморгало, что означало некоторые проблемы с энергией. Мне это не понравилось, но дело я закончил и уложил жену в капсулу, закрыв крышку, стал дистанционно настраивать кибердоктора. Так было быстрее, чем вручную.

    То, что с отключением питания капсула может встать я не опасался, в ней был встроенный источник питания, которого хватит на два десятка подобных операций. Поэтому сразу перевёл на внутреннее питание, остережёмся на всякий случай.

    Естественно у капсулы я не остался, так как мог управлять ею и контролировать операцию из любой точки на корабле, поэтому активировав герметизацию бокса, прошёл шлюзование, выбравшись в коридор, и поспешил в рубку. У входа в неё столкнувшись с Кианой, быстро спросил:

    — Ну что там?

    — Белый фон на всех экранах кроме одного, там то появляются, то пропадают показания реактора и они завышены.

    — Фу-у-у, — с некоторым облегчением вздохнул я. — Значит просто обнуление памяти всех трёх искинов, я уж думал их уничтожили. А диаграмма реактора — это видимо резервного, основные, похоже, пострадали вместе с гипердвижком. Работает сейчас только резервный.

    — Что делать? — испуганно спросила Киана.

    — С Малией всё в порядке, роды идут штатно, в течение пяти минут она родит. Иди в бокс, поможешь ей перебраться в реаниматор и позаботишься о ребёнке, а я проведу диагностику повреждений, начну с реактора. При отсутствии управления он может пойти в разнос, нужно сбросить пик переизбытка энергии… Чёрт, оба ремонтника не отзываются…. Всё, иди. Ах да, пелёнки и остальное для ребёнка в шкафу бокса под номером шесть.

    — Хорошо! — крикнула Кана и «убежала» в медбокс.

    Всё, пусть там будет, пока я пытаюсь понять, что вообще произошло. Быстро заглянув в рубку и окинув все наличные экраны, я на миг задержал взгляд на показаниях одного активного монитора и полетел в нос крейсера-яхты.

    На нашем корабле было три реактора. Все три с приставкой «био». Два основных находились в реакторном отсеке, соседнем с гипердвижком, и одни запасной в носу рядом со второй дополнительной частью гипердвижка. Я их назвал «блоками А», так они и проходили по всем документам и проектам.

    Атмосфера была, но я не спешил переводить комбез из режима скафандра обратно. Нужно остеречься пока я не пойму что происходит.

    Добравшись до резервного реактора, я откинул защитный кожух, открыв пульт управления, и стал вводить новые установки, а то последний приказ Пети, похоже, был увеличить подачу питания на маневровые двигатели, чтобы остановить крейсер. Судя по диаграммам на маленьком экранчике, питание всё ещё шло. По идее без контроля искина питание на движки должно было сброситься, но видимо произошёл сбой.

    Задав команду не прекращать питание движков, но указав уровень, который переходить нельзя, так торможение замедлится, но зато реактор не пойдёт в разнос. Сейчас питание на движки шло по минимуму, чтобы ход сбрасывался, но нас не закрутило. Это было вполне возможно. Кроме этого я настроил управление реактором на дистанционное с нейросетью. Когда я закончил то узнал, что у меня благополучно родился сын и с обоими, с матерью и ребёнком всё было в порядке.

    — И на хрена я дал себя уговорить? — покачав головой, пробормотал я и поспешил в рубку. Сейчас Киана должна помочь Малии перебраться в капсулу реаниматора, так по времени её восстановление пройдёт быстрее.

    По пути между носом и рубкой я почувствовал, что меня прижимает к полу, это не восстановилась гравитация, это означало, что корабль начало крутить вокруг своей оси. Мгновенно дистанционно отрезав подачу энергии на движки, я вздохнул свободнее, гравитация не успела подняться высоко, иначе нас бы расплющило.

    Плюхнувшись в кресло капитана, я вытащил из пульта шнур нейроразъёма и воткнул его во вход на кисти. Всё подтвердилось, искины были полностью обнулены. Конечно, можно за пару месяцев используя нужные программы вернуть часть затёртой памяти, и узнать, что тут происходило, но мне требовалось взять под контроль хотя бы часть корабельного оборудования.

    Искины штуки хитрые, но могут работать и без личности, как компы. Так их не используют, слишком глупо и расточительно, это как попросить супернавороченный земной компьютер рассчитать 2+2, но у меня просто не было другого выхода. Да и отсутствовали с собой необходимые установочные программы, то есть личности искинов, единственно, что я мог быстро написать, как неплохой программист, это несколько программ, чтобы хотя бы взять под контроль внешние камеры и радар, чтобы просто оглядеться. Мало ли, вдруг к нам кто подходит? Сделать мы ничего не сможем, но хоть будем знать, что происходит снаружи. Может, мы на приличной скорости летим к какой-нибудь планете, не зря же Петя перед своей гибелью отдал приказ пустить всю мощность на передние движки. Да и систему жизнеобеспечения требуется взять под свой контроль, после того как искины вырубились, она соответственно тоже перестал работать. Контролировать то её некому, вот она штатно и сработала. Хорошо, что основой модуль системы жизнеобеспечения находится в жилом модуле и не пострадал вместе с тем оборудованием, что находился на корме.

    Я уже писал программы для искинов, но именно что дополнительные, для управления тем или иным оборудованием, однако установочные — никогда. Дело это муторное и занимающее очень много времени. Программисты обычно берут уже готовые программные пакеты корабельных искинов и приделывают их под себя, именно так сделал и я когда строил «Хамелеона» — нашу яхту. Однако хранил я их в памяти компа на верфи, так как они занимали слишком много места, и в памяти нейросети и коммуникатора ничего подобного не было. То есть все программы мне требовалось писать с нуля. Дело это тоже не простое, так как каждую программу нужно было адаптировать с остальными, чтобы не было отторжения и сбоев. Но это чуть позже, сейчас напишу штук шесть программ, это займёт максимум час, волью их в управляющий искин, активирую его и возьму, наконец, часть оборудования корабля по свой контроль.

    Следовало поторопиться. Комп комбеза был слабенький, но он с неплохой точностью показывал, что давление падало. С той минуты как мы с младшей женой покинули капсулы, упало на два деления. Это означало, что была небольшая утечка. Если бы я мог взять под управление оба ремонтных дроида, которые, кстати, находились в нишах на корме, проблем бы таких не было, запенили бы временно место утечки, но отклик от них отсутствовал, и этим нужно было заняться мне самому. Причём как можно быстрее, вот я и торопился с программами. Ко всему прочему корабль стал охлаждаться, комбез включил систему терморегуляции. Это плохо, нужно как можно быстрее восстановить и запустить систему жизнеобеспечения.

    Первым делом я написал три совмещённые программки для системы жизнеобеспечения, как самой важной для нас. Я такую уже писал, адаптируя именно под этот корабль, но там было проще, искин имел личность и мог управлять оборудованием, а тут пришлось дописать две дополнительные с установками, чтобы искин который пока мог работать как комп, следил за ней и не дал выйти из строя. Это конечно минимальное требование для работы систем жизнеобеспечения, нужно дописать ещё штук восемнадцать дополнительных программок, но хоть пока начнёт работать и восстанавливать давление. Да и температуру стабилизирует, выведя на требуемый уровень.

    Когда я закончил, то перебросил часть освободившийся мощности реактора на систему жизнеобеспечения, которая, наконец, заработала. Едва слышно зашелестел вентилятор, подавая воздух в рубку и другие помещения.

    Пока я не восстановлю часть наружных систем, нет смысла подавать питание на движки, поэтому у реактора был переизбыток мощности. Так как искин не контролировал движение, нас могло и закрутить, поэтому я стал быстро, на грани возможностей писать программы для взятия под контроль внешних датчиков. Для того чтобы заработали радар и сканер нужно куда больше времени чтобы написать необходимые программы.

    Всё это делал, как я уже говорил на грани своих возможностей и скорости. У меня даже не хватало времени, чтобы подумать, что вообще произошло. То, что диверсия я уже не сомневался, но вот какие беды нанесены ею? Однако изредка посматривать с помощью нейросети как там мои жёны и общаться с Кианой, а чуть позже и с Малией, мог. Роды прошли нормально, я бы не сказал что штатно, всё же такое происшествие, но ребёнок здоров, три шестьсот, мать теперь в норме после часового пребывания в реаниматоре. Сейчас она кормила сына. Об имени я подумал заранее, и тут же сообщил его жёнам. Малия не возражала и приняла имя Евгений, это моё имя из прошлой ещё земной жизни.

    Наконец часть датчиков заработали, некоторые на корме не откликались, но часть показывали на пилотском экране развороченную броню и пробоину на «спине» яхты.

    Недовольно щёлкнув языком, я с помощью датчиков «осмотрелся». Конечно, они предназначены для непосредственного слежения рядом с кораблём, но всё же позволяли рассмотреть далёкие и близкие звёзды. К счастью на нашем пути пока ничего не было, но это не означало, что там ничего нет, как я уже говорил датчики слабые, подслеповатые, да ещё нас заметно раскрутило вокруг своей оси, отчего на двадцать процентов вернулась гравитация. При её появлении я сразу понял, откуда взялся источник, поэтому отрубил движкам питание и поторопился вернуть контроль над датчиками.

    Дальше требовалось взять контроль над движками, однако это терпит. Да мы летели в неизвестность, крутясь вокруг своей оси, но нужно осмотреть повреждения и определить, что всё же случилось. Конечно у меня Малия неплохой корабельный техник, да Киана начала учить да недоучила, поэтому я решил их не трогать, а оставив рубку, прошёл к шлюзовой и, взяв три баула со скафами из специального шкафчика, направился в медбокс.

    — Тут скафы, пусть будут на всякий случай, — уложил я в стороне у входа баулы.

    Подойдя к Малии, что сидела на откидном стульчике, она уже была в новеньком пилотском комбезе, и взял на руки небольшой свёрток, где виднелось красное немного сморщенное личико сына.

    — Ну здравствуй, Женя, — пробормотал я.

    Тот не спал, глядя на меня своими ясными карими глазами, неожиданно для меня он открыл рот и пронзительно завопил. Малия тут же подскочила, забрала сына, и стала расстёгивать комбез. Всё понятно, ребёнок хотел кушать.

    Немного посмотрев на жену и ребёнка, я вздохнул, время не терпело. Конечно, крохотная гравитация позволяла стоять на полу, но всё же двигаться требовалось осторожно, вот Малия с непривычки чуть не снесла нас с сыном, пришлось перехватывать её.

    Покинув бокс, я добрался до шлюзовой и, открыв отдельный шкафчик, где находились три нормальных скафа, один навороченный инженерный и два технических и, сняв комбез, стал нагишом забираться в свой инженерный. Почему голый? Так иначе он штатно работать не будет, не все системы запустятся, включая уборку отходов. А так будет работоспособен на сто процентов.

    Загерметизировав скаф, я проверил, как он работает, после чего вручную прошёл шлюзование, также в ручную откачал воздух в накопители, благо это предусмотренная мной процедура и, открыв внешнюю створку с помощью намагниченных ботинок, покинул шлюз, и звонко щёлкая по броне, направился к пробоине. То что корабль крутило мне совершенно не мешало.

    Изнутри я попасть на корму не мог, тяжёлая переборка перекрыла доступ. Подойдя к пробоине, та была хоть и не большой, с вывороченными наружу краями, что означало внутренний взрыв, но всё же человек легко мог попасть внутрь, и присел рядом. Налобный и наплечный прожекторы освещали пробоину, позволяя мне разглядеть часть того что произошло внутри.

    Ухватившись перчатками за края, я нырнул внутрь и оказался в кормовом помещении. Ранее тут было два отдельных отсека, реакторный и гипердвигателя, но взрыв сделал перепланировку. Он снёс тонкие переборки, но не смог взломать основную, и превратил несколько помещений в одно большое. Реакторы были снесены со станин и повреждены. Нужно их внимательно осмотреть, может, удастся один вернуть к жизни, а вот оба ремонтных дроида и гипердвигатель были полностью уничтожены. Одно это показывало, в какой мы были жо*е. Тут другого определения и не найдёшь. Ещё раз осмотревшись, я подошёл к переборке и, посмотрев на лёд, именно тут была утечка, быстро запенил трещину, прекратив утечку воздуха. Баллон с пеной я взял из ящика под шкафом со скафами, там был небольшой ремкомлект вроде этих баллонов.

    Активировав встроенный ремонтный сканер, я стал просвечивать всё оборудование, что оставалось в уничтоженном отсеке и мысленно прикидывать, как тут всё восстанавливать.

    Когда час спустя я вернулся в жилой отсек и, сняв скаф, прошёл в медбокс, то вручную выдвинув из стены ещё один стул, устало сел на него и потёр лоб.

    — Всё так плохо? — спросила Киана.

    — Гипердвигателя нет. Совсем нет. ЗИП есть, но основа уничтожена. Нечего ремонтировать. «Блок А» тут не поможет, это просто усилитель гиперпузыря.

    — Нас хотели убить? — тихо спросила Малия.

    — Да, похоже на это. Рванул один из ремонтных дроидов. Его ниша находилась прямо рядом с гипердвигателем, и при взрыве нам снесло не только реакторы со станин, но и полностью уничтожило сам гипердвигатель. Хорошо, что взрыв ещё в сторону ушёл, судя по всему, взрывная волна должна были пройти по кораблю от кормы до носа, но что-то не сработало и он ушёл вверх, проделав дыру в обшивке.

    — Кто это может быть? — спросила Киана.

    — Кто теперь знает? — развёл я руками. — Я же вам говорил что кто-то убирает претендентов на престол, а вы не верили… Но взрывчатку мог заложить только кто-то из СБ империи. Ни техники ни инженеры не имели доступ на борт, но трое офицеров могли свободно заходить на корабль. Если бы память искинов не была искусственно затёрта, мы бы узнали, кто заложил мину. Дроидов я не менял и не трогал, взяв их со складов резерва верфи. Нет, мину заложили именно на борту незадолго до отлёта, вместе с введением в искины вирусов. Наверняка Петя именно поэтому и не предупредил нас о гостях, а может он вообще был отключён на тот момент. Чёрт его знает. Но то что в искинах были дополнительные установки от СБ это я знаю, да и они предупреждали, это чтобы корабль не достался чужим, а тут явная диверсия.

    — Мы погибнем? — баюкая на руках заснувшего сына, спросила Малия.

    — Вряд ли. Я инженер или погулять вышел? Восстановить я корабль восстановлю, благо все искины «живые» и движки на месте. Восстановлю, запущу все системы, и полетим дальше.

    — Без гипердвигателя? — мои жёны отнюдь дурами не были и задали правильный вопрос.

    — В самую суть ткнули. Нет, полетим на маневровых. С учётом того что мы находимся в Диком космосе, у нас есть шанс наткнуться на дикую планету земного типа или остатки какого-нибудь корабля. Если повезет, снимем с него гипердвижок. Однако чтобы всё это могло произойти, всё же требуется поработать. Если что я буду в рубке. Из бокса вам лучше не выходить и использовать встроенные койки. Тут самое безопасное и защищённое место. Офицерские пайки вон там, утилизатор можно использовать как туалет. В общем, несколько неде… дней вам лучше пожить тут. Всё, я побежал.

    Побежал, конечно, это громко сказано при слабой гравитации, но всё же быстро направился в рубку, оставив жён осмысливать сказанное мной. Снова заняв кресло пилота, в этот раз пристегнувшись, сразу подключился к системе управления, и продолжил писать программы для искинов, сейчас это самое важное. Без них я просто не могу взять под контроль корабль. Жаль, что для медсекции я искина не предусмотрел, посчитав его лишним, сейчас бы он пригодился. Скопировал бы его установочные программы, а дальше просто бы написал дополнительные программы и взял корабль под полный контроль, но чего нет того нет.

    Работая с написанием программ, я не отвлекался. Но всё же быстро прокрутил все, что было с момента нашего покидания Лемур. Да в принципе ничего такого там не было, мы в несколько прыжков покинули обжитые миры, и ушли на девять дней полёта в гипер уже по Дикому космосу, но судя по времени на нейросети, пробыли в гипере всего семь дней, после чего произошла диверсия. Не знаю, кто это всё устроил, но шансов у нас действительно было катастрофически мало. Практически не было, но говорить об этом жёнам я не хотел.

    Найти в Диком космосе планету, где можно выжить, или обломки корабля, шансы катастрофически малы, практически нереальны. Вполне возможно мы вернём контроль над кораблём, да что возможно, вернём, но скорость движения корабля без гипердвигателя упадёт на 0000.1 процентов. Сейчас мы находились в неисследованном космосе по размерам как две-две с половиной тысяч империй Лемур, или три тысячи империй Люмер. Чуете чем дело пахнет? Уверен, в этом секторе и корабля-то ни одного не было с момента её возникновения. Чтобы нас найти поисковикам понадобится тысяч сто кораблей-разведчиков и лет пятьсот, да и то не факт что повезёт. Таких систем как эта им нужно исследовать даже не миллионы, а гораздо больше. Для примера, за эти девять дней в гипере такой корабль как «Хамелеон» пролетал от семидесяти пяти до восьмидесяти тысяч подобных систем. Так что мы реально были в жо*е и спасение лежало только в наших руках. У меня были с собой жёны и новорождённый ребёнок, так что нужно было постараться.

    * * *

    Женя стоял рядом со мной и, держась за штанину, то смотрел на меня, то переводил взгляд на монитор пилотского экрана, где было изображение звезды типа земного Солнца.

    — Ты думаешь рядом есть планета? — спросила Малия, что занимала место пилота. Я стоял за её спиной, оперившись руками о спинку кресла, а сын рядом. Кианы не было, она вот уже шесть дней находилась в капсуле обучения.

    — Возможно, — ответил я.

    — Надеюсь, в этот раз нам повезёт, — с надеждой сказала старшая жена.

    — Я тоже надеюсь, — вздохнул я.

    С момент диверсии прошло тринадцать месяцев. Сын полтора месяца назад начал ходить, что делал с переменным успехом, а мы занимались нашим спасением. Надежда ещё не упала, но всё же тревога присутствовала. За это время я смог заделать пробоину, частично с помощью ЗИПа восстановить коммуникации на корме, установить на станину один из реакторов, что более-менее уцелел после взрыва, используя как источник запчастей второй, и запустил его. Правда, он тянул всего на шестьдесят процентов мощности от первоначального, но хоть работал совместно с резервным. Киана к тому времени подучила технические базы знаний, и я как инженер подтвердил ей сертификат корабельного техника-универсала, после чего она стала активно мне помогать. Но всё же больше всего моё время заняло написание программ для искинов. Я их писал три месяца. Сперва для одного искина, чтобы он поддерживал все системы корабля, потом за два с половиной месяцев неимоверными усилиями по сокращению времени работ сделал основу и, проверив её, установил на два искина, запустив тестирование. Всё, те стали ИИ с зачатками интеллекта, главное они уже могли работать и управлять. Чуть позже я занялся третьим, на котором до этого была вся нагрузка по управлению кораблём и поддержания жизни на его борту. Были, конечно, сбои, но я успевал их устранять без вреда для нашего здоровья. Дальше я установил им программы что писал до этого, немного их доработав, и всё, корабль стал полностью под нашим контролем.

    Ах да. Кручение удалось остановить, когда мы взяли под контроль движки, тогда же заработала и гравитация. Саму яхту мы тоже остановили, стабилизировав в пространстве. А когда корабль перешёл под наше управление, мы направились искать хоть что-то, что поможет нашему спасению, активно сканируя системы, что проходили, сканерами и радарами. За это время мы обнаружили три светила, но, к сожалению, планет земного типа у них не нашли. Встретилась одна, где была какая-никакая атмосфера, но ходить там можно только в скафандре, вот и искали дальше.

    Эта звезда была четвертой, и все мы возлагали на неё некоторые надежды. Может хоть тут будет планета с нормальной атмосферой? Ведь всё же это не такое и редкое явление.

    Надо сказать, надежда на находку была не слабая. Были причины для этого. А причина в том, что автономия нашего корабля подходила к концу, ещё полгода и всё. Дело тут не в системе жизнеобеспечения, в продовольствии или в топливе, последнее вообще отсутствовало как факт, по причине не надобности, а в том, что подходили к концу топливные стержни для реакторов. Запас был уничтожен, а те, что находились в реакторах хватало на год, мы экономили их как могли, но бесконечно это продолжаться не могло. Реакторы конечно биологические, но прожорливые и без подпитки они работать не могли, а этих специальных стержней у нас практически не оставалось. Месяц назад сунул в рабочий тот, что вытащил из повреждённого, наш последний запас. Вот так вот. Именно поэтому мы смотрели на светило со вполне понятной надеждой.

    В это время Женька агукнул, протянув ко мне ручки и я, наклонившись, подхватил его на руки, привычно пристроив на сгибе руки. Теперь он смотрел, как и я на экран визора.

    — Начинаю сканирование системы. К сожалению, нам из-за недостатка энергии видно не всё, — сообщила Малия.

    — Отключи второстепенное оборудование, включая медбокс с Кианой, у её капсулы своё питание, переключится автоматически, — посоветовал я.

    Малия сидела неподвижно, но активно работала с помощью нейросети, судя по тому, что в рубке свет перешёл из яркого на тусклый, она отключила всё что могла, включая двигатели и дальше мы летели по инерции.

    Покачивая на руке сына, я на миг замер и сообщил:

    — Похоже, Женя снова испачкал памперс. Пойду заменю. Держи меня в курсе если что.

    — Хорошо, — не отрываясь от работы, кивнула старшая жена.

    Пройдя через спальню, я вошёл в санузел и положил сына на спину на специальный столик. Пока я его раздевал и мыл, меняя подгузник, надевая чистый детский костюм, у нас с собой их было два малых контейнера в трюме, Малия работала. Когда я закончил, вдруг пришлось сообщение от Малии и файл с картинкой. Открыв его, я увидел не очень чёткое, видимо снятое на пределе дальности наших сканеров, фото планеты с зелеными континентами и голубыми морями. Мы нашли то, что искали. Это был наш шанс.

    — Ну вот, — обратился я к сыну, который уцепился за мой палец, — наша мама нашла нам дом.

    Подхватив сына на руки, я вернулся с ним в рубку и склонились над экранами.

    — Сколько нам лететь? — спросил я у Малии.

    — На пределе возможности — неделю, если экономичным ходом — недели три, может даже месяц.

    — У нас есть время, тем более оборудование корабля нам пригодится, когда мы сядем на поверхность планеты.

    — А это возможно? Крейсера для этого не предназначены.

    — Напишу необходимые программы для синхронизации двигателей, а дальше уже твоя работа. Тут главное энергии реакторов бы хватило. С твоими пилотскими базами, выученными до высокого ранга, я надеюсь, что ты нас не угробишь. Как ты знаешь, на заградителе не предусмотрено спасательных капсул, так что спускаться будем только с помощью корабля. Есть, конечно, шанс воспользоваться скафами и их двигателями, но мне нужно оборудование корабля на планете, включая аппаратуру связи и вооружение. Никто не знает, что нас там ждёт.

    — Потренироваться бы.

    — Хорошая идея, — согласился я. — Одну учебную капсулу ненадолго можно превратить в капсулу виртуального погружения, есть там такая функция. Напишу программы, и вы с искинами поиграете, попробовав несколько раз сесть на планету. Жаль, что если приземлиться теоретически мы ещё можем, то вот взлететь уже увы… Хотя, надо подумать, может что интересное придёт в голову.


    Интересная мысль мне всё же пришла, но спустя неделю после обнаружения планеты с атмосферой и земной экосистемой.

    На корабле всё шло своим чередом, мы медленно летели к планете, закончила обучение Киана, та очень порадовалась находке и после трёх дней отдыха легла в капсулу снова. Так вот я даже подскочил от пришедшей мысли. В этот момент я проводил регламентные работы основного реактора, пытаясь поднять уровень его производительности, поэтому сперва закончил, и только потом побежал к носу.

    На пути меня перехватила Малия, время было вечернее и она кормила молочной кашей из пищевого синтезатора нашего сына.

    — Что случилось, куда ты так сломя голову бежишь?

    — Ты помнишь про флаер в трюме? Ну подарок отца Кианы? — остановился я, поясняя свою спешку.

    — Конечно, он в среднем контейнере со всеми запчастями и обвесами. Только он не предназначен подниматься на орбиту. Максимальный потолок семь тысяч метров, кабина не герметичная. Охотничий вариант. Это же ты на Доброй решил поохотится.

    — Во-о-от, — протянул я подняв пальцем. — Есть шанс переделать флаер и подняться на орбиту. То есть яхту можно оставить на орбите и время от времени навещать её с помощью флаера. А в кабине можно посидеть и в скафах, ничего страшного. У компа аппарата, конечно, нет программ для подъёма, но я…

    — … их напишешь, — закончила за меня Малия. Было видно, что ей моя идея понравилась.

    — Вот именно. Когда прибудем на место, я протестирую аппарат, у него сейчас стоят атмосферные движки, но в ЗИПе идут запасные движки унифицированные, мощные, с планетарного катера, они могут работать в космосе. Я спущусь на планету, вы подождёте меня на орбите, проверю показания приборов, высчитаю, какие вакцины нужны для нашего безопасного нахождения на планете, найду безопасное место для убежища и только после этого спущу вас вниз.

    — Но всё же лучше подготовить корабль к посадке, а я продолжу обучение в капсуле, — сказала Малия, после недолго обдумывания.

    — Это само собой. Ну всё, я за скафом и в трюм. Нужно поработать с флером. Надо ещё как-то добраться до него. Всё же трюм не пустой и барахла хватает… Ладно бы что ценное было вроде флаера, так нет действительно барахло одно.

    Последнее я сказал уже в шлюзовой, чтобы жена не слышала. Треть груза в трюме принадлежала ей. Забираясь в инженерный скаф я подумал, что всё же в чём-то прав. К сожалению, мы не предполагали, что попадём в подобную ситуацию, и в трюме было в основном то, что пригодится нам в резиденции, обстановка, даже были культовые сувенирные предметы из Лемура. Из моих вещей было разнообразное охотничье оружие, включая пороховое, да флаер с навесными модулями, там можно ракеты ставить и пулемёты, последние были в наличии. Было ещё по мелочь, но не существенно. Вот как поможет нам десятиместная палатка охотника с тентом столами и стульями для отдыха? Как временный дом вполне, но я рассчитывал построить нечто более безопасное и основательное. Хотя конечно палатка тоже пригодится, включая переносной маленький реактор, чтобы запитать будущий дом. Жаль, что для корабля он не подходит, энергии мизер, да и добраться до него в трюме ещё постараться надо. То есть требовалось освободить половину трюма и только потом я доберусь до малого контейнера, где у меня было сложено всё снаряжение, предназначенное для охоты. Это до контейнера с флаером можно долезть, да и то постаравшись, его мы грузили последним.

    Через час, освободив ход к створкам нужного контейнера, я активировал открытие, и протиснулся через узкую щель в контейнер. Прожектор осветил покатые бока и дюзы флаера, а так же короба и блоки навесных модулей, что были сложены отдельно.

    — Ну что ж, приступим? — спросил я сам у себя и, оттолкнувшись, вскочил на корму флаера.


    — Красиво, — сказала Киана, разглядывая изображение планеты, что медленно вращалось под нами. Она сидела в своём кресле оператора защиты и с большим любопытством разглядывала океаны и землю планеты. Конечно, из-за недостатка энергии защита у нас стояла на один плевок, но хоть от метеоритов будет, чем защититься, поэтом находилась она на своём месте.

    Прежде чем я буду спускаться на планету, девушки должны были найти безопасное место для этого, подальше от аборигенов. Ещё на подлёте Киана обнаружила поселения и вывела на большой экран снимок аборигена. К счастью это были обычные люди и, судя по уровню их развития, остановились они в средневековье. Порох похоже ещё не изобрели, мечи были, сабли, копья да луки.

    Осматривая планету, мы пару раз видели битвы. Один раз было по сотне с каждой стороны, сперва они долго закидывали друг друга стрелами и дротиками, прикрываясь щитами, а потом с рёвом пошли в атаку стенка на стенку, держа в руках мечи или копья. Про рёв это я от себя добавил, звука не было, но рёв уверен был. В другой раз двухтысячная армия штурмовала какой-то большой замок, защитники успешно отбивались. Там до сих пор шла осада. Но сейчас у замка ночь и мы находились с другой стороны планеты. Завтра посмотрим как там дела, интересно же.

    Первой обнаружила интересный объект Киана. Радостно воскликнув, она вывела на большой экран картинку прелестной долины в горах.

    — Я просмотрела, троп и других ходов в неё нет, то есть мы будем в полной безопасности. Тут есть вода, лес и возможность развести сельское хозяйство. У меня есть запас семян, так что без пищи мы не останемся. Конечно, придётся потрудиться, но огород у нас будет.

    — Отличное место, — одобрил я её находку. — И поселений местных рядом нет, только тут у моря какой-то городок и десяток деревень, но они в двухстах километрах находятся от гор с долиной.

    — Корабли парусные, — пробормотала Малия, разглядывая городок, изображение которого я ввел на большой экран. — О, смотрите, тут замок.

    Малия действительно обнаружила замок, причём не рядом с городком или рядом с морем, а недалеко от долины, у края глубокого обрыва стоял крохотный замок с высокими шпилями, хотя я назвал бы его больше домом, но сделано было красиво. Находился он примерно в десяти километрах от долины и что странно, с орбиты, если висеть над ним, его видно не было, скрывала массивная скала над ним, но мы уже удалились от горного хребта и долины, поэтому смотрели практически с боку. Именно это и позволило Малии его рассмотреть.

    — А он, похоже, заброшен, и давно, — приблизив и стабилизировав изображение, сообщил я. — Вон смотрите, похоже, тут камнепад был и пробил крышу хозяйственной постройки, но ремонтом никто не занялся. Да и сам замок странный…

    — В чём его странность? — насторожилась Малия.

    — Построен, похоже, не местными. Нужно спуститься и посмотреть, но вроде возводили его с помощью строительного дрона. Да и как местные к нему поднимутся, троп-то нет, а вот площадка для катера или челнока присутствует. Для бота не подойдёт, мала.

    — Наверное, кто-то построил убежище да воспользоваться им не смог, — предположила Киана.

    — Если строили замок, то и систему обороны должны были установить. Если это так, то мы не знаем, активна она или нет. Сенсоры никакой технологичной активности на планете не засекли, но это не значит, что она не работоспособна. Вот сколько лет этому замку? Я тоже не знаю, он может тут находится как десять лет, так и несколько сотен. Требуется провести разведку. Если она пройдёт успешно, то нам это пригодится. Замок — дом, долина — дача. Удобно. Освоимся, дальше будет видно как жить дальше и что делать. Планету мы конечно нашли, но прожить на ней всю жизнь мне не хочется. Вы как считаете?

    — Посмотрим, как жизнь повернётся, — улыбнулась Малия и вздохнула. — Жаль моего Анубиса с нами нет, пригодился бы.

    — Ну это ты сама решила подарить его моей младшей сестрёнке, — неопределённо хмыкнул я.

    — Тогда я думала, что выросла из него. Для детей он отличный учитель и наставник, а твоя младшая сестрёнка ещё та проказница.

    — Анубис — это телохранитель непосредственного сопровождения, тут он нам не помощник.

    — Это да, — вздохнула Малия и встала из-за пульта. У Жени только что закончился тихий час, и она пошла его поднимать. Пришла пора кормления. С этим у нас строго.

    Я вернул яхту на орбиту к долине, и мы с Кианой до самой темноты рассматривали и изучали горы. Если где и скрыт комплекс ПКО, то мы его не нашли. Да в принципе так и так не нашли бы, у комплексов серьёзная маскировка с обриты.

    Сама планета имела шесть больших материков и три крупных океана, с многочисленными проливами между материками. На полюсах шапки льдов, на континентах обычный на вид лес и трава. Жили люди, всё с виду было обычно. Лошади были, коров не заметил, были вроде буйволов или волов. У самой планеты был спутник, копия Луны Земли, но всё же по континентам ни общего с Землёй планета не имела. Другой тут был рисунок.

    Ночь на корабле прошла нормально, мы вчера только утром подошли к планете, которую Малия назвала Снежной, сблизились мы в тот момент со стороны одного из полюсов, и я посчитал, что сразу спускаться не стоит, вот можно завтра, спокойно и не торопясь это сделать. Времени у нас ещё хватало.

    Всю ночь яхта висела на орбите точно над долиной, так что после того как мы позавтракали, я направился в трюм. Ещё вчера я с помощью инжинерного скафа который имел мускульные усилители, вытащил из трюма часть груза и закрепил его на боковых креплениях корабля, освободив место для флаера. Теперь он мог свободно покинуть трюм. Помимо этого, при переделке я его вооружил двумя двадцатимиллиметровыми крупнокалиберными пулемётами.

    Когда я вышел на внешнюю обшивку, Малия уже откачала воздух из трюма, а он, кстати, был у нас развёрнут, отчего и было возможно его заполнить подарками для наших подданных, и активировала открытие створок. В этот раз я прошёл в трюм не через крохотный шлюз внутри корабля, а через наружный грузовой вход.

    Оттолкнувшись от брони, я на реактивном ранце залетел внутрь и приземлился на палубу трюма, гравитация тут действовала, поэтому направился к контейнеру, не обращая внимания, что позади в отрытом проёме открыт восхитительный вид на планету и континент где и было заинтересовавшее нас место.

    Открыв контейнер, я распахнул створки, пролез в кабину, закрыл фонарь, сам флаер был пятиместный, и запустив все системы, медленно вывел машину, как из контейнера, так и из трюма. Развернувшись и выслушав пожелания жён быть осторожным, опустил острый носик флаера вниз и стал спускаться на планету.

    Меня переполняла надежда, что всё будет благополучно, и мы найдём временный или постоянный дом, пока не знаю, чтобы выжить и растить сына. Всё же не очень хорошо, что он рос на корабле. Я, конечно, никаких отклонений в нём не заметил, хотя раз в неделю укладывал в капсулу и проводил диагностику, но как врач не рекомендовал самому себе долго держать сына на корабле.

    Движки у флаера я, конечно, переставил, но всё же машинка не очень уверенно чувствовала себя в открытом космосе, а вот когда вошёл в атмосферу и, снизившись до восьми тысяч километров, выпустил небольшие аэродинамические крылья, то машина стала более устойчивой и не тянула постоянно вправо. Я за этот месяц, который мы летели к Снежной самым экономичным ходом, успел поменять у флаера движки на более мощные позволяющие выходить в космос, а так же написал и установил необходимые программные пакеты. Саму машину до вылета на ходу испробовать пока не получилось, но все расчёты показывали, что проблем быть не должно. Про бортовое вооружение я не забыл, поставив сканер для обнаружения биологических целей, а так же полицейский станнер. Откуда он взялся среди модулей непонятно, но прочитав сопроводительные документы, нашёл его в списке дополнительных модулей. Оказалось, некоторые ленивые охотники охотились с помощью него. Станнер был переделан и теперь мог использоваться не только против людей, но и животных. Там регулировка есть.

    На трёх тысячах метрах я перевёл флаер в пологое пикирование, тормозя закрылками и понемногу притормаживая передними движками. Внизу мелькали леса, поля и первые склоны этого горного хребта. Я не стал спускаться прямо на замок или долину, не хотел рисковать, опасаясь комплексов ПКО. С учётом того что эти машинки способны закапываться и имели защиты от сканирования с орбиты, то обнаружить их очень сложно. Наш заградитель чисто космическая машинка. Его задача как я планировал, да подтвердили на испытаниях флотские, это одиночные рейды, чтобы минировать место возможного движения вражеских судов, а также действия в составе флота. Не было на «Хамелеоне» специальных сканеров, чтобы просвечивать поверхность планет. Да и я не посчитал нужным устанавливать такое оборудование. Поэтому наши сканеры могли лишь сделать виртуальный макет местных особенностей гор, но никак просканировать горы да ещё обнаружить комплексы ПКО. Именно поэтому я и подстраховался, эти комплексы в основном контролировали орбиту над собой и реагировали на движение сбоку не сразу, так что если что, шанс у меня был, требовалось резкое снижение и уход на бреющем. Правда ракета всё равно догонит, но ещё нужно понять, что это за комплекс, да жёны на орбите подстраховывают меня. Туннельная пушка с корабля никуда не делась и была у нас под контролем, а Малия отличный артиллерист, профи. Так что, если комплекс даст о себе знать, то она его быстро уничтожит с орбиты. Фактически такие комплексы одноразового действия. Внезапная атака чужака и одновременный удар по орбите всеми наличными силами, вот их предназначение. Потому что второй раз открыть огонь им никто не даст. «Хамелеон» находился на дальней орбите, так что у наших есть все шансы посшибать ракеты, как-никак два блока противоракет, да пушка имеется накрыть сам комплекс. Подготовились как могли, одним словом.

    Ещё меня беспокоила сама долина, почему там незаметно никаких построек или чужого вмешательства. Тот, кто строил замок, не мог о ней не знать, и не использовать, значит, там что-то есть, что мы не видели с орбиты. Я лично предполагал, что комплекс ПКО находится именно там. На пятьдесят километров вокруг, это самое удобное место, Малия после небольшого раздумья со мной согласилась.

    К счастью, похоже, никакой защиты всё же тут не было. Я минут пять крутился и над долиной, готовый среагировать в момент и уйти вниз за скалы, и над замком покрутился. Ничего. Ни срабатывания систем наведения, ни взлёта ракет.

    Продолжая управлять флаером, я направился к долине, решив первоначально изучить её. Именно она вызывала у меня больше всех опасений и стоит проверить именно её. Биологический охотничий сканер коим я просветил всю долину, включая склоны, выдал мне около трёх тысяч позиций по живым существам, что обитали в этой долине. Всякие белки и тушканчики меня не интересовали, как и птицы, но вот несколько крупных особей местных хищников, по виду это были что-то вроде крупных рысей, настораживали. Прежде чем спускать сюда семью, нужно будет почистить долину от них. Кардинальным способом, не вывозить же.

    Сама долина имела длину около пятнадцати километров, ширину от трёх до пяти. Был небольшой уклон на всём протяжении, по краю бежала речушка, впадавшая в крохотное озеро, но куда дальше уходила вода, я пока не знал. Главное людей тут не было, сканер это явно показал.

    Пролетев ещё раз над долиной, я присмотрел отличное место для установки палатки рядом с озером. Там был не особо удобный спуск к воде, ничего можно сделать нормальным, а так же довольно крупная рощица. Именно там прятались две особи местной рыси, остальные шесть были выше, где рос крупный лес.

    Зависнув на над площадкой, подо мной слегка колыхалась трава, во флаере не было встроенных гравитаторов, чисто охотничья полувоенная машинка. В смысле военная, но прошедшая конверсию и переделанная в охотничью. Раньше это был разведчик, но много функций у него не работало из-за демонтированного оборудования.

    Как только флаер твёрдо встал на опоры я вырубил движки, отчего свист начал стихать, и активировал открытие бронированного фонаря. Держа руку на рукоятке бластера, кобура была закреплена на бедре, я осмотрелся и сказал:

    — Пока всё чисто. Медицинский анализатор берёт пробы воздуха и мельчайших частиц. Через пару минут мы будем знать, сможем мы тут жить, или всё же требуется изготовить пяток необходимых вакцин.

    С жёнами у меня была постоянная связь, да и сейчас благодаря оборудованию связи во флаере, мы могли общаться. На шлеме инженерного скафа, к сожалению боевого на борту не имелось, была закреплена камера, поэтому они видели все, что и я.

    Пока анализатор работал, я направился вниз по склону к озеру. У обрыва отдельной группкой росло пяток деревьев, похожих на сосны, они явно принадлежали к семейству хвойных, это мне Киана сообщила, и удивлённо сказал:

    — Все-таки, похоже, кто-то тут побывал. В стене склона, он тут каменистый, кто-то вырезал ступени, чтобы спускаться к озеру. Причём работал не строительный робот, явно лазером поработали, видно застывшие потёки расплавленных камней.

    Камера снимала самодельную лестницу, что вела вниз, эту лестницу скрывали от меня деревья, когда я пролетал тут несколько раз. Жены, изучив запись, вот как прокомментировали её, пока я спускался к воде чтобы взять образец для медицинского анализатора, требовалось узнать, можем мы пить эту воду или придётся сначала обработать её.

    — Рино, но ведь лазерное оружие, тем более пистолеты не используют вот уже триста лет, а тут явно поработали пистолетом, — сообщила Киана. Малия её поддержала.

    — Ну не скажите, оригиналы-коллекционеры ещё встречаются. Сам видел у одного в кобуре древний лазерный пистолет. А тут могли и винтовкой поработать, она мощнее и с противоположного склона удобное место ля стрельбы.

    — Судя по размерам оставленных следов, стреляли всё же из пистолета, — стояла на своём Киана.

    — С учётом того что у пистолета и винтовки есть регуляторы тонкости и толщены луча, то спор не имеет смысла, тут всё от мощности батарей зависит… Хм, девчата, анализатор закончил работу. Могу сказать так, жить мы тут можем без особых проблем, как и пить местную воду, но всё же я изготовлю пару вакцин для более быстрой адаптации и для профилактики. После долгого пребывания на борту корабля нам это пригодится.

    Активировав открытие лицевой защиты, я глубоко вдохнул запах хвойных деревьев, и полевых цветов, что виднелись тут и там на траве. Поднимаясь от озера наверх, тут всего шесть метров вниз к воде потребовалось спускаться, я делал глубокие вдохи и счастливо улыбался, как же мне не хватало подобных запахов дикой природы.

    Наверху всё было спокойно, стоял флаер и щебетали местные птицы. Только вот как сообщил комп флаера, который с помощью биологического сканера продолжал присматривать за всем в округе и контролировал рысей, те сблизились с опушкой и сейчас рассматривали меня.

    — Кошки местные мной заинтересовались, — проинформировал я жён.

    — Да, мы видим, показания сканера флаера также транслируются нам на визоры, — подтвердила Малия.

    — Мне они не мешают, да и ничего не смогут сделать скафу, он и не на такое рассчитан, к тому же имеет броню на груди. Хочу осмотреть долину более внимательно, судя по ступенькам, неизвестный пришелец всё же тут бывал, вполне возможно где-то тут у него или схрон или дополнительное убежище. Нужно его найти и проверить. У меня есть анализатор, по пыли мы сможем определить, сколько тут не было его, если его тут нет, конечно.

    — А ступени когда вырезаны? — уточнила Киана.

    — Сейчас проверю. Я об этом не подумал, больше озаботился тестированием воды.

    Вернувшись к лестнице я снял с пояса анализатор в виде земного пистолета и нажав на активацию, сенсор был под пальцем, как и на оружие спусковой крючок, и осмотрел выданный результат. Данные шли прямо на нейросеть.

    Невольно присвистнув, я пробормотал:

    — Вот это да.

    — Что там? — обе жены были полны любопытства.

    — Этим ступеням чуть больше девятисот лет. Девятьсот тридцать три года, если быть точным, месяцы тут не подсчитываются, из-за разброса и коррозии, но года точные.

    — Значит и замку столько же лет.

    — Это сколько же летел сюда неизвестный с учётом того что в то время только-только начали переходить с первого на второе поколение и появились гипердвижки? С учётом возможностей тех кораблей, года три сюда он летел при плохоньком и слабом гипердвижке.

    — Подожди, — удивилась Киана, — мы так далеко находимся в глубине Диких миров?

    — Да, я когда прикладывал маршрут, то проложил его подальше от границ с освоенными пространствами, чтобы даже гипотетически не встречаться с пиратами. Тут наши транспорты летают. Ну не тут, поближе к обжитым мирам, но всё же, — рассеяно пояснил я. Малия об этом знала как пилот, поэтому молчала.

    — Ясно, — вздохнула младшая жена.

    Вернувшись к флаеру, я задумчиво осмотрелся и направился в рощу. Семьсот лет назад, когда тут оказался неизвестные пришельцы, этой рощи могло и не быть. Кошаки непосредственно сопровождали меня, мелькая то тут, то там, но не атакуя. В середине рощи было что-то вроде поляны заросшей кустарником, туда я и направлялся.

    Выйдя на поляну, я подошёл к ближайшему кусту и осторожно, чтобы не раздавать, сорвал небольшой ягоду. Анализатор показал, что он мне не повредит, поэтому снова откинув лицевую пластину, я осторожно положил его на язык и разжевал, почти сразу же выплюнув, скривившись.

    — Ядовит, — тут же влезла Киана.

    — Нет, не созрел ещё. Кислый… Чёрт, скулы свело.

    — Набери мне этих плодов побольше.

    Отсоединив с бедра герметичный пенал, Киана выдала как раз для подобных находок, я стал собирать и укладывать в него ягоды, прокомментировав их вид:

    — Я с такими уже встречался, да и по вкусу совпадает. Крыжовник не созревший.

    — Что за ягоды? — тут же заинтересовалась Киана.

    — Созревшими их мало ели, в большинстве заготавливали варенье. Джем, если ты не поняла. Было вкусно, мне один раз довелось попробовать.

    — Посмотрим по ситуации. Ты не можешь провести более глубокое их исследование анализатором и отправить полученный результат мне? А я тут пока изучу их структуру, и что с ними можно будет сделать.

    — Хорошо. Может тогда их не собирать, а то я половину раздавил, мускульные усилители не позволяют работать с такими хрупкими предметами?

    — Ещё чего, собирай.

    Проведя исследование ягод, и отправив результаты более глубокого анализа Киане, я убрал пенал обратно на место крепления и стал обходить кустарник, с интересом осматриваясь. Посредине поляны было что-то вроде небольшого холмика, поросшего травой и частично кустарником. Пройдя к нему, стараясь не повредить кустарник, это была просьба Кианы, я поднялся на холм и стал осматриваться. Деревья рощи да кустарник, вот что было вокруг, никакого жилища. Нужно в сторону ближайшего горного склона сходить, роща как раз к такому поступает, может там пещера есть? С боку мелькали любопытные мордочки рысей, но на них я не обращал внимания.

    Видимо мой вес утяжелённые отнюдь не лёгким скафом сделал своё дело, послышался треск и я ухнул куда-то вниз, и всё это под испуганные крики женщин и треск гнилых досок и балок.

    — Всё нормально, я нашёл место, где жил или жили пришельцы, — с кряхтением вставая с кучи мусора, успокоил я жён.

    — Пещера? — сразу спросила Малия.

    — Нет, похоже, дом был деревянный, но давно сгнил за это время. Я в каменный подвал провалился. Сейчас просвечу стены анализатором и посмотрю что тут за мусор, может, что интересное найду.

    Скатившись с кучи мусора, я встал на ноги и посмотрел наверх, где образовалось рукотворное мной отверстие, там же торчали ушастые морды рысей и с интересом меня разглядывали.

    — Брысь, — махнул я рукой и обе кошки исчезли. — Какие любопытные.

    Проведённое сканирование стен дали тот же результат, семьсот лет. Потом я стал швыряться в мусоре, очищая заваленный каменный пол. В результате этого мной была найдена деревянная покосившаяся дверь в стене.

    — Хм, так вот почему тут сырости почти нет, всё в сток с боку уходило, — пробормотал я задумчиво и вернулся к двери. После второго удара та слетела с петель, была она деревянной, но со временем не превратилась в труху, а наоборот как будто окаменела.

    — Склад, — с некоторым разочарованием протянула Малия.

    — Причём технологичный склад, — подтвердил я, проходя в небольшое помещение. — Сырость и коррозия сделала своё дело, большая часть начинок превратилось в труху. Снаружи кстати в стенах торчали такие же стержни, значит, на них тоже раньше полки крепились.

    — Есть там что интересное? — с любопытством спросила Малия.

    — Не пойму, часть приборов и блоков я не могу идентифицировать. Сейчас, вроде на этом модуле есть эмблема.

    Взяв в руки неизвестный агрегат размером с ведро, я перевернул его днищем ко мне и одновременно с жёнами ахнул:

    — Шиза!..


    Подойдя к флаеру, я внимательно осмотрелся, помахал рукой кошкам, те всё это время сопровождали меня, и забрался во флаер. Подняв машину на десятиметровую высоту, с набором высоты я направил аппарат к замку. Пора посмотреть что там.

    Управляя флаером, я слушал щебетания жён и раздумывал о своей находке. Скажем так, находка была очень неожиданной, очень-очень. Империя Шиза. Даже неожиданно. Более девятьсот лет назад она была полностью уничтожена тогдашним новообразовавшимся Содружеством, а тут такая находка. М-да, даже из колеи выбило.

    Империя Шиза, несмотря на название, было мощным и главное беспрецедентно развивающимся государством. Оно было людское государство и существовало более пятисот лет. Думаю, пока есть время и я, осматривая склоны, лечу к замку, тут меньше минуты лететь, стоит рассказать о шизцах. Это были люди как люди, со своими заморочками и своими проблемами. Сама Шиза во время становления государств уже была технически развитым государством, на вроде республики Шейна по сравнению с соседями.

    Времени с той поры прошло много, просто огромное количество, а историю, как известно, пишет победитель, то есть Содружество, но неофициальная версия, я её считаю вполне правдивой и логичной, была такова. Около тысячи лет назад один авантюрист притащил из Дикого космоса огромный астероид, нет, не притащил, а как-то смог запустить древние системы, и прилетел на нём. В течение нескольких лет учёные шизцы в глубокой тайне изучали его. Сам авантюрист по одной версии исчез с концами, по другой стал очень богатым человеком. Я склоняюсь к первой, оно так логичнее, ни тогда, ни сейчас осведомлённых людей не любили.

    Так вот, к моменту, когда авантюрист приволок тот астероид, империя благополучно существовала больше четырёх сотен лет и ничем не отличалась от соседей, используя оборудование, которое сейчас называют второго поколения. Астероид оказался ни мало ни много, а самой настоящей верфью легендарных Древних, с многочисленными заводами и цехами. Самое главное, всё это работало. О Древних скажу так, от них остались одни только слухи да очень немногочисленные и ужас как дорогие артефакты. Даже изображение этих Древних не сохранилось, но человечество считает, что это были люди, у других гуманоидов были свои версии. С того момента когда существовали Древние прошло несколько сот тысяч лет, так что ещё неизвестно кто прав, а кто нет.

    Так вот, не знаю как, всё это покрыто тайной веков, но учёные смогли запустить верфь и после некоторых попыток начали клепать корабли. Да ладно бы такие же как у всех, но нет, они были построенные на неизвестных принципах. Думаю, сами шизцы не совсем понимали, как у них это получается. Конвейер работает по давно заложенной программе, и ладно, но чуть позже видимо они начали вникать в суть, и уже более осмыслено стали создавать корабли и разное другое промышленное и гражданское оборудование, которое стало пользоваться резким скачком спроса в разных социальных сферах.

    Даже сейчас несмотря на то, что ни одного корабля шизцев не уцелело, я как инженер могу сказать, что уровень по поколениям их кораблей и оборудования на данный момент, всё также не поддаётся подсчёту. Нам до такого уровня как пешком обратно в освоенные системы. Может через тысячу лет, мы хотя бы осознаем, как строятся подобные корабли, но сейчас понять принципы их работ нереально. Сейчас корабли нашей постройки не имеют жидкую броню и не могут менять свой вид по желанию пилота или искина корабля, а тогда могли и были они многофункциональны.

    Тогдашнее Содружество быстро прочухало что происходит в империи и после долгих переговоров длившихся по разным мнениям от десяти до пятнадцати лет был собран огромный флот и… он был в прух и прах разбит шизцами. Верфи Шизы строили корабли, как я уже говорил на неизвестных до сих пор принципах и непонятных типов. То ли это был транспорты, то ли боевые корабли, то ли всё одновременно. Подстройка одного такого корабля занимала чуть больше двух лет. Это были трёхкилометровые левиафаны имеющие большие трюмы и просто убийственное вооружение. Была и защита, но какая неизвестно, прошло слишком много времени, чтобы сохранились достоверные факты. Гипером они не пользовались, работали на совершенно других принципах, но достоверно известно, чтобы пересечь империю Шиза с одного края до другого такому левиафану требовалось час, не больше. Тому же «Хамелеону» если бы он был цел, потребовалось бы сутки. Причём мой «Хамелеон» был самым быстрым кораблём в Лемур, это был подтверждённый факт.

    Да, флот Содружества был разбит, восемь левиафанов уничтожили его без особого напряга, но малая эскадра вооруженная суперсовременными тогда кораблями, расстреляла боеголовками с вирусами все восемь планет империи, превратив их в безжизненные шарики, погибла даже экосистема, а с помощью торпед с ядерной начинкой уничтожили верфь. Не знаю, сколько торпед они использовали, думаю порядка двух тысяч, но они смогли это сделать. Всё что непонятно, то опасно, так руководствовались тогдашние правители Содружества.

    Что дальше было точно неизвестно, пропаганда Содружества слишком нагнала мути за столько веков превратив в умах потомков шизцев как бескомпромиссных подонков и ублюдков что уничтожали целые планеты Содружества по собственной прихоти. В принципе выживших шизцев из экипажей построенных ими кораблей я понимал. Как увидели они, что сотворили с их планетами сборная солянка Содружества, то отправились мстить, и мстили точно также. Уничтожали материнские планеты разных государств. Поработали они с огоньком, более двухсот планет, если не превратились в источники астероидных полей, то есть были расколоты, то стали безжизненными шариками. Я такой, кстати, один видел на территории империи Хиры, память о прежних временах. Да и когда работал на Свалке Гурии, нам иногда попадали остовы кораблей тех времён. А один раз был обнаружен катер шизцев с эмблемой. Нет, это было судёнышко не постройки верфи Древних, работа обычного завода, так же первого поколения, но эмблема показывала, кому оно ранее принадлежало. Так вот, эта рухлядь, которая вряд ли стоила больше пяти сотен, ушла коллекционерам за полтора миллиона. Тогда все начальники цехов отметились, а оператору погрузчика, что его нашёл, заплатили три доли, это около ста тысяч кредитов. Он тогда отдал долги, установил себе крутую нейросеть и, закачав базы, покинул Гурию. Это был его счастливый билет и он им воспользовался. Это было за шесть лет до моего попадания в это тело, но слухи ходили до сих пор. Причём мне рассказал об этом один из свидетелей, мастер нашего цеха. Он уже тогда был мастером и тоже получил долю.

    За последующие после уничтожения империи Шизы годы пять левиафанов были уничтожены, в основном постарались орбитальные крепости, но с разницей пятьдесят к одному. О судьбе трёх оставшихся до сих пор неизвестно. Слухи разняться, но я был уверен что они ушли в Дикий космос, или уничтожив корабли, экипажи стали жить на окраинных мирах под видом добропорядочных жителей. А Содружество тогда распалось, слишком большие и тяжёлые потери все понесли. Снова Содружество образовалось не так давно, лет шестьсот назад, но о шизцах говорилось до сих пор только плохое, не уточняя из-за кого, произошла та трагедия.

    — Ты уже десятый круг над замком делаешь, — сообщила Малия, выводя меня из задумчивости. — Мечтаешь найти левиафан шизцев?

    — Была такая мысль, — согласился я, приходя в себя. — Это наш шанс убраться отсюда.

    — Мысль хорошая, только вот если найдёшь, он жив? А как ты им управлять будешь. У тебя знания есть? На верфи то Древних были для этого учебные классы. Да ещё нужно понять, как он работает…

    — Ты я смотрю, сама размечталась, — сказал я с улыбкой, осторожно сажая флаер на специальную площадку в ста метрах от замка.

    — Д-да, как-то это заразительно, — призналась жена и захихикала.

    — Тут ведь могли оказаться и простые выжившие из империи. Ведь тогда Содружество гонялось не только за левифанами, за всеми кто имел эту эмблему…

    — Скорее это они гоняли немногие уцелевшие военные корабли… — хмыкнула Малия.

    — Не перебивай. Так вот, тогда уничтожались и простые корабли империи Шизы и вполне возможно, что один или несколько кораблей ушли максимально далеко в Дикий космос и нашли эту планету. Вполне возможно аборигены — расплодившиеся шизцы.

    — Орбита пуста, должно же было что-то тут висеть с тех времён. Те же спутники.

    — Ну не знаю, — пробормотал я, покидая салон флаера. — Могли и почистить, чтобы не привлекать внимания. Запугать беглецов могли серьёзно.

    От взлётной площадки до замка была проложена выложенная толстыми плитками тропинка, вот по ней я и пошёл, хрустя травой, что проросла в щелях. Сам замок был высотой метров шестьдесят, шпили почти упирались в свод скалы, что его скрывал, стены и уж тем более рва не было, а был обычный хоть и красивый дом. Высокое крыльцо с колоннами и вход через довольно серьёзно выглядевшую дверь.

    Поднявшись по ступенькам на крыльцо, я посмотрел на четыре гнезда каких-то птиц, два были сделаны на подоконниках, одно свалилось и лежало кучкой. Подойдя к двери, я потрогал её и пробормотал:

    — Не деревянная, из корабельной переборки вырезали… Причём с немалым искусством.

    — Да, чеканка на двери неплоха, — согласилась Малия.

    Киана отсутствовала, подошло время кормления Жени, и она убежала его кормить. Они иногда менялись с Малией, да и не могла моя старшая жена в такой момент покинуть рубку, как-никак страховала с орбиты.

    Присев, я заглянул между щелей и, доставая малый инструментарий, пробормотал:

    — Замок электронный. Дверь закрыта. Сейчас взломаю и зайду. Надеюсь в доме всё в порядке, вроде все окна закрыты, пластиковые стёкла хоть и грязные, да пожелтели от времени, всё же на месте.

    За минуту я вскрыл замок, и потянул дверь на себя. Сервоприводы не работали, поэтому пришлось приложить некоторые усилие. Оставив дверь открытой, я заглянул внутрь, там была прихожая, дальше виднелся холл. Всё было под толстым ковром пыли и очертания предметов скорее угадывались.

    — Неплохо, — прокомментировала Малия. — Видимо хозяева вложили душу в постройку. Мозаика на полу и цветная на лестничном витраже просто восхитительна.

    — Тут повозиться придётся, чтобы очистить всё, двух наших корабельных дроидов-уборщиков на это может и не хватить, им тут работы на месяц. Но, честно говоря, хотя домик мне и нравиться, жить тут не особо хочется.

    — Почему?

    — Из-за Женьки. Перил у пропасти нет, а вниз лететь на скалы метров двести. Он же ещё несмышлёныш. Да и резкие порывы ветра тут бывают.

    — Перила сделать можно, не такое это и трудное дело. А замок мне нравится, — не согласилась Малия.

    — Мне больше долина понравилась. Ладно, я пока дом исследую, возможно из-за того что тут всё было закрыто, что-то и сохранилось.

    Исследование замка заняло у меня около часа. На третьем этаже подвала, как оказалось замок, это была только верхушка, основные помещения скрывались в скале, мной был обнаружен древний реактор.

    — Он рабочий? — спросила Малия.

    Из-за того что я находился внутри скалы, связь иногда прерывалась, но сейчас она была стабильна.

    — Да, похоже, хозяева сами покинули дом и заглушили его. Тут в соседней комнате склад со стержнями. Эти реакторы конечно фонящие, но помещение облицовано специальным материалом, так что излучение до замка не доберётся. Я его потом протестирую на износ и попробую запустить, а так по виду он вполне работоспособен.

    — Что это за реактор?

    — Мне с такими уже приходилось сталкиваться на Свалке Гурии. Эти модели ставились на танкеры и средние транспорты второго поколения. То есть чисто гражданская машинка.

    — Значит шизцы прибыли сюда не на левиафане, — разочарованно протянула Малия.

    — Да, я тоже уже это понял и, судя по складу запчастей, это всё же был транспорт, и он был разобран по прибытии. Пойду, жилые комнаты ещё раз осмотрю.

    К этому моменту вернулась Киана, поэтому Малия отвлеклась, пересказывая ей всё, что мы обнаружили, а я по винтовой железной лестнице поднялся в холл, и уже по шикарной мраморной, стал подниматься на верхние этажи замка. Я там был, мельком пробежался и стал изучать подвалы, они были интереснее.

    — А вот это уже любопытно, — пробормотал я, проходя явно в кабинет бывшего хозяина.

    — Что?! — хором спросили мои жёны.

    Вместо ответа я взял со столешницы лист пластика и показал им вычеканенные на нём буквы.

    — Письменность Содружества времён Шизы, — пояснил я.

    — Держи на свету. Не могу разобрать нижнюю строчку, — попросила Киана, после чего стала по слогам читать. — Неизвестный, к тебе обращается хозяин. Если ты Внешник значит, можешь это прочитать. Вся информация на внешнем носителе во встроенном сейфе за картиной. Шифр семь-ноль-двенадцать-четыре.

    — Не густо, — ответил я и подошёл к единственной картине на стене за креслом хозяина, что на ней изображено, было непонятно подслоем пыли, поэтому я открыл забрало и дунул. Пыль частично сдулась, но часть осталось, однако что именно на ней было написано разобрать теперь можно.

    — Долина, — уверенно известила Малия.

    — Да. Скалы характерные, — согласился я, снимая картину и набирая на сейфе код. Идиотом я не был и сначала просканировал сам сейф и всё что рядом на предмет взрывчатки, но ничего подобного тут не было. Да и сам сейф был механической древностью, более чем уверен, что его уже сделали тут, на планете. После ввода кода, я осторожно потянул дверцу на себя. Осмотрев две полки, я стал складывать все находки в баул, висевший на поясе, проинформировав жён о своих находках:

    — Лазерный пистолет, шесть разряженных батарей для него, четыре внешних носителя, древних как сама жизнь, коробка со стекляшками, видимо драгоценными камнями, и какая-то загогулина, видимо проектор для хранилищ памяти. Больше ничего тут нет.

    — А в столе и шкафах? — полюбопытствовала Малия. Кстати да, вся обстановка в замке была на месте, что-то со временем испортилось или сгнило, но в кабинете всё было в норме. Почистить, помыть и можно заселяться в замок.

    — Потом посмотрим. Похоже на этих носителях информация, прежде чем куда либо лезть, нужно узнать что на них. Предполагаю что там дневник или подробное сообщение от хозяев. Смысл тогда сообщать нам о сейфе?

    — Думаешь, там что-то сохранилось, столько времени всё же прошло? — спросила Киана.

    — Эти хранилища простые как дубина у дикаря, если всё делать правильно, то можно посмотреть что на них. Мы так на Свалке развлекались. Пятьдесят на пятьдесят что информация сохранилась и не была повреждена. Правда, там они были новее, эти же древность.

    Осмотрев ещё раз здание, я заснял спальню, где стояла огромная кровать и когда-то висел балдахин, сейчас же он упал и лежал на кровати. Ремонт полёвая задача, а так дом в принципе без проблем можно привести в порядок и жить в нём. Если мы отсюда выберемся, сделаю эту планету своим тайным убежищем. Хорошая идея, но нужно ещё постараться, чтобы выбраться обратно в освоенный космос. Мы пока ещё не знаем, целы ли суда или судно шизцев что добрались до Снежной и устроились тут, однако надежда медленно начала гаснуть ещё когда я осматривал подвалы. Там было много демонтированного корабельного оборудования, это означало что корабли, а там были разнотипные блоки, разобрали.

    В общем, закрыв входные двери, я вернулся во флаер и, поднявшись над горами, стал подниматься дальше, прямо к «Хамелеону» что продолжал висеть над долиной. Через сорок минут флаер был закреплён на броне яхты, а я, покинув аппарат, пройдя шлюзование, оказался на борту судна.

    Киана забрав у меня все образцы флоры и даже один фауны, ящерицу, убежала в сторону кормы, она там развернула свою лабораторию которую я достал из трюма и передал ей. Видимо она собралась изучить доставленные образцы, а я, поцеловав старшую жену, сказал:

    — Сейчас сделаю диагностику своего организма. Мало ли какую дрянь притащил с собой, а потом буду изучать доставленные находки.

    — А обедать?

    — Пройду диагностику и пообедаем. Я быстро.

    Оставив все находки в шлюзовой, я прошёл в медбокс и лёг в капсулу реаниматора, что выполняла также функции диагноста. Углублённое сканирование ничего у меня не нашло, но по показаниям анализатора что брал пробы воздуха земли и воды, я всё же решил сделать три вакцины в превентивных целях. Как только лекарство было готово, нужное оборудование для этого у меня было, я по очереди ввёл его себе в руку, после чего провёл процедуры с жёнами и сыном. Вечером нужно ещё раз провести диагностику.

    После обеда, довольно вкусного, жёны с прибытием на планету решили устроить праздничный обед, тем более интересные находки были, я направился в нос яхты, где у меня была оборудована крохотная коморка, и я занимался там разными работами. Именно там после десяти минут работ, я смог запустить древний галопроектор и подключить один из внешних хранителей памяти. После этого я прошёл в нашу гостиную и, собрав всех, активировал его.

    — Видимо хозяин замка посчитал, что информация может повредиться, поэтому записал одинаковую информацию по два хранилища. Я их мельком просмотрел, на одном отчёт их полёта, на другом дневник, и сообщение для нас, Внешников, — пояснил я, усаживая себе на колени сына. — Начнём с сообщения, потом можно и остальное просмотреть. Ну что ж, включаю…

    * * *

    Вставив в резак уже четвёртую зарядную батарею, я продолжил вгрызаться в породу. Мне нужно было сделать дополнительное углубление, вот я его и делал. Расплавленная порода растекалась и я уже был весь в каплях лавы, но для скафа это было тьфу.

    На Снежной мы находились вот уже три месяца, и надо сказать устроились вполне благополучно. Я смог запустить сильно изношенный дрон шизцев, модернизировал его, и тот под руководством Кианы вскапывал целину в долине, она там постоянно пропадала. Говорила, что скоро будет пробовать свежий урожай. Дрон кстати фермерский был.

    Малия ранее хозяйничала в замке, заканчивая перестраивать его под себя. Ограждение на краю площадки с замком именно она установила, мне этим заниматься было некогда. Так что Женька если бегал у замка, то не мог теперь свалиться в пропасть. Это пока была просто перестраховка, так как сын не выходил из дома один и уж тем более не отходил от матери. Он же ещё маленький, так что это ограждение на будущее. К сожалению, недавно выяснилось, что не всё так благополучно на Снежной, поэтому Женя и Малия вот уже как две недели отсутствовали в особняке, находился я тут один. Готовил сюрприз.

    Нет, это не от информации, что мы получили из хранилищ шизцев. До планеты добрались один транспорт и танкер, корабли были полностью разобраны и пущены в дело. Оказалось шизцы жили не только в этих горах, но и поставили схроны и сделали убежища в других концах планеты, включая на северном полюсе. Их координаты были в памяти носителей, поэтому я навестил все. Кроме пяти дронов с почти выработанным ресурсом, двух челноков и бота, ничего интересного мной там найдено не было. Из пяти дронов я собрал одного и он сейчас помогал Киане, челноки хлам, а вот с ботом я поработал и поставил на него движки с флаера, вернув ему обратно аэродинамические. Так что у нас теперь было два воздушных судна, бот, я его довёл благодаря комплектующим с «Хамелеона», до вполне приличного состояния, и флаер. Ботом пользовался я, флаером все вместе, но больше всего Киана. Она на нём постоянно в долину летала. Ах ну да, ещё было найдено лучевое оружие, но оно скорее интересно коллекционерам чем мне, но всё же я его тоже прибрал.

    Новости, о которых мы узнали месяц назад, взбодрили нас и, хотя это никак не касается шизцев, начну я всё же с них. Прибывшие были семьёй или друзьями патриарха и владельца большой транспортной корпорации из империи Шиза. С появлением верфи Древних и постройкой первого корабля он понял, что это дело пахнет жареным, но посчитал, что волноваться пока рано. Гром грянул, когда Содружество объявило Шизе войну и ударило первым, подло, под дых. Как оказалось, всё же история с реальностью имела мало общего. Не было никакой честной битвы восьми шизских левиафанов с целым флотом Содружества и разгромом последнего. Враньё полное. Было подлое уничтожение всех заселённых планет, хоть тут не соврали, и охоты на простые шизские суда. А потом уже левиафаны гоняли корабли Содружества, сжигая их пачками, и мстили они тоже серьёзно. Что было дальше сын патриарха, сам старик, не знал. Именно он общался с нами с помощью проектора. Привет из прошлого как говорится.

    В момент начала войны они успели среагировать, набрали на корабли, сколько могли, своих родственников и друзей и ушли подальше он начавшейся битвы. Полгода прятались на одной шахтёрской станции, а когда поняли что всё, Шиза уничтожена, ушли в Дикий космос. Шли долго, за время путешествия один из двух транспортов был потерян с большей частью экипажа и пассажиров, дальше двинули оставшиеся корабли, транспорт и танкер с топливом. За пару лет движения они добрались до этой планеты, посчитав, что ушли как можно дальше за пределы дальности интереса Содружества. Дальше они устраивались на планете, постепенно разбирая корабли. Со временем потомки начали ассимилировать с аборигенами, и пережившие полёт, и их потомки ушли к местным и влились в их жизнь. Старик остался последний, он не уходил, а оставив послание, отправился в другое убежище. Именно там я и нашёл его костяк, хоронить его было некому.

    Меня особо подробности их полёта и жизни на Снежной не интересовали, но вот Малия и Киана буквально по крупицам просмотрели все записи, сопереживая шизанутым. Мелодрама не мелодрама, но им было интересно и, похоже, они скопировали себе все записи, решив позже передать их в музей или разместить в сети. Хотя времени прошло немало, актуальности подобная информация не потеряла, да и я артефакты шизцев накопил, думаю миллионов двадцать на этом заработаю, как раз сколько стоит мой «Хамелеон», хоть в ноль выйду.

    Так вот, дело конечно было не в шизцах, а в том, как на нас отреагировали аборигены. Мы на них особо внимания не обращали, летая по своим делам. Но всё же моё внимание привлекло несколько поселений, где отреагировали на нас неоднозначно. Большая часть населения городков и сёл, просто смотрели с открытыми ртами на птицу в небе, а в других при моём появлении разбегались. При чём не раздумывая, похоже, это был рефлекс.

    Естественно это не могло меня не заинтересовать, я снизился и обработал парочку станнером, оглушив их и парализовав. Это был подросток и женщина лет тридцати, в простой и добротной домотканой одежде. Подняв их на борт флаера, я быстро смылся.

    К этому времени я спустил медоборудование и установил его в замке, поэтому полетел туда. Проведя необходимые процедуры и закачав им в голову общий, язык Содружества, я дождался, когда он усвоится и стал их расспрашивать под специальными препаратами. И вот какую интересную историю они мне рассказали. Были тут внешники, ещё как были, но странные. Они были уже три раза, но занимались отловом аборигенов. Женщин предпочитали брать красивых и молодых, а вот парней уводили, некоторых возвращали, некоторые исчезали вместе с девушками. Тем кого уводили говорили что их заставляли ложиться на ложе с прозрачной крышкой, больше они ничего не помнят. Ясно, что неизвестные отбирали тех, у кого высокие показатели интеллекта, а баб всех брали, главное чтобы мордашка симпатичная была.

    Мы тогда переглянулись с жёнами и хором уверенно сказали:

    — Пираты!

    Да, это могли быть только пираты, но вот странность, что они не могли найти планету с аборигенами где-нибудь ближе, почему так далеко летали? Или… их база где-то рядом? С учётом того что пираты бывали тут раз в четыре-пять месяцев, их база действительно не так и далеко. До ближайшего срока их появления оставалось очень мало времени, вот мы и стали готовиться. В данный момент я вырезал ещё одну нишу для закладки взрывчатки. Закончу сегодня и можно закладывать. Да, мне пришла идея, как покинуть эту планету, и я к этому готовился.

    Жёны возражали, считая мою идею бредовой и нереальной в исполнении. Они были уверены, что я не смогу угнать у пиратов их корабль, я же был убеждён в обратном. Подготовка идёт к окончанию, дело осталось за пиратами. Никто с такой жаждой не ждал их на Снежной, как это делал я. Планета мне нравилась, но у меня слишком много было планов, чтобы плюнуть на них. Мы можем выжить тут, ассимилировать как шизцы, но делать этого нам не хотелось. Там среди звёзд жизнь была куда интереснее чем тут, и я собираюсь побороться за наше возращение.

    Да и что на Снежной можно назвать хорошим? Только одно, то, что она нам фактически спасла жизнь и позволила устроиться на себе, иначе через год, наши замёрзшие тушки плыли бы в мёртвом корабле дальше, медленно теряя инерцию.

    За эти недели мы вполне неплохо устроились на Снежной, изучили остальные схроны шизцев, надеясь найти изделия производства верфи Древних. Они ведь не только корабли выпускали, но и разнообразное оборудование для населения. Однако или их действительно не было, или их так хорошо спрятали, что я просто не мог найти, а сейчас уже было некогда. Разбогатеть не получиться, хотя разнообразного оборудования и других изделий с эмблемой Шизы я набрал достаточно, мы так ещё и в плюс выйти можем. Но это я вроде уже говорил.

    Киана с Женей вот уже две недели безвылазно сидела в долине. Я там обнаружил выходящую на поверхность жилу железной руды, и с помощью своего оборудования сделал пещеру-дом, обустроив её для нас. То есть это был дом для трёх-четырёх человек. С учётом того что Малия уже одиннадцать дней безвылазно находилась на «Хамелеоне», жили мы там втроём. Как ни жаль был замок, а его реально было жалко, но он мог пригодиться нам только в одном случае, если бы стал ловушкой. Именно это я на данный момент и готовил, ловушку. С помощью лаборатории Кианы мы изготовили взрывчатку, причём приличную, промышленно образца, и я закладывал заряды. Сейчас как раз дополнительные точки начал готовить для закладки. База «Сапёр» четвёртого ранга мне в этом очень хорошо помогала, не зря её поднимал, пока летел в Княжество.

    Думаю, стоит более подробно описать, что тут вообще происходило с момента нашего прилёта. Время есть, пока резак углубляет дыру, поэтому можно и вспоминать.

    После проведённой разведки и находок мы ещё три дня висели на орбите, готовясь спускаться. Спустил я сперва Киану с большим количеством барахла в грузовом отсеке флаера. Та начала устраиваться в долине, прикидывая, где вскапывать будущий огород, я же занялся установкой в роще палатки, активируя всё оборудование, что шло с ней в комплекте. Это и малый реактор, энергии он давал немного, но её с лихвой хватало, чтобы аппаратура работала, и охранную систему, отпугивающая кошаков. Кстати, Киана их с трудом, но опознала, пояснив такое любопытство рысей. Это оказалось одичавшие кошки шизцев. Чуть позже я по её просьбе их всех изловил, и вывез за пределы долины. Она просила их не убивать.

    Устроив младшую жену в долине, я полетел с парочкой бытовых дроидов в замок. Там я носил по одному по помещениям, дроиды сканировали комнаты, прописывая их в своих банках данных, одному достались подвалы, другому жилые верхние этажи, и отправил работать. Зарядки их накопители хватит на неделю, однако же, я всё же занялся реактором, что находился внизу. После проверки от сюрпризов, смог его запустить, не сразу, но сделал это. Тот выходил на полную мощность аж четверо суток, да и износ у него был приличный, почти семьдесят процентов. Года два поработает ещё штатно, а потом или ремонтировать, что проблематично при отсутствии запчастей, или глушить, но нам столько и не надо. Малия просканировала все скалы над замком и сообщила, что не обнаружила излучения, это значило что защита в реакторной очень хорошая. Вот это радовало.

    Через неделю, когда замок был более-менее приведён в порядок, Киана в нём уже раз пять была, я, наконец, закончил с найденным ботом шизцев, и спустил на планету остальных. С той минуты «Хамелеон» висел над долиной в автоматическом режиме. Дальше мы стали устраиваться на планете, я проверял остальные схроны, нашёл и смог запустить дрона для Кианы, а то она уж больно уставала на своём огороде, куда хотела и меня припахать, чтобы я вскапывал ей землю, но я смог отбиться дроном, изрядно порадовав её железным помощником. Больше я просьб о помощи от неё не слышал, дрон вполне справлялся с работой. Сейчас с орбиты было видно ровные квадратики полей в долине, и они нас изрядно демаскировали, но если всё пройдет, как я планировал, то это демаскировка сыграет нам на руку.

    Малия занялась замком, перекраивая его под свою руку, перевезла на боте часть вещей и оборудования с «Хамелеона», включая пищевой синтезатор, благо картриджей к нему было ещё на год, и облагородила спальные комнаты и детскую. Как она расстроилась, когда я привёз двух аборигенов, и мы получили шокирующую информацию. Оказывается, на Снежной мы не одни, бывают тут внешники, ещё как бывают.

    Нет, расстроилась она не сразу, а дня через два, когда я увёз аборигенов обратно, и составил свой план. После этого жёны долго со мной не соглашались, считая это авантюрой, Киана предлагала вообще спрятаться среди аборигенов, но я продавил план своим авторитетом и он был принят, после чего мы стали готовиться.

    Мной была вырыт в железной руде длинный коридор, дрон Кианы в этом очень неплохо помог, а так же одну большую комнату и несколько поменьше. Именно туда мы всё перевезли из-замка, сделав рукотворную пещеру жилой, а также убрав всё, что демаскировало нас в долине. Оставив только ровные квадратики огорода. Киана ждала сигнала в долине, готовая в мгновение скрыться в нашем схроне-пещере, покидать свои лелеемые саженцы она категорически отказалась, а Малия вот уже одиннадцать дней находилась на «Хамелеоне», где действовала часть систем, включая жизнеобеспечения. Корабельное оборудование тоже было на месте, включая систему маскировки. Как-никак заградитель, переделанный в яхту должен был в одиночку устанавливать минные поля под носом у противника, так что оборудование тут стояло одиннадцатого поколения, очень навороченное, и я надеялся что пираты, имеющие максимум пятое поколение, яхту не заметят, что позволит моей старшей жене показать экстра-класс в стрельбе.

    А план был прост как молоток. Позволить пиратам работать на планете, то есть пока абордажные партии на планете, Малия по инерции под режимом маскировки сближается с кораблём пиратов, если он будет не в прямой видимости, и расстреливает его из туннельной пушки. Её задача, которую я несколько раз повторил, перебить энергошины реактора, как основные, так и дублирующие, и расстрелять рубку. В этом случае пираты окончательно потеряют контроль над судном, а я чуть позже его восстановлю. После этого Малия уже может спокойно сблизится планетой, и добить абордажников с обриты. Банально уничтожив их средства передвижения.

    Это если всё сработает в идеальном режиме, то есть, план пройдёт без сучка и задоринки, но могло пойти и по-другому сценарию. Мы до сих пор незнаем, какой корабль у пиратов, может это вообще боевой? В принципе это не существенно, Малия справится, да и как пойдёт сам расстрел мы не знаем.

    Была ещё одна опаска, если корабль собрали из обломков мусорщики, а у пиратов это обычное дело, то у Малии могли возникнуть проблемы. Так как мусорщики любили собирать корабельные конструкторы по своему разумению, и где проходят энергошины и находится рубка, Малия могла и не знать, а расстреливать его до потери работоспособности было нельзя, там отсюда ещё убраться как-то нужно. Тогда действовал план «Б». Если выяснялось, что корабль пиратов построен мусорщиками, то Малия затихарится, она сейчас находилась у спутника, зависнув там под режимом маскировки, а дальше буду работать я и мои закладки. Мне придётся повоевать с абордажниками и взять пару пленных. От них я должен узнать схему корабля, и отправить Малии, вот и весь план. Со схемой она легко выведет из строя оборудование корабля и обесточит его. Туннельная пушка это вполне позволяла.

    Однако всё это были планы, работать придётся импровизируя. Но я надеюсь, всё получиться и мы сможем отправиться домой. Очень на это надеялся.

    Конечно абордажники это сила, тем более, если у них есть боевые скафы, в чём я лично сомневаюсь, наверняка переделанные из инженерных или технических с навешанной бронёй, но всё же это сила и я не мог не признать это. Вот и оставалось завлечь их в ловушку. Я сделаю так, что они меня обнаружат и погонятся следом, а сам приведу их к замку и на виду скроюсь внутри. Те в азарте должны последовать за мной.

    Дальше дело техники, спускаюсь в подвал, закрывая все недавно установленные бронированные двери, и покидаю замок через чёрный вход, был тут и такой. После чего активирую заряды и заминированная скала, нависшая над замком, трескается, падает точно на замок, уничтожив его и рухнув вместе с площадкой в ущелье. Флаер я в таком случае потеряю, но у меня был бот припрятан неподалёку от входа, на который я перекинул станнер с флаера. Это позволит мне взять выживших. Они будут. Ботам сесть негде, скорее всего они зависнут рядом с площадкой, сбросив абордажников, а после взрыва их с камнями бросит в ущелье. Это тоже было рассчитано и заложены дополнительные заряды, вернее я их как раз собираюсь заложить. Кто-то в боте, в одном или двух не важно, выживет, вот и говорун. А если погибнут все, исключать такое нельзя, то полечу к тому месту, где они всадились, там наверняка кто-то остался, и попробую утащить языка там. Основная боевая группа пиратов к тому моменту будет уничтожена, так что не думаю что встречу особое сопротивление. Конечно мой бот, да ещё первого поколения, не штурмовой, а типичный грузовой, но у первого поколения как раз была усиленная метеоритная защита, поэтому лёгкого ручного оружия я не боялся, хорошо бы ещё стационарного не было. Оно как раз мой бот сшибёт не особо напрягаясь.

    Вот обо всём этом я думал, работая с резаком. Авантюра конечно серьёзная, но шанс убраться с планеты я упустить не хотел. После того как я закончил работы и убрал резак, то занялся закладкой зарядов и их маскировкой. Для маскировки я пользовался тем же резаком, наваливал на взрывчатку камни и спекал верх в корку, давая застыть. Именно в этот момент Малия, что держала со мной связь с помощью флаера по узкому лучу, дала о себе знать:

    — Рино, есть прорыв гиперпространства. Вышло что-то очень большое.

    Киана, что была также на связи, сейчас уже скорее всего подхватив Женьку бежала к укрытию, бросив всё чем занималась, я же проанализировав сообщение сказал:

    — Держи меня в курсе…

    — Второй пробой, в этот раз что-то небольшое, среднее, — перебив меня, быстро сообщила Малия.

    — На двух кораблях значит прибыли, — пробормотал я, после чего сказал старшей жене. — Всё по плану, работаем по ситуации. Сообщи мне, как только они сблизятся, что это за корабли.

    — Хорошо, — спокойно ответила Малия, и отключилась, а я продолжил работы по установке зарядов. Нужно было поторопиться.

    Через десять минут, когда я на реактивном ранце поднялся с площадки у замка с очередным зарядом в руках, Малия снова вышла на связь:

    — Рино, помнишь, ты давал мне изучить сигнатуры работы кораблей, что забрал твой старший брат? — голос у неё был на удивление спокоен.

    — Ты хочешь сказать?.. — нахмурился я, но Малия не дала мне договорить.

    — Да, больше судно это тяжёлый крейсер прорыва восьмого поколения модели «Эризон», второе какая-то грузовая лоханка четвёртого поколения. Средний грузовик пятого, или даже шестого класса, идентифицировать не могу, у меня нет такой модели в базах. Видимо постройка Окраинных миров. Идентификаторы у обоих не работают. Меня они пока не засекли, но крейсер сможет это сделать рано или поздно. Восьмое поколение это не пятое и уж тем более четвёртое.

    — Тим купил два корабля такой модели, «Стизс» и «Шееб». Они типовые, схему расположения энергосистем и рубки ты знаешь… Прекращаем разговор пока нас не засекли, я чуть позже сброшу тебе обновлённый план. Наша цель крейсер, лоханку гробим.

    — Броню крейсера очень трудно пробить, даже туннельной пушкой, тем более «восьмидесяткой», а уж если включены щиты, то и невозможно.

    — Не тупи, Мала. Щиты отключаются, когда выпускают или принимаются малые корабли, тогда и надо стрелять очередью. Всё, жди файл с новым планом.

    Отключив связь, я посмотрел на пакет что пришёл от Малии пока мы общались, там была запись того как к Снежной подходят два судна пиратов.

    — Тим, — пробормотал я. — Не думал, что нам снова придётся, свидится.

    С появлением новой информации я увеличил скорость работ с закладкой зарядов. Закончив с этим делом, прошёл во флаер и связался с Малией. В принципе новый план не сильно видоизменился от основного, но, похоже, с пиратами мне всё же придётся повоевать. Мне нужен был язык, чтобы получить новую информацию о Тиме. Лерки теперь не помогали, после бегства братца, информация о его местонахождении перестала поступать.

    Похоже, всё, что с нами случалось за эти полтора года, было предназначено самой судьбой, чтобы мы встретились с братцем и такой шанс я упускать не собирался. Но сперва позабочусь о жёнах и сыне, а потом уж можно решить, что делать с братцем. То, что он на крейсере, я сомневался, не барское это дело черновой работой заниматься, но вот узнать у языка, где именно он находится, попытаться было можно.

    Одним пакетом обновлённый план ушёл Малии, и почти сразу пришёл от неё другой пакет, с докладом по действиям пиратов. Сейчас они находились над нашим континентом, но в шести тысячах километров дальше, зависнув над несколькими поселениями, где только-только наступил рассвет. «Хамелеон» они не заметили и, похоже, не засекли наше общение, поэтому вели себя спокойно, просканировали сектор и орбиту планеты активными сканерами, этим занимался крейсер, и заняли орбиту.

    Борт грузовика не покинуло ни одно малое судно, а вот крейсер, что имел две небольшие лётные палубы с обоих бортов, каждая по десять машин, выпустил их аж восемь. Четыре настоящих штурмовых бота пошли на планету, четыре других аппарата оказавшихся космическими перехватчиками крутились у крейсера. Судя по их манёврам, командир лётной секции устроил небольшие учения. Но главное не это, а то, что оба пирата отключили щиты и висели на орбите без них. Спасибо перехватчикам.

    Доработав план с новой информацией, я отправил его Малии, велев начать медленно сближаться с крейсером на дистанцию точного выстрела. В реальности расстояние особо на её выстрел не влияло, Малии лишь нужно было выглянуть из-за спутника, он висел в прямой видимости пиратов, и открыть огонь. Из-за корабельной брони тяжёлого крейсера, туннельная пушка заградителя если не пробьёт то, по крайней мере, серьёзно помнёт броню. Вот второй выстрел, пробьёт, третий уже должен повредить то оборудование, в которое жена целилась. Поэтому её задача стрелять очередями по четыре выстрела, потом переносить огонь на следующую точку. Чтобы вывести крейсер окончательно из строя, для того чтобы пираты потеряли полный контроль над ним, ей понадобится пробить броню и повредить требуемое оборудование в семи точках. Именно это я и отправил ей со вторым планом, высчитав как ей стрелять с той позиции, что была у неё и каким бортом повёрнут к «Хамелеону» крейсер. А стоял он к ней левым бортом и частично спиной, что позволяло нанести максимальный урон. Первые две очереди должны были вывести у него часть энергосистемы, чтобы экипаж и корабельные искины не смогли воспользоваться щитами. А дальше выбивание другого оборудования и окончательная потеря экипажем управления кораблём.

    Отправив этот пакет, я остался сидеть в кресле пилота, дожидаясь первого удара от Малии, чтобы мог действовать уже сам. Если мне сейчас обозначить себя, то крейсер и грузовик окутаются активными щитами и будут просвечивать систему в поисках нашего судна, не сам же по космосу флаер прилетел сюда. Поэтому первый выстрел должна сделать Малия, и выбить энергосистему, продолжая с дальней позиции обрабатывать корабль, выводя из строя одну за другой системы крейсера, а тут уже можно и мне обозначить себя. Пираты не могут не засечь летевший флаер, так что, скорее всего, попытаются взять языка, чтобы понять что происходят. Перехватчиков я не боялся, это чисто космические машинки, тут Малия должна о них озаботиться, наверняка пираты очень быстро вычислят, где находится стрелок и если не откроют ответный огонь, то отправят туда малую авиацию, начав с перехватчиков. От временной базы, что организовывают пираты на поверхности планеты, добираться до меня слишком долго, думаю, если на крейсере остались абордажники, то отправят их. В общем, посмотрим что получиться.

    Продолжая сидеть во флаере, я связался с Кианой. С той было всё в порядке, с Женькой тоже, поэтому я продолжил ожидать сообщения. Долго сидеть не пришлось, сразу после особого сигнала Малии с присланным сообщением, я поднялся с площадки и полетел в сторону ближайшего городка, что находился в двухстах километрах от гор, расположившись на побережье довольно тёплого моря. Пока было время, я развернул сообщение и, просмотрев его, улыбнулся. Моя старшая жёнушка была просто молодец. Умудрилась четырьмя очередями погасить все энергосистемы крейсера, обесточив его. Там сейчас наверняка запускают резервные реакторы, активируя дублирующее управление, но жена продолжала бить по нему, сводя все действия экипажа на нет. Уже отключились щиты лётной палубы. Я дважды промотал запись, как в космос выбрасывает вместе с атмосферой фигурки людей. Техников и пилотов с лётной палубы. У многих успели штатно среагировать комбезы и перевестись в режим скафандра, но двигателей у них не имелось и сейчас чуть больше десятка пиратов, размахивая руками и ногами, стали медленно удаляться от своего корабля. Но на них никто не обращал внимания. Перехватчики растерянно крутились у борта своего крейсера, а грузовик, укутавшись щитами, стал уходить в сторону. Через минуту пришёл новый файл с информацией от Малии. Всё, с крейсером она закончила, и сейчас работала по грузовику, продавливая его щиты, к ней направляются три перехватчика, одного она уже сбила случайной очередью, работая по крейсеру, а ко мне стали спускаться на перехват один бот, причём не абордажный, а грузовой и два челнока. Ещё два челнока направились к грузовику. Экипаж явно спасался с гибнущего судна. Никто даже не подумал спасать тех бедолаг, что всё ещё висели, махая руками в километре от борта крейсера, медленно удаляясь. Двое так вообще начали падать на планету. Если их не подхватить, то через три часа, как раз когда комбезы выработают ресурс, они сгорят при входе в атмосферу.

    После последнего сообщения от Малии я сразу повернул флаер и на максимальной скорости, что мог развивать это аппарат, помчался к замку. План подходил к своему логичному завершению. О Малии я не беспокоился, перехватчики она посшибает задолго до того как они выйдут в зону поражения «Хамелеона», поэтому работал спокойно.

    Когда я был на подлёте к горам, то заметил над собой инверсионный след. Это был бот, почему-то челноки отсутствовали. А когда тот сблизился, и я на виду у пилота совершил посадку и, вырвав комп аппарата из гнезда, побежал в замок, то пришёл новый информационный пакет от Малии. Тут уже работало оборудование бота, у флаера с извлечением управляющего компа все системы вырубились.

    Забежав в холл, я стал спускаться вниз, закрывая за собой двери, и одновременно просматривая, что мне прислала жена. Два из трёх перехватчиков были уничтожены, последний, четвёртый, активно маневрируя, чтобы сбить прицел, ушёл к планете и пилот катапультировался на нижней орбите. Сейчас он медленно спускался на парашютах на поверхность Снежной. Не повезло идиоту, под ним был один из океанов. Оба челнока которых я не нашёл над собой спускались к базовому лагерю пиратов, а вот бот шёл за мной, но это я и так видел. Грузовик ещё держался, щиты никак не удавалось сбить, видимо в кресле оператора защиты сидел очень хороший спец, но долго ему не продержаться. К сожалению, грузовик, активно маневрируя, уходил за планету, поэтому Малии пришлось выйти из-за спутника, чтобы не потерять цель, и продолжить огонь. В общим, закончит она с грузовиком, и направится на орбиту Снежной, чтобы уничтожить базу пиратов. Главное тут, чтобы грузовик не ушёл, а то стоит ему уйти за планету, укрывшись за ней, то может разогнаться и сбежать в гиперпрыжок, а нам этого не нужно. Я вон, только крейсер ремонтировать месяц буду, может чуть меньше, мне внезапно появившиеся мстители приведённые грузовиком не нужны.

    Спустившись в самый низ пропасти, я открыл замаскированную дверцу и осторожно выглянув, посмотрел наверх, там в двухстах метрах у замка висел бот. Уверен, все пираты уже внутри. Пока всё идёт по плану, поэтому побежал в сторону. Там дальше, примерно в километре, в расселине у меня укрыт бот.

    Добравшись до него я, не колеблясь, активировал дистанционный подрыв зарядов и в том месте, где ранее находился замок и бот, поднялось огромное облако пыли и мелких камней. Шлюз в бот уже был открыт, поэтому я прошёл внутрь, активируя закрытие, слыша, как по броне барабанят камни. Бот пиратов из облака так и не появился.

    Как я уже говорил, связь с Малией с извлечением управляющего компа флаера, прервалась, а на боте стояло слишком старое, чтобы держать связь с «Хамелеоном» незаметно для пиратов. Я его конечно по возможности модернизировал, но всё же перехватить нас могли. Однако после того как основная боевая единица людей Тима была выведена из строя, можно было уже не шифроваться и общаться спокойно. Поэтому выведя бот из расселены, я связался с женой:

    — Как там у тебя?

    — Грузовик никак не могу добить, уже парит воздухом, а всё уйти пытается. Видимо никак в рубку попасть не могу.

    — Отстрели ему движки, — посоветовал я, стабилизируя бот недалеко от замка. Я ожидал, когда осядет пыль.

    — Да уже. Сейчас по разгонным бью, они одни остались. У тебя как дела?

    — План с замком сработал, сейчас языка буду добывать… Ага, пиратский бот вверх пузом лежит. Я с тобой чуть позже свяжусь, любимая.

    — Хорошо, жду. Как добью грузовик, сразу свяжусь.

    — Лады, и подстрахуй меня с оставшимися на планете пиратами.

    — Пригляжу за ними, — согласилась жена, и мы разъединились.

    Заставив бот зависнуть над аппаратом пиратов и включив автопилот, я покинул рубку и, пройдя шлюз, просто спрыгнул на днище чужого судна. Тяжёлый резак был закреплён на спине, поэтому я его снял и стал вскрывать обшивку. Выжившие внутри должны быть, и вполне возможно они могут оказать сопротивление, если конечно пришли в себя. Поэтому следовало поторопиться пока они ещё дезориентированные. К сожалению, воспользоваться станнером стоявшем на боте, невозможно, броня у аппарата пиратов была экранированная. Восьмое поколение как-никак.

    Врезался я в броню в районе двигательной установки, тут она самая тонкая. Наконец вырезанный круг провалился внутрь и я, держа в руках бластер, нырнул следом. Нужно было поторопиться, не обращая внимания на собственную безопасность. Мало ли ещё прибудут пираты. Вот их мы не ждём. Перерезая переборки, я двигался к рубке.

    Перестраховка себя не оправдала, в рубке бота находился всего один пилот, и он был без сознания, но живой. Подобравшись к нему через разруху вокруг, сразу обработал его нейротиком и, подхватив на руки, последовал к выходу. Доставив пилота в свой бот, пришлось ещё и аптечку на него вешать, состояние тяжёлое, я вернулся на трофей. Там в зажимах обнаружился вполне целый технический дроид и я не хотел его терять. После всех работ произведённых лично, хоть и с помощью скафа, я радовался находке как ребёнок. К сожалению, комп дроида был запаролен, видимо им могли пользоваться только те, кто имелся в его списках. Поэтому я выключил его и поволок наружу.

    Расстроился я не сильно, разблокирую быстро, к сожалению, раненый пилот помочь в этом не мог. Он наверняка мог использовать дроида, но пароль ему был неизвестен. Штатная процедура. С трудом дотащив дроида до бота, я с помощью лебедки поднял его и затащил в грузовой отсек. Пыль уже осела, поэтому я смог рассмотреть, что стало с замком. Его не было, как и площадки. Фактически скала тут стал ровной, лишь виднелись отверстия ходов подвала в двух местах, вот и всё.

    Подняв бот из ущелья, я полетел в долину, слушая Малию. Та уже добила грузовик, он истерзанный снарядами туннельной пушки уже не реагировал и сейчас она, с трудом управляя изувеченным «Хамелеоном», направлялась к лагерю пиратов. Те уже пытались с нами связаться и договорится, но не смогли, мы не отвечали.

    Кстати, по поводу повреждений яхты. Всё же экипаж грузовика смог достать расслабившуюся лёгкими победами Малию. Они до последнего момента не использовали ракетное вооружение, и когда яхта сблизилась, смогли одним массированным залпом выпустить все ракеты. К тому времени действовало всего четыре пусковых из шести, но они выпустили как атакующие, так и противоракеты и жене пришлось приложить немало сил, чтобы посбивать их. Она также выпустила все противоракеты, но сбить смогла не много, а когда несколько штук достигли её, бросила все резервы энергии на щиты. Щиты у «Хамелеона» снесло напрочь, да и обшивку изувечило, повредив два маневровых движка, один так вообще снесло, но Малия сидя в скафандре, произошла разгерметизация, добила грузовик и сейчас направлялась к базе пиратов. Те наши переговоры слышали и, по словам жены, там царила паника. Кстати, один челнок они направили ко мне, но его налету сшибла Малия, и велела забыть о нём. На полной скорости неуправляемый остов врезался в землю и там вряд ли мог кто-то выжить.

    Конечно, кто-то скажет, что я вот, заставляю жену воевать за себя, мол, вроде как это я должен сидеть в кресле пилота яхты. Однако, каждый должен заниматься тем что хорошо умеет, по базам я не очень хороший пилот и можно сказать начинающий артиллерист, тогда как Малия в этом была профессионал и последние дни активно тренировалась, расстреливая безответный спутник Снежной. У каждого была своя задача, и мы их блестяще выполнили. Осталось только благополучно завершить операцию по отъёму у пиратов корабля и свалить отсюда.

    Бот управляемый мной, влетел в долину и, зависнув, опустился на опоры лужайки. Подхватив пирата, я побежал ко входу в пещеру где скрывались Киана с Женькой, именно там находились все капсулы из медсекции. Резервный реактор я с «Хамелеона» не снимал, Малии требовались все возможные мощности и ресурсы для боя, поэтому они пока работали на собственном питании, но всё же одна капсула была подсоединена к мини реактору из комплекта охотничьего снаряжения. Вот именно в эту капсулу я и положил пилота, диагностируя повреждения. Кроме черепно-мозговой, прилетело каким-то сорвавшимся оборудованием, сломанной руки и нескольких рёбер, больше ничего серьёзного у него не было.

    Задав компу капсулы параметры быстрого лечения, в основном головы, остальные меня не интересовало, только внутреннее кровотечение остановил, я направился к младшей жене и сыну. Следующий час я общался с семьёй, включая Малию, та всё ещё висела над уничтоженной базой пиратов, где дымились остовы ботов и челноков, и играл с сыном. Когда капсула известила, что все заложенные мной процедуры закончены, я направился в отдельное помещение, где и находилось медоборудование с «Хамелеона». Я надеялся получить более полную информацию, так как считал пирата не последним человеком на крейсере, слишком дорогой пилотский комбез на нём был, почти такой же как у меня хранился в вещах. Сам я в основном пользовался инженерным, там функций по более было.

    Дальше дело техники, достал пирата из капсулы, он уже начал приходить в себя, вколол ему несколько очень специфичных лекарств и следующие два часа плотно допрашивал, пребывая в задумчивости. За это время Киана оставила Женьку на мне, он мне не мешал общаться с пиратом, а сама на боте слетала за Малией, на орбите ей к этому времени делать было нечего. Всё малые суда пиратов уничтожены, а те немногие, что успели разбежаться, пусть сами заботятся о себе. Так что, когда я закончил, обе жены уже были в схроне и суетились по хозяйству.

    Работы было много, поэтому поужинав, а наступал вечер, прихватив с собой пребывающего в нирване пилота, мы с Малией полетели на боте к крейсеру. Требовалось как можно быстрее начать его восстановление, поэтому я и не стал задерживаться. Пилота я выбросил по дороге, пустил ему в голову сгусток плазмы из бластера, и выбросил тело из грузового отсека на трёх тысячах метрах. Жалко его не было, он был из заключенных, что освобождались, когда Тим рвался в Дикий космос.

    Поднявшись на орбиту я высадил жену на «Хамелеоне», и сблизившись с крейсером, стал настороженно его разглядывать. Вполне возможно там кто-то ещё есть, в скафах можно протянуть в открытом космосе довольно долго. Но именно для этого я и взял старшую жену, яхта снялась с орбиты и направилась за мной следом. Малия меня подстрахует туннельником.

    Пока она ползла за мной следом на повреждённых движках, отчего её пилотирование напоминало движение пьяного, я вернулся в трюм и стал возиться с дроидом. Ещё когда мы ожидали пиратов, я серьёзно озаботился программами и вирусами для взлома искинов и компов захваченного корабля, так что в памяти нейросети и коммуникатора у меня было их в свёрнутом виде довольно много. Поэтому подойдя к дроиду, я откинул у него боковую пластину и, не активируя, вытащил шнур нейроразъёма и подсоединил его к скафу, в котором я был. После этого я залил в него два вируса и программу взлома, контролируя работы этих программ. Питание в комп дрода подавалось через шнур от скафа. Через десять минут комп был взломан и я открыл меню, пробежавшись по тем программам, что были загружены в память дроида. К моей радости там были программы по ремонту тяжёлого крейсера модели «Эризон». Кстати, в памяти дроида была остаточная информация, и по ней я узнал, что он был приписан к крейсеру «Шееб». Значит именно так наш трофей ранее и назывался.

    Дистанционно пробно поупровляв дроидом я направил его к шлюзовой, шагая следом, только дальше он свернул в открытую шлюзовую, а я прошёл в рубку. После штатной процедуры шлюзования, дроид управляя своё движение соплами встроенного двигателя, полетел к открытой летной палубе «Шееба». Теперь мне было кем провести разведку, и узнать есть ли кто на борту корабля. Живые я имею ввиду.

    Малия уже давно зависла неподалёку и охраняла меня, поэтому я работал спокойно. Более четырёх часов нам потребовалось, чтобы понять, что на борту живых не было. Биологический сканер, что стоял на боте тут не помогал, броня экранировала, поэтому и пришлось действовать дроидом, осматривая каждый закуток. Хорошо ещё, что он имел идентификатор приписки к этому кораблю, и мог подходить и отключать охранные комплексы и других боевых дроидов, а не то мы бы давно его потеряли. Часть охранных систем были активны. Были бы работоспособны корабельные искины, они бы не дали дроиду так нагло шастать по кораблю, но все шины питания были перебиты и охрану никто не контролировал, отчего она сильно поглупела.

    Наконец все работы были закончены. Уже давно наступила ночь и над нашей долиной висел местный спутник, поэтому мы решили закругляться на сегодня. Дроид под моим управлением вытащил все шесть корабельных искинов из шахт и перенёс их в трюм бота. Туда же он доставил два отключённых боевых дроида что имели встроенных искинов. Я их тоже собирался взломать и пустить на охрану долины. Это конечно дроиды для космоса, а не дроны, и их возможности упадут на порядок, тем более у дроидов не бывает защиты от коррозии как у дронов, но то время что нам нужно, чтобы убраться отсюда, они протянут без проблем.

    Через полчаса, когда всё что нужно загрузил в трюм бота, я забрал Малию с яхты, та перешла в автоматический режим, и мы стали спускаться на планету, направляясь в нашу долину. Женька уже давно спал, полночь как-никак, а вот Киана нет, нас ожидала.

    Про комп флера я уже говорил, одно дело он сделал, доставил меня и аппарат к замку, где его быстро демонтировал, сейчас же на него возлагалась совершенно другая работа. Очень сложная. Теми программами, что я на него спасал он должен был взломать корабельные искины и искины боевых дроидов. То есть я сделал из него дешифратора-слабосилка. Нам нужен хотя бы один управляющий, чтобы взять управление кораблём в свои руки и покинуть орбиту Снежной, остальными можно и позже заняться, но пока задача стояла взлом именно управляющего.

    Пока жёны общаясь, готовили нашу общую постель, я прошёл в медсекцию, следом технический дроид занёс цилиндр. Подключив к реактору комп, а к нему уже искина, отдал приказ первому на взлом. После минутного анализа, тот выдал, сколько потребуется времени на этот взлом. Чуть больше семь дней.

    — Потерпим, — пробормотал я и, сняв скаф, не надевая комбез что висел в шкафу, направился в спальню. Сейчас приму душ, он был из комплекта охотничьего снаряжения, и лягу спать. Сегодня был очень тяжёлый день, и всем хотелось спать. Стимуляторами я не пользовался, не посчитав это нужным, поэтому вырубило меня сразу, как только я головой коснулся подушки.


    Утром, во время завтрака, пользуясь такой возможностью, я сообщил жёнам свои мысли и планы:

    — Корабль нам достался очень неплохой, поколение восемь-плюс, хоть и в повреждённом состоянии. Честно говоря, я бы предпочёл отбить менее крупное судно, с ним возни было бы меньше, но что есть, то есть. Это серьёзный боевой корабль с хорошей защитой и вооружением. Пиратам оно конечно не помогло, но тут мы воспользовались их разгильдяйством и пренебрежением безопасностью. Ну и эффект неожиданности, конечно, тоже помог. Во время движения захватить такой крейсер нереально, проще уничтожить, так что я надеюсь, наше дальнейшее путешествие пройдёт без проблем. Сейчас я посмотрю как там со взломом искина, он позволит взять под свой контроль все технические и возможно инженерные мощности корабля, чтобы нам не взламывать по одиночке компы и искины технических комплексов и дроидов. Это конечно не даст нам возможность заняться серьёзным восстановлением корабля немедленно, но с помощью нескольких дроидов, возьму под свою руку на борту ещё пяток, можно отремонтировать энергошины и часть повреждений, чтобы хотя бы восстановить гравитацию и атмосферу когда вернём управляющий искин в шахту. То есть по минимуму до взлома искина я приведу корабль в порядок. Обшивку отремонтируем уже потом, сейчас это не критично, хватит пены, чтобы заделать их. Ну и грузовик осмотрим, может, что как трофеи нам пригодится. На сегодня это всё. По Женьке, Малия остаёшься тут, а то сына давно не видела, пообщаетесь, да за нашим убежищем приглядишь, а мы с Кианой на крейсер, техник-универсал мне пригодится. Можно будет делать работу быстрее, сейчас это актуально.

    — Подожди, — подняла руку Малия, пробормотав. — Торопливый какой… Ты лучше скажи что тебе пират рассказал, далеко их база?

    — Можно сказать рядом, — вернувшись за стол, нехотя ответил я и, осмотрев жён добавил. — В месяце пути в гипере на крейсере. Там такая же планета земного типа, но без аборигенов. Клан Тима обнаружил его и занял. На орбите висит боевая станция, правда, в неполной комплектации, а сам клан расположен на поверхности. Чуть больше года назад Тим разослал в разные стороны корабли на поиски планет с аборигенами. Нашёл две, эту и ещё одну. Он строит своё государство, пиратское, но всё же. Парней в простые солдаты и рядовые пилоты истребителей, девок сами знаете куда. Борделей на его планете хватает, да и наложниц теперь у каждого пирата по две, а то и три. Этот язык был старшим лётной палубы «Шееба», так что некоторой информацией владел. Тим решил расширяться. Скоро в его планах рейд по Окраинным мирам, он будет набирать себе людей, и захватывать разные производства, включая верфи. Кстати, о моей в Хире он в курсе и решил отобрать её обратно. К сожалению, судя по словам пирата, сил он подготовил достаточно. Одних боевых кораблей около пятисот, на острие пойдут современные, что он угнал из Лемура. Но это прикидки пирата, точно он планы Тима не знает. О Княжестве они тоже в курсе, но пока копят силы для первого рейда, к нам они наведаются позже.

    — Флоты Окраинных миров их раскатают быстро, — покачала головой Малия.

    — Если догонят, многие его корабли модернизированы заранее закупленным и вывезенным из Лемур оборудованием и движками. К тому ж выяснилось, что он ещё вывез несколько заводов и фабрик в свёрнутом состоянии по производству корабельного оборудования восьмого поколения. Он строит очень быструю эскадру и его планы пройтись косой смерти по Окраинным государствам вполне реальны. Последние месяцы он немного побезобразничал на границе захватывая корабли и нагибая слабые кланы, беря их под свою руку, но скоро мы о нём услышим… Если его не остановить.

    — Что ты хочешь сделать? — тут же насторожилась Малия.

    Посмотрев на неё, я перевёл взгляд на Киану, на коленях которой сидел Женька и, вздохнув, ответил:

    — Пора его остановить. Это не случайность, что диверсия произошла в этих системах, и мы наткнулись на Снежную, повстречавшись с людьми Тима. Это знак судьбы. Я не вернусь обратно, пока не уничтожу Тима. После гибели Тима его люди разбегутся, разбившись на мелкие кланы, а они уже не опасны. Такого лидера как он у них нет.

    — Но?..

    — У меня уже сформировался план, — поднял я руку, прерывая Малию. — Если он сработает, то мы благополучно продолжим путешествие и доберёмся, наконец, до Княжества. Я знаю, что ты хочешь сказать, мол, нужно добраться до Княжества и сообщить координаты убежища Тима, но я решил поступить по-другому. Это моя война с ним и уйти в сторону я не могу… Мне понадобиться ваша помощь, но она заключается только в одном, оставить меня на краю системы, дальше я уже сам. А вы будет ожидать меня в определённой точке. Если через два месяца я не появлюсь, искать меня не надо, отправляйтесь на нашу столичную планету Княжества, там вас встретят. Только заранее опознаться не забудьте. Как-никак крейсер числится за пиратами… Всё, я готов выслушать возращения.

    Начала Малия и это была буря, к ней почти сразу присоединилась Киана, поэтому мне пришлось держать огнь с двух сторон.

    * * *

    Наблюдая, как крейсер разгоняется, я вздохнул. Пока всё шло, как я и планировал, начальная часть операции прошла нормально, сложнее всего было добиться согласия жён. Теперь основная часть операции, но в себе я был уверен.

    В это время «Шееб» ушёл в гипер, и я остался в системе один. Только обломок изувеченного истребителя висел в километре и подавал сигнал спасения. Он мне нужен был для того чтобы попасть в соседнюю систему где и находилась планета Тима. Тут пятьдесят на пятьдесят, попадётся судно, что идёт к планете, или то, что отошло от неё. Мне естественно требовался первый вариант.

    Из-за серьёзной обороны системы, где расположился клан Тима, как-никак у него средняя боевая станция девятого поколения, да, она не полной комплектации, но диспетчерский и реакторный модули в наличии имелись, так что вся система была под его контролем, будьте уверены. Мощные диспетчерские и боевые платформы полностью контролировали систему и просвечивали сканерами приходящие и уходящие корабли, а транспортный поток в систему Тима был довольно плотный, мы об этом знали. Пираты, контрабандисты и даже вольные шахтёры нашли здесь неплохую базу, проводили ремонт, отдыхали и что уж говорить, даже участвовали в гладиаторских боях, тотализатор тут был серьёзный.

    При такой довольно плотной защите пространства попасть на стации Тима было проблематично. Левого корабля у меня не было, а искать его и потом использовать, это слишком яркая засветка, а мне нужно, чтобы обо мне так никто и не подозревал. Вот я и надеялся воспользоваться услугами какого-нибудь такого торгаша или вольного шахтёра, что часто посещают эту систему. В принципе мне без разницы, хоть это будет патрульный корабль из сил самообороны системы.

    План был простой, но для быстрого проникновения в систему самый действенный. Он заключался в том, чтобы использовать транзитника как таксиста, добравшись до любой из станций Тима, на обшивке корабля. Правда ещё неизвестно кто попадётся, как-никак у Тима на орбите их планеты Жесть было три станции, одна малая и одна средняя грузопассажирские, именно там принимают гостей, и боевая, туда доступ только людям Тима. Дисциплина почти как на флоте, но всё же это не боевой флот. Ещё выяснилась интересная особенность, имперская безопасность Лемура не сообщала о том, что Тим ко всему прочему вывез несколько фабрик и заводов по производству корабельного оборудования, а они у него были и он запустил их. Сейчас многие пиратские корабли проходили модернизацию и я чувствую скоро для пограничных кораблей Окраинных государств начнётся очень сложный период службы. Тут, наверное, только глушилки помогут и глухое закрытие границ, да и то вряд ли. Как я понял, Тим был сторонником полной анархии. Ну или таким образом он хотел подняться повыше, это на него было больше похоже. Тогда он реально мог сколотить свою империю. Чёрную империю.

    Так вот насчёт проникновения в систему. План был очень прост, жёны наклеили на мой скаф в несколько слоёв очень специфичной штуки, ткань контрабандистов. Не знаю, кто её изобрёл, но нужно тому гению поставить памятник. Какое только мы оборудование и аппаратуру не использовали, но не видело оно эту ткань и всё тут. Только над шлемом, над лицевой пластиной был откидной клапан, да на спине, чтобы я мог его покидать. Эту ткань мы обнаружили на расстрелянном грузовике. Там много чего интересного было, большую часть я переместил в трюм к крейсеру.

    Используя возможность оставаться незамеченным для корабельного оборудования, я дождусь, какого-нибудь любопытного и пока он изучает обломки старого истребителя, тихонько спрячусь на обшивке его судна и так доберусь до станций или планеты Тима. Там уже по ситуации, но главная задача это ликвидация братца и я ею собираюсь заняться лично. Да и кто мне будет помогать? Всё сам, всё сам.

    Этот истребитель был из состава лётной палубы «Шееба». В основном там были машины седьмого и восьмого поколения, но было две и четвёртого, как вот эти истребители класса космос-атмосфера модели «Чин». Их там было в количестве двух единиц. Как оказалось, таких машин было захвачено почти шестьсот штук. Один из рейдеров Тима взял на абордаж тяжёлый флотский транспорт конфедератов, и там были эти аппараты. Большая часть ушла на продажу, но несколько десятков люди Тима забрали себе, включая бывшего капитана «Шееба». Идентификатора на обломке не было, поэтому я был уверен, что опознать его не смогут, да и кому продали или передали тоже.

    Сама система Тима была закрытой от гиперпрыжка, на станции стояло нужное оборудование, в смысле глушилка, и она всегда была активна. Это перестраховка Тима на случай подхода карательного флота, чтобы можно было сыматься, и у его планеты внезапно не появились флотские боевые корабли. Это тоже не особо хорошо. Ведь для флотских это спецоперация вполне возможная и я бы даже сказал рядовая, так что они могут первоначально отправить диверсантов или спецназ, чтобы вырубить глушилку и спокойно работать. Я более чем уверен, на гражданских станциях активирована противодиверсионная защита, а на боевой, убеждён, она работает на пределе. Но всё же шанс у меня был.

    Система, где меня оставили жёны, была малопосещаемая, хотя и граничила с системой Тима. Она находилась со стороны Дикого космоса, и тут действительно бывало мало транзитных кораблей. Но показываться на «Шеебе» в тех системах, которые находятся со стороны границ освоенного космоса и где множество транзитников, вообще смерти подобно, так что подстраховались. Именно подстраховались и, к сожалению, я вишу в открытом космосе уже шесть часов с того момента как меня оставили одного, и за это время никто так и не подошёл к обломку. Я не говорю, что транзитников не было, возможно и были, на скафе не было сканеров и радаров, может их, просто не заинтересовали обломки. Однако все эти часы я не сводил взгляда с обломка истребителя, боясь пропустить появление любопытного. Тут мне могут помочь только мои глаза, они же сенсоры они же радары.

    В принципе можно подождать и сутки и двое, картриджей к скафу мне хватало, я вообще мог его не покидать несколько недель, но всё же ждать особо не хотелось.

    Думаю, меня спасло то, что старый корвет аж третьего поколения, сбросил скорость при приближении к подающим сигнал спасения обломкам, иначе был меня размазало, а так лишь очень больно приложило ногами о старую пусковую противоракет, отчего меня закрутило вокруг оси, но я смог ухватиться одной рукой за дуло турели ПКО и остановил вращение. Хруст сломанных ног, я лишь отметил краем сознания. Как-то план начал реализовываться, не сказать что особо успешно для меня.

    Скаф мгновенно засек, что у меня какие-то непорядки. В местах переломов комбез сжался, создавая жёсткую конструкцию вроде шин, отчего я поморщился, когда кости вставая на место, потёрлись друг о друга, а аптечка впрыснула в кровь несколько доз обезболивающего и лекарств для быстрого сращивания костей, но ею уже я сам управлял.

    Морщась от болей, перебирая руками, стараясь не трогать ноги, поломы были ниже колен, я направился к двигательным установкам, закрепившись там, в гнезде демонтированной турели. Эти движки четвёртого поколения прилично фонят, так что думаю, это будет дополнительная защита от сканирования. Не смотря на переломы, в принципе я не собирался менять своего решения добраться до Тима. Время у меня есть, успею привести себя в прядок… Как-нибудь.

    Не смотря на то, что корвет подошёл со спины незаметно для меня, я был рад, план начал осуществляться. Терпеливо дождавшись, когда владелец или возможно член экипажа изучит обломки, выход наружу человека в скафандре не прошло мимо моего внимания, потом обломок был перемещён в трюм, что заняло минут пять и корвет, медленно разгоняясь, направился к планете Тима. Это заставило меня облегчённо вздохнуть. Как я определил, куда мы направляемся? Так недалеко была звезда, по ней и ориентировался, куда надо мы летели, это точно.

    Дальнейшие шестнадцать часов пока мы двигались на движках в сторону планеты земного типа, забирая немного правее, видимо к одной из станции, я раздумывал, вспоминая как ремонтировал «Шееба» и то, как мы гоняли оставшихся пиратов. В принципе ремонт у меня занял две недели, можно было и быстрее, но я не сразу обнаружил на одном из складов самый настоящий военный дешифратор восьмого поколения, взломал его и заставил работать на себя. Тот достаточно быстро начал взлом искинов и за эти недели смог ввести в строй и передал под нашу руку два искина, управляющий и тот, что отвечал за оборону. Ещё три были взломаны и вступили в строй во время полёта к Жести, там был отвечающий за навигацию, защиту и систему жизнеобеспечения.

    Сейчас этот дешифратор находился у меня в бауле, что был закреплён на спине. Так как удар пришёлся по ногам, я был уверен, что он цел, да и тестирующий отклик это подтвердил. Пострадал от встречи с этими то ли пиратами, то ли мусорщиками я один.

    Так вот, ремонт прошёл нормально и я с имеющимися на крейсере в наличии запасным частями сделал это без особых проблем. С запасными частями пираты очень хорошо помогли, спасибо им за это. Жёны тоже не сидели без дела, Киана активно мне помогала, Малия перевозила все наши вещи на «Шееб» как только система жизнеобеспечения заработала. Она же потрошила грузовик, найдя ту ткань. Среди находок было двадцать капсул кибердокторов четвёртого поколения, и сорок лечебных, которые использовали для обучения. Похоже, рабам сразу же ставили нейросети, запас мы нашли в сейфе вместе с базами знаний, и во время полёта рабы обучались. Когда конвой прибывал на Жесть, на борту уже были готовые специалисты с имплантами подчинения. Хорошо работают. Капсулы мы тоже забрали. Мне они особо не нужны, да и флоту Княжества тоже, продадим гражданским, такие капсулы разойдутся в мгновение ока. Жаль, капсул реаниматоров было всего две, видимо буйных и покалеченных восстанавливать.

    Сам крейсер этой модели был неплох. Километровый вытянутый брусок кроме двух небольших лётных палуб имел мощную артиллерию, защиту и броню. Шесть башенных спаренных установок трёхсотмиллиметровых туннельных пушек, двадцать шесть башен главного калибра, одиннадцать пусковых. Остальное турели ПКО, средних не было, но было две пусковых средних ракет для борьбы с крейсерами. В основном эти тяжёлые крейсера прорыва создавались для взлома обороны в составе флота. Серьёзный кораблик.

    Из малого флота у него уцелело всего три единицы, это разукомплектованный челнок, что явно проходил ремонт, я быстро вернул его в строй, и те два истребителя четвёртого поколения «Чин». Да ещё они находились в режиме консервации в контейнерах, и когда лётная палуба заработала на пятый день ремонта, я извлёк их и привёл в порядок. Жёны потом, образовав пару, гоняли на них в атмосфере, охотясь на пиратов. Повыбивали их немало, но и им досталось, кто-то из пиратов с помощью станкового излучателя умудрился спалить нос на машине Кианы. Правда парусный корабль, на котором плыли пираты, захватившие его в трофей, почти сразу накрыло ракетами, что означало конец всем на его борту, но машина была серьёзно повреждена и Киана с трудом добралась до «Шееба». Я потом этот аппарат сделал приманкой, на которую купился экипаж этого корвета.

    В принципе это всё, мы отремонтировались, собрали трофеи и отбыли в сторону системы Тима. Ах да, тот бот у уничтоженного замка я поднял, но силовой набор ушёл, поэтому пустил его на запчасти, модернизировав свой бот доставшийся от шизцев. Но эти работы я делал во время полёта и, по моему мнению, не смотря на то, что одна из шести шахт корабельных искинов пока пуста, крейсер очень серьёзный противник. Тем более Малия просто великолепный пилот. Да, я забрал дешифратор, но тот комп с флаера ведь остался на борту и я научил жён как им пользоваться, у Малии были невысоко поднятые базы программиста, так что думаю, к тому моменту, когда я вернусь после завершения своих планов, уверен оставшийся искин будет взломан и включён в работу.

    Я даже поспать успел, пока корвет тащился через всю систему к планете. Разбудило меня дрожание корпуса, от работы передних маневровых движков, да ноющая боль в ногах.

    «Ремонтировать надо, левый явно на ладан дышит», — подумал я о движках корвета. С этим шутить не стоило, потянешь время, и тот пойдёт в разнос. Ладно его сорвет с крепления, а если он рванёт? Тут не только повредит крепления, но и корпусу достаться может.

    Не то чтобы меня беспокоило состояние корвета, он реально дышал на ладан, но всё же волей неволей прислушиваешься к своему транспортному средству, мало ли откажет.

    Корвет маневрировал на виду довольно большой станции, видимо диспетчер дал пилоту корабля разрешение стыковаться со средней станцией используемой местными как терминал с ремонтными доками. Это была средняя грузопассажирская станция модели «Егос» производства конфедератов. Похоже, Тим безобразничал на границах ближайшего к нему государства.

    Видимо капитан и владелец корвета имел какие-никакие средства на руках, раз его сразу направили в один из ремонтных доков. Похоже, информация подтвердилась, многие пираты и контрабандисты услышав о том, что в системе Тима можно отремонтироваться, подняв на несколько поколений свои суда, спешили сюда. Я наблюдал, как корвет медленно приближается к одному из секторов станции. Было видно, как расходятся бронированные створки противометеоритной защиты и слегка светиться плёнка силового поля, в который как раз воткнулся острый нос корвета и корабль начал входить в док.

    Внутри я заметил только трёх живых существ. Один толстый обрюзгший мужчина, явно старший техник дока и двое молодых парней в технических комбезах, но с ошейниками рабов на шеях. Похоже, это те аборигены с одной из двух планет подконтрольных Тиму и где набирается живой товар. В техники пошли те, у кого высокий интеллект.

    В принципе идея неплохая, установил нейросеть техника, закачал базы и вот бесплатная рабсила, которая приносит приличные деньги, да ещё закрыл проблемы недостатка специалистов. Похоже, кадрового голода в технических и инженерных специалистах у Тима не наблюдается, он нашёл, как его закрыть. Работает он жёстко и надо сказать морально недопустимо, но всё же клан его день ото дня становится сильнее.

    Свалить с корвета на подходе я не мог, у станции было довольно приличное движение маломерных судов. Это только я видел их около десятка, наверняка кто-нибудь визуально да засечёт меня, а сколько таких в самой системе? Думаю, несколько тысяч кораблей тут точно есть в наличии.

    В общем, свалить с корвета пока не получалось, поэтому я решил воспользоваться доком и уйти по внутренним коммуникациям. Конечно же, система безопасности тут активна и любое движение она засечёт, всё же ткань видна оптическим датчикам, но у меня уже было пара идей, как отвести их «взгляд». Зря, что ли у меня был с собой дешифратор и такой опыт захвата станций? Зачем придумывать что-то новое, если работают старые уловки? Тут было только одно, захватить все три станции, причём незаметно для персонала я мог, но вывезти, уже нет. Значит ответ один, мне требуется уничтожить все три станции, причём одновременно и лучше это сделать, когда Тим будет мёртв, чтобы сразу свалить отсюда. Но это всё в планах, сейчас нужно покинуть обшивку корвета и уйти вглубь станции.

    Наконец корвет лёг на манипуляторы дока, отчего корпус содрогнулся и гул движков стал стихать. Я продолжил лежать в пустом гнезде турели ПКО, чутко прислушиваясь с помощью встроенного оборудования скафа. Едва слышно бормотали, переговариваясь рабы-техники, но их разговор шёл чисто о прибывшем корвете, и я был с ними полностью солидарен, ржавая коробка, место которой на свалке. Однако владелец и единственный член экипажа видимо так не считал, он покинул корабль через шлюз и по приставной лестнице спустился на палубу дока, громко перекрикиваясь со стоявшим у конторки старшим техником. Интересовали хозяина корабля те опции, что могут провести с его корветом, и сколько это будет стоить. Наконец они ушли в конторку и продолжили общаться там, а я решил действовать. Тянуть не стоило.

    Техники, которые пока не получили приказа заняться корветом, находились в стороне, только два дроида-диагноста нырнули внутрь через открытую «нараспашку» шлюзовую, но ими видимо управлял старший техник проверяя состояние корабля, чтобы сообщить окончательную цену.

    Дешифратор из баула я достал ещё при приближении к доку и тот, цепляясь своими манипуляторами за броню, перебрался на так сказать «днище» и затихарился в районе дюзы разгонного движка. Как только корвет уместился на манипуляторах, а владелец перекликался, спускаясь по лестнице со старшим техником, создавая фон, дешифратор отцепился от дюзы и пока створки за нашей спиной закрывались, отсекая док от вакуума, перебрался к стене. Я не говорил, что он тоже был обклеен материей контрабандистов и его не могли просканировать и поднять тревогу охранные системы? Видимо забыл, но сейчас сообщу, дешифратор, как и меня, очень трудно засечь сканерами. Да что трудно, фактически невозможно.

    Пока корвет входил в док я успел обнаружить все датчики и камеры системы внутренней безопасности, поэтому дешифратор двигался так, чтобы не попасть в поле их зрения. Это было очень трудно, тем более оба техника-раба, общаясь, сидели на ящиках и могли его засечь, но всё же нам удалось незаметно обойти датчики. Сейчас дроид пользуясь тем, что в углу валялся старый разгонный двигатель аж второго поколения, он его закрывал ото всех, подключался к коммутатору этого узла службы безопасности.

    Наконец он смог кратковременно отключить все камеры, для искина это должно было пройти незаметно, отчего я быстро покинул гнездо турели ПКО, перекатился к борту и с помощью реактивного ранца тихо и незаметно опустился на пол. Техники как общались, так и продолжали общаться, шум сервоприводов закрывающихся створок входа заглушил свист моего ранца, а я сразу метнулся следом за дешифратором, укрываясь за демонтированным движком. Там был люк входа в технический колодец. Он был естественно под сигнализацией, но меня это не остановило. Я её замкнул, как будто люк никто не трогает, убрал его в сторону, пропустил вперёд сперва дешифратор, потом пролез следом, закрыл люк, и вернул сигнализацию на место. Всё, в доке теперь всё также как и было полторы минуты назад. Дешифратор был восьмого поколения, уж не знаю как Тим их достал, сомневаюсь что он был в единственном экземпляре, с учётом того что в продажу даже для принцев поступали только седьмого поколения, а там опции были сильно урезаны. Наверняка купил с рук у нечистых на руку военных поставщиков или у тыловиков.

    Всё, я внутри одной из станций принадлежавшей Тиму. После моего бега от корвета к люку, конечно адски болели ноги, всё же они у меня были сломаны, но фатальных повреждений я не получил, «шины» скафа очень не плохо предохранили мои ноги, но в следующий раз стоит оберечься, а лучше воспользоваться капсулой реаниматора и восстановить их. Там всего-то требуется полежать пять часов, а если это капсулы восьмого поколения, так вообще чуть больше часа.

    Передохнув у люка, я отправил вперёд дешифратор, он мои глаза и помощник, и по-пластунски работая только руками, отправился следом. Конечно, в скафе это делать очень трудно, но я собирался снять его и спрятать. В бауле, где ранее находился дешифратор, у меня был свёрнут и убран в вакуумную упаковку инженерный комбез и обувь. Так что сниму скаф, укрою его чтобы никто не нашёл, и переодевшись в комбез, начну свою диверсионную деятельность. Это было в плане, который я составлял ещё на «Шеебе», когда летел сюда, но так как действительность преподнесла сюрприз, план требовалось если не поменять, то немного изменить. Я не мог снять скаф и соответственно отключить режим «шин», то есть мне требовалось привести сначала ноги в порядок, а потом уж заняться станцией. Именно поэтому я и полз за дешифратором, стараясь особо не издавать много шума, в жилой модуль, что находился рядом с диспетчерским, именно там и находилась медсекция. А так как это средняя станция, то она должна быть довольно большой и есть шанс незаметно для персонала воспользоваться одной из капсул.

    Трижды пришлось возвращаться, так как сенсоры дешифратора засекали в туннелях активные оптические датчики, что с лёгкостью обнаружат нас.

    Путь у нас до медсекции занял немного ни мало, а почти двое суток. С поломанными ногами особо не побегаешь, в этом я убедился, когда от корвета бежал к движку, за которым находился тот спасительный люк. Питался я из трубочек скафа, там питательной смеси и сока было ещё на неделю, так что голодать не буду, ещё было десяток офицерских пайков в бауле, но их я не использовал, вот залечу ноги, избавлюсь от скафа, то есть увеличу свою мобильность, вот тогда можно и на них переходить.

    Трижды наш путь пресекали ремонтные дроиды, один раз был патруль охранных дроидов. От всех благодаря дешифратору я благополучно скрылся и переждал в стороне. Это не сильно повлияло на мою скорость, часа четыре всего потерял, но всё же мы достигли медсекции.

    В медсекции был свой искин, и довольно не слабый. Его шахта пряталась в большом помещении рядом с кабинетом главного врача вместе с двумя резервными реакторами. Они были нужны, на случай если станция обесточиться чтобы бесперебойно продолжать работу. Именно поэтому у медсекции была ещё дублирующая система жизнеобеспечения, она запускалась в том же случае, при не поступлении энергии от основного реакторного модуля.

    Именно поэтому я полз сюда. Если я не возьму под контроль искина, об использовании капсулы незаметно для персонала, можно забыть.

    Выглянув в щели воздуховода, я стрельнул глазами туда-сюда. Кабинет главврача был пуст, вечер как-никак, почти ночь по местному времени. После этого я без особой опаски снял решётку и, держа её в одной руке, чтобы та не упала на пол, пропустил наружу дешифратора. Причина того что я так спокойно работаю, была в том, что в кабинетах начальников не было систем слежения, их даже во время постройки модулей на верфях не устанавливают, так же было и тут. Поэтому дроид благополучно шлёпнулся на пушистый ковёр в середине помещения и шустро побежал к замаскированной в стене дверце. У главврача был свой, замаскированный вход в резервную реакторную, а я, проследив, что дешифратор приступил к работе, закрыл крышку обратно и стал терпеливо ожидать. С дроидом я редко поддерживал связь, предпочитая использовать очень тонкий кабель и подключаться к нему напрямую через разъем нейросети на кисти руки. Так факт нашего общения практически нереально засечь, а вот дистанционное управление могли.

    Конечно многие инженеры и техники пользуются дистанционном убавлением, и благодаря их постоянным работам моё управление маскировалось, но искин СБ станции обычно делал выборочные проверки и мог засечь наш контакт, вот я и перестраховывался. Как-никак на вражеской станции нахожусь.

    Дроид возился с замком двери около десяти минут, там было больше механика, чем электроника. Но наконец, он разобрался, замкнул сигнализацию и проник в реакторную, прикрыв за собой дверь. Всё, сейчас он должен подсоединиться через разъём шахты с искином, который был в активном состоянии и начать осторожно его взламывать. По моим прикидкам ему на это понадобится часов шесть, так что можно поспать, тем более была ночь, как на станции, так и по моим внутренним часам.

    Разбудил меня шум в кабинете, открыв глаза, я осторожно перевернулся на живот. Потом активировал и высунул крохотную камеру, подключённую к компу скафа, через щель решётки воздуховода в кабинет главврача и посмотрел, что там происходит. В кабинете находилось шестеро в серебристых кобезах медиков. Один в кресле главврача и пятеро за столом как подчинённые.

    «Понятно, утренняя планёрка… Хм, шесть сертифицированных врачей на одну медсекцию не жирно будет?» — подумал я с интересом слушая типично медицинскую тематику разговора. Для меня как для врача всё их общение как открытая книга, я даже мысленно составлял диалог, находя ошибки у местных врачей, и где я бы сделал лучше и быстрее. Правда под конец, когда перешли на то, как устанавливаться свежим диким рабам импланты подчинения, я изменил о них своё мнение, как о людях без моральных принципов.

    То, что дешифратор закончил работу я понял по той причине, что у меня на рабочем столе нейросети появилось несколько дополнительных окон управления местным искином. Теперь я в его памяти был записан как владелец, но перестраивать его я не стал, чтобы персонал не насторожился, всё будет, как и прежде.

    Дешифратор, получив от меня быстрый информационный пакет, остался пока в реакторной, дожидаясь когда медики покинут кабинет, а я, продолжая лежать на животе и поглядывая на местных работников, лазил в меню искина. Мне нужен был медбокс куда редко заходят и где стоит капсула реаниматора. Лучше всего восьмого поколения.

    Такой бокс нашёлся, даже не один, четыре их было, два из них даже были выведены в резерв. Как оказалось пиратов и рабов пользовали с помощью медоборудования и капсул четвёртого и пятого оборудования, но в отдельном модуле находились боксы, где имелось более совершенное медоборудование, как раз восьмого поколения. Ими пользовались только люди Тима, его доверенные подчинённые или богатые клиенты. Поэтому эти боксы естественно в полную силу задействованы не были. На сегодня в этом модуле проходило всего шесть операции, обучение баз под разгоном у сорок трёх человек и всё. То есть бокс, который я приметил на сегодня, задействован не будет, не было заявки на это оборудование, вот я и решил воспользоваться им, но сначала нужно было забрать дешифратор. Честно говоря, без него я был как без рук.

    Ждать пришлось ещё около получаса, после чего медики начали расходится, вышел и главврач. Как я понял, один из пяти его подчинённых отвечал за новейшее оборудование, остальные таких баз не имели и работали на старье четвёртого и пятого поколения.

    Убрав решётку, и пока дроид закрывал замаскированную дверь, я спустил вниз шнур, после чего поднял уцепившегося за него дешифратора наверх и закрыл решётку. Что было мне удобно, в медсекции станционная служба безопасности не работала. За безопасностью тут отвечал взломанный мной искин, а я у него по всем показателям прохожу как владелец и обо мне сообщать никому нельзя, да и установки теперь стоят предупреждать меня, если кто мной заинтересуется или случайно заметит.

    Этот бокс с шестью капсулами-реаниматорами я выбрал по той причине, что рядом со входом находился один из замаскированных люков технической коммуникации. То есть, чтобы мне попасть в бокс, требуется всего лишь пройти на ногах четыре метра. Я к тому заранее подготовился и когда мы с дроидом добрались до нужного люка, во мне уже находилось достаточно обезболивающего, чтобы можно было идти на своих двоих.

    Искин передавал мне картинки с камер наблюдения, поэтому, дождавшись когда мимо пройдёт медтехник с ошейником раба на шее, быстро открыл люк, выскользнул наружу и метнулся ко входу, створка в бокс которого по моему приказу как раз открывалась. Дешифратор остался у люка, он должен был закрыть его и терпеливо дожидаться окончания моих процедур в туннеле.

    В бокс я забежал незамеченным, так что решил не терять время и, выбрав крайнюю капсулу, ту, что подальше от входа, стал набирать на ней задачу по диагностике. После этого я вылез из скафа, на руках волоча ноги, залез в капсулу, и дистанционно активировал закрытие крышки. К сожалению меддроида в боксе чтобы положить меня в капсулу не имелось. Они были на складах

    Диагностика длилась три минут, меня даже в сон не положили, да и закрыл я эту функцию. После этого крышка снова открылась, я проверил показания. Оказалось, у меня ещё и колено выбито было, вот по этим показаниям я дал задание компу капсулы, и крышка снова закрылась, но на этот раз на полтора часа. Кроме восстановления костей, я ещё решил провести комплексное лечение всего организма. Частое использование обезболивающих и стимуляторов тяжело сказалось на моём организме.

    К моему облегчению, когда крышка капсулы поднялась, рядом не стояли отморозки Тима с ним во главе. Была у меня такая опаска. Но это чисто страхи, искин был под моим управлением, и он заблокировал бы временно вход, если бы кто из медиков попытался войти в бокс. Например, под предлогом чистки бокса или ещё чего и экстренно поднял бы меня. Но ничего такого не случилось, служба в секции шла своим чередом, поэтому лечение прошло штатно.

    Выбравшись из капсулы, я встал на ноги, пошевелил пальцами и довольно улыбнулся. Всё, я в норме, теперь можно и поработать. Залезая в скаф, я одновременно подтёр память капсулы, убрав из неё информацию о лечении и о моих данных. Можно конечно надеть комбез, но тащить на себе сто пятьдесят килограмм чистого веса хотелось ещё меньше. К тому же я хотел в туалет, решив воспользоваться приёмником скафа, не пользоваться же местным санузлом, пугливо дёргаясь от всех местных. Тут-то народу по более было, могут и засечь.

    Подхватив баул, и повесив его за спину, я подошёл к дверной створке бокса, просматривая показания ближайших камер. Пришлось ждать порядка трёх минут, в конце коридора общались местный медик и по виду пациент. Наконец они договорились насчёт установок дополнительных имплантов с удалением старых, и ушли в соседнюю секцию, а я вышел в коридор и быстро направился к люку, крышку которого как раз открывал дешифратор.

    Дальше было проще, это не ползти на руках подволакивая ноги. В некоторых местах подхватив на руки дешифратор, я даже бежал. За пару часов, укрываясь от патрулей охранных дроидов, мы добрались до секции, где находилась лётная палуба с маломерными судами, челноками и ботами. Перебраться на соседнюю станцию я собирался с помощью одного из этих судёнышков, поэтому оставив скаф спрятанным в кабельном колодце, тут похоже давно никого не было, переоделся в комбез и, дождавшись, когда ботинки срастутся с комбезом, подхватил дешифратор с баулом и побежал в сторону диспетчерского модуля. Мне требовалось сделать в ближайшее время самое сложное, взять под свой контроль управляющий искин и тот, что отвечает за систему жизнеобеспечения, соответственно и реакторный отсек. В принципе искин отвечающий за службу безопасности тоже пригодился бы для безопасного движения по станции, но это не горело. Я тут надолго задерживаться не собирался

    Добрались мы до диспетчерского модуля, где были скрыты отлично охраняемые шахты искинов довольно быстро, за восемнадцать часов, и это без отдыха на сон. Только один раз вставали на полчаса, чтобы пообедать. Дальше действовал дешифратор, думаю, он без проблем взломает охрану и самих искинов, как-никак разница в четыре поколения, а сам устроился прямо в туннеле, только убрался в ближайший тупик и, подложив под голову баул, спокойно уснул. Даже не поужинал, хотя на борту была ночь, так сильно устал.

    Следующие полтора суток я бездельничал, наблюдая с помощью административной сети, к которой сам получил доступ, за жизнью на станции. В доках, на лётных палубах и по занятым шлюзам я смог подсчитать, что к станции пристыковано или находится внутри, порядка шестисот кораблей, соответственно и посетителей и клиентов тут было тысяч пятнадцать-двадцать. К сожалению, для более точного определения доступа у меня не было. И это только на одной станции, а ведь тут их три, хотя одна военная и закрытая для свободного посещения. Так что думаю в системе не менее трёх, а то и четырёх тысяч кораблей. Да это ещё думаю не самая большая цифра, об этой системе слух только расходится, так что клиентов у Тима день ото дня будет прибавляться. Сам же прибыл сюда на корвете одного из таких клиентов.

    За эти полтора суток дешифратор взял под контроль управляющий искин и второй, отвечающий за систему жизнеобеспечения и сейчас дроид взламывал третий, того что отвечал за безопасностью. Я всё же решил взять его под свой контроль и спокойно ходить по станции, это дорогого стоит, тем более дешифратору осталось работы на три часа. А там уже можно перебираться на следующую станцию.

    Мой план был прост как палка. Я собирался вывести реакторы на предельный режим работы и создать условия для их рассинхронизации, что приведёт к их подрыву. Необходимые блокираторы уже были убраны и искины ждали только соответствующей кодовой команды. Персонал и клиенты станции ни о чём даже не будут подозревать, пока станция, после того как реакторы рванут, не превратится вместе с ними в сверхновую. Да и показания на экраны визоров диспетчеров будут передаваться ложные, мол, там всё в порядке. А потом уже будет поздно.

    Эти модификации я решил провести на всех трёх станциях, при этом собирая разведданные и прикидывая как мне добраться до Тима. Следующей я решил навестить малую грузовую станцию, и только после неё, уже военную. Связь между ними поддерживалась с помощью маломерных судов, так что надеюсь, что у меня всё получится. Именно на военной станции я и собирался дождаться Тима, должен же он её когда-нибудь посетить, а там уже дело техники, тем более я надеялся взять под контроль к этому моменту все её системы. Спускаться на планету в столицу Тима я не хотел, это смерти подобно, поэтому надеялся, что братец всё же бывает на станции. По логике должен.

    Как только дешифратор закончил работу и передал мне управление взломанным искином службы безопасности, я вернул его в шахту и, подхватив на руки, там было всего восемнадцать килограмм композита, быстро направился в сторону лётной палубы. Теперь датчики и охранных дроидов я просто не опасался, они меня банально «не видели», что заметно сказалось на скорости продвижения. Буквально через два часа я был на месте и доставал скаф.

    Дальше тоже было дело техники, ещё, когда управляющий искин перешёл под моё незаметное для местного персонала управление, я узнал о рейсах на малую станцию. Так вот, с этой палубы на неё разное время отбывало четыре челнока и два бота. Время было обеденное, но я не стал ждать наступления ночного времени, когда многие работы встают, и народу шастает по коридорам в меньшем количестве. Поэтому пока персонал палубы обедал, я проник на один из челноков и спрятался в реакторном отсеке. Всё это я приделал достаточно быстро и незаметно. Даже успел вспомнить, как сбегал во второй раз с Гурии примерно таким же способом.

    Через сорок минут, как и ожидалось, на борт челнока прошёл пилот и, запустив системы, вылетел с подошедшими шестью пассажирами к малой станции.

    На средней, которую я частично взял под свой контроль, было проще попасть на борт челнока, но вот чтобы покинуть его на малой, мне потребуется куда больше времени. Пока ни одна из систем мне тут не подчинялась, и требовалось вести себя как можно осторожнее.

    Чтобы добраться до малой станции, челноку потребовалось чуть меньше часа, минут пятьдесят. За это время я взял незаметно для пилота контроль над космическим малым судном, но не вмешивался, а «осматривался» с помощью внешних оптических датчиков и сенсоров. Поэтому «видел» как челнок сбросил скорость на подходе и после недолгих маневров, кстати, у пилота был ошейник раба, опустился на лётную палубу станции. Это была малая грузопассажирская станция четвёртого поколения «Сеян», постройки тех же конфедератов.

    Что мне не понравилось, так это то, что из шестидесяти посадочных мест, челнок опустился на двадцать шестую, то есть в середине лётной палубы и на виду всех кто там находился. Покинуть челнок мне теперь было нереально. Ну ладно на тридцать третьем месте в полу была крышка люка в технические коммуникации. Но она находилась именно там, и чтобы её поднять нужно, приложить немало усилий, люк то усиленный, с толстой бронёй. Причём всё это на виду у пассажиров, пилотов, гостей и персонала. Не, мне такой способ покинуть челнок не подходил. Было видно, что регистрация тут проходит штатно, так что засекут в момент.

    Пока пассажиры и пилот покидали челнок, я только и мог что материться, обдумывая, что дальше делать. Идея пришла не сразу, но она мне понравилась. Первое и последние места этой летной палубы имели техническое обеспечение, то есть если взять для примера комплекс гаражей на Земле, эти площадками как боксы с ямами для ремонта. А так как они находились именно у стен, где было по несколько люков с коммуникациями и вентиляцией, то идея мне даже очень понравилась.

    Так что не успел пилот покинуть лётную палубу, как челнок с моей помощью известил его о непорядках в системе охлаждения разгонного двигателя. Чертыхаясь на своём языке, пилот вызвал дежурного техника, кстати, так же раба и оба прошли на борт. Тестер техника ничего не показал, хотя комп челнока продолжал сигнализировать о сбое и техник к моей радости велел перетащить челнок на свободную ремонтную площадку. На запуск двигателя он дал разрешение. Пилот к этому времени связался со своим хозяином, или надзирателем, не знаю, кто там у него был, и сообщил о поломке, видимо получив разрешение на использование местных возможностей для ремонта судёнышка.

    Пилот, с техником присутствующим в кабине, тот следил за показаниями движка, перегнал челнок на ремонтную площадку и, выйдя, стал следить, как техник снимает с помощью настенных манипуляторов кожух над двигателем, куда заползают три диагностических дроида. Поломку в двигателе они не нашли, поменяли сожжённый мной датчик регулировки охлаждения двигателя и успокоились. Теперь тесты управляющего компа челнока выдавал штатную работу всех систем. Как я и надеялся перегонять челнок обратно пилот не стал, после того как ремонт был закончен он направился к выходу, а техник в свою коморку дежурного.

    Воспользовавшись этим, я выпустил из челнока дешифратор, чтобы тот временно отключил охрану лётной палубы. Тот выбрался из полуоткрытой сворки и, перебирая манипуляторами, скрылся за штабелем ящиков, стоявшим у стены. Щель там была небольшая, но всё же они стояли не вплотную к стене и тот смог протиснуться к коммутатору. Через пару минут пришёл сигнал от дешифратора и я, убедившись с помощью оптических датчиков, что рядом никого нет, а техник продолжает скучать в коморке, быстро выбрался наружу и метнулся к открытому дроидом люку в технические коммуникации.

    Через пару минут, оставив скаф в одной из ниш, мы с дроидом направились в сторону диспетчерского модуля. Нам нужно было провести те же работы что и на средней грузопассажирской станции. То есть сделать из этой малой станции ещё одну самодельную бомбу.

    С этим делом проблем не возникло. Конечно, тут охрана была похуже, и нам пришлось потратить порядка девяти часов, чтобы с некоторыми приключениями подобраться к диспетчерскому модулю, но всё же дешифратор приступил к работе, а я устроился у воздуховода, что выходил в зал ожидания. Тут было самое удобное место для ожидания.

    В нём не сказать, что была толпа, но человек двадцать присутствовало. Они ожидали свои челноки, из этого зала было три выхода на разные лётные палубы. Вот именно в него и вошёл мужчина с тронутыми сединой висками и уверенно направился в сторону входа в служебные помещения, то есть в коридор, что вёл в диспетчерскую. Увидев его, я только зло сжал челюсти и с ненавистью провожал взглядом, пока мужчина не скрылся за дверью.

    Я не мог не узнать его, именно он отрезал руку моему клону и я, пребывая тогда в нём, всё чувствовал. Да, это был один из ближайших подручных Тима.

    — Как удачно всё сложилось, — пробормотал я и неожиданно для самого себя, улыбнулся.

    Дешифратор за эти шесть часов работы успел взломать только управляющий искин и сейчас работал над тем, что отвечал за реакторы, поэтому я решил подождать, когда и искин службы безопасности станет моим. Тогда шансы отомстить у меня были вполне реальны. Надеюсь, этот пират не исчезнет со станции за это время, отомстить хотелось, но прерывать операцию из-за этого я не хотел. Да и язык пригодится. Как-никак это был особо приближённый к моему братцу.

    С появлением этого мерзавца моя расслабленность ушла и я уже нетерпеливо дожидался, когда дешифратор взломает два оставшихся искина, чтобы я мог взять под наблюдение всю станцию. К сожалению противодиверсионная служба на станции была активирована, правда в щадящем режиме и если я выйду в сеть под чужим именем, взять того же старшего диспетчера с неограниченным допуском, искин службы безопасности это быстро засечёт и поднимет тревогу. Была там такая функция. Вот я и ждал, когда его управляющие коды станут мне известны и искин полностью перейдёт под моё управление.

    Думаю, вы поймёте мою ярость и недовольство, когда дешифратор спустя девять часов с момента моего опознания подручного Тима доложил о том, что искин по безопасности стал мне подчиняться, но пират покинул станцию буквально за десять минут до этого сообщения и сейчас его челнок спускался в плотные слои атмосферы, направляясь в столицу.

    Делать было нечего, раз начал нужно было продолжать, но я надеялся, что мы ещё повстречаемся. После этого я в течение часа работал с искинами используя дешифратор как приёмопередатчик, так меньше шансов, что нас засекут. Наконец в искнах были загружены требуемые программы, теперь они, так же как и искины средней грузопассажирской станции, ждали только сигнала к подрыву, и направился в сторону лётной палубы, где я оставил скаф.

    По бомбам сообщу вот что, так как реакторы на станциях стояли разных моделей, то при одномоментном сигнале выйдут они на мощность и взорвутся в разное время. Чтобы этого избежать, а мне нужен одновременный подрыв, я изрядно попотел, высчитывая параметры одномоментного подрыва. Туда входило всё, включая износ каждого реактора, благо, когда искины стали моими, и я получал доступ к их системам, сделать это было легче. Теперь я был уверен, что подорвутся они практически в одно время. Практически, вставил по той причине, что всё же в одно мгновение не взорвутся, разница будет от миллисекунды до пары секунд. Тут не угадаешь, слишком изношено оборудование, но то, что рванут это уже точно. А мне ещё высчитывать по этим данным, как подорвать среднюю боевую станцию. Примерные параметры я её знал, как-никак станционщик и был в курсе, что реакторам боевой станции по сравнению работы реакторов гражданских станций, чтобы они превратили станцию в сверхновую, нужно куда больше времени, именно по этим примерным прикидкам я и рассчитывал малую и среднюю грузопассажирские. Дело сложное, но я надеялся, что всё же у меня всё получится. Проблема не в том, как уничтожать боевую станцию, а в том, как на неё попасть, это не гражданские лоханки, тут дело куда серьёзнее. Именно об этом я и думал когда шёл за скафом.

    Добравшись до коммуникаций у лётной палубы, через которую попал на эту станцию и где спрятал скаф, я нашёл его в небольшой нише вполне целым. Забравшись внутрь, дождался, когда активируются все системы и направился не к лётной палубе, хотя за три часа на боевую станцию отправляется приписанный к ней челнок восьмого поколения, а вглубь станции, в сторону складов. Нужно пополнить свои запасы, а то всего один офицерский паёк остался в бауле. Так что мне требовалось украсть их со складов. Не покупать же. Да и как я это сделаю с заблокированной нейросетью и отключённой возможностью пользоваться счётом? Тут конечно ходила местная валюта, которую печатал Тим, но у меня её не имелось.

    Пробираясь через коммуникационные туннели и вентиляционные колодца, хорошо ещё что они пресекаются, я остановился на одном из перекрёстков. Дальше был узкий вентиляционный короб с отверстиями для ног, рук и манипуляторов. Это был самый быстрый способ добраться до ближайшего склада, где хранились офицерские пайки, но в скафе я тут просто не пролезу. Застряну, факт.

    О том, что на этом складе есть нужные пайки, я узнал недавно, отправил запрос своим искинам и получил список складов, где они хранятся. Причём не только хозяев станций, но и частников что арендуют склады. О грузе искины узнавали довольно просто, с помощью камер службы наблюдения, видели, что загружают в свои склады частники и заносили их в свои списки.

    Сейчас я двигался к одному из таких частных складов. Он находился неподалёку от служебной лётной палубы, где стоял бот с боевой станции и этот бот согласно отправленной заявке пилота местным диспетчерам, отправлялся обратно через три часа, а мне нужно успеть не только набрать пайков, но и взломать управление бота, чтобы оставаться незамеченным на его борту. Бот восьмого поколения, и взлом вызовет продолжительное время. Время и время, у меня что-то его вот в такие моменты постоянно не хватает.

    Раздумывал я на перекрёстке недолго, мне нужно было выиграть время. До других складов слишком долго добираться. Выбравшись из скафа, я отправил вперёд дешифратор, переоделся в комбез и, повесив за спину баул, полез по скобам наверх, мне нужно подняться на три уровня выше.

    Скаф остался стоять прямо на перекрёстке. С учётом того что я контролирую самых главных искинов, о его сохранности можно было не беспокоиться. Конечно, тот искин что отвечал за внутренние коммуникации и их техническую поддержку мог отправить по какой-то надобности сюда дроидов или техников, но управляющий искин контролировал его и мог отдать приказ повременить или отправить ремонтников по другому маршруту, предупредив меня об этом в любом случае.

    Быстро поднявшись наверх, не обращая внимания на довольно сильный поток воздуха, который мог сбросить меня с шестидесятиметровой высоты, вентиляторы работали рядом, я добрался до нужного блока. Именно тут находились малые складские помещения.

    Естественно кода доступа у меня на подобные склады не было, да и дешифратора использовать не получится, в транспортном коридоре был слишком большой поток транспорта, а по пешеходным тропинкам шли люди, рабы и нет. Нет, всё же вольных было больше, заметно больше.

    Особыми навыками краж складов я не обладал, но был инженером-станционщиком и знал где тут самые слабые места, поэтому обошёл этот участок стороной, выйдя к складу с тыла, и убрав в сторону вентиляционную решётку, у меня через неё только рука пролезала, выпустил дешифратора. Его размера как раз хватило, чтобы протиснуться в отверстие.

    Кабель я уже спустил вниз, вот по нему быстро перебирая манипуляторами, и спустился дешифратор. Дальше он действовал не по своим функциям, а как несун. Найдя нужные пластиковые коробки, работал он под моим прямым управлением, вскрыл одну, набрал штук десять пайков и, зажимая их в манипуляторах, полез по кабелю обратно. Вернее он уцепился, а я поднял его и забрал пайки, убирая по одному в лежавший рядом баул, потом снова спустил дешифратора вниз. Да-а, со стороны посмотришь, волосы дыбом встают от такого нецелевого использования дешифратора. Работали мы как пацан-форточник со старым вором, но всё же набили баул пайками, почти семьдесят штук было, мало ли что, ситуации разные бывают. Да и грех на халяву не поживиться. Всё равно это всё в скором времени исчезнет в огненной вспышке.

    Вернувшись к скафу, я забрался в него, тот дождался меня без проблем, отправил дешифратора вперёд и, закинув почти полный баул за спину, комбез уже находился в нём, отправился следом за дроидом. Ограбление склада заняло у нас порядка сорока минут, ещё двадцать пять минут мы двигались к служебной лётной палубе, пока не оказались там, где нужно. Ну а дальше дело техники. С учётом того что я опасался быть замеченным только людьми, взлом замка бота и проникновение внутрь прошло без сучка и задоринки. В боте стоял слабенький искин и вот пока дешифратор его взламывал, использовав для этого один из сетевых выходов в салоне, бот был грузопассажирским, я устраивался в самом безопасном месте, в реакторном отсеке. Он бы крохотный, но место чтобы я принять сидячее положение, там было.

    Неожиданно для меня, дроид ещё работал, вернулся пилот и после недолгих переговоров с дежурным диспетчером покинул лётную палубу. Меня это изрядно насторожило, вылетел он со станции на тридцать семь минут раньше назначенного срока. Когда дешифратор взломал искин и я смог незаметно для пилота «осмотреться», то только скривился, мы как раз опускались на планету. Пилоту что-то понадобилась на поверхности. Надо было подождать и вылететь на челноке через шесть часов, но блин время терять не хотел. Теперь даже не знаю что делать. Наверное, придётся подождать в боте, должен же пилот когда-нибудь вернуться на боевую станцию. Посмотрим по ситуации, но покидать бот у меня желания не было никакого.

    Суденышко, пробив верхние слои атмосферы, начало пологое снижение. Впереди благодаря встроенным в носовую часть бота камерам, мне было видно огни какого-то города, похоже, мы летели в местную столицу, и там была ночь.

    Вот внизу замелькали сигнальные огни посадочной площадки выделенной для бота, рядом мелькало ещё десяток, на которые опускались челноки и боты, были и шаттлы. Мне это не понравилось, всё это напоминало какой-то срочный собор. Меня засекли и таким способом доставили на планету, чтобы я ни о чём не подозревал? Да не, чушь. Я точно знал, что остался для всех незамеченным, значит причины такого сбора чём-то другом. Но вот в чём?

    Вот дальнейшее мне совершенно не понравилось, пилот стал проводить некоторые специфичные процедуры. Обычно если оставляешь бот на несколько дней, то системы и реактор не глушаться, а вот если уходили надолго, то да, глушаться. Именно этим и занимался пилот, глушил все системы бота.

    Я понять не мог что происходит, местная сеть мне была не доступна, я даже коммуникатором воспользоваться не мог и сделать левый аккаунт, он был жестко приписан ко мне, а обнулить я его не мог слишком много ценной информации на нём хранилось. Однако всё же нужно было выяснить, что же происходит, поэтому после недолгих раздумий я решил воспользоваться бортовым оборудованием бота. А что, некоторые пилоты регистрируют аккаунты своих судов в сети и пользуются такой левой почтой, чтобы спам на почту нейросети не шёл ну или для не совсем законных операций. Это не только тут но и в Содружестве практикуется.

    Когда пилот вышел и запер спецключом дверь, я подождал на всякий случай полтора часа и стал активировать все системы, включая реактор. Ещё через двадцать минут я узнал от искина что пилот не регистрировал через него левый аккаунт и я этим занялся, но под видом хозяина бота. На это ушло минут пять и, изучив предоставленную информацию, я только скривился. Похоже, в ближайшие три недели вся система замрёт сидя на скамейках Арены или у больших экранов галопроекторов или визоров. Всё оказалось просто, начинались Большие Гладиаторские Бои.

    Естественно меня это не особо интересовало, хотя я и успел просмотреть записи обращений к своим людям и гостям Тима, тот заметно возмужал с нашей последней встречи, но вёл себя всё также самоуверенно. Изучив все местные новостные каналы, их тут было всего два, да один развлекательный канал, я стал обдумывать то положение, в которое попал.

    Неприятных открытий было всего два. Бот стоял на частной стоянке и просто так её не покинешь, она под охраной, и второе, служебная площадка, куда обычно садятся малые суда с боевой станции находилась с другой стороны столицы. Ко всему прочему я узнал кто такой этот пилот. Это был Гениус Левшицус, замначальника тылового обеспечения боевой станции, то есть должность у него была вполне ничего, умея можно там хорошо приподняться и судя по выкупленному в собственность боту восьмого поколения, этот Лифшицус знал, как делать деньги на имуществе Тима. А раз он ещё жив, то проворачивал тот свои дела со всей возможной скрытностью.

    Дальше я изучил с помощью сенсоров бота, что происходит вокруг. Недолгое изучение частной площадки заставило меня вздохнуть с некоторым облегчением. Всё же столица Тима это не города столичных миров, хотя столица и возводилась по типовому проекту, был виден деловой центр с высотками и жилые районы, но вот с безопасностью тут была просто труба. Нет, полицейских на бронированных флаерах и глайдерах хватало, но всё же они контролировали сам город, разнообразной космической шушеры тут хватало, а вот площадка охранялась только сенсорами местной службы. Даже дроидов на виду не было.

    Выпустив наружу дешифратор, я отправил его к каморке, где сидел диспетчер этой площадки и вполне возможно владелец, рядом находился сборный жилой домик. На взлом не очень мощного искина дешифратору понадобилось порядка шестнадцати минут. Дело осложнялось тем, что владелец площадки, а в небольшом здании с оборудованием навигации и управления сидел именно он, не отлучался из каморки ни на минуту. Он владел довольно большой площадью со ста двадцатью площадками. Заняты они были процентов на восемьдесят, но гости всё спускались и спускались, ведь гладиаторские бои начались час назад. Тим недавно торжественно объявил об этом. Я видел это в новостных каналах. Сейчас там шёл первый бой. Так как гладиаторские бои шли с тотализатором, и я мог под видом пилота боя делать ставки, то с интересом осмотрев первую пару, тщедушного мужчину в лёгкой накидке аборигена с копьём, и какое-то чудище, что стояло на двух задних копытах с множеством рогов на голове и частично на спине. Это чудище ещё и было жутко волосато, даже через экраны визора было видно, что волосы на спине очень жёсткие.

    Естественно денег у меня не было, а доступ к счету Левшицуса я не имел, не было привязки к искину бота, но мог взять ссуду, это дозволялось, однако не больше тысячи кредитов Содружества. Местные деньги шли пять к одному кредиту Содружества.

    Так вот, пока я прикидывал, как покинуть бот, то решил поиграть на тотализаторе и опустить этого Левшицуса на деньги, забравшись вместо него в долги. Он об этом узнает чуть позже, почту-то я тоже левую создал, как и счёт в местном банке. Так вот, изучив первую пару, я поставил на мужичка всю тысячу кредитов. Видимо на него поставили не многие, раз было десять к одному. Бойцом он действительно не выглядел, в отличие от того животного что выходило против него, выпуская пар из мощных ноздрей и вскапывая копытами песок готовясь рвануть к противнику. А когда дешифратор взломал местный искин, и я начал менять некоторые настройки, чтобы меня не обнаружили и не засекли, то узнал, что победа была за мужичком и я, то есть пилот, на этом тотализаторе поднял восемь девятьсот. Тысячу сто у меня забрали за покрытие ссуды, да ещё с процентами. Меня это изрядно задело, планку ссуды у Левшицуса с выигрышем подняли до пяти тысяч, поэтому осмотрев вторую пару, там были тощая испуганная девушка с серпом и небольшим щитом в руках, против неё выползло что-то ползучее. Посмотрев на трёхметровую змею с ёжиком игл в районе шеи и на девушку, я прикидывал недолго. Змея выглядела очень опасной, поэтому я поставил девушку. Причём не только весь выигрыш поставил, но и ссуду взял по максимуму.

    К этому моменту у меня уже всё было готово к побегу из бота, но я задержался, делая ставку. Всё, теперь Левшицус не отвертится. Довольно ухмыляясь, это ему от меня за то, что отвёз не на боевую станцию, а на планету, я вышел из бота, посмотрел, как неподалёку садиться челнок, и направился в сторону выхода. Туда же направлялось ещё два десятка человек из недавно севших ботов и челноков. Ночь была тёмная, но площадка всё же освещалась хорошо. В отличие от других клиентов этой парковки я прошёл парковку без регистрации и вышел на территорию города. Подхватив подбежавшего дешифратора, тут было темно, до ближайшего помигивающего светом фонаря было метров тридцать, сунул его в баул и уверенно направился к фонарю, там была остановка общественного транспорта. Некоторые из клиентов парковки вызвали такси, другие последовали моему примеру.

    Никто особо не обращал на меня внимания, ну стоит парень в глухом инженерном скафе, вот и пусть стоит. В большинстве клиенты парковки были в комбезах, только двое в обычной праздничной выходной одежде. Только одно их отличало от жителей Окраинных и Центральных миров, излишне мощное оружие, что они носили при себе. Так что мой бластер на бедре в глаза не бросался. На меня поглядывали с уважением, всё же скаф навороченный, да ещё девятого поколения, но видимо приняли за подручного Тима, поэтому не подходили и кучковались в стороне. К тому же скаф был обшит специализированной таканью, и со стороны это смотрелось очень стильно, да и шторка была поднята, чтобы видеть затемнённую лицевую пластину шлема. Похоже, оригиналов тут хватало, раз на меня особо не обращали внимания.

    Наконец минут через пятнадцать подъехал довольно новый автобус на гравитаторах, которым управлял молодой парнишка с ошейником раба на шее и я следом за остальными ожидающими прошёл внутрь. Они расселись по сиденьям, я же встал в стороне на свободном месте. Садится в скафе в такое вот сиденье чревато его повреждением. Кстати, подтверждение, что Тим безобразничает и грабит конфедерацию, снова получило своё подтверждение, эта маршрутка была оттуда. Может он её и купил, но зная братца, сомневаюсь, скорее всего, транспорт был взят на абордаж с таким грузом. Потом этот груз толкнули Тиму. Пираты в последнее время неплохо начали зарабатывать на абордажах, теперь было куда сдавать все трофеи. Наверняка сейчас весь неликвид тащили в эту систему.

    На небольшом экране визора что был закреплён над местом водителя, транслировалась картинка с Арены, поэтому все смотрели на неё. Посмотрев туда же, я скривился. Девка лыбясь окровавленный ртом держала в одной руке такой же окровавленный серп, в другой отрубленную голову змеюки. С обрубка шеи всё ещё капала кровь.

    «М-да, нежданно-негаданно помог этому гаду пилоту… Это сколько же он выиграл?.. Сто сорок три тысячи кредитов Содружества?!..» — я был полон возмущения. И самое обидное, что теперь ничего не сделаешь. До бота не добраться, не подтереть эти данные. Нет, я, конечно, сделал так, что тот не догадается о том, что кто-то побывал на его боте. Буквально через пару минут сработает пара программ, и память искина очиститься, после чего заглушаться все системы, включая реактор. Но в местной сети о левом аккаунте уже известно, регистрация прошла, и через полгода на настоящую почту Левшицуса придёт уведомление о том, что по процентам он стал богаче на такую-то сумму и он узнает, что у него есть ещё один счёт, но закреплённый на номере его бота, а не нейросети. Да, конечно, сразу он снять её не сможет, но пройдя перерегистрацию, всё же открыт счёт по номеру его бота, он получит доступ к счёту. Надеюсь, к этому моменту он его уже продаст и не сможет получить к тому времени деньги.

    «Блин, о чём я думаю?! Сдался мне этот Левшицус», — подумал я, наблюдая, как пассажиры покидают освещённый салон автобуса. Неподалёку громоздилась огромным комплексом из нескольких зданий та самая Арена, где шли гладиаторские бои.

    Я остался на площадке, других пассажиров не было, поэтому, водитель закрыл двери и тронул машину с места. Проехав ещё шесть остановок, я вышел на нужной, необходимая схема с маршрутом местного транспорта, у меня была. Скачал из сети, перед тем как покинуть бот. После этого я быстрым шагом направился в нужную сторону. Именно там находилась служебная площадка, где в основном и стояли челноки с боевой станции. Гражданским сюда доступа не было.

    Проводив взглядом пролетевший надо мной полицейский флаер, его сенсоры не обнаружили мой экранированный скаф, я продолжил движение, как только полицейские скрылись за углом. Это когда я стою, они меня не видят, а при движение шанс обнаружения повышается, вот я и стоял пока флаер пролетал мимо прожектором отсвечивая интересные участки. То место где стоял я их не заинтересовало.

    В принципе столица у Тима на вид была неплоха. Конечно, я сейчас шёл по ней ночью, да и жителей с гостями столицы не было видно, кроме тех с кем я прокатился на автобусе и пары полицейских флаеров мне вообще никто не попадался, однако всё же постройка была хоть и типовая, но вполне на уровне. Стояли высотки, горели рекламные щиты, в общем, город как город, и не скажешь что это рассадник бандитов и пиратов. Как я уже говорил, улицы были пусты и так вот с ходу не определишь, где ты оказался.

    Подкравшись поближе к территории служебной парковки, она была неплохо освещена, я вытащил из баула дешифратор и тот, страхуясь от охранных систем, стал подкрадываться к зданию, где сидел диспетчер, из открытого окна доносился рёв зрителей с Арены, и где находился искин. Нужно было провернуть туже операцию, что и с частной парковкой. Взять под свой контроль искина и узнать какое судёнышко в ближайшее время отправляется на боевую станцию. В искине должна быть такая информация.

    Это заняло у дешифратора почти три часа, искин тут стоял вполне современный, аж восьмого поколения. За это время на площадку село шесть челноков и один бот, взлетели два бота и челнок. Наконец я получил отклик от искина и стал копаться в его памяти, зайдя на административный уровень. Там быстро нашёл ближайший бот, что отправлялся на боевую станцию. Мне нужен был именно бот, у него в отличие от челноков экранированная броня, это тоже мне может помочь при проникновении на станцию. Бот вылетал через шесть часов, поэтому, узнав номер площадки, где он находится, я отправил туда дешифратор, чтобы он взломал управляющий искин судёнышка, а сам остался лежать в тени высокой изгороди в кустарнике, выходить на освещённую площадку мне пока было рано.

    Когда служебной парковке визгом и пьяными выкриками подлетело такси, я на новых пассажиров особо не обратил внимания, но когда они подошли к нужному мне боту, я только зло скрипнул зубами. Дешифратор уже взломал вход и сейчас находился внутри, в рубке управления, поэтому я вынужден был отправить ему экстренный сигнал. Когда пилот с другом и тремя подружками подошли к боту, то шлюз уже был закрыт, а дешифратор едва успел спрятаться под одним из пассажирских сидений. Так что я тупо смотрел, как бот приподнялся и начал возноситься на орбиту с моим дешифратором внутри.

    — Твою же мать, — только и пробормотал я. — Что же за непруха такая?

    Долго горевать и материться на судьбу у меня просто времени не было, поэтому я быстро взял себя в руки. До рассвета оставалось четыре часа, а у меня ещё было много дел. Искин парковки всё также откликался на мои приказы, поэтому я быстро пролистал список судов, что отправляются на боевую станцию. Мне нужно было, чтобы у него конечным пунктом числилась та же лётная палуба, куда улетел бот, а улетел он именно на боевую станцию.

    В ближайшее время, через сорок минут, туда летел челнок, поэтому, отключив камеры наблюдения, я спокойно преодолел ограду и, курсируя между разными судами, направился к нужной площадке, где стоял искомое судно. К счастью непосредственная охрана челнока не была активирована, комп спокойно подпустил меня к шлюзу, всё же это охраняемая парковка, и я подключил свой коммуникатор к замку челнока и вирусами стал взламывать его. Часть вирусов я отправил управляющему компу судёнышка, чтобы он ненадолго завис и не мешал мне работать. Да, грубо, я в курсе, но мне нужно было поторопиться. Но всё же работа очень тонкая, тут главное не сжечь «мозг» компа, иначе хана.

    Наконец замок открылся, и створка шлюзовой начала открываться и я, активировав закрытие, поспешил в рубку через распахнутую вторую створку в рубку, пока комп под действиями вирусов окончательно не сошёл с ума. Успел едва-едва, некоторыми программами я подправил память компу, подтёр последнюю информацию, удалив её, после чего направился в реакторную. С трудом, но в скафе я там помещусь. Устроившись, я подумал, что в боте всё же было по просторнее. Там хоть присесть можно было, а тут только полусогнувшись стоять.

    Пилот пришёл за десять минут до назначенного для взлёта времени, чуть позже подошли и пассажиры в количестве десятка человек. Всё время полёта до боевой станции я так и простоял согнувшись. Наконец челнок достиг нужной площадки и пассажиры с пилотом покинули судёнышко. Откинув крышку люка, я с наслаждением разогнулся и поспешил выбраться наружу, в пассажирский салон. Активировав наружные датчики, я «осмотрелся» и с радостью обнаружил бот, что стоял через три площадки от нас. Одна была занята другим челноком, но я рассмотрел над ним знакомую тушу, бот был повыше челнока, две другие пусты.

    — Уф-ф, — с заметным облегчением вздохнул я и задумался на несколько секунд. Дистанционно связаться с дешифратором можно, но проблематично. Сенсоры местной системы безопасности сразу это засекут, я обычно, чтобы поставить очередную задачу дешифратору, подсоединялся к нему при помощи очень тонкого кабеля, у меня в набедренном кармане была двадцатиметровая бухта, но она не особо поможет, раз мы находимся на разных суднах. Выбраться из челнока и перебраться в бот я тоже не могу, это вообще самоубийством попахивает. Обнаружат сразу.

    Вроде со всех сторон обложили, но в действительности шанс был. Челноки и боты когда делают прогон маневровых движков перед тем как покинуть лётную палубу, забивают помехами сенсоры охраны и шанс спокойно пообщаться информационными пакетами с дроидом был, причём так, что нас могли и не засечь. Пятьдесят на пятьдесят, но упустить я его не хотел. Сформировав пакет с приказами, я замер в пассажирском сиденье челнока, положив под ноги баул, терпеливо ожидая, когда кто-нибудь улетит.

    К сожалению, прилетающие суда ничем мне помочь не могли, фонили их движки в эфире очень слабо, это не холодным делать прогон, и наше общение с дроидом сразу будет обнаружено, вот я ждал. Ждать в принципе пришлось недолго, всего три с половиной часа, я за это время только и успел поужинать пайком и клевал носом, когда комп челнока сообщил о появлении довольно большой толпы народу. Мое сердце сжалось в предчувствии, надеясь, что закон подлости тут не сработает и этим пиратам не потребуется мой челнок или бот с дроидом. К счастью они погрузились в два крайних челнока и начали штатный семисекундный прогон движков. За это время я обменялся с дешифратором несколькими информационными пакетами и когда челноки, поднявшись на маневровых, вылетели в открытый космос, только вздохнул спокойно. Всё, задача ему поставлена, осталось только ждать. Да и сам дешифратор порадовал ответным докладом. Приказа взять под контроль комп искина бота я ему не отменял, вот он, когда пилот и пассажиры покинули судно, вернулся ко взлому искину и бот с этой минуты был под моим контролем. В смысле был бы, но пока дистанционно я не мог им управлять во избежание моего обнаружения. Как я уже говорил, охрана тут была куда серьезнее, чем на других станциях.

    Пока я ждал тут группу, что уже улетела на двух челнока, то успел обдумать и проанализировать увиденное на лётной палубе. Во-первых, охрана была активна, раз десять минут по одному и тому же маршруту пролетал на антигравах охранный дроид. Во-вторых, все системы тоже были активны и раз в полчаса просвечивали суденышки на предмет живых существ. Ну боты были экранированы, а у меня был специализированный скафандр, так что в этом я был спокоен. В третьих, вся палуба была под контролем искина отвечающего за безопасность. Тут не гражданская станция, всё оборудование на несколько поколений лучше, и просто так тут не побегаешь. Обнаружат очень быстро и загоняют, поэтому незаметность и неторопливость, вот те два качества, что могут мне помочь взять эту станцию под контроль. К тому же скаф мне теперь не покинуть, без защиты меня легко обнаружат. Биологические сканеры есть на всех охранных и боевых дроидах и в некоторых системах, что контролируют перекрёстки, так что они сразу обнаружат живое существо, что ползёт за стеной по коммуникациям или воздуховоду. Мне этого было не нужно.

    Именно поэтому, ожидая тех пиратов, что улетели на челноках я и обдумывал что делать. Покинуть челнок пока охрана лётной палубы не перейдёт под мой контроль я не мог, но вот у дешифратора такой шанс был. Бот стоял в середине лётной палубы и его могли засечь, если бы он передвигался по палубе до стены, где находились шкафы с коммутатором и лазами в систему коммуникаций и воздуховодов. Значит, нам такой способ не подходил.

    Для местной охраны осталось незамеченным, как со стороны кормы бота открылась небольшая техническая шахта, и наружу вывалился дешифратор, встав на все свои восемь манипуляторов. Почти сразу он метнулся к силовой пленке, что защищала палубу от вакуума и жёсткого космического излучения, и выбрался наружу, начав перебираться по обшивке в сторону начала лётной палубы.

    Конечно же искин что отвечал за эту палубу засек возмущение силового поля и отправил к нему технического дроида чтобы тот проверил эммитеры. Раз охрана ничего не зафиксировала, то скорее всего это сбой, как решил искин-техник. Я с интересом смотрел, как технический дроид подходит к силовой плёнке, пока всё шло, так как я и планировал. Конечно, охрана может засечь активные датчики на обшивке моего челнока, но он работали в пассивном режиме, передавая картинку на визор, что висел у входа в рубку, к тому же я одновременно больше двух датчиков не использовал и меня засечь было очень трудно. Вот если было сразу три работало или больше, тогда да, шанс у охраны был, сейчас же я смотрел и с интересом следил за действиями технического дроида. Выйдет он наружу или нет?

    Всё-таки искин решил проверить эммитеры и обшивку поэтому технический дроид передвигаясь на опорах, вошёл в плёнку, отчего мой дешифратор что наблюдал за ним снаружи пересёк такую же у края лётной палубы и метнулся под днище крайнего челнока. Он уже поработал с эммитером что там находился и тот начал сбоить, поэтому дроид направился в ту сторону. Проверив эммитер и посчитав, что его пора менять, дроид вернулся на палубу и поспешил на склад за запчастями, не заметив, что когда он перешёл на палубу в районе дюз челнока на него сверху скользнул по тросу дешифратор и как клещ закрепился на корпусе в районе реактора, распластавшись.

    Дроид не заметивший ноши на себе, убежал на склад, когда он через двадцать минут вернулся, дешифратора уже не было. Всё, это был единственный шанс доставить дешифратор на территорию станцию, где охрана ведётся на уровне «В». Всего таких уровней ужесточения безопасности четыре. «А», «Б», «В» и «Г». «А» — это самый высокий уровень, где охрана работает на пределе, запустив все мощности. Таких диверсионноопасных мест было не так много. Это лётные палубы, шлюзы, диспетчерская, реакторная и как ни странно жилой модуль для начальства. Лётные палубы и шлюзы это понятно, от проникновения страхуются, диспетчеров и реакторный отсек охраняют от диверсий, а начальство от кого?

    Уровень охраны «Б», это места массово скапливания людей, увеселительные заведения. «В» это складские помещения, ангары и даже жилые модули с медсекцией, но у последней своя охрана. А «Г» это служебные помещения не основного значения.

    То есть охрана контролировала практически всё, а лётную палубу, где я сейчас находился, особо, как и остальные. В принципе дешифратор мог взломать местный узел и дать мне возможность покинуть станцию. Но в том то и дело что шансы быть не обнаруженным очень малы, именно поэтому я сидел в челноке и ждал, а дешифратор, страхуясь, сейчас полз в автономном режиме в сторону диспетчерского модуля к искинам. Да, он должен был взломать управляющий искин, и второй что отвечал за охрану, без моего контроля. После чего я уже безопасно покину челнок, и пока дешифратор ломает третий, отвечающий за реакторы, добравшись до диспетчерского модуля, буду готовить из станции ещё одну большую бомбу.

    Планы были такие, но в принципе это всё импровизация. Да, дешифратор работает автономно, но это боевая станция и в основном туннелях и воздуховодах напичканы всякие датчики и сенсоры, отчего путь дроида изрядно увеличиться по времени. А уж как ему придётся повозиться, чтобы попасть в святую святых станции в бокс с шахтами искинов, я уж умолчу. Но радовало одно, там где для меня ходу не было, дроид пробирался по узким колодцам без проблем, я бы застрял, да и боялся он только оптические датчики, хотя обходил или если это невозможно, дистанционно отключал их и сенсоры.

    Да и я находился в подвешенном состоянии. Чёрт его знает, сколько этот челнок тут простоит, может через пару часов пилот вернётся? Доступа к местной административной сети у меня не было, а если пользоваться той, что была подключена к компу челнока, это показать всем что почему-то пустой челнок интересуется информацией о себе. Сразу местная СБ нагрянет. Это не звоночек — это будильник. Так что если пилот вернётся, придётся прятаться в реакторном отсеке. В принципе потерпеть можно, челнок приписан именно к этой станции и меня особо не волновало, что он будет курсировать по системе, главное чтобы возвращался на эту боевую станцию и я узнавал, добрался ли дешифратор и взломал ли хоть один искин. Если да, те сами выйдут на меня, по специальному лучу настроенному на мою нейросеть и подтвердят смену хозяина. Дешифратор ведь не только взламывал пароли владельца, но и внедрял потом мои установочные программы, и искины не прекращая основных работ, чтобы не насторожить персонал, будут держать ещё связь со мной и обо всём докладывать. Пофиг что они био и имеют личность, против программ они и не пикнут. Мне, конечно, пришлось постараться, чтобы написать их для биоискинов, там совсем другие программы управления требуются, но я справился, и они уже были загружены в память дешифратора. Тот знал что делать, приказ получен и он начал работу, а мне осталось скрестить пальцы и ждать результата. Наступило самое сложное время, ждать. К сожалению это был единственная возможность взять под контроль станцию, другого шанса не будет. Это не пятое или тем более четвёртое поколение, девятое. Очень сложная работа даже для меня, хотя я этот тип станции знал лучше своих папиллярных узоров на пальцах. Хм, кстати, а как они выглядят?

    В челноке мне пришлось посидеть тридцать семь часов, пока не прибыл пилот и не вылетел с двумя пассажирами в сторону малой грузовой станции. Так как она висела на противоположной орбите планеты, путь занял продолжительное время, и я успел затечь в одной позе скрюченного дедушки, пока, наконец, мы не прибыли на место и я, кряхтя, не выбрался в пустой салон. Челнок тут простоит час, как я понял из переговоров пилота с диспетчером, этим я решил воспользоваться для того чтобы размяться.

    Видимо в этом месяце челнок стал дежурным, потому что почти не стоял на лётных палубах и постоянно курсировал между станциями и планетой. За следующие восемь дней я успел одиннадцать раз побывать на планете, четыре на малой грузовой станции и шесть на средней, двадцать два раза возвращаясь на боевую. В общем, на седьмой день я не выдержал и когда мы с грузом из двух малых контейнеров с тремя пассажирами прибыли на среднюю станцию, я поспешил покинуть не только реакторный отсек, но и сам челнок. Местные искины мне подчинялись, так что я незамеченным покинул лётную палубу и ушёл во внутренние коммуникации. Ещё через сорок минут я проник в пустующий кабинет старшего техника, похоже, тут давно никто не бывал и наконец, сняв скаф, воспользовался душем, встроенным в санузел. После чего заблокировав дверь, велев управляющему искину будить меня, если кто приблизиться к кабинету и нормально уснул. А то я уже скрученным начал привыкать спать в реакторном отсеке челнока.

    За эти семь дней, что я бывал на станции ни один из искинов так и не откликнулся, это меня особо не обеспокоило. С учётом того что дешифратор по моим прикидкам доберётся до диспетчерского модуля и проникнет в бокс с искинами дня за три, вполне возможно четыре, и на каждого искина ему нужно от шести до десяти дней, то время ещё было. Вот если дней через десять, когда вернусь на боевую станцию, отклика не будет, тогда да, обеспокоюсь, а пока это делать рано.

    По внутреннему времени станции было ранее утро, когда я проснулся и со стоном потянулся на диване в кабинете старшего техника. Это был кабинет не старшего техника станции, туда лезть смысла не было, начальник постоянно сидит у себя. Нет, этот кабинет техника одного из ремонтных доков, но тот сюда не ходит, не любит подниматься на второй этаж, и работает непосредственно в доке, именно поэтому я так себя спокойно и вёл. Местные искины отметили, что за последние два месяца техник ни разу не поднимался в свой кабинет. А я сделал так, что он до сих пор не знает, что тут устроился чужой. Сделав зарядку, я стал просто отдыхать, ни о чём не думая и не пытаясь никуда бежать в погоне за убегающим временем. Понравилось даже, а то все эти дни, то и дело пришлось работать в форс-мажоре.

    Следующие пять дней я просто отдыхал, не думая ни о чём. Пайков хватало, время до окончания крайнего срока ещё было, поэтому я если не занимался лёгкой зарядкой чтобы разогнать кровь и не лежал на диване, то просто смотрел визор с новостными каналами. Благо монитор в кабинете был. Правда новости мне быстро надоели, там было в основном о боях на Арене, поэтому нашёл сборник фильмов, и стал смотреть их. Попалась пара вполне приличных, мне понравился сюжет и игра героев.

    Жизнь в системе шла своим чередом, был приход крупной группировки пиратов, заключён союз с Тимом и сейчас все доки двух станций были закружены работами по модернизации кораблей союзников. Видимо им было чем платить, несмотря на довольно дорогую модернизацию. В доке, в кабинете старшего техника, которого я жил, сейчас стоял тяжёлый крейсер четвёртого поколения и проходил серьёзную модернизацию. Я изредка поглядывал за тем, как ведутся работы и прикинул, что корабли пиратов поднимаются до седьмого поколения, а это серьёзно, поверьте мне. Мощные реакторы, отличные двигатели, оборудование систем целеуказания, замена управления оружиями, и это ещё не полный список. Модернизация действительно проводилась серьёзная.

    Сам хозяин кабинета был плотно занят работой, сидя на стульчике у коморки он дистанционно управлял двумя техническими комплексами и большими манипуляторами, закрепленными на стене. Сейчас крейсер напоминал разобранный скелет, но уже через несколько дней он примет совсем другой облик и его возможности повысятся. Новые блоки и корабельное оборудование уже начало прибывать по заказу техника. Над крейсером он работал не один, у него было четыре техника-раба, помогающие ему в этом. Кстати, техник мне очень не понравился, мало того что он был обрюзгший и потерявший фактически человеческое лицо, что удивительно с неплохим медобслуживанием на станции, так ещё любил мальчиков. Все четыре техника были очень молоды и принадлежали лично старшему технику. Стоит ли говорить, что тот их пользовал по своему разумению? Я удин раз случайно посмотрел на его вечерние развлечения и возблагодарил судьбу, что скоро этот ушлёпок исчезнет вместе со станицей. О рабах я даже не думал, спасти у меня их не было никакой возможности, поэтому убрал все своим моральные терзания глубоко на задворки души. Да в принципе особо их у меня и не было.

    Под конец пятых суток, после обычной ночи на диване, я решил, что пора сделать пробный рейс на боевую станцию, узнать, есть какие подвижки или нет. Быстро просмотрев список судов, что находятся на станции и те, что готовы пристыковаться, отметил шесть, приписанных к боевой станции и которые скоро вернуться обратно. Так-то почти пять сотен ботов и челноков постоянно курсировало между станциями, но… большая часть из них грузовые и доставляют модули и блоки с фабрик и заводов что расположены на боевой станции по заказам техников и инженеров что занимаются ремонтом и модернизацией кораблей недавно прибывшего пиратского клана. Да и одиночки то и дело прибывали в систему и вставали на ремонт. А вот эти шестеро это чисто пассажирские машинки и направлялись они на лётные палубы боевой станции, тогда как грузовые, на склады или грузовые палубы. Мне там было делать нечего, хотя я в принципе и не собирался покидать борт суденышка, мне лишь нужно попасть внутрь станции, где действовала внутренняя сеть и получить возможное сообщение от взломанного искина.

    Среди пассажирских челноков я вдруг обнаружил знакомый, тот, на котором я уже путешествовал несколько дней по всей системе в скрюченном состоянии. Его я и выбрал в качестве такси, тем более коды доступа к его компу у меня были.

    Быстро собравшись, я проверил комнату и отправил вызов через управляющий искин станции, дроиду-уборщику. Пусть тут приберётся и уберёт все следы моего пребывания. Забравшись в скаф, я закинул баул за спину, тот заметно похудел, так как я на две трети уничтожил количество пайков, и вышел из комнаты. Пройдя по коридору до ближайшего вентиляционного люка, открыл его и, забравшись в туннель систему коммуникаций, прикрыв за собой люк, быстро пополз в сторону нужной лётной палубы. Она тут недалеко, полтора километра прямо, потом шестьсот метров вверх, семьсот в обратном направлении и триста налево. Там и будет выход на лётную палубу. Рядом почти.

    Особо я не торопился, ходы я выбрал широкие, чтобы двигаться в скафе, хотя без него в одном комбезе пробрался бы напрямую за пятнадцать минут, так как челнок покинет лётную палубу через три часа. За полтора часа я добрался до нужного люка и осмотрелся. На лётной палубе не сказать, что было людно, утро по местному времени как-никак, но всё же они были. Самое фиговое, что челнок стоял в центре лётной палубы.

    Камеры службы безопасности, которыми я спокойно пользовался, позволили мне открыть люк и уйти за ближайший челнок. Со стороны мои движения напоминали пьяного, я то ложился, то укрывался за дюзой маневрового движка, согнувшись в три погибели, то бежал сразу через три стояночные площадки с быстротой ветра. В действительности я так прятался от чужих глаз и дежурного техника. Это мне почти удалось, но тут на моих глазах, а следил я за пилотом с помощью камеры наблюдения, тот прошёл к челноку и зашёл внутрь. Сволочь, до вылета ещё час, почему он так рано припёрся? Однако я находился в середине лётной палубы, при мне два судна стартовало с неё, и до нужного челнока осталось немного, обойти бот и я на месте.

    Теперь приходилось контролировать не только всех на палубе, но и пилота, что занял кресло и стал возиться с ним, работая с пилотским пультом.

    Причём пробирался я по лётной палубе со стороны силового поля и любой кто пролетал мимо мог увидеть меня невооруженным взглядом, к счастью для полётов по системе пилоты пользовались сенсорами, и только потом оптическими датчиками так что с этой стороны я подстрахован, фиг заметят.

    В принципе пилот мне не помешал, незамеченным я добрался до челнока, открыл шлюзовую, на пульте пилота ничего не за сигналило, осторожно прокрался в пассажирский отсек, покосился на макушку пилота, что виднелась над спинкой кресла и, приподняв люк на полу в реакторную, скрылся там.

    Пилот услышал шум, как я бросал баул на пол в реакторном, прислушался и обернулся, но я уже прикрыл люк. Пожав плечами он вернулся в работе с пультом. Присмотревшись, я понял, что он устанавливает дополнительный модуль. К управлению это не относилось, чисто гражданский галопроектор виртуальной реальности с эффектом присутствия.

    Через полчаса начали по одному и двое подходить пассажиры и точно в указанное время мы вылетели на боевую станцию. Полёт длился не так и долго, минут двадцать, пока, наконец, челнок не уместился на опорах на лётной палубе. На этой я ещё не был, хотя я побывал во время своей прошлой эпопеи на семи.

    Как только пилот и пассажиры покинули челнок, я выбрался из реакторной, на секунду зажмурился и отправил в эфир кодовой сигнал. Это был просто кодовый набор цифр и слов, белиберда, тем более пакет был очень короток и напоминал просто сбой, но всё же буквально через секунду был отклик и на меня вышел управляющий искин. Дешифратор сделал невозможное. За минимально возможное время он смог пробраться в диспетчерский модуль, в сильно охраняемый бокс с шахтами и взломать искина.

    Установив связь, теперь управляющий искин подтвердит мой идентификатор, если тот искин, что отвечал за безопасность, засечёт наше общение, я стал копаться в архиве и информационных базах. Управляющий искин имел достаточно информации в архиве, и к тому же я теперь могу с помощью административного доступа, изучать постоянно поступающую свежую информацию по системе. Тут она была более полная по сравнению с гражданскими станциями.

    Где-то через полчаса я нашёл одну информацию в архиве искина, которая заставила мня насторожиться. Раз в месяц Тим заходил в бокс с искинами и менял все коды и пароли. Братца я мог понять, это один из немногих способов держать боевую станцию в кулаке и быть уверенным, что она будет подчиняться только ему. Видимо тот помнил мои лихие налёты на станции и подстраховался. Так вот, до ближайшего срока осталось шесть дней. Судя по архиву, Тим быстро менял коды, на это ему хватало десять минут и покидал бокс. На выходе его ждала охрана, десять гвардейцев в его цветах. Похоже, он заново сформировал свою роту гвардейцев, так как за ним последовало всего половина, остальные разбежались перед его побегом.

    Изучив запись с камер, как Тим входит в бокс и выходит через десять минут, к сожалению внутри камеры на это время отключались, после чего уходит в сопровождении гвардейцев, я задумался. Что это мне может дать?

    Да, кстати, мой дешифратор под камеры в боксе не лез, хотя они и работали. Он уже пакетом скинул мне файл с тем как он смог пробраться в бокс с искинами и как работал. Всё строго по-моему плану. Он просто кратковременно вырубил камеры через коммутатор узла, и когда стихла тревога, и шёл ремонт, проник внутрь, подключил кабель к диагностическому разъёму искина, и разматывая кабель, у него была своя бобина на двенадцать метров, пряча кабель в щелях и за другими кабелями, спрятался за оборудование, начав взлом. Так он и сидел эти дни, укрываясь за пультом в боксе. Решётку вентиляции, через которую он попал в бокс, дешифратор сразу вернул на место и сигнализацию включил обратно. В общем работал.

    Теперь по Тиму. Что мне даст эта информация о его скором появлении на станции? Да пока никак, это управляющий стал мне подчиняться, другие пока были глухи, а искин службы безопасности дешифратор только начал взламывать, используя как усиливающий передатчик, управляющий искин. Это заметно повлияло на скорость, день-два и второй искин станет моим.

    Я подумал перехватить Тима в боксе с искинами и как говориться да воздаться ему за всё, и чем я больше об этом думал, тем больше мне эта идея нравилась. Но пока я не возьму под контроль все три необходимых искина, смысла в этом не было. Ни до братца не доберусь, ни уйти не дадут. В общем, нужно было ждать. Значит, он прибудет на боевую станцию через шесть дней? Что ж, я буду тут через пять и подготовлюсь к нашей встрече.

    Приняв такое решение, я стал терпеливо дожидаться пилота. Тот должен прийти через два часа и вылететь на малую станцию с техническими специалистами. Мне бы лучше конечно на среднюю, но в принципе особой разницы нет, поменяю транспортное средство и переберусь с малой на среднюю грузопассажирскую станцию. Не вижу с этим особым проблем. А дешифратор пусть пока работает, сейчас всё зависит от него. Да, пусть работает, и я надеюсь, задействовав мощности управляющего искина, он гораздо быстрее взломает два оставшихся искина. Остальные мне для акции были не нужны.

    Как и предполагалось, так и получилось. Добравшись до малой станции, я благополучно сменил транспортное средство и вылетел на боте на среднюю. Там незаметно для пилота и дежурного техника покинул лётную палубу и направился в медсекцию. Почему туда? Искин был мной взломан, это раз. Там были гостевые комнаты с кроватями, это два. Мне нужны были специальные препараты, которые были только в медсекции под жёстким контролем главврача, это три. А раз мне это всё было необходимо, то пробираясь по внутренним коммуникациям я двигался именно к медсекции. Конечно, можно и по коридорам пройти, но это уже будет наглость. Ладно, на планете в темноте мной особо не заинтересовались, а тут сразу заинтересуются чего это чувак бродит по станции в скафе да ещё с наклеенной на него несколько специфичной материей. Если снять скаф и идти так, так с этим ещё больше проблем. Тим постоянно мелькает на экранах новостных каналов, а мы на одно лицо, это факт. Опознают мгновенно, а Тим без охраны не ходит. Слух моментом пойдёт, а братец отнюдь не дурак и сложит одно к другому. Мне это ещё меньше надо.

    Добравшись до медсекции я с помощью внутренних камер осмотрел что там происходит, время было середина дня, шёл обычный рабочий день, я проверил есть ли кто поблизости от коридора что был мне нужен, осторожно выбрался из скафа и, оставив его в туннеле, переоделся в комбез и волоча за с баул подкрался к техническому люку.

    Камеры показали, что рядом никого нет, прошёл минуты три назад высокий и рослый медик, и больше никого, да и в мою сторону никто не направляется, а главврач сидел у себя, поэтому я убрал люк в сторону, сигнализация не сработала, искин её заранее отключил, и вылез в коридор. Закрыв люк, я быстрым шагом направился в сторону поворота, там налево и будет тупик с одной дверью в особое хранилище медсекции. Доступ в него был только у главврача, ну и у меня теперь конечно.

    Искин что и контролировал замок двери, уже открыл его, поэтому я нырнул в проём открывающейся двери. Почти сразу загорелся свет и дверь начал закрываться. Само хранилище было на удивление маленьким, десять на пять метров со стеллажами у стен и один был посередине. Именно на них хранилась самая дорогая аппаратура и лекарства.

    У меня уже был список того что тут храниться и где. Поэтому взял от входа самую обычную металлическую корзину, вроде тех, что используются в супермаркетах и стал укладывать в неё всё, что мне требовалось. Сравнив со списком, всё ли я взял, добавил два комплекта инъекторов и, убрав всё в баул, вернул по виду так, как всё было, и покинул хранилище. По спискам искина всё было на месте, значит всё в порядке, а инвентаризацию будут проводить не скоро, через два месяца.

    В коридорах никого не было, за всё время моего нахождения в хранилище мимо прошло всего трое, поэтому вернувшись в лаз и забравшись в скаф, не снимая комбез, я полез по лазу в ту сторону, где находились в медотсеке гостевой модуль с десятью отдельными персональными гостиничными номерами. Пять были на консервации и не задействованы, пятью другими иногда используются. Ещё на момент попадания в медсекцию я отдал приказ искину, чтобы он начал расконсервацию одного из номеров, это для того чтобы мне внезапно не подселили постояльца, пусть в свободные селят. Когда я добрался до места, то выяснилось что всё готово, можно заселяться. Приятным бонусом было то, что в комнате находился пищевой синтезатор с полным картриджем. А жизнь то налаживается, а? Если так дальше пойдёт и всё пройдёт как спланированно, то уже через неделю меня не будет в этой системе… да и в ней мало что останется. Возможно, даже я вернусь к жёнам на две недели раньше, чем запланировано. Тоже хорошо, они ведь там волнуются, ожидая меня в каверне большого астроида, где спрятали крейсер. Место хорошее и укрытое, случайно ну никак не обнаружишь.

    Чтобы попасть в номер мне пришлось сидеть у люка в технические коммуникации почти два часа, по коридору, что вёл в номера, постоянно кто-то шастал. Только когда начало подходить к концу рабочее время, этих праздных гуляк что куда-то шли с задумчивым или серьёзным видом, стало поменьше. За медсекцией числилось восемьдесят шесть работников разбитых на три смены, мне кажется, я за тот неполный час, что сидел у люка, видел их всех.

    Наконец камеры показали, что с обоих концов коридора нет ни одного человека, я быстро выбрался наружу, закрыл люк и, придерживая баул, рванул к номерам. Думаю, если бы мне попался зевака, он бы удивился, увидел мужчину в скафе вместе весивших за двести кило, да ещё чёрного от накрученной материи. Причём бежал этот неизвестный, несмотря на вес скафа, практически бесшумно.

    Добежав до номера, при моём приближении огонёк на двери сменился с красного на зеленый и я вбежал внутрь, остановившись и заперев дверь. Огонёк снова стал красным, показывающим, что комната находится на консервации. Зеленая — это занята, жёлтая в режиме ожидания. Мне гостей было не нужно.

    Покинув скаф, я сделал лёгкую зарядку и, скинув комбез, направился в душ. Намыливаясь, я просматривал меню синтезатора на предмет загруженных блюд, в смысле, что он мог приготовить. Пищевой синтезатор оказался не особо дорогой моделью конфедератов, не такой, к какому я привык, но выбор блюд всё же впечатлял, порядка пяти сотен. Мой, что стоял на «Хамелеоне» и который я переставил на «Шееб», имел в памяти девять тысяч блюд, причём там были навороты. Такие например, как приготовление блюд не от картриджей, а из настоящих продуктов. Практически кухня. Мы когда на Снежной жили, Киана часто экспериментировала с ним и в памяти появилось дополнительно тридцать два блюда. У неё были необходимые базы знаний для работы с синтезатором. Биолог как-никак. Да, кстати, весь урожай перед нашим отбытием к системе Тима она собрала и упаковала в герметичные контейнеры. Она там какой-то новый зерновой сорт вывела и буквально прыгала от радости вокруг двух контейнеров. Мне кстати понравилось, рис не рис, но очень похоже и так же вкусно. Я пару раз на охоту слетал, привозил дичь, включая пару местных ланей, так вот этот рис с подливой и котлетками пошёл на ура. Это теперь одно из моих любимых блюд в нашем синтезаторе, и не только моё.

    Воспоминания о домашней еде разыграло аппетит, тем более я только завтракал не пообедав, получается, не ел порядка десяти часов. Покинув душ, вытираясь на ходу входящем в комплект гостиничных услуг полотенцем, я прошёл к синтезатору, активировал его работу, заказав суп, подобие куриного, второе из подобия макарон с гуляшом, пару хлебцев и травяной настой. Ещё было пару мясных салатиков. Десерт я оставил на потом, там выбор бы всего из пятидесяти блюд.

    Набрав полный поднос, я отошёл к столу и, расставив пластиковые тарелки и стакан, включил визор, поставив на новости и взявшись на суп, стал с интересом слушать и смотреть репортажи. Под конец новости свернули к главной теме последних дней, Арене и гладиаторским боям. Сейчас шла кульминация схваток, и сходились самые сильные бойцы.

    Слушая довольно смазливую репортёршу, по слухам она была любовницей Тима, я замер с ложкой у рта. Девка сообщила, на последние дни боёв для гладиаторов оставлены самые сильные рабы и военнопленные. Камера двигалась мимо клеток с забранными решётками, и среди пленных я рассмотрел такое знакомое лицо, хоть и перекошенное от злости, что чуть не подавился. Это был командир моей гвардии майор Гин.

    Положив ложку обратно в тарелку с салатом, я стал внимательно вглядываться в пленных. Среди разнообразных людей, многие носили рваные мундиры пограничников и военных Окраинных миров, мной были найдены ещё восемь моих гвардейцев. А как же, я своих гвардейцев всех в лицо знал. Как-никак у меня было своё Княжество, в таком случае принц может увеличить свою гвардию до батальона, чем Гин и занимался. Две роты находились в Княжестве. Два взвода третьей роты отбыли туда за три недели до начала нашего путешествия на «Хамелеоне», третий взвод третьей роты охранял мой дом в Лемур.

    До сих пор помню как Гин отговаривал меня от того полёта, но я настоял на своём. На яхте действительно не было места даже для двух гвардейцев, да и стесняли бы они нас, а так полёт был замечателен, если бы не диверсия, я бы только порадовался.

    Откуда тут были мои парни, я не знал, видимо нас искали поисковыми партиями и как-то попали в руки пиратов. Они были в моих цветах и теперь Тим не мог не знать, что я исчез на просторах Дикого космоса.

    — Ловушка? — пробормотал я сам себе. — Да ну нафиг… Не думаю.

    Я быстро подключился к управляющему искину станции и задал запрос на поиск информации по Гину и его подчинённым. Буквально через пару минут у меня была вся информация. Пираты не скрывали, как их взяли и даже гордились этим. Всё оказалось очень просто, крейсер седьмого класса «Эритан» флота моего Княжества с поисковой партией, всё-таки нас искали, подошёл к планете земного типа и стал проводить поиск на поверхности, мало ли мы на планете, когда их расстреляли ЭМ-ракетами. Такой тип ракет Тим вывез из Лемура в небольшом количестве, я о них знал, а тут видимо пираты, у которых они имелись, это было два крейсера из эскадры братца, решили использовать дефицитный не восполняемый боезапас. Иначе «Эритан» который был такого же поколения, девятого, мог и потрепать их, да и сам корабль пиратам приглянулся.

    В общем, расстреляли они его ракетами из-за спутника, где прятались под режимом маскировки, почти как Малия поступила с «Шеебом», после чего пошли на абордаж. Часть команды и гвардейцев при этом погибли, когда оказали сопротивление. Надо сказать, абордажные партии обоих кораблей пиратов понесли серьёзные потери, до двух третей, но всё же бой вышел в их пользу. Сейчас «Эритан» который должен был войти в состав флота Тима, ремонтировался в одном из доков боевой станции. Всего пленных было сорок пять человек, двадцать два гвардейца, остальные из экипажа крейсера, включая персонал лётной палубы. Так же выяснилось, что взять в плен взяли не всех. Два истребителя из состава москитного флота «Эритана» успели уйти за планету, потом со стороны пытались открыть огонь по кораблям пиратов, но так как противокорабельных ракет у них не было, они прикрывали десантную партию, что спускалась на планету, ушли за планету и совершили посадку. Бот с десантной партией тоже найти не удалось. Да и не искали их особо, у самих тяжёлые потери были. После этого «Эритан» с помощью запчастей со всех трёх кораблей был кое-как оживлён и пираты отправились сюда, на базу.

    В систему они вошли с трофеем шесть дней назад, когда я отдыхал, да и не было этого тогда ещё в новостях, только через четыре дня дали полную информацию. К этому моменту я перешёл на сборник фильмов и новости уже не смотрел, из-за чего и пропустил известия триумфального возвращения пиратов рейдовой группы.

    Дальше я просмотрел информацию о том, где именно содержаться пленные. О том, что их собираются выставить на Арену как мясо, я уже был в курсе, та смазливая репортёрша с блудливыми глазами рассказала.

    — Вот чёрт, — пробормотал я, когда выяснил, где именно находятся те самые клетки с пленными и рабами.

    Они находились на планете, в столице, на территории Арены в одном из корпусов, где были специально подготовленные подвалы для содержания мяса. Гладиаторы находились в другом корпусе. Кстати, были добровольные гладиаторы из пиратов и вольных людей, и те кто перешёл в этот ранг из мяса после трёх побед. То есть три победы — это ранг гладиатора, шесть — свобода. Если хочешь заработать, можно и дальше сражаться на потеху зрителей, суммы там солидные ходят. Некоторые соглашались.

    — Как же мне вас вытащить? — пробормотал я, изучая схему постройки этого корпуса Арены.

    Через десять минут, когда схема проекта была полностью изучена, я пакостливо улыбнулся и пробормотал:

    — Этот день вы ни забудете никогда… те кто выживут.

    Следовало поторопиться, судя по заявке, моих людей собирались поставить на завтрашние бои. Шла последняя неделя боёв, по-видимому, сейчас должны начаться самые жаркие и зрелищные схватки. Не на всех моих людей были заявки, пока на шестерых. На них делали заявку несколько гладиаторов, остальные пока в очереди. С гвардейцами тут ещё не сражались и остальные видимо решили подождать, как справятся первые гладиаторы. В принципе зря опасаются, гвардейцы больше телохранители и охрана, именно таки стоят задачи. Есть, конечно, у гвардейцев подразделения так называемых групп захвата и непосредственного сопровождения, но что-то я их среди своих парней не заметил, обычные линейники. Вот и получалось что по основным бойцовским параметрам гвардейцы у меня по подготовке чуть выше среднего, на уровне полицейского спецназа, однако те же армейские бойцы с опытом схваток вполне могут их уделать. Вся разница в подготовке и опыте. Конечно, и среди моих бойцов есть элитные, экстра-класса, но это бывшие спецназовцы и штурмовики что пошли служить под мою руку.

    Ничего нового в освобождении своих бойцов придумывать я не собирался, зачем, если уже придумано, но пока не испробовано? Строители, что возводили город, взяли типовой проект, который я нашёл в сети. Это был город класса «Е-6» для Окраинных миров со всей инфраструктурой, с небольшими усовершенствованиями и дополнительно достроенными районами. Например, несколько зданий, Арена и дворец Тима в проект не входил, они взяты из других проектов, но всё же начинка осталась прежней. Меня заинтересовал энергоузел что питал всю столицу. Он находился в шести километрах от столицы и довольно серьёзно охранялся, однако особой проблемы по его захвату я не видел. Я станции захватывал, что мне какие-то подстанции?

    В принципе план у меня уже сложился, и я засел за расчёты. Мне требовалось узнать, что будет с городом, когда рванут двенадцать стационарных реакторов повышенной мощности находящиеся на планете. Судя по расчётам, город очень серьёзно пострадает, но всё же четыре действующих реактора не нанесут таких серьёзных повреждений, что мне требовалось. Судя по всему, Тим планировал расширять столицу, иначе, зачем ему такой запас мощности? Или производства сюда решил спускать? Не знаю ещё.

    После этих предварительных расчётов я задумался и засел за новые расчёты, что будет с городом и самой планетой, когда рванут все двенадцать реакторов. По всем расчётам выходило, что города не станет, максимум останутся подземные коммуникации, но их, честно говоря, можно уничтожить только с орбиты. Воронка на месте энергоузла получиться шикарная, глубиной в триста метров и шириной больше километра. Точно не скажу, тут зависит от того как рванут реакторы. Если с небольшой секундной задержкой, то может и меньше быть, а если все вместе то… М-да, экосистема планеты восстанавливаться будет долго, будьте уверенны.

    После всех расчётов, одновременно с ними я добивал завтрак, потом выбросил все пустые одноразовые миски в утилизатор и, вздохнув, полез нагишом в скаф. Время терять не стоило, свои парни, это всё же свои парни, а я сам себя уважать перестану, если отведу взгляд и продолжу заниматься своими делами.

    Подхватив баул, я повесил его на спину скафа, комбез уже был там и, проверив всё ли нормально в номере, искин должен снова его законсервировать, сюда я уже не вернусь, вышел в коридор. Он был пуст, я это заранее проверил, вечер, так что никто не помешал мне добраться до ближайшего большого люка внутренних коммуникаций и скрыться в них.

    Путь мой лежал на лётную палубу, где через восемь минут должен был сесть челнок с боевой станции, я заранее залез в местную диспетчерскую службу и посмотрел статистику прибытия малых судов и заинтересовался этим судёнышком. Он не был мной взломан и за полтора часа, что он будет находиться на лётной палубе, мне требуются его взломать и укрыться на борту, но я был уверен, что справлюсь. Даже не сомневался особо.

    Мне нужно было посетить боевую станцию и забрать дешифратор, так как без него все мои замыслы на планете обречены на провал. В принципе как программист, с заранее подготовленными программами для взлома, я справлюсь. Но дешифратор просто работал в три раза быстрее, а время в моём случае это самая важная часть. На минуту отойду от плана и всё, а мне этого было не нужно.

    До лётной палубы я добежал довольно быстро, дальше пришлось немного постараться, чтобы добраться до корпуса челнока, благо он стоял недалеко, на третьей площадке, так что мне оставалось только обойти один бот, первая площадка пустовала, и вот он, челнок. Пилот и пассажиры покинули судёнышко, правда, сам пилот не ушёл с лётной палубы, а уединился с местным техником и в данный момент предавался разврату в его коморке. Я за этим был вынужден наблюдать, пока взламывал челнок замка, чтобы тот не застал меня в самый интимный момент взлома его челнока. С учётом того что и пилот и техник были мужского пола, не очень приятная картинка. Похоже, Тим не особо боролся за моральный облик своих людей, в его системе можно было сношаться с кем хочешь, хоть с негуманоидом. Не удивляюсь тому, что тут разрешены однополые браки. В принципе они и в Содружестве разрешены, просто сильно не одобряются и таких вот молодожёнов серьёзно понижают в статусе и урезают в правах. Причём навсегда.

    Когда я вскрыл замок, проник в салон и побежал в рубку, чтобы восстановить комп перегруженный вирусами, пилот подошёл к кульминации. Я едва успел взломать комп и укрыться в реакторном отсеке, когда пилот оделся, расплатился с техником, тот, оказывается, так зарабатывал, и вернулся на борт челнока. Подходило время отлета, и он решил подождать этого на борту. Пока мы ждали пассажиров, чуть позже подошли трое с эмблемами клана Тима, техник принимал новый клиентов, на этот раз сразу двух. Похоже он на своих услугах неплохо зарабатывал, а раз клиентов у него не убавлялось, то ещё пользовался спросом. Мрак, куда катиться мир? Где нормальные отношения и связи с противоположным полом?

    Наконец челнок покинул лётную палубу и направился в сторону боевой станции. Мне всё также приходилось стоять в скрюченном состоянии, так что я даже порадовался, когда мы достигли территории станции.

    После того как пассажиры ушли, пилот ещё минут десять возился в рубке доставая из замаскированной ниши сумку с каким-то барахлом. Похоже, он занимался контрабандой, доставлял то, что было запрещено на станции. Заметив что тот перекладывает в сумки брикеты с наркотой, я только улыбнулся, внутри сумка была обшита точно такой же тканью, как и мой скаф, а снаружи между спецтканью и самой тканью сумки, хитрый пилот пихал разные безделушки чтобы сенсорам искина службы безопасности не казалось что она пустая и в сумке самые обычные предметы. На самом деле хитро, нужно принять такой трюк на вооружение.

    Пока пилот возился, я отправил запрос управляющему искину и к своему большому удивлению обнаружил отклик искина службы безопасности. Оказалось дешифратор, используя свободные мощности управляющего искина, взломал второй и сейчас работал над третьим и, судя по идущему в обратном направлении отсчёту времени, на третий ему оставалось чуть больше трёх часов. В принципе можно и подождать, резерв времени есть, мне нужно было взять станцию под свой контроль, это даже радовало. А то я уж опасался, что придёт бросить тут всё и подрывать только две гражданские, а-н нет, всё же есть Творец, помог.

    Пока я общался с искином охраны и проверял установленные дешифратором дополнительные программы, отчего он теперь подчинялся только мне, но от местных работ не отлынивал, чтобы не насторожить персонал и сотрудников службы безопасности, пилот собрался, закрыл тайник и, заперев челнок, направился вглубь станции. Однако за ним теперь пристально наблюдал искин службы безопасности.

    Следовало поторопиться, я сдал пилота и сейчас его возьмут сотрудники службы безопасности. Естественно они обнаружат в сумке совсем не то, что показывают сенсоры и озаботятся поиском тайников на челноке. Даже думать тут нечего, меня обнаружат сразу, поэтому требовалось сменить судно на другое. К счастью на этой же палубе находился бот, тот самый, на котором катался в одиночку дешифратор, и я решил перебраться на него, раз у меня есть коды к нему. Теперь я это мог сделать, так как служба безопасности станции теперь фактически подчинялась мне одному.

    Затерев на компе челнока все следы моего вмешательства, и проверив всё ли тут в порядке, я покинул челнок. На лётной палубе народу хватало, но я спокойно, между дюз разнообразных судов и силовым полем добрался до бота. Тут всего было триста метров, нужно пройти мимо одиннадцати челноков да ботов.

    При моём приближении створка шлюза стала открываться, я заранее отправил приказ искину, поэтому мгновенно юркнул внутрь и стал устраиваться в пассажирском салоне, при этом отдав приказ искину охраны станции брать пилота, с интересом за этим наблюдая с помощью камер наблюдения.

    Тот уже добрался до местного дилера и подлетевшие на гравиплатформе местные эсбешники повязали обоих. Дилера, оказавшегося начальником одного из складов, всего их было двадцать, и самого пилота-наркокурьера. После быстрого допроса на месте захвата, наркоту уже обнаружили и пересчитали, обоих отправили в местный отдел, двое сопровождали, один занялся обыском в кабинете начальника склада, а двое направились на челнок.

    Сумку с наркотой отправили в местный склад вещдоков и конфиската. О нём я уже знал и именно поэтому провернул операцию по захвату наркодилеров и поставщика. Мне нужна была сумка и кое-что со стеллажей конфиската. Точнее мне нужно было оружие, причём самые убойные его образцы и такие на складе имелись.

    Пока дешифратор взламывал последний искин, сумка и ещё некоторые улики были доставлены на склад и вписаны в список вещдоков. Как только сотрудник СБ покинул помещение вещдоков, один из шести боевых дроидов что стояли у стены, пошевелился. Эти дроиды не были конфискатом, а были приписаны к станции. Просто было свободное место и дроидов поместили сюда.

    Так как управлял ими местный искин службы безопасности, то соответственно и у меня был к ним доступ. После того как дроид отсоединился от стационарного питания, у него не было искина и реактора, был комп и батарея, простенькая охранная машина но зато с большой грузовой нишей в корпусе, литров шестьдесят будет. Одной из задач этих дроидов доставка боеприпасов, ну и по мелочам их гоняют, именно поэтому и был скрытый крохотный трюм в бронированном корпусе.

    Как только дроид вышел на режим, комп не сразу загрузился, я стал дистанционно им управлять. Первым делом дроид добрался до сумки и высыпал из неё всё барахло, в основном мелочёвку, наркота была сложена рядом небольшим штабелем, после этого управляя дроидом я стал складывать в сумку разнообразное снаряжение. Особо запасами хранилище похвастаться не могло, но всё же серьёзные единицы вооружения тут присутствовали. На дно сумки я уложил четыре тяжёлых армейский ручных бластера, длины сумки как раз хватило, чтобы они легли на дно, метр как-никак, сверху уложил зарядные модули и высыпал из ящика ручных гранат. Всё, сумка была полна. В нишу внутри дроида были отправлены двадцать игольников, разных моделей и производителей, с ними же зарядные магазины к иглам. Брал только те, у которых не было привязки к владельцу, боезапас из разрывных игл и бронебойных, против легкобронированных противников. Против тех, кто в боевых скафах у меня четыре армейских бластера имелось. Жаль боевых скафов тут не было, прибрал бы, а в арсенал не попадёшь он под присмотром.

    Этого вооружения пока хватит, оно всё уместилось в нише дроида. Место ещё оставалось, поэтому я нашёл в одной из коробок кучей сваленные разнообразные тестеры. Запустив десяток, выбрал парочку работоспособных, по медицинскому и техническому тестеру. Первый если потребуется включить нейросети бойцов, если им их не удалили, то наверняка просто отключили. Второй снять ошейники, всё гвардейцы и члены экипажа «Эритана» были в ошейниках, я это в репортаже видел. Последним что я взял, запрещённое оборудование, из-за которого я в основном и полез в это хранилище, без остального в принципе можно было обойтись. Это был оборудование заводской сборки для глушения работ нейросетей, полицейская машинка. Зона действия всего двадцать метров, но очень неплохо с учётом того что это была коробочка двадцать сантиметров на десять. Запасную батарею к прибору я прихватить не забыл.

    После того как всё было собрано, дроид держа в одном из манипуляторов сумку контрабандиста и наркокурьера, покинул хранилище. Так как я полностью контролировал эту часть станции, то естественно для сотрудников СБ, что кололи наркоторговцев, эта кража прошла незамеченной. Вход в хранилище находилось в стороне.

    Дроид был вооружен довольно прилично, мощный полицейский станнер, нейротик и два излучателя. То есть на нём стояло и летальное и не летальное вооружение. В принципе неплохо, но особо он навороченным не был. Обычная патрульная машинка, однако, для моих планов подходил неплохо.

    Его идентификатор показывал что дроид до сих пор находится в хранилище в отключённом состоянии, однако чтобы не вызвать вопросов, я пометил его чужим идентификатором, дроида что находится на ремонте и пока не вышел из этого статуса. В принципе это только для тех, кто заметит дроида с сумкой в одном из манипуляторов и задастся этим вопросом, так что ответ у искина был заготовлен заранее, есть как отбрехаться.

    Через двадцать минут дроид свистя антигравами, появился на лётной палубе. По-местному времени была ночь, и хотя дежурный техник присутствовал в своей каморке, появление дроида осталось для него незамеченным, а тот подлетел к моему боту и по только что опустившейся аппарели влетел в небольшой трюм, где я его уже ждал.

    Дальше уже работал я. За сорок минут мне удалось модернизировать дроида под обновлённые задачи. Глушилку нейросети, я установил под бронированным кожухом, выведя антенну наружу и прописав новое оборудование на комп дроида. Но это ещё было не всё, не стоит забывать про медлекарства и инъекторы. Сделав пару коктейлей, я зарядил их в два инъектора и убрал в опустевший грузовой трюм дроида. Весь груз лежал на палубе бота. Всё, дроид был модернизирован под новые задачи, дальше ему пора работать. Не стоит тянуть время, оно и так утекает сквозь пальцы.

    Дроид также незамеченным, как и появился тут, покинул лётную палубу и направился в сторону ремонтных доков, где стоял «Эритан». Да, пока дешифратор взламывал искина отвечающего за реакторы, я решил отбить обратно свой крейсер. Слишком жирно оставлять его пиратам. Однако, так как дешифратор был занят, да и не было у меня времени ломать ещё и корабельные искины, поэтому я решил поступить несколько проще, но грубее. Узнать коды доступа к новым искинам, их заменили на старые, у техников. Те должны знать их, старший так точно.

    Я вернулся из грузового отсека в трюм и, устроившись в кресле, стал наблюдать за работой дроида. Особо я не беспокоился о внезапно нагрянувших хозяевах, то бишь о пилоте этого судна. Он тут уже три дня стоит и свежих заявок на его использование, в сети не было. Тут ведь как? Подаёт кто-то из персонала станции заявку искину и тот отправляет её или дежурному челноку, регистрируя заявку или находя пустой. Этот бот мной был убран из резерва, тем более он был приписан за диспетчерской и использовали его в основном они. Именно поэтому я был спокоен.

    Когда дроид достиг нужных доков, я взял его управление на себя. К сожалению, мы не успели всего ничего, хотя может это и к счастью. Ремонтники закончили приводить крейсер в порядок, и его только что принял новый экипаж. Пока из шести человек, но капитан и пилот там были. Это минимальное количество для перегона, если там нет универсалов. Наблюдая с помощью датчиков на внешней обшивке, как длинный корпус крейсера медленно покидает док, я задумался, после чего стал ждать. Вряд ли экипаж улетит из системы, скорее всего пристыкуеться к одному из внешних шлюзов, как это делают другие экипажи. Полазив в памяти управляющего искина станции, я нашёл нужную информацию, и какой шлюз зарезервирован за этим кораблём. После получения этой информации, дроид, который замер в одной из ниш коридора рядом с доками в режиме ожидания, поднялся и полетел в нужный сектор стации. Так как для него некоторые сектора были закрыты, вроде медсекции, дроиду пришлось сделать несколько обходов, но всё же он добрался до нужного места. Причём успел вовремя.

    Холл у шлюза контролировал подчинённый мне искин, так что я сразу обнаружил, что через десять минут после стыковки, с корабля сходят трое, видимо остальные трое, включая капитана, остались на борту, ночь всё же. Работать в холле мне было нельзя, так как его ещё контролировали и камеры с корабля, это штатная процедура от абордажа, поэтому, как только трое пиратов повернули за угол, где их ждал дроид, то включилась глушилка, и тот облучил всех трёх полицейским станнером. Если у кого и стояли импланты защиты от нейроизлучения, то поставленный на полную мощность станнер быстро подавил их и все трое улеглись на покрытие пола. Вырублены они были наглухо, но честно говоря, особо они мне были и не нужны. Даже пилот что разлёгся на полу, были лишь наёмником и не мог иметь кодов доступа.

    Естественно сенсоры в коридоре засекли использование станнера и глушилки, но сигнал никуда не ушёл, я вообще затёр его из памяти искина. Отключив глушилку нейросети, я с помощью искина отправил капитану крейсера от имени местного управления СБ сообщение, что двое членов его экипажа подрались и патрульному дроиду пришлось вырубить всех троих. Тот быстро ответил, запросил информацию по местоположению своих подчинённых и буквально через три минуты появился в холле шлюзовой в сопровождении одного из своих людей, значит, на борту остался последний, шестой. Уже хорошо.

    Как только капитан, на вид ему было лет сто, этакий космический волк, повернул за угол, включилась глушилка дроида, подчинённый был вырублен станнером, а капитан был блокирован манипуляторами. Наблюдая как тот корчиться в «руках» дроида и матерится, я достал с помощью третьего манипулятора инъектор и ввёл лекарство в шею капитана. Через восемь секунд тот поплыл и смог отвечать на мои вопросы. Активировав на минимуме громкую связь на дроиде, я стал задавать капитану вопросы. Работающая глушилка мне нисколько не мешала, я оставил небольшой канал для связи с дроидом.

    К сожалению, мои надежды не оправдались. Капитан знал коды доступа к корабельным искинам, но второй категории, как подчинённый. То есть это были не коды владельца с возможностью их замены и прописывания новых установок. Пришлось менять план по захвату крейсера обдумывая дополнительный. Резервного плана у меня не было, я же не знал что тут такая предосторожность как на флоте. Тим — параноик.

    Нужно было торопиться, я конечно контролирую этот коридор, но мало ли появиться какой прохожий или гравиплатформа с пассажирами?

    Запись капитанских кодов доступа на корабль у меня были, но фактически они были бесполезны. Корабельный управляющий искин ещё пустит на борт корабля, но тут же отправит сигнал тревоги диспетчерам и в штаб местного флота о чужом вмешательстве. Вот этого мне было не нужно. Однако надежды я не терял и задал вопрос о том, кто именно программировал искины? Ответ был получен, после чего я оглушил на довольно продолжительное время капитана и утащил его и подчинённых в ближайшее помещение. Это была комната со скафандрами для персонала в случае повреждений станции или разгерметизации. Рядом находили выходы на палубу с шахтами спаскапсул.

    Оставив всех пятерых членов экипажа «Эритана» в помещение со скафандрами, сам корабль тут получил имя «Трофей», ну ни какой фантазии, больше выпячивание своих достижений, всё равно сюда никто не заходит, и направил дроида в жилой сектор. Благо доступ туда у дроида был и программист не относился к начальникам, которых охраняли особо. Ещё повезло, что он находился на станции, а не на планете.

    У меня была мысль заставить капитана отправить вызов программисту, чтобы тот прибыл на борт в связи с неполадками в программном обеспечении, но тот уже сменился, и могли прислать дежурного, а этого мне было не нужно. Дежурного быстрее хватятся.

    Дальше было дело техники, сам программист находился в баре, где с дружками под пиво и закуску смотрел в прямом эфире очередной бой на Арене, но вывести его наружу оказалось не трудно. Выяснилось, что этот парень неделю назад проходил как свидетель в махинациях с оборудованием, тогда двух взяли со складов, они уже были осуждены и оба погибли на Арене как мясо. Так вот дроид добрался до бара, с программистом связался подчинённый мне искин охраны и вызвал его как свидетеля для дополнительных показаний, сообщив, что дроид сопровождения уже ждёт снаружи. Тот особо не удивился, хотя и был недоволен, что его оторвали от просмотра, быстро попрощался с друзьями и последовал за дроидом. До ближайшего пункта СБ тут было недалеко, поэтому я не стал использовать гравиплатформу. На очередном повороте, где коридор был пуст, сработала глушилка, и последовала та же процедура что и с капитаном «Эритана». Правда предварительно я увёл дроида и языка в нишу, где был люк во внутренние коммуникации.

    К счастью программист имел в памяти нейросети необходимые коды, да, это нарушение инструкции, но пираты же, что от них ещё ожидать? Так вот у него были коды доступа не только к этому крейсеру, но и ещё к десятку боевых судов восьмого и девятого поколения. Не раздумывая, я перекачал в память своей нейросети всё об этом. Так же я получил установочные коды к некоторым искинам станции. Не главным. Там только Тим властвует, а к медсекции, некоторым ремонтным докам и двум складам.

    Дальше уже моя личная работа, поэтому искин охраны подогнал к лётной палубе закрытую гравиплатформу с символикой СБ, но не загонял её внутрь, оставив в широком транспортном коридоре. Пока я возился с захватом крейсера, он хоть и затянулся, но вроде всё шло нормально, искин отвечающий за реакторы станции был взломан, это была приятная новость. Получив её, я покинул бот, направился к выходу, стараясь не попасться никому на глаза, на палубе было шесть человек, и забрался в гравиплатформу, которая сразу полетела к шлюзу, где был пристыкован «Эритан». Менять коды владельца мог только живой человек, но никак не дроид охраны. Тот, кстати, уже летел к шлюзу. Программиста он напичкал лекарствами, и тот улетел в мир фантазий на двое суток, а тело он спрятал в туннель коммуникаций. Операция выходила на финишную прямую и теперь можно было оставлять за собой следы. Но вот к сожалению ликвидировать я пока никого не мог. В этом случае нейросеть подавала сигнал о гибели своего хозяина. Конечно, я контролировал часть искинов, но не всех и информация о гибели на станции людей могла достигнуть тех, кому этого знать не нужно. Пусть лучше так полежат, напичканные лекарствами. Перестраховка как говорится. Мне нужны лишь неполные сутки. Конечно, когда я глушилкой глушил нейросети, искины это засекали, но тревогу они согласно заложенной программе могли поднять только через пять минут. Я до такого срока ни разу не доводил, раньше глушилку выключал. Так что пока всё в норме.

    Кстати, пока я летел на платформе, то работал с третьим станционным искином, дешифратор уже установил ему нужные программы, а я теперь менял установки под них. За пять минут работ, и эта станция превратилась фактически в бомбу. В будущую.

    На середине пути, платформа притормозила, остановилась, и встала на опоры, а в открытый пассажирский люк не заметно шмыгнул дешифратор, после чего мы полетели дальше. Добравшись до места, там уже был дроид, я направился в хранилище скафандров для спасения персонала. Привести капитана в чувство мне ничего не стоило, благо в бауле хватало препаратов для этого. Тот ещё был под действием препаратов, то есть являлся безвольной куклой. За минуту я поставил ему задачу, он должен был провести меня на крейсер и сопроводить в рубку, у него были такие полномочия, дальше уже моя работа.

    Покинув скаф, я быстро переоделся в инженерный комбез, и мы с капитаном прямо из хранилища скафандров, направились к шлюзовому холлу. Пройдя штатное шлюзование, мы оказались на борту корабля. Пока шло всё нормально. Прямо у входа капитан отдал приказ искину провести ремонт оборудования связи, временно отключив его. О шестом члене экипажа я не беспокоился, это был энергетик и он сейчас спал.

    Пройдя в рубку, капитан устроился в своём кресле, а я занял пилотское, и вытянул из подлокотника нейрошнур. Искин не препятствовал, получив согласие у капитана на все мои действия, а потом уже было поздно, сигнал тревоги он отправить не смог из-за только что демонтированного техническим дроидом оборудования. Сменив установочные коды на всех пяти искинах на свои, я убрал установочные программы программистов Тима, переведя искины на базовые установки. Хотелось бы подольше поработать, но время не терпело, мне ещё нужно спуститься на планету и подготовиться к акции. Арена работала с семи вечера до утра, днём все отдыхали, значит, моих парней начнут выводить уже сегодня вечером, нужно поторопиться.

    Дальше уже дело техники. Охранный дроид с помощью гравиплатформы перевёз остальных четырёх пиратов из хранилища скафандров на борт крейсера и доставил их в корабельную медсекцию. Пока он выгружал тела, я прошёл в каюту офицера-энергетика, доступ у меня был и открыв её, облучил того несколько раз из шокера, он так и не проснулся. Через минуту прибыл дроид и отнёс последнего пирата в медсекцию.

    Проследив как крышки шести капсул закрываются, я только хмыкнул. Теперь о них пару дней никто не вспомнит. Капитан, прежде чем дроид уложил его в капсулу, отправил в штаб и местным диспетчерам сообщение, что ложится в капсулу на обучение, мол, его экипаж тоже поднимает свои знания. Подстраховка до первой проверки, но лучше я ничего придумать не мог.

    Переведя крейсер в режим ожидания, искины проинструктированные мной знали как отвечать на вызовы, я покинул борт корабля и, вернувшись в скаф, на гравиплатформе отправился обратно на лётную палубу. Дроид должен был под управлением искина вернуться в хранилище конфиската. Он своё дело сделал и глушилку нейросети я с него снял.

    По дороге я связался с искином и, узнав, есть ли свежие заявки на доставку персонала на планету, отдал приказ следующую заявку оформить на мой бот. Заявка появилась, когда я уже добрался до лётной палубы и минут десять сидел в кресле пассажира на борту бота, терпеливо пережидая и банально отдыхая. Мне тоже ведь спать хотелось, скоро стимуляторы придётся применять, чтобы не вырубится, всё же больше суток на ногах.

    Все мои вещи находились в реакторной, поэтому я спустился в отсек, когда появился глухо ругающий диспетчеров пилот, мол, не его смена, и шестеро пассажиров. Через минуту, бот после прогона движков поднялся с палубы и вылетел в открытый космос. А через двадцать минут мы уже опускались на плиты служебной парковки, где я уже бывал и взломал искин.

    Пассажиры сразу покинули салон, пилот достал их ворчанием, что не его смена, однако сам он не стал покидать салон, ожидая пассажиров, чтобы вернуться обратно. Порожними тут летали только на личных судах. Пилот мне мешал покинуть бот, поэтому я вошёл в управлении местного искина и, просмотрев заявки на возвращение на станцию, отменил две и зарегистрировал за этим ботом третью. Тот ждать четыре часа не захотел, но и покидать бот не стал, а прошёл в пассажирский салон и, разложив спинки трёх кресел, стал устраиваться на ночь. Он ворчал в рубке, ворчал в салоне, и даже уснув, изредка прерываясь храпом, ругал диспетчеров.

    Дождавшись, когда тот провалится в более глубокий сон, я осторожно выбрался из отсека и, держа в руках баул и сумку, покинул бот. Пилот так и не проснулся.

    Искин парковки, как я уже говорил, мной был взломан, поэтому я беспрепятственно и незаметно для местного дежурного покинул территорию парковки и, осмотревшись, быстрым шагом направился в сторону ближайшей остановки общественного транспорта. Чем обувь изнашивать, двигаясь пешком, можно проехать три остановки, благо транспорт был бесплатным, это заметно сократит время. Однако от парковки космической техники я не ушёл далеко, рядом была ещё одна парковка, но уже для наземного транспорта. Секунду подумав, я направился туда. Обзавестись собственным транспортом и обрести мобильность, вот что мне сейчас было нужно.

    На неохраняемой парковке находилось около тридцати единиц разнообразного транспорта, моделей и производителей. Тут, по-моему, схожих не было ни одного. Выбирал я недолго, мне нужна была вместительная гравиплатформа с довольно приличными лётными характеристиками. Тут такая была одна. Откуда среди гражданских моделей затесалась эта средняя армейская грузовая платформа с грузовым манипулятором, я не знаю, но направился именно к ней, шарахаясь от других аппаратов. У них была активирована сигнализация, и не хотелось бы поднимать шум. Сблизишься к корпусу на метр и всё шум и гам, с дистанционным вызовом полиции.

    Достав из баула дешифратор, я отправил его вперёд. Для дроида взлом подобной техники полёвая задача. Так и оказалось, уже через пятнадцать минут я устраивался в тесной для меня кабине управления платформы. В пустотном скафе тут было действительно тесновато, кабина была рассчитана на армейца в обычном бронекомбинезоне сил планетарной обороны.

    До рассвета оставалось два с половиной часа, поэтому следовало поторопиться. Гравиплатформа поднялась на пять метров, сместилась на дорогу, пролетев над другими аппаратами, и опустившись на высоту метра, стандарт для движения, направилась под моим управлением в сторону энергостанции.

    Покинув город, выбравшись на окраину, я только прибавил ходу. Дел запланировано много, резерв уже выбран, поэтому стоило поспешить. На подлёте я сбросил скорость и, остановив платформу, припарковал её на обочине. Всё, дальше метров через сто начинался пояс безопасности, и пересекать его не стоит. А то ещё заинтересуется охрана, чего это тут платформа летает в автоматическом режиме без пилота. Я ведь в скафе, экранирован от излучения.

    Дешифратор относился к моделям дроидов, не дронов и в принципе не был рассчитан на работы на планетах, поэтому мне пришлось написать ему пару программ по движению в степной местности. Так что дроид спрыгнув с платформы и шлёпнувшись в пыль, быстро засеменил в сторону далёких корпусов энергостанции, сами реакторы находились под землёй, а то, что было на поверхности это в основном охрана, управление и подстанция.

    Проследив, как по периметру пролетел патрульный дрон охраны, я его не заинтересовал, стоит себе платформа и стоит, откинул на скрипнувшую и хрустнувшую спинку кресла и стал ожидать сообщения от дешифратора. Так-то он до меня не дотянется, но после взлома местных искинов, используя их как передатчик, вполне.

    Конечно же, меня беспокоило использование дешифратора на планете, ладно недолгое на парковках, а тут ему почти два километра надо пробежать и проползти по степи, а защиты у него не было. Набьётся пыль внутрь и всё, тушите свет, вся операция будет под угрозой срыва. Конечно, ткань, которая на него сверху наклеена, немного предохранит, но всё же пыль уверен, попадёт внутрь и мне придётся чистить моего помощника, если он раньше от перегрева или замыкания из строя не выйдет.

    В общем, следующие полтора часа я сидел в кресле оператора платформы как на иголках, пока, наконец, не пришли один за другим отклики от двух искинов. Их тут было три, управляющий, охраны и инженерный. Последний следит за реакторами, выходом и потреблением энергии, дешифратор его ещё ломал, но скоро и он станет моим.

    Как только первые искины перешли под моё управление, и я смог сними дистанционно работать, то поднял платформу и нагло полетел прямо к корпусам администрации и управления. Скоро должно было показаться на гаризонте солнце, где-то часа через полчаса, поэтому я поспешил поторопиться.

    От управляющего искина я узнал, что смены тут суточные, и скоро должна пройти пересменка, поэтому немного изменил свои планы, а так пока всё шло согласно рассчитанному временному графику. А местную охрану я не боялся. Она тут была автоматическая, людей не было, было всего лишь трое сотрудников энергостанции что следили за показаниями приборов и всё.

    Чуть в стороне находился ангар для местной техники, поэтому я на подлёте активировал открытие створок, местный персонал моё появление так и не заметил и, залетев внутрь, поставил платформу на опоры. Выйдя наружу, я направился к техническому корпусу, пока створки ангара закрывались. Дверь во внутренние помещения передо мной открылась, поэтому я спокойно, не обращая внимания на камеры наблюдения, прошёл в кабину лифта и стал спускаться на подземные этажи. Доступ из трёх сотрудников вниз был только у одного, у техника, да ещё у инженера, что приписан к энергостанции, поэтому я не опасался кого-нибудь встретить. Техник находился наверху и смотрел фильм, а инженер прибывал сюда только по вызовам, такого ещё ни раз не было, станция новая, и для регламентных работ, а до ближайших ещё неделю.

    Дешифратор закончил взлом ещё только когда я шёл к зданию от ангара, поэтому чувствовал я себя тут вполне вольготно и сразу отдал приказ третьему искину запускать заглушённые и неиспользуемые реакторы, а на пульты персонала подавать обычные показатели.

    За следующие два часа я запустил все реакторы, сейчас они выходили на полную мощность. Так-то для этого им нужно двое суток, но я отдал приказ на экстренный запуск, и к десяти утра они выйдут на необходимый уровень. Это может им повредить, но мне было плевать. Местные искины ждали только моего сигнала, после него через час реакторы энергостанции пойдут в разнос и произойдёт взрыв. Планете это конечно сильно повредит, но та же ситуация, я готов был на это пойти.

    За это же время, наверху штатно прошла смена персонала, отработавшие своё отправились по домам на дежурном транспорте, а оставшиеся приступали к работе. Мне они не мешали, поэтому закончив со всеми работами, я поднялся на верхний этаж на лифте и, подхватив по пути дешифратор, направился к ангару. А вот улететь у меня сразу не получилось. Один из местных сотрудников вышел наружу, свежему воздуху ему подышать приспичило и, заняв скамейку в небольшом парке, достал что-то вроде сигареты и закурил, вдыхая явно наркотический дым.

    Просидел этот молодой парень полчаса, пока не выкурил не покайфовал и не вернулся в здание, только после этого я вылетел из ангара и пока створки закрывались, направился в сторону города. Тот только просыпался, утро, народу на улицах всё же было не много. Многие после просмотра гладиаторских боёв просыпались только к обеду.

    Благополучно преодолев окраину, я оказался на территории города. Конечно, летать на средней бронированной платформе по улицам не стоило, но обнаружив, что я не один такой оригинал, успокоился. Армейских платформ тут хватало.

    Добравшись до района, где находилась Арена, я пристроился за муниципальным автобусом, что тоже поворачивал на нужную мне улицу. Автобус последовал дальше, к остановке, а я свернул на зады корпусов Арены, где стояли мусорные баки, и поставил своё транспортное средство на опоры. Всё, дальше мне не сблизится, местная служба безопасности не даст.

    Старясь сильно не шевелится, я достал дешифратор и, сняв с него часть кожухов, стал чистить от пыли. С этим я был прав, не только пыль набилась, отчего комп стал греться, но даже травинки нашёл. Почистив дешифратор, я вернул защиту и выпустил его из кабины, через пару секунд шустрый дроид скрылся в ливневом углублении рядом с дорогой. Через минуту он мелькнул у мусорных баков, но потом скрылся. Его задача пробраться в главный корпус и взять под контроль два стоявших там искина, управляющий и охраны. Без этого я своих парней не освобожу. Дальше предстояло только ждать, поэтому я продолжил сидеть в скафе и, активировав экран визора над пультом управления, стал просматривать последние местные новости. Мне не помешали дальше два автоматических мусорщика, что по очереди с разницей в час очистили мусорные баки Арены.

    То, что платформы, которую я так нагло угнал, могут хватиться, я не опасался. Та на парковке стояла уже три недели, видимо хозяину она была пока не нужна. Конечно, возможно, что по закону подлости она ему понадобится именно сейчас, но данные хозяина я знал, проверил в списках служебной парковки и узнал что тот отправился на боевую станцию. Числился он за экипажем крейсера артиллеристом, а этот крейсер вот уже как две недели находился в патруле и вернётся только через неделю. Время у меня было, именно поэтому я и сидел в кабине гравиплатформы спокойно.

    В принципе новости особо не изменились, транслировали картинки с Арены, были кадры самых зрелищных ударов прошлых боёв, снова помянули о пленных, расхваливая их на разные лады, чтобы тотализатор не останавливался. Так же было сообщение что вечером, перед началом боёв, будут разыгрываться в лотерее, какому гладиатору какое мясо достанется из пленных. Это было каждый день, я про лотерею, поэтому не обратил на информацию никакого внимания, меня больше занимала вчерашняя запись моих парней. Просмотрел её ещё раз в повторе.

    К обеду, наконец, я получил отклик от второго и последнего искина. Дальше я действовал быстро, за десять минут изучил с камер наблюдения, всё, что происходит на территории комплекса Арены, там сейчас было сонное царство, после чего закинув баул за спину и неся в руках сумку, быстро направился к нужному зданию. Ограды тут не было, вся территория облицована плитами и стояли столбики освещения, поэтому направился приямком к нужному корпусу, где содержались рабы и пленные. На пульты охраны транслировалась чистая картинка, а охранные сенсоры, что контролировали всю территорию, меня просто не видели. Можно было конечно подлететь к корпусу прямо на платформе, но рисковать не стоило. Выглянет какой-нибудь местный служащий и засечёт её. В принципе контролируя местных искинов меня это не должно волновать, я мог прописать платформу, выдав ей разрешение, но лучше перестрахуемся, тем более я мог перегнать платформу к корпусу при необходимости дистанционно. Именно это я и собирался сделать, но позже.

    Подойдя к зданию, я спокойно прошёл в открытую дверь, замок был уже разблокирован, и направился к лифтовому холлу. Там было три лифта, два пассажирских и грузовой. Один пассажирский был занят, снизу как раз поднималось два местных сотрудника с тележкой, на которой они доставляли пленным еду, обед как-никак. Я же прошёл ко второму, кабина была тут, поэтому сразу вошёл внутрь через открытие створки. Они как раз закрывались, когда начали открываться створки соседней кабины с местными поварами. Я благополучно смог избежать нашей встречи.

    Как только, кабина оказалась внизу, я вышел из неё и выстрелил в дежурного охранника, что сидел за столом у входа. Тот был в лёгком полицейском бронекостюме, поэтому пришлось добавить ему ещё раз, пока он не затих. Глушилка у меня работала, так что сигнал охранник не отправил, а до кнопки поднятия тревоги дотянуться он не успел.

    Стрелял я нейротиком и шокером, держа их в обеих руках. Нейротик вырубал охранника пластиковыми шариками, шокер уже из сознания. А так я не хотел портить костюм, кому-нибудь из моих он пригодится. Осмотревшись, отметил, что дальше тянулся длинный коридор с рядом камер с обоих сторон коридора. Тут было сто метров, и все камеры были полны.

    Естественно пленные не могли не слышать специфичный свет работы нейротика, да и шум падения тела охранника со стула был громким, поэтому из ближайших камер начал доноситься шёпот. Заметив, что из-за одной решётки ближайшей камеры высунулась рука с чем-то вроде зеркальца, и кто-то пытается рассмотреть, что тут происходит, я только хмыкнул. Сломленных похоже тут особо не было.

    Пока было тихо, но в принципе средства связи были тут мной блокированы, как и камеры что контролировались искином и охраной. В соседнем корпусе сидело двое охранников и просматривали картинки с камер. Так вот, эти камеры показывали им запись. Искин постарался по моему приказу. Так же шла запись с микрофонов. Обе записи активировали за две секунды до того как открылись створки лифта со мной в кабине. Запись была пятиминутная, потом повтор пойдёт, рано или поздно охрана засечёт что-то не так, но искин ещё потянет время, однако надеюсь, что нас к этому моменту уже не будет.

    Самое фиговое было в том, что мои люди не сидели в одной камере, а были распиханы по разным. То что нужно освобождать всех это понятно, я так и собирался сделать, но сначала уберусь отсюда с моими парнями. Это даст нам шанс покинуть планету и долететь до «Эритана». В принципе можно всех прихватить, но командовать толпой это не то, что спаянным подразделением. Тут сильных личностей и офицеров хватает, будут тянуть лямку на себя. Не, лучше мы свалим, а эти как хотят. Кто захочет к нам присоединиться, возьмём, но с полным подчинением.

    Подойдя к посту охраны, я наклонился, ухватил парня за бронированный воротник и, не напрягаясь, потащил за собой, отчего его ноги волочились по бетонному полу. Покрытия на нём не было, как залили пенобетоном, так и оставили.

    До первых клеток было метров пять, поэтому, когда я появился с охранником в одной руке и сумкой в другой, баул был за спиной, то сидельцы двух камер, находившихся друг напротив друга, подошли к решёткам и молча смотрели на меня, пристально разглядывая. Меня чуть не передёрнуло от этих взглядов, чего там только не было и злость и удивление, и ярость и любопытство, но больше всего надежды.

    Остановившись, я посмотрел на камеру с левой стороны, потом на ту что справа. Они находились с двух сторон коридора. Во всех камерах было одинаковое количество людей. По пять человек. Там был открытый виду санузел, четыре койки, привинченные к полу стол и два стула. Видимо камер не хватало, раз в некоторых находилось вместо четырёх, по пять человек.

    Я был в скафе, защита тканевая на шлеме поднята, но лицевой щиток был затемнён, и пленные не видели моё лицо. Шёпот начал нарастать и появились первые попытки привлечь моё внимание, когда я продолжил идти мимо камер, с обеих сторон, волоча за собой тело охранника.

    Когда я дошёл до камеры, где находилось трое гвардейцев и двое флотских, судя по эмблемам на рукавах их комбезов, один был из Княжества, другой пограничник-конфедерат, то бросил тело охранника на пол. Одним из гвардейцев был Гин. Как и заключённые из других клеток они тоже подошли к решётке и пристально меня разглядывали, негромко переговариваясь. Некоторые удивлялись, почему их не шарахает ошейником. Послышались первые неуверенные ругательства.

    Подойдя ближе, я активировал поднятие лицевой платины и, усмехнувшись ошарашенному виду майора, сказал:

    — Не ожидал увидеть, да?

    Майор меня сразу опознал, хотя в его глазах и мелькнуло на миг сомнение. Видимо ему пришлось пообщаться с моим братцем.

    — Ваше Императорское Величество, — низко поклонился он.

    — Чего?! — озадачился я, после чего тряхнул головой и сказал. — Потом поговорим, нужно убираться отсюда. Времени осталось очень мало.

    — Решётки и охрана, командир, — напомнил Гин.

    Управление замками решёток было на центральном пульте охраны, здесь такого управления не было. То есть, чтобы конвоирам забрать мясо, они связывались с центральным постом и просили открыть такую-то камеру, забирали жертву, наблюдали, как решётка опускаются на место и сопровождали невольного гладиатора на Арену. Мне же этого не требовалось, так как решётки поднимал искин и поэтому он сразу же выполнил мой приказ. Решётка стал подниматься.

    — В этой сумке тяжёлые армейские бластеры, четыре единицы с зарядными модулями, там же ручные гранаты, — положил я сумку на пол. — В этом бауле игольники и боезапас. Вооружайтесь. Гин, командуй.

    — Сержант, — обратился Гин к одному из гвардейцев. — Ты у нас в прошлом штурмовик, облачайся в костюм, бери один из бластеров. Формируй передовую группу с тяжёлым вооружением.

    Конфедерат тоже вооружился игольником и стал выкрикивать своих знакомых, заглядывая в камеры, однако открыл я только одну, ту, где сидел Гин с бойцами.

    — Какой план? — спросил у меня майор, мельком посмотрев, как сержант с другим гвардейцем вытряхнули охранника из костюма и свернули ему шею. Сам сержант тут же стал одевать костюм, приведённый к бою бластер, уже был прислонён к стене. Застегнуть костюм и надеть шлем ему мешал ошейник, а так всё было в норме.

    — Насчёт того как покинуть планету и саму систему уже продуманно и подготовлено, насчёт этого не волнуйся. Проблема только в одном, уйти нужно тихо, а если пойдём все вместе, поднимется тревога. По моемому плану я хотел забрать вас, тихо уйти, а потом дистанционно открыть остальные камеры, пока парни тут развлекаются, мы будем на орбите, а потом и на корабле. Но похоже план этот не выдерживает никакой критики, если прорываться, то уже всем.

    — Правильное решение, командир, — широко улыбнулся Гин.

    — Бери командование всем этим сбродом.

    — Нужно сперва наших выпустить, вооружить, а потом уже можно и поговорить с оставшимися парнями, — подумав, ответил Гин. — Люди тут разные.

    Майора не особо волновало, что нас слушали из соседних камер и передавали остальным, он уже принял решение и окидывал уверенным взглядом клетки.

    Мы стали обходить камеры и я по указанию Гина, открывал клетки, но выходили только наши. О том, что чуть позже мы выпустим и остальных, все уже знали и реагировали на нашу работу довольно спокойно, только провожали глазами полными надежды. Постепенно освобождённых гвардейцев и флотских с «Эритана» в коридоре становилось всё больше и больше. Сам же я находился у стола охранника и по очереди работал со своим людьми. Ошейники снимались и отбрасывались в сторону, нейросети активировались, всё это я делал тестерами. Почти сразу парни отключали сеть нейросети, чтобы не было отклика и её не засекли компы, что контролировали местную Галосеть. А с ошейниками вообще всё было просто, охранный искин под моим контролем, так что никаких проблем.

    Когда я возился с одиннадцатым гвардейцем, Гина и сержанта я уже освободил от ошейников и активировал нейросети, теперь сержанту был доступен весь интерфейс костюма, ко мне подошёл майор.

    — Командир, — обратился ко мне Гин. — Вы, можете, вызвать охрану?

    — Для чего? — не прерывая работу, заинтересовался я. В это время ошейник открылся и я откинул его в сторону, на кучу других, после чего взяв тестер, стал активировать отключённую нейросеть.

    — В прошлый раз в одной из камер была драка, их, конечно, нейтрализовали ошейниками, но пришло трое с дубинками и хорошенько отходили. Нравиться им это дело. Вызвать их возможно? Ещё костюмы нам бы не помешали для передовой штурмовой группы.

    — Не вижу проблем, сейчас вызову. Когда они будут на подходе, я вас предупрежу. Да, кстати, майор сейчас сброшу тебе на нейросеть коды доступа к камерам наблюдения, чтобы ты контролировал всю Арену.

    — Принял, — кивнул тот, замерев на миг.

    — Вот и ладно, — после чего скомандовал очереди. — Следующий.

    Вызвать охранников мне оказалось несложно, я выдал им прошлую запись драки, смоделировал запись голоса охранника, что со свёрнутой шеей валялся в коридоре и вызвал подкрепление для усмирения. Искин отправил на центральный пост подтверждение, что ошейники задействованы и драчуны нейтрализованы. В общем, штатная ситуация, ничего такого. Только в этот раз размяться решили не трое, а пятеро. Гин уже был в курсе и контролировал камеры холла и самих лифтов и когда туда зашло пятеро охранников в бронекостюмах вроде того что нам достался в единичном экземпляре, гвардейцы заняли позиции. Впереди залегли снайперы с игольниками. У них задача прострелить бронебойными иглами шлемы, не попортив электронную начинку, и выведя из строя охранников. Глушилку я тоже врубил.

    Как только створки открылись, семь раз просвистели игольники и всё. Десяток гвардейцев подбежали к лифту и быстро извлекли трупы из костюмов, поле чего передали их тем, кто был в штурмовой группе. Один костюм достался Гину, четыре другим гвардейцам, тем кто получил тяжёлые бластеры. Пятый костюм ушёл второму офицеру моей гвардии. Теперь эти бойцы, подогнав под себя костюмы, вешали на крепления пояса и груди зарядные модули к оружию, и проверяли их состояние. По крайней мере, четыре тяжеловооруженных бойца у нас теперь было. Кроме костюмов нам досталось пять игольников. После проверки гвардейцы их хотели выкинуть, но я не дал, в принципе я могу снять привязку. На не летальное оружие они даже внимания не обратили, не нужно он им было. Зато гранат хватало, каждый гвардеец имел по две-три штуки.

    Пока Гин командовал, я освободил от ошейников всех своих людей, активировав им нейросети, и устало отошёл в сторону. Остальных я так освобождать не собирался, слишком долгое это дело и муторное. Ошейники старые, приказ искину не отдашь, там дополнительный механический замок. Отдам тестер, пусть сами снимают, это не сложно, а спецы я уверен, там есть.

    — Ну что, готов? — спросил я Гина.

    Тот уже расположил своих людей и флотских у лифтового холла, коридор был пуст. Из офицеров крейсера Княжества, к сожалению, уцелело всего пятеро, старший артиллерист, оператор артиллерийских систем, энергетик, второй пилот, командир звена штурмовиков и старший техник лётной палубы. Остальные были из сержантского состава. Так вот, командирами поставил майор своих людей, сержанты командовали офицерами, и те временно мирились с этой ситуацией. В данной ситуации они нам не помощники. Именно поэтому флотским оружия и не досталось, всё ушло гвардейцам.

    — Можно, — кивнул тот.

    Почти сразу решётки всех камер стали подниматься вверх, освобождая заключённых.

    Когда те начали выходить и спокойно направились к нам, Гин вышел вперёд, и когда толпа бывших зевов собралась плотнее, он поднял руку и сказал:

    — Мы вас освободили, теперь у каждого свой путь. Те кто желает и готовы перейти наше командование до того момента как мы покинем эту систему и доберёмся до обжитых систем, могут отправиться с нами, остальных я не держу. Решайте.

    — Мы уже всё решили, — вышел вперёд конфедерат в рваном мундире пограничника. Судя по знакам различия, он был офицером. Там были свои звания, но если перевести на обычные Содружества, то это где-то между капитаном и майором. — Часть людей вам не верит, и решили попробовать уйти своими силами, это где-то треть, остальные с вами. Я старший среди них. Командуйте, господин майор.

    — Тогда у меня вопрос, не хотите тут немного поразвлечься? В соседнем корпусе отдыхают в номерах гладиаторы и нас они, поверьте мне, не ждут.

    Ответом был радостный рёв трёх сотен глоток. С гладиаторами разобраться пожелали все, даже те, кто решил не идти с нами. Это не была идея Гина, это я предложил. Двигаться такой толпой к парковкам это самоубийство, перехватят на полпути, а вот занять оборону в зданиях Арены, это ещё реально, тем более у меня был допуск к местному арсеналу. Правда, там, в основном было колюще-режущее, но тоже неплохо. По плану же, я с флотскими лечу на платформе к парковке и взламываю пять-шесть штурмовых ботов, там они были, пилотов у нас хватало, после этого летим сюда, боты вооружены, и сверху штурмуем атакующих которые к этому времени соберутся вокруг Арены. Потом экстренная посадка, забираем тех, кто выжил, и уматываем отсюда на боевую станцию. Тихой сапой, конечно же, проще было, но раз решили всех освобождать, так сделаем это громко. Да и у меня была надежда, что у нас с Тимом всё же пресекутся пути. Не хотелось бы улетать не простившись с ним.

    Пока Гин командовал присоединившимися к нам людьми, создавая с помощью гвардейцев боевые группы и назначая каждой командира, я занимался игольниками пяти охранников. Взломал уже два, увеличив огневую мощь нашей группы, осталось три. Около меня постоянно находилось пять гвардейцев вооруженных игольниками, во главе с лейтенантом Ридем, вторым уцелевшим офицером из гвардейцев, кроме майора.

    Ошейники бывшие пленные снимали сами. Я выдал двум из них кривые спицы и они довольно быстро стали их снимать. Там было два замка, электромагнитный и механический, электронный уже отключён, искин выполнил мой приказ, теперь открывали механический. Помимо этого я поделился и медтестером, чтобы можно было активировать нейросети. Медики были, пользоваться умели.

    — Держи, — сняв привязку с третьего игольника, протянул я оружие одному из моих флотских офицеров. Все гвардейцы уже были вооружены, так что это оружие шло флотским, начал я с офицеров.

    — Пора, — подошёл ко мне Гин.

    Поговорить мы до сих пор не успели, это печалило. Та обмолвка меня напрягала, сердце сжималось в недобрых предчувствиях, но времени обменяться информацией, просто не было.

    — Идём, — согласился я.

    По договорённости мы выходили вместе, я со флотскими и частью гвардейцев, что выполняли свои непосредственные обязанности, то есть охраняли меня, летим на платформе на парковку, а остальные тут погроме шумят и собирают все полицейские силы и войсковые подразделения Тима. Может он и сам тут будет. Дальше дело техники. В прямом смысле, я про боты.

    Поднявшись со стула охранника, я последовал за двумя штурмовыми группами, гвардейцы взяли меня в коробочку. Поднимались мы не лифтом, а по лестнице. Так сложнее нас заблокировать. Гин шагавший рядом, сблизился и спросил:

    — Что с вами произошло?

    — Диверсия. Один из офицеров СБ заминировал ремонтного дроида. Повезло, что рвануло не как было задумано, и мы уцелели, только гипердвигатель разнесло, да дыра в обшивке была. Выживали.

    — Ясно… Как ваши жёны?

    — Нормально, ожидают меня в безопасном месте. Сын у меня родился, Женькой назвал. Полтора года скоро будет.

    — Вот это уже хорошие сведенья, — довольно кивнул Гин и, осмотревшись, надел шлем, который до этого был закреплён на плече.

    Поднявшись в лифтовый холл, часть бывших пленных всё же воспользовались лифтами и были уже тут, мы остановились. Несколько минут штурмовые группы накапливались, а я в это время вызвал платформу и дешифратор. Когда платформа опустилась у входа, мы разом пошли. Стеклянные двери треснули и рассыпались под усилием толпы. Кому что делать все уже знали, мои загружались в платформу, я залез в кабину, остальные рванули к корпусам, впереди бежали те, кто уже был вооружён. Сам Гин имел на поясе кобуру с моим бластером, он оставался тут командовать, передав охрану моей персоны лейтенанту. Кроме десяти гвардейцев, с нами летели двое штурмовиков с тяжёлыми бластерами. Они конечно тут необходимы, но майор стоял на своём, он потребовал усилить мою защиту. Один раз они уже меня потеряли, второй раз такого не будет. Это не я, это Гин так сказал.

    Платформа поднялась и, свистя антигравами, полетела в сторону парковки. Не смотря на то, что кузов был буквально забит людьми, для платформы их вес был тьфу и растереть, загрузка по весу едва двадцать процентов.

    Пока оставшиеся на Арене бежавшие пленные развлекались, где находятся все охранники, а их было всего два десятка, Гин знал прекрасно, искин охраны был переподчинён ему, так что местных ждёт веселая жизнь. Недолгая.

    Так вот, пока освобождённые развлекались, мы спокойно покинули центр столицы, тревога ещё не поднялась, охранный искин блокировал, поэтому мы успели удалиться довольно далеко. Нами заинтересовался полицейский флаер, но снизившись, получил две плазмы из армейских бластеров и исчез вспышке, врезавшись в покрытие улицы. От разлетевшихся огненных осколков вспыхнул киоск на перекрёстке, и задымились квартиры на первых этажах. Дальше не видел, мы повернули и помчались на предельной скорости в сторону парковки.

    Дешифратор находился в бауле, я подобрал его подбежавшего, когда мы выходили из здания одного из корпусов Арены, так что он был готов к работе. Как только впереди показалась парковка космической техники, то я прибавил скорость, это была финишная прямая. При приближении я связался с искином парковки, благо в скафе был усилитель сигнала нейросети, и зона покрытия теперь была в километр. Так вот, искин начал открывать ворота, а из будки выскочил удивлённый дежурный, тревога ещё не поднялась и он ничего не знал. Когда мы пролетали мимо него, кто-то из гвардейцев прошил дежурного короткой очередью из разрывных игл. Я видел, как у него лопнула голова и на груди взорвались брызгами кратеры.

    Опустив платформу на опоры в середине парковки, её с трудом удалось остановить, масса большая, я осмотрелся и усмехнулся. На парковке стоял челнок управление которого я когда-то уже взломал. Среди пассажиров было трое из тех, что отказались с нами идти, но с которыми мы договорились, что предоставим им челнок или бот. Челнок нам был не нужен, он был слабо бронирован, хоть и вооружён двумя плазменными пушками, а этим отдать не жалко. То, что он мог принять тридцать человек, максимум сорок, а отделилось около шестидесяти, меня волновало мало. Не мои люди, пусть сами о себе заботятся.

    Свистнув, привлекая внимание, я указал им на челнок, сообщил номер парковки и отослав коды доступа. Всё, мы свою договорённость выполнили. Те это подтвердили и сразу рванули к челноку.

    — Командир, смотри, — указал мне лейтенант в сторону отдельно стоявшего штурмовика восьмого поколения. Раньше его не было, видимо какой-то пилот прилетел на планету на этой машине, благо у неё были функции атмосферного полёта.

    — Пригодится, — уверенно кивнул я.

    Не смотря на то, что я всё ещё стоял у кабины платформы, работа уже велась, дешифратор взламывал замок одного из четырёх штурмовых ботов восьмого поколения, что находились на парковке. Однако я тоже программист, так что нужно ему помочь и заняться другим ботом. Гвардейцы и флотские рассыпались по парковке, контролируя периметр, один сидел в коморке дежурного и вместо него общался с пилотами судов, что к нам направляются с орбиты. Всем он сообщал, что парковка закрыта. Слух о бунте на Арене уже пошёл по всем новостям, поэтому мы заторопились. Те трое, которым я отдал челнок, уже запустили всего системы, но взлетать за остальными товарищами не спешили, видимо дожидались нас. Умное решение.

    Пока я ломал управление одного бота, дешифратор успел закончить с тремя и сейчас работал со штурмовиком. У того защита была слабенькая и когда я закончил, дешифратор тоже доложил о выполнении задания. Во всех четырёх ботах уже устраивались флотские, подгоняя управление под себя и проверяя бортовое вооружение, а оно тут стояло очень мощное, как-никак штурмовые машины, да и броня соответствовала. Однако всё же этого было мало, нужен хотя бы ещё один бот, чтобы вывезти всех наших с Арены, да и ещё одна боевая единица, штурмующая сверху позиции атакующих, тоже пригодится. Но, к сожалению, времени взламывать ещё один бот, у нас не было, поэтому я повернулся к лейтенанту Ниону, второму пилоту с «Эритана». Ботами командовал он, а в штурмовике сидел командир звена штурмовиков.

    — Начинайте, мы вас будем ждать на орбите, — кивнул я Ниону.

    В каждом боте было по одному пилоту, это чтобы внутрь набилось как можно больше наших. Места в принципе должно хватить, ведь мы оставались тут. Да-да, эти штурмовые суда летели за оставшимися на Арене, а дешифратор взламывал грузопассажирский бот восьмого поколения уже для нас. Место встречи было назначено на орбите над столицей.

    Боты поднялись и в сопровождении штурмовика, что их должен был прикрывать сверху, направились туда, где уже было видно несколько столбов дыма, похоже, веселье там было в самом разгаре.

    — Грузимся, — скомандовал я, как только дроид доложил, что бот стал нашим.

    Не знаю, может это была жаба, но забегая в рубку бота, я дистанционного загнал платформу в трюм бота. Пассажирского отсека всем хватило впритык, некоторые расселись на полу, но всё же хватило.

    Около рубки стояли двое гвардейцев и охраняли меня, у них мне казалось уже мания насчёт этого, я же бросив баул под ноги, дешифратор сразу полез в него, на своё место, а я поднял бот и полетел к энергосанции. На подлёте, когда смог дотянуться своей нейросетью до искинов, то сразу отправил кодовый сигнал. Всё, через сорок минут, это место и часть города исчезнет в огненном взрыве.

    Поднимаясь на форсаже, я обнаружил на орбите бой. Дежурное звено истребителей стремительно атаковало линейку из четырех ботов и одного челнока, а наш штурмовик с некоторым трудом, но отбивал эти атаки, да и сами боты были зубасты и встречали атакующих плотным прицельным огнём. Пираты уже потеряли один истребитель, обожжённый обломок стал падать на планету, остальные отлетели дальше и кружили в стороне.

    Пилоты дежурной группы явно недоумевали, почему нет помощи, и эфир плотно забит помехами. А дело всё было в том, что когда был взломан первый бот, то я связался с помощью него со всеми станциями и отправил им специальный кодовый сигнал. Нет, не запускать таймер детонации, а полностью блокировать всю систему и все работы.

    Лётные палубы были блокированы створками, все охранные платформы и диспетчерские модули получили приказ открыть огонь по всем, кто не имеет специальных идентификаторов, а так как такие имели только пять ботов, челнок и штурмовик, то становиться понятно, что в системе творился ад. А с учётом того что связь была блокирована, паника уверен стояла серьёзная. Рвались на минных полях корабли охраны, пираты, гости, дикие шахтёры и контрабандисты, их расстреливали ракетные и артиллерийские платформы. В общем, натуральный ад.

    Но не эта была главной причиной, почему я не отдал кодовый сигнал уничтожить станции, мы бы успели долететь до крейсера, погрузиться и уйти подальше. Причина была в том, что Тим в данный момент находился на боевой станции, блокированный в своих апартаментах. Восемь из одиннадцати станционных искинов подчинялись ему, и возможно скоро он вернёт контроль над станцией и пока этого не произошло, мне нужно было первым добраться до него. Пока он не мог взять контроль над станцией, те восемь искинов, которые ещё починялись ему, были вытащены из шахт техническим дроидом сразу после моего сигнала.

    До Тима я хотел добраться не просто так. Дело в том, что один из гвардейцев нёс с собой по моему приказу специальный переносной ящик. Туда гладиаторы убирали свои трофеи и они могли там храниться сколь угодно долго. А хранили они там головы своих соперников, я же буду хранить голову врага.

    Колонна из маломерных судов, к которым присоединился и я, двигалась к боевой станции стройной колонной, проверяя сканерами всё, что находилось рядом. Я шёл третьим, а хотелось бы первым. Я очень хотел попасть на станцию и добраться до горла братца. Очень хотел.

    В принципе летели мы вполне нормально. В системе такое творилось, что всем было просто не до группки из нескольких малых кораблей. Их вокруг несколько сотен носилось. Только те три оставшихся истребителя нас довольно долго сопровождали, минут пять, но потом ушли в сторону, когда по ним открыла огонь артиллерия на внешней броне боевой станции.

    Сами боты по виду были целые, у пары были проблемы с маневровыми движками, а подпалины на броне так у всех, но двигались они нормально. Вот штурмовик заметно сносило с курса, приблизив изображение, я обнаружил, что он имеет некоторые повреждения. Отсутствуют два маневровых движка, разворочен корпус в районе разгонного, и повреждено аэродинамическое крыло, отчего оно не убиралось в корпус.

    Беспокоило меня то, что челнок движется с нами. В нём находились те, кто отказался с нами идти, а это принципиально, к тому же они не были включены в нашу тактическую сеть. Наверное, в системе у нас у одних работала связь, объединённая в пяти ботах и штурмовике, я её заранее прописал в искинах судов, но челнок не наш и такую опцию я на нём не устанавливал. Так какого с нами ползут?

    Гин уже связывался со мной, когда я передавал пилотам ботов, по какому курсу двигаться. Он кратко сообщил о том, что практически все гладиаторы уничтожены, как и охрана. Взяты трофеи, немного, но всё же. Потери полицейских сил и их усиления были довольно серьёзны благодаря тяжёлым бластерам. Три флаера, военный разведывательный глайдер, около двадцати человек пехоты. В первый раз они без подготовки пошли на штурм и понесли такие потери. Это потом уже они откатились назад, заняли оборону и стали постреливать с дальних дистанций, позволяя нашим парням, что имели бронекостюмы засечь все точки и передать их подлетающим ботам, ну а там море огня сверху до полного подавления сопротивления. Штурмовик в этом не участвовал, он крутился в трёх километрах выше. Потом быстрая посадка и такая же быстрая погрузка. Было много раненых, вот это очень волновало Гина, пятеро из раненых были гвардейцами, один, к сожалению, погиб, но я его успокоил, сообщив, что к нашим услугам целая медсекция крейсера, а там двадцать пять капсул, без двух кибердокторов.

    Об этом мы пообщались ещё на орбите, однако челнок как привязанный следовал за нами, поэтому я снова связался со вторым в колонне ботом. Именно в него грузили раненых, там же находился мой комбат гвардии.

    — Командир? — сразу ответил он мне.

    — Эти на челноке, почему нам на хвост упали?

    — Грузились как придётся, наши люди имеются на челноке, а их у нас на ботах.

    — Ясно. Тогда меняем курс, не хочу, чтобы чужие были на моём крейсере, не доверяю я им. Меняем курс на лётную пассажирскую палубу станции, там разом садимся, избавляемся от захребетников, и уже летим к крейсеру.

    — Но?…

    — У меня есть коды доступа владельца к некоторым боевым кораблям пристыкованным к станции, как они их будут захватывать это их проблемы. Меняем курс, сбрасываю всем новые координаты.

    На подлёте я связался с управляющим искином боевой станции, тот сразу начал жаловаться, что не смог уничтожить часть персонала и гостей станции, выжили в основном только те, где охрана не такая плотная или имеется своя. То есть жилой район начальства, медсекция и диспетчерская. По его сообщению бронированную дверь бокса он блокировал, но её вскрывали резаками и долго она не продержится, хотя он и охлаждает её реагентом, которым запасся по моему приказу. Баллоны он просто выкрал на одном из складов.

    — Вот это плохо, — скривившись, пробормотал я и связался со своим крейсером, мгновенно получив отклик.

    К сожалению, доступ в рубку был у меня у одного и чтобы прописать пилота и дать ему разрешение управлять «Эританом», нужно было зайти с ним в рубку. Но на это у меня не было времени, единственно, что я мог сделать дистанционно, дать разрешение чужим пройти на борт и воспользоваться медсекцией, не делая ей установки на главного медика. То есть, какой был в наличии медик, тот и может пользоваться, не было пока привязки к какому-то определённому человеку. Ко всему этому добавлю, что искин конечно с моего разрешения пустит боты на свою территорию, но боты встанут на лётной палубе. Там уже начали готовиться свободные площадку, убирая с них истребители, или челноки, на захваты на стенах, это штатная процедура. Когда боты встанут на палубе, её можно будет покидать только раненым и их сопровождающим с медиками. Лётную палубу будут охранять боевые дроиды, сопровождать до медсекции тоже они. Это уже потом, когда я попаду на борт, то пропишу флотский состав снова на их бывший корабль, но пока такой возможности нет. Я не собирался лететь сейчас на крейсер, бот поведёт один из техников, что имел базы пилота малого судна. Он уже предупреждённый стоял у входа в рубку, дальше его не пускали гвардейцы. Да, я собирался с частью своих людей уйти вглубь станции к диспетчерскому модулю. Владелец станции и персонал уничтожили часть камер наблюдения, понимая, что взломанные искины так за ними наблюдают, но всё же часть работала и я знал, что Тим сейчас у диспетчерского модуля. Сидит в бронированной гравиплатформе и ожидает когда будет взломана бронестворка бокса с искинами. Рядом находится до взвода его гвардии, причём в боевых скафах. Серьёзные противники, у десятка так ещё и штурмовые комплексы были.

    Я уже сообщил всем, для чего мы летим не на крейсер, а на лётную палубу, так что и пилоты и пассажиры об это были в курсе, часть готовилась поменять технику, другая отделиться от них. Коды к боевым кораблям я им отправил, как они их будут захватывать это их проблемы, по моему мнению, это не нереальная задача. Но то, что через час все три станции будут уничтожены, я их предупредил, пусть поторопятся. С Гином я тоже поговорил, он категорически возражал моего решения отправиться вглубь станции, но я настоял на своём, приказав ему подготовить людей.

    Майор не очень долго раздумывал, есть приказ его надо выполнять, так что сейчас тактическая командная сеть была занята, Гин развернулся, формируя команду моего сопровождения.

    Опасаясь не успеть, я отправил в эфир спецсигнал. Всё, теперь его не остановить, через час все три станции превратятся в облака высокой плазмы, разнеся не только себя, но и всё что рядом. Планете возможно тоже достанется. К сожалению точно не скажу, в армейской базе «Сапёр» нет таких знаний, тут специализированные базы нужны, диверсионные. А то, что через глушение эфира системы сигналы дошли до гражданских я не сомневался, искин боевой передал сигнал остальным. У них была между собой действующая связь, и мной уже получен отклик подтверждения от всех трёх станций. Отсчёт пошёл.

    Но это так, отметил фоном, даже если мне не удастся справиться с Тимом, хотя я считал, что шансы у меня неплохи, так он не сможет снова поизгаляться надо мной, все погибнут. Гин командовал своими, общаясь с подчинённым, а я стал играть передними маневровыми, притормаживая. Впереди уже открылась бронестворка нужной палубы, с неё сразу сорвалось два челнока, а штурмовик что вышел вперёд, прошёлся пушками по палубе, разнеся часть оборудования, но перебив тех немногих пиратов, что находились на ней, так что садится на площадку мы стали спокойно, благо мест хватало.

    — Нион, командуй, — велел я по командной сети лейтенанту, и возможно будущему капитану «Эритана». Теперь он командовал ботами и поведёт их на крейсер.

    Покинув место пилота, туда сразу же стал протискиваться один из техников с лётной палубы, что имел минимальный комплект баз по управлению такими судами, причём по управлению восьмого поколения, сертификат у него тоже имелся. Так вот, покинув место пилота, я прошёл через пассажирский отсек, гвардейцы, что сидели в креслах поднимались и шли или впереди, вроде двух бойцов в бронекостюмах с тяжёлыми бластерами, или следовали за мной.

    Когда я вышел на палубу, чуть не поскользнувшись на чьих-то потрохах, штурмовик хорошо поработал, то обнаружил, что Гин уже командует на палубе. Дешифратор по моему приказу выбрался из баула, спрыгнул на палубу и понёсся в сторону шести малых грузопассажирских платформ, видимо приписанных к этой палубе. Нужно было взломать две, а лучше три. Не пешком же нам по станции ходить. Время-время.

    Сам майор шёл со мной, а на крейсер старшим офицером отправлял своего зама командира одного из взводов лейтенанта Рида с тремя гвардейцами. Всех четырёх тяжеловооруженных гвардейца-штурмовика майор брал с собой. Те пережили бойню на Арене и серьёзно усиливали мощь подразделения. Кстати, уже был закончен подсчёт потерь. Пять раненых и один погибший гвардеец, его тело товарищи забрали, сорок три раненых, около пятидесяти убитых. Если бы боты тогда запоздали, полицейские из тяжёлого вооружения быстро бы их раскатали, а потом добили немногочисленные оставшиеся очаги сопротивления. Нормального оружия было мало, чтобы долго сопротивляться, основные потери нанесли полицейским силам два гвардейца с тяжёлыми бластерами.

    — Готовы? — спросил я у майора.

    — Да, решил взять кроме ваших гвардейцев ещё десять бойцов из Окраинных миров. Там в основном штурмовики и спецназ. Вооружены они всего лишь игольниками, да и то не все, но могут пригодиться.

    — По пути мы заглянем на склады местных противоабордажников и подразделений СБ, вот список всего что там хранится, сразу прикинь что и кому уйдёт, чтобы на месте быстро облачиться и вооружиться. У нас дорога каждая секунда. Через пятьдесят семь минут станция взлетит на воздух, остановить детонацию невозможно.

    — Принято, — серьёзно кивнул Гин, и видимо разослал информацию своим сержантам, чтобы они прикинули, какому бойцу какая амуниция должна пройти со складов, потому что шесть гвардейцев на миг замерли, а потом продолжили собирать своих людей. На палубе перекрывая свист работающих движков ботов, стоял мат, команды и крики.

    — Грузимся, — указал я рукой на две платформы, что уже взломал дешифратор. Там компы простенькие, работа плёвая.

    — Двух хватит? — спросил майор, направляясь следом за мной к платформам.

    — Пока мы без защиты да, втеснимся, но на складах бронированные платформы с вооружением, на месте поменяем эти на них.

    Створки внутрь станции были заблокированы искином, когда он начал планово уничтожать персонал и всех кто находится на территории станции. Те, кто тут поначалу выжил, молодцы, сориентировались и перерезали кабели двух турелей, отчего искин охраны и не смог их ликвидировать, а дроидов на палубе не было. Тут ведь как всё начало происходить, после моего сигнала наружные створки начали штатно закрываться, дроиды, а тут был целый охранный комплекс, собрался и покинул палубу, две турели выдвинулись из ниш, но их обесточили местные, видимо что-то заподозрив, правда это их не спасло, и поработали пушки штурмовика. По плану дроиды, что покидали малые скопления людей, выдвигались в районы, где их много, часть блокировала диспетчерскую, и ликвидировали всех, кто им попадётся. Пока дроиды стекались по коридорам в разные важные секции станции, турели не был задействованы во избежание начала паники и сопротивления. Потом, конечно же, они открывали огонь и уничтожали всех, кто попадётся им на прицел, но это было позже. На этой палубе как я говорил, это не сработало.

    Мы загрузились в платформы, кто на сиденья кто в кузова, Гин сел рядом, я был пилотом второй платформы, чтобы освободить одного из гвардейцев, и мы полетели к открывающимся створкам, чтобы проникнуть на территорию станции.

    То, что на станции происходит что-то не хорошее, было видно невооружённым взглядом. Трупы на полу, брызги крови и следы попадания плазмы на стенах, мигающее освещение то тут, то там, дымившийся в коридоре лежавший на боку один из охранных дроидов с развороченным корпусом, пугливые встречные. Часть из них успевали спрятаться, часть нет, и там где мы пролетали, увеличивалось количество трупов.

    Я ещё на лётной палубе получил доклад от искина охраны и был в курсе, что основной удар по силовым подразделениям станции, спецназу СБ и противоабордажникам достиг цели, практически с потерей всех моих дроидов, эти подразделения перестали существовать, что облегчало нам работу, но всё же выживших хватало, тут были и флотские и персонал станции. За ней числилось почти сорок тысяч человек, большая часть экипажи боевых кораблей, что тут жили, ещё треть рабы, после перехода управляющего искина на нашу сторону и уничтожению персонала, эта цифра снизилась на две трети, однако пиратов тут всё равно хватало. Рабы нам тоже встречались, мы их не трогали.

    В одном месте была баррикада, у которой замерли тёмными чадящими массами три охранных дроида, но судя по частично порушенной защите, остальные дроиды прорвались и добили сопротивление, направившись дальше. Осторожно преодолев баррикаду, на передовой платформе было два бойца с тяжёлым вооружением, их задача открыть огонь по противнику с хорошей защитой, если такой встретиться, мы повернули на следующем повороте в нужный нам коридор и полетели в сторону одного из постов СБ. Там был небольшой запас вооружения, и даже пять скафов второго уровня защиты, а это уже серьёзно, в таких бегал армейский спецназ. Облегчённая версия.

    Без опаски остановившись у нужного коридора, отсюда разбегалось четыре коридора, и был лифтовый холл с тремя лифтами. Здесь же располагался пункт СБ. Пока бойцы занимали оборону вокруг платформ, я отправил дешифратор к двери. Внутри никого не было, и я прекрасно знал это, искин охраны доложил, все уцелевшие сотрудники были стянуты к диспетчерской, поэтому, как только дверь была открыта, она была бронированной, пять гвардейцев и один из сержантов нырнули внутрь. Следующую дверь взламывать не пришлось, её можно было банально выбить ногой, сама хлипкая и замок такой же. Боевых скафов там было всего шесть, но это уже защита, да и вооружение там было приличное, ещё было семь бронекостюмов и довольно приличный запас вооружения. Оружия теперь хватало всем, как и средств крепления и боезапаса, а то даже ремни не у всех были, да и защиту распределили, после чего мы покатили дальше. Следующим пунктом было посещение армейского склада, вот там уже была охрана, и нужно было её ликвидировать, именно поэтому нам и нужны были боевые скафы.

    Через три километра, спустившись на шесть этажей ниже, нам за время пути повстречалось лишь два десятка людей, половину мы успели уничтожить, и один охранный дроид что патрулировал коридоры и занимался тем же что и мы, уничтожал персонал.

    — Охранный искин докладывает, что ещё минут пять, и вход будет взломан, — сообщил Гин что держал с ним контакт и частично командовал искинов.

    — Идиоты. Сразу видно, что с ними нет инженера, — констатировал я. — Снизу за минуту вход можно прорезать. Через туннель энергошин или колодец коммуникаций, а они в лоб лезут. Не волнуйся майор, взломают они бокс или нет, уже не важно, необратимое обратно не вернуть, через сорок пять минут от этой станции ничего не останется… Готовьтесь, подлетаем к нужному складу. Там трое в лёгких скафах третьего уровня защиты. В общем, что делать вы знаете.

    Среди трофеев в небольшом арсенале СБ, мои бойцы теперь носили их символику на защите, был и ручной ракетный комплекс. Вот с помощью него и была ликвидирована охрана. Боец просто вышел из-за угла и разом выпустил шесть ракет, одну в часового, остальные пять в бронированную армейскую платформу с башней тяжёлого излучателя, спалив её вместе с экипажем. Коридор затянуло дымом горящей техники, и сработала штатная система пожаротушения, но нас это не волновало. Те, кто в защите и перешёл на внутреннюю циркуляцию, стояли у грузовых створок на склад, там сменили пароль, и мой дешифратор в данный момент его взламывал, остальные, где был и я с Гином, ожидали в стороне, где воздух был более-менее чист. Защита была не у всех.

    Дешифратору потребовалось на взлом замка аж полторы минуты, с учётом того что время утекало сквозь пальцы, это очень много. Как только створки начали открываться, платформы поднялись с пола и на приличной скорости полетели к складу, влетев туда и остановившись у ближайших стеллажей. Все уже были в курсе что и где лежит, с номерами стеллажей, поэтому мгновенно разбежались, у дверей осталось только шесть бойцов в боевых скафах, что охраняли нас, ну и меня, остальные, включая Гина исчезли, затерявшись среди стеллажей. У нас был двое «погонщиков», это те кто командовал боевыми дроидами, они, одеваясь, запускали четыре боевых штурмовых комплекса по двенадцать дроидов в каждом, одновременно снаряжаясь лично. Штурмовики будут нашей основной ударной силой. Терять людей я не хотел.

    Часть запускали малые бронированные вооружённые платформы, этим и я занимался, нам нужно было шесть единиц. Кроме этого я ещё одновременно возился с защитой склада, то есть с двумя обесточенными потолочными турелями. Мой дешифратор смог вернуть им питание. Он, конечно, не был техником, но под моим прямым управлением сделал это. Одну из шести платформ я занял в качестве пилота, и мы, собравшись, вылетели со склада. Всё, вооружены все мои гвардейцы и отделение пришлых бойцов по высшему классу и остановить нас теперь нереально сложно. Правда, пришлые не могли использовать скафы в полной мере, сказывалось отсталость в знаниях и имплатах, у них стояли нейросети пятого поколения и соответствующие базы, но скафы были рабочие, активны, это хоть какая-то зашита. Однако без соответствующих имплантов и нейросетей, те были средненькими бойцами. Вот с гвардейцами другое дело, они имели всё что нужно, да и учились на подобном оборудование, поэтому оно у них было работоспособно на сто процентов. Даже не жаль теперь те пять минут, что мы потратили на вооружение. Нужное дело.

    Дальше мы летели к диспетчерской на максимальной скорости. Две передовые машины сносили всё со своего пути, две порушенные баррикады и даже одну целую, с защитниками на ней. Там было просто, сходу расстреляли из бортового вооружения, спалив её и разметав остатки, в огненных искрах полетели дальше.

    — Защита почти рухнула, ещё минута и всё, охлаждение створки не помогает, — сообщил Гин.

    — В курсе, — ответил я. — Потолочные турели продержаться ещё несколько секунд и всё… Есть шанс ещё немного выиграть время, сейчас его использую. Внимание, сейчас отключиться гравитация по всей станции, перевести полёт платформ в другой режим!

    Пилоты платформ, которым и ушёл последний приказ, начали действовать, поэтому для них и пассажиров не стало неожиданным внезапное отключение гравитации. А вот у взломщиков бокса вышла заминка, что дало нам время.

    Вышли мы к группе боевиков, что находилась у диспетчерской и ожидала когда будет вскрыт бокс с искинми со спины, с ходу атаковав. Камеры тут уже не работали, была одна, что передавала картинку, но её чуть позже засекли и добили. Поэтому мне пришлось брать одного дроида, небольшого разведывательного из тех, что ещё был под управлением охранного искина и по коммуникациям вводить его в этот коридор. Так что в шлемы по командной сети нашей группы транслировалась картинка, и командиры ещё на подлёте распределили цели, так что ожидать нам не требовалось, как я же говорил, атаковали гвардейцы с ходу.

    Надо отдать должное, несмотря на то, что две платформы противника из трёх сразу оказались подбиты и зачадили, да и потери в личном составе были велики, половина, гвардейцы Тима и ещё какие-то пираты что осуществляли охрану со стороны, начали прикрывать отход хозяина и оказывать яростное сопротивление. Однако против пяти бронированных платформ с серьёзным вооружением это не помогло, да ещё почти пять десятков дроидов пошли атаку. Попытавшаяся улететь платформа с Тимом была подбита и врезалась в стену, застряв в ней, а его телохранители и защитники выбивались одним за другим. Мы потери не несли, так как воевали платформы и дроиды, это чуть позже был высажен десант и те начали зачистку.

    Как только сопротивление было окончательно подавленно, часть гвардейцев остались тут, как и один из «погонщиков», зачищая место боя и извлекая братца из его аппарата, остальные направились к боксу с искинами, где те уже отбивались турелями. Нужно было зачистить ту группу. Как я уже говорил, особо отключение искинов на наше движение не повлияет, но всё же лучше, чтобы они обставились в шахтах и были под нашим контролем до последнего.

    Меня в бой не пустили, и я пережидал его за углом под охраной пяти гвардейцев, больше эта малая платформа не вмещала, да и внутри кроме меня находился только один боец, что управлял башней со спаренным излучателем, остальные окружили и охраняли платформу со стороны.

    О тикающем времени никто не забывал, поэтому убедившись, что оставшихся в живых пиратов не осталось, пленных мои парни не брали, то сразу отправили мне вызов. Братца грязно ругающегося извлекли не только из салона бронированной платформы, но и из навороченного скафа в котором он был.

    Как только мы подлетели, я оставил висевшую платформу и, используя ранец, полетел к трём гвардейцам, что охраняли Тима. Рядом стоял майор.

    — Ну привет братец, — подойдя и осветлив лицевую пластину сказал я с помощью громкоговорителя скафа.

    Тот на миг замер, изумлённо глядя на меня, после чего разразился такими проклятиями, что даже меня покоробило. Указав одному из гвардейцев на его вибронож, закреплённому на груди скафа, я требовательно протянул руку. Тот не колеблясь подал мне его рукояткой вперёд, после чего я с хрустом вонзил нож в шею брата и спокойно отделил его голову от тела, после чего лично положил её в специальный ящик что уже поднесли к нам.

    — Уходим, — тут же скомандовал Гин и мы стали рассаживаться по платформам.

    Группу что улетала к боксу с искинами, мы повстречали по пути, и на максимальной скорости полетели к шлюзу, где был пристыкован наш крейсер, благо это было недалеко. Дальше была гонка на скорость, по тёмным задымлённым коридорам с частыми перестрелками, пока, наконец, впереди не показался нужный холл шлюза, и я дистанционно не отдал приказ на его открытие. Тут пришлось поменяться местами, до этого я летел пятым в нашей колонне, но теперь меня пропустили вперёд, искин просто не пропустит никого на борт без меня.

    Этот шлюз крейсера не был грузовым, но малые платформы могли тут пройти, это рассчитано конструкторами, именно поэтому мы и брали малые платформы, а не средние, поэтому сходу влетели в шлюз крейсера. Так-то тут могло поместиться всего две платформы, но я открыл его нараспашку и мы влетели в коридор, где остановили машины и опустили их на пол, тут действовала гравитация, под прицелами потолочных турелей.

    — Всем отдыхать, от платформ не отходить, действует служба безопасности крейсера! — громко скомандовал я по командной сети, и пока управляющий искин закрывал обе створки шлюза, я побежал в сторону рубки.

    На платформе не было прописано идентификатора, поэтому искин охраны корабля просто не пустил боевую машину к рубке. Причём даже с владельцем, то есть со мной. Это всё штатные программы безопасности и искины им следовали, у пиратов эта функция была отключена. Со мной последовало два гвардейца, но они остались охранять рубку снаружи, заняв позицию с двух сторон, хотя я и дал им временное разрешение заходить в рубку, пока не пропишу постоянный идентификатор.

    Запрыгнув в кресло пилота, отчего то заскрипело под массой скафа и моего тела, и активировал отход корабля от шлюза. Все системы уже давно запущены искинами, остальные беглецы с планеты находятся на лётной палубе и частично в медсекции так что тут всё было в порядке, можно уходить.

    Развернув крейсер, я дал полной мощности движкам, разгоняя его тяжёлую массу в сторону выхода из системы. Мы её пока ещё контролировали, поэтому уцелевшие платформы не обстреливали нас, хотя судя по показаниям сканера и радара, да и из диспетчерского пункта шла картинка, уцелело пиратов ещё достаточно прилично. Кто шёл к орбите, кто пытался сбежать, покидая систему, а кто в данный момент превращался в обломки под обстрелом платформ боевой станции. На планете стояло огромное облако земли и гари, что закрывало столицу, вернее то, что от неё осталось. Это означало, что реакторы рванули, и столица серьёзно пострадала.

    По тем, кто о нас отделился, скажу так, шансов у них теперь нет. Охранный искин станции отслеживал их и пронаблюдал как пять десятков освобожденных мной военнопленных прорвались через пол станции до шлюза где стоял линкор, но часть полегла от турелей охраны корабля, остальные отошли и попытались связаться с нами. Но крейсер как раз отходил от станции и я их вызовы проигнорировал. Раз отделились, значит отделились, да и времени не было чтобы их спасать. Свою судьбу они решили сами.

    Боевая станция медленно удалялась, пока не превратилась в маленькую точку, но из зоны подрыва, когда нас могло достать, мы ещё не удалились, хотя и делали это на предельной скорости для этого типа судов. Я даже использовал кормовые маневровые движки, чтобы увеличить скорость, увеличил всего на восемь процентов, но это в данной ситуации тоже шло в плюс.

    Когда таймер перешёл на десятисекундный отсчёт, я включил громкую связь и, велев всем приготовиться, отключил все системы корабля, кроме движков, не хотелось бы от вспышки потерять внешние датчики и системы слежения, а то подрыв такой будет, что всё сгорит к чёрту.

    После того как отсчёт дошёл до цифры ночь, мы сидели ещё секунд шесть в напряжении, пока нас не догнала волна. Нет не так. ВОЛНА. Тряхнуло изрядно, чуть позже ещё раз, но уже слабее, третья до нас не дошла. Планета прикрыла.

    Устало откинувшись на спинку пилотского кресла, я усмехнулся и, запустив все системы, активировав также щиты, потом проверил как удаляется крейсер. Вбив в искин координаты нужной системы для выхода, глушилка с уничтожением станции не действовала, спокойно совершил гиперпрыжок. Всё прошло штатно, техники Тима отлично постарались, восстанавливая сожжённое ЭМ-ракетами оборудование корабля.

    — Уф-ф, ну вот и всё, пора формировать экипаж крейсера, — вздохнув, пробормотал я, и покинул пилотское сиденье.

    Конечно, корабль ещё нужно повторно приписывать к флоту Княжества, но назначать капитана я уже мог, этим я решил немедленно заняться этим и пока тот назначает бывших членов экипажа на свои прошлые места, возможно в повышении должности и звания, лейтенант мог это сделать, я пообщаюсь с Гином. Пора узнать, что вообще происходит в мире и что означало та его странная обмолвка. То, как он меня назвал, это обращение не к принцу крови, а к императору, вот это и настораживало. Майор не тот человек, что так глупо оговаривается, значит, в Лемур действительно что-то произошло и похоже это на прямую касалось меня. Вот это и нужно было выяснить, да и вообще выслушать версию майора как они попали в плен и что этому предшествовало. Да и как там моё Княжество, тоже хотелось знать.

    Выйдя из рубки, в сопровождении двух гвардейцев, оба, кстати, сержанты, я направился на лётную палубу. Нужно лично забрать офицеров и приписать их к кораблю, назначив капитана, дальше они уже сами.

    Пока я шёл, то пользуясь возможностью, просматривал запись предоставленною искинами о том, как флотские и другие спасённые попали на борт и что было дальше. В принципе особых проблем от них не было, спокойно сели на лётной палубе, часть с ранеными была доставлена на грузовых платформах выделенными управляющим искином в медсекцию, где раненые получили требуемую помощь. Вот только то, что шестерых пиратов, что находились в капсулах, не отвели на гауптвахту, а банально отправили прогуляться в открытый космос без скафандров, выкинув их с лётной палубы наружу через силовую защиту, настораживало. Не то чтобы мне их было жаль, пираты есть пираты, но это претит принципам флотских. У нас не мучают, просто пристреливают и всё, а тут явно проведённая казнь, причём с одобрения остальных выживших. Вот этот вопрос и нужно было прояснить. По раненым отмечу, что все вовремя получили помощь и дожили до капсулы. Тяжёлым проводились процедуры, шестерым отращивались утраченные конечности, лёгкие и некоторые средние раненые ожидали своей очереди. Одному тяжёлому отращивали обе руки и лечили повреждённую голову. Оказалось, этот пограничник-конфедерат взяв в обе руки по гранате выскочил к полицейским во время первого штурма и подорвал их. Убить не убил, но остальные выбежавшие следом, забили оглушённых дубинами и холодным оружием, что было найдено в арсенале Арены. Потом уже выяснилось что герой не погиб, на него нацепили две аптечки снятых с комбзов полицейских и тот ко всеобщему удивлению дотянул до капсулы.

    Спустившись на лифте на второй уровень, я направился в сторону лётной палубы «А», где и находились захваченные боты со штурмовиком, а так же большая часть освобождённых. Там кто бродил по палубе, кто находился в боте, а кто просто сидел у открытых аппарелей. О том, что мы благополучно ушли в гипер все уже знали, я сообщил, да и сами почувствовали, там бывает небольшое недомогание.

    Пока мы шли, я просмотрел картинки с камер лётной палубы и отметил что постепенно люди перемещаясь, сходились в группы по интересам. Мои кучковались вместе, они тут были самые уверенные, другие по группам сограждан и знакомых. Вели они себя спокойно, то, что мы летим в Княжество, откуда они на пассажирских судах могут достигнуть Окраинных миров, были в курсе, поэтому просто ждали, когда их распределят по кораблю.

    Пройдя через открытую створку, которую охраняли двое дроидов, на территорию палубы, я неожиданно услышал радостный рёв приветствия. Люди радовались мне и благодарили за спасение, поэтому я велел искину не дёргаться, а то он уже собирался открыть огонь на поражение, посчитав странное поведение пассажиров как признак агрессии к владельцу.

    Помахав всем рукой, гвардейцы не допускали их до моего тела, я отобрал своих офицеров, после чего вызвал платформу и вместе с ними полетел к рубке. Там за двадцать минут прописал всех в командном списке крейсера, назначив лейтенанта Ниона на должность капитана, звание он получил тоже-самое и, велев ему принимать корабль, прописывать выживших членов команды в корабельный список и размещать гостей, направился с гвардейцами в сторону шлюза. Там до сих пор находилась штурмовая группа, хотя Неон уже выдал им гостевой доступ. Пора пообщаться с Гином.

    Остальные офицеры направлялись кто на свои боевые посты, кто по своим каютам, узнать что там и как. В общем, корабль пробуждался, и экипаж брал его в свои руки, а я, добравшись до гвардейцев, там уже суетился сержант-завхоз, ему нужно было прописать платформы к оборудованию корабля и убрать их на склад, направился с Гином в выделенные мне апартаменты. Другие гвардейцы, получив на нейросети схемы корабля, отмеченные цветом, куда им заходить нельзя, отправились в казарму. «Эритан» был большим кораблём, и в принципе места хватало всем. К тому же когда мы доберёмся до места где находился «Шееб», я и гвардейцы переберёмся на него, освободив часть казарм и кают. Такие вот планы.

    Мы с Гином разделились в жилом модуле, он отправился в выделенную ему каюту, привести себя в порядок, а я вошёл в свои апартаменты, они был капитанские, сам Неон временно проживал в каюте старшего офицера, пока я не переберусь на «Шееб». Выбравшись из скафа, я принял душ и надел свой инженерный комбез, который терпеливо дожидался пока я его достану из баула. Когда я оделся и устало зевая направился в гостиную, стимуляторы ещё действовали но чувствовал себя уже паршиво, пришло сообщение с просьбой войти. Вместе с Гином в гостиную прошёл один из гвардейцев, что по моему кивку оставил ящик с головой Тима на столе, а майор, в новеньком десантном комбезе, видимо выданном ему со складов крейсера, встал у дивана.

    — Присаживайся, — велел я ему и, посмотрев за прозрачным щитком на лицо братца, оно было перекошено от ужаса, я только хмыкнул и занял кресло напротив майора, велев ему. — Рассказывай.

    Тот на секунду задумался, явно обдумывая с чего начать и стал рассказывать с того момента, как мой «Хамелеон» ушёл в гипер. Чем дальше, тем больше я хмурился и мрачнел по мере рассказа. Лекарства выводились из моего организма, поэтому я достал из баула несколько препаратов и ввёл их себе в руку, несмотря на то, что я вторые сутки не спал, мне нужна была ясная голова. Стимуляторов хватит на два часа, потом придётся лечь в капсулу выводить их, но момент был такой, что другого выхода у меня просто не было. Та информация, что я получал от Гина, требовала анализа и анализа срочного.

    — Значит вон оно как? — пробормотал я когда майор закончил и устало откинулся на спинку дивана, тревожно глядя на меня. — Значит, дядя решил любыми путями пробиться на трон?.. Вот же мразь какая, никого не пожалел ни женщин ни детей. Да и отца убил, мразь.

    — Ваши малолетние сёстры живы, ваше Императорское Величество, — напомнил Гин.

    Скажем так, то, что рассказал майор, в принципе укладывалось у меня в голове, знаю, какой крутился змеиный клубок у трона императора и входил в его двор, я ничего другого и не ожидал, должен он был когда-нибудь лопнуть. Император был отличным политиком, это все признавали, даже главы соседних государств, но был слишком мягкосердечным как человек и не трогал своих родственников за их проступки.

    Я был одиннадцатым претендентом на трон, и сейчас стал первым. Столица империи Лемур была фактически уничтожена, когда на неё рухнул один из охранных линкоров, взорвавшийся при падении. В тот момент шёл бал посвящённый дню защитника Отечества, и этот подлый удар фактически лишил империю цвета дворянства. Это, конечно же, было давно рассчитанное предательство. На престол после гибели всех претендентов взошёл мой дальний дядя-затворник, перепрыгнув с сорок третьего места на первое, теперь уже второе. Сперва все были в шоке от трагедии, поэтому не сразу заметили, что тот начал ставить на важные посты своих людей. Более того, его люди появились и в моём Княжестве. За год они по-тихому начали смещать моих подданных, и ставить на их места своих людей. С адмиралом это не прошло, он категорически отказался сменяться, оставшись во главе флота Княжества. Гину известно что ему удалось пережить два покушения и сейчас в Княжестве обстановка не очень благоприятная, напряжённая я бы сказал. Два из трёх наместников уже были заменены, только на Нирване тот ещё держался, и там же дислоцировался наш флот. До вооружённого противостояния ещё не дошло, весь флот контролировал адмирал, но вот администрация медленно смещалась в сторону нового Императора. Именно адмирал и инициировал мои поиски, пустив на это половину своих резервов. Гин, который, находился на столичной планете Княжества, решил участвовать в этом, тем более ему поступил приказ из империи распустить гвардейское подразделение. Батальон, кроме одного взвода оставленного на охране моей резиденции, был повзводно размещён на боевых кораблях и ушёл в поиск в Дикие миры. Шансов у них практически не было, но это был их единственный шанс, и они решили использовать его. Похоже, не зря, я нашёлся, вернее, нашёл своих людей.

    Это в Княжестве, но в Лемур, в принципе, была та же ситуация, кроме того, что про меня там не вспоминали. Особо известной личностью я не было, затворник, мало общающийся со светскими людьми.

    Новые главы дворянских семейств, занявших эти места после гибели на балу своих родственников, чувствуя, что их власти пришёл конец, дядя разошёлся не на шутку, перекраивая империю под себя, тоже начали бунтовать. А так как эти семейства были в основном из военной элиты, то практически все флота находились в стороне, пережидая что будет. В полном подчинении дяди была имперская безопасность, ага, кто бы сомневался, части полиции империи, и пограничные силы. Сам дядя был полковником-пограничником в отставке, так что это не удивительно, смог подмять их под себя. За год тот постепенно, подкупом и шантажом стал перетягивать военных на свою сторону, но дело двигалось со скрипом. Там сейчас очень серьёзные склоки и сопротивление шло, два семейства дальних родственников дядя так вообще вырезал. Этой информации было два месяца, что там сейчас происходит пока не известно, мы оторваны от ближайших средств связи, а у Тима её не было, только внутренняя сеть. Он опасался, что по этой гиперстанции его быстро обнаружат. Так и так найдут, пираты сдадут координаты, но он всё равно ей не пользовался.

    Вот из-за этого как стало понятно, Тим и обратился ко мне как к Императору, дядя нелегитимно занял трон и должен его освободить. Как только обо мне станет известно, от него отвернуться большая часть людей, останутся только те, кто помогал взойти ему на престол. Уже было известно, что народ дядю не принял. Было несколько народных бунтов на разных планетах, жёстко подавленных полицией и СБ. Он упустил этот момент, когда садился на трон и избавлялся от прямых угроз своему правлению, а потом было поздно, его соперники как раз имели голову на плечах и использовали толпу, сливая в сети информацию. К моменту, когда тот спохватился, нужное мнение у граждан империи уже было сформировано. Там уже шла информация что гибель столицы дело рук именно дяди, её быстро затирали сотрудники СБ, но она появлялась вновь. Среди тех кто сопротивлялся дяде, были и сотрудники СБ, те что остались верны присяге, их было немного, но они были. Одно то, что министры полиции и СБ остались на своих постах, о многом говорило. Да и министр пограничной стражи, остался на своём посту, это был дружок дяди. Ещё одной информацией от Гина было то, что границы империи закрылись три месяца назад, и произошёл небольшой бой, одной флотской эскадры с кораблями СБ. Но подробности не известны. Империя готовилась свалиться в пропасть гражданской войны, и я понимал это.

    — Как ни крути, но со временем дядя возьмёт империю под свой контроль, ведь большая часть семей флотских на планетах, которые в основном контролируют его люди, а опуститься до шантажа ему ничего не стоит. Как ты говорил, он это уже делал.

    — Что делать? — спросил Гин. Он хоть и стал гражданином империи не так давно, но уже прикипел к ней душой и тревожился о её судьбе. Повторного краха как с республикой Шейн ему переживать не хотелось, а, похоже, всё к этому и шло.

    — В Княжество быстрее лететь нужно и объявлять о том, что я жив. Но не так прямо и в лоб… Хм, с адмиралом пообщаться нужно, поэтому наше возвращение в Княжество должно пройти незаметно для людей дяди в Княжестве, а там уже определимся. Вот в этом как раз спешить не надо.

    — Нового Императора сейчас очень не любят на планетах империи, поэтому ваше возвращение в мир живых встретят с радостью. Вас поддержат многие, я уверен в этом. Многие почувствовали, что такое новая власть на своей спине.

    — Дядя не обрадуется, — констатировал я. — Он уже больше года сидит на троне и успел обзавестись нужными рычагами и вполне может поспорить с легитимностью передачи власти мне. Да и о возможности моей ликвидации тоже забывать не стоит. Он уже уничтожил прошлого Императора и весь его двор, не думаю, что он остановиться на этом.

    — Ваша защита это моя работа, не волнуйтесь, я приложу все силы, чтобы до вас не добрался ни один убийца и не произошла диверсия.

    — Посмотрим, — ответил я, чувствуя лёгкое отупение. Всё, пора ложиться в капсулу. — Завтра в обед по корабел