Автор неизвестен
Анюта

Дядя Том Анюта — 1

Спуск с горы меня порядком утомил, и я, выбрав поляну поровнее, уселся на камень и закурил. Идти было еще часа четыре, не меньше. Вдруг сзади послышался шорох. Я оглянулся. Кто-то из наших, по-моему, Анюта. Где же это она своего ненаглядного потеряла? Вообще-то, мы все потерялись. Явно одна. Черт, мне только с ней не хватало возиться! Но она меня уже увидела, чего-то кричит. Придется ждать.

— Ой, слава богу, я тебя встретила! Я заблудилась совсем! Ты чего?

Видно, лицо мое не выражало радости от встречи.

— Ничего: — пробурчал я.

— Я тебе обуза? — она поразительно догадлива! Повисла пауза.

— Я тебе компенсирую, — подумав, сказала она.

— Чем это, интересно? — ухмыльнулся я. И тут произошло такое, чего я вряд ли мог ожидать. Она схва-тилась за края своей маечки и дернула ее вверх. Обнаженная грудь подскочила вверх, влекомая майкой, и опала, слегка заколыхавшись. Вот это да! Но дальше- больше: следующим движением она стянула шорты вместе с трусиками, и осталась совершенно голая, если не считать, конечно, кроссовок. Я шумно сглотнул слюну.

— Ну: и что дальше? — прохрипел я.

— Я: я отдаюсь тебе: — прошептала она. Боже, какая невинность! Я не двигался. Она сделала шаг в мою сторону. Я выжидал. Она подошла вплотную, так что ее живот оказался на секунду возле моего лица. Опустившись на колени, она положила руки мне на бедра, взялась за резинку шорт и потянула к себе. Я при-встал, позволив ей стянуть с меня шорты.

Член, уже стоящий, высвободился и громко шлепнул о лобок. Анюта обхватила член рукой и подняла на меня глаза. Я продолжал молчать. Плавное движение вниз рукой, и вынырнула бордово-красная головка с блестящей капелькой на конце. Она потянула вверх. Я прикрыл глаза. Она уже быстрее заводила рукой. Я мелко задрожал. И тут что-то влажное обхватило мой член. Рот! Анюта закачала головой вверх-вниз уже в быстром темпе- видимо, сама завелась- и придерживала член снизу рукой. Я тихо застонал сквозь зубы. Потом на-гнулся, протянул руку, нащупал ее влагалище и осторожно ввел палец. Она застонала и даже выпустила мой член изо рта. На своей руке, которая ласкала ее, я почувствовал ее руку. Она усиленно помогала мне возбуждать себя же. Я осторожно высвободил свою руку, предоставив ей мастурбировать самостоятельно, чем она и занялась. Сам я уже был близок к оргазму. Однако она кончила быстрее: не выпуская члена изо рта, замы-чала как-то удивленно, опять выпустила член изо рта и задергалась, как от удара током. Потом постепенно успокоилась и уткнулась лицом мне в колени. Вот класс: кто кого ублажал? Я-то еще не кончил! Но Анюта и не собиралась меня кидать: вздохнув, она приоткрыла рот и опять прильнула к члену. От силы через десять-пятнадцать фрикций я почувствовал, что ЭТО приближается неотвратимо. Я два раза громко сказал "а!" и за-стонал, подавшись тазом вперед. Как будто пробка выскочила из моего члена, и я физически почувствовал прохождение первой порции спермы. Анюта шумно сглотнула, и задергалась, изображая второй оргазм. Милая, кого ты дуришь? Мне что есть у тебя оргазм, что нет- как-то все равно. Хочешь изображать- пожалуйста.

Наконец и я успокоился. Анюта вопросительно смотрела на меня снизу вверх.

— Да выведу я тебя, выведу: — успокоил ее я. — Только ты пойдешь голая: И я тоже:

Глаза ее на секунду расширились, но она кивнула головой согласно.

— Только я потом оденусь, перед лагерем? — несмело спросила она.

— Конечно! — пожал плечами я. — Я же хочу себя ублажить, а не тебя позорить.

Мы поднялись.

— Нам сюда — показал я рукой. — Пошли. — мы подхватили свою одежду и пошли. Я галантно пропустил даму вперед. Черт, ну и фигурка у нее!

Где-то через минут пятнадцать я почувствовал, что постоянное наблюдение маячащей впереди голой Анюты меня возбудило. Член опять напрягся, хотя головка была уже не такая бордовая и как-то заострилась.

— Анюта! — окликнул я ее. Спереди наблюдать ее было еще интереснее. Увидев возбужденный член, она понятливо шагнула в мою сторону.

— Стой на месте, — приказал я…

— 2

Такое путешествие пробудило во мне воспоминания ранней юности, когда я, обуянный желанием, не на-ходящим выхода, шлялся по городу, цепляясь в хвост практически любой девчонке с одной мыслью: дойти с ней до какого-нибудь темноватого безлюдного местечка и там:

Если удавалось догнать ее в подходящем месте, я быстренько спускал штаны и доставал свой молодой невостребованный (вернее, не полностью востребованный) член и, если девчонка на меня не смотрела, окликал ее. Обычно это заканчивалось тем, что девчонка приглушенно вскрикивала и резко ускорялась, а я, на ходу застегивая штаны, ускорялся в другую сторону. Но однажды, под влиянием выпитого и полного отсутствия подходящих по возрасту девчонок, я увязался за женщиной лет 30ти. Она несколько раз оглянулась на меня, потом, видимо, решив, что я для нее не опасен, спокойно свернула в темный школьный двор. Я, как привязанный, с трясущимися руками и пересохшим горлом, потопал за ней. Отойдя вглубь двора, она резко повернулась. От неожиданности я замер на месте.

— Ну, и что ты хочешь? — спросила она. Я пожал плечами. Если бы я сам знал!

— Ты эксгиби? — она нисколько не боялась.

— Чего? — переспросил я. Я и слов-то таких не знал.

— О господи! — взмолилась она. — Ну, ты подкарауливаешь девчонок и раздеваешься перед ними, так?

Я, пораженный, молча кивнул. Откуда она знает?!

— Ну давай, раздевайся! Можешь полностью, здесь никто нас не увидит.

Я, как кролик перед удавом, начал раздеваться.

— Ну-ну, милый, давай быстрее: — я буквально сорвал с себя остатки одежды. Она с интересом осмотрела меня.

— Хорошее тело — одобрительно кивнула она. — А что ты дальше намерен делать? А! — понимающе протянула она. — Обычно девчонки уже убегают к этому времени, да?

Я стоял перед ней голый, с торчащим членом, и крупно дрожал.

— Из тебя выйдет хороший любовник: Ты стараешься больше для женщины, чем для себя. — продолжала она. — Будешь мастурбировать? Дрочить это по-вашему называется. — Я совсем опешил. Она сама хочет, чтобы я дрочил! Господи, не сплю ли я?

Я взялся за член и начал вяло водить рукой взад-вперед. Впервые кто-то наблюдал за этим процессом.

— Так тебе будет интереснее, — сказала она и сбросила с плеча бретельку сарафана. Потом взялась за край декольте и отогнула его вниз. Упругая грудь вынырнула наружу. О, мама! Я задвигал рукой, как бешенный. Молодая потенция не заставила себя долго ждать, и я бурно кончил. Женщина удовлетворенно кивнула, и водрузила сарафан на место.

— У тебя хорошо получается, — опять приободрила она меня. — Мне понравилось. Только это не значит, что ЭТО понравится всем остальным, таким, как я, или твоим ровесницам. Поэтому давай так: — задумалась она. — Я с работы хожу этим маршрутом- ну там, где ты за мной увязался, не здесь, конечно! — каждый втор-ник и четверг. Так что если тебе еще захочется — а захочется! — поджидай меня там, у ларьков. Ну что, до встречи? — и она мило улыбнулась. Я кивнул. Она спокойно, как ни в чем не бывало, развернулась и пошла в темноту двора. Потом вдруг остановилась и окликнула меня:

— Эй! Ты уж проводи меня, что ли, раз по твоей милости я тут оказалась. — Я засобирался, быстро оделся (а я продолжал стоять голый, заворожено смотря ей вслед) и подошел к ней. Мы пошли, и по дороге болтали о том, о сем, но в основном на тему секса, эксгибиционизма, вуеаризма и прочего. Оказалось, что взрослые мужики, даже старше, тоже эксгибируют, и она не раз видела уже такое, и в юности, и сейчас, но впервые видит от мальчика, почти вдвое младше ее, и это ей нравится гораздо больше, и вообще я молодец: (Как будто я перевел старушку через дорогу, а не дрочил голый в темном дворе перед взрослой женщиной).

— У тебя: Ты с девчонкой-то трахался? — спросила она. Я кивнул. Если бы я мог ей объяснить, что не-умелое сование членом по трепещущему влагалищу малолетки не идет ни в какое сравнение перед тем, что я пережил благодаря ей!

— Верю, — сказала она. — Многие врут обычно, но тебе верю. Давай знаешь как: Ну его к черту этот школьный двор, рано или поздно нас там застукают. Сегодня муж у меня дома, но завтра он рано утром уез-жает. Вот блин, никогда не становись таким козлом! У него весь секс- поставить меня раком и пару раз дернуться! Я представляю, если бы я предложила ему подрочить передо мной или, не дай бог, сделать мне кунилингус: Ну, это когда мужчина женщину языком возбуждает. Так что ты приходи завтра часам к девяти утра ко мне. А там посмотрим: (Да господи, я до этих девяти часов готов был у нее под подъездом стоять!) Конечно, эксгиби ты не бросишь — это как наркотик. Вам, мужикам, проще — женщина изначально вас будет бо-яться. А если бы я вот так разделась перед мужиком — да он бы сто процентов на меня бросился! Вот разве что ты: — она заинтересовано посмотрела на меня. За время разговора мы зашли еще глубже во двор. — Стой! — скомандовала она вдруг. Я замер. Она повернулась ко мне и: о боже! Схватившись за подол, быстро сняла сарафан через голову, оставшись в одних трусиках. Но и трусики моментально оказались у нее в руках. Гос-поди, ее тело было не просто великолепно, оно: Торчащие мослы моих ровесниц показались мне отвратительным зрелищем по сравнению с ЭТИМ! Мой член, казалось, сам вырвался наружу. Джинсы мягко упали на икры. Одной рукой приподняв майку над животом, второй я самоотверженно начал дергать член. Женщина чуть согнула ногу в колене и наблюдала за мной. Я попытался добавить артистизма в свое выступление, но времени у меня было маловато- кончил я чуть ли не быстрее, чем в первый раз. Она почему-то вздохнула, натянула сарафан (не одевая трусиков!!):

— Ладно: Завтра в девять — вот тот подъезд, третий этаж, 54-я квартира. Меня зовут Ира. — и резко повернувшись, ушла.

Я медленно натянул джинсы. Как дождаться этих девяти?: Повернувшись, я медленно побрел к выходу со школьного двора. Вдруг мое внимание привлек быстрый цокот каблучков. Профессиональное чувство не мог-ло меня обмануть- шла девчонка. Взрослые женщины так не ходят. Девчонка с парнем тоже так быстро не семенят. Скорее всего, девчонка хотела побыстрее пересечь опасную зону. Я чисто инстинктивно шагнул в тем-ноту.

Да вот же она! Тоненькая фигурка, длинные волосы: Я видел только силуэт, но он был достаточно привлекателен. Если бы не только что состоявшееся приключение, я бы обязательно воспользовался ситуаци-ей. Но сейчас как-то не хотелось: После хорошего коньяка пить плохое пиво — глупо! Может, просто поговорить, потрепаться? Но я не успел.

Из противоположных кустов на дорожку вдруг шагнула тень. Мужик! Взрослый, блин- сразу видно. Да он же голый! Вот это да! Еще один эксгиби? Девчонка остановилась, как вкопанная. Он тут же начал что-то бормотать насчет "Посмотри, какой член.." и т.п. Да это же: я практически! Хоть посмотреть на ситуацию со стороны. Девчонка, естественно, тут же дернула с места событий. Мужик, как ни в чем ни бывало, шагнул назад в кусты. И не удирает никуда! Орел:

Но девчонку надо догнать. Я вышел на дорожку и быстро потопал вдогонку. То ли мужик плохо видел и принял меня еще за одну девчонку, то ли ему и мальчики подходили — я не знаю. Но он выскочил такой же голый и передо мной. Я опешил.

— Тьфу ты, пацан: — разочарованно процедил мужик. Я заинтересованно посмотрел в область его члена. Мне было интересно, как я-то выгляжу в аналогичной ситуации. Да, мне в следующий раз придется выбирать места посветлее — а то так видно только, что голый, а на месте члена — какое-то темное пятно. Так никто мной не заинтересуется. Хотя Ира: или тетя Ира?

Мужик, неправильно восприняв мой интерес, удивленно посмотрел на меня.

— Ты это: Педик, что ли? — но в голосе его было больше заинтересованности, чем разочарования. Пе-диком я не был, и поэтому, чтобы им не стать (а, кажется, мужик был готов мне в этом посодействовать), усиленно замотал головой и сначала боком, а потом прямо ускорился к выходу со двора.

Девчонки уже нигде не было видно, и я остановился у ворот, оглядываясь по сторонам. Случайно оглянувшись, я увидел, что мужик, уже одетый, идет в мою сторону. Ну нет, мой милый! Я еще к этому не готов! А тут как раз я заметил тоненькую фигурку на той стороне улицы. Прощай, дядя, у меня другие планы. И я быстрым шагом двинулся за девчонкой. По идее, она должна обойти школьный двор теперь уже по улицам. Вот там мы и встретимся: А тетя Ира? Тетя Ира подождет, до девяти еще далеко…

— 3

Увидев возбужденный член, Анюта понятливо шагнула в мою сторону.

— Стой на месте, — приказал я. Она послушно остановилась в метрах трех от меня. Я взялся рукой за член и начал сначала медленно, а потом все быстрее водить вверх-вниз. Анюта заинтересованно смотрела.

— Я что-то должна делать? — тихо спросила она.

— Нет: — прохрипел я. — Просто стой и смотри: — а сам пожирал глазами ее тело. Она стояла в пол-оборота, откинув плечи чуть назад и выставив вперед колено. Модель хренова: Потом шагнула в мою сторону и начала гладить меня по бедру, потом по животу, груди: В глазах у меня уже стоял туман. Но члена она не касалась, предоставляя мне самому демонстрировать искусство онанизма. Тонкие руки, казалось, были на всем моем теле. Я резко схватил ее за кисть, притянул и положил себе на член, а сам обхватил поверх ее руки и продолжил еще в более бешеном темпе, изо всех сил помогая себе тазом.

Наконец я бурно кончил, сделал еще несколько резких движений, и выпустил ее руку. Анюта последний раз провела ладонью по бедру и опустила руку. Я тяжело дышал.

— Пойдем? — спросила Анюта. Я кивнул. В горле пересохло, как после тяжелой физической работы. Мы снова тронулись в путь. Анюта все время оглядывалась на меня, стреляя глазками (а это она умела!). Вдруг она остановилась.

— Теперь ты стой: И смотри!

Усевшись на высокий камень, Анюта раздвинула ноги, и подсунула ладони под бедра с внутренней сто-роны, так что ее оба больших пальца оказались у влагалища. Ноги ее еле доставали до земли, и она почти стояла. Склонив голову набок, Анюта наблюдала за собственными пальцами. Рот ее приоткрылся:

Сначала она внешней стороной ногтей начала водить по половым губам, всё более возбуждаясь, потому что влагалище ее начало раскрываться, как бутон цветка в ускоренной съемке. И вот оно из узкой щели пре-вратилось в: ну бутон он и есть бутон, раскрытый и влажный. Тут левая рука ее чуть-чуть поднялась и пальцы легли на клитор, а средний палец правой руки скользнул вовнутрь. Анюта тихо застонала и откинула голову назад. Мастурбировала она красиво, с вдохновением — видно, что часто этим занималась, и это дос-тавляло ей удовольствие. Она начала постанывать и при каждом введении пальца подаваться телом вперед. Поцарапает же себе задницу об камень-то!

Такое зрелище не могло не возбуждать, но я твердо решил, что трахать ее не буду. А лучше я сделаю вот что:

Я подошел к ней вплотную и стал на колени. Руками взявшись сначала за колени, я провел вверх по внутренней стороне бедра до паховых сухожилий, подведя большие пальцы под них, а ладонями уперевшись в те места, где лобок перетекал в бедра. Таким образом, мои пальцы оказались под ее ладонями. Я начал по-тихонько поднимать руки, отталкивая ее руки в стороны. Когда руки разошлись достаточно широко, я подался головой вперед, и прильнул ртом к раскрытому влагалищу. Анюта дернулась, как под током и вскрикнула. Но тут же застонала, подалась вперед, и я почувствовал, как ее лобок прильнул к моему лицу. Я нащупал губами клитор и жадно впился в него. Потом отпустил и кончиком языка сначала слегка подразнил, потом провел по кругу. Сверху, над моей головой раздавалось приглушенное мычание. Оторвавшись на секунду, я взглянул вверх. Анюта закусила губу, задрала голову кверху и тихо стонала на одной ноте. Я опять начал сосать клитор. Сока в ней было столько, что я сглатывал чуть ли не каждую секунду. Вокруг рта тоже было уже мокро. Я вцепился ей в ягодицы и прижимал к себе. Анютины пальцы впились мне в затылок.

Наконец ее стон стал выше, начал прерываться, и она заорала во весь голос. Ногти сжались так, что, казалось, воткнулись мне в мозг. От боли я тоже заорал, вскочил и заткнул Анюте рот рукой. Она по-валилась спиной на камень, и потянула меня за собой. Я завалился сверху.

Если бы кто увидел нас сейчас со стороны, то вопросов бы не было: типичное изнасилование. Голая девушка лежит на спине, извивается и орет, а я лежу на ней (опять же голый, с торчащим членом) сверху, затыкаю рот и пытаюсь удержать. Но дальше все развивалось по другому сценарию: Анюта на секунду затихла, и, когда я ослабил хватку, вырвалась, и, чуть не свалившись с камня, немыслимо изогнувшись, накинулась ртом на мой член и начала сосать его с такой силой, что я начал опасаться за его сохранность.

Левую руку она пропустила между ног и схватила за меня зад. И вдруг я почувствовал, что тонкий палец потихоньку проникает мне в задний проход. От неожиданности я резко подался вперед, тем самым за-гнав член Анюте чуть ли не до гланд. Она удивленно замычала, но так и застыла, прекратив фрикции. Зато палец вернулся на свое место и все-таки вошел в меня. Когда она начала им осторожно вращать, я почувствовал, что могу сейчас потерять сознание. Головой Анюта не шевелила, двигая одними губами, но находились они у самого основания моего члена. Господи, как и влез-то?:

Анюта прекратила вращение пальцем и почти вынула его из меня. Тут же к нему присоединился второй, и уже двумя пальцами она начала водить взад-вперед. Одновременно Анюта ослабила хватку ртом, и в такт пальцам начала сосать. Господи, меня же трахают! Но почему-то я не против: Одну руку я положил Анюте на затылок, а вторую — на ту руку, которая меня трахала, и начал усиленно помогать. Видно, потенция моя порядком поистощилась, потому что кончал я довольно долго. Наконец я задергался, не зная, в какую сторону подаваться: то ли членом, то ли задницей. Потом так и застыл с членом во рту (в Анютином, естественно), и пальцами в заднице (моей). Осторожно вынув и то, и другое, я опустился на землю, обессиленный.

Идти еще оставалось часа два…

создание сайтов