Under the Dome (Под Куполом) (fb2)


Стивен КИНГ. Под куполом

Stephen King Стивен Кинг
UNDER THE DOME SOME (BUT NOT ALL) OF THOSE IN CHESTER'S MILL ON DOME DAY: Под Куполом Некоторые (но не все) из тех, кто оказался в Честерс-Милле в День Купола
TOWN OFFICIALS Городские чиновники
Andy Sanders, First Selectman Энди Сандерс, первый член городского управления
Jim Rennie, Second Selectman Джим Ренни, второй член городского управления
Andrea Grinnell, Third Selectman Андреа Гриннел, третий член городского управления
SWEETBRIAR ROSE STAFF Сотрудники "эглантерии"
Rose Twitchell, Owner Роуз Твитчел, хозяйка
Dale Barbara, Cook Дейл Барбара, повар
Anson Wheeler, Dishwasher Энсон Уилер, мойщик посуды
Angie McCain, Waitress Энджи Маккейн, официантка
Dodee Sanders, Waitress Доди Сандерс, официантка
POLICE DEPARTMENT Полицейский участок
Howard "Duke" Perkins, Chief Говард Перкинс по прозвищу Герцог, чиф
Peter Randolph, Assistant Chief Питер Рэндолф, заместитель чифа
Marty Arsenault, Officer Марти Арсено, патрульный
Freddy Denton, Officer Фредди Дентон, патрульный
George Frederick, Officer Джордж Фредерик, патрульный
Rupert Libby, Officer Руперт Либби, патрульный
Toby Whelan, Officer Тоби Уилен, патрульный
Jackie Wettington, Officer Джекки Уэттингтон, патрульная
Linda Everett, Officer Линда Эверетт, патрульная
Stacey Moggin, Officer/Dispatch Стейси Моггин, патрульный-диспетчер
Junior Rennie, Special Deputy Ренни-младший, экстренно назначенный помощник
Georgia Roux, Special Deputy Джорджия Ру, экстренно назначенный помощник
Frank DeLesseps, Special Deputy Френк Дилессепс, экстренно назначенный помощник
Melvin Searles, Special Deputy Мелвин Сирлс, экстренно назначенный помощник
Carter Thibodeau, Special Deputy Картер Тибодо, экстренно назначенный помощник
PASTORAL CARE Священнослужители
Reverend Lester Coggins, Christ the Holy Redeemer Church Преподобный Лестер Коггинс, церковь Христа Святого Искупителя
Reverend Piper Libby, First Congregational Church Преподобная Пайпер Либби, Первая Конгрегациональная церковь (церковь Конго)
MEDICAL STAFF Медики
Ron Haskell, Doctor Рон Хаскел, врач
Rusty Everett, Physician's Assistant Эрик Эверетт по прозвищу Расти, фельдшер
Ginny Tomlinson, Nurse Дуги Твитчел, медбрат
Dougie Twitchell, Nurse Джинни Томлинсон, медсестра
Gina Buffalino, Volunteer Nurse Джина Буффалино, медсестра-волонтер
Harriet Bigelow, Volunteer Nurse Гарриет Бигелоу, медсестра-волонтер
TOWN KIDS Городские дети
Little Walter Bushey Джо Макклэтчи по прозвищу Пугало
"Scarecrow" Joe McClatchey Норри Кэлверт
Norrie Calvert Бенни Дрейк
Benny Drake Джуди и Джанель Эверетт
Judy and Janelle Everett Олли и Рори Динсморы
Ollie and Rory Dinsmore Литл Уолтер Буши
TOWNSPEOPLE OF NOTE Жители города, упоминаемые в книге
Tommy and Willow Anderson, Owner/Operators of Dipper's Roadhouse Томми и Уиллоу Андерсоны, владельцы и сотрудники ресторана "Дипперс роудхаус"
Stewart and Fernald Bowie, Owner/Operators of Bowie Funeral Home Стюарт и Фернолд Боуи, владельцы и сотрудники "Похоронного бюро Боуи"
Joe Boxer, Dentist Джо Боксер, стоматолог
Romeo Burpee, Owner/Operator of Burpee's Department Store Ромео Берпи, владелец и продавец "Универмага Берпи"
Phil Bushey, Chef of Dubious Repute Фил Буши, Шеф с сомнительной репутацией
Samantha Bushey, His Wife Саманта Буши, его жена
Jack Cale, Supermarket Manager Джек Кейл, управляющий супермаркета
Ernie Calvert, Supermarket Manager (ret.) Эрни Кэлверт, управляющий супермаркета (бывший)
Johnny Carver, Convenience Store Operator Джонни Карвер, управляющий и совладелец круглосуточного магазина
Alden Dinsmore, Dairy Farmer Олден Динсмор, владелец молочной фермы
Roger Killian, Chicken Farmer Роджер Кильян, владелец птицефермы
Lissa Jamieson, Town Librarian Лисса Джеймисон, городской библиотекарь
Claire McClatchey, Scarecrow Joe's Mom Клер Макклэтчи, мать Пугала Джо
Alva Drake, Benny's Mom Элва Дрейк, мать Бенни
Stubby Norman, Antique Dealer Коротышка Норман, торговец антиквариатом
Brenda Perkins, Chief Perkins's Wife Бренда Перкинс, жена чифа Перкинса
Julia Shumway, Owner/Editor of the Local Newspaper Джулия Шамуэй, владелица и редактор местной газеты
Tony Guay, Sports Reporter Тони Гуэй, спортивный репортер
Pete Freeman, News Photographer Пит Фримен, новостной фотограф
"Sloppy" Sam Verdreaux, Town Drunk Сэм Вердро по прозвищу Бухло, городской пьяница
OUT-OF-TOWNERS Приезжие
Alice and Aidan Appleton, Dome Orphans ("Dorphans") Элис и Эйден Эпплтон, сироты Купола ("сиркупы")
Thurston Marshall, Literary Man with Medical Skills Терстон Маршалл, литератор с медицинскими навыками
Carolyn Sturges, Graduate Student Каролин Стерджес, аспирантка
DOGS OF NOTE Собаки, упоминаемые в книге
Horace, Julia Shumway's Corgi Горас, корги Джулии Шамуэй
Clover, Piper Libby's German Shepherd Кловер, немецкая овчарка Пайпер Либби
Audrey, the Everetts' Golden Retriever Одри, золотистый ретривер Эвереттов
THE AIRPLANE AND THE WOODCHUCK Самолет и лесной сурок
1 1
From two thousand feet, where Claudette Sanders was taking a flying lesson, the town of Chester's Mill gleamed in the morning light like something freshly made and just set down. С высоты двух тысяч футов, на которой проходил учебный полет Клодетт Сандерс, городок Честерс-Милл, поблескивая в утреннем солнышке, казался некоей вещицей, только что смастеренной и поставленной на землю.
Cars trundled along Main Street, flashing up winks of sun. Автомобили катили по Главной улице, подмигивая солнечными зайчиками.
The steeple of the Congo Church looked sharp enough to pierce the unblemished sky. Острый шпиль церкви Конго, казалось, пронзал безоблачное небо.
The sun raced along the surface of Prestile Stream as the Seneca V overflew it, both plane and water cutting the town on the same diagonal course. Солнечная дорожка бежала по поверхности реки Престил-Стрим, когда "Сенека-V" пролетал над ней: и самолет, и вода пересекали город по одной диагонали.
"Chuck, I think I see two boys beside the Peace Bridge! - Чак, кажется, я вижу двух мальчишек около моста Мира!
Fishing!" Они ловят рыбу!
Her very delight made her laugh. - Клодетт от переполнявшей ее радости рассмеялась.
The flying lessons were courtesy of her husband, who was the town's First Selectman. Возможность учиться пилотированию она получила благодаря своему мужу, первому члену городского управления.
Although of the opinion that if God had wanted man to fly, He would have given him wings, Andy was an extremely coaxable man, and eventually Claudette had gotten her way. И пусть Энди считал, что Бог дал бы человеку крылья, если б хотел, иной раз он прислушивался к мнению других, и в конце концов Клодетт удалось добиться своего.
She had enjoyed the experience from the first. Она с самого первого занятия наслаждалась полетом.
But this wasn't mere enjoyment; it was exhilaration. Но сегодня наслаждение переросло в восторг.
Today was the first time she had really understood what made flying great. Впервые Клодетт действительно поняла, почему летать - прекрасно.
What made it cool. Почему летать - круто!
Chuck Thompson, her instructor, touched the control yoke gently, then pointed at the instrument panel. Чак Томпсон, ее инструктор, мягко коснулся ручки управления, указал на приборную панель:
"I'm sure," he said, "but let's keep the shiny side up, Claudie, okay?" - Я в этом уверен, но держи самолет ровнее, Клоди, идет?
"Sorry, sorry." - Извини, извини.
"Not at all." - Ничего страшного.
He had been teaching people to do this for years, and he liked students like Claudie, the ones who were eager to learn something new. Он уже много лет учил людей летать, и ему нравились такие ученики, как Клодетт, постоянно стремящиеся узнать что-нибудь новенькое.
She might cost Andy Sanders some real money before long; she loved the Seneca, and had expressed a desire to have one just like it, only new. Очень скоро ее увлечение могло обойтись Энди Сандерсу в приличную сумму: Клодетт влюбилась в "сенеку" и уже высказала желание приобрести точно такой же самолет, только новый.
That would run somewhere in the neighborhood of a million dollars. Подобная покупка тянула на миллион долларов.
Although not exactly spoiled, Claudie Sanders had undeniably expensive tastes which, lucky man, Andy seemed to have no trouble satisfying. Пожалуй, не стоило считать Клодетт Сандерс совсем уж избалованной, но она, бесспорно, отдавала предпочтение дорогим вещам. Впрочем, счастливчику Энди, похоже, не составляло труда удовлетворять ее капризы.
Chuck also liked days like this: unlimited visibility, no wind, perfect teaching conditions. Чак также любил такие дни: неограниченная видимость, полное отсутствие ветра, идеальные условия для обучения.
Nevertheless, the Seneca rocked slightly as she overcorrected. Тут "сенека" стал чуть покачиваться, словно Клодетт чрезмерно реагировала на любое отклонение от курса.
"You're losing your happy thoughts. Don't do that. - Ты отвлекаешься, не надо.
Come to one-twenty. Выходи на курс один-двадцать.
Let's go out Route 119. Полетим вдоль Сто девятнадцатого шоссе.
And drop on down to nine hundred." И спустись до девятисот футов.
She did, the Seneca's trim once more perfect. Она выполнила указанный маневр, и "сенека" практически перестал покачиваться.
Chuck relaxed. Чак расслабился.
They passed above Jim Rennie's Used Cars, and then the town was behind them. Они пролетели над "Салоном подержанных автомобилей Джима Ренни", а потом город остался позади.
There were fields on either side of 119, and trees burning with color. С обеих сторон шоссе тянулись поля, листва деревьев пылала под яркими лучами солнца.
The Seneca's cruciform shadow fled up the blacktop, one dark wing briefly brushing over an ant-man with a pack on his back. Крестообразная тень "сенеки" скользила по асфальту, одно темное крыло на мгновение накрыло человека с рюкзаком на спине, шагающего по обочине.
The ant-man looked up and waved. Мужчина-муравей поднял голову, помахал рукой.
Chuck waved back, although he knew the guy couldn't see him. Чак ответил тем же, пусть и знал, что снизу его не увидишь.
"Beautiful goddam day!" Claudie exclaimed. - Обалденно прекрасный день! - воскликнула Клоди.
Chuck laughed. Чак рассмеялся.
Their lives had another forty seconds to run. Жить им оставалось сорок секунд.
2 2
The woodchuck came bumbling along the shoulder of Route 119, headed in the direction of Chester's Mill, although the town was still a mile and a half away and even Jim Rennie's Used Cars was only a series of twinkling sunflashes arranged in rows at the place where the highway curved to the left. Лесной сурок неуклюже ковылял по обочине шоссе номер 119, направляясь в сторону Честерс-Милла. От города его отделяли еще полторы мили, "Салон подержанных автомобилей Джима Ренни" подмигивал солнечными зайчиками в том месте, где дорога уходила влево.
The chuck planned (so far as a woodchuck can be said to plan anything) to head back into the woods long before he got that far. But for now, the shoulder was fine. Сурок планировал (насколько сурки могли что-либо планировать) свернуть в лес задолго до того, как поравнялся бы с салоном, но пока обочина его вполне устраивала.
He'd come farther from his burrow than he meant to, but the sun had been warm on his back and the smells were crisp in his nose, forming rudimentary images-not quite pictures-in his brain. Он ушел от норы гораздо дальше, чем собирался, но солнце приятно согревало спину, а в нос били бодрящие запахи, вызывая заманчивые образы в его мозгу.
He stopped and rose on his back paws for an instant. Сурок остановился и на несколько секунд поднялся на задние лапки.
His eyes weren't as good as they used to be, but good enough to make out a human up there, walking in his direction on the other shoulder. Зрение с годами, конечно, ухудшилось, но он все равно сумел разглядеть человека, который шагал навстречу по противоположной обочине.
The chuck decided he'd go a little farther anyway. Сурок решил, что стоит пройти чуть дальше.
Humans sometimes left behind good things to eat. Люди иной раз оставляли за собой вкусную еду.
He was an old fellow, and a fat fellow. Он прожил на свете немало лет и изрядно растолстел.
He had raided many garbage cans in his time, and knew the way to the Chester's Mill landfill as well as he knew the three tunnels of his own burrow; always good things to eat at the landfill. За свою жизнь сурок излазил множество баков с пищевыми отходами, а дорогу к свалке Честерс-Милла знал также хорошо, как все три тоннеля в собственной норе: на мусорке всегда удавалось чем-нибудь поживиться.
He waddled a complacent old fellow's waddle, watching the human walking on the other side of the road. Он вразвалочку двинулся дальше походкой всем довольного старичка, наблюдая за человеком, приближающимся к нему по другой обочине.
The man stopped. Человек остановился.
The chuck realized he had been spotted. Сурок осознал, что его засекли.
To his right and just ahead was a fallen birch. Справа и чуть впереди лежала береза.
He would hide under there, wait for the man to go by, then investigate for any tasty- Сурок решил, что спрячется под ней, дождется, пока человек уйдет, а потом обследует обочину на другой стороне дороги в поисках...
The chuck got that far in his thoughts-and another three waddling steps-although he had been cut in two. Сурок успел подумать о возможной находке и сделать еще три шага вразвалочку, хотя его уже разрезало пополам.
Then he fell apart on the edge of the road. Потом он упал на бок.
Blood squirted and pumped; guts tumbled into the dirt; his rear legs kicked rapidly twice, then stopped. Хлынула кровь, внутренности вывалились в дорожную пыль; задние лапки дважды быстро дернулись, потом застыли.
His last thought before the darkness that comes to us all, chucks and humans alike: What happened? Последняя мысль, которая приходит перед тем, как нас накрывает темнота, у сурков та же, что и у людей: Что произошло?
3 3
All the needles on the control panel dropped dead. На всех дисках приборной панели стрелки свалились на ноль.
"What the hell?" Claudie Sanders said. - Какого черта?!
She turned to Chuck. - Клоди Сандерс повернулась к Чаку.
Her eyes were wide, but there was no panic in them, only bewilderment. Ее глаза широко раскрылись, в них читалось недоумение - но не паника.
There was no time for panic. Паника появиться просто не успела.
Chuck never saw the control panel. He saw the Seneca's nose crumple toward him. Чак хотел было взглянуть на приборную панель, но тут увидел, как сплющивается нос "сенеки".
Then he saw both propellers disintegrate. Потом увидел, как отваливаются пропеллеры.
There was no time to see more. А больше увидеть ничего не успел.
No time for anything. Потому что времени не осталось.
The Seneca exploded over Route 119 and rained fire on the countryside. Самолет взорвался над шоссе номер 119 и, пылая, обрушился на землю.
It also rained body parts. Вместе с его осколками падали и куски человеческих тел.
A smoking forearm-Claudette's-landed with a thump beside the neatly divided woodchuck. Дымящаяся рука Клодетт с глухим стуком приземлилась рядом с аккуратно располовиненным лесным сурком.
It was October twenty-first. Происходило это двадцать первого октября.
BARBIE Барби
1 1
Barbie started feeling better as soon as he passed Food City and left downtown behind. Настроение Барби начало подниматься, как только он миновал "Мир еды" и оставил за спиной центр города.
When he saw the sign reading YOU ARE LEAVING THE VILLAGE OF CHESTER'S MILL COME BACK REAL SOON!, he felt better still. Когда же Барби увидел шит с надписью: "ВЫ ПОКИДАЕТЕ ГОРОД ЧЕСТЕРС-МИЛЛ. ВОЗВРАЩАЙТЕСЬ ПОСКОРЕЕ!" - ему стало совсем хорошо.
He was glad to be on his way, and not just because he had taken a pretty good beating in The Mill. Он радовался, что снова в пути, ведь в Милле ему крепко досталось.
It was plain old moving on that had lightened him up. He had been walking around under his own little gray cloud for at least two weeks before getting his shit handed to him in the parking lot of Dipper's. Как минимум две последние недели тучи над ним сгущались, а закончилось все дракой на автомобильной стоянке у "Дипперса". Да и грядущие перемены сами по себе придавали Барби бодрости.
"Basically, I'm just a ramblin guy," he said, and laughed. - В сущности, я всего лишь бродяга, - изрек он и рассмеялся.
"A ramblin guy on his way to the Big Sky." - Бродяга, шагай прямиком в Биг-Скай.
And hell, why not? И почему нет, черт побери?
Montana! Монтана!
Or Wyoming. Или Вайоминг!
Fucking Rapid City, South Dakota. Даже Рэпид-мать-его-Сити в Южной Дакоте.
Anyplace but here. Куда угодно, лишь бы уйти отсюда.
He heard an approaching engine, turned around-walking backward now-and stuck out his thumb. Он услышал приближающийся шум двигателя, развернулся - теперь шагая спиной вперед - и вытянул руку с поднятым большим пальцем.
What he saw was a lovely combination: a dirty old Ford pickemup with a fresh young blonde behind the wheel. Увидел очаровательную комбинацию: старый грязный "форд-подвези-меня" и свеженькая, юная блондинка за рулем.
Ash blonde, his favorite blonde of all. Пепельная блондинка, которых он ставил выше любых других блондинок.
Barbie offered his most engaging smile. Барби изобразил самую обворожительную улыбку.
The girl driving the pickemup responded with one of her own, and oh my Lord if she was a ticktock over nineteen, he'd eat his last paycheck from Sweetbriar Rose. Девушка, что сидела за рулем "подвези-меня", ответила тем же, и, Господи, он съел бы последний чек, полученный в "Эглантерии", если она прожила хоть на день больше девятнадцати годков.
Too young for a gentleman of thirty summers, no doubt, but perfectly street-legal, as they'd said back in the days of his cornfed Iowa youth. Слишком молодая для джентльмена тридцати лет, но с которой уже все можно, как говорили в кукурузной Айове его юности.
The truck slowed, he started toward it... and then it sped up again. Пикап притормозил, Барби уже направился к нему... а потом автомобиль вновь набрал скорость.
She gave him one more brief look as she went past. Проезжая мимо, девушка бросила на Барби еще один короткий взгляд.
The smile was still on her face, but it had turned regretful. Улыбка осталась, но была уже иного рода.
I had a brain-cramp there for a minute, the smile said, but now sanity has reasserted itself. В меня вдруг заскок вошел , говорила эта улыбка, но теперь здравый смысл вернулся на свое место .
And Barbie thought he recognized her a little, although it was impossible to say with certainty; Sunday mornings in Sweetbriar were always a madhouse. Барби подумал, что узнал ее, но с уверенностью утверждать не мог: в воскресенье утром "Эглантерия" более всего напоминала дурдом.
But he thought he'd seen her with an older man, probably her dad, both of them with their faces mostly buried in sections of the Sunday Times. Но Барби полагал, что видел ее с мужчиной постарше, вероятно, ее отцом, и они оба сидели, уткнувшись в воскресную "Таймс".
If he could have spoken to her as she rolled past, Barbie would have said: If you trusted me to cook your sausage and eggs, surely you can trust me for a few miles in the shotgun seat. Если б он мог обратиться к ней, когда она проезжала мимо, то сказал бы: Если ты доверилась мне, съев поджаренную мной яичницу с колбасой, то вполне можешь довериться и в другом: посадить меня на пассажирское сиденье и подвезти на несколько миль .
But of course he didn't get the chance, so he simply raised his hand in a little no-offense-taken salute. Но само собой, шанса такого ему не представилось, и он просто вскинул руку, как бы говоря: Я не в обиде.
The truck's taillights flickered, as if she were reconsidering. Тормозные огни пикапа вспыхнули, словно она передумала.
Then they went out and the truck sped up. Но тут же погасли, и автомобиль укатил, набирая скорость.
During the following days, as things in The Mill started going from bad to worse, he would replay this little moment in the warm October sun again and again. В последующие дни, когда ситуация в Милле начала меняться от плохого к худшему, Барби вновь и вновь проигрывал в памяти этот эпизод, случившийся под теплым октябрьским солнышком.
It was that second reconsidering flicker of the taillights he thought of... as if she had recognized him, after all. Он думал о той мгновенной вспышке тормозных огней... будто она все-таки узнала его.
That's the cook from Sweetbriar Rose, I'm almost sure. Да это же повар из "Эглантерии", я почти уверена.
Maybe I ought to- Может, мне надо ...
But maybe was a gulf better men than him had fallen into. Но "может" - это пучина, в которую проваливались и более достойные люди, чем он.
If she had reconsidered, everything in his life thereafter would have changed. Если бы девушка действительно передумала, в его жизни изменилось бы все.
Because she must have made it out; he never saw the fresh-faced blonde or the dirty old Ford F-150 again. Но он больше не видел блондинку с юным личиком, сидевшую за рулем старого грязного фордовского пикапа "Ф-150".
She must have crossed over the Chester's Mill town line minutes (or even seconds) before the border slammed shut. Должно быть, она пересекла границу Честерс-Милла за считанные минуты (а то и секунды) до того, как граница эта закрылась.
If he'd been with her, he would have been out and safe. Будь он рядом с ней, то оказался бы вне города и на свободе.
Unless, of course, he'd think later, when sleep wouldn't come, the stop to pick me up was just long enough to be too long. Если бы только , позднее размышлял Барби, когда не мог уснуть, остановка не отняла бы много времени.
In that case, I probably still wouldn't be here. Секундное дело, и меня бы здесь не было.
And neither would she. И ее тоже.
Because the speed limit out that way on 119 is fifty miles an hour. Потому что на Сто девятнадцатом шоссе разрешалось ехать со скоростью пятьдесят миль в час.
And at fifty miles an hour... А при скорости пятьдесят миль в час ...
At this point he would always think of the plane. Тут мысли его всегда возвращались к самолету.
2 2
The plane flew over him just after he passed Jim Rennie's Used Cars, a place for which Barbie had no love. Самолет пролетел над ним сразу после того, как он миновал "Салон подержанных автомобилей Джима Ренни", место, к которому Барби не питал добрых чувств.
Not that he'd bought a lemon there (he hadn't owned a car in over a year, had sold the last one in Punta Gorda, Florida). Нет, он не купил здесь какую-то развалюху (больше года обходился без машины, последнюю продал в Пунта-Горде, штат Флорида).
It was just that Jim Rennie Jr. had been one of the fellows that night in Dipper's parking lot. Просто Джим Ренни-младший был одним из тех парней на парковке у "Дипперса".
A frat boy with something to prove, and what he could not prove alone he would prove as part of a group. Студентик, пытающийся кому-то что-то доказать, а если в одиночку доказать не получалось, то доказывал вместе с большой компанией.
That was the way the Jim Juniors of the world did business, in Barbie's experience. И по собственному опыту Барби знал, что такая уж манера у всех Джимов-младших этого мира.
But it was behind him now. Но теперь все осталось позади.
Jim Rennie's, Jim Junior, Sweetbriar Rose (Fried Clams Our Specialty! "Салон подержанных автомобилей Джима Ренни", Джим-младший, "Эглантерия" ("Жареные моллюски - наш конек.
Always "Whole " Never "Strips "), Angie McCain, Andy Sanders. Всегда целые - никогда кусочками"), Энджи Маккейн, Энди Сандерс.
The whole deal, including Dipper's. (Beatings Administered in the Parking Lot Our Specialty!) All behind him. Все-все, включая "Дипперс" ("Избиения на парковках - наш конек"). Все позади.
And ahead of him? А впереди что?
Why, the gates of America. Ну как же, ворота в Америку.
Goodbye smalltown Maine, hello Big Sky. Прощай, Мэн, с его маленькими городишками, привет, Большое Небо!
Or maybe, hell, he'd head down south again. Или может, черт побери, опять податься на юг?
No matter how beautiful this particular day, winter was lurking a page or two over on the calendar. Каким бы прекрасным ни выдался этот конкретный день, зима затаилась за одним или двумя листочками календаря.
The south might be good. А на юге, возможно, очень даже ничего.
He'd never been to Muscle Shoals, and he liked the sound of the name. Он никогда не бывал в Масл-Шоулсе.
That was goddam poetry, Muscle Shoals was, and the idea so cheered him that when he heard the little plane approaching, he looked up and gave a big old exuberant wave. Это чертовски поэтично, Масл-Шоулс! Идея так вдохновила его, что он, услышав шум приближающегося к нему маленького самолета, вскинул голову и энергично помахал рукой.
He hoped for a wing-waggle in return, but didn't get one, although the plane was slowpoking at low altitude. Надеялся, что в ответ самолет покачает крыльями, но просчитался, хотя полет проходил на небольшой скорости и на малой высоте.
Barbie's guess was sightseers-this was a day for them, with the trees in full flame-or maybe some young kid on his learner's permit, too worried about screwing up to bother with groundlings like Dale Barbara. Барби предположил, что в самолете туристы -день просто создан для них, - или за штурвалом какой-нибудь молодой парнишка с лицензией ученика, слишком боящийся напортачить и вообще не обращающий внимания на рожденных ползать, таких, как Дейл Барбара.
But he wished them well. Но он пожелал им счастливого пути.
Sightseers or a kid still six weeks from his first solo cruise, Barbie wished them very well. Туристам, любующимся красотами природы, или парнишке, которого от первого самостоятельного полета отделяли еще шесть недель, Барби пожелал счастливого пути.
It was a good day, and every step away from Chester's Mill made it better. День ему нравился и становился лучше с каждым шагом, уносящим его от Честерс-Милла.
Too many assholes in The Mill, and besides: travel was good for the soul. Слишком много говнюков в Милле, а кроме того, путешествия благодатно влияют на душу.
Maybe moving on in October should be a law, he thought. Может, переезд в октябре надо возвести в ранг закона, подумал Барби.
New national motto: EVERYBODY LEAVES IN OCTOBER. Новый национальный девиз: "ВСЕ УХОДЯТ В ОКТЯБРЕ".
You get your Packing Permit in August, give your required week's notice in mid-September, then- Берешь разрешение на переезд в августе, в середине сентября подаешь положенное заявление об увольнении. Потом ...
He stopped. Он остановился.
Not too far ahead of him, on the other side of the blacktop highway, was a woodchuck. Впереди, не так уж и далеко, на обочине с другой стороны шоссе, увидел лесного сурка.
A damned fat one. Чертовски толстого.
Sleek and sassy, too. С блестящей шерстью, да еще и нахального.
Instead of scurrying off into the high grass, it was coming on ahead. Вместо того чтобы юркнуть в высокую траву, сурок продолжал идти вперед.
There was a fallen birch sticking its top half out onto the shoulder of the road, and Barbie was betting the woodchuck would scurry under there and wait for the big bad Two-Legs to go by. Верхушка упавшей березы лежала на обочине, и Барби мог поспорить, что сурок шмыгнет под нее и будет ждать, пока большой плохой Двуногий минует его.
If not, they would pass each other like the ramblin guys they were, the one on four legs headed north, the one on two headed south. Barbie hoped that would happen. Если нет, они пройдут мимо друг друга, как двое бродяг, коими они и являлись, один, о четырех ногах, направится на север, второй, о двух, - на юг.
It would be cool. Клево, однако.
These thoughts went through Barbie's mind in seconds; the shadow of the airplane was still between him and the chuck, a black cross racing along the highway. Мысли эти пролетели в голове Барби за считанные секунды; тень самолета еще находилась между ним и сурком - черный крест, бегущий по асфальту.
Then two things happened almost simultaneously. А потом практически одновременно произошли два события.
The first was the woodchuck. Первое касалось сурка.
It was whole, then it was in two pieces. Только что он был единым целым. А тут разделился на две части.
Both were twitching and bleeding. Обе дергались и исходили кровью.
Barbie stopped, mouth hanging open on the suddenly lax hinge of his lower jaw. Барби остановился, нижняя челюсть отвисла, словно удерживающие ее мышцы внезапно растянулись до предела.
It was as if an invisible guillotine blade had dropped. Создавалось ощущение, что на сурка опустился нож невидимой гильотины.
And that was when, directly above the severed woodchuck, the little airplane exploded. И тут же, прямо над разрезанным сурком, взорвался самолет.
3 3
Barbie looked up. Барби посмотрел вверх.
Falling from the sky was a squashed Bizarro World version of the pretty little airplane that had passed over him seconds before. С неба падала расплющенная версия самолета из Мира Бизарро, красивого маленького самолета, который пролетел над ним чуть раньше.
Twisting orange-red petals of fire hung above it in the air, a flower that was still opening, an American Disaster rose. Скрученные оранжево-красные лепестки огня плясали над аэропланом, и цветок этот все еще распускался - роза "Американская беда".
Smoke billowed from the plummeting plane. Из падающего самолета вырывались клубы дыма.
Something clanged to the road and sprayed up clods of asphalt before spinning drunkenly into the high grass to the left. Что-то ударилось о дорогу и вышибло из нее кусочки асфальта, прежде чем, раскачиваясь, укатиться в высокую траву за левой обочиной.
A propeller. Пропеллер.
If that had bounced my way- Если бы он покатился на меня ...
Barbie had a brief image of being cut in two-like the unfortunate woodchuck-and turned to run. Барби представил себе, как его разрезает пополам, - то же самое произошло с сурком, - и развернулся, чтобы убежать.
Something thudded down in front of him and he screamed. Что-то упало перед ним, и он закричал.
But it wasn't the other propeller; it was a man's leg dressed in denim. Но не второй пропеллер - нога мужчины в джинсовой штанине.
He could see no blood, but the side-seam had been blown wide open, revealing white flesh and wiry black hair. Крови Барби не увидел, но боковой шов распоролся, открыв белую кожу и курчавые черные волоски.
There was no foot attached. Ступня отсутствовала.
Barbie ran in what felt like slow motion. Барби побежал, судя по ощущениям, будто в замедленной съемке.
He saw one of his own feet, clad in an old scuffed workboot, stride out and clop down. Он видел, как одна нога в старом, потертом высоком ботинке выдвигается вперед и опускается.
Then it disappeared behind him as his other foot strode out. Потом исчезает позади него, и вперед выдвигается вторая нога.
All slow, slow. Все медленно, медленно.
Like watching the baseball replay of a guy trying to steal second. Словно наблюдаешь повтор эпизода бейсбольного матча, когда игрок пытается украсть вторую базу.
There was a tremendous hollow clang from behind him, followed by the boom of a secondary explosion, followed by a blast of heat that struck him from heels to nape. It shoved him on his way like a warm hand. Что-то огромное и полое хряпнулось у него за спиной, последовал грохот еще одного взрыва, и тут же от макушки до каблуков его окатило жаром и будто толкнуло вперед горячей рукой.
Then all thoughts blew away and there was nothing but the body's brute need to survive. Все мысли пропали, и не осталось ничего, кроме инстинктивного желания выжить.
Dale Barbara ran for his life. Дейл Барбара бежал, спасая свою жизнь.
4 4
A hundred yards or so down the road, the big warm hand became a ghost hand, although the smell of burning gas-plus a sweeter stench that had to be a mixture of melting plastic and roasting flesh-was strong, carried to him on a light breeze. Через сотню ярдов, чуть дальше или чуть ближе, большая горячая рука перестала давить на него, хотя запах горящего бензина - плюс сладковатая вонь плавящегося пластика и поджаривающейся человеческой плоти - оставался сильным: его приносил легкий ветерок.
Barbie ran another sixty yards, then stopped and turned around. Барби пробежал еще шестьдесят ярдов, остановился, оглянулся.
He was panting. Он тяжело дышал.
He didn't think it was the running; he didn't smoke, and he was in good shape (well... fair; his ribs on the right side still hurt from the beating in Dipper's parking lot). Не думал, что причина в беге. Он не курил, находился в хорошей форме (ну... относительно, ребра справа болели после драки на автомобильной стоянке у "Дипперса").
He thought it was terror and dismay. Пришел к выводу, что причина в обуявшем его ужасе.
He could have been killed by falling pieces of airplane-not just the runaway propeller-or burned to death. Его могли убить падающие обломки самолета - не только катящийся пропеллер, - или он мог сгореть заживо.
It was only blind luck that he hadn't been. И такого не случилось лишь благодаря слепому случаю.
Then he saw something that made his rapid breathing stop in midgasp. Потом от увиденного учащенное дыхание перехватило.
He straightened up, looking back at the site of the accident. Он не отрывал глаз от места катастрофы.
The road was littered with debris-it really was a wonder that he hadn't been struck and at least wounded. Дорогу засыпало обломками - оставалось только удивляться, что его ничем не пришибло; более того - даже не ранило.
A twisted wing lay on the right; the other wing was poking out of the uncut timothy grass on the left, not far from where the runaway propeller had come to rest. Перекрученное крыло лежало справа; второе крыло торчало из высокой нескошенной тимофеевки слева, недалеко от того места, куда укатился пропеллер.
In addition to the bluejeans-clad leg, he could see a severed hand and arm. Помимо ноги в джинсовой штанине, он видел оторванную руку.
The hand seemed to be pointing at a head, as if to say That's mine. Кисть указывала на совершенно изуродованную голову, как бы говоря: Это моя .
A woman's head, judging from the hair. Женскую голову, если судить по волосам.
The power lines running beside the highway had been severed. Провода, которые тянулись параллельно дороге, отрезало.
They lay crackling and twisting on the shoulder. Они лежали на обочине, потрескивая и подергиваясь.
Beyond the head and arm was the twisted tube of the airplane's fuselage. Позади головы и руки лежал изломанный фюзеляж.
Barbie could read NJ3. Барби прочитал: "NJ3".
If there was more, it was torn away. Если были другие буквы и цифры, их оторвало.
But none of this was what had caught his eye and stopped his breath. The Disaster rose was gone now, but there was still fire in the sky. И тут его внимание привлекло другое - роза "Беда" исчезла, но огонь в небе оставался.
Burning fuel, certainly. Горел, разумеется, бензин.
But... Но...
But it was running down the air in a thin sheet. Он стекал вниз по воздуху тонкой пленкой.
Beyond it and through it, Barbie could see the Maine countryside-still peaceful, not yet reacting, but in motion nevertheless. Shimmering like the air over an incinerator or a burning-barrel. За пленкой и сквозь нее Барби видел сельский пейзаж Мэна - мирный, еще никак не реагирующий, но пребывающий в движении, колышущийся, как воздух над мусоросжигательной печью или бочкой.
It was as if someone had splashed gasoline over a pane of glass and then set it alight. Создавалось впечатление, будто кто-то плеснул бензин на оконное стекло и поджег его.
Almost hypnotized-that was what it felt like, anyway-Barbie started walking back toward the scene of the crash. Словно под гипнозом - во всяком случае, такое было ощущение - Барби двинулся к месту катастрофы.
5 5
His first impulse was to cover the body parts, but there were too many. Прежде всего у него возникло желание прикрыть части человеческих тел, но не знал чем.
Now he could see another leg (this one in green slacks), and a female torso caught in a clump of juniper. Барби видел еще одну ногу (в штанине от зеленых слаксов) и женский торс, угодивший в куст можжевельника.
He could pull off his shirt and drape it over the woman's head, but after that? Он мог снять рубашку и накрыть ею женскую голову, а все остальное?
Well, there were two extra shirts in his backpack-Here came a car from the direction of Motton, the next town to the south. One of the smaller SUVs, and moving fast. Со стороны Моттона, ближайшего города, расположенного с юга, приближался автомобиль, один из маленьких внедорожников. Он ехал быстро.
Someone had either heard the crash or seen the flash. Кто-то или услышал грохот, или увидел вспышку.
Help. Подмога.
Thank God for help. Слава тебе Господи, подмога!
Straddling the white line and standing well clear of the fire that was still running down from the sky in that weird water-on-a-windowpane way, Barbie waved his arms over his head, crossing them in big Xs. Встав над белой разделительной полосой и держась подальше от огня, который по-прежнему так странно стекал с неба, словно вода по оконному стеклу, Барби замахал руками над головой, снова и снова скрещивая их в большую букву "X".
The driver honked once in acknowledgment, then slammed on his brakes, laying forty feet of rubber. Водитель один раз просигналил, давая понять, что все понял, и ударил по тормозам, оставив за собой сорок футов резинового следа.
He was out almost before his little green Toyota had stopped, a big, rangy fellow with long gray hair cascading out from under a Sea Dogs baseball cap. Выскочил на асфальт чуть ли не до того, как маленькая зеленая "тойота" остановилась, крупный, мускулистый мужчина с длинными седыми волосами, торчащими из-под бейсболки Тюленей.
He ran toward the side of the road, meaning to skirt the main firefall. Побежал к обочине дороги, намереваясь обогнуть огненный занавес.
"What happened?" he cried. - Что случилось?! - прокричал он.
"What in the blue fu-" - Что тут, нах...
Then he struck something. И в этот момент к чему-то приложился.
Hard. Крепко.
There was nothing there, but Barbie saw the guy's nose snap to the side as it broke. Рядом с ним вроде бы ничего не было, но Барби увидел, как нос мужчины свернулся в сторону, словно его сломало.
The man rebounded from the nothing, bleeding from the mouth, nose, and forehead. Мужчину отбросило от "ничего", кровь полилась изо рта и из носа, закапала со лба.
He fell on his back, then struggled to a sitting position. Он упал на спину, потом сел.
He stared at Barbie with dazed, wondering eyes as blood from his nose and mouth cascaded down the front of his workshirt, and Barbie stared back. Таращился на Барби мутными изумленными глазами, тогда как кровь стекала на рубашку, а Барби таращился на него.
JUNIOR AND ANGIE Младший и Энджи
1 1
The two boys fishing near the Peace Bridge didn't look up when the plane flew overhead, but Junior Rennie did. Двое мальчишек, которые ловили рыбу около моста Мира, не посмотрели в небо, когда над ними пролетел самолет, а Ренни-младший посмотрел.
He was a block farther down, on Prestile Street, and he recognized the sound. Он находился в квартале от этих мальчишек, на Престил-стрит, и узнал звук:
It was Chuck Thompson's Seneca V. "Сенека-V" Чака Томпсона.
He looked up, saw the plane, then dropped his head fast when the bright sunlight shining through the trees sent a bolt of agony in through his eyes. Младший посмотрел вверх, увидел самолет и тут же опустил голову: яркий солнечный свет, пробивающийся сквозь листву, резанул по глазам, прострелив голову болью.
Another headache. Опять.
He'd been having a lot of them lately. В последнее время голова у него болела часто.
Sometimes the medication killed them. Иногда лекарства помогали.
Sometimes, especially in the last three or four months, it didn't. Случалось, особенно в последние три-четыре месяца, что и нет.
Migraines, Dr. Haskell said. Мигрень - такой диагноз поставил доктор Хаскел.
All Junior knew was that they hurt like the end of the world, and bright light made them worse, especially when they were hatching. От боли этой голова просто разламывается, а яркий свет боль усиливает, особенно если она еще в зародыше.
Sometimes he thought of the ants he and Frank DeLesseps had burned up when they were just kids. Иной раз он думал о муравьях, которых, мальчишками, они жгли на пару с Френком Дилессепсом.
You used a magnifying glass and focused the sun on them as they crawled in and out of their hill. Берешь увеличительное стекло и фокусируешь луч на насекомых, когда те выползают из муравейника или вползают в него.
The result was fricasseed formicants. Результат - фрикасе из муравьев.
Only these days, when one of his headaches was hatching, his brain was the anthill and his eyes turned into twin magnifying glasses. А теперь, когда головная боль начинала усиливаться, сам его мозг будто становился муравейником, а глаза - двумя одинаковыми увеличительными стеклами.
He was twenty-one. Did he have this to look forward to until he was forty-five or so, when Dr. Haskell said they might let up? Ему только двадцать один, и так ему мучиться до сорока пяти, когда, по словам доктора Хаскела, мигрень наконец-то отпустит?
Maybe. Возможно.
But this morning a headache wasn't going to stop him. Но в то утро головная боль не могла остановить его.
The sight of Henry McCain's 4Runner or LaDonna McCain's Prius in the driveway might have; in that case he might've turned around, gone back to his own house, taken another Imitrex, and lain down in his bedroom with the shades drawn and a cool washcloth on his forehead. Внедорожник "фо-раннер" Генри Маккейна или "приус" Ладонны Маккейн на подъездной дорожке, возможно, остановили бы: в этом случае он скорее всего развернулся бы, потопал домой, принял еще одну капсулу имитрекса и улегся на кровати, задернув шторы и положив на лоб смоченную холодной водой тряпку.
Possibly feeling the pain start to diminish as the headache derailed, but probably not. Возможно, боль начала бы уходить, а может, и нет.
Once those black spiders really got a foothold- Стоило этим черным паукам уцепиться...
He looked up again, this time squinting his eyes against the hateful light, but the Seneca was gone, and even the buzz of its engine (also aggravating-all sounds were aggravating when he was getting one of these bitchkitties) was fading. Младший вновь посмотрел вверх, на сей раз сощурившись, приготовившись к встрече с ненавистным светом, но "сенека" уже улетел, и даже гудение двигателей (тоже раздражающее -все звуки раздражали, когда начинался очередной приступ)затихало.
Chuck Thompson with some flyboy or flygirl wannabe. Чак Томпсон с парнем или девицей, косящими под летчика.
And although Junior had nothing against Chuck-hardly knew him-he wished with sudden, childish ferocity that Chuck's pupil would fuck up bigtime and crash the plane. Младший не имел ничего против Чака Томпсона -едва его знал, - но ему вдруг с детской жестокостью захотелось, чтобы этот ученик Чака напортачил по-крупному и самолет рухнул на землю.
Preferably in the middle of his father's car dealership. Хорошо бы на отцовский автосалон.
Another sickish throb of pain twisted through his head, but he went up the steps to the McCains' door anyway. Вновь сильный, до тошноты, укол боли пронзил голову, но он все равно поднялся по ступенькам крыльца дома Маккейнов.
This had to be done. Потому что это следовало сделать.
This was over-fucking-due. Собственно, следовало давно.
Angie needed a lesson. Энджи нуждалась в уроке.
But just a little one. Но в уроке маленьком.
Don't let yourself get out of control. Не выходи из себя.
As if summoned, his mother's voice replied. И тут же он услышал голос матери, будто ее звали.
Her maddeningly complacent voice. Junior was always a bad-tempered boy, but he keeps it under much better control now. Сводящий с ума, самоуверенный голос: Младший всегда был вспыльчивым, но теперь он гораздо лучше умеет держать себя в руках.
Don't you, Junior? Ведь так, Младший?
Well. Да.
Gee. Конечно.
He had, anyway. Во всяком случае, умел .
Football had helped. Футбол помог.
But now there was no football. Но теперь футбола нет.
Now there wasn't even college. Теперь нет даже колледжа.
Instead, there were the headaches. Вместо них - головные боли.
And they made him feel like one mean motherfucker. И они превращали его в злобного зверя.
Don't let yourself get out of control. Не выходи из себя.
No. Нельзя, конечно.
But he would talk to her, headache or no headache. Но поговорить надо, болит у него голова или нет.
And, as the old saying was, he just might have to talk to her by hand. И возможно, с ней поговорит и его кулак.
Who knew? Как знать?
Making Angie feel worse might make him feel better. Если Энджи станет хуже, ему, пожалуй, полегчает.
Junior rang the bell. Младший нажал на кнопку звонка.
2 2
Angie McCain was just out of the shower. Энджи Маккейн только что вышла из душа.
She slipped on a robe, belted it, then wrapped a towel around her wet hair. Надела халат, перетянула пояском, накрутила полотенце на мокрую голову.
"Coming!" she called as she not-quite-trotted down the stairs to the first floor. "Иду!" - громко крикнула она, рысью сбегая по лестнице на первый этаж.
There was a little smile on her face. Губы изгибались в легкой улыбке.
It was Frankie, she was quite sure it must be Frankie. Это Френки; она практически не сомневалась, что это Френки.
Things were finally coming rightside up. Наконец-то все начинает налаживаться.
The bastardly short-order cook (good-looking but still a bastard) had either left town or was leaving, and her parents were out. А этот мерзкий повар блюд быстрого приготовления (красавчик, но все равно мерзкий) или уехал из города, или уезжает, и родителей дома нет.
Combine the two and you got a sign from God that things were coming rightside up. Соедините первое со вторым, и вы получите знак Божий о том, что все двинулось в правильном направлении.
She and Frankie could put all the crap in the rearview and get back together. Они с Френки смогут забыть все это дерьмо и вернуться друг к другу.
She knew exactly how to handle it: open the door and then open her robe. Она совершенно точно знала, как надо сделать: сначала распахнуть дверь, а потом халат.
Right there in the Saturday-morning daylight, where anybody passing might see her. Прямо сейчас, в ярком свете субботнего утра, когда ее мог увидеть любой прохожий.
She'd make sure it was Frankie first, of course-she had no intention of flashing fat old Mr. Wicker if he'd rung the bell with a package or a registered mail-but it was at least half an hour too early for the mail. Конечно, сначала надо убедиться, что это Френки, - она не собиралась вгонять в краску старого толстого мистера Уикера, если бы тот стоял под дверью, принеся посылку или заказное письмо, -но почту обычно приносили где-то через полчаса.
No, it was Frankie. Нет, это Френки.
She was sure. Никаких сомнений.
She opened the door, the little smile widening to a welcoming grin-perhaps not fortunate, since her teeth were rather crammed together and the size of jumbo Chiclets. Она открыла дверь, легкая улыбка сменилась приветственной широкой - может, и зря, поскольку зубы у Энджи налезали друг на друга, да и размерами соперничали с "Чиклетс".
One hand was on the tie of her robe. Одна рука легла на пояс.
But she didn't pull it. Но не развязала его.
Because it wasn't Frankie. It was Junior, and he looked so angry- Потому что пришел не Френки, а Младший, и выглядел он таким злобным ...
She had seen his black look before-many times, in fact-but never this black since eighth grade, when Junior broke the Dupree kid's arm. Злобным она видела его и раньше - чего там, много раз - но таким злобным только в восьмом классе, когда Младший сломал руку Дюпре.
The little fag had dared to swish his bubble-butt onto the town common basketball court and ask to play. Тот маленький гомик посмел припереться на городскую баскетбольную площадку и попроситься в игру.
And she supposed Junior must have had the same thunderstorm on his face that night in Dipper's parking lot, but of course she hadn't been there, she had only heard about it. И она полагала, что такие же громы и молнии метало лицо Младшего в ту ночь на парковке у "Дипперса", но, разумеется, Энджи там не было, она только об этом слышала.
Everybody in The Mill had heard about it. В Милле все об этом слышали.
She'd been called in to talk to Chief Perkins, that damn Barbie had been there, and eventually that had gotten out, too. Ее вызывали к чифу Перкинсу, и там сидел тот чертов Барби...
"Junior? - Младший?
Junior, what-" Младший, что?..
Then he slapped her, and thinking pretty much ceased. Тут он влепил ей оплеуху, и мыслительный процесс прервался.
3 3
He didn't get much into that first one, because he was still in the doorway and there wasn't much room to swing; he could only draw his arm back to half-cock. В первый раз ударил несильно, потому что стоял в дверях и не мог размахнуться; так что бил с полузамаха.
He might not have hit her at all (at least not to start with) had she not been flashing a grin-God, those teeth, they'd given him the creeps even in grammar school-and if she hadn't called him Junior. Мог и не бить вовсе, по крайней мере не начинать с этого, если б она не улыбнулась во весь рот -Господи, эти зубы, от их вида у него мурашки бежали по коже еще в начальной школе - и если б не назвала Младшим.
Of course everyone in town called him Junior, he thought of himself as Junior, but he hadn't realized how much he hated it, how much he hoped-to-die-in-a-maggot-pie hated it until he heard it come bolting out from between the spooky tombstone teeth of the bitch who had caused him so much trouble. Разумеется, в городе все звали его Младшим, он сам о себе думал как о Младшем, но не осознавал, как сильно ненавидит это прозвище, просто до смерти ненавидит, пока не услышал, как оно выскальзывает между пугающих, похожих на надгробия, зубов той сучки, что доставила ему так много неприятностей.
The sound of it went through his head like the sunglare when he'd looked up to see the plane. Озвученное, слово это пронзило его голову, точно солнечный свет, когда он хотел взглянуть на самолет.
But as slaps from half-cock go, this one wasn't bad. Но для оплеухи с полузамаха получилось неплохо.
She went stumbling backward against the newel post of the stairway and the towel flew off her hair. Энджи пятилась, пока не уперлась в стойку лестничных перил, и полотенце слетело с ее головы.
Wet brown snaggles hung around her cheeks, making her look like Medusa. Мокрые каштановые кудряшки зазмеились по щекам, придав ей сходство с горгоной Медузой.
The smile had been replaced by a look of stunned surprise, and Junior saw a trickle of blood running from the corner of her mouth. Улыбка сменилась изумлением, и Младший увидел струйку крови, побежавшую из уголка рта.
That was good. Хорошо.
That was fine. Прекрасно.
The bitch deserved to bleed for what she had done. Кровь сучке пущена по заслугам.
So much trouble, not just for him but for Frankie and Mel and Carter, too. Слишком много неприятностей она доставила. Не только ему, но и Френки, и Мелу, и Картеру.
His mother's voice in his head: Don't let yourself get out of control, honey. She was dead and still wouldn't stop giving advice. Teach her a lesson, but make it a little one. В голове зазвучал голос матери: Не выходи из себя, милый , она померла, но по-прежнему давала советы, урок ей не помешает, но только маленький .
And he really might have managed to do that, but then her robe came open and she was naked underneath it. И наверное, он смог бы ограничиться маленьким уроком, да только халат Энджи распахнулся, и выяснилось, что под ним она - голая.
He could see the dark patch of hair over her breeding-farm, her goddam itchy breeding-farm that was all the fucking trouble, when you got right down to it those farms were all the fucking trouble in the world, and his head was throbbing, thudding, whamming, smashing, splitting. Младший увидел островок темных волос на ее плодильной ферме, ее чертовой зудящей плодильной ферме, которая и была главной гребаной проблемой, и, если на то пошло, из-за этих ферм и возникали все гребаные проблемы этого мира, и боль пульсировала, стучала, бухала, громыхала, грозя развалить его голову.
It felt like it was going to go thermonuclear at any moment. В любой момент она могла взорваться, как термоядерная бомба.
A perfect little mushroom cloud would shoot out of each ear just before everything exploded above the neck, and Junior Rennie (who didn't know he had a brain tumor-wheezy old Dr. Haskell had never even considered the possibility, not in an otherwise healthy young man hardly out of his teens) went crazy. И тогда грибовидное облако вырвется из каждого уха, прежде чем взорвется все, что находилось выше шеи, и Ренни-младший сойдет с ума. (Он не знал, что у него опухоль мозга - страдающий одышкой, старый доктор Хаскел даже не рассматривал подобной возможности, не могло такого случиться у совершенно здорового в остальном молодого человека, едва перешагнувшего двадцатилетний рубеж.)
It wasn't a lucky morning for Claudette Sanders or Chuck Thompson; in point of fact, it wasn't a lucky morning for anyone in Chester's Mill. Это утро выдалось неудачным для Клодетт Сандерс и Чака Томпсона; можно сказать, оно выдалось неудачным для всех в Честерс-Милле.
But few were as unlucky as the ex-girlfriend of Frank DeLesseps. Но лишь некоторым не повезло до такой степени, как бывшей подружке Френка Дилессепса.
4 4
She did have two more semi-coherent thoughts as she leaned against the newel post and looked at his bulging eyes and the way he was biting his tongue-biting it so hard his teeth sunk into it. Две более или менее связные мысли мелькнули в голове Энджи, когда она привалилась к стойке лестничных перил, посмотрела в выпученные глаза Младшего, увидела, как он кусает язык -кусает так сильно, что зубы в нем утопают.
He's crazy. Он спятил.
I have to call the police before he really hurts me. Я должна позвонить в полицию, прежде чем он покалечит меня.
She turned to run down the front hall to the kitchen, where she would pull the handset off the wall phone, punch 911, and then just start screaming. Она повернулась, чтобы через коридор добраться до кухни, сдернуть трубку с настенного телефона, набрать 911, а потом кричать, кричать и кричать.
She got two steps, then stumbled on the towel she'd wrapped around her hair. Сделала два шага, зацепилась за свалившееся с головы полотенце.
She regained her balance quickly-she had been a cheerleader in high school and those skills hadn't left her-but it was still too late. На ногах удержалась - в старшей школе она входила в группу поддержки спортивных команд, так что хорошая координация осталась при ней, -но потерянные секунды дорого ей обошлись.
Her head snapped back and her feet flew out in front of her. Г олову рвануло назад, ноги ушли из-под нее вперед.
He had grabbed her by her hair. Младший схватил ее за волосы.
He yanked her against his body. Дернул, прижав к своему телу.
He was baking, as if with a high fever. Он весь горел, как при высокой температуре.
She could feel his heartbeat: quick-quick, running away with itself. Она почувствовала, как быстро-быстро стучит его сердце, словно убегая от него.
"You lying bitch!" he screamed directly into her ear. - Лживая сука! - проревел он ей в ухо.
It sent a spike of pain deep into her head. Крик острой болью пронзил ее голову.
She screamed herself, but the sound seemed faint and inconsequential compared to his. Она закричала сама, но в сравнении с ним тихо и робко.
Then his arms were wrapped around her waist and she was being propelled down the hall at a manic speed, nothing but her toes touching the carpet. Потом его руки обхватили талию Энджи, и ее потащило по коридору с невероятной скоростью, так что ковра касались только пальцы ног.
Something went through her mind about being the hood ornament on a runaway car, and then they were in the kitchen, which was filled with brilliant sunshine. В голове пронеслось, что она - фигурка на капоте бешено мчащегося автомобиля, а потом они оказались на кухне, залитой сверкающим солнечным светом.
Junior screamed again. Младший закричал вновь.
This time not with rage but pain. На этот раз не от ярости, а от боли.
5 5
The light was killing him, it was frying his howling brains, but he didn't let it stop him. Свет убивал, поджаривал вопящий от боли мозг, но Младший не позволил свету остановить его.
Too late for that now. He ran her straight into the Formica-topped kitchen table without slowing. Не снижая скорости, он протаранил девушкой кухонный стол с пластмассовым верхом.
It struck her in the stomach, then slid and slammed into the wall. Стол ударил Энджи в живот, заскользил по полу и врезался в стену.
The sugar bowl and the salt and pepper went flying. Сахарница, солонка и перечница слетели с него.
Her breath escaped her in a big woofing sound. Воздух разом вырвался из легких Энджи.
Holding her around the waist with one hand and by the wet snaggles of her hair with the other, Junior whirled her and threw her against the Coldspot. Одной рукой держа ее за талию, а другой схватившись за мокрые кудряшки, Младший развернул девушку и бросил на холодильник "Колдспот".
She struck it with a bang that knocked off most of the fridge magnets. Она врезалась в его дверцу с такой силой, что чуть ли не все магнитики холодильника посыпались на пол.
Her face was dazed and paper-pale. Упала и Энджи, лицо застыло, стало бумажно-белым.
Now she was bleeding from her nose as well as her lower lip. The blood was brilliant against her white skin. Теперь кровь шла не только из нижней губы, но и из носа, ярко выделяясь на белой коже.
He saw her eyes shift toward the butcher block filled with knives on the counter, and when she tried to rise, he brought his knee into the center of her face, hard. Младший увидел, как ее взгляд метнулся к стойке с ножами на разделочном столике, и, когда она попыталась встать, он ударил ее коленом в лицо, и сильно.
There was a muffled crunching sound, as if someone had dropped a big piece of china-a platter, maybe-in another room. Послышался глухой хруст, словно в соседней комнате уронили что-то большое и фарфоровое -скажем, блюдо.
It's what I should have done to Dale Barbara, he thought, and stepped back with the heels of his palms pressed against his throbbing temples. Вот как следовало врезать Дейлу Барбаре , подумал он и отступил назад, прижимая ладони к пульсирующим болью вискам.
Tears from his watering eyes spilled down his cheeks. Слезы наполнили глаза и покатились по щекам.
He had bitten his tongue badly-blood was streaming down his chin and pattering on the floor-but Junior wasn't aware of it. Он сильно прикусил язык, кровь потекла по подбородку и закапала на пол, но Младший этого не замечал.
The pain in his head was too intense. Слишком сильно болела голова.
Angie lay facedown among the fridge magnets. Энджи лежала лицом вниз на полу среди магнитов с холодильника.
The largest said WHAT GOES IN YOUR MOUTH TODAY SHOWS UP ON YOUR ASS TOMORROW. Надпись на самом большом гласила: "ЧТО СЕГОДНЯ ПОПАДЕТ В РОТ, ЗАВТРА ПОЯВИТСЯ В ЗАДНИЦЕ".
He thought she was out, but all at once she began to shiver all over. Младший подумал, что Энджи отключилась, но тут ее всю начало трясти.
Her fingers trembled as if she were preparing to play something complex on the piano. (Only instrument this bitch ever played is the skinflute, he thought.) Then her legs began to crash up and down, and her arms followed suit. Пальцы дрожали, точно она готовилась сыграть что-то сложное на пианино. Энджи заколотила ногами об пол, так же повели себя и руки.
Now Angie looked like she was trying to swim away from him. Она будто собиралась от него уплыть.
She was having a goddam seizure. У нее начался припадок.
"Stop it!" he shouted. Then, as she voided herself: - Прекрати! - закричал он, но ничего не изменилось.
"Stop it! - Прекрати!
Stop doing that, you bitch!" Прекрати это делать, сука!
He dropped on his knees, one on each side of her head, which was now bobbing up and down. Младший упал на колени, ее дергающаяся голова оказалась между ними.
Her forehead repeatedly smacked the tile, like one of those camel jockeys saluting Allah. Лоб снова и снова стукался об пол, как у погонщика верблюдов, отбивающего поклоны Аллаху.
"Stop it! - Прекрати!
Fucking stop it!" Прекрати, твою мать!
She began to make a growling noise. Энджи зарычала.
It was surprisingly loud. На удивление громко.
Christ, what if someone heard her? Господи, а если кто-то услышит ее?
What if he got caught here? Если его здесь накроют?
This wouldn't be like explaining to his father why he'd left school (a thing Junior had not as yet been able to bring himself to do). Это тебе не объяснение с отцом, почему ты бросил колледж (о чем Младший пока умалчивал).
This time it would be worse than having his monthly allowance cut by seventy-five percent because of that goddam fight with the cook-the fight this useless bitch had instigated. На сей раз дело не ограничилось бы четырехкратным урезанием денег, обычно выдаваемых на месяц, как за драку с поваром (а спровоцировала ее эта никчемная сука Энджи).
This time Big Jim Rennie wouldn't be able to talk Chief Perkins and the local fuzznuts around. На сей раз Большой Джим Ренни не сможет уговорить чифа Перкинса и местных легавых.
This could be- На сей раз...
A picture of Shawshank State Prison's brooding green walls suddenly popped into his mind. Перед его мысленным взором внезапно появились мрачно-зеленые стены Шоушенка, тюрьмы штата.
He couldn't go there, he had his whole life ahead of him. Не хотел бы он туда попасть, перед ним лежала целая жизнь.
But he would. Но ведь мог.
Even if he shut her up now, he would. Даже если б сейчас заткнул ей рот, все равно мог.
Because she'd talk later. Потому что позже она заговорит.
And her face-which looked a lot worse than Barbie's had after the fight in the parking lot-would talk for her. И ее лицо - выглядело оно гораздо хуже, чем лицо Барби после той драки на парковке - заговорит тоже.
Unless he shut her up completely. Если только не заставить Энджи замолчать навсегда.
Junior seized her by the hair and helped her wham her head against the tiles. He was hoping it would knock her out so he could finish doing... well, whatever... but the seizure only intensified. Младший схватил девушку за волосы и помог биться лбом о керамические плитки пола в надежде, что она лишится чувств. И тогда он сможет закончить... ну, понятно что ... Но припадок только усилился.
She began beating her feet against the Coldspot, and the rest of the magnets came down in a shower. Она начала лупить ногами по "Колдспоту", и оставшиеся на дверце магниты дождем посыпались вниз.
He let go of her hair and seized her by the throat. Он отпустил волосы девушки и сжал ей горло.
Said, Сказал:
"I'm sorry, Ange, it wasn't supposed to happen like this." - Сожалею, Энджи, не думал, что так выйдет.
But he wasn't sorry. Но он не сожалел.
He was only scared and in pain and convinced that her struggles in this horribly bright kitchen would never end. Только чуть ли не выл от головной боли и боялся, что ее конвульсии в ярко освещенной кухне никогда не закончатся.
His fingers were already getting tired. Его пальцы начали уставать.
Who knew it was so hard to choke a person? Кто бы мог предположить, что это такая тяжелая работа - задушить человека?
Somewhere, far off to the south, there was a boom. Где-то далеко-далеко на юге что-то грохнуло.
As if someone had fired a very large gun. Будто кто-то выстрелил из очень большой пушки.
Junior paid no attention. Младший не обратил на это внимания.
What Junior did was redouble his grip, and at last Angie's struggles began to weaken. Он усилил хватку, и наконец Энджи начала затихать.
Somewhere much closer by-in the house, on this floor-a low chiming began. Где-то гораздо ближе - в доме, на этом этаже -раздалось тихое позвякивание.
He looked up, eyes wide, at first sure it was the doorbell. Он вскинул голову, широко раскрыв глаза, в полной уверенности, что позвонили в дверь.
Someone had heard the ruckus and the cops were here. Кто-то услышал шум и вызвал полицию.
His head was exploding, it felt like he had sprained all his fingers, and it had all been for nothing. Г олова разламывалась, он чувствовал, что растянул все пальцы, и выходило, что зря.
A terrible picture flitted through his mind: Junior Rennie being escorted into the Castle County courthouse for arraignment with some cop's sportcoat over his head. Младший ясно представил: его везут в суд округа Касл для предъявления обвинения, голова накрыта пиджаком какого-то копа.
Then he recognized the sound. И тут Младший узнал этот звук.
It was the same chiming his own computer made when the electricity went out and it had to switch over to battery power. Точно так же, когда отрубали свет, позвякивал его компьютер, переключаясь на аккумуляторную батарею.
Bing... Bing... Bing... Бинг... Бинг... Бинг...
Room service, send me up a room, he thought, and went on choking. Бюро обслуживания номеров, пришлите мне в номер , пронеслось у него в голове, и он продолжил душить Энджи.
She was still now but he kept at it for another minute with his head turned to one side, trying to avoid the smell of her shit. Теперь она лежала недвижно, но Младший не разжимал рук еще минуту, отвернув голову, чтобы не нюхать ее дерьмо.
How like her to leave such a nasty going-away present! Как это на нее похоже - выдать напоследок такой отвратительный подарочек!
How like them all! Как это похоже на них всех!
Women! Женщины!
Women and their breeding-farms! Женщины и их плодильные фермы!
Nothing but anthills covered with hair! Те же муравейники, покрытые волосами!
And they said men were the problem! А еще говорят, что все проблемы от мужчин !
6 6
He was standing over her bloody, beshitted, and undoubtedly dead body, wondering what to do next, when there was another distant boom from the south. Он стоял над ее окровавленным, обосранным, безусловно мертвым телом, гадая, что делать дальше, когда далеко на юге вновь что-то грохнуло.
Not a gun; much too big. Не похожее на выстрел - что-то побольше.
An explosion. Взрыв.
Maybe Chuck Thompson's fancy little airplane had crashed after all. Может, красивый маленький самолетик Чака Томпсона все-таки разбился?
It wasn't impossible; on a day when you set out just to shout at someone-read them the riot act a little, no more than that-and she ended up making you kill her, anything was possible. Такое возможно. В день, когда ты собираешься просто накричать на девицу, - сделать внушение, ничего больше, - а она сама напрашивается на убийство, возможно все.
A police siren started yowling. Завыла полицейская сирена.
Junior was sure it was for him. Младший не сомневался, что едут за ним.
Someone had looked in the window and seen him choking her. Кто-то заглянул в окно и увидел, как он ее душит.
It galvanized him into action. Мысль эта его подстегнула.
He started down the hall to the front door, got as far as the towel he'd knocked off her hair with that first slap, then stopped. По коридору Младший направился к парадной двери, добрался до полотенца, которое сшиб с головы Энджи первой оплеухой, остановился.
They'd come that way, that was just the way they'd come. Копы же приедут этим путем, именно этим.
Pull up out front, those bright new LED flashers sending arrows of pain into the squalling meat of his poor brain- Встанут перед домом, их новенькие светодиодные мигалки вонзят стрелы боли в визжащую мякоть его несчастного мозга...
He turned around and ran back to the kitchen. Младший развернулся, побежал обратно на кухню.
He looked down before stepping over Angie's body, he couldn't help it. Посмотрел вниз, прежде чем переступить через тело Энджи, не смог не посмотреть.
In first grade, he and Frank had sometimes pulled her braids and she would stick her tongue out at them and cross her eyes. В первом классе он и Френк иногда дергали ее за косички, а она показывала им язык и собирала глаза в кучку.
Now her eyes bulged from their sockets like ancient marbles and her mouth was full of blood. Теперь ее глаза вылезли из орбит, как у древних мраморных статуй, а рот заполняла кровь.
Did I do that? Это сделал я?
Did I really? Неужто я?
Yes. Да.
He had. Он.
And even that single fleeting look was enough to explain why. И даже одного мимолетного взгляда хватило, чтобы объяснить почему.
Her fucking teeth. Ее гребаные зубы.
Those humungous choppers. Эти чудовищные зубищи.
A second siren joined the first, then a third. Вторая сирена присоединилась к первой, потом третья.
But they were going away. Но они удалялись.
Thank Christ, they were going away. Слава Иисусу, они удалялись.
They were heading south down Main Street, toward those booming sounds. Патрульные машины мчались по Г лавной улице в ту сторону, откуда донеслись взрывы.
Nevertheless, Junior did not slow down. Больше задерживаться в доме Младший не стал.
He skulked across the McCains' backyard, unaware that he would have screamed guilt about something to anyone who happened to be watching (no one was). Прокрался через двор Маккейнов, не отдавая себе отчета, что любой, кто случайно увидел бы его (никто не увидел), сразу вынес бы вердикт: виновен.
Beyond LaDonna's tomato plants was a high board fence and a gate. За томатными грядками Ладонны высился дощатый забор.
There was a padlock, but it was hanging open on the hasp. В принципе калитка запиралась на замок, но и на этот раз он висел на засове открытым.
In his years of growing up and sometimes hanging out here, Junior had never seen it closed. В детстве и юности Младшему иногда доводилось бывать здесь, и ни разу он не видел, чтобы калитку запирали.
He opened the gate. Младший ее распахнул.
Beyond were scrub woods and a path leading down to the muted babble of Prestile Stream. К забору подступали заросли кустарника и низкорослых деревьев, через которые тропинка вела к реке Престил-Стрим.
Once, when he was thirteen, Junior had spied Frank and Angie standing on that path and kissing, her arms around his neck, his hand cupping her breast, and understood that childhood was almost over. Однажды, в тринадцать лет, Младший подсмотрел, как Френк и Энджи стояли на этой тропинке и целовались. Ее руки обвивали его шею, его пальцы тискали ее грудь, и Младший осознал, что детство закончилось.
He leaned down and vomited into the running water. Он наклонился и блеванул в бегущую воду.
The sun-dapples on the water were malicious, awful. Злобные солнечные блики на ее поверхности просто убивали.
Then his vision cleared enough so he could see the Peace Bridge to his right. Потом, когда его зрение прояснилось, Младший взглянул направо, на мост Мира.
The fisherboys were gone, but as he looked, a pair of police cars raced down Town Common Hill. Рыбачившие мальчишки ушли, два патрульных автомобиля мчались вниз с холма городской площади.
The town whistle went off. Загудела городская сирена.
The Town Hall generator had kicked on just as it was supposed to during a power failure, allowing the whistle to broadcast its high-decibel disaster message. Г енератор, установленный в здании муниципалитета, включился, как ему и полагалось при прекращении централизованной подачи электроэнергии, и сирена громкими децибелами сообщала всем о постигшей беде.
Junior moaned and covered his ears. Младший застонал и закрыл уши руками.
The Peace Bridge was really just a covered pedestrian walkway, now ramshackle and sagging. Мост Мира представлял собой крытый пешеходный мостик, теперь обветшавший и провисший.
Its actual name was the Alvin Chester Pass-Through, but it had become the Peace Bridge in 1969, when some kids (at the time there had been rumors in town about which ones) had painted a big blue peace sign on the side. На самом деле он назывался Переходом Элвина Честера, но стал мостом Мира в 1969 году, когда какие-то мальчишки (в те времена по городу ходило много слухов о том, кто именно) нарисовали на нем большую синюю "голубиную лапку" - символ мира.
It was still there, although now faded to a ghost. Она и теперь оставалась на прежнем месте, только практически выцвела.
For the last ten years Peace Bridge had been condemned. Мост Мира уже десять лет как закрыли.
Police DO NOT CROSS tape Xed both ends, but of course it was still used. Полицейские ленты с надписями "ПРОХОД ЗАПРЕЩЕН" крест-накрест перегораживали его с обоих концов, но, разумеется, по нему продолжали ходить.
Two or three nights a week, members of Chief Perkins's Fuzznuts Brigade would shine their lights in there, always at one end or the other, never both. Два или три вечера в неделю шайка легавых чифа Перкинса освещала мост фарами своих автомобилей, всегда с одной или другой стороны, никогда - с обеих сразу.
They didn't want to bust the kids who were drinking and necking, just scare them away. Они не хотели забирать в участок молодняк -выпивавших или обнимавшихся на мосту, ограничивались тем, чтобы шугануть их.
Every year at town meeting, someone would move that Peace Bridge be demolished and someone else would move that it be renovated, and both motions would be tabled. Каждый год на городском собрании кто-то вносил предложение о сносе моста Мира, а потом кто-то вносил предложение о его реставрации, и оба предложения оставляли для дальнейшего обсуждения.
The town had its own secret will, it seemed, and that secret will wanted the Peace Bridge to stay just as it was. Создавалось впечатление, что в городе сложился тайный консенсус, который заключался в следующем: мост Мира должен оставаться таким, какой он есть.
Today, Junior Rennie was glad of that. Сегодня Ренни-младшего это только радовало.
He shambled along the Prestile's northern bank until he was beneath the bridge-the police sirens now fading, the town whistle yelling as loud as ever-and climbed up to Strout Lane. Пошатываясь, он брел по северному берегу Престил-Стрим, пока не оказался под мостом -полицейские сирены затихали, городская ревела так же громко, - а потом поднялся на Страут-лейн.
He looked both ways, then trotted past the sign reading DEAD END, BRIDGE CLOSED. He ducked under the crisscross of yellow tape, into the shadows. Посмотрел в обе стороны, быстро прошел мимо щита с надписью "ТУПИК. МОСТ ЗАКРЫТ", поднырнул под скрещенные желтые ленты и юркнул в тень, под навес моста.
The sun shone through the holey roof, dropping dimes of light on the worn wooden boards underfoot, but after the blaze of that kitchen from hell, it was blessedly dark. Солнце просвечивало сквозь дырявую крышу, разбрасывая монеты света по истертым деревянным доскам настила, но - после ослепительного ада той кухни - здесь царила блаженная темнота.
Pigeons sweettalked in the roofbeams. Голуби ворковали на стропильных балках.
Beer cans and Allen's Coffee Flavored Brandy bottles were scattered along the wooden sides. У дощатых стенок валялись пивные банки и бутылки из-под алленовского бренди с кофейным вкусом.
I will never get away with this. Сухим из воды мне не выйти.
I don't know if I left any of me under her nails, can't remember if she got me or not, but my blood's there. Я не знаю, осталась ли у нее под ногтями моя кожа, не могу вспомнить, оцарапала она меня или нет, но моя кровь там точно есть.
And my fingerprints. И мои отпечатки пальцев.
I only have two choices, really: run or turn myself in. Вариантов у меня только два: сбежать или прийти с повинной.
No, there was a third. Нет, был и третий.
He could kill himself. Он мог покончить с собой.
He had to get home. Но сначала надо добраться до дома.
Had to draw all the curtains in his room and turn it into a cave. Затянуть шторы в спальне. Превратить ее в пещеру.
Take another Imitrex, lie down, maybe sleep a little. Принять еще капсулу имитрекса, лечь, может, немного поспать.
Then he might be able to think. Потом, возможно, он вновь обретет способность думать.
And if they came for him while he was asleep? А если за ним придут, когда он будет спать?
Why, that would save him the problem of choosing between Door #1, Door #2, or Door #3. Ну что же, это избавит его от необходимости выбирать между вариантом № 1, вариантом № 2 и вариантом № 3.
Junior crossed the town common. Младший пересек городскую площадь.
When someone-some old guy he only vaguely recognized-grabbed his arm and said, Когда кто-то - какой-то старик, которого он смутно помнил - схватил его за руку и спросил:
"What happened, Junior? "Что случилось?
What's going on?" Junior only shook his head, brushed the old man's hand away, and kept going. Что происходит?" - Младший лишь покачал головой, освободил руку и пошел дальше.
Behind him, the town whistle whooped like the end of the world. За его спиной городская сирена выла, как при конце света.
HIGHWAYS AND BYWAYS Большаки и проселки
1 1
There was a weekly newspaper in Chester's Mill called the Democrat. В Честерс-Милле выходила еженедельная газета, которая называлась "Демократ".
Which was misinformation, since ownership and management-both hats worn by the formidable Julia Shumway-was Republican to the core. В названии крылась дезинформация, потому что грозная Джулия Шамуэй - издатель и редактор газеты - была закоренелой республиканкой.
The masthead looked like this: Шапка газеты выглядела следующим образом:
THE CHESTER'S MILL DEMOCRAT ЧЕСТЕРС-МИЛЛ ДЕМОКРАТ
Est. 1890 Изд. с 1890 г.
Serving "The Little Town That Looks Like A Boot!" Служит "маленькому городку, напоминающему башмак"!
But the motto was misinformation, too. Но и в девизе не обошлось без дезинформации.
Chester's Mill didn't look like a boot; it looked like a kid's athletic sock so filthy it was able to stand up on its own. Честерс-Милл не напоминал башмак. Куда больше он походил на спортивный носок, такой грязный, что мог стоять сам по себе.
Although touched by the much larger and more prosperous Castle Rock to the southwest (the heel of the sock), The Mill was actually surrounded by four towns larger in area but smaller in population: Motton, to the south and southeast; Harlow to the east and northeast; the unincorporated TR-90 to the north; and Tarker's Mills to the west. Почти соприкасающийся на юго-западе с более крупным и процветающим Касл-Роком (пятка носка), Милл находился в окружении четырех административных единиц, б?льших по площади, но меньших по численности населения. Город Моттон подступал с юга и юго-востока, Харлоу -с востока и северо-востока, на севере находилась территория Ти-Эр-90, еще не получившая статуса города, на западе - Таркерс-Миллс.
Chester's and Tarker's were sometimes known as the Twin Mills, and between them-in the days when central and western Maine textile mills were running full bore-had turned Prestile Stream into a polluted and fishless sump that changed color almost daily and according to location. Честерс и Таркерс в свое время звались фабриками-близнецами, и на пару - когда текстильные предприятия Центрального и Западного Мэна работали на полную мощность -превратили Престил-Стрим в загаженную и лишенную рыбы сточную канаву, вода в которой меняла цвет каждодневно и в зависимости от места.
In those days you could start out by canoe in Tarker's running on green water, and be on bright yellow by the time you crossed out of Chester's Mill and into Motton. В те дни человек мог спустить каноэ на зеленую воду в Таркерсе, и она стала бы ярко-желтой, пересеки он границу между Честерс-Миллом и Моттоном.
Plus, if your canoe was made of wood, the paint might be gone below the waterline. Кроме того, краска на каноэ ниже ватерлинии скорее всего облезла бы.
But the last of those profitable pollution factories had closed in 1979. Но последнюю из этих прибыльных и загрязняющих окружающую среду фабрик закрыли в 1979 году.
The weird colors had left the Prestile and the fish had returned, although whether or not they were fit for human consumption remained a matter of debate. (The Democrat voted "Aye!") Вода в Престил-Стрим обрела обычный цвет. В реке вновь появилась рыба, но вопрос о том, годится она человеку в пищу или нет, остается открытым ("Демократ" голосовал "за").
The town's population was seasonal. Численность населения Честерс-Милла менялась в зависимости от сезона.
Between Memorial Day and Labor Day, it was close to fifteen thousand. The rest of the year it was just a tad over or under two, depending on the balance of births and deaths at Catherine Russell, which was considered to be the best hospital north of Lewiston. Между Днем поминовения и Днем труда приближалась к пятнадцати тысячам, в остальное время колебалась около двух, в зависимости от соотношения умерших и родившихся в "Кэтрин Рассел", больнице, считавшейся лучшей к северу от Льюистона.
If you asked the summer people how many roads led in and out of The Mill, most would say there were two: Route 117, which led to Norway-South Paris, and Route 119, which went through downtown Castle Rock on its way to Lewiston. Если бы вы спросили людей, приезжавших в Честерс-Милл на лето, сколько дорог ведет в город, большинство ответило бы, что две: шоссе номер 117, которое уходило к Норуэю и Саут-Пэришу, и шоссе номер 119, пересекавшее центр Касл-Рока по пути к Льюистону.
Residents of ten years or so could have named at least eight more, all twolane blacktop, from the Black Ridge and Deep Cut Roads that went into Harlow, to the Pretty Valley Road (yes, just as pretty as its name) that wound north into TR-90. Те, кто прожил в городе лет десять, смогли бы назвать как минимум на восемь больше, все двухполосные, с твердым покрытием, от Блэк-Ридж-роуд и Дип-Кат-роуд, которые вели в Харлоу, до Претти-Вэли-роуд (да, такой же прелестной, как и название), уходившей на север, в Ти-Эр-90.
Residents of thirty years or more, if given time to mull it over (perhaps in the back room of Brownie's Store, where there was still a woodstove), could have named another dozen, with names both sacred (God Creek Road) and profane (Little Bitch Road, noted on local survey maps with nothing but a number). Старожилы, отдавшие городу тридцать лет и более, если дать им время подумать (возможно, в подсобке "Магазина Брауна", где еще стояла дровяная печь), назвали бы еще десяток, с разными названиями, от богоугодной (Год-Крик-роуд) до вульгарной (Литл-Битч-роуд), на городских картах помеченных только номерами.
The oldest resident of Chester's Mill on what came to be known as Dome Day was Clayton Brassey. Самым старым жителем Честерс-Милла на тот день, когда появился Купол (его так и назвали -День Купола), являлся Клайтон Брэсси.
He was also the oldest resident of Castle County, and thus holder of the Boston Post Cane. Он был также старейшим жителем округа Касл, а потому обладателем трости "Бостон пост".
Unfortunately, he no longer knew what a Boston Post Cane was, or even precisely who he was. К сожалению, Клайтон уже не помнил, что такое трость "Бостон пост", и достаточно смутно представлял себе, кто он такой.
He sometimes mistook his great-great-granddaughter Nell for his wife, who was forty years dead, and the Democrat had stopped doing its yearly "oldest resident" interview with him three years previous. (On the last occasion, when asked for the secret of his longevity, Clayton had responded, Иногда принимал свою праправнучку Нелл за жену, умершую сорока годами раньше, и репортеры "Демократа" уже три года как перестали общаться со "старейшим жителем города" (во время последнего интервью на вопрос, в чем секрет его долголетия, Клайтон ответил:
"Where's my Christing dinner?") Senility had begun to creep up shortly after his hundredth birthday; on this October twenty-first, he was a hundred and five. "Где мой Христовый обед?"). В старческий маразм он начал впадать после своего сотого дня рождения, двадцать первого октября ему пошел сто шестой год.
He had once been a fine finish carpenter specializing in dressers, banisters, and moldings. Когда-то Клайтон был прекрасным краснодеревщиком, специализировавшимся на комодах, лестничных перилах, декоративных накладках.
His specialties in these latter days included eating Jell-O pudding without getting it up his nose and occasionally making it to the toilet before releasing half a dozen blood-streaked pebbles into the commode. В последнее время его достижения заключались в другом: съесть пудинг "Джелл-О", не забив им нос, и изредка добраться до унитаза, по пути не уронив в штаны с десяток замаранных кровью катышков.
But in his prime-around the age of eighty-five, say-he could have named almost all the roads leading in and out of Chester's Mill, and the total would have been thirty-four. Но в расцвете сил и в здравом уме - скажем, в восемьдесят пять лет - он назвал бы все дороги, ведущие в Честерс-Милл и из него, а общее их число равнялось тридцати четырем.
Most were dirt, many were forgotten, and almost all of the forgotten ones wound through deep tangles of second-growth forest owned by Diamond Match, Continental Paper Company, and American Timber. Большинство были фунтовыми, про многие уже забыли, и практически все забытые дороги вились через густой молодой лес, поднявшийся на вырубках, принадлежащих компаниям "Даймонд мэтч", "Континентал пейпер компани" и "Американ тимбер".
And shortly before noon on Dome Day, every one of them snapped closed. Незадолго до полудня двадцать первого октября все дороги в мгновение ока перекрыло.
2 2
On most of these roads, there was nothing so spectacular as the explosion of the Seneca V and the ensuing pulp-truck disaster, but there was trouble. На большинстве из этих дорог не произошло ничего такого выдающегося вроде взрыва "Сенеки-V" или последующей трагедии с лесовозом, но кое-какие неприятности случились.
Of course there was. Не могли не случиться.
If the equivalent of an invisible stone wall suddenly goes up around an entire town, there is bound to be trouble. Невозможно обойтись без мелких неприятностей, если вокруг города внезапно возникает нечто, сравнимое с невидимой каменной стеной.
At the exact same moment the woodchuck fell in two pieces, a scarecrow did the same in Eddie Chalmers's pumpkin field, not far from Pretty Valley Road. В тот самый момент, когда сурка разрезало на две части, его судьбу повторило пугало, которое стояло на тыквенном поле Эдди Чалмерса, недалеко от Претти-Вэли-роуд.
The scarecrow stood directly on the town line dividing The Mill from TR-90. Пугало стояло точно на административной границе между Миллом и Ти-Эр-90.
Its divided stance had always amused Eddie, who called his bird-frightener the Scarecrow Without A Country-Mr. SWAC for short. Двойственность его положения всегда забавляла Эдди, и он прозвал своего распугивателя птиц Пугалом без определенного места жительства, или попросту мистером Бомжом.
Half of Mr. SWAC fell in The Mill; the other half fell "on the TR," as the locals would have put it. Половина мистера Бомжа упала в Милл, вторая - в Ти-Эр, как называли местные эту территорию.
Seconds later, a flight of crows bound for Eddie's pumpkins (the crows had never been afraid of Mr. SWAC) struck something where nothing had ever been before. Несколькими секундами позже вороны, стая которых направлялась к тыквам Эдди (ворон мистер Бомж совершенно не пугал), ударились обо что-то такое, чего раньше там не было.
Most broke their necks and fell in black clumps on Pretty Valley Road and the fields on both sides. Большинство сломали шеи и черными комками попадали на Претти-Вэли-роуд и на поля по обе ее стороны.
Birds everywhere, on both sides of the Dome, crashed and fell dead; their bodies would be one of the ways the new barrier was eventually delineated. Собственно, птицы везде, внутри Купола и снаружи, бились об него и падали мертвыми; их тела стали одним из способов определения местоположения этой новой преграды.
On God Creek Road, Bob Roux had been digging potatoes. Боб Ру копал картофель возле Год-Крик-роуд.
He came in for lunch (more commonly known as "dinnah" in those parts), sitting astride his old Deere tractor and listening to his brand new iPod, a gift from his wife on what would prove to be his final birthday. Он возвращался домой на ленч (в тех местах его обычно называют обедом), сидя на стареньком тракторе "дир" и слушая новехонький айпод, подарок жены на его, как выяснилось, последний день рождения.
His house was only half a mile from the field he'd been digging, but unfortunately for him, the field was in Motton and the house was in Chester's Mill. Дом Боба находился в какой-то полумиле от поля, где он копал картофель, но, к несчастью для него, поле было в Моттоне, а дом - в Честерс-Милле.
He struck the barrier at fifteen miles an hour, while listening to James Blunt sing Трактор врезался в барьер на скорости пятнадцать миль в час. Боб в это время слушал песню Джеймса Бланта
"You're Beautiful." "Ты прекрасна".
He had the loosest of grips on the tractor's steering wheel, because he could see the road all the way to his house and there was nothing on it. За руль он, можно сказать, и не держался, видел, что дорога пустынна до самого его дома.
So when his tractor came to a smash-halt, the potato-digger rising up behind and then crashing back down, Bob was flung forward over the engine block and directly into the Dome. Поэтому, когда трактор резко остановился, наткнувшись на преграду, картофелекопалка, которую он тащил за собой, подпрыгнула, а потом грохнулась вниз. Боб перелетел через двигательный отсек трактора и врезался в Купол.
His iPod exploded in the wide front pocket of his bib overalls, but he never felt it. Айпод взорвался в широком нагрудном кармане его комбинезона, но Боб этого уже не почувствовал.
He broke his neck and fractured his skull on the nothing he collided with and died in the dirt shortly thereafter, by one tall wheel of his tractor, which was still idling. Он сломал шею и раздробил череп о ничто, с которым столкнулся, и вскоре умер на земле около одного из высоких колес его трактора, которое продолжало вращаться.
Nothing, you know, runs like a Deere. Сами знаете, ничто не работает так долго, как "дир".
3 3
At no point did the Motton Road actually run through Motton; it ran just inside the Chester's Mill town line. Моттон-роуд на самом деле границу Моттона нигде не пересекала, целиком и полностью находилась в пределах Честерс-Милла.
Here were new residential homes, in an area that had been called Eastchester since 1975 or so. Рядом с ней построили новый жилой район, который где-то с 1975 года начали называть Истчестером.
The owners were thirty- and fortysomethings who commuted to Lewiston-Auburn, where they worked for good wages, mostly in white-collar jobs. Принадлежали эти дома в основном тридцати- и сорокалетним, которые по будням мотались в Льюистон-Обурн, где получали хорошие деньги, занимая беловоротничковые должности.
All of these homes were in The Mill, but many of their backyards were in Motton. Все эти дома стояли в Милле, но у многих дворы захватывали и часть территории Моттона.
This was the case with Jack and Myra Evans's home at 379 Motton Road. В частности, вышесказанное относилось и к участку Джека и Майры Эванс, проживавших по адресу 379, Моттон-роуд.
Myra had a vegetable garden behind their house, and although most of the goodies had been harvested, there were still a few fat Blue Hubbard squashes beyond the remaining (and badly rotted) pumpkins. Майра разбила за домом огород, и хотя уже собрала практически весь урожай, на грядке еще остались несколько увесистых кабачков "голубой хаббард", которые лежали за парой сгнивших тыкв.
She was reaching for one of these when the Dome came down, and although her knees were in Chester's Mill, she happened to be reaching for a Blue Hubbard that was growing a foot or so across the Motton line. Майра тянулась к одному из кабачков в тот самый момент, когда опустился Купол, и, хотя колени ее оставались в Честерс-Милле, кабачок лежал уже в Моттоне, примерно в футе от административной границы.
She didn't cry out, because there was no pain-not at first. Она не закричала, потому что боли не почувствовала - во всяком случае, сначала.
It was too quick and sharp and clean for that. Кисть срезало очень уж резко и чисто.
Jack Evans was in the kitchen, whipping eggs for a noontime frittata. LCD Soundsystem was playing-"North American Scum"-and Jack was singing along when a small voice spoke his name from behind him. He didn't at first recognize the voice as belonging to his wife of fourteen years; it sounded like the voice of a child. Джек Эванс на кухне сбивал яйца для полуденного омлета. Играла "Эл-си-ди саундсистем" - трек "Североамериканская пена", -и Джек подпевал. Когда услышал тихий голос, произнесший его имя у него за спиной, в первое мгновение и не понял, что это голос жены, с которой он прожил четырнадцать лет.
But when he turned he saw it was indeed Myra. Но, обернувшись, увидел, что звала действительно Майра.
She was standing inside the doorway, holding her right arm across her middle. Она стояла, переступив порог кухни и прижимая правую руку к телу.
She had tracked mud onto the floor, which was very unlike her. На полу за ней тянулся земляной след, чего раньше никогда не бывало.
Usually she took her garden shoes off on the stoop. Обувь, в которой она работала в огороде, Майра обязательно оставляла на крыльце.
Her left hand, clad in a filthy gardening glove, was cradling her right hand, and red stuff was running through the muddy fingers. Ее левая рука в грязной садовой перчатке зажимала правую руку, и что-то красное текло сквозь грязные пальцы.
At first he thought Cranberry juice, but only for a second. It was blood. Сначала ему показалось, что это клюквенный сок, но только на секунду: Джек понял, что это кровь.
Jack dropped the bowl he'd been holding. Выронил стеклянную миску, которую держал в руках.
It shattered on the floor. Она разбилась об пол.
Myra said his name again in that same tiny, trembling childvoice. Майра вновь произнесла его имя, тем же тихим, дрожащим, детским голоском.
"What happened? - Что случилось?
Myra, what happened to you?" Майра, что с тобой?
"I had an accident," she said, and showed him her right hand. - У меня беда. - Она показала правую руку.
Only there was no muddy right gardening glove to match the left one, and no right hand. Только грязная садовая перчатка, такая же, как на левой руке, отсутствовала. Как и правая кисть.
Only a spouting stump. Рука заканчивалась фонтанирующим обрубком.
She gave him a weak smile and said "Whoops." Она чуть улыбнулась и выдохнула: - Ох!
Her eyes rolled up to whites. - Затем ее глаза закатились.
The crotch of her gardening jeans darkened as her urine let go. Промежность джинсов, в которых она работала в саду, потемнела от полившейся мочи.
Then her knees also let go and she went down. Колени подогнулись, она упала.
The blood gushing from her raw wrist-an anatomy lesson cutaway-mixed with the eggy batter splattered across the floor. Кровь продолжала хлестать из обрубка - по срезу студенты могли изучать анатомию, - смешиваясь на полу с яичной массой, которую Джек сбивал в миске.
When Jack dropped to his knees beside her, a shard from the bowl jabbed deep into his knee. Когда он упал на колени рядом с женой, осколок миски глубоко вонзился ему в колено.
He hardly noticed, although he would limp on that leg for the rest of his life. Джек этого даже не заметил, хотя остался хромым на всю оставшуюся жизнь.
He seized her arm and squeezed. Он схватил руку жены и сжал предплечье.
The terrible bloodgush from her wrist slowed but didn't stop. Поток крови сбавил напор, но не прекратился.
He tore his belt free of its loops and noosed it around her lower forearm. Джек вырвал брючный ремень из петель и затянул на предплечье Майры.
That did the job, but he couldn't notch the belt tight; the loop was far beyond the buckle. Кровотечение остановилось, но он не мог закрепить ремень: дырочки под такой маленький диаметр не было.
"Christ," he told the empty kitchen. - Господи, - сказал он пустой кухне.
"Christ." - Господи!
It was darker than it had been, he realized. Только тут обратил внимание, что на кухне потемнело.
The power had gone out. Отключилось электричество.
He could hear the computer in the study chiming its distress call. LCD Soundsystem was okay, because the little boombox on the counter was battery-powered. Из кабинета донеслось позвякивание: компьютер подавал сигнал бедствия. "Эл-си-ди саундсистем" продолжала играть, потому что маленький проигрыватель работал на батарейках.
Not that Jack cared any longer; he'd lost his taste for techno. Впрочем, Джека это не волновало: он потерял вкус к техно.
So much blood. So much. Как много крови, как много.
Questions about how she'd lost her hand left his mind. Вопроса, как она лишилась руки, даже не возникло.
He had more immediate concerns. Хватало и других, более насущных проблем.
He couldn't let go of the belt-tourniquet to get to the phone; she'd start to bleed again, and she might already be close to bleeding out. Он не мог отпустить ремень, чтобы добраться до телефона: снова полилась бы кровь, а Майра и так потеряла ее слишком много.
She would have to go with him. Значит, жену надо брать с собой.
He tried pulling her by her shirt, but first it yanked out of her pants and then the collar started to choke her-he heard her breathing turn harsh. Он попытался тащить ее за рубашку, но сначала она вылезла из джинсов, а потом воротник начал душить Майру - Джек услышал, как жена захрипела.
So he wrapped a hand in her long brown hair and hauled her to the phone caveman style. Поэтому обмотал руку ее длинными каштановыми волосами и потащил к телефону, на манер какого-нибудь троглодита.
It was a cell, and it worked. Мобильник, само собой, работал.
He dialed 911 and 911 was busy. Он набрал 911 и услышал короткие гудки: занято.
"It can't be!" he shouted to the empty kitchen where the lights were now out (although from the boombox, the band played on). - Быть такого не может! - прокричал Джек пустой кухне, где теперь не горел свет (хотя по-прежнему играла музыка).
"911 cannot be fucking busy!" - Девятьсот одиннадцать не может быть занят, твою мать!
He punched redial. Он нажал кнопку повторного набора.
Busy. Занято.
He sat in the kitchen with his back propped up against the counter, holding the tourniquet as tightly as he could, staring at the blood and the batter on the floor, periodically hitting redial on the phone, always getting the same stupid dah-dah-dah. Он сидел в кухне, привалившись спиной к дверцам шкафчика, как мог, крепко перетягивал ремнем руку жене, смотрел на кроваво-яичную жижу на полу, периодически нажимал на кнопку повторного вызова, в ответ всегда слышал в трубке это дурацкое пик-пик-пик.
Something blew up not too far distant, but he barely heard it over the music, which was really cranked (and he never heard the Seneca explosion at all). Что-то взорвалось не так уж и далеко, но он едва расслышал грохот сквозь музыку, ставшую уж слишком громкой (взрыва "сенеки" он не услышал вовсе).
He wanted to turn the music off, but in order to reach the boombox he would have to lift Myra. Джек хотел выключить музыку, но, чтобы добраться до проигрывателя, следовало поднять Майру.
Lift her or let go of the belt for two or three seconds. Поднять ее или отпустить ремень на две-три секунды.
He didn't want to do either one. Не нравилось ему ни первое, ни второе.
So he sat there and Вот он и сидел, тогда как
"North American Scum" gave way to "Северо-американская пена" сменилась
"Someone Great" and "Someone Great" gave way to "All My Friends," and after a few more songs, finally the CD, which was called Sound of Silver, ended. "Кем-то великим", а эта песня уступила место "Всем моим друзьям". Потом последовали еще несколько треков, и наконец компакт-диск, который назывался "Звук серебра", закончился.
When it did, when there was silence except for police sirens in the distance and the endlessly chiming computer closer by, Jack realized that his wife was no longer breathing. Когда это случилось, наступила тишина, нарушаемая только далеким воем полицейских сирен и близким беспрерывным позвякиванием компьютера. Тут Джек осознал, что жена его больше не дышит.
But I was going to make lunch, he thought. Но я собирался приготовить ленч.
A nice lunch, one you wouldn't be ashamed of inviting Martha Stewart to. Вкусный ленч, на который не стыдно пригласить и Марту Стюарт.
Sitting against the counter, still holding the belt (opening his fingers again would prove exquisitely painful), the lower right leg of his own pants darkening with blood from his lacerated knee, Jack Evans cradled his wife's head against his chest and began to weep. Сидя у шкафчика и по-прежнему держа ремень (как выяснилось позже, разжимание пальцев оказалось весьма болезненной процедурой), с правой штаниной, потемневшей от крови, текущей из разрезанного колена, Джек Эванс прижал голову жены к груди и заплакал.
4 4
Not too far away, on an abandoned woods road not even old Clay Brassey would have remembered, a deer was foraging tender shoots at the edge of Prestile Marsh. Неподалеку от дома Эвансов, на заброшенной лесной дороге, которую не вспомнил бы даже старый Клай Брэсси, олень объедал нежные побеги на краю Престильского болота.
Her neck happened to be stretched across the Motton town line, and when the Dome dropped, her head tumbled off. It was severed so neatly that the deed might have been done with a guillotine blade. Так уж вышло, что за очередным побегом он потянулся на сторону Моттона, и когда возник Купол, голову оленю отрезало, так аккуратно, словно его гильотинировали.
5 5
We have toured the sock-shape that is Chester's Mill and arrived back at Route 119. And, thanks to the magic of narration, not an instant has passed since the sixtyish fellow from the Toyota slammed face-first into something invisible but very hard and broke his nose. Мы совершили экскурсию по носкообразному контуру, который являл собой административную границу Честерс-Милла, и вернулись на шоссе номер 119, где, спасибо магии повествования, ни секунды не прошло с того мгновения, как мужчина лет шестидесяти, выскочивший из "тойоты", впечатался лицом во что-то невидимое, но очень прочное и сломал нос.
He's sitting up and staring at Dale Barbara in utter bewilderment. Он сидит и в полнейшем замешательстве таращится на Дейла Барбару.
A seagull, probably on its daily commute from the tasty buffet at the Motton town dump to the only slightly less tasty one at the Chester's Mill landfill, drops like a stone and thumps down not three feet from the sixtyish fellow's Sea Dogs baseball cap, which he picks up, brushes off, and puts back on. Морская чайка, летевшая по привычному маршруту от отменного салат-бара на городской свалке Моттона к чуть менее отменному салат-бару на городской свалке Честерс-Милла, камнем падает вниз и приземляется в каких-то трех футах от бейсболки Тюленей, принадлежащей мужчине лет шестидесяти. Тот подбирает бейсболку, отряхивает от пыли, надевает на голову.
Both men look up at where the bird came from and see one more incomprehensible thing in a day that will turn out to be full of them. Он и Дейл смотрят наверх, откуда свалилась чайка, и снова видят нечто непостижимое. Впрочем, непостижимого будет в этот день просто навалом.
6 6
Barbie's first thought was that he was looking at an afterimage from the exploding plane-the way you sometimes see a big blue floating dot after someone triggers a flash camera close to your face. Прежде всего Барби подумал, что наблюдает некий послеобраз взорвавшегося самолета - так иногда видишь большую синюю плавающую точку, если чья-то фотовспышка срабатывает рядом с твоим лицом.
Only this wasn't a dot, it wasn't blue, and instead of floating along when he looked in a different direction-in this case, at his new acquaintance-the smutch hanging in the air stayed exactly where it was. Только он увидел не точку, и не синюю, и она не поплыла, когда Барби посмотрел в другую сторону - в данном случае на нового знакомого. Грязное пятно осталось висеть в воздухе в том самом месте, где и висело, когда Дейл заметил его.
Sea Dogs was looking up and rubbing his eyes. Тюлень посмотрел вверх и потер глаза.
He seemed to have forgotten about his broken nose, swelling lips, and bleeding forehead. Он вроде бы забыл про сломанный нос, раздувшиеся губы и кровоточащий лоб.
He got to his feet, almost losing his balance because he was craning his neck so severely. Встал, чуть не свалился вновь, поскольку слишком уж закидывал голову назад.
"What's that?" he said. - Что это?
"What the hell is that, mister?" Что это, черт побери, такое?!
A big black smear-candleflame-shaped, if you really used your imagination-discolored the blue sky. - Большое черное пятно - по форме похожее на пламя свечи, если напрячь воображение, пачкало синее небо.
"Is it... a cloud?" Sea Dogs asked. - Это... облако?
His doubtful tone suggested he already knew it wasn't. - Сомнение в голосе Тюленя предполагало, что ответ он и так знает: нет.
Barbie said, "I think..." He really didn't want to hear himself say this. - Я думаю... - Барби замолчал. Не хотелось ему слышать произнесенные далее слова.
"I think it's where the plane hit." - Я думаю, это место, где ударился самолет.
"Say what?" Sea Dogs asked, but before Barbie could reply, a good-sized grackle swooped fifty feet overhead. - Что вы говорите? - переспросил Тюлень, но, прежде чем Барби успел ответить, приличных размеров гракл пролетел над ними на высоте пятидесяти футов.
It struck nothing-nothing they could see, at any rate-and dropped not far from the gull. Sea Dogs said, Он вроде бы ни обо что не ударился - во всяком случае, они не увидели, обо что гракл ударился - и упал недалеко от чайки.
"Did you see that?" - Вы это видели?
Barbie nodded, then pointed to the patch of burning hay to his left. Барби кивнул, потом указал на полоску горящего сена слева от него.
It and the two or three patches on the right side of the road were sending up thick columns of black smoke to join the smoke rising from the pieces of the dismembered Seneca, but the fire wasn't going far; there had been heavy rain the day before, and the hay was still damp. От этой полоски и от двух-трех по правую сторону шоссе поднимались столбы густого дыма, который смешивался с дымом, шедшим от обломков "сенеки", но зона горения особо не расширялась: днем раньше прошел сильный дождь, и сено еще не подсохло.
Lucky thing, or there would have been grassfires racing away in both directions. Повезло, иначе травяной пожар быстро распространялся бы в обоих направлениях.
"Do you see that?" Barbie asked Sea Dogs. - Вы это видели? - спросил Барби Тюленя.
"I'll be dipped in shit," Sea Dogs said after taking a good long look. - Ну и дерьмо! - Тюлень окинул долгим взглядом окрестности.
The fire had burned a patch of ground about sixty feet square, moving forward until it was almost opposite the place where Barbie and Sea Dogs were facing one another. Огонь уже выжег участок земли примерно в шестьдесят квадратных футов и продвигался дальше, пока не поравнялся с тем местом, где Барби стоял напротив Тюленя.
And there it spread-west to the edge of the highway, east into some small dairy farmer's four acres of grazeland-not raggedly, not the way grassfires normally advance, with the fire a bit ahead in one place and falling a little behind somewhere else-but as if on a straightedge. Продолжил неспешное распространение - на запад к обочине шоссе, на восток по четырем акрам пастбища, принадлежащим владельцу молочной фермы, - не беспорядочно, как обычно продвигается травяной пожар, когда огонь бросается то в одну сторону, то внезапно в другую, а ровно, будто по линейке.
Another gull came flying toward them, this one bound for Motton rather than The Mill. Еще одна чайка летела к ним, на этот раз направляясь в Моттон, а не к Миллу.
"Look out," Sea Dogs said. - Осторожно! - Тюлень указал на чайку.
"Ware that bird." - Берегитесь птицы.
"Maybe it'll be okay," Barbie said, looking up and shading his eyes. - Может, все обойдется. - Барби поднял голову, прикрыл ладонью глаза.
"Maybe whatever it is only stops them if they're coming from the south." - Может, это что-то останавливает их, если только они летят с юга.
"Judging by yonder busted plane, I doubt that," Sea Dogs said. - Сомневаюсь я, судя по разбившемуся самолету.
He spoke in the musing tones of a man who is deeply perplexed. - Тюлень говорил тоном человека, пребывающего в глубоком недоумении.
The outbound gull struck the barrier and fell directly into the largest chunk of the burning plane. Чайка, летевшая от Милла, ударилась о барьер и рухнула на самый большой обломок горящего самолета.
"Stops em both ways," Sea Dogs said. - Останавливает с обеих сторон.
He spoke in the tone of a man who has gotten confirmation of a strongly held but previously unproved conviction. - Тюлень, похоже, только что получил веское подтверждение ранее не доказанного предположения.
"It's some kind of force field, like in a Star Trick movie." - Это какое-то силовое поле, как в "Стар трюке".
"Trek," Barbie said. - Треке , - машинально поправил его Барби.
"Huh?" - В чем?
"Oh shit," Barbie said. - Черт!
He was looking over Sea Dogs's shoulder. - Барби смотрел за спину Тюленя.
"Huh?" - Что?
Sea Dogs looked over his own shoulder. - Тот оглянулся.
"Blue fuck!" - Вот дерьмо!
A pulp-truck was coming. К ним приближался лесовоз.
A big one, loaded well past the legal weight limit with huge logs. Большой, загруженный выше разрешенного предела гигантскими бревнами.
It was also rolling well above the legal limit. И мчался он, заметно превышая разрешенную скорость.
Barbie tried to calculate what the stopping-speed on such a behemoth might be and couldn't even guess. Барби попытался прикинуть, каким должен быть тормозной путь у этого бегемота, но даже представить себе не смог.
Sea Dogs sprinted for his Toyota, which he'd left parked askew on the highway's broken white line. Тюлень рванул к "тойоте", припаркованной под углом на прерывистой разделительной линии.
The guy behind the wheel of the pulper-maybe high on pills, maybe smoked up on meth, maybe just young, in a big hurry, and feeling immortal-saw him and laid on his horn. Парень, который сидел за рулем лесовоза, может, закинувшийся таблетками, может, обкурившийся, может, просто молодой, куда-то очень спешащий и полагающий себя бессмертным, увидел Тюленя и нажал на клаксон.
He wasn't slowing. Не сбавляя скорости.
"Fuck me sideways!" - Чтоб тебя!
Sea Dogs cried as he threw himself behind the wheel. - Тюлень прыгнул за руль.
He keyed the engine and backed the Toyota out of the road with the driver's door flapping. Завел двигатель и задним ходом попытался убрать "тойоту" с дороги, даже не закрыв водительской дверцы.
The little SUV thumped into the ditch with its square nose canted up to the sky. Маленький внедорожник съехал в кювет, задрав квадратный нос к небу.
Sea Dogs was out the next moment. В следующее мгновение Тюлень уже выскочил из кабины.
He stumbled, landed on one knee, and then took off running into the field. Споткнулся, упал на одно колено, поднялся и побежал в поле.
Barbie, thinking of the plane and the birds-thinking of that weird black smutch that might have been the plane's point of impact-also ran into the grazeland, at first sprinting through low, unenthusiastic flames and sending up puffs of black ash. Барби, думая о самолете, птицах, думая о странном черном пятне, возможно, в месте удара самолета о невидимое препятствие, тоже побежал, только на пастбище, через небольшие, вялые языки пламени, поднимая облачка черного пепла.
He saw a man's sneaker-it was too big to be a woman's-with the man's foot still in it. Увидел кроссовку - слишком большую для женской - с торчащей из нее мужской ногой.
Pilot, he thought. Пилота , подумал он.
And then: I have to stop running around like this. Надо мне перестать бегать, как зайцу.
"YOU IDIOT, SLOW DOWN!" Sea Dogs cried at the pulp-truck in a thin, panicky voice, but it was too late for such instructions. - Идиот, тормози! - крикнул Тюлень водителю лесовоза тонким, паническим голосом, но с инструкциями припозднился.
Barbie, looking back over his shoulder (helpless not to), thought the pulp-wrangler might have tried to brake at the last minute. Барби, оглядываясь через плечо (не мог заставить себя удержаться), подумал, что водитель этой громадины в последний момент, возможно, придавил педаль тормоза.
He probably saw the wreckage of the plane. Вероятно, увидел обломки самолета.
In any case, it wasn't enough. Но разумеется, результата это не дало.
He struck the Motton side of the Dome at sixty or a little more, carrying a log-load of almost forty thousand pounds. Лесовоз врезался в сторону Купола, обращенную к Моттону, на скорости шестьдесят миль в час, а то и больше, при этом вес бревен составлял порядка сорока тысяч фунтов.
The cab disintegrated as it stopped cold. Кабину при столкновении смяло в лепешку.
The overloaded carrier, a prisoner of physics, continued forward. Груженый прицеп, подчиняясь законам физики, продолжал двигаться вперед.
The fuel tanks were driven under the logs, shredding and sparking. Топливные баки тащило под бревнами, рвало в клочья, металл искрил.
When they exploded, the load was already airborne, flipping over where the cab-now a green metal accordion-had been. Когда баки взорвались, бревна уже поднялись в воздух, летели над тем, что недавно было кабиной, а теперь превратилось в зеленый металлический аккордеон.
The logs sprayed forward and upward, struck the invisible barrier, and rebounded in all directions. Бревна, которые инерция тянула вперед и вверх, ударились о невидимый барьер и разлетелись уже во всех направлениях.
Fire and black smoke boiled upward in a thick plume. К небу густо взметнулся огонь и черный дым.
There was a terrific thud that rolled across the day like a boulder. Жуткий грохот прокатился по окрестностям, как громадный валун.
Then the logs were raining back down on the Motton side, landing on the road and the surrounding fields like enormous jackstraws. Бревна дождем падали на землю со стороны Моттона, приземляясь на шоссе и окружающие поля, словно громадные соломинки.
One struck the roof of Sea Dogs's SUV and smashed it flat, spilling the windshield onto the hood in a spray of diamond crumbles. Одно стукнуло по крыше внедорожника, принадлежащего Тюленю, и продавило ее. Ветровое стекло выплеснулось на капот фонтаном осколков.
Another landed right in front of Sea Dogs himself. Другое бревно упало перед самим Тюленем.
Barbie stopped running and only stared. Барби уже не бежал - только смотрел.
Sea Dogs got to his feet, fell down, grasped the log that had almost smashed out his life, and got up again. Тюлень отпрянул, упал, уставился на бревно, которое едва не лишило его жизни, поднялся.
He stood swaying and wild-eyed. Постоял, покачиваясь, с округлившимися от ужаса глазами.
Barbie started toward him and after twelve steps ran into something that felt like a brick wall. Барби направился к нему и через двенадцать шагов наткнулся, как ему показалось, на кирпичную стену.
He staggered backward and felt warmth cascade from his nose and over his lips. Отшатнулся, почувствовав, как теплая жидкость течет из носа по губам.
He wiped away a palmload of blood, looked at it unbelievingly, and then smeared it on his shirt. Смахнул полную ладонь крови, посмотрел на руку, не веря своим глазам, потом вытер ладонь о рубашку.
Now cars were coming from both directions-Motton and Chester's Mill. Теперь автомобили подъезжали с двух направлений, из Моттона и из Честерс-Милла.
Three running figures, as yet still small, were cutting across the grazeland from a farmhouse at the other end. Три фигурки, пока еще маленькие, бежали по пастбищу от фермерского дома на другом его краю.
Several of the cars were honking their horns, as if that would somehow solve all problems. Несколько водителей жали на клаксоны, словно гудки каким-то образом могли решить все проблемы.
The first car to arrive on the Motton side pulled over to the shoulder, well back from the burning truck. Первый автомобиль, подъехавший из Моттона, свернул на обочину достаточно далеко от горящего лесовоза.
Two women got out and gawked at the column of smoke and fire, shading their eyes. Две женщины вылезли из кабины и, прикрыв глаза ладонями, уставились на столбы огня и дыма.
7 7
"Fuck," Sea Dogs said. He spoke in a small, breathless voice. - Твою мать, - едва слышно выдохнул Тюлень.
He approached Barbie through the field, cutting a prudent east-tending diagonal away from the blazing pyre. Он направлялся к Барби через поле, держась подальше от погребального костра.
The trucker might have been overloaded and moving too fast, Barbie thought, but at least he was getting a Viking funeral. Водитель, возможно, перегрузил лесовоз и ехал слишком быстро , подумал Барби, но по крайней мере похороны он себе устроил, как викинг.
"Did you see where that one log landed? - Вы видели, куда упало одно бревно?
I was almost kilt. Я чуть не обделался.
Squashed like a bug." Оно могло раздавить меня, как жука.
"Do you have a cell phone?" - У вас есть мобильник?!
Barbie had to raise his voice to be heard over the furiously burning pulper. - Барби пришлось возвысить голос, чтобы перекрыть треск горящего лесовоза.
"In my truck," Sea Dogs said. - В машине.
"I'll try for it if you want." Если хотите, попробую его достать.
"No, wait," Barbie said. - Нет, подождите.
He realized with sudden relief that all this could be a dream, the irrational kind where riding your bicycle underwater or talking of your sex life in some language you never studied seems normal. - Барби вдруг подумал с облегчением, что все это, возможно, сон, иррациональный сон, в котором езда под водой на велосипеде или разговор о своей сексуальной жизни на незнакомом для тебя языке воспринимаются как само собой разумеющееся.
The first person to arrive on his side of the barrier was a chubby guy driving an old GMC pickup. С его стороны барьера первым подъехал толстячок на старом пикапе "джи-эм-си".
Barbie recognized him from Sweetbriar Rose: Ernie Calvert, the previous manager of Food City, now retired. Барби мужчину узнал - помнил по "Эглантерии": Эрни Кэлверт, бывший управляющий "Мира еды", ныне на пенсии.
Ernie was staring at the burning clutter on the road with wide eyes, but he had his cell phone in his hand and was ratchet-jawing into it. Эрни во все глаза смотрел на пожар на дороге, но при этом держал мобильник в руке и что-то в него наговаривал.
Barbie could hardly hear him over the roar of the burning pulp-truck, but he made out Барби мало что слышал из-за треска огня, но смог разобрать:
"Looks like a bad one" and figured Ernie was talking to the police. "Похоже, дело серьезное", - и предположил, что Эрни говорит с полицией.
Or the fire department. Или с пожарными.
If it was the FD, Barbie hoped it was the one in Castle Rock. Если с пожарными, Барби надеялся, что из Касл-Рока.
There were two engines in the tidy little Chester's Mill firebarn, but Barbie had an idea that if they showed up here, the most they'd be able to do was douse a grassfire that was going to putter out on its own before much longer. В маленьком пожарном депо Честерс-Милла стояли две машины, но Барби полагал, что тушить им придется, если они таки приедут, только травяной пожар, который не разгорался, а уже гас сам по себе.
The burning pulp-truck was close, but Barbie didn't think they'd be able to get to it. Лесовоз горел буквально на расстоянии вытянутой руки, но Барби сомневался, что здешним пожарным удалось бы до него добраться.
It's a dream, he told himself. Это сон , сказал он себе.
If you keep telling yourself that, you'll be able to operate. Если на этом настаивать, то сможешь хоть как-то функционировать.
The two women on the Motton side had been joined by half a dozen men, also shading their eyes. К двум женщинам со стороны Моттона присоединилось с полдесятка мужчин, тоже прикрывавших глаза ладонями.
Cars were now parked on both shoulders. Автомобили теперь стояли на обеих обочинах.
More people were getting out and joining the crowd. Новые люди подъезжали и присоединялись к толпе.
The same thing was happening on Barbie's side. То же самое происходило и на стороне Барби.
It was as if a couple of dueling flea markets, both full of juicy bargains, had opened up out here: one on the Motton side of the town line, one on the Chester's Mill side. Создавалось впечатление, что на дороге расположились два конкурирующих блошиных рынка - полные выгодных предложений, -которые разделяла граница. Один со стороны Моттона, второй - Честерс-Милла.
The trio from the farm arrived-a farmer and his teenaged sons. Прибыла троица с фермы - сам фермер и двое его сыновей-подростков.
The boys were running easily, the farmer redfaced and panting. Мальчикам бег дался легко, фермер же покраснел и задыхался.
"Holy shit!" the older boy said, and his father whapped him backside of the head. The boy didn't seem to notice. - Вот дерьмо! - воскликнул старший сын и тут же схлопотал от отца подзатыльник, которого, судя по всему, и не заметил.
His eyes were bugging. Глаза его вылезли из орбит.
The younger boy reached out his hand, and when the older boy took it, the younger boy started to cry. Младший брат протянул ему руку, а когда старший взял ее, начал плакать.
"What happened here?" the farmer asked Barbie, pausing to whoop in a big deep breath between happened and here. - Что здесь произошло? - спросил фермер Барби, сделав глубокий вдох между здесь и произошло.
Barbie ignored him. Барби вопрос проигнорировал.
He advanced slowly toward Sea Dogs with his right hand held out in a stop gesture. Он медленно двинулся к Тюленю, выставив перед собой правую руку.
Without speaking, Sea Dogs did the same. Тюлень, поняв его без слов, ответил тем же.
As Barbie approached the place where he knew the barrier to be-he had only to look at that peculiar straight-edge of burnt ground-he slowed down. Приближаясь к тому месту, где находился барьер (определить его труда не составляло - там прямой линией обрывалась сгоревшая трава), Барби замедлил шаг.
He had already whammed his face; he didn't want to do it again. Он уже приложился к барьеру физиономией. Повторения не хотелось.
Suddenly he was swept by horripilation. Внезапно все его тело покрылось гусиной кожей.
The goosebumps swept up from his ankles all the way to the nape of his neck, where the hairs stirred and tried to lift. Мурашки побежали вверх от лодыжек до шеи, и он почувствовал, как на затылке шевелятся и встают дыбом волосы.
His balls tingled like tuning forks, and for a moment there was a sour metallic taste in his mouth. Яйца зазвенели, как камертон, и на мгновение во рту появился металлический привкус.
Five feet away from him-five feet and closing-Sea Dogs's already wide eyes widened some more. В пяти футах от него - в пяти футах, которые постепенно сокращались - глаза Тюленя, и без того широко раскрытые, раскрылись еще шире.
"Did you feel that?" - Вы тоже почувствовали?
"Yes," Barbie said. - Да.
"But it's gone now. Но теперь это ушло.
You?" А у вас?
"Gone," Sea Dogs agreed. - Ушло, - кивнул Тюлень.
Their outstretched hands did not quite meet, and Barbie again thought of a pane of glass; putting your inside hand up against the hand of some outside friend, the fingers together but not touching. Их вытянутые вперед руки не соприкоснулись, и Барби вновь подумал о стеклянной панели: ты прикладываешь к ней руку изнутри, твой приятель - снаружи, пальцы ложатся друг на друга, но касания нет.
He pulled his hand back. It was the one he'd used to wipe his bloody nose, and he saw the red shapes of his own fingers hanging on thin air. Он отвел руку, ту самую, которой вытирал хлынувшую из носа кровь, и увидел повисшие в воздухе красные очертания своих пальцев.
As he watched, the blood began to bead. У него на глазах кровь начала собираться в капельки.
Just as it would on glass. Совсем как на стекле.
"Holy God, what does it mean?" Sea Dogs whispered. - Святый Боже, что все это значит? - прошептал Тюлень.
Barbie had no answer. Ответа у Барби не было.
Before he could say anything, Ernie Calvert tapped him on the back. Прежде чем он успел что-то сказать, Эрни Кэлверт похлопал его по спине.
"I called the cops," he said. - Я позвонил копам.
"They're coming, but no one answers at the Fire Department-I got a recording telling me to call Castle Rock." Они едут, но в пожарной команде никто не отвечает. Автоответчик предложил мне позвонить в Касл-Рок.
"Okay, do that," Barbie said. - Так позвоните.
Then another bird dropped about twenty feet away, falling into the farmer's grazeland and disappearing. - Барби увидел, как очередная птица примерно в двадцати футах от них упала на пастбище и исчезла.
Seeing it brought a new idea into Barbie's mind, possibly sparked by the time he'd spent toting a gun on the other side of the world. Падающая птица подсказала Барби новую идею, порожденную, вероятно, тем периодом времени, когда он ходил с оружием в руках на другом конце света.
"But first, I think you better call the Air National Guard, up in Bangor." - Но сначала, думаю, вам нужно позвонить в Национальную гвардию ВВС в Бангоре.
Ernie gaped at him. Эрни вытаращился на него:
"The Guard?" - В Гвардию ?
"They're the only ones who can institute a no-fly zone over Chester's Mill," Barbie said. - Только они могут запретить полеты над Честерс-Миллом.
"And I think they better do it right away." И я думаю, сделать это надо незамедлительно.
LOTTA DEAD BIRDS Уйма дохлых птиц
1 1
The Mill's Chief of Police heard neither explosion, though he was outside, raking leaves on the lawn of his Morin Street home. Начальник полиции Милла не слышал ни одного взрыва, хотя и находился на улице: сгребал опавшие листья с лужайки перед своим домом на Морин-стрит.
The portable radio was sitting on the hood of his wife's Honda, playing sacred music on WCIK (call letters standing for Christ Is King and known by the town's younger denizens as Jesus Radio). Портативный радиоприемник, который стоял на капоте "хонды" его жены, настроенный на волну ХНВ ("Христос наш Владыка", городская молодежь называла эту радиостанцию "Иисусовым радио"), гремел церковной музыкой.
Also, his hearing wasn't what it once had been. Да и слух его стал уже не таким, как прежде.
At sixty-seven, was anybody's? В шестьдесят семь это ж обычное дело.
But he heard the first siren when it cut through the day; his ears were attuned to that sound just as a mother's are to the cries of her children. Но он услышал первую сирену, вой которой прорезал день. Этот звук его уши выхватывали среди всех остальных точно так же, как уши матери выхватывают плач собственных детей.
Howard Perkins even knew which car it was, and who was driving. Говард Перкинс мог даже сказать, что это за машина и кто сидит за рулем.
Only Three and Four still had the old warblers, but Johnny Trent had taken Three over to Castle Rock with the FD, to that damned training exercise. Только на Третьем и Четвертом патрульных автомобилях стояли эти старые вопилки, но Джонни Трент уехал на Третьем в Касл-Рок вместе с пожарными, на плановые учения.
A "controlled burn," they called it, although what it really amounted to was grown men having fun. "Контролируемое возгорание", так они это называли, хотя на самом деле речь шла о забаве для взрослых мужчин.
So it was car Four, one of their two remaining Dodges, and Henry Morrison would be driving. Значит, он слышал сирену Четвертого, одного из двух оставшихся "доджей", и за рулем сидел Генри Моррисон.
He stopped raking and stood, head cocked. Перкинс перестал сгребать листья и застыл, склонив голову.
The siren started to fade, and he started raking again. Вой сирены начал затихать, и он продолжил прерванное занятие.
Brenda came out on the stoop. На крыльцо вышла Бренда.
Almost everyone in The Mill called him Duke-the nickname a holdover from his high school days, when he had never missed a John Wayne picture down at the Star-but Brenda had quit that soon after they were married in favor of the other nickname. Практически все в Милле называли ее мужа Г ерцогом - прозвище осталось со школьных дней, когда он не пропускал ни одного фильма с Джоном Уэйном, которые показывали в "Звезде". Но Бренда перестала его так называть, едва они поженились, отдав предпочтение другому прозвищу.
The one he disliked. Оно Перкинсу как раз не нравилось.
"Howie, the power's out. - Гови, электричество отключили.
And there were bangs. " И что-то взорвалось.
Howie. Гови .
Always Howie. Сплошной Гови.
As in Here's Howie and Howie's tricks and Howie's life treatin you. Куда ни кинь - только Гови.
He tried to be a Christian about it-hell, he was a Christian about it-but sometimes he wondered if that nickname wasn't at least partially responsible for the little gadget he now carried around in his chest. Он пытался воспринимать это, черт побери, по-христиански, но иногда задавался вопросом: а не это ли прозвище отчасти в ответе за тот маленький приборчик, который он нынче таскал в груди.
"What?" - Что?
She rolled her eyes, marched to the radio on the hood of her car, and pushed the power button, cutting off the Norman Luboff Choir in the middle of Она закатила глаза, промаршировала к портативному приемнику, выключила его, оборвав на полуслове хор Нормана Любоффа, исполняющего
"What a Friend We Have in Jesus." "Друг наш верный Иисус".
"How many times have I told you not to stick this thing on the hood of my car? - Сколько раз я должна говорить тебе, чтобы ты не ставил эту штуковину на капот моего автомобиля?
You'll scratch it and the resale value will go down." Поцарапаешь, и придется продавать дешевле.
"Sorry, Bren. - Извини, Брен.
What did you say?" Так что ты сказала?
"The power's out! - Отключили электричество.
And something boomed. И что-то грохнуло.
That's probably what Johnny Trent's rolling on." Вероятно, поэтому и проехал Джонни Трент.
"It's Henry," he said. - Это Генри.
"Johnny's over in The Rock with the FD." Джонни в Роке на пожарных учениях.
"Well, whoever it is-" - Ну, кто бы это...
Another siren started up, this one of the newer kind that Duke Perkins thought of as Tweety Birds. Завыла еще одна сирена, на этот раз из новых, про себя Герцог называл их Твити.
That would be Two, Jackie Wettington. Голос подал Второй патрульный автомобиль, которым управляла Джекки Уэттингтон.
Had to be Jackie, while Randolph sat minding the store, rocked back in his chair with his feet cocked up on his desk, reading the Democrat. Конечно же, Джекки, потому что Рэндолф остался в лавке и теперь покачивался на своем стуле, положив ноги на стол и читая "Демократа".
Or sitting in the crapper. Или сидел на толчке.
Peter Randolph was a fair cop, and he could be just as hard as he needed to be, but Duke didn't like him. Питер Рэндолф был хорошим копом, при необходимости мог показать характер, но Герцог его не любил.
Partly because he was so clearly Jim Rennie's man, partly because Randolph was sometimes harder than he needed to be, but mostly because he thought Randolph was lazy, and Duke Perkins could not abide a lazy policeman. Отчасти потому, что тот верой и правдой служил Джиму Ренни, отчасти потому, что иной раз проявлял излишнюю жесткость, но прежде всего потому, что был ленивым, а Герцог Перкинс не выносил ленивых копов.
Brenda was looking at him with large eyes. Бренда смотрела на мужа большими глазами.
She had been a policeman's wife for forty-three years, and she knew that two booms, two sirens, and a power failure added up to nothing good. Не один десяток лет она прожила женой полицейского и знала, что два взрыва, две полицейские сирены и отключение централизованной подачи электроэнергии в сумме не сулят ничего хорошего.
If the lawn got raked this weekend-or if Howie got to listen to his beloved Twin Mills Wildcats take on Castle Rock's football team-she would be surprised. Поэтому очень удивилась бы, если б в этот день с лужайки у дома Гови сгреб все опавшие листья или ему удалось послушать репортаж футбольного матча, в котором его любимые "Дикие коты", объединенная команда старших школ Честерс-Милла и Таркерс-Миллса, в пух и прах разнесли бы Касл-Рок.
"You better go on in," she said. - Тебе лучше собираться, - сказала она.
"Something got knocked down. - Что-то случилось.
I just hope no one's dead." Я только надеюсь, что никто не умер.
He took his cell phone off his belt. Перкинс снял с ремня мобильник.
Goddam thing hung there like a leech from morning til night, but he had to admit it was handy. Чертова хреновина висела там, как пиявка, с утра до вечера, но он не мог не признать, что вещь удобная.
He didn't dial it, just stood looking down at it, waiting for it to ring. Номер набирать не стал, только смотрел на мобильник, ожидая, что тот зазвонит.
But then another Tweety Bird siren went off: car One. Но тут подал голос еще один Твити: Первого патрульного автомобиля.
Randolph rolling after all. Рэндолф выкатился из полицейского участка.
Which meant something very serious. И сие означало, что дело действительно серьезное.
Duke no longer thought the phone would ring and moved to put it back on his belt, but then it did. Г ерцог более не думал, что мобильник зазвонит, и уже собрался прицепить его к ремню, когда раздался сигнал.
It was Stacey Moggin. Стейси Моггин.
"Stacey?" - Стейси!
He knew he didn't have to bellow into the goddam thing, Brenda had told him so a hundred times, but he couldn't seem to help it. - Перкинс знал, что нет никакой необходимости орать в эту хреновину, Бренда говорила ему об этом сто раз, но он, похоже, ничего не мог с собой поделать.
"What are you doing at the station on Saturday m-" - Что ты делаешь в участке субботним ут...
"I'm not, I'm at home. - Я не в участке, а дома.
Peter called me and said to tell you it's out on 119, and it's bad. Питер позвонил и попросил передать, что едет на Сто девятнадцатое и дела там плохие.
He said... an airplane and a pulp-truck collided." Он сказал... самолет столкнулся с лесовозом.
She sounded dubious. - В голосе Стейси звучало сомнение.
"I don't see how that can be, but-" - Я не знаю, как такое может быть, но...
A plane. Самолет.
Jesus. Господи.
Five minutes ago, or maybe a little longer, while he'd been raking leaves and singing along with За пять минут до этого, может, чуть больше, когда он сгребал листья и пел вместе с хором:
"How Great Thou Art"- "Как велик Ты..."
"Stacey, was it Chuck Thompson? - Стейси, это Чак Томпсон?
I saw that new Piper of his flying over. Я видел, как его новый "пайпер" пролетел мимо.
Pretty low." Довольно низко.
"I don't know, Chief, I've told you everything Peter told me." - Не знаю, чиф, я сказала вам все, что услышала от Питера.
Brenda, no dummy, was already moving her car so he could back the forest-green Chief’s car down the driveway. Бренда - не дурочка - уже отгоняла свою машину, освобождая подъездную дорожку для травянисто-зеленого патрульного автомобиля чифа.
She had set the portable radio beside his small pile of raked leaves. Портативный приемник она поставила рядом с кучкой опавших листьев.
"Okay, Stace. - Понятно, Стейси.
Power out on your side of town, too?" В твоей части города света тоже нет?
"Yes, and the landlines. - Нет, и телефон не работает.
I'm on my cell. Я звоню по мобильнику.
It's probably bad, isn't it?" Вероятно, все очень плохо, да?
"I hope not. - Надеюсь, что нет.
Can you go in and cover? Ты сможешь приехать и прикрыть нас?
I bet the place is standing there empty and unlocked." Готов спорить, в участке все двери нараспашку и ничего не заперто.
"I'll be there in five. - Буду в пять секунд.
Reach me on the base unit." Найдете меня в диспетчерской.
"Roger that." - Все понял.
As Brenda came back up the driveway, the town whistle went off, its rise and fall a sound that never failed to make Duke Perkins feel tight in the gut. Когда Бренда возвращалась по подъездной дорожке, завыла городская сирена, и от этих завываний, то набирающих силу, то, наоборот, чуть ли не сходящих на нет, Герцогу Перкинсу всегда скручивало живот.
Nevertheless, he took time to put an arm around Brenda. Следовало спешить. Однако он нашел время, чтобы обнять Бренду.
She never forgot that he took the time to do that. И она до конца своих дней помнила о том, что он нашел для этого время.
"Don't let it worry you, Brennie. - Не волнуйся, Бренни.
It's programmed to do that in a general power outage. Сирена включается автоматически, если прекращается централизованная подача электроэнергии.
It'll stop in three minutes. Она смолкнет через три минуты.
Or four. Или через четыре.
I forget which." Забыл через сколько.
"I know, but I still hate it. - Я знаю, но все равно ненавижу эти завывания.
That idiot Andy Sanders blew it on nine-eleven, do you remember? Идиот Энди Сандерс включил сирену одиннадцатого сентября, помнишь?
As if they were going to suicide-bomb us next." Как будто очередной самолет-самоубийцу направили на нас.
Duke nodded. Герцог кивнул.
Andy Sanders was an idiot. Он тоже считал Энди Сандерса идиотом.
Unfortunately, he was also First Selectman, the cheery Mortimer Snerd dummy that sat on Big Jim Rennie's lap. К сожалению, тот был еще и первым членом городского управления, веселеньким тупицей Мортимером Снердом, сидевшим на коленях Большого Джима Ренни.
"Honey, I have to go." - Дорогая, я должен ехать.
"I know." - Понимаю.
But she followed him to the car. - Она пошла следом за ним к автомобилю.
"What is it? - Что случилось?
Do you know yet?" Ты уже знаешь?
"Stacy said a truck and an airplane collided out on 119." - Стейси сказала, что грузовик и самолет столкнулись на Сто девятнадцатом.
Brenda smiled tentatively. Бренда робко улыбнулась:
"That's a joke, right?" - Это шутка, да?
"Not if the plane had engine trouble and was trying to land on the highway," Duke said. - Нет, если у самолета отказал двигатель и пилот попытался приземлиться на шоссе.
Her little smile faded and her fisted right hand came to rest just between her breasts, body language he knew well. Улыбка Бренды исчезла, правая рука со сжатыми в кулак пальцами поднялась к груди. Этот язык тела он знал очень хорошо.
He climbed behind the wheel, and although the Chief’s cruiser was relatively new, he still settled into the shape of his own butt. Сел за руль, и, хотя ездил чиф на относительно новом автомобиле, водительское кресло сильно продавилось под его тяжестью.
Duke Perkins was no lightweight. Герцог Перкинс никогда не ходил в легковесах.
"On your day off!" she cried. - В твой выходной день! - воскликнула Бренда.
"Really, it's a shame! - Это просто безобразие!
And when you could retire on a full P!" И это когда ты мог выйти в отставку с полной пенсией!
"They'll just have to take me in my Saturday slops," he said, and grinned at her. - Меня вынесут вперед ногами. - Он широко улыбнулся.
It was work, that grin. Улыбка эта была частью работы.
This felt like it was going to be a long day. По всему выходило, что денек выдастся длинным.
"Just as I am, Lord, just as I am. - Такой уж я человек, Господи, такой уж я человек.
Stick me a sandwich or two in the fridge, will you?" Оставь мне в холодильнике сандвич или два, хорошо?
"Just one. - Только один.
You're getting too heavy. Ты очень уж толстеешь.
Even Dr. Haskell said so and he never scolds anybody." Даже доктор Хаскел так говорит, а он никогда никого не критикует.
"One, then." - Ладно, один.
He put the shift in reverse... then put it back in park. - Он включил заднюю передачу... потом вернул ручку переключения на парковку.
He leaned out the window, and she realized he wanted a kiss. Выглянул из окна, и Бренда поняла, что он ждет поцелуя.
She gave him a good one with the town whistle blowing across the crisp October air, and he caressed the side of her throat while their mouths were together, a thing that always gave her the shivers and he hardly ever did anymore. Она подарила ему хороший поцелуй, под вой городской сирены, разрывавший свежий октябрьский воздух, а он гладил ей шею, пока их рты не отрывались друг от друга. От подобного поглаживания кожа у нее всегда покрывалась мурашками, и он давно уже такого не делал.
His touch there in the sunshine: she never forgot that, either. Этого прикосновения под ярким солнечным светом Бренда тоже не забыла до конца своих дней.
As he rolled down the driveway, she called something after him. Когда он уже скатывался по подъездной дорожке, она что-то крикнула ему вслед.
He caught part of it but not all. Пару слов Герцог разобрал, но и только.
He really was going to have to get his ears checked. Ему действительно следовало проверить уши.
Let them fit him with a hearing aid if necessary. При необходимости подобрать слуховой аппарат.
Although that would probably be the final thing Randolph and Big Jim needed to kick him out on his aging ass. Хотя, вероятно, только этого маленького штриха и недоставало для того, чтобы Рэндолф и Большой Джим дали крепкого пинка его стареющему заду.
Duke braked and leaned out again. Герцог затормозил, вновь выглянул из окна.
"Take care of my what?" - Осторожнее с чем? - переспросил он.
"Your pacemaker!" she practically screamed. - С кардиостимулятором ! - буквально выкрикнула она.
Laughing. Смеясь.
Exasperated. Тревожась.
Still feeling his hand on her throat, stroking skin that had been smooth and firm-so it seemed to her-only yesterday. Все еще чувствуя его руку на своей шее, поглаживающую кожу, которая только вчера - или ей это лишь казалось - была гладкой и упругой.
Or maybe it had been the day before, when they had listened to KC and the Sunshine Band instead of Jesus Radio. А может, позавчера, когда они слушали "Кей-си энд саншайн бэнд" вместо Иисусова радио.
"Oh, you bet!" he called back, and drove away. - Все будет в порядке! - крикнул он в ответ и уехал.
The next time she saw him, he was dead. В следующий раз Бренда увидела его уже мертвым.
2 2
Billy and Wanda Debec never heard the double boom because they were on Route 117, and because they were arguing. Билли и Ванда Дебик и не слышали двойного взрыва, потому что находились на шоссе номер 117 и потому что ссорились.
The fight had started simply enough, with Wanda observing it was a beautiful day and Billy responding he had a headache and didn't know why they had to go to the Saturday flea market in Oxford Hills, anyway; it would just be the usual pawed-over crap. Началось все с пустяка: Ванда отметила, что день выдался прекрасный, а Билли ответил, что у него болит голова и он не понимает, почему они вообще должны ехать на субботний блошиный рынок в Оксфорд-Хиллс, где продается никому не нужная рухлядь.
Wanda said that he wouldn't have a headache if he hadn't sunk a dozen beers the night before. Ванда указала, что голова у него не болела бы, не выпей он вечером дюжину банок пива.
Billy asked her if she had counted the cans in the recycling bin (no matter how loaded he got, Billy did his drinking at home and always put the cans in the recycling bin-these things, along with his work as an electrician, were his pride). Билл спросил: сосчитала ли она банки в мусорном баке (как бы ни набирался Билли, пил только дома и всегда бросал пустые банки в бак: этим он гордился, как и своей работой электрика)?
She said yes she had, you bet she had. Она ответила, что да, считала, Билл может в этом не сомневаться.
Furthermore- They got as far as Patel's Market in Castle Rock, having progressed through You drink too much, Billy and You nag too much, Wanda to My mother told me not to marry you and Why do you have to be such a bitch. Они добрались до "Пательс-маркет" в Касл-Роке, пройдя путь от Ты слишком много пьешь, Билли , и Ты слишком уж меня достаешь, Ванда , до Говорила мне мама, не надо выходить за тебя замуж и Тебе обязательно надо быть такой сукой?
This had become a fairly well-worn call-and-response during the last two years of their four-year marriage, but this morning Billy suddenly felt he had reached his limit. За последние два года из их четырехлетней семейной жизни путь этот они проходили не раз и не два, но тут Билли внезапно почувствовал, что с него хватит.
He swung into the market's wide hot-topped parking lot without signaling or slowing, and then back out onto 117 without a single glance into his rearview mirror, let alone over his shoulder. Он свернул на широкую заасфальтированную автомобильную стоянку у магазина, не включив поворотник и не снижая скорости, а потом вновь выехал на шоссе номер 117 и покатил в обратную сторону, не посмотрев в зеркало заднего обзора и не обернувшись.
On the road behind him, Nora Robichaud honked. Нора Робишо, которая оказалась на шоссе позади него, нажала на клаксон.
Her best friend, Elsa Andrews, tutted. Ее лучшая подруга Эльза Эндрюс недовольно поцокала.
The two women, both retired nurses, exchanged a glance but not a single word. Обе женщины, ушедшие на пенсию медсестры, переглянулись, но не проронили ни слова.
They had been friends too long for words to be necessary in such situations. Они дружили так долго, что в подобных ситуациях в словах не нуждались.
Meanwhile, Wanda asked Billy where he thought he was going. Тем временем Ванда спросила Билли: куда это он едет?
Billy said back home to take a nap. She could go to the shitfair on her own. Билли ответил, что домой, чтобы вздремнуть часок-другой, а она может отправляться на этот говенный рынок одна.
Wanda observed that he had almost hit those two old ladies (said old ladies now dropping behind fast; Nora Robichaud felt that, lacking some damned good reason, speeds over forty miles an hour were the devil's work). Ванда указала, что он едва не столкнулся с двумя старушками (расстояние до вышеозначенных старушек быстро увеличивалось с каждым мгновением: Нора Робишо без всякой на то причины считала, что быстрее сорока миль в час ездят только слуги дьявола).
Billy observed that Wanda both looked and sounded like her mother. Билли ответил, что Ванда говорит и выглядит, как ее мамаша.
Wanda asked him to elucidate just what he meant by that. Ванда попросила разъяснить, что он под этим подразумевал.
Billy said that both mother and daughter had fat asses and tongues that were hung in the middle and ran on both ends. Билли разъяснил: у дочери, как и у матери, толстая жопа и язык, который работает без умолку.
Wanda told Billy he was hungover. Ванда назвала Билли алкашом.
Billy told Wanda she was ugly. Билли заверил Ванду, что она уродина.
It was a full and fair exchange of feelings, and by the time they crossed from Castle Rock into Motton, headed for an invisible barrier that had come into being not long after Wanda had opened this spirited discussion by saying it was a beautiful day, Billy was doing better than sixty, which was almost top end for Wanda's little Chevy shitbox. В выражениях оба не стеснялись, говорили от души. К тому времени, когда они покинули Касл-Рок и въехали в Моттон, направляясь к невидимому барьеру, возникшему вскоре после того, как Ванда открыла дискуссию упоминанием о прекрасном дне, Билли проезжал в час уже много больше шестидесяти миль. Он разогнался практически до максимальной скорости, которую могла развить вандинская старая таратайка "шеви".
"What's that smoke?" Wanda asked suddenly, pointing northeast, toward 119. - Что это за дым? - вдруг спросила Ванда, указав на северо-восток, в сторону 119-го.
"I don't know," he said. - Не знаю.
"Did my mother-in-law fart?" Думаешь, моя теща пернула?
This cracked him up and he started laughing. - И Билли загоготал, довольный собственной шуткой.
Wanda Debec realized she had finally had enough. Ванда Дибек осознала, что и с нее довольно.
This clarified the world and her future in a way that was almost magical. She was turning to him, the words I want a divorce on the tip of her tongue, when they reached the Motton-Chester's Mill town line and struck the barrier. Она повернулась к мужу, и слова Я хочу развестись с тобой уже готовились слететь с ее языка, когда они достигли границы Честерс-Милла и Моттона и врезались в барьер.
The Chevy shitbox was equipped with airbags, but Billy's did not deploy and Wanda's didn't pop out completely. Таратайку "шеви" конструкторы снабдили подушками безопасности, но Биллова не раскрылась вовсе, а Вандина раскрылась не полностью.
The steering wheel collapsed Billy's chest; the steering column smashed his heart; he died almost instantly. Рулевое колесо разломилось от удара о грудь Билла, рулевая колонка раздавила ему сердце; он умер мгновенно.
Wanda's head collided with the dashboard, and the sudden, catastrophic relocation of the Chevy's engine block broke one of her legs (the left) and one of her arms (the right). Ванда ударилась головой о приборный щиток, неожиданное катастрофическое смещение двигателя "шеви" сломало ей ногу (левую) и руку (правую).
She was not aware of any pain, only that the horn was blaring, the car was suddenly askew in the middle of the road with its front end smashed almost flat, and her vision had come over all red. Боли она не почувствовала, только непрерывно ревел клаксон, автомобиль развернуло поперек шоссе, переднюю часть смяло гармошкой, а видела все это Ванда сквозь красную пелену.
When Nora Robichaud and Elsa Andrews rounded the bend just to the south (they had been animatedly discussing the smoke rising to the northeast for several minutes now, and congratulating themselves on having taken the lesser traveled highway this forenoon), Wanda Debec was dragging herself up the white line on her elbows. Когда Нора Робишо и Эльза Эндрюс миновали последний поворот перед административной границей Честерс-Милла (они уже несколько минут оживленно обсуждали, что это за дым поднимался на северо-востоке, и поздравляли себя с тем, что выбрали для поездки менее загруженное шоссе), Ванда Дибек пыталась подняться, отталкиваясь локтями от белой разделительной полосы.
Blood gushed down her face, almost obscuring it. Кровь лилась по лицу, практически полностью смазывая его черты.
She had been half scalped by a piece of the collapsing windshield and a huge flap of skin hung down over her left cheek like a misplaced jowl. Большой осколок ветрового стекла срезал с нее половину скальпа, и теперь громадный клок кожи падал на ее левую щеку, как смещенная челюсть.
Nora and Elsa looked at each other grimly. Нора и Эльза мрачно переглянулись.
"Shit-my-pajamas," Nora said, and that was all the talk between them there was. - Гребаный случай! - вырвалось у Норы, и на том разговор прекратился.
Elsa got out the instant the car stopped and ran to the staggering woman. Эльза выпрыгнула из салона сразу, как автомобиль остановился, и побежала к шатающейся женщине.
For an elderly lady (Elsa had just turned seventy), she was remarkably fleet. Для пожилой дамы (Эльзе пошел восьмой десяток) бегала она на удивление быстро.
Nora left the car idling in park and joined her friend. Нора оставила автомобиль на нейтральной передаче и присоединилась к подруге.
Together they supported Wanda to Norma's old but perfectly maintained Mercedes. Вдвоем поддерживая Ванду, они повели ее к старенькому, но работающему как часы "мерседесу".
Wanda's jacket had gone from brown to a muddy roan color; her hands looked as if she had dipped them in red paint. Куртка Ванды из коричневой стала мутно-бурой, а руки выглядели так, будто она опустила их в чан с красной краской.
"Whe' Billy?" she asked, and Nora saw that most of the poor woman's teeth had been knocked out. - Хте Билли? - спросила Ванда, и Нора увидела, что бедная женщина лишилась большинства зубов.
Three of them were stuck to the front of her bloody jacket. Три из них зацепились за окровавленную куртку.
"Whe' Billy, he arri'? - Хте Билли, он фылес?
Wha' happen?" Сто слюшилось?
"Billy's fine and so are you," Nora said, then looked a question at Elsa. - У Билли все прекрасно, как и у вас, - ответила Нора и вопросительно посмотрела на Эльзу.
Elsa nodded and hurried toward the Chevy, now partly obscured by the steam escaping its ruptured radiator. Та кивнула и поспешила к "шеви", окутанному паром, который вырывался из пробитого радиатора.
One look through the gaping passenger door, which hung on one hinge, was enough to tell Elsa, who had been a nurse for almost forty years (final employer: Ron Haskell, MD-the MD standing for Medical Doofus), that Billy was not fine at all. The young woman with half her hair hanging upside down beside her head was now a widow. Эльзе, почти сорок лет проработавшей медсестрой (последний работодатель - Рон Хаскел, ДМ, и ДМ означало дуфус медицины), хватило одного взгляда через распахнутую пассажирскую дверцу, висевшую на одной петле, чтобы понять: у Билли далеко не все прекрасно, и молодая женщина, половина волос которой болталась рядом с ее головой, уже вдова.
Elsa returned to the Mercedes and got into the backseat next to the young woman, who had slipped into semiconsciousness. Эльза вернулась к "мерседесу" и села на заднее сиденье рядом с Вандой, которая погрузилась в полубессознательное состояние.
"He's dead and she will be, too, if you don't get us to Cathy Russell hurry-up-chop-chop," she told Nora. - Он мертв, и она тоже умрет, если ты быстро-быстро не доставишь нас в "Кэтрин Рассел", - сказала она Норе.
"Hang on, then," Nora said, and floored it. - Тогда держись крепче. - Нора надавила на педаль газа.
The Mercedes had a big engine, and it leaped forward. Двигатель у "мерседеса" был мощный, и автомобиль буквально прыгнул вперед.
Nora swerved smartly around the Debec Chevrolet and crashed into the invisible barrier while still accelerating. Нора аккуратно объехала "шевроле" Дибеков и врезалась в невидимый барьер, продолжая разгоняться.
For the first time in twenty years Nora had neglected to fasten her seat belt, and she went out through the windshield, where she broke her neck on the invisible barrier just as Bob Roux had. Впервые за двадцать лет Нора не пристегнулась ремнем безопасности и вылетела через лобовое стекло, где сломала шею о невидимый барьер, точно также, как ее сломал Боб Ру, и свалилась на землю.
The young woman shot between the Mercedes's front bucket seats, out through the shattered windshield, and landed facedown on the hood with her bloodspattered legs splayed. Her feet were bare. Ванду бросило в зазор между спинками передних сидений. Через разбитое ветровое стекло ее вынесло на капот. Там она и осталась лежать лицом вниз, раскинув окровавленные босые ноги.
Her loafers (bought at the last Oxford Hills flea market she had attended) had come off in the first crash. Туфли из мягкой кожи (купленные при последнем посещении блошиного рынка в Оксфорд-Хиллсе) соскочили с них еще при первой аварии.
Elsa Andrews hit the back of the driver's seat, then rebounded, dazed but essentially unhurt. Эльза Эндрюс ударилась о спинку водительского сиденья, и ее отбросило назад, оглушенную, но обошедшуюся без серьезных травм.
Her door stuck at first, but popped open when she put her shoulder against it and rammed. Дверцу вроде бы заклинило, но она все-таки открылась, когда Эльза надавила на нее плечом.
She got out and looked around at the littered wreckage. Старушка вылезла и оглядела место аварии.
The puddles of blood. The smashed-up Chevy shitbox, still gently steaming. Лужи крови, сплющенная таратайка "шеви", над которой еще вился парок.
"What happened?" she asked. - Что случилось? - спросила она.
This had also been Wanda's question, although Elsa didn't remember that. Повторила вопрос Ванды, хотя вопроса этого не помнила.
She stood in a strew of chrome and bloody glass, then put the back of her left hand to her forehead, as if checking for a fever. Постояла среди окровавленных осколков стекла и искореженного хромированного железа, потом поднесла левую руку ко лбу, будто решив проверить, нет ли у нее температуры.
"What happened? - Что случилось?
What just happened? Что сейчас случилось?
Nora? Нора?
Nora-pie? Нора, солнышко?
Where are you, dear?" Где ты, дорогая?
Then she saw her friend and uttered a scream of grief and horror. Потом увидела свою подругу и закричала от горя и ужаса.
A crow watching from high in a pine tree on The Mill side of the barrier cawed once, a cry that sounded like a contemptuous snort of laughter. Ворона, наблюдавшая за происходящим с высокой сосны на стороне Милла, громко каркнула, и в звуке этом слышался пренебрежительный смешок.
Elsa's legs turned rubbery. Ноги Эльзы стали ватными.
She backed until her bottom struck the crumpled nose of the Mercedes. Она пятилась, пока не уперлась задом в смятое крыло "мерседеса".
"Nora-pie," she said. - Нора, солнышко, - повторила Эльза.
"Oh, honey." - Ох, милая...
Something tickled the back of her neck. Что-то коснулось ее шеи.
She wasn't sure, but thought it was probably a lock of the wounded girl's hair. Точно она сказать не могла, но подумала, что это прядь волос раненой молодой женщины.
Only now, of course, she was the dead girl. Только теперь, конечно, она стала мертвой молодой женщиной.
And poor sweet Nora, with whom she'd sometimes shared illicit nips of gin or vodka in the laundry room at Cathy Russell, the two of them giggling like girls away at camp. Как и бедная добрая Нора, с которой Эльза тайком пропускала по глотку джина или водки в прачечной "Кэтрин Рассел", и они хихикали, как девчонки в летнем лагере.
Nora's eyes were open, staring up at the bright midday sun, and her head was cocked at a nasty angle, as if she had died trying to look back over her shoulder and make sure Elsa was all right. Открытые глаза Норы смотрели в яркое полуденное солнце, голова повернулась под неестественным углом, словно она умерла, стараясь при этом заглянуть за спину и убедиться, что с Эльзой все в порядке.
Elsa, who was all right-"just shaken up," as they'd said of certain lucky survivors back in their ER days-began to cry. Эльза, с которой действительно все было в порядке - "это всего лишь шок", как она когда-то говорила некоторым счастливчикам, привезенным "скорой", - заплакала.
She slid down the side of the car (ripping her own coat on a jag of metal) and sat on the asphalt of 117. Соскользнула по борту автомобиля, порвав пальто о торчащий металлический шип, и села на асфальт шоссе номер 117.
She was still sitting there and still crying when Barbie and his new friend in the Sea Dogs cap came upon her. Она все еще сидела и плакала, когда на нее набрели Барби и его новый друг в бейсболке Тюленей.
3 3
Sea Dogs turned out to be Paul Gendron, a car salesman from upstate who had retired to his late parents' farm in Motton two years before. Тюленем оказался Пол Гендрон, продавец автомобилей из северной части штата, двумя годами ранее отошедший от дел и вернувшийся на ферму своих умерших родителей в Моттон.
Barbie learned this and a great deal more about Gendron between their departure from the crash scene on 119 and their discovery of another one-not quite so spectacular but still pretty horrific-at the place where Route 117 crossed into The Mill. Барби узнал о Гендроне и это, и многое другое в промежутке между уходом с места аварии на шоссе номер 119 и прибытием на место другой аварии, не такой масштабной, но тоже ужасной, на шоссе номер 117, случившейся там, где дорога пересекала границу Милла.
Barbie would have been more than willing to shake Gendron's hand, but such niceties would have to remain on hold until they found the place where the invisible barrier ended. Барби с удовольствием пожал бы Гендрону руку, но с этим приходилось повременить: пока мешал невидимый барьер, края которого найти им еще не удалось.
Ernie Calvert had gotten through to the Air National Guard in Bangor, but had been put on hold before he had a chance to say why he was calling. Эрни Кэлверт связался с Национальной гвардией ВВС в Бангоре, но его звонок поставили на удержание, прежде чем он успел произнести хоть слово.
Meanwhile, approaching sirens heralded the imminent arrival of the local law. Тем временем нарастающий вой сирен сообщил о скором прибытии местных слуг закона.
"Just don't expect the Fire Department," said the farmer who'd come running across the field with his sons. - Только не ждите пожарных, - подал голос фермер, который прибежал через поле с сыновьями.
His name was Alden Dinsmore, and he was still getting his breath back. Звали его Олден Динсмор.
"They're over to Castle Rock, burnin down a house for practice. - Они в Касл-Роке, сжигают дом на учениях.
Could have gotten plenty of practice right h-" Then he saw his younger son approaching the place where Barbie's bloody handprint appeared to be drying on nothing more than sunny air. Могли бы попрактиковаться и здесь. - Тут он увидел, что его младший сын приближается к тому месту, где кровавый отпечаток ладони Барби вроде бы высыхал на пронизанном солнцем воздухе.
"Rory, get away from there!" - Рори, отойди оттуда!
Rory, agog with curiosity, ignored him. Но Рори, снедаемый любопытством, слова отца проигнорировал.
He reached out and knocked on the air just to the right of Barbie's handprint. Протянул руку и ударил по воздуху справа от отпечатка ладони Барби.
But before he did, Barbie saw goosebumps rash out on the kid's arms below the ragged sleeves of his cut-off Wildcats sweatshirt. Но прежде чем он ударил, Барби заметил мурашки, которые побежали по рукам мальчика ниже обтрепанных рукавов свитера "Диких котов".
There was something there, something that kicked in when you got close. Что-то там такое было, и это что-то включалось при приближении человека.
The only place Barbie had ever gotten a similar sensation was close to the big power generator in Avon, Florida, where he'd once taken a girl necking. Похожие ощущения Барби однажды испытал в Эйвоне, во Флориде, когда в поисках укромного местечка увлек девушку к мощному электрогенератору.
The sound of the kid's fist was like knuckles on the side of a Pyrex casserole dish. Звук от удара кулака мальчика по невидимому барьеру напоминал постукивание костяшек пальцев по боковой стороне кастрюльки из жаропрочного стекла типа пирекса.
It silenced the little babbling crowd of spectators, who had been staring at the burning remains of the pulp-truck (and in some cases taking pictures of it with their cell phones). Он заглушил гул разговоров маленькой толпы, собравшейся по ту сторону барьера. Люди смотрели на горящие остатки лесовоза (некоторые фотографировали пожар на мобильники).
"I'll be dipped in shit," someone said. - Чтоб мне сдохнуть! - воскликнул кто-то.
Alden Dinsmore dragged his son away by the ragged collar of his sweatshirt, then whapped him backside of the head as he had the older brother not long before. Олден Динсмор оттащил сына за обтрепанный воротник свитера, а потом дал подзатыльник, как совсем недавно - старшему сыну.
"Don't you ever!" Dinsmore cried, shaking the boy. - Не делай этого! - кричал Динсмор, тряся мальчишку.
"Don't you ever, when you don't know what it is!" - Никогда такого не делай, если ты не знаешь, что это!
"Pa, it's like a glass wall! - Пап, это как стеклянная стена!
It's-" Это...
Dinsmore shook him some more. Динсмор тряхнул его вновь.
He was still panting, and Barbie feared for his heart. Фермер все еще тяжело дышал, и Барби обеспокоился, не хватит ли его инфаркт.
"Don't you ever!" he repeated, and pushed the kid at his older brother. - Никогда такого не делай! - повторил Динсмор и подтолкнул мальчишку к его старшему брату.
"Hang onto this fool, Ollie." - Приглядывай за этим дураком, Олли.
"Yessir," Ollie said, and smirked at his brother. - Дассэр! - Олли самодовольно ухмыльнулся, глядя на брата.
Barbie looked toward The Mill. Барби посмотрел в сторону Милла.
He could now see the approaching flashers of a police car, but far ahead of it-as if escorting the cops by virtue of some higher authority-was a large black vehicle that looked like a rolling coffin: Big Jim Rennie's Hummer. Он увидел приближающиеся мигалки патрульных машин, но впереди, словно сопровождаемая копами особо важная персона, ехал объемный черный автомобиль, смахивающий на гроб: "хаммер" Большого Джима Ренни.
Barbie's fading bumps and bruises from the fight in Dipper's parking lot seemed to give a sympathetic throb at the sight. От его вида синяки и шишки на теле Барби, уже заживающие после ночной драки на парковке у "Дипперса", сочувственно запульсировали.
Rennie Senior hadn't been there, of course, but his son had been the prime instigator, and Big Jim had taken care of Junior. Ренни-старшего в той драке, разумеется, не было, но его сын являлся главным зачинщиком, и Большой Джим заботился о Младшем.
If that meant making life in The Mill tough for a certain itinerant short-order cook-tough enough so the short-order cook in question would decide to just haul stakes and leave town-even better. И ради этого отцу пришлось максимально усложнить жизнь некоему странствующему повару блюд быстрого приготовления - так усложнить, что вышеуказанный повар решил собрать вещички и покинуть город.
Barbie didn't want to be here when Big Jim arrived. Especially not with the cops. Барби не хотел сталкиваться здесь с Большим Джимом, тем более его сопровождали копы.
Chief Perkins had treated him okay, but the other one-Randolph-had looked at him as if Dale Barbara were a piece of dogshit on a dress shoe. Чиф Перкинс отнесся к нему по-человечески, но его заместитель - Рэндолф - воспринимал Дейла Барбару куском собачьего дерьма, налипшим на выходную обувь.
Barbie turned to Sea Dogs and said: Барби повернулся к Тюленю.
"You interested in taking a little hike? - Не желаете прогуляться?
You on your side, me on mine? Вы по своей стороне, я по своей?
See how far this thing goes?" Посмотрим, как далеко это тянется?
"And get away from here before yonder gasbag arrives?" - И уйти до того, как прибудет этот пустозвон?
Gendron had also seen the oncoming Hummer. - Гендрон тоже видел приближающийся "хаммер".
"My friend, you're on. - Друг мой, с удовольствием.
East or west?" На восток или запад?
4 4
They went west, toward Route 117, and they didn't find the end of the barrier, but they saw the wonders it had created when it came down. Tree branches had been sheared off, creating pathways to the sky where previously there had been none. Они пошли на запад, к шоссе номер 117, и не нашли конца барьера, зато увидели множество результатов его появления.
Stumps had been cut in half. Стволы деревьев, разрубленные пополам.
And there were feathered corpses everywhere. Повсюду валявшиеся тушки в перьях.
"Lotta dead birds," Gendron said. - Уйма дохлых птиц.
He resettled his cap on his head with hands that trembled slightly. His face was pale. - Г ендрон дрожащими руками поправил бейсболку.
"Never seen so many." - Никогда не видел так много.
"Are you all right?" Barbie asked. - Ты в порядке? - спросил Барби.
"Physically? - Физически?
Yeah, I think so. Думаю, что да.
Mentally, I feel like I've lost my frickin mind. Умственно... такое ощущение, что крыша съехала полностью.
How about you?" А ты?
"Same," Barbie said. - Та же история.
Two miles west of 119, they came to God Creek Road and the body of Bob Roux, lying beside his still-idling tractor. В двух милях к западу от 119-го они вышли на Год-Крик-роуд и к Бобу Ру, застывшему около все еще работающего трактора.
Barbie moved instinctively toward the downed man and once again bumped the barrier... although this time he remembered at the last second and slowed in time to keep from bloodying his nose again. Барби инстинктивно шагнул к лежащему на земле человеку и снова стукнулся о барьер... правда, на этот раз в самую последнюю секунду вспомнил о его существовании и не разбил в кровь нос.
Gendron knelt and touched the farmer's grotesquely cocked neck. Гендрон опустился на колени. Прикоснулся к гротескно задранной голове фермера.
"Dead." - Мертв.
"What's that littered all around him? - А что валяется вокруг него?
Those white scraps?" Эти белые обломки?
Gendron picked up the largest piece. Гендрон поднял самый большой.
"I think it's one of those computer-music doohickies. - Думаю, какая-то компьютерная штуковина для проигрывания музыки.
Musta broke when he hit the..." He gestured in front of him. Должно быть, развалилась, когда он ударился о... -Гендрон указал на невидимую преграду перед собой.
"The you-know." - Ты знаешь обо что.
From the direction of town a whooping began, hoarser and louder than the town whistle had been. Со стороны города вновь донесся вой, более громкий и грубый в сравнении с городской сиреной.
Gendron glanced toward it briefly. Г ендрон бросил в том направлении короткий взгляд.
"Fire siren," he said. - Пожарная сирена.
"Much good it'll do." Пользы от нее - вагон.
"FD's coming from Castle Rock," Barbie said. - Пожарные машины возвращаются из Касл-Рока,- объявил Барби.
"I hear them." - Я их слышу.
"Yeah? - Да?
Your ears are better'n mine, then. Значит, слух у тебя лучше моего.
Tell me your name again, friend." Скажи мне еще раз свое имя.
"Dale Barbara. - Дейл Барбара.
Barbie to my friends." Для друзей - просто Барби.
"Well, Barbie, what now?" - И что теперь, Барби?
"Go on, I guess. - Пойдем дальше.
We can't do anything for this guy." Для этого парня мы ничего сделать не сможем.
"Nope, can't even call anyone," Gendron said gloomily. - Не сможем даже никому о нем сказать, - мрачно заметил Гендрон.
"Not with my cell back there. - Мой мобильник остался в машине.
Guess you don't have one?" Полагаю, у тебя его нет?
Barbie did, but he had left it behind in his now-vacated apartment, along with some socks, shirts, jeans, and underwear. Мобильник у Барби был, но он оставил его в уже покинутой квартире, вместе с носками, рубашками, джинсами и нижним бельем.
He'd lit out for the territories with nothing but the clothes on his back, because there was nothing from Chester's Mill he wanted to carry with him. Except a few good memories, and for those he didn't need a suitcase or even a knapsack. Ушел лишь в одежде, которая была на нем, потому что не захотел ничего уносить из Честерс-Милла, за исключением нескольких приятных воспоминаний, для которых не требовался ни чемодан, ни рюкзак.
All this was too complicated to explain to a stranger, so he just shook his head. Но едва ли у него получилось бы быстро и доходчиво объяснить все это незнакомцу. Поэтому Барби лишь покачал головой.
There was an old blanket draped over the seat of the Deere. На сиденье "дира" лежало старое одеяло.
Gendron shut the tractor off, took the blanket, and covered the body. Г ендрон заглушил двигатель трактора, взял одеяло и накрыл им тело.
"I hope he was listenin to somethin he liked when it happened," Gendron said. - Надеюсь, когда это случилось, он слушал что-то приятное.
"Yeah," Barbie said. - Да, - вздохнул Барби.
"Come on. - Пошли.
Let's get to the end of this whatever-it-is. Попытаемся дойти до конца этой хреновины.
I want to shake your hand. Я хочу пожать тебе руку.
Might even break down and give you a hug." Может, даже расплакаться и обнять тебя.
5 5
Shortly after discovering Roux's body-they were now very close to the wreck on 117, although neither of them knew it-they came to a little stream. Вскоре после того, как они обнаружили тело Ру -они находились уже совсем близко от места аварии на шоссе номер 117, хотя и не знали этого, - Барби и Гендрон вышли к ручейку.
The two men stood there for a moment, each on his own side of the barrier, looking in wonder and silence. Оба застыли, по разные стороны барьера, в изумлении глядя на происходящее.
At last Gendron said, "Holy jumped-up God." - Оосподи Иисусе! - наконец вырвалось у Гендрона.
"What does it look like from your side?" Barbie asked. - И как это выглядит с твоей стороны?
All he could see on his was the water rising and spreading into the under-growth. It was as if the stream had encountered an invisible dam. - Барби со своей стороны наблюдал, как вода поднималась и выливалась в кусты, словно ручей перегородила невидимая плотина.
"I don't know how to describe it. - Не знаю, как описать.
I never seen anything quite like it." Никогда не видел ничего подобного.
Gendron paused, scratching both cheeks, drawing his already long face down so he looked a little like the screamer in that Edvard Munch painting. - Г ендрон помолчал, почесывая обе щеки и оттягивая вниз и без того длинное лицо, отчего стал похож на кричащего человека с картины Эдварда Мунка.
"Yes I have. - Нет, видел.
Once. Один раз.
Sorta. Что-то похожее.
When I brought home a couple of goldfish for my daughter's sixth birthday. Когда принес домой пару золотых рыбок на день рождения дочери. Ей тогда исполнилось шесть лет.
Or maybe she was seven that year. А может, семь.
I brought em home from the pet store in a plastic bag, and that's what this looks like-water in the bottom of a plastic bag. Я принес их домой из зоомагазина в пластиковом мешке, и вот так это выглядит - как вода на дне пластикового мешка.
Only flat instead of saggin down. Только плоская, а не провисающая.
The water piles up against that... thing, then trickles off both ways on your side." Вода поднимается по этой... хреновине, а потом растекается вправо-влево на твоей стороне.
"Is none going through at all?" - К тебе ничего не попадает?
Gendron bent down, his hands on his knees, and squinted. Гендрон встал на четвереньки, сощурился.
"Yeah, some appears to go through. - Да, что-то попадает.
But not very much, just a trickle. Не очень много, маленькая струйка.
And none of the crap the water's carrying. Но ничего из того дерьма, что вода тащит с собой.
You know, sticks and leaves and such." Палки, листья, все такое, ну ты понимаешь.
They pushed on, Gendron on his side and Barbie on his. Они пошли дальше, Гендрон по своей стороне, Барби по своей.
As yet, neither of them were thinking in terms of inside and outside. Но ни один из них не думал, что кто-то внутри, а кто-то снаружи.
It didn't occur to them that the barrier might not have an end. Мысли о том, что барьер может не закончиться, ни у кого не возникало.
6 6
Then they came to Route 117, where there had been another nasty accident-two cars and at least two fatals that Barbie could be sure of. Потом они вышли на шоссе номер 117, где произошла еще одна серьезная авария - два разбитых автомобиля и как минимум два трупа, которые Барби увидел сразу.
There was another, he thought, slumped behind the wheel of an old Chevrolet that had been mostly demolished. Подумал, что есть и еще один - за рулем старого "шевроле", передняя часть которого превратилась в лепешку.
Only this time there was also a survivor, sitting beside a smashed-up Mercedes-Benz with her head lowered. Но на этот раз они нашли и выжившего. Рядом с врезавшимся в барьер "мерседесом" на асфальте сидела женщина с опущенной головой.
Paul Gendron rushed to her, while Barbie could only stand and watch. Пол Гендрон поспешил к ней, тогда как Барби мог только стоять и наблюдать.
The woman saw Gendron and struggled to rise. Женщина увидела Гендрона и попыталась подняться.
"No, ma'am, not at all, you don't want to do that," he said. - Нет, мэм, пожалуйста, сидите, не надо вам вставать, - попытался остановить ее Гендрон.
"I think I'm fine," she said. - Думаю, я в порядке.
"Just... you know, shaken up." Просто... вы понимаете, в шоке.
For some reason this made her laugh, although her face was puffy with tears. - По какой-то причине эти слова вызвали у женщины смех, хотя лицо опухло от слез.
At that moment another car appeared, a slowpoke driven by an old fellow who was leading a parade of three or four other no doubt impatient drivers. В этот момент из-за поворота появился еще один автомобиль, за рулем которого сидел никуда не спешащий старик. Он возглавлял колонну из трех или четырех автомобилей, которым, безусловно, не терпелось его обогнать.
He saw the accident and stopped. Старик увидел аварию и остановился.
The cars behind him did, too. Едущие следом автомобили последовали его примеру.
Elsa Andrews was on her feet now, and with-it enough to ask what would become the question of the day: Эльза Эндрюс уже поднялась и в достаточной степени пришла в себя, чтобы задать вопрос дня:
"What did we hit? - Во что мы врезались?
It wasn't the other car, Nora went around the other car." Точно не в другой автомобиль. Нора его объехала.
Gendron answered with complete honesty. "Dunno, ma'am." - Не знаю, мэм, - абсолютно честно ответил ей Гендрон.
"Ask her if she has a cell-phone," Barbie said. - Спроси, есть ли у нее мобильник, - предложил ему Барби.
Then he called to the gathering spectators. "Hey! Потом обратился к собирающейся толпе: - Эй!
Who's got a cell phone?" У кого есть мобильник?
"I do, mister," a woman said, but before she could say more, they all heard an approaching whup-whup-whup sound. It was a helicopter. - У меня есть, мистер, - ответила какая-то женщина, но, прежде чем успела сказать что-то еще, все услышали приближающееся стрекотание лопастей: к ним летел вертолет.
Barbie and Gendron exchanged a stricken glance. Барби и Гендрон в ужасе переглянулись.
The copter was blue and white, flying low. It was angling toward the pillar of smoke marking the crashed pulp-truck on 119, but the air was perfectly clear, with that almost magnifying effect that the best days in northern New England seem to have, and Barbie could easily read the big blue 13 on its side. And see the CBS eye logo. Сине-белый вертолет летел низко, направляясь к столбу дыма, отмечающего место крушения лесовоза на шоссе номер 119. В идеально чистом воздухе, возможно, даже обладающем увеличивающим эффектом, какой возникает в северной части Новой Англии в особо тихие дни, Барби без труда разглядел на борту большие рисунки: число "13" и глаз - логотип компании Си-би-эс.
It was a news chopper, out of Portland. Вертолет службы новостей, из Портленда.
It must already have been in the area, Barbie thought. Вероятно, находился неподалеку, подумал Барби.
And it was a perfect day to get some juicy crash footage for the six o'clock news. Погода идеальная, и можно получить роскошные кадры аварии для шестичасового выпуска новостей.
"Oh, no," Gendron moaned, shading his eyes. - Нет, - застонал Гендрон, прикрывая ладонью глаза.
Then he shouted: "Get back, you fools! Потом закричал: - Назад, идиоты!
Get back!" Назад!
Barbie chimed in. К нему тут же присоединился Барби:
"No! - Нет!
Stop it! Остановитесь!
Get away!" Назад!
It was useless, of course. Разумеется, их криков никто не услышал.
Even more useless, he was waving his arms in big go-away gestures. И никто не увидел, как они машут руками, показывая, что близко подлетать нельзя.
Elsa looked from Gendron to Barbie, bewildered. Эльза в недоумении переводила взгляд с Гендрона на Барби.
The chopper dipped to treetop level and hovered. Вертолет опустился до вершин деревьев и завис.
"I think it's gonna be okay," Gendron breathed. - Думаю, все будет хорошо. - Гендрон глубоко вдохнул.
"The people back there must be waving em off, too. - Наверное, люди и там показывают ему, чтобы он дал задний ход.
Pilot musta seen-" Пилот это видит и...
But then the chopper swung north, meaning to hook in over Alden Dinsmore's grazeland for a different view, and it struck the barrier. Но тут вертолет полетел на север, с тем чтобы зависнуть над пастбищем Олдена Динсмора и снять аварию с другого ракурса. И ударился о барьер.
Barbie saw one of the rotors break off. Барби увидел, как отлетела одна из лопастей.
The helicopter dipped, dropped, and swerved, all at the same time. Вертолет ушел в сторону, вниз и перевернулся одновременно.
Then it exploded, showering fresh fire down on the road and fields on the other side of the barrier. А потом взорвался, осыпая новым огнем шоссе и поля на другой стороне барьера.
Gendron's side. На стороне Гендрона.
The outside. Снаружи.
7 7
Junior Rennie crept like a thief into the house where he had grown up. Ренни-младший как вор прокрался в дом, где вырос.
Or a ghost. Или как призрак.
It was empty, of course; his father would be out at his giant used car lot on Route 119-what Junior's friend Frank sometimes called the Holy Tabernacle of No Money Down-and for the last four years Francine Rennie had been hanging out nonstop at Pleasant Ridge Cemetery. Дом, разумеется, пустовал: отец находился на огромной территории салона подержанных автомобилей, расположенного у шоссе номер 119, - Френк, друг Младшего, иногда называл этот салон Святой обителью "Без первого взноса", - а Франсина Ренни последние четыре года беспрерывно тусовалась на кладбище "Плизант-ридж".
The town whistle had quit and the police sirens had faded off to the south somewhere. Городская сирена перестала выть, полицейские смолкли где-то на юге.
The house was blessedly quiet. В доме царила благостная тишина.
He took two Imitrex, then dropped his clothes and got into the shower. Он принял две капсулы имитрекса, потом разделся и встал под душ.
When he emerged, he saw there was blood on his shirt and pants. Когда вышел из ванной, увидел кровь на рубашке и брюках.
He couldn't deal with it now. Сейчас он этим заниматься не мог.
He kicked the clothes under his bed, drew the shades, crawled into the rack, and drew the covers up over his head, as he had when he was a child afraid of closet-monsters. Ногами затолкал одежду под кровать, затянул шторы, улегся в постель, накрылся с головой, как в детстве, если боялся сидящих в шкафу монстров.
He lay there shivering, his head gonging like all the bells of hell. Лежал, дрожа всем телом, в голове били все колокола ада.
He was dozing when the fire siren went off, jolting him awake. Он уже задремал, когда взвыла пожарная сирена и разбудила его.
He began to shiver again, but the headache was better. Его вновь начало трясти, но голова болела меньше.
He'd sleep a little, then think about what to do next. Он подумал, что немного поспит, а потом будет решать, как поступить.
Killing himself still seemed by far the best option. Скорее всего он покончит с собой.
Because they'd catch him. Потому что его обязательно поймают.
He couldn't even go back and clean up; he wouldn't have time before Henry or LaDonna McCain came back from their Saturday errands. Он даже не мог вернуться и зачистить все следы. Не успеет до возвращения Генри и Ладонны Маккейн.
He could run-maybe-but not until his head stopped aching. Он мог бы сбежать - возможно, - но лишь после того, как перестала бы болеть голова.
And of course he'd have to put some clothes on. И разумеется, ему следовало сначала одеться.
You couldn't begin life as a fugitive buckytail naked. Не мог он начинать жизнь беглеца голым.
On the whole, killing himself would probably be best. Но самоубийство представлялось наилучшим вариантом.
Except then the fucking short-order cook would win. Разве что тогда этот гребаный недобитый повар окажется победителем.
And when you really considered the matter, all this was the fucking cook's fault. А если смотреть в корень, то виноват во всем как раз этот гребаный повар.
At some point the fire whistle quit. В какой-то момент пожарная сирена заткнулась.
Junior slept with the covers over his head. Младший заснул, укрывшись с головой.
When he woke up, it was nine PM. Когда проснулся, часы показывали девять вечера.
His headache was gone. Голова не болела.
And the house was still empty. И дом по-прежнему пустовал.
CLUSTERMUG Полная мутня
1 1
When Big Jim Rennie scrunched to a stop in his H3 Alpha Hummer (color: Black Pearl; accessories: you name it), he was a full three minutes ahead of the town cops, which was just the way he liked it. Скрипя тормозами, остановил свой "Альфа-Хаммер-Эйч-3" (цвет "черный жемчуг", дополнительные опции - полный фарш) Большой Джим Ренни. Он опередил городских копов на целых три минуты, и такой расклад ему очень даже нравился.
Keep ahead of the competish, that was Rennie's motto. Девиз Ренни гласил: всегда опережай конкурентов.
Ernie Calvert was still on the phone, but he raised a hand in a half-assed salute. Эрни Кэлверт все еще говорил по телефону, но вскинул руку, приветствуя Ренни.
His hair was in disarray and he looked nearly insane with excitement. Волосы его растрепались, он был таким взвинченным, будто обезумел.
"Yo, Big Jim, I got through to em!" - Привет, Большой Джим, я до них дозвонился!
"Through to who?" Rennie asked, not paying much attention. He was looking at the still-burning pyre of the pulp-truck, and at the wreckage of what was clearly a plane. - Дозвонился до кого? - рассеянно спросил Ренни, оглядывая все еще горящий лесовоз и обломки вроде бы самолета.
This was a mess, one that could mean a black eye for the town, especially with the two newest firewagons over in The Rock. Неприятная история, возможно, грязное пятно на репутации города, с учетом того, что две новенькие пожарные машины отправились в Рок.
A training exercise he had approved of... but Andy Sanders's signature was the one on the approval form, because Andy was First Selectman. Учения, участие в которых он одобрил... но на бланке разрешения на выезд стояла подпись Энди Сандерса, потому что тот занимал пост первого члена городского управления.
That was good. И хорошо, что занимал.
Rennie was a great believer in what he called the Protectability Quotient, and being Second Selectman was a prime example of the Quotient in action; you got all of the power (at least when the First was a nit like Sanders), but rarely had to take the blame when things went wrong. Ренни свято верил в фактор защищенности - так он это называл. И пост второго члена городского управления служил хорошим примером использования данного фактора: вся власть принадлежит тебе (во всяком случае, если Первый - такой кретин, как Сандерс), а ответственность, если что-то идет не так, ложится на другого.
And this was what Rennie-who had given his heart to Jesus at age sixteen and did not use foul language-called "a clustermug." То, что происходило сейчас, Ренни - в шестнадцать лет он отдал сердце Иисусу и с тех пор вычеркнул из лексикона все грубые слова -называл "полной мутней".
Steps would have to be taken. Следовало принимать меры.
Control would have to be imposed. Брать ситуацию под контроль.
And he couldn't count on that elderly ass Howard Perkins to do the job. А рассчитывать, что старый козел Говард Перкинс справится с этой работой, он не мог.
Perkins might have been a perfectly adequate police chief twenty years ago, but this was a new century. Лет двадцать назад Перкинс, возможно, и был идеальным начальником полиции, но они жили уже в новом веке.
Rennie's frown deepened as he surveyed the scene. Оглядывая место катастрофы, Ренни хмурился все сильнее.
Too many spectators. Слишком много зрителей.
Of course there were always too many at things such as this; people loved blood and destruction. Впрочем, в таких случаях их всегда оказывалось слишком много: люди обожали кровь и разрушение.
And some of these appeared to be playing a bizarre sort of game: seeing how far they could lean over, or something. И некоторые вроде бы играли в какую-то странную игру: проверяли, как далеко они смогут наклониться или что-то в этом роде.
Bizarre. Действительно странно.
"You people get back from there!" he shouted. - Эй вы, отойдите подальше! - прокричал он.
He had a good voice for giving orders, big and confident. Г олос его, громкий и уверенный, идеально подходил для того, чтобы отдавать приказы.
"That's an accident site!" - Это место аварии.
Ernie Calvert-another idiot, the town was full of them, Rennie supposed any town was-tugged at his sleeve. He looked more excited than ever. Эрни Кэлверт - еще один идиот, город ими битком набит, впрочем, Ренни полагал, что аналогичная ситуация в любом городе, - еще более взвинченный, дернул его за рукав.
"Got through to the ANG, Big Jim, and-" - Я связался с Эн-гэ, Большой Джим, и...
"The who? - С кем?
The what? С чем ?
What are you talking about?" О чем ты говоришь?
"The Air National Guard!" - С Национальной гвардией ВВС!
Worse and worse. Все мутнее и мутнее.
People playing games, and this fool calling the- Люди, играющие в игры, и этот идиот, позвонивший...
"Ernie, why would you call them, for gosh sakes?" - Эрни, ради Бога, зачем ты им позвонил?
"Because he said... the guy said..." But Ernie couldn't remember exactly what Barbie had said, so he moved on. "Well anyway, the colonel at the ANG listened to what I was telling him, then connected me with Homeland Security in their Portland office. - Потому что он сказал... этот парень сказал... -Эрни не смог вспомнить, что именно сказал Барби, поэтому двинулся дальше: - В любом случае полковник в Национальной гвардии выслушал, что я ему говорю, а потом соединил меня с портлендским отделением Министерства национальной безопасности.
Put me right through!" Соединил напрямую!
Rennie slapped his hands to his cheeks, a thing he did often when he was exasperated. It made him look like a cold-eyed Jack Benny. Ренни хлопнул ладонями по щекам - поступал так практически всегда, если сердился, становясь похожим на сурового Джека Бенни.
Like Benny, Big Jim did indeed tell jokes from time to time (always clean ones). Как и Бенни, Большой Джим время от времени шутил (но без грязных слов).
He joked because he sold cars, and because he knew politicians were supposed to joke, especially when election time came around. Он шутил и потому, что продавал автомобили, и потому, что знал: политикам положено шутить, особенно с приближением выборов.
So he kept a small rotating stock of what he called "funnies" (as in "Do you boys want to hear a funny?"). Небольшой стандартный набор шуток, которые он называл приколами ("Ну что, парни, хотите услышать прикол?"), всегда был при нем.
He memorized these much as a tourist in a foreign land will pick up the phrases for stuff like Where is the bathroom or Is there a hotel with Internet in this village? Он запоминал их, как турист, отправляющийся в страну, где говорят на другом языке, запоминает фразы вроде: Где туалет? или Есть в этом городе отель с Интернетом?
But he didn't joke now. Но сейчас он совсем не шутил.
"Homeland Security! - Министерство национальной безопасности!
What in the cotton-picking devil for?" Зачем, ёханый бабай?
Cotton-picking was by far Rennie's favorite epithet. - Любил он использовать такие выраженьица.
"Because the young guy said there's somethin across the road. - Потому что этот молодой парень говорил о чем-то, перекрывшем дорогу.
And there is, Jim! И так оно и есть, Джим!
Somethin you can't see! Что-то такое, чего нельзя увидеть!
People can lean on it! Люди могут до этого дотронуться!
See? Смотри!
They're doin it now. Это они сейчас и делают.
Or... if you throw a stone against it, it bounces back! Или... если ты бросишь в это камень, он отлетает!
Look!" Вот так!
Ernie picked up a stone and threw it. - Эрни поднял камень.
Rennie did not trouble looking to see where it went; he reckoned if it had struck one of the rubberneckers, the fellow would have given a yell. Ренни не удосужился проследить за его полетом; он полагал, что камень попадет в кого-то из зевак, а тот, само собой, закричит от боли.
"The truck crashed into it... into the whatever-it-is... and the plane did, too! - Лесовоз ударился в... ударился в это, уж не знаю что... и самолет тоже!
And so the guy told me to-" И этот парень сказал мне...
"Slow down. - Помедленнее.
What guy exactly are we talking about?" О каком парне ты говоришь?
"He's a young guy," Rory Dinsmore said. - Он - молодой парень, - вступил в разговор Рори Динсмор.
"He cooks at Sweetbriar Rose. - Готовит в "Эглантерии".
If you ask for a hamburg medium, that's how you get it. Если попросить гамбургер средней прожаренности, он это сделает.
My dad says you can hardly ever get medium, because nobody knows how to cook it, but this guy does." Мой папа говорит, что таких гамбургеров теперь не найти, потому что готовить их никто не умеет, а этот парень умеет.
His face broke into a smile of extraordinary sweetness. - Мальчишка обаятельно улыбнулся.
"I know his name." - Я знаю его фамилию.
"Shut up, Roar," his brother warned. - Заткнись, Pop! - прикрикнул на него старший брат.
Mr. Rennie's face had darkened. Лицо мистера Ренни потемнело.
In Ollie Dinsmore's experience, this was the way teachers looked just before they slapped you with a week's worth of detention. По мнению Олли Динсмора, именно так выглядели учителя, прежде чем сказать, что на неделю оставляют тебя в школе после занятий.
Rory, however, paid no mind. Рори, однако, словам брата не внял.
"It's a girl's name! - Она как девчачье имя.
It's Baaarbara. " Ба-а-арбара .
Just when I think I've seen the last of him, that cotton-picker pops up again, Rennie thought. И когда я уже уверен, что больше никогда его не увижу, этот ёханый бабай появляется вновь , подумал Ренни.
That darned useless no-account. Этот паршивый, никчемный тип .
He turned to Ernie Calvert. Он повернулся к Эрни Кэлверту.
The police were almost here, but Rennie thought he had time to put a stop to this latest bit of Barbara-induced lunacy. Копы уже подъезжали, но Ренни полагал, что у него есть время для того, чтобы остановить это спровоцированное Барбарой безумие.
Not that Rennie saw him around. Он не ожидал увидеть здесь Барбару.
Nor expected to, not really. Конечно же, не ожидал.
How like Barbara to stir up the stew, make a mess, then flee. Но это так похоже на Барбару - заварить кашу, погнать волну и смыться.
"Ernie," he said, "you've been misinformed." - Эрни, тебя неправильно информировали.
Alden Dinsmore stepped forward. Тут вперед выступил Олден Динсмор:
"Mr. Rennie, I don't see how you can say that, when you don't know what the information is." - Мистер Ренни, я не понимаю, как вы можете так говорить, если даже не знаете, о какой информации идет речь.
Rennie smiled at him. Ренни ему улыбнулся.
Pulled his lips back, anyway. Во всяком случае, растянул губы.
"I know Dale Barbara, Alden; I have that much information." - Я знаю Дейла Барбару, Олден. О нем у меня информации предостаточно.
He turned back to Ernie Calvert. "Now, if you'll just-" - Он вновь повернулся к Эрни Кэлверту: - А теперь я хочу, чтобы ты...
"Hush," Calvert said, holding up a hand. - Ш-ш-ш. - Кэлверт поднял руку.
"I got someone." - Меня с кем-то соединили.
Big Jim Rennie did not like to be hushed, especially by a retired grocery store manager. Большой Джим Ренни не любил, когда на него кто-то шикал, тем более вышедший на пенсию управляющий магазина.
He plucked the phone from Ernie's hand as though Ernie were an assistant who had been holding it for just that purpose. Он вырвал мобильник из руки Эрни, будто тот был его помощником, который принес телефон боссу.
A voice from the cell phone said, "To whom am I speaking?" - С кем я говорю? - послышалось из динамика.
Less than half a dozen words, but they were enough to tell Rennie that he was dealing with a bureaucratic son-of-a-buck. Этих коротких слов Ренни хватило, чтобы понять, что произнес их чинуша-бюрократ.
The Lord knew he'd dealt with enough of them in his three decades as a town official, and the Feds were the worst. Господь знал: за три десятилетия работы городским чиновником он частенько контактировал с бюрократами, и самые худшие из них - это федералы.
"This is James Rennie, Second Selectman of Chester's Mill. - С Джеймсом Ренни, вторым членом городского управления Честерс-Милла, сэр.
Who are you, sir?" Кто вы, сэр?
"Donald Wozniak, Homeland Security. - Дональд Возняк, Министерство национальной безопасности.
I understand you have some sort of problem out there on Highway 119. Как я понимаю, у вас некая проблема на Сто девятнадцатом шоссе.
An interdiction of some kind." Что-то связанное с каким-то препятствием.
Interdiction? Interdiction? Препятствием?
What kind of Fedspeak was that? Что это за федеральный бред?
"You have been misinformed, sir," Rennie said. - Вас неправильно проинформировали, сэр.
"What we have is an airplane-a civilian plane, a local plane-that tried to land on the road and hit a truck. У нас тут самолет... гражданский самолет, местный самолет... пытался приземлиться на дорогу и столкнулся с грузовиком.
The situation is completely under control. Ситуация полностью под контролем.
We do not require the aid of Homeland Security." Нам не требуется помощь Министерства национальной безопасности.
"Mister Rennie," the farmer said, "that is not what happened." - Мистер Ренни, - подал голос фермер, - все произошло не так.
Rennie flapped a hand at him and began walking toward the first police cruiser. Большой Джим отмахнулся от него и направился к Первому патрульному автомобилю.
Hank Morrison was getting out. Из него уже вылезал Хэнк Моррисон.
Big, six-five or so, but basically useless. Здоровенный, ростом в шесть футов и пять дюймов, но совершенно бестолковый.
And behind him, the gal with the big old tiddies. Wettington, her name was, and she was worse than useless: a smart mouth run by a dumb head. Следом подъехала девица с большими буферами -Уэттингтон, такая у нее была фамилия, - еще хуже, чем бестолковая, с бойким языком, который управлялся тупой головой.
But behind her, Peter Randolph was pulling up. Randolph was the Assistant Chief, and a man after Rennie's own heart. Но на дороге уже появился патрульный автомобиль Питера Рэндолфа, заместителя чифа, человека, на которого Ренни всегда мог положиться.
A man who could get 'er done. Вот кто мог справиться с порученным делом.
If Randolph had been the duty officer on the night Junior got in trouble at that stupid devilpit of a bar, Big Jim doubted if Mr. Dale Barbara would still have been in town to cause trouble today. Если бы Рэндолф дежурил в тот вечер, когда Младший влип в историю на автостоянке у придорожного ресторана, мистер Дейл Барбара вряд ли сегодня мутил бы воду в городе.
In fact, Mr. Barbara might have been behind bars over in The Rock. Нет, мистер Барбара сидел бы за решеткой в Роке.
Which would have suited Rennie fine. И Ренни это очень бы устроило.
Meanwhile, the man from Homeland Security-did they have the nerve to call themselves agents?-was still jabbering away. Тем временем человек из Министерства национальной безопасности - и еще называют себя агентами? - продолжал что-то бубнить.
Rennie interrupted him. Ренни его оборвал.
"Thank you for your interest, Mr. Wozner, but we've got this handled." - Спасибо, что вас заинтересовали наши дела, мистер Вознер, но мы справимся сами.
He pushed the END button without saying goodbye. - Не попрощавшись, он нажал кнопку с красной трубкой.
Then he tossed the phone back to Ernie Calvert. Потом бросил мобильник Эрни Кэлверту.
"Jim, I don't think that was wise." - Джим, не думаю, что это правильно.
Rennie ignored him and watched Randolph stop behind the Wettington gal's cruiser, bubblegum bars flashing. Ренни проигнорировал его реплику, наблюдая, как Рэндолф, не выключая мигалки, пристраивается в затылок к патрульной машине Уэттингтон.
He thought about walking down to meet Randolph, and rejected the idea before it was fully formed in his mind. И он уже собрался двинуться к Рэндолфу, но отверг эту мысль до того, как она полностью сформировалась.
Let Randolph come to him. Пусть Рэндолф подходит к нему.
That was how it was supposed to work. Так должно быть в этом городе, а не иначе.
And how it would work, by God. Так и будет, во имя Господа.
2 2
"Big Jim," Randolph said. "What's happened here?" - Большой Джим, - подошел к нему Рэндолф, - что здесь произошло?
"I believe that's obvious," Big Jim said. - Как мне представляется, все это очевидно.
"Chuck Thompson's airplane got into a little argument with a pulp-truck. Самолет Чака Томпсона затеял спор с лесовозом.
Looks like they fought it to a draw." Такое впечатление, что этот поединок закончился вничью.
Now he could hear sirens coming from Castle Rock. Тут он услышал сирены, приближающиеся со стороны Касл-Рока.
Almost certainly FD responders (Rennie hoped their own two new-and horribly expensive-firewagons were among them; it would play better if no one actually realized the new trucks had been out of town when this clustermug happened). Почти наверняка ехали пожарные машины (Ренни надеялся, что среди них будут и две городские, новенькие и чертовски дорогие: тогда, возможно, никто бы и не понял, что пожарные города находились за его пределами, когда произошла эта мутня).
Ambulances and police would be close behind. Следом, конечно, уже ехали патрульные машины и "скорые".
"That ain't what happened," Alden Dinsmore said stubbornly. - Все случилось совсем не так, - по-прежнему гнул свое Олден Динсмор.
"I was out in the side garden, and I saw the plane just-" - Я был на огороде и увидел, как самолет просто...
"Better move those people back, don't you think?" - Лучше отвести этих людей подальше, как думаешь?
Rennie asked Randolph, pointing to the lookie-loos. - Ренни указал Рэндолфу на зевак.
There were quite a few on the pulp-truck side, standing prudently away from the blazing remains, and even more on The Mill side. Их собралось достаточно много на стороне лесовоза, стояли они на безопасном расстоянии от его пылающих останков, и еще больше людей подъехало со стороны Милла.
It was starting to look like a convention. Ситуация начала напоминать городской сход.
Randolph addressed Morrison and Wettington. Рэндолф повернулся к Моррисону и Уэттингтон.
"Hank," he said, and pointed at the spectators from The Mill. - Хэнк! - Он указал на жителей Милла.
Some had begun prospecting among the scattered pieces of Thompson's plane. Некоторые уже бродили среди разбросанных частей самолета Томпсона.
There were cries of horror as more body parts were discovered. Слышались крики ужаса, когда среди железок люди натыкались на фрагменты человеческих тел.
"Yo," Morrison said, and got moving. - Понял. - Моррисон направился к зевакам.
Randolph turned Wettington toward the spectators on the pulp-truck side. Уэттингтон заместитель чифа указал на других зевак, глазеющих на лесовоз:
"Jackie, you take..." But there Randolph trailed off. - Джекки, возьми на себя... - Но Рэндолф не договорил.
The disaster-groupies on the south side of the accident were standing in the cow pasture on one side of the road and knee-deep in scrubby bushes on the other. Зрители с южной стороны зоны происшествия стояли на пастбище по одну сторону дороги и в невысоком, до колена, кустарнике - по другую.
Their mouths hung open, giving them a look of stupid interest Rennie was very familiar with; he saw it on individual faces every day, and en masse every March, at town meeting. Рты у всех раскрылись, на лицах отпечаталось выражение тупого интереса, с каким Ренни так часто сталкивался. Каждый день он видел подобное выражение на лицах отдельных личностей, а раз в году, в марте, на городском собрании, en masse.
Only these people weren't looking at the burning truck. Но люди между тем смотрели не на горящий лесовоз.
And now Peter Randolph, certainly no dummy (not brilliant, not by a long shot, but at least he knew which side his bread was buttered on), was looking at the same place as the rest of them, and with that same expression of slack-jawed amazement. И теперь Питер Рэндолф, далеко не тупица (конечно, не семи пядей во лбу, но по крайней мере он знал, с какой стороны его кусок хлеба намазан маслом), смотрел туда же, что и остальные, и от изумления у него тоже отвисла челюсть.
So was Jackie Wettington. Как и у Джекки Уэттингтон.
It was the smoke the rest were looking at. А остальные смотрели на дым.
The smoke rising from the burning pulper. Тот самый, что поднимался над горящим лесовозом.
It was dark and oily. Черный и маслянистый.
The people downwind should have been darned near choking on it, especially with a light breeze out of the south, but they weren't. Людям, стоявшим под ветром, а дул он с юга, вроде бы полагалось задыхаться от этого дыма, но они не задыхались.
And Rennie saw the reason why. И Ренни видел почему.
It was hard to believe, but he saw it, all right. Верилось в это с трудом, но он все видел собственными глазами.
The smoke did blow north, at least at first, but then it took an elbow-bend-almost a right angle-and rose straight up in a plume, as if in a chimney. Дым смещался на север, во всяком случае, сначала, а потом направление его движения изменялось, чуть ли не под прямым углом, и он струей поднимался вертикально вверх, как по трубе.
And it left a dark brown residue behind. И оставлял за собой черно-коричневый след.
A long smudge that just seemed to float on the air. Длинный грязный язык, который, казалось, плавал в воздухе.
Jim Rennie shook his head to clear the image away, but it was still there when he stopped. Джим Ренни замотал головой, чтобы отделаться от этого образа, но, когда перестал мотать, язык остался на прежнем месте.
"What is it?" Randolph asked. - Что это?
His voice was soft with wonder. - У Рэндолфа от изумления голос заметно смягчился.
Dinsmore, the farmer, placed himself in front of Randolph. " That guy"-pointing at Ernie Calvert-"had Homeland Security on the phone, and this guy"-pointing at Rennie in a theatrical courtroom gesture Rennie didn't care for in the least-"took the phone out of his hand and hung up! Перед ним встал Динсмор, фермер. - Вот этот парень, - он указал на Эрни Кэлверта, - связался с Министерством национальной безопасности, а вот этот... - театральным жестом, достойным зала суда, фермер указал на Ренни, которого жест этот не впечатлил, - взял у него трубку и оборвал связь!
He shun't'a done that, Pete. Не следовало ему этого делать, Пит.
Because that was no collision. Потому что никакого столкновения не было.
The plane wasn't anywhere near the ground. Самолет не приближался к земле.
I seen it. Я это видел.
I was covering plants in case of frost, and I seen it." Укрывал грядки на случай мороза и видел .
"I did, too-" Rory began, and this time it was his brother Ollie who went up the backside of Rory's head. Rory began to whine. - Я тоже видел... - начал Рори и на этот раз схлопотал подзатыльник от старшего брата, после чего захныкал.
Alden Dinsmore said, "It hit something. - Он с чем-то столкнулся , - продолжал Олден Динсмор.
Same thing the truck hit. - С тем же, с чем столкнулся и грузовик.
It's there, you can touch it. Эта преграда тут, вы можете ее пощупать.
That young fella-the cook-said there oughta be a no-fly zone out here, and he was right. А молодой человек, повар, сказал, что здесь необходимо ввести зону запрета полетов, и он прав.
But Mr. Rennie"-again pointing at Rennie like he thought he was a gosh-darn Perry Mason instead of a fellow who earned his daily bread attaching suction cups to cows' tiddies-"wouldn't even talk. Но мистер Ренни... - Динсмор эффектным жестом вновь указал на Ренни, словно считал себя Перри Мейсоном, а не человеком, который зарабатывал на жизнь, надевая доильные стаканы на соски коровьего вымени, - даже не стал говорить.
Just hung up." Просто оборвал связь.
Rennie did not stoop to rebuttal. Но Ренни и не собирался оправдываться.
"You're wasting time," he told Randolph. - Ты теряешь время, - сказал он Рэндолфу.
Moving a little closer and speaking just above a whisper, he added: "The Chief’s coming. Приблизился и добавил чуть ли не шепотом: -Чиф уже едет.
My advice would be to look sharp and control this scene before he gets here." Мой совет - действуй быстро и возьми место аварии под контроль до его приезда.
He cast a cold momentary eye on the farmer. - Потом бросил на фермера ледяной взгляд.
"You can interview the witnesses later." - Свидетелей ты сможешь опросить позже.
But-maddeningly-it was Alden Dinsmore who got the last word. Но - и это взбесило Ренни - последнее слово все равно осталось за Олденом Динсмором:
"That fella Barber was right. - Этот парень Барбара был прав.
He was right and Rennie was wrong." Он был прав, а Ренни ошибся.
Rennie marked Alden Dinsmore for later action. И Большой Джим дал себе слово не оставить эту выходку Олдена Динсмора без внимания.
Sooner or later, farmers always came to the Selectmen with their hats in their hands-wanting an easement, a zoning exception, something-and when Mr. Dinsmore next showed up, he would find little comfort, if Rennie had anything to say about it. Рано или поздно фермеры всегда приходили к членам городского управления со шляпами в руках - хотели подтвердить право пользования дорогами или получить снижение зонального тарифа, просили о чем-то еще, - и, когда мистер Динсмор придет в следующий раз, он не встретит понимания, если мнение Ренни играет хоть какую-то роль.
And he usually did. А оно играет!
"Control this scene!" he told Randolph. - Возьми место аварии под контроль, - повторил Ренни Рэндолфу.
"Jackie, move those people back," the Assistant Chief said, pointing toward the lookie-loos on the pulp-truck side of the accident. - Джекки, отодвинь этих людей, - приказал заместитель чифа, указав на зевак, которые стояли со стороны лесовоза.
"Establish a perimeter." - Установи периметр.
"Sir, I think those folks are actually in Motton-" - Сэр, я думаю, эти люди находятся в Моттоне...
"I don't care, move them back." - Мне без разницы, отодвинь их подальше.
Randolph glanced over his shoulder to where Duke Perkins was working his way out of the green Chief’s car-a car Randolph longed to see in his own driveway. - Рэндолф оглянулся и посмотрел на Герцога Перкинса, вылезающего из зеленого патрульного автомобиля чифа - автомобиля, который Питеру очень хотелось видеть на подъездной дорожке у своего дома.
And would, with Big Jim Rennie's help. И он надеялся, что увидит - с помощью Большого Джима Ренни.
In another three years at the very latest. Самое позднее, через три года.
"Castle Rock PD'll thank you when they get here, believe me." - Полицейское управление Касл-Рока только поблагодарит тебя, поверь мне.
"What about..." She pointed at the smoke-smudge, which was still spreading. - А как насчет этого... - Джекки указала на грязное пятно от дыма, которое все расширялось.
Seen through it, the October-colorful trees looked a uniform dark gray, and the sky was an unhealthy shade of yellowy-blue. Сквозь него октябрьская расцветка деревьев нивелировалась. Все листья становились одинаково темно-серыми, а небо приобретало нездоровый желтоватый отлив.
"Stay clear of it," Randolph said, then went to help Hank Morrison establish the perimeter on the Chester's Mill side. - Держись подальше, - ответил Рэндолф. Он хотел помочь Хэнку Моррисону установить периметр со стороны Честерс-Милла.
But first he needed to bring Perk up to speed. Но сначала требовалось ввести в курс дела Перкинса.
Jackie approached the people on the pulp-truck side. Джекки зашагала к людям, собравшимся на стороне лесовоза.
The crowd over there was growing all the time as the early arrivers worked their cell phones. Толпа постоянно росла - видать, прибывшие первыми сразу взялись за мобильники.
Some had stamped out little fires in the bushes, which was good, but now they were just standing around, gawking. Кто-то затоптал маленькие очаги огня в кустах -благое дело, но теперь все только стояли и глазели.
She used the same shooing gestures Hank was employing on The Mill side, and chanted the same mantra. Руки Джекки пришли в движение, она как бы отгоняла толпу, повторяя жесты Хэнка на стороне Милла, и подкрепляла их той же мантрой:
"Get back, folks, it's all over, nothing to see you haven't seen already, clear the road for the firetrucks and the police, get back, clear the area, go home, get ba-" - Отойдите, пожалуйста, подальше, все закончено, вы не увидите ничего такого, что уже не видели, освободите дорогу для пожарных машин и полиции, отойдите, очистите территорию, разъезжайтесь по домам, займитесь сво...
She hit something. Джекки обо что-то ударилась.
Rennie had no idea what it was, but he could see the result. Ренни понятия не имел обо что, но увидел результат.
The brim of her hat collided with it first. Сначала с препятствием соприкоснулись поля ее шляпы.
It bent, and the hat tumbled off behind her. Сложились, и шляпа слетела с головы Джекки.
An instant later those insolent tiddies of hers-a couple of cotton-picking gunshells was what they were-flattened. Мгновением позже сплющились ее здоровенные буфера - пара ёханых пушечных ядер, так они выглядели.
Then her nose squashed and gave up a jet of blood that splattered against something... and began to run down in long drips, like paint on a wall. То же самое произошло с носом, и из него выплеснулась струя крови, которая размазалась на чем-то... и начала стекать вниз длинными каплями, как краска по стене.
She went on her well-padded ass with an expression of shock on her face. Джекки шлепнулась на свой обширный зад. На лице отражалось крайнее изумление.
The goddarn farmer stuck his oar in then: Чертов фермер опять задолдонил:
"See? - Видите?
What'd I tell you?" Что я вам говорил?
Randolph and Morrison hadn't seen. Рэндолф и Моррисон все это не видели.
Neither had Perkins; the three of them were conferring together by the hood of the Chiefs car. Перкинс - тоже. Втроем они что-то обсуждали у капота автомобиля чифа.
Rennie briefly considered going to Wettington, but others were doing that, and besides-she was still a little too close to whatever it was she'd run into. У Ренни возникла мысль подойти к Уэттингтон, но другие уже проявляли инициативу, а кроме того... она находилась слишком близко от препятствия, на которое наткнулась.
He hurried toward the men instead, set face and big hard belly projecting get-'er-done authority. Поэтому он поспешил к копам-мужчинам. Суровое лицо и выпяченный живот показывали, что идет человек, облеченный властью.
He spared a glare for Farmer Dinsmore on his wayby. По пути он свирепо глянул на Динсмора.
"Chief," he said, butting in between Morrison and Randolph. - Привет, чиф. - Ренни протиснулся между Моррисоном и Рэндолфом.
"Big Jim," Perkins said, nodding. Перкинс кивнул в ответ:
"You didn't waste any time, I see." - Вижу, ты времени не теряешь.
This was perhaps a gibe, but Rennie, a sly old fish, did not rise to the bait. Возможно, он хотел его подколоть, но Ренни, хитрая старая рыбина, приманку не заглотил.
"I'm afraid there's more going on here than meets the eye. - Боюсь, мы не вполне можем доверять собственным глазам.
I think someone had better get in touch with Homeland Security." Думаю, кто-то должен связаться с Министерством национальной безопасности.
He paused, looking suitably grave. - Он выдержал многозначительную паузу.
"I don't want to say there's terrorism involved... but I won't say there isn't." - Я не хочу сказать, что это как-то связано с терроризмом... но и не могу утверждать, что не связано.
3 3
Duke Perkins looked past Big Jim. Герцог Перкинс смотрел за спину Большого Джима.
Jackie was being helped to her feet by Ernie Calvert and Johnny Carver, who ran Mill Gas & Grocery. Эрни Кэлверт и Джонни Карвер, который работал в магазине при заправочной станции "Бензин и бакалея", помогали Джекки подняться.
She was dazed and her nose was bleeding, but she appeared all right otherwise. Чувствовалось, что она ошарашена, из носа текла кровь, но в целом ничего страшного с ней не произошло.
Nevertheless, this whole situation was hinky. Тем не менее здесь определенно творилось что-то странное.
Of course, any accident where there were fatalities felt that way to some extent, but there was more wrong here. Разумеется, такое ощущение возникало всегда, если гибли люди, но тут странностей было куда как больше.
For one thing, the plane hadn't been trying to land. Во-первых, самолет не пытался приземлиться.
There were too many pieces, and they were too widely scattered, for him to believe that. Слишком большое количество обломков валялось на слишком большой территории, чтобы Перкинс в это поверил.
And the spectators. Плюс зеваки.
They weren't right, either. С ними тоже хватало странностей.
Randolph hadn't noticed, but Duke Perkins did. Рэндолф этого не заметил, в отличие от Герцога Перкинса.
They should have formed into one big spreading clump. Люди должны были стоять одной большой толпой.
It was what they always did, as if for comfort in the face of death. Так они поступали всегда, словно каждый нуждался в поддержке других перед лицом смерти.
Only these had formed two clumps, and the one on the Motton side of the town line marker was awfully close to the still-burning truck. Not in any danger, he judged... but why didn't they move over here? А здесь образовалось две толпы, которые почему-то не переходили административную границу между городами.
The first firetrucks swept around the curve to the south. Из-за поворота на юге появились первые пожарные машины.
Three of them. Числом три.
Duke was glad to see that the second one in line had CHESTER'S MILL FIRE DEPARTMENT PUMPER NO. 2 printed in gold on the side. Герцог порадовался, увидев на борту второй по счету надпись золотыми буквами: "ЧЕСТЕРС-МИЛЛ. ПОЖАРНАЯ МАШИНА НОМЕР 2".
The crowd shuffled back farther into the scrubby bushes, giving them room. Толпа сдвинулась к кустам, освобождая место пожарным.
Duke returned his attention to Rennie. Герцог перевел взгляд на Ренни:
"What happened here? - Что здесь произошло?
Do you know?" Ты знаешь?
Rennie opened his mouth to reply, but before he could, Ernie Calvert spoke up. Ренни уже открыл рот, чтобы ответить, но его опередил Эрни Кэлверт:
"There's a barrier across the road. - Дорогу перегораживает какой-то барьер.
You can't see it, but it's there, Chief. Его не видно, но он есть, чиф.
The truck hit it. Лесовоз столкнулся с ним.
The plane, too." И самолет тоже.
"Damn right!" Dinsmore exclaimed. - Чертовски верно! - воскликнул Динсмор.
"Officer Wettington hit it, too," Johnny Carver said. - Об него ударилась и патрульная Уэттингтон, -вставил Джонни Карвер.
"Lucky for her she was goin slower." - К счастью, на меньшей скорости.
He had placed an arm around Jackie, who looked dazed. Он обнимал Джекки за талию. Женщина еще не пришла в себя.
Duke observed her blood on the sleeve of Carver's I GOT GASSED AT MILL DISCOUNT jacket. Герцог заметил кровь на рукаве рабочей куртки Карвера с надписью на спине "Я ЗАПРАВИЛСЯ БЕНЗИНОМ В МИЛЛЕ СО СКИДКОЙ".
On the Motton side, another FD truck had arrived. На стороне Моттона появилась еще одна пожарная машина.
The first two had blocked the road in a V. Первые две перекрыли дорогу, образовав букву "V".
Firemen were already spilling out and unrolling hoses. Пожарные уже выскочили из кабин и раскатывали рукава.
Duke could hear the warble of an ambulance from the direction of Castle Rock. Герцог слышал сирену "скорой", приближающуюся со стороны Касл-Рока.
Where's ours? he wondered. А где наша? - задался он вопросом.
Had it also gone to that stupid damn training exercise? Тоже отправилась на эти чертовы учения?
He didn't like to think so. Ему бы не хотелось так думать.
Who in their right mind would order an ambulance to an empty burning house? Да кто в здравом уме мог отправить "скорую" к пустому горящему дому?
"There seems to be an invisible barrier-" Rennie began. - Вроде бы здесь невидимый барьер... - начал Ренни.
"Yeah, I got that," Duke said. - Да, я понял, - оборвал его Герцог.
"I don't know what it means, but I got it." - Не знаю, что это значит, но я понял.
He left Rennie and went to his bleeding officer, not seeing the dark red color that suffused the Second Selectman's cheeks at this snub. - Он оставил Ренни и направился к своей подчиненной, из носа которой все еще капала кровь, не увидев, как у оскорбленного второго члена городского управления полыхнули красным щеки.
"Jackie?" - Джекки!
Duke asked, taking her gently by the shoulder. - Герцог мягко положил руку ей на плечо.
"All right?" - Ты в порядке?
"Yeah." - Да.
She touched her nose, where the blood-flow was slowing. - Она коснулась пальцем своего носа.
"Does it look broken? - Он не выглядит сломанным?
It doesn't feel broken." По ощущениям - он не сломан.
"It's not broken, but it's going to swell. - Он не сломан, только распухает.
Think you'll look all right by the time the Harvest Ball comes around, though." Но я уверен, что к Празднику жатвы нос придет в норму.
She offered a weak smile. Она слабо улыбнулась.
"Chief," Rennie said, "I really think we ought to call someone on this. - Чиф, - к ним подошел Ренни, - я действительно думаю, что мы должны кому-то об этом сообщить.
If not Homeland Security-on more mature reflection that seems a little radical-then perhaps the State Police-" Если не в Министерство национальной безопасности, по здравом размышлении я понял, что это перебор, тогда, возможно, в полицию штата.
Duke moved him aside. Герцог отодвинул его в сторону.
It was gentle but unequivocal. Мягко, но недвусмысленно.
Almost a push. Почти что оттолкнул.
Rennie balled his hands into fists, then unrolled them again. Пальцы Ренни сжались в кулаки, но тут же разжались.
He had built a life in which he was a pusher rather than a pushee, but that didn't alter the fact that fists were for idiots. Жизнь свою он выстроил так, что по большей части толкал сам, не позволяя толкать его, но это нисколько не отменяло простой истины: кулаки -для идиотов.
Witness his own son. Примером тому его сын.
All the same, slights needed to be noted and addressed. Но оскорбления следовало помнить и заставлять за них расплачиваться.
Usually at some later date... but sometimes later was better. Sweeter. Обычно позже... и так получалось даже лучше. Месть становилась слаще.
"Peter!" - Питер!
Duke called to Randolph. - Герцог позвал Рэндолфа.
"Give the Health Center a shout and ask where the hell our ambulance is! - Свяжись с Центром здоровья и спроси, где их чертова "скорая"!
I want it out here!" Я хочу видеть ее здесь!
"Morrison can do that," Randolph said. - Это может сделать Моррисон.
He had grabbed the camera from his car and was turning to snap pictures of the scene. - Рэндолф достал фотоаппарат из своего патрульного автомобиля, чтобы заснять место аварии.
"You can do it, and right now." - Ты можешь это сделать, и немедленно.
"Chief, I don't think Jackie's too banged up, and no one else-" - Чиф, я не думаю, что Джекки так уж сильно ударилась, а кроме нее...
"When I want your opinion I'll ask for it, Peter." - Если я захочу узнать твое мнение, Питер, я им обязательно поинтересуюсь.
Randolph started to give him a look, then saw the expression on Duke's face. He tossed the camera back onto the front seat of his shop and grabbed his cell phone. Рэндолф бросил было на чифа злобный взгляд, но, оценив выражение лица Г ерцога, кинул фотоаппарат на сиденье и схватился за мобильник.
"What was it, Jackie?" Duke asked. - Что произошло, Джекки? - спросил Герцог.
"I don't know. - Я не знаю.
First there was a buzzy feeling like you get if you accidentally touch the prongs of a plug when you're sticking it into the wall. Сначала почувствовала покалывание, как бывает, если коснешься рукой штырей штепселя, который вставляешь в розетку.
It passed, but then I hit... jeez, I don't know what I hit." Это ушло, но потом я ударилась... и я не знаю, обо что я ударилась.
An ahhh sound went up from the spectators. - А-а-а-х! - выдохнула толпа.
The firemen had trained their hoses on the burning pulp-truck, but beyond it, some of the spray was rebounding. Striking something and splattering back, creating rainbows in the air. Пожарные направили рукава на горящий лесовоз, но за ним струи обо что-то ударялись и возвращались к пожарным, а брызги образовывали в воздухе яркие радуги.
Duke had never seen anything like it in his life... except maybe when you were in a car wash, watching the high-pressure jets hit your windshield. За свою жизнь Г ерцог не видел ничего подобного... разве что в мойке для автомобилей, когда ты сидишь в кабине и наблюдаешь, как струи воды под высоким давлением бьются о ветровое стекло.
Then he saw a rainbow on the Mill side as well: a small one. Потом он увидел радугу и на стороне Милла, только маленькую.
One of the spectators-Lissa Jamieson, the town librarian-walked toward it. Одна из зевак - Лисса Джеймисон, городской библиотекарь - направилась к этой радуге.
"Lissa, get away from there!" Duke shouted. - Лисса, не подходи туда! - крикнул Герцог.
She ignored him. Она его проигнорировала.
It was as if she were hypnotized. Напоминала загипнотизированную.
She stood inches from where a jet of high-pressure water was striking thin air and splashing back, her hands spread. Встала в нескольких дюймах от того места, где струи высокого давления били по прозрачному воздуху и отлетали назад, раскинула руки.
He could see drops of mist sparkling on her hair, which was pulled away from her face and bunned at the back. Г ерцог видел капельки водяного тумана, заблестевшие на ее волосах, которые она собрала на затылке в пучок.
The little rainbow broke up, then reformed behind her. Маленькая радуга исчезла, потом сформировалась вновь, за спиной Лиссы.
"Nothing but mist!" she called, sounding rapturous. - Ничего, кроме тумана! - крикнула она, и в ее голосе слышался восторг.
"All that water over there and nothing but mist over here! - Там столько воды, а здесь ничего, кроме тумана!
Like from a humidifier." Как от увлажнителя воздуха.
Peter Randolph held up his cell phone and shook his head. Питер Рэндолф поднял мобильник и покачал головой.
"I get a signal, but I'm not getting through. - Сигнал есть, но дозвониться я не могу.
My guess is that all these spectators "-he swept his arm in a big arc-"have got everything jammed up." Наверное, все эти люди, - он обвел толпу рукой, -перегрузили сеть.
Duke didn't know if that were possible, but it was true that almost everyone he could see was either yakking or taking pictures. Г ерцог не знал, возможно ли такое, но действительно практически все или с кем-то разговаривали, или фотографировали.
Except for Lissa, that was, who was still doing her wood-nymph imitation. За исключением Лиссы, которая по-прежнему вела себя, как лесная нимфа.
"Go get her," Duke told Randolph. - Приведи ее сюда, - приказал Герцог своему заместителю.
"Pull her back before she decides to haul out her crystals or something." - Приведи ее сюда до того, как она вытащит магический кристалл или что-то еще в этом роде.
Randolph's face suggested that such errands were far below his pay grade, but he went. По лицу Рэндолфа ясно читалось, что подобные поручения кажутся ему недостойными уровня жалованья, которое получал, но он пошел.
Duke uttered a laugh. Герцог хохотнул.
It was short but genuine. Коротко, но искренне.
"What in the goodness sakes do you see that's worth laughing about?" Rennie asked. - Что, скажи на милость, ты увидел здесь смешного? - спросил Ренни.
More Castle County cops were pulling up on the Motton side. Со стороны Моттона подъезжало все больше и больше копов из Полицейского управления округа.
If Perkins didn't look out, The Rock would end up taking control of this thing. И если Перкинс продолжит топтаться на месте, копы из Касл-Рока возьмут ситуацию под свой контроль.
And getting the gosh-darn credit. То есть вся слава достанется им.
Duke stopped laughing, but he was still smiling. Герцог перестал смеяться, но улыбка не сошла с лица.
Unabashed. Его, похоже, происходящее не пугало.
"It's a clustermug," he said. - Это полная мутня, - произнес он наконец.
"Isn't that your word, Big Jim? - Твое ведь словечко, Большой Джим?
And in my experience, sometimes laughing is the only way to deal with a clustermug." И поверь моему опыту, когда имеешь дело с полной мутней, без смеха никак не обойтись.
"I have no idea what you're talking about!" - Я понятия не имею, о чем ты говоришь!
Rennie almost shouted. - Ренни чуть ли не кричал.
The Dinsmore boys stepped back from him and stood beside their father. Братья Динсморы отступили от него и спрятались за отца.
"I know." Duke spoke gently. - Я знаю, - мягко сказал Герцог.
"And that's okay. - И это нормально.
All you need to understand right now is that I'm the chief law enforcement officer on the scene, at least until the County Sheriff gets here, and you're a town selectman. Но тебе надо прямо сейчас понять следующее: я -старший офицер правоохранительных органов на месте катастрофы, по крайней мере до приезда шерифа округа, а ты - член городского управления.
You have no official standing, so I'd like you to move back." Здесь у тебя никакого официального статуса нет, поэтому я хочу, чтобы ты отошел в сторону.
Duke raised his voice and pointed to where Officer Henry Morrison was stringing yellow tape, stepping around two largeish pieces of airplane fuselage to do it. - Г ерцог указал на желтую ленту, которую натягивал патрульный Генри Моррисон, для чего тому пришлось переступить через два крупных обломка фюзеляжа.
"I'd like everyone to move back and let us do our job! - Я хочу, чтобы все отошли и не мешали нам выполнять свою работу!
Follow Selectman Rennie. Следуйте за членом городского управления Ренни.
He's going to lead you behind the yellow tape." Он отведет вас за желтую ленту.
"I don't appreciate this, Duke," Rennie said. - Я тебе спасибо за это не скажу, Герцог.
"God bless you, but I don't give a shit," Duke said. - На что мне совершенно наплевать, и да благословит тебя Бог.
"Get off my scene, Big Jim. Немедленно покинь мою территорию.
And be sure to go around the tape. И пожалуйста, обойди ленту.
No need for Henry to have to string it twice." Незачем Генри натягивать ее дважды.
"Chief Perkins, I want you to remember how you spoke to me today. - Чиф Перкинс, я хочу, чтобы ты запомнил, как сегодня разговаривал со мной.
Because I will." Потому что я точно это запомню.
Rennie stalked toward the tape. Ренни широким шагом направился к ленте.
The other spectators followed, most looking over their shoulders to watch the water spray off the diesel-smudged barrier and form a line of wetness on the road. Остальные зеваки последовали за ним, большинство оглядывались на водный туман, сверкающий перед измазанным черным дымом барьером и образующий влажное пятно на асфальте и обочинах.
A couple of the sharper ones (Ernie Calvert, for instance) had already noticed that this line exactly mimicked the border between Motton and The Mill. Двое или трое наиболее наблюдательных (среди них и Эрни Кэлверт) уже заметили, что барьер в точности повторяет границу между Моттоном и Миллом.
Rennie felt a childish temptation to snap Hank Morrison's carefully strung tape with his chest, but restrained himself. Ренни ощутил детское желание грудью разорвать ленту, которую натягивал Хэнк Моррисон, но сдержался.
He would not, however, go around and get his Land's End slacks snagged in a mess of burdocks. They had cost him sixty dollars. Обходить ленту, правда, не стал, не захотел трепать о лопухи брюки марки "Ленде энд", которые обошлись ему в шестьдесят долларов.
He shuffled under, holding up the tape with one hand. Прошел под лентой, подняв ее над головой.
His belly made serious ducking impossible. Из-за внушительного живота нагнуться не получилось бы.
Behind him, Duke walked slowly toward the place where Jackie had suffered her collision. За его спиной Г ерцог медленно направился к тому месту, где Джекки получила по носу.
He held one hand outstretched before him like a blind man prospecting his way across an unfamiliar room. Вытянул руку перед собой, как слепец, продвигающийся по незнакомой комнате.
Here was where she had fallen down... and here... Вот тут она упала... а здесь...
He felt the buzzing she had described, but instead of passing, it deepened to searing pain in the hollow of his left shoulder. Он почувствовал то самое покалывание, о котором говорила Джекки, но оно не ушло, а усилилось, превратилось в острую боль под левым плечом.
He had just enough time to remember the last thing Brenda had said-Take care of your pacemaker-and then it exploded in his chest with enough force to blow open his Wildcats sweatshirt, which he'd donned that morning in honor of this afternoon's game. Ему хватило времени, чтобы вспомнить последние слова Бренды - Осторожнее с кардиостимулятором , - а потом прибор взорвался в груди Г ерцога с такой силой, что порвал футболку "Диких котов", которую он надел в то утро в честь предстоящей дневной игры.
Blood, scraps of cotton, and bits of flesh struck the barrier. Кровь, клочки ткани, кусочки плоти выплеснулись на барьер.
The crowd aaah ed. Толпа ахнула.
Duke tried to speak his wife's name and failed, but he saw her face clearly in his mind. Г ерцог попытался вымолвить имя жены и не смог, но мысленным взором ясно увидел ее лицо.
She was smiling. Она улыбалась.
Then, darkness. Потом улыбку Бренды сменила темнота.
4 4
The kid was Benny Drake, fourteen, and a Razor. Четырнадцатилетнего парнишку звали Бенни Дрейк, и он был Бритвой.
The Razors were a small but dedicated skateboarding club, frowned on by the local constabulary but not actually outlawed, in spite of calls from Selectmen Rennie and Sanders for such action (at last March's town meeting, this same dynamic duo had succeeded in tabling a budget item that would have funded a safe-skateboarding area on the town common behind the bandstand). "Бритвы" - так назвала свой клуб немногочисленная группа преданных скейтборду подростков. Местная полиция посматривала на них косо, но занятие это не запрещала, несмотря на просьбы Ренни и Сандерса о таком запрете (на последнем городском собрании в марте стараниями этой сладкой парочки из бюджета вычеркнули расходы на создание специальной безопасной площадки для скейтеров, на городской площади за трибуной).
The adult was Eric "Rusty" Everett, thirty-seven, a physician's assistant working with Dr. Ron Haskell, whom Rusty often thought of as The Wonderful Wizard of Oz. Его сейчас осматривал тридцатисемилетний Эрик Эверетт по прозвищу Расти, фельдшер, работавший вместе с доктором Роном Хаскелом, которого Расти представлял себе в образе Великого и Ужасного Волшебника Оза.
Because, Rusty would have explained (if he'd anyone other than his wife he could trust with such disloyalty), he so often remains behind the curtain while I do the work. "Потому что, - объяснял Расти (но только тем людям, кому мог доверять так же, как и жене), -он очень уж часто остается за занавесом, тогда как мне приходится выполнять всю работу".
Now he checked the state of young Master Drake's last tetanus shot. Расти проверил, когда юному мастеру Дрейку последний раз делали прививку от столбняка.
Fall of 2009, very good. Осенью 2009 года, очень хорошо.
Especially considering that young Master Drake had done a Wilson while cement-shooting and torn up his calf pretty good. С учетом того, что юный мастер Дрейк неудачно исполнил "уилсон" на бетоне и прилично рассадил икру.
Not a total jake, but a lot worse than simple roadrash. Жизни рана не угрожала, но и не шла ни в какое сравнение с обычной ссадиной.
"Power's back on, dude," young Master Drake offered. - Электричество включили, чувак, - заметил юный мастер Дрейк.
"Generator, dude," Rusty said. - Это генератор, чувак.
"Handles the hospital and the Health Center. Обеспечивает больницу и Центр здоровья.
Radical, huh?" Мудро придумано, да?
"Old-school," young Master Drake agreed. - Старая школа, - согласился Дрейк.
For a moment the adult and the adolescent regarded the six-inch gash in Benny Drake's calf without speaking. Какие-то мгновения взрослый и подросток молча рассматривали шестидюймовую рану на икре Бенни Дрейка.
Cleaned of dirt and blood, it looked ragged but no longer downright awful. Очищенная от грязи и крови, она по-прежнему выглядела рваной, но уже не такой ужасной.
The town whistle had quit, but far in the distance, they could hear sirens. Г ородская сирена смолкла, но издалека доносился вой других сирен.
Then the fire whistle went off, making them both jump. А потом включилась пожарная сирена, заставив их обоих вздрогнуть от неожиданности.
Ambulance is gonna roll, Rusty thought. "Скорой" пора на выезд , подумал Расти.
Sure as shit. Twitch and Everett ride again. Твитч и Эверетт спешат на помощь.
Better hurry this up. С парнем надо бы побыстрее закончить .
Except the kid's face was pretty white, and Rusty thought there were tears standing in his eyes. Да только лицо у мальчишки очень уж побледнело, а в глазах, как показалось Расти, стояли слезы.
"Scared?" Rusty asked. - Боишься?
"A little," Benny Drake said. - Есть немного.
"Ma's gonna ground me." Мать не разрешит мне гулять.
"Is that what you're scared of?" - Так ты этого боишься?
Because he guessed that Benny Drake had been grounded a few times before. - Расти догадывался, что Бенни Дрейка не всегда пускали гулять.
Like often, dude. Видно, очень даже часто.
"Well... how much is it gonna hurt?" - Ну... А будет очень больно?
Rusty had been hiding the syringe. Расти поначалу прятал шприц.
Now he injected three cc's of Xylocaine and epinephrine-a deadening compound he still called Novocain. Теперь ввел три кубика ксилокаина и эпинефрина - обезболивающей смеси, которую по-прежнему называл новокаином.
He took his time infiltrating the wound, so as not to hurt the kid any more than he had to. И ждал, пока смесь сработает, чтобы не причинять пацану лишней боли.
"About that much." - Не больнее, чем сейчас.
"Whoa," Benny said. "Stat, baby. - Уф, тогда приступай.
Code blue." Терпеть можно.
Rusty laughed. Расти рассмеялся.
"Did you full-pipe before you Wilsoned?" - Ты прокатился по фулпайпу, прежде чем сделать "уилсон"?
As a long-retired boarder, he was honestly curious. - Бывший скейтер проявлял искреннее любопытство.
"Only half, but it was toxic!" - Только на хафе, но и это забирает!
Benny said, brightening. - Бенни просиял.
"How many stitches, do you think? - Как думаешь, сколько швов?
Norrie Calvert took twelve when she ledged out in Oxford last summer." Норри Кэлверт наложили двенадцать, когда прошлым летом она навернулась в Оксфорде.
"Not that many," Rusty said. - Не так много.
He knew Norrie, a mini-goth whose chief aspiration seemed to be killing herself on a skateboard before bearing her first woods colt. - Расти знал Норри, маленькую готку, которая просто мечтала о том, чтобы убиться на скейтборде, прежде чем кого-то родить.
He pressed near the wound with the needle end of the syringe. Он нажал на край раны иглой.
"Feel that?" - Чувствуешь?
"Yeah, dude, totally. - Да, чувак, еще как.
Did you hear, like, a bang out there?" Ты слышал: там что-то бабахнуло?
Benny pointed vaguely south as he sat on the examining table in his undershorts, bleeding onto the paper cover. - Бенни небрежно указал на юг, сидя на смотровом столе в одних трусах и пачкая кровью бумажную простыню.
"Nope," Rusty said. He had actually heard two: not bangs but, he was afraid, explosions. - Нет, - отмахнулся Расти, хотя слышал, как бабахнуло дважды, только боялся, что не бабахнуло, а взорвалось.
Had to make this fast. С обработкой раны следовало поторопиться.
And where was The Wizard? А где Волшебник?
Doing rounds, according to Ginny. На обходе, по словам Джинни.
Which probably meant snoozing in the Cathy Russell doctors' lounge. Сие скорее всего означало, что спит в комнате отдыха врачей в "Кэтрин Рассел".
It was where The Wonderful Wiz did most of his rounds these days. В последнее время этот замечательный Волшебник, отправляясь на обход, оказывался именно там.
"Feel it now?" - Что-нибудь чувствуешь?
Rusty poked again with the needle. - Расти вновь уколол ногу иглой.
"Don't look, looking is cheating." - Не смотри. Глаза могут обмануть.
"No, man, nothin. - Нет, чел, ничего.
You're goofin wit me." Ты водишь меня за нос.
"I'm not. - Нет.
You're numb." Нога у тебя онемела.
In more ways than one, Rusty thought. - При этом Расти подумал: И не только нога .
"Okay, here we go. - Ладно, начнем.
Lie back, relax, and enjoy flying Cathy Russell Airlines." Ляг, расслабься и наслаждайся полетом с "Кэтрин Рассел эрлайнс".
He scrubbed the wound with sterile saline, debrided, then trimmed with his trusty no. 10 scalpel. - Он еще раз промыл рану стерилизующим раствором, очистил, потом подровнял края верным скальпелем номер 10.
"Six stitches with my very best four-oh nylon." - Шесть швов моей лучшей нейлоновой ниткой номер сорок.
"Awesome," the kid said. - Страх какой.
Then: "I think I may hurl." Думаю, я могу блевануть.
Rusty handed him an emesis basin, in these circumstances known as a puke pan. Расти протянул подростку тазик для рвоты, который также назывался блевотной кастрюлей.
"Hurl in this. - Блюй сюда.
Faint and you're on your own." Отключись, и ты в свободном полете.
Benny didn't faint. Бенни не отключился.
He didn't hurl, either. И не блеванул.
Rusty was placing a sterile gauze sponge on the wound when there was a perfunctory knock at the door, followed by Ginny Tomlinson's head. Расти уже накладывал на зашитую рану стерильную марлевую салфетку, когда раздался стук в дверь, а потом появилась голова Джинни Томлинсон.
"Can I speak to you for a minute?" - Могу я с тобой поговорить?
"Don't worry about me," Benny said. - На меня внимания не обращайте, - вставил Бенни.
"I'm like, freely radical." Cheeky little bugger. - Я это люблю, побыть с самим собой, - добавил маленький наглец.
"In the hall, Rusty?" Ginny said. - В коридоре, Расти.
She didn't give the kid a glance. - На подростка Джинни и не взглянула.
"I'll be right back, Benny. - Я сейчас вернусь, Бенни.
Sit there and take it easy." Сиди и не волнуйся.
"Chillaxin'. No prob." - Не парься, никаких проблем.
Rusty followed Ginny out into the hall. Расти последовал за Джинни в коридор.
"Ambulance time?" he asked. - Пора на выезд? - спросил он.
Beyond Ginny, in the sunny waiting room, Benny's mother was looking grimly down at a paperback with a sweet-savage cover. За спиной Джинни, в залитой солнцем комнате ожидания, мать Бенни бросила на фельдшера мрачный взгляд, оторвавшись от книги с обнимающейся парочкой на обложке.
Ginny nodded. Джинни кивнула.
"119, at the Tarker's town line. - Сто девятнадцатое, граница с Таркерсом.
There's another accident on the other town line-Motton-but I'm hearing everyone involved in that one is DATS." Dead at the scene. Еще один несчастный случай на другой границе города, с Моттоном, но, как я слышала, там все трупы.
"Truck-plane collision. Столкновение самолета с грузовиком.
The plane was trying to land." Самолет пытался приземлиться.
"Are you shitting me?" - Ты заливаешь?
Alva Drake looked around, frowning, then went back to her paperback. Элва Дрейк, хмурясь, оглянулась, потом вновь уткнулась в книгу.
Or at least to looking at it while she tried to decide if her husband would support her in grounding Benny until he was eighteen. Или просто смотрела в нее, пытаясь сообразить: поддержит ли ее муж, если она запретит Бенни гулять, пока ему не исполнится восемнадцать?
"This is an authentic no-shit situation," Ginny said. "I'm getting reports of other crashes, too-" - Ничего я не заливаю.
"Weird." - Странно как-то.
"-but the guy out on the Tarker's town line is still alive. - Но парень на границе с Таркерсом еще жив.
Rolled a delivery truck, I believe. Водитель грузовика для доставки продуктов, как я поняла.
Buzz, cuz. Пошевеливайся.
Twitch is waiting." Твитч ждет.
"You'll finish the kid?" - Ты закончишь перевязку?
"Yes. - Да.
Go on, go." Иди, иди.
"Dr. Rayburn?" - А доктор Рейберн?
"Had patients in Stephens Memorial." - У него пациенты в Мемориальной Стефенской.
This was the Norway-South Paris hospital. - Она говорила о больнице в Норуэе.
"He's on his way, Rusty. - Он уже едет, Расти.
Go." Шевелись.
He paused on his way out to tell Mrs. Drake that Benny was fine. Прежде чем уйти, он сообщил миссис Дрейк, что у Бенни все хорошо.
Alva did not seem overjoyed at the news, but thanked him. Элву эта новость вроде как не шибко обрадовала, но она его поблагодарила.
Dougie Twitchell-Twitch-was sitting on the bumper of the out-of-date ambulance Jim Rennie and his fellow selectmen kept not replacing, smoking a cigarette and taking some sun. Дуги Твитчел сидел на бампере старенькой "скорой", которую Джим Ренни и его коллеги из городского управления даже и не думали заменить, курил и нежился на теплом солнышке.
He was holding a portable CB, and it was lively with talk: voices popping like corn and jumping all over each other. Еще он держал в руке портативную рацию, и она бубнила без умолку: голоса возникали внезапно и наслаивались друг на друга.
"Put out that cancer-stick and let's get rolling," Rusty said. - Выкинь эту раковую палочку, и по коням, -распорядился Расти.
"You know where we're going, right?" - Ты знаешь, куда едем, так?
Twitch flipped the butt away. Твитч отбросил окурок.
Despite his nickname, he was the calmest nurse Rusty had ever encountered, and that was saying a lot. Несмотря на прозвище, более спокойного медбрата или медсестру Расти видеть не доводилось, а это говорило о многом.
"I know what Gin-Gin told you-Tarker's-Chester's town line, right?" - Я знаю, что сказала тебе Джин-Джин. Г раница с Таркерсом, так?
"Yes. - Точно.
Overturned truck." Перевернувшийся грузовик.
"Yeah, well, plans have changed. - Да, конечно, но планы переменились.
We gotta go the other way." Мы должны ехать в другую сторону.
He pointed to the southern horizon, where a thick black pillar of smoke was rising. - Он указал на южный горизонт, где поднималась колонна густого черного дыма.
"Ever had a desire to see a crashed plane?" - Никогда не возникало желания увидеть разбившийся самолет?
"I have," Rusty said. - Уже видел.
"In the service. На службе.
Two guys. Двое парней.
You could have spread what was left on bread. То, что от них осталось, можно было намазать на хлеб.
That was plenty for me, pilgrim. С меня хватит, странник.
Ginny says they're all dead out there, so why-" Джинни говорит, что там все мертвы. Тогда почему?
"Maybe so, maybe no," Twitch said, "but now Perkins is down, and he might not be." - Может, так, может, и нет. Но нам надо ехать за Перкинсом, а он, возможно, жив.
"Chief Perkins?" - Чифом Перкинсом?
"The very same. - Точно.
I'm thinking the prognosis ain't good if the pacemaker blew right out of his chest-which is what Peter Randolph is claiming-but he is the Chief of Police. Я думаю, прогноз не очень хороший, если у него кардиостимулятор взорвался в груди: именно так говорит Питер Рэндолф. Но Перкинс - начальник полиции.
Fearless Leader." Бесстрашный лидер.
"Twitch. Buddy. A pacemaker can't blow like that. - Твитч, дружище, кардиостимулятор в груди взорваться не может.
It's perfectly unpossible." Такое абсолютно невозможно.
"Then maybe he is still alive, and we can do some good," Twitch said. - Тогда, наверное, чиф еще жив, и мы сможем принести какую-то пользу, - резонно заметил Твитч.
Halfway around the hood of the ambo, he took out his cigarettes. Обходя капот "скорой", он достал сигареты.
"You're not smoking in the ambulance," Rusty said. - В кабине ты курить не будешь, - твердо заявил Расти.
Twitch looked at him sadly. Твитч с грустью посмотрел на него.
"Unless you share, that is." - Если не поделишься.
Twitch sighed and handed him the pack. Твитч вздохнул и протянул пачку.
"Ah, Marlboros," Rusty said. - Ах, "Мальборо"! - радостно воскликнул Расти.
"My very favorite OPs." - Мои самые любимые.
"You slay me," Twitch said. - Ты меня убиваешь, - хмыкнул Твитч.
5 5
They blew through the stoplight where Route 117 T'd into 119 at the center of town, siren blaring, both of them smoking like fiends (with the windows open, which was SOP), listening to the chatter from the radio. Они промчались на красный свет в месте слияния шоссе номер 117 и номер 119 с включенной сиреной, оба курили как одержимые (стекла, как и всегда, они опустили), слушая болтовню по рации.
Rusty understood little of it, but he was clear on one thing: he was going to be working long past four o'clock. Расти мало что понимал, но в одном у него сомнений уже не осталось: работать придется и после четырех часов.
"Man, I don't know what happened," Twitch said, "but there's this: we're gonna see a genuine aircraft crash site. - Чел, я не знаю, что случилось, - Твитч взглянул на него, - но вот что я тебе скажу: мы увидим настоящее крушение самолета.
Post-crash, true, but beggars cannot be choosers." Нет, конечно, попадем туда уже после того, как он упал, но хоть что-то.
"Twitch, you're one sick canine." - Твитч, ты - просто извращенец.
There was a lot of traffic, mostly headed south. Автомобилей хватало, и большинство направлялось на юг.
A few of these folks might have legitimate errands, but Rusty thought most were human flies being drawn to the smell of blood. Кто-то, возможно, ехал и по делам, но Расти подумал, что видит в основном человеческих мух, притягиваемых запахом крови.
Twitch passed a line of four with no problem; the northbound lane of 119 was oddly empty. Твитч гнал по встречной полосе: на север по шоссе номер 119 никто не ехал.
"Look!" - Посмотри!
Twitch said, pointing. - Твитч кивнул в сторону и вверх.
"News chopper! - Новостной вертолет.
We're gonna be on the six o'clock news, Big Rusty! Мы появимся в шестичасовом информационном выпуске, Большой Расти.
Heroic paramedics fight to-" Героические медики, борющиеся за...
But that was where Dougie Twitchell's flight of fancy ended. И вот тут полет фантазии Дуги Твитчела оборвался.
Ahead of them-at the accident site, Rusty presumed-the helicopter did a buttonhook. Впереди, на месте катастрофы, как предположил Расти, вертолет вдруг начал разваливаться.
For a moment he could read the number 13 on its side and see the CBS eye. Then it exploded, raining down fire from the cloudless early afternoon sky. Только что на его борту не составляло труда увидеть число "13" и глаз логотипа Си-би-эс, а в следующее мгновение вертолет взорвался и огненным дождем пролился на землю с безоблачного послеполуденного неба.
Twitch cried out: "Jesus, I'm sorry! - Господи, прости меня! - вскричал Твитч.
I didn't mean it!" - Я же говорил не на полном серьезе!
And then, childishly, hurting Rusty's heart even in his shock: "I take it back!" - А потом добавил так по-детски, что тронул сердце Расти: - Я беру свои слова обратно!
6 6
"I gotta go back," Gendron said. - Я должен вернуться.
He took off his Sea Dogs cap and wiped his bloody, grimy, pallid face with it. - Гендрон снял бейсболку Тюленей и вытер ею окровавленное грязное бледное лицо.
His nose had swollen until it looked like a giant's thumb. Его нос раздулся до такой степени, что напоминал большой палец великана.
His eyes peered out of dark circles. Глаза выглядывали из черных кругов.
"I'm sorry, but my schnozz is hurting like hell, and... well, I ain't as young as I used to be. - Извини, но мой рубильник ужасно болит, и... я уже не так молод, как прежде.
Also..." He raised his arms and dropped them. - Он вскинул руки и опустил.
They were facing each other, and Barbie would have taken the guy in his arms and given him a pat on the back, if it were possible. Они стояли лицом друг к другу, и Барби с радостью обнял бы Гендрона и похлопал по спине, будь такое возможно.
"Shock to the system, isn't it?" he asked Gendron. - Шок начал сказываться, да?
Gendron gave a bark of laughter. Гендрон грустно усмехнулся:
"That copter was the final touch." - А тут еще этот вертолет.
And they both looked toward the fresh column of smoke. И они оба повернулись к еще одной, только что появившейся колонне дыма.
Barbie and Gendron had gone on from the accident site on 117 after making sure that the witnesses were getting help for Elsa Andrews, the sole survivor. Барби и Г ендрон покинули место аварии на шоссе номер 117, лишь убедившись, что другие люди уже оказывают необходимую помощь Эльзе Эндрюс, единственной выжившей.
At least she didn't seem badly hurt, although she was clearly heartbroken over the loss of her friend. Судя по всему, она легко отделалась, хотя гибель подруги, конечно же, разбила ей сердце.
"Go on back, then. - Тогда возвращайся.
Slow. Медленно.
Take your time. Без всякой спешки.
Rest when you need to." Отдыхай, когда возникнет такое желание.
"Pushing on?" - Пойдешь дальше?
"Yes." - Да.
"Still think you're gonna find the end of it?" - Все еще рассчитываешь найти, где он заканчивается?
Barbie was silent for a moment. Барби какое-то время молчал.
At first he'd been sure, but now- Сначала он не сомневался, что найдет, но теперь...
"I hope so," he said. - Надеюсь.
"Well, good luck." - Что ж, удачи тебе.
Gendron tipped his cap to Barbie before putting it back on. - Г ендрон приподнял бейсболку, прежде чем надеть вновь.
"I hope to shake your hand before the day's out." - И я надеюсь пожать тебе руку еще сегодня.
"Me, too," Barbie said. - Я тоже.
He paused. He had been thinking. - Барби замолчал, о чем-то задумавшись.
"Can you do something for me, if you can get to your cell phone?" - Сможешь ты для меня кое-что сделать, когда доберешься до мобильника?
"Sure." - Конечно.
"Call the Army base at Fort Benning. - Позвони на армейскую базу в Форт-Беннинг.
Ask for the liaison officer and tell them you need to get in touch with Colonel James O. Cox. Спроси дежурного офицера и скажи ему, что тебе необходимо связаться с полковником Джеймсом Оу Коксом.
Tell them it's urgent, that you're calling for Captain Dale Barbara. Скажи, что дело срочное и ты звонишь по просьбе капитана Дейла Барбары.
Can you remember that?" Сможешь ты это запомнить?
"Dale Barbara. That's you. - Дейл Барбара - это ты.
James Cox, that's him. Джеймс Кокс - это он.
Got it." Вас понял.
"If you reach him... I'm not sure you will, but if... tell him what's going on here. - Если выйдешь на него... я в этом не уверен, но если... расскажи ему, что здесь происходит.
Tell him if no one's gotten in touch with Homeland Security, he's the man. Скажи ему: если никто еще не связался с Министерством национальной безопасности, то сделать это должен он.
Can you do that?" Справишься?
Gendron nodded. Гендрон кивнул.
"If I can, I will. - Если смогу связаться, то скажу.
Good luck, soldier." Удачи тебе, солдат.
Barbie could have done without ever having been called that again, but he touched a finger to his forehead. Барби отдал честь, прикоснувшись пальцем к виску.
Then he went on, looking for what he no longer thought he would find. А потом двинулся дальше, уже сильно сомневаясь, что поиски его дадут результат.
7 7
He found a woods road that roughly paralleled the barrier. Он нашел лесную дорогу, которая тянулась практически параллельно барьеру.
It was overgrown and disused, but much better than pushing through the puckerbrush. Дорога сильно заросла и давно не использовалась, но идти по ней было куда проще, чем ломиться через густые заросли.
Every now and then he diverted to the west, feeling for the wall between Chester's Mill and the outside world. Время от времени Барби сходил с дороги, чтобы убедиться в наличии стены между Честерс-Миллом и внешним миром.
It was always there. И всегда натыкался на нее.
When Barbie came to where 119 crossed into The Mill's sister town of Tarker's Mills, he stopped. Добравшись до того места, где шоссе номер 119 пересекало административную границу между Честерсом и Таркерсом, Барби остановился.
The driver of the overturned delivery truck had been taken away by some good Samaritan on the other side of the barrier, but the truck itself lay blocking the road like a big dead animal. Водителя перевернувшегося грузовика для доставки продуктов увезли добрые самаритяне с другой стороны барьера, но сам грузовик лежал, перегородив дорогу, как большой дохлый зверь.
The back doors had sprung open on impact. Дверцы кузова распахнулись при ударе.
The tar was littered with Devil Dogs, Ho Hos, Ring Dings, Twinkies, and peanut butter crackers. Асфальт усеивали пакеты и коробки с "Девил-догс", "Хо-Хо", "Ринг-Динг", "Твинкис", крекерами с ореховым маслом.
A young man in a George Strait tee-shirt sat on a stump, eating one of the latter. Молодой парень в футболке с надписью "Джордж Стрейт" сидел на пне по ту сторону барьера, ел крекер.
He had a cell phone in hand. В другой руке держал мобильник.
He looked up at Barbie. Он вскинул глаза на Барби.
"Yo. - Привет.
Did you come from..." He pointed vaguely behind Barbie. Ты пришел... - Парень кивнул за спину Барби.
He looked tired and scared and disillusioned. Выглядел он усталым и разочарованным.
"From the other side of town," Barbie said. - С другой стороны города, - подтвердил Барби.
"Right." - Точно.
"Invisible wall the whole way? - Везде невидимая стена?
Border closed?" Граница закрыта?
"Yes." - Да.
The young man nodded and hit a button on his cell. Молодой человек нажал кнопку на мобильнике.
"Dusty? -Дасти?
You there yet?" Ты еще там?..
He listened some more, then said: "Okay." Хорошо.
He ended the call. - Он отключил связь.
"My friend Dusty and I started east of here. - Мой друг Дасти и я начали с востока.
Split up. Разделились.
He went south. Он пошел на юг.
We've been staying in touch by phone. Мы поддерживаем связь по мобильнику.
When we can get through, that is. Оба ищем брешь.
He's where the copter crashed now. Он сейчас там, где упал вертолет.
Says it's getting crowded there." Barbie bet it was. Говорит, что народу все больше.
"No break in this thing anywhere on your side?" - Значит, вы тоже не нашли ни одной дыры?
The young man shook his head. Молодой парень кивнул.
He didn't say more, and didn't need to. Больше ничего не сказал, да и зачем?
They could have missed breaks, Barbie knew that was possible-holes the size of windows or doors-but he doubted it. Ребята, конечно, могли пропустить бреши. Барби полагал, что такое возможно - дыры размером с окно или дверь, - но очень в этом сомневался.
He thought they were cut off. Он исходил из того, что город полностью отрезан.
WE ALL SUPPORT THE TEAM "И за команду за одну мы все болеем"
1 1
Barbie walked back down Route 119 into the center of town, a distance of about three miles. Барби вернулся в центр города на шоссе номер 119, отшагав примерно три мили.
By the time he got there, it was six o'clock. Добрался туда в шесть вечера.
Main Street was almost deserted, but alive with the roar of generators; dozens of them, by the sound. Главную улицу нашел пустующей, но не тихой: отовсюду доносился шум генераторов, и не одного десятка.
The traffic light at the intersection of 119 and 117 was dark, but Sweetbriar Rose was lit and loaded. Светофор в месте слияния шоссе номер 119 и номер 117 не работал, зато в "Эглантерии" было светло и людно.
Looking through the big front window, Barbie saw that every table was taken. Заглянув в большую витрину, Барби увидел, что все столики заняты.
But when he walked in the door, he heard none of the usual big talk: politics, the Red Sox, the local economy, the Patriots, newly acquired cars and pickemups, the Celtics, the price of gas, the Bruins, newly acquired power tools, the Twin Mills Wildcats. Но когда вошел в дверь, не услышал привычной болтовни о политике, "Ред сокс", местной экономике, "Патриотах", недавно приобретенных легковушках и пикапах, "Кельтах", цене на бензин, "Медведях", недавно приобретенном оборудовании и домашней технике, "Диких котах".
None of the usual laughter, either. Не услышал и привычного смеха.
There was a TV over the counter, and everyone was watching it. Над стойкой работал телевизор, и все посетители не отрывали от него глаз.
Barbie observed, with that sense of disbelief and dislocation everyone who actually finds him- or herself at the site of a major disaster must feel, that CNN's Anderson Cooper was standing out on Route 119 with the still-smoldering hulk of the wrecked pulp-truck in the background. Посмотрел на экран и Барби, с недоверием и ощущением дезориентации, которые испытывает каждый, кто обнаруживает, что находится в эпицентре катастрофы: репортер Си-эн-эн Андерсон Купер стоял на шоссе номер 119 на фоне обугленного остова лесовоза.
Rose herself was waiting table, occasionally darting back to the counter to take an order. Роуз сама обслуживала столик, иногда подскакивая к стойке, чтобы взять заказ.
Wispy locks of hair were escaping her net and hanging around her face. Тонкие пряди волос, выскользнувшие из-под сеточки, обрамляли лицо.
She looked tired and harried. Выглядела она уставшей и задерганной.
The counter was supposed to be Angie McCain's territory from four until closing, but Barbie saw no sign of her tonight. С четырех часов дня и до закрытия стойку обслуживала Энджи Маккейн, но в этот вечер Барби ее не видел.
Perhaps she'd been out of town when the barrier slammed down. Возможно, она находилась за пределами города, когда возник барьер.
If that were the case, she might not be back behind the counter for a good long while. В этом случае Энджи наверняка не скоро сможет вернуться за стойку.
Anson Wheeler-whom Rosie usually just called "the kid," although the guy had to be at least twenty-five-was cooking, and Barbie dreaded to think what Anse might do to anything more complicated than beans and franks, the traditional Saturday-night special at Sweetbriar Rose. Энсон Уилер - Рози обычно звала его "пацаном", хотя парню как минимум перевалило за двадцать пять - готовил. Барби даже думать боялся, что сотворит Энси с чем-то более сложным, чем тушеная фасоль с сосисками - блюдом, которое традиционно подавалось в "Эглантерии" в субботу вечером.
Woe to the fellow or gal who ordered breakfast-for-dinner and had to face Anson's nuclear fried eggs. Оставалось только пожалеть посетителей, решивших позавтракать в обед, поскольку им предстояло иметь дело с термоядерными жареными яйцами в исполнении Энсона.
Still, it was good he was here, because in addition to the missing Angie, there was also no sign of Dodee Sanders. Помимо Энджи, Барби нигде не видел и Доди Сандерс.
Although that particular drip didn't need a disaster to keep her away from work. Хотя для того, чтобы эта недотепа не пришла на работу, не требовалась вселенская катастрофа.
She wasn't lazy, exactly, but she was easily distracted. Нет, ленивой он бы не назвал ее, но она так легко могла чем-то увлечься.
And when it came to brainpower... jeez, what could you say? А если оценить интеллектуальный уровень Доди... ну что он тут мог сказать?
Her father-Andy Sanders, The Mill's First Selectman-would never be a Mensa candidate, but Dodee made him look like Albert Einstein. Ее отец Энди Сандерс, первый член городского управления, не тянул на кандидата в Менсу, но в сравнении с Доди казался Эйнштейном.
On the TV, helicopters were landing behind Anderson Cooper, blowing his groovy white hair around and nearly drowning his voice. На экране вертолеты приземлялись за спиной Андерсона Купера, взлохмачивая его седые волосы и заглушая голос.
The copters looked like Pave Lows. Выглядели вертолеты как "Пейв лоу".
Barbie had ridden in his share during his time in Iraq. Барби отлетал на них свое, когда служил в Ираке.
Now an Army officer walked into the picture, covered Cooper's mike with one gloved hand, and spoke in the reporter's ear. Тут в кадр вошел армейский офицер, прикрыл микрофон Купера рукой в перчатке, что-то прошептал репортеру на ухо.
The assembled diners in Sweetbriar Rose murmured among themselves. Зашептались и посетители "Эглантерии".
Barbie understood their disquiet. Барби понимал их тревогу.
He felt it himself. Сам ее испытывал.
When a man in a uniform covered a famous TV reporter's mike without so much as a by-your-leave, it was surely the End of Days. Когда человек в форме бесцеремонно прикрывает рукой микрофон знаменитого телерепортера, невольно возникают мысли о конце света.
The Army guy-a Colonel but not his Colonel, seeing Cox would have completed Barbie's sense of mental dislocation-finished what he had to say. Представитель армии - полковник, но не его полковник, появление в кадре Кокса окончательно дезориентировало бы Барби - сказал все, что хотел.
His glove made a windy whroop sound when he took it off the mike. Его перчатка прошуршала по микрофону, когда он убирал руку.
He walked out of the shot, his face a stolid blank. Офицер вышел из кадра с каменным лицом.
Barbie recognized the look: Army pod-person. Барби такое уже видел: этот полковник выступал от лица армии. Ничего личного.
Cooper was saying, Купер уже говорил в микрофон:
"The press is being told we have to fall back half a mile, to a place called Raymond's Roadside Store." - Прессе велено отойти на полмили, в место, которое называется "Придорожный магазин Раймонда".
The patrons murmured again at this. - Посетители "Эглантерии" вновь зашептались.
They all knew Raymond's Roadside in Motton, where the sign in the window said COLD BEER HOT SANDWICHES FRESH BAIT. Все знали "Магазин Раймонда" в Моттоне, с надписями в витрине "ХОЛОДНОЕ ПИВО ГОРЯЧИЕ САНДВИЧИ СВЕЖАЯ НАЖИВКА". Большими буквами.
"This area, less than a hundred yards from what we're calling the barrier-for want of a better term-has been declared a national security site. - Эта территория, полоса шириной менее ста ярдов рядом с тем, что мы, за неимением лучшего термина, называем барьером, объявлена зоной национальной безопасности.
We'll resume our coverage as soon as we can, but right now I'm sending it back to you in Washington, Wolf." Мы возобновим нашу передачу, как только сможем, а пока я переключаю вас на нашу студию в Вашингтоне. Вольф, тебе слово.
The headline on the red band beneath the location shot read BREAKING NEWS MAINE TOWN CUT OFF MYSTERY DEEPENS. На красной бегущей строке внизу экрана высвечивалось: "НОВОСТЬ ЧАСА НЕ УДАЕТСЯ УСТАНОВИТЬ ПРИЧИНУ ЗАГАДОЧНОЙ БЛОКАДЫ ГОРОДА В ШТАТЕ МЭН".
And in the upper righthand corner, in red, the word SEVERE was blinking like a neon tavern sign. В верхнем правом углу на красном фоне мигало слово "ОПАСНОСТЬ". Словно реклама в витрине таверны -
Drink Severe Beer, Barbie thought, and nearly chuckled. "Пейте выдержанное пиво" , подумал Барби и чуть не рассмеялся.
Wolf Blitzer took Anderson Cooper's place. На экране другой ведущий, Вольф Блитцер, занял место Андерсона Купера.
Rose had a crush on Blitzer and would not allow the TV to be tuned to anything but The Situation Room on weekday afternoons; she called him "my Wolfie." Роуз Блитцера обожала и не разрешала переключать телевизор на другой канал, когда по будням шла программа "Ситуационная комната". Она называла его "мой Вольфи".
This evening Wolfie was wearing a tie, but it was badly knotted and Barbie thought the rest of his clothes looked suspiciously like Saturday grubs. В этот вечер Вольфи был при галстуке, но узел перекосило, да и одежда производила впечатление помятой и несвежей.
"Recapping our story," Rose's Wolfie said, "this afternoon at roughly one o'clock-" - Подведем краткий итог, - начал Вольф. -Сегодня, примерно в час пополудни...
"Twas earlier than that, and by quite a patch," someone said. - Раньше, и намного, - ввернул кто-то.
"Is it true about Myra Evans?" someone else asked. - Насчет Майры Эванс, это правда? - спросил другой голос.
"Is she really dead?" - Она действительно погибла?
"Yes," Fernald Bowie said. - Да, - ответил Фернолд Боуи.
The town's only undertaker, Stewart Bowie, was Fern's older brother. Единственное похоронное бюро в городе принадлежало Стюарту Боуи, старшему брату Ферна.
Fern sometimes helped him out when he was sober, and he looked sober tonight. Ферн иногда помогал ему, если был трезв, и сегодня выдался именно такой день. Чувствовалось, что он трезв как стеклышко.
Shocked sober. Шокирующе трезв.
"Now shutcha quack so I can hear this." - А теперь хватит кудахтать: я хочу услышать, что скажут.
Barbie wanted to hear it, too, because Wolfie was even now addressing the question Barbie cared most about, and saying what Barbie wanted to hear: that the airspace over Chester's Mill had been declared a no-fly zone. Барби тоже хотел. Вольфи коснулся самого важного вопроса и сказал именно то, что и хотел услышать Барби: воздушное пространство над Честерс-Миллом закрыли для полетов.
In fact, all of western Maine and eastern New Hampshire, from Lewiston-Auburn to North Conway, was a no-fly zone. Более того, для полетов закрыли весь Западный Мэн и Восточный Нью-Хэмпшир, от Льюистона-Обурна до Норт-Конуэя.
The President was being briefed. Президента ввели в курс дела.
And for the first time in nine years, the color of the National Threat Advisory had exceeded orange. И впервые за девять лет уровень угрозы национальной безопасности превысил оранжевый.
Julia Shumway, owner and editor of the Democrat, shot Barbie a glance as he passed her table. Джулия Шамуэй, владелица и издатель газеты "Демократ", глянула на Барби, когда тот проходил мимо ее столика.
Then the pinched and secretive little smile that was her specialty-almost her trademark-flickered on her face. Затем ее губы изогнулись в фирменной, сдержанной и загадочной улыбке.
"It seems that Chester's Mill doesn't want to let you go, Mr. Barbara." - Складывается впечатление, что Честерс-Милл не хочет вас отпускать, мистер Барбара.
"So it seems," Barbie agreed. - Похоже на то.
That she knew he had been leaving-and why-didn't surprise him. - Барби не удивляло, что она знает и о его уходе, и о причинах, побудивших к этому.
He'd spent enough time in The Mill to know Julia Shumway knew everything worth knowing. Он провел в Милле достаточно времени, чтобы уяснить для себя: Джулия Шамуэй знала все, что следовало знать.
Rose saw him as she was serving beans and franks (plus a smoking relic that might once have been a pork chop) to a party of six crammed around a table for four. Роуз увидела его, когда ставила на столик для четверых, за который набились шестеро, тарелки с тушеной фасолью и сосисками (и с чем-то дымящимся и пережаренным, вероятно, заказанным как свиная отбивная).
She froze with a plate in each hand and two more on her arm, eyes wide. Then she smiled. Застыла, с тарелкой в каждой руке, а потом улыбнулась.
It was one full of undisguised happiness and relief, and it lifted his heart. Так искренне, счастливо и с таким облегчением, что настроение у Барби сразу поднялось.
This is what home feels like, he thought. Это и значит - почувствовать себя дома.
Goddamned if it isn't. Будь я проклят, если ошибаюсь.
"Good gravy, I never expected to see you again, Dale Barbara!" - Вот те на! Не ожидала вновь увидеть тебя, Дейл Барбара.
"You still got my apron?" Barbie asked. - Мой фартук еще у тебя? - спросил Барби.
A little shyly. Чуть застенчиво.
Rose had taken him in, after all-just a drifter with a few scribbled references in his backpack-and given him work. В конце концов, именно Роуз взяла его на работу, обычного бродягу с несколькими написанными от руки рекомендациями в рюкзаке.
She'd told him she completely understood why he felt he had to blow town, Junior Rennie's dad wasn't a fellow you wanted for an enemy, but Barbie still felt as if he'd left her in the lurch. Ранее она сказала ему, что отлично понимает, почему он хочет уйти из города - никому не нужны такие враги, как отец Ренни-младшего, но Барби все равно чувствовал, что подвел ее.
Rose put down her load of plates anywhere there was room for them and hurried to Barbie. Роуз расставила тарелки и поспешила к Барби.
She was a plump little woman, and she had to stand on tiptoe to hug him, but she managed. Полная невысокая женщина, которой пришлось встать на цыпочки, чтобы обнять его, но она с этим справилась.
"I'm so goddam glad to see you!" she whispered. - Я чертовски рада тебя видеть, - прошептала Роуз.
Barbie hugged her back and kissed the top of her head. Барби обнял ее и поцеловал в макушку.
"Big Jim and Junior won't be," he said. - Большой Джим и Младший мне не обрадуются.
But at least neither Rennie was here; there was that to be grateful for. Но ни одного Ренни здесь не было, за что он мог только поблагодарить судьбу.
Barbie was aware that, for the time being, at least, he had become even more interesting to the assembled Millites than their very own town on national TV. И Барби заметил, что на какое-то время его особа заинтересовала горожан больше, чем появление Честерс-Милла на национальном телевидении.
"Big Jim Rennie can blow me!" she said. - Да пусть Большой Джим Ренни усрется!
Barbie laughed, delighted by her fierceness but glad for her discretion-she was still whispering. - Барби рассмеялся, его радовала и ее экспрессивность, и благоразумие: она по-прежнему говорила шепотом.
"I thought you were gone!" - Я думала, ты ушел!
"I almost was, but I got a late start." - Я почти ушел, но припозднился с выходом из дома.
"Did you see... it?" - Ты видел... это?
"Yes. - Да.
Tell you later." Позже расскажу.
He released her, held her at arm's length, and thought: If you were ten years younger, Rose... or even five... "So I can have my apron back?" - Он освободил ее из объятий, подержал на расстоянии руки, подумал: Будь ты лет на десять моложе, Роуз... даже на пять ... - Так я могу взять свой фартук?
She wiped the corners of her eyes and nodded. Она вытерла уголки глаз, кивнула.
"Please take it back. - Пожалуйста , возьми его.
Get Anson out of there before he kills us all." И гони Энсона из кухни, пока он нас всех не отравил.
Barbie gave her a salute, then hooked around the counter into the kitchen and sent Anson Wheeler to the counter, telling him to take care of orders and cleanup there before helping Rose in the main room. Барби отдал честь, обогнул стойку, прошел на кухню и отправил к стойке Энсона, велев разобрать заказы и навести там порядок, а потом помочь Роуз в зале.
Anson stepped back from the grill with a sigh of relief. Энсон со вздохом облегчения отступил от гриля.
Before going to the counter, he shook Barbie's right hand in both of his. Тот являл собой ужасное зрелище, как случалось всегда, когда Энсон занимался грозящим катаклизмами теплообменным процессом, который он называл готовкой. Прежде чем пойти к стойке, Энсон сжал правую руку Барби двумя своими.
"Thank God, man-I never seen such a rush. - Слава Богу, чел... я не помню такого зашивона.
I was lost." Просто запаниковал.
"Don't worry. - Не волнуйся.
We're gonna feed the five thousand." Мы сможем накормить пять тысяч.
Anson, no Biblical scholar, looked blank. Энсон, не знаток Библии, вытаращился на него:
"Huh?" - Что?
"Never mind." - Не важно.
The bell sitting in the corner of the pass-through binged. Раздался звонок, установленный в углу коридорчика, что вел на кухню.
"Order up!" Rose called. - Новый заказ! - крикнула Роуз.
Barbie grabbed a spatula before taking the slip-the grill was a mess, it always was when Anson was engaged in those cataclysmic heat-induced changes he called cooking-then slipped his apron over his head, tied it in back, and checked the cabinet over the sink. Барби схватил лопатку, прежде чем взять листок с заказом, надел фартук через голову, завязал сзади тесемки, заглянул в шкафчик над раковиной.
It was full of baseball caps, which served Sweetbriar Rose grill-monkeys as chef’s toques. Там лежало множество бейсболок, которые в "Эглантерии" использовались вместо поварских колпаков.
He selected a Sea Dogs cap in honor of Paul Gendron (now in the bosom of his nearest and dearest, Barbie hoped), yanked it on backward, and cracked his knuckles. Из уважения к Полу Гендрону (как надеялся Барби, сейчас окруженному любовью и заботой самых дорогих и близких) выбрал бейсболку Тюленей, надел козырьком назад, хрустнул пальцами.
Then he grabbed the first slip and went to work. Потом схватил первый листок с заказом и принялся за работу.
2 2
By nine fifteen, more than an hour after their usual Saturday night closing time, Rose ushered the final patrons out. В 21.15, на час позже, чем обычно в субботу, из "Эглантерии" ушли последние посетители.
Barbie locked the door and turned the sign from OPEN to CLOSED. Барби запер дверь, перевернул висевшую на стекле табличку с "ОТКРЫТО" на "ЗАКРЫТО".
He watched those last four or five cross the street to the town common, where there were as many as fifty people gathered and talking among themselves. Понаблюдал, как эти ушедшие клиенты пересекают улицу, направляясь к городской площади, где собралось человек пятьдесят. Им, конечно же, было что обсудить.
They were facing south, where a great white light formed a bubble over 119. Все смотрели на юг, где сильный белый свет образовал своеобразный пузырь над шоссе номер 119.
Not TV lights, Barbie judged; that was the U.S. Army, creating and securing a perimeter. And how did you secure a perimeter at night? Why, by posting sentries and lighting the dead zone, of course. Не телевизионные огни, прикинул Барби, - армия США создала и охраняла запретную зону, выставив часовых и осветив ее.
Dead zone. Запретная зона .
He didn't like the sound of that. Ему это определенно не нравилось.
Main Street, on the other hand, was unnaturally dark. А Главная улица погрузилась в неестественную темноту.
There were electric lights shining in some of the buildings-where there were gennies at work-and battery-powered emergency lights shining in Burpee's Department Store, the Gas & Grocery, Mill New & Used Books, Food City at the foot of Main Street Hill, and half a dozen others, but the streetlights were dark and there were candles shining in the windows of most of Main Street's second-floor windows, where there were apartments. В некоторых зданиях горели электрические лампы - там, где работали генераторы, - в "Универмаге Берпи", магазине "Бензин и бакалея", "Новых и подержанных книгах", "Мире еды", в пяти-шести других местах. Но уличные фонари стояли темными, а на вторых этажах, где располагались квартиры, обходились свечами.
Rose sat at a table in the middle of the room, smoking a cigarette (illegal in public buildings, but Barbie would never tell). Роуз сидела за столиком в центре зала, курила (в общественных местах такое запрещалось, но Барби никому не собирался об этом докладывать).
She pulled the net off her head and gave Barbie a wan smile as he sat down across from her. Она стянула с головы сеточку и устало улыбнулась ему, когда он сел напротив.
Behind them Anson was swabbing the counter, his own shoulder-length hair now liberated from its Red Sox cap. У них за спиной Энсон драил стойку, его длинные, до плеч, волосы теперь торчали из-под бейсболки "Ред сокс".
"I thought Fourth of July was bad, but this was worse," Rose said. - Я думала, Четвертое июля - самый тяжелый день, но этот еще хуже. - Роуз вздохнула.
"If you hadn't turned up, I'd be curled in the corner, screaming for my mommy." - Если бы ты не появился, я бы свернулась калачиком в углу, зовя мамочку.
"There was a blonde in an F-150," Barbie said, smiling at the memory. - Мимо меня проехала блондинка на "Эф-сто пятьдесят". - Воспоминание вызвало у Барби улыбку.
"She almost gave me a ride. - Чуть не остановилась, чтобы подвезти.
If she had, I might've been out. Если б подвезла, я оказался бы по ту сторону.
On the other hand, what happened to Chuck Thompson and the woman in that airplane with him might have happened to me." Правда, со мной могло случиться то же самое, что и с Чаком Томпсоном и женщиной в самолете.
Thompson's name had been part of CNN's coverage; the woman hadn't been identified. - Томпсона в комментарии Си-эн-эн упомянули. Про женщину сказали, что она еще не опознана.
But Rose knew. Но Роуз знала.
"It was Claudette Sanders. - Клодетт Сандерс.
I'm almost sure it was. Я уверена, что она.
Dodee told me yesterday that her mom had a lesson today." Доди вчера говорила мне, что сегодня у ее матери урок.
There was a plate of french fries between them on the table. Между ними на столе стояла тарелка с картофелем фри.
Barbie had been reaching for one. Now he stopped. Барби как раз тянулся к ней, но рука повисла в воздухе.
All at once he didn't want any more fries. Он вдруг понял, что жареного картофеля ему совершенно не хочется.
Any more of anything. Как и чего-то другого.
And the red puddle on the side of the plate looked more like blood than ketchup. И красная лужа у края тарелки больше смахивала на кровь, чем на кетчуп.
"So that's why Dodee didn't come in." - Так вот почему Доди не пришла.
Rose shrugged. Роуз пожала плечами:
"Maybe. - Возможно.
I can't say for sure. Но полной уверенности у меня нет.
I haven't heard from her. Она со мной не связывалась.
Didn't really expect to, with the phones out." Я и не ждала, что свяжется, - телефон то не работает.
Barbie assumed she meant the landlines, but even from the kitchen he'd heard people complaining about trouble getting through on their cells. Барби предположил, что она говорит о проводной связи, но с кухни слышал, как люди жаловались и на плохую работу мобильников.
Most assumed it was because everyone was trying to use them at the same time, jamming the band. Большинство видели причину в том, что все звонили одновременно, перегружая сеть.
Some thought the influx of TV people-probably hundreds by this time, toting Nokias, Motorolas, iPhones, and BlackBerries-was causing the problem. Некоторые винили телевизионщиков с их сотнями "Моторол", "Нокий", айфонов и блэкберри.
Barbie had darker suspicions; this was a national security situation, after all, in a time when the whole country was paranoid about terrorism. Барби подозревал другое: в период, когда страна охвачена паранойяльной боязнью терроризма, вроде как возникла угроза национальной безопасности, и все схватились за мобильники.
Some calls were getting through, but fewer and fewer as the evening went on. Некоторые звонки еще проходили, но к ночи все реже и реже.
"Of course," Rose said, "Dodes might also have taken it into that air head of hers to blow off work and go to the Auburn Mall." - В пустую голову Доди вполне могла прийти мысль плюнуть на работу и поехать в торговый центр Обурна.
"Does Mr. Sanders know it was Claudette in the plane?" - Мистер Сандерс знает, что Клодетт была в самолете?
"I can't say for sure, but I'd be awfully surprised if he doesn't by now." - Точно сказать не могу, но очень бы удивилась, если еще нет.
And she sang, in a small but tuneful voice: - Тут она нараспев процитировала знакомые Барби слова: -
"It's a small town, you know what I mean?" "Наш город мал - его судьбу мы вместе делим".
Barbie smiled a little and sang the next line back to her: Он улыбнулся и ответил продолжением:
"Just a small town, baby, and we all support the team." - "И за команду за одну мы все болеем".
It was from an old James McMurtry song that had the previous summer gained a new and mysterious two-month vogue on a couple of western Maine c&w stations. Прошлым летом эта старая песня Джеймса Макмертри загадочным образом на два месяца стала очень популярной на паре радиостанций Западного Мэна.
Not WCIK, of course; James McMurtry was not the sort of artist Jesus Radio supported. Разумеется, не на ХНВ: Джеймс Макмертри не относился к тем певцам, творчество которых одобряло Иисусово радио.
Rose pointed to the french fries. Роуз указала на картофель фри:
"You going to eat any more of those?" - Есть еще будешь?
"Nope. - Нет.
Lost my appetite." Потерял аппетит.
Barbie had no great love for either the endlessly grinning Andy Sanders or for Dodee the Dim, who had almost certainly helped her good friend Angie spread the rumor that had caused Barbie's trouble at Dipper's, but the idea that those body parts (it was the green-clad leg his mind's eye kept trying to look at) had belonged to Dodee's mother... the First Selectman's wife... Барби не питал особой любви ни к всегда улыбающемуся Энди Сандерсу, ни к Доди-Тупице, которая определенно помогала своей лучшей подруге Энджи распускать слух, приведший к драке у "Дипперса". Но сама мысль о том, что те части тела (перед мысленным взором снова и снова возникала нога в зеленой брючине) принадлежали матери Доди ... жене первого члена городского управления...
"Me too," Rose said, and put her cigarette out in the ketchup. - Я тоже. - Роуз затушила сигарету в кетчупе.
It made a pfisss sound, and for one awful moment Barbie thought he was going to throw up. Послышалось шипение, и на мгновение Барби испугался, что его сейчас вырвет.
He turned his head and gazed out the window onto Main Street, although there was nothing to see from in here. Он даже отвернулся и посмотрел через окно-витрину на Главную улицу, хотя с этой точки ничего увидеть не мог.
From in here it was all dark. Только темноту.
"President's gonna speak at midnight," Anson announced from the counter. - В полночь выступит президент, - объявил Энсон, продолжающий драить стойку.
From behind him came the low, constant groan of the dishwasher. Из кухни доносился низкий, протяжный стон посудомоечной машины.
It occurred to Barbie that the big old Hobart might be doing its last chore, at least for a while. Барби подумал, что старина "Хобарт", возможно, трудится в последний раз и по крайней мере какое-то время будет простаивать.
He would have to convince Rosie of that. В этом ему предстояло убедить Роуз.
She'd be reluctant, but she'd see sense. She was a bright and practical woman. Она могла поупираться, но, как женщина умная и практичная, быстро сообразит, что предложение дельное.
Dodee Sanders's mother. Jesus. Мать Доди Сандерс, Господи.
What are the odds? И какова вероятность такого?
He realized that the odds were actually not that bad. Понял, что определенно не стремящаяся к нулю.
If it hadn't been Mrs. Sanders, it might well have been someone else he knew. Впрочем, на месте миссис Сандерс мог оказаться кто-то еще из его знакомых.
It's a small town, baby, and we all support the team. "Наш город мал, беби , и за команду за одну мы все болеем".
"No President for me tonight," Rose said. - Мне сегодня президента не услышать, -откликнулась Роуз.
"He'll have to God-bless-America on his own. - Ему придется благословлять Америку от имени Господа без меня.
Five o'clock comes early." Пять утра наступает быстро.
Sweetbriar Rose didn't open until seven on Sunday mornings, but there was prep. - По воскресеньям "Эглантерия" открывалась в семь, но к приходу первого посетителя следовало подготовиться.
Always prep. Как и всегда.
And on Sundays, that included cinnamon rolls. По воскресеньям эта подготовка включала и выпечку булочек с корицей.
"You boys stay up and watch if you want to. - Вы, мальчики, оставайтесь и смотрите, если хотите.
Just make sure we're locked up tight when you leave. Только, когда будете уходить, убедитесь, что двери заперты.
Front and back." Передняя и черного хода.
She started to rise. - Она начала подниматься.
"Rose, we need to talk about tomorrow," Barbie said. - Роуз, нам надо поговорить о завтрашнем дне.
"Fiddle-dee-dee, tomorrow's another day. - Ду-удочки, завтра будет другой день.
Let it go for now, Barbie. Давай на сегодня поставим точку, Барби.
All in good time." Всему свое время.
But she must have seen something on his face, because she sat back down. - Но должно быть, она что-то увидела в его лице, поскольку вновь села.
"All right, why the grim look?" - Ладно, с чего такой мрачный вид?
"When's the last time you got propane?" - Когда тебе в последний раз привозили пропан?
"Last week. - На этой неделе.
We're almost full. Баллоны практически полные.
Is that all you're worried about?" Это все, что тебя волнует?
It wasn't, but it was where his worries started. На такой вопрос он мог ответить отрицательно, но волнения его начинались именно с пропана.
Barbie calculated. Sweetbriar Rose had two tanks hooked together. По его прикидкам получалось следующее. В "Эглантерии" стояли два соединенные друг с другом баллона.
Each tank had a capacity of either three hundred and twenty-five or three hundred and fifty gallons, he couldn't remember which. Каждый объемом триста двадцать пять или триста пятьдесят галлонов, точно он не помнил.
He'd check in the morning, but if Rose was right, she had over six hundred gallons on hand. Мог проверить утром, но, если исходить из слов Роуз, получалось, что в баллонах еще более шестисот галлонов пропана.
That was good. И хорошо.
A bit of luck on a day that had been spectacularly unlucky for the town as a whole. Толика везения в крайне неудачный для города день.
But there was no way of knowing how much bad luck could still be ahead. Но никто не знал, сколько еще им отмерено таких неудачных дней.
And six hundred gallons of propane wouldn't last forever. И шестьсот галлонов пропана не могли расходоваться вечно.
"What's the burn rate?" he asked her. - Сколько газа сгорает за день? - спросил он Роуз.
"Any idea?" - Хотя бы приблизительно?
"Why does that matter?" - Да какое это имеет значение?
"Because right now your generator is running this place. - Сейчас электричество вырабатывается генератором.
Lights, stoves, fridges, pumps. Свет, плиты, холодильники, насосы.
The furnace, too, if it gets cold enough to kick on tonight. Он же обеспечит отопление, если ночью станет холодно.
And the gennie is eating propane to do it." И работает генератор на пропане.
They were quiet for a moment, listening to the steady roar of the almost-new Honda behind the restaurant. Какое-то время они молчали, прислушиваясь кровному гудению почти что нового генератора "Хонда", установленного за рестораном.
Anson Wheeler came over and sat down. Подошел Энсон Уилер, присел к столу.
"The gennie sucks two gallons of propane an hour at sixty percent utilization," he said. - Генератор сжигает два галлона пропана в час, если работает на шестьдесят процентов мощности.
"How do you know that?" Barbie asked. - Откуда ты знаешь? - спросил Барби.
"Read it on the tag. - Прочитал на табличке, которая к нему крепится.
Running everything, like we have since around noon, when the power went out, it probably ate three an hour. Maybe a little more." Когда от него работает все, как у нас сегодня примерно с полудня, после отключения электричества, потребление возрастает до трех галлонов, может, и чуть больше.
Rose's response was immediate. Роуз отреагировала мгновенно:
"Anse, kill all the lights but the ones in the kitchen. Right now. - Энс, выключи свет везде, кроме кухни.
And turn the furnace thermostat down to fifty." И установи термостат отопительного котла на пятьдесят градусов.
She considered. - Она задумалась.
"No, turn it off." - Нет, отключи котел совсем.
Barbie smiled and gave her a thumbs-up. Барби улыбнулся и вытянул перед собой обе руки с поднятыми вверх большими пальцами.
She got it. Она поняла.
Not everyone in The Mill would. Не все в Милле могли понять.
Not everyone in The Mill would want to. Не все захотели бы понять.
"Okay." - Ладно.
But Anson looked doubtful. - На лице Энсона отражалось сомнение.
"You don't think by tomorrow morning... tomorrow afternoon at the latest...?" - Но вам не кажется, что завтра утром... самое позднее, во второй половине дня...
"The President of the United States is going to make a TV speech," Barbie said. - Президент Соединенных Штатов собирается выступить по телевидению, - прервал его Барби.
"At midnight. - В полночь.
What do you think, Anse?" И что ты думаешь по этому поводу, Энс?
"I think I better turn off the lights," he said. - Я думаю, мне лучше выключить свет.
"And the thermostat, don't forget that," Rose said. As he hurried away, she said to Barbie: - И не забудь про термостат, - вставила Роуз, а когда Энси ушел, повернулась к Барби.
"I'll do the same in my place when I go up." - Я сделаю то же самое, когда поднимусь к себе.
A widow for ten years or more, she lived over her restaurant. - Уже десять лет как овдовев, она жила над рестораном.
Barbie nodded. Барби кивнул.
He had turned over one of the paper placemats ("Have You Visited These 20 Maine Landmarks?") and was figuring on the back. Перевернул бумажную салфетку с надписью на лицевой стороне "ВЫ ПОСЕТИЛИ ЭТИ 20 ДОСТОПРИМЕЧАТЕЛЬНОСТЕЙ МЭНА?" - и начал писать на обратной стороне.
Twenty-seven to thirty gallons of propane burned since the barrier went up. Двадцать семь или тридцать галлонов пропана сгорели после возникновения барьера.
That left five hundred and seventy. То есть оставалось пятьсот семьдесят.
If Rose could cut her use back to twenty-five gallons a day, she could theoretically keep going for three weeks. Сократив расход газа до двадцати пяти галлонов в день, теоретически удалось бы растянуть имеющийся в наличии пропан на три недели.
Cut back to twenty gallons a day-which she could probably do by closing between breakfast and lunch and again between lunch and dinner-and she could press on for nearly a month. Уменьшение расхода до ежедневных двадцати галлонов - и вероятно, Роуз могла это сделать, закрывая ресторан между завтраком и обедом и между обедом и ужином - растянуло бы работу "Эглантерии" чуть ли не на месяц.
Which is fine enough, he thought. И этого достаточно , подумал Барби.
Because if this town isn't open again after a month, there won't be anything here to cook, anyway. Потому что готовить будет не из чего, если город и через месяц останется отрезанным от внешнего мира .
"What are you thinking?" Rose asked. - О чем думаешь?
"And what's up with those numbers? И что это за числа?
I have no idea what they mean." Я не понимаю, что они означают.
"Because you're looking at them upside down," Barbie said, and realized everyone in town was apt to do the same. - Потому что они для тебя перевернутые. - Барби вдруг понял, что сейчас в городе, возможно, все предпочитали смотреть на перевернутые цифры.
These were figures no one would want to look at rightside up. Мало кому хватало духа развернуть их к себе как положено.
Rose turned Barbie's makeshift scratchpad toward her. Роуз развернула.
She ran the numbers for herself. Пробежалась взглядом по числам.
Then she raised her head and looked at Barbie, shocked. Потом подняла голову и, потрясенная, уставилась на Барби.
At that moment Anson turned most of the lights out, and the two of them were staring at each other in a gloom that was-to Barbie, at least-horribly persuasive. Энсон к тому времени погасил большую часть ламп, так что они смотрели друг на друга в сумраке, который казался, по крайней мере Барби, предзнаменованием грядущих неприятностей.
They could be in real trouble here. В этом городе они действительно могли попасть в серьезную передрягу.
"Twenty-eight days?" she asked. - Двадцать восемь дней? - переспросила Роуз.
"You think we need to plan for four weeks?" - Ты думаешь, мы должны все распланировать на четыре недели ?
"I don't know if we do or not, but when I was in Iraq, someone gave me a copy of Chairman Mao's Little Red Book. - Я не знаю, должны мы или нет, но в Ираке кто-то дал мне "Маленькую красную книжицу" председателя Мао.
I carried it around in my pocket, read it cover to cover. Я всюду носил ее с собой, прочитал от корки до корки.
Most of it makes more sense than our politicians do on their sanest days. Во многих цитатах больше здравого смысла, чем в самых разумных словах наших политиков.
One thing that stuck with me was this: Wish for sunshine, but build dykes. И вот что я запомнил среди прочего: "Надейся на солнечный свет, но строй дамбы".
I think that's what we-you, I mean-" Я думаю, что мы... то есть ты...
"We," she said, and touched his hand. - Мы, - поправила она Барби и коснулась его руки.
He turned his over and clasped it. Он накрыл ее сверху своей, сжал.
"Okay, we. - Хорошо, мы.
I think that's what we have to plan for. Я думаю, мы должны все распланировать на этот срок.
Which means closing between meals, cutting back on the ovens-no cinnamon rolls, even though I love em as much as anybody-and no dishwasher. Никакой выпечки, хотя я люблю булочки с корицей не меньше любого другого, никакой посудомоечной машины.
It's old and energy inefficient. Она старая и потребляет много энергии.
I know Dodee and Anson won't love the idea of washing dishes by hand..." Я знаю, Доди и Энсону идея мыть посуду вручную не понравится...
"I don't think we can count on Dodee coming back soon, maybe not at all. Not with her mother dead." - Не думаю, что мы можем рассчитывать на возвращение Доди в ближайшее время, раз уж ее мать погибла.
Rose sighed. - Роуз вздохнула.
"I almost hope she did go to the Auburn Mall. - Я просто надеюсь, что она поехала в Торговый центр Обурна.
Although I suppose it'll be in the papers tomorrow." Хотя, наверное, завтра об авиакатастрофе все равно напишут во всех газетах.
"Maybe." - Возможно.
Barbie had no idea how much information was going to come out of or into Chester's Mill if this situation didn't resolve quickly, and with some rational explanation. - Барби понятия не имел, как много информации будет уходить из Честерс-Милла и попадать в него, если не найдется более-менее рационального объяснения случившемуся и ситуация не разрешится в самом скором времени.
Probably not much. Скорее всего не так чтобы много.
He thought Maxwell Smart's fabled Cone of Silence would descend soon, if it hadn't already. Он подумал, что знаменитый Колпак тишины Максвелла Смарта опустится очень скоро, если уже не опустился.
Anson came back to the table where Barbie and Rose were sitting. Энсон вернулся к столу, за которым сидели Барби и Роуз.
He had his jacket on. Уже в куртке.
"Is it okay for me to go now, Rose?" - Ничего, если я пойду, Роуз?
"Sure," she said. - Конечно.
"Six tomorrow?" Завтра в шесть.
"Isn't that a little late?" - Не поздновато ли?
He grinned and added, "Not that I'm complaining." - Он усмехнулся и добавил: - Только не подумай, что я жалуюсь.
"We're going to open late." - Мы теперь будем открываться позже.
She hesitated. - Роуз замялась.
"And close between meals." - И закрываться в промежутках между завтраком, обедом и ужином.
"Really? - Правда?
Cool." Клево.
His gaze shifted to Barbie. - Его взгляд сместился на Барби.
"You got a place to stay tonight? - Тебе есть где переночевать?
Because you can stay with me. А то можешь пойти ко мне.
Sada went to Derry to visit her folks." Сейда поехала в Дерри навестить родителей.
Sada was Anson's wife. - Он говорил про свою жену.
Barbie in fact did have a place to go, almost directly across the street. Барби было где переночевать - практически на другой стороне улицы.
"Thanks, but I'll go back to my apartment. - Спасибо, но я вернусь в свою квартиру.
I'm paid up until the end of the month, so why not? У меня заплачено до конца месяца, так почему нет?
I dropped off the keys with Petra Searles in the drugstore before I left this morning, but I still have a dupe on my key ring." Я оставил ключи Петре Сирлс в аптеке, когда уходил утром, но на брелоке у меня остался дубликат.
"Okay. - Ладно.
See you in the morning, Rose. Увидимся утром, Роуз.
Will you be here, Barbie?" Ты придешь, Барби?
"Wouldn't miss it." - Будь уверен.
Anson's grin widened. Энсон широко улыбнулся:
"Excellent." - Отлично!
When he was gone, Rose rubbed her eyes, then looked at Barbie grimly. Когда он ушел, Роуз потерла глаза, потом мрачно посмотрела на Барби:
"How long is this going to go on? - И надолго это затянется?
Best guess." Как думаешь?
"I don't have a best guess, because I don't know what happened. - Ничего не могу сказать, поскольку понятия не имею, что произошло.
Or when it will stop happening." И не знаю, когда это перестанет происходить.
Very low, Rose said: "Barbie, you're scaring me." - Барби, ты меня пугаешь, - прошептала Роуз.
"I'm scaring myself. - Я сам напуган.
We both need to go to bed. Нам обоим пора спать.
Things will look better in the morning." Может, утром все будет выглядеть не таким ужасным.
"After this discussion, I'll probably need an Ambien to get to sleep," she said, "tired as I am. - После такого разговора мне, наверное, придется принять амбиен, чтобы уснуть, пусть я и жутко устала.
But thank God you came back." Но я так рада, что ты вернулся.
Barbie remembered what he'd been thinking about supplies. Барби вспомнил, что он думал и о продуктах.
"One other thing. - Вот что еще.
If Food City opens tomorrow-" Если "Мир еды" завтра откроется...
"It's always open on Sundays. - Он всегда работает по воскресеньям.
Ten to six." С десяти до шести.
"If it opens tomorrow, you need to go shopping." - Если он откроется, тебе придется поехать за продуктами.
"But Sysco delivers on-" She broke off and stared at him dismally. - Но "Сиско" все привозит... - она замолчала, в ужасе уставилась на него, - по вторникам.
"On Tuesdays, but we can't count on that, can we? Правда, теперь мы не можем на это рассчитывать, так?
Of course not." Разумеется, не можем.
"No," he said. - Не можем.
"Even if what's wrong suddenly becomes right, the Army's apt to quarantine this burg, at least for a while." Даже если все вдруг выправится, армия будет еще какое-то время держать этот город на карантине.
"What should I buy?" - И что мне покупать?
"Everything, but especially meat. - Все, но особенно мясо.
Meat, meat, meat. Мясо, мясо и мясо.
If the store opens. Если только магазин откроется.
I'm not sure it will. Я в этом не уверен.
Jim Rennie may persuade whoever manages it now-" Джим Ренни сможет убедить тамошнего управляющего, уж не знаю, кто он...
"Jack Cale. - Джек Кейл.
He took over when Ernie Calvert retired last year." Он стал управляющим, когда Эрни Кэлверт в прошлом году ушел на пенсию.
"Well, Rennie may persuade him to close until further notice. - Так вот, Ренни сможет убедить его закрыться до последующего уведомления.
Or get Chief Perkins to order the place closed." Или прикажет чифу Перкинсу держать магазин под замком.
"You don't know?" Rose asked, and at his blank look: "You don't. - Ты не знаешь? - спросила Роуз и добавила, в ответ на его недоуменный взгляд: - Ты не знаешь.
Duke Perkins is dead, Barbie. Герцог Перкинс мертв, Барби.
He died out there." Умер там.
She gestured south. - Она указала на юг.
Barbie stared at her, stunned. Барби ошеломленно уставился на нее.
Anson had neglected to turn off the television, and behind them, Rose's Wolfie was again telling the world that an unexplained force had cut off a small town in western Maine, the area had been isolated by the armed forces, the Joint Chiefs were meeting in Washington, the President would address the nation at midnight, but in the meantime he was asking the American people to unite their prayers for the people of Chester's Mill with his own. Энсон не удосужился выключить телевизор, и за их спиной Вольфи, любимчик Роуз, вновь рассказывал миру о том, что неведомая сила отрезала маленький городок в Западном Мэне, территория изолирована армией Соединенных Штатов, в Вашингтоне проходит заседание Объединенного комитета начальников штабов, президент обратится к нации в полночь, а пока просит американский народ молиться вместе с ним за скорейшее спасение жителей Честерс-Милла.
3 3
"Dad? - Папа!
Dad?" Папа!
Junior Rennie stood at the top of the stairs, head cocked, listening. Ренни-младший стоял на верхней ступеньке лестницы, склонив голову набок. Прислушиваясь.
There was no response, and the TV was silent. Ни ответа, ни звука работающего телевизора.
His dad was always home from work and in front of the TV by now. Отец всегда приходил домой после работы и в это время сидел перед телевизором.
On Saturday nights he forwent CNN and FOX News for either Animal Planet or The History Channel. По субботним вечерам отказывался от Си-эн-эн или "Фокс ньюс" в пользу каналов "Энимал плэнит" или "История".
Not tonight, though. Но не сегодня.
Junior listened to his watch to make sure it was still ticking. Младший послушал свои часы, чтобы убедиться, что они тикают.
It was, and what it said sort of made sense, because it was dark outside. Тикали и вроде бы показывали правильное время, потому что за окнами стемнело.
A terrible thought occurred to him: Big Jim might be with Chief Perkins. В голову пришла жуткая мысль: Большой Джим сейчас с чифом Перкинсом.
The two of them could at this minute be discussing how to arrest Junior with the least possible fuss. Они обсуждают, как арестовать Младшего без лишнего шума.
And why had they waited so long? А почему они ждали так долго?
So they could spirit him out of town under cover of darkness. Для того, чтобы вывезти его из города под покровом темноты.
Take him to the county jail over in Castle Rock. Переправить в окружную тюрьму в Касл-Рок.
Then a trial. Потом суд.
And then? А потом?
Then Shawshank. Шоушенк.
After a few years there, he'd probably just call it The Shank, like the rest of the murderers, robbers, and sodomites. Через несколько проведенных там лет он, вероятно, начнет называть тюрьму просто Шенк, как и все убийцы, грабители и содомиты.
"That's stupid," he whispered, but was it? - Это глупо, - прошептал Младший, но глупо ли?
He'd awakened thinking that killing Angie had just been a dream, must have been, because he would never kill anyone. Он проснулся, думая, что убийство Энджи - сон, и никак иначе. Потому что он никогда никого бы не убил.
Beat them up, maybe, but kill? Ridiculous. Избить - пожалуйста, но убить ?
He was... was... well... a regular person! Он же... ну... это... нормальный человек !
Then he'd looked at the clothes under the bed, seen the blood on them, and it all came back. Потом посмотрел на одежду под кроватью, увидел кровь, и все вернулось.
The towel falling off her hair. Полотенце, свалившееся с ее волос.
Her pussypatch, somehow goading him. Волосы на лобке, которые каким-то образом вывели его из себя.
The complicated crunching sound from behind her face when he'd gotten her with his knee. Хруст, донесшийся из ее головы после того, как он двинул коленом ей в лицо.
The rain of fridge magnets and the way she had thrashed. Дождь посыпавшихся с холодильника магнитов. Как она билась на полу в судорогах.
But that wasn't me. Но это сделал не я.
That was... Это сделала...
"It was the headache." Головная боль.
Yes. Да.
True. Правда.
But who'd believe that? Но кто в это поверит?
He'd have better luck if he said the butler did it. Его шансы выше не станут, скажи он, что убийца - дворецкий.
"Dad?" - Папа?
Nothing. Нет ответа.
Not here. Отца дома нет.
And not at the police station, conspiring against him, either. И его нет в полицейском участке, не строит он там козни против него.
Not his dad. Отец на такое не пойдет.
He wouldn't. Никогда.
His dad always said family came first. Его отец всегда говорил: семья превыше всего.
But did family come first? Но всегда ли семья на первом месте?
Of course he said that-he was a Christian, after all, and half-owner of WCIK-but Junior had an idea that for his dad, Jim Rennie's Used Cars might come before family, and that being the town's First Selectman might come before the Holy Tabernacle of No Money Down. Разумеется, отец так говорил - он христианин, и ему принадлежит половина акций радиостанции ХНВ. Но Младший почему-то думал, что для его отца салон подержанных автомобилей может стоять выше семьи, а должность второго члена городского управления - выше этого храма торговли, где проповедовался принцип "Без первоначального взноса".
Junior could be-it was possible-third in line. А Младший - вполне возможно - только третий в списке приоритетов.
He realized (for the first time in his life; it was a genuine flash of insight) that he was only guessing. That he might not really know his father at all. Он осознал (впервые в жизни его действительно осенило), что все это лишь догадки, что в действительности он совершенно не знает своего отца.
He went back to his room and turned on the overhead. Младший вернулся в свою комнату и включил верхний свет.
It cast an odd unsteady light, waxing bright and then dim. Лампы загорелись, но как-то странно, то ярко вспыхивали, то становились тусклыми.
For a moment Junior thought something was wrong with his eyes. Then he realized he could hear their generator running out back. На мгновение Младший подумал, что его подводят глаза, но потом услышал тарахтение установленного во дворе генератора.
And not just theirs, either. Работали генераторы и в других домах.
The town's power was out. Что-то случилось с централизованной подачей электроэнергии.
He felt a surge of relief. Младший ощутил безмерное облегчение.
A big power outage explained everything. Авария в системе подачи электроэнергии объясняла все.
It meant his father was likely in the Town Hall conference room, discussing matters with those other two idiots, Sanders and Grinnell. Отец, конечно же, в муниципалитете, в зале заседаний, обсуждает ситуацию с другими двумя идиотами, Сандерсом и Гриннел.
Maybe sticking pins in the big map of the town, making like George Patton. Возможно, втыкает булавки в карту города, как генерал Джордж Паттон.
Yelling at Western Maine Power and calling them a bunch of lazy cotton-pickers. Кричит по телефону на диспетчера "Энергетической компании Западного Мэна", обзывает их стадом ёханых бездельников.
Junior got his bloody clothes, raked the shit out of his jeans-wallet, change, keys, comb, an extra headache pill-and redistributed it in the pockets of his clean pants. Младший вытащил из-под кровати окровавленную одежду, достал из карманов бумажник, мелочь, ключи, расческу, лекарства от головной боли - рассовал по карманам чистых джинсов.
He hurried downstairs, stuck the incriminating garments in the washer, set it for hot, then reconsidered, remembering something his mother had told him when he was no more than ten: cold water for bloodstains. Поспешил вниз, сунул изобличающую его одежду в стиральную машину, установил на стирку в горячей воде, потом вспомнил, как мать говорила ему, наверное, еще десятилетнему: для пятен крови - холодная вода.
As he moved the dial to COLD WASH/COLD RINSE, Junior wondered idly if his dad had started his hobby of secretary-fucking way back then, or if he was still keeping his cotton-picking penis at home. Поворачивая диск на "Холодная стирка/Холодное полоскание", Младший вдруг задался вопросом: начал ли его отец уже тогда трахать секретуток или еще использовал свой ёханый пенис только дома?
He started the washer going and thought about what to do next. Включил стиральную машину и подумал, что делать дальше.
With the headache gone, he found that he could think. Головная боль ушла, и он обнаружил, что может думать.
He decided he should go back to Angie's house after all. Решил, что все-таки должен вернуться в дом Энджи.
He didn't want to-God almighty, it was the last thing he wanted to do-but he probably should scope out the scene. Не хотел - Бог свидетель, этого ему хотелось меньше всего на свете, - но, вероятно, следовало разведать обстановку.
Walk past and see how many police cars were there. Пройти мимо и посмотреть, много ли там полицейских автомобилей.
Also whether or not the Castle County forensics van was there. Стоит или не стоит фургон экспертов-криминалистов из лаборатории округа Касл.
Forensics was key. Эксперты - ключевой момент.
He knew that from watching CSI. Он это знал по телесериалу "Место преступления".
He'd seen the big blue-and-white van before, while visiting the county courthouse with his dad. Ему уже доводилось видеть этот большой бело-синий фургон, когда он ездил с отцом в окружной суд.
And if it was at the McCains'... И если бы фургон стоял у дома Маккейнов...
I'll run. Я сбегу.
Yes. As fast and far as he could. Да, быстро и как можно дальше.
But before he did, he'd come back here and visit the safe in his dad's study. Но до того ему пришлось бы вернуться домой и заглянуть в сейф, который стоял в кабинете отца.
His dad didn't think Junior knew the combo to that safe, but Junior did. Тот понятия не имел, что сыну известен код, открывающий замок сейфа, но Младший его знал.
Just as he knew the password to his dad's computer, and thus about his dad's penchant for watching what Junior and Frank DeLesseps called Oreo sex: two black chicks, one white guy. Как и пароль, позволяющий войти в отцовский компьютер (что открыло ему папин интерес к лицезрению орео-секса, так это называли Младший и Френк Дилессепс: две черные телки, один белый парень).
There was plenty of money in that safe. А в сейфе лежали деньги.
Thousands of dollars. Тысячи и тысячи долларов.
What if you see the van and come back and he's here? А если я увижу фургон, вернусь сюда, а отец -дома?
The money first, then. Значит, деньги сначала.
The money right now. Деньги немедленно.
He went into the study and for a moment thought he saw his father sitting in the high-backed chair where he watched the news and nature programs. Он прошел в кабинет и на мгновение вроде бы увидел отца, сидевшего на стуле с высокой спинкой, на котором тот сидел всегда, когда смотрел новости или передачи о природе.
He'd fallen asleep, or... what if he'd had a heart attack? Он заснул или... а если у него случился инфаркт?
Big Jim had had heart problems off and on for the last three years; mostly arrhythmia. Последние три года у Большого Джима то и дело возникали нелады с сердцем, по большей части аритмия.
He usually went up to Cathy Russell and either Doc Haskell or Doc Rayburn buzzed him with something, got him back to normal. Он обычно шел в "Кэтрин Рассел", и док Хаскел или док Рейберн что-то ему давали, приводя в норму.
Haskell would have been content to keep on doing that forever, but Rayburn (whom his father called "an overeducated cotton-picker") had finally insisted that Big Jim see a cardiologist at CMG in Lewiston. Хаскел полагал, что так может продолжаться вечно, но Рейберн (которого отец называл "ёханый яйцеголов") в конце концов настоял на том, чтобы Большой Джим поехал к кардиологу в Центральную городскую больницу в Льюистон.
The cardiologist said he needed a procedure to knock out that irregular heartbeat once and for all. Кардиолог сказал, что нужна операция, которая позволит раз и навсегда избавиться от аритмии.
Big Jim (who was terrified of hospitals) said he needed to talk to God more, and you called that a prayer procedure. Большой Джим (он до смерти боялся больниц) ответил, что сначала должен посоветоваться с Богом. Должен провести молитвенную операцию , так это назвал.
Meantime, he took his pills, and for the last few months he'd seemed fine, but now... maybe... А пока он принимал таблетки и последние несколько месяцев вроде бы чувствовал себя прекрасно, но теперь... возможно...
"Dad?" - Папа?
No answer. Ответа не последовало.
Junior flipped the light switch. Младший щелкнул выключателем.
The overhead gave that same unsteady glow, but it dispelled the shadow Junior had taken for the back of his father's head. Люстра давала такой же неровный свет, как и в его комнате, но прогнала тень, которую Младший принял за голову отца.
He wouldn't be exactly heartbroken if his dad vaporlocked, but on the whole he was glad it hadn't happened tonight. Он бы не сильно горевал, если б отец окочурился, но порадовался, что сегодня этого не случилось.
There was such a thing as too many complications. Слишком много возникло бы сложностей.
Still, he walked to the wall where the safe was with big soft steps of cartoon caution, watching for the splash of headlights across the window that would herald his father's return. К стене, в которую вмонтировали сейф, он приблизился большими мягкими шагами, прямо-таки с мультяшной осторожностью, то и дело посматривая на окно: не осветят ли его автомобильные фары, возвещающие о возвращении отца.
He set aside the picture that covered the safe (Jesus giving the Sermon on the Mount), and ran the combination. Младший снял и поставил на пол картину, закрывающую сейф (Иисус, произносящий Нагорную проповедь), и набрал нужную комбинацию.
He had to do it twice before the handle would turn, because his hands were shaking. Ему пришлось проделать это дважды, прежде чем ручка повернулась - очень уж сильно тряслись пальцы.
The safe was stuffed with cash and stacks of parchment-like sheets with the words BEARER BONDS stamped on them. Он увидел, что сейф набит наличными и пачками листов из плотной, похожей на пергамент, бумаги со штампами "ОБЛИГАЦИИ НА ПРЕДЪЯВИТЕЛЯ" на каждой пачке.
Junior gave a low whistle. Младший тихонько присвистнул.
The last time he'd opened this-to filch fifty for last year's Fryeburg Fair-there had been plenty of cash, but nowhere near this much. Когда он в последний раз открывал сейф - чтобы позаимствовать пятьдесят баксов перед поездкой на прошлогоднюю Фрайбургскую ярмарку, -денег в сейфе хватало, но сейчас их заметно прибавилось.
And no BEARER BONDS. И тогда он не видел никаких "ОБЛИГАЦИИ НА ПРЕДЪЯВИТЕЛЯ".
He thought of the plaque on his father's desk at the car store: WOULD JESUS APPROVE OF THIS DEAL? Подумал о надписи на табличке, которая стояла на столе отца в его салоне: "ИИСУС ОДОБРИЛ БЫ ЭТУ СДЕЛКУ?"
Even in his distress and fear, Junior found time to wonder if Jesus would approve of whatever deal his dad had going on the side these days. Даже охваченный смятением и страхом, Младший успел задаться вопросом: а одобрил бы Иисус то, чем занимался его отец в последнее время?
"Never mind his business, I gotta run mine," he said in a low voice. - Нечего лезть в его дела, мне хватает своих, -прошептал он.
He took five hundred in fifties and twenties, started to close the safe, reconsidered, and took some of the hundreds as well. Взял пятьсот баксов купюрами по пятьдесят и двадцать долларов, начал закрывать сейф, передумал, добавил несколько сотенных.
Given the obscene glut of cash in there, his dad might not even miss it. Учитывая просто непристойное количество денег, которые сейчас лежали в сейфе, отец кражи и не заметит.
If he did, it was possible he'd understand why Junior had taken it. А если заметит, вероятно, поймет, почему Младший взял эти деньги.
And might approve. И возможно, даже одобрит.
As Big Jim always said, Как любил говорить Большой Джим:
"The Lord helps those who help themselves." "Господь помогает тем, кто помогает себе сам".
In that spirit, Junior helped himself to another four hundred. Под влиянием этих слов Младший помог себе еще четырьмя сотенными.
Then he closed the safe, spun the combo, and hung Jesus back on the wall. Потом закрыл сейф, запер, сместив диски наборного замка, повесил Иисуса на стену.
He grabbed a jacket from the front hall closet and went out while the generator roared and the Maytag sudsed Angie's blood from his clothes. Схватил куртку из стенного шкафа в прихожей и вышел из дома под рычание генератора и мерное гудение "Мейтэга", отмывающего кровь Энджи от его одежды.
4 4
There was no one at the McCains' house. У дома Маккейнов он никого не увидел.
Fucking no one. Ни единой злогребучей души.
Junior lurked on the other side of the street, in a moderate shower of maple leaves, wondering if he could trust what he was seeing: the house dark, Henry McCain's 4Runner and LaDonna's Prius still not in evidence. Младший затаился на другой стороне улицы, под изредка падающими кленовыми листьями, гадая, может ли доверять тому, что видит: дом темный, ни "фо-раннера" Генри Маккейна, ни "приуса" Ладонны на подъездной дорожке нет.
It seemed too good to be true, far too good. Слишком хорошо, чтобы быть правдой, чересчур хорошо.
Maybe they were on the town common. Может, они находились на городской площади?
A lot of people were tonight. В этот вечер там собралось очень много людей.
Possibly they were discussing the power failure, although Junior couldn't remember any such gatherings before when the lights went out; people mostly went home and went to bed, sure that-unless there'd been a whopper of a storm-the lights would be back on when they got up for breakfast. Возможно, они обсуждали прекращение подачи электроэнергии, хотя Младший не мог припомнить подобные сборища в тех редких случаях, когда огни гасли по всему городу. Люди просто шли домой и ложились спать в полной уверенности - если, конечно, не бушевала сильнейшая гроза, - что к завтраку подачу электричества восстановят.
Maybe this power failure had been caused by some spectacular accident, the kind of thing the TV news broke into regular coverage to report. Может, прекращение подачи электроэнергии вызвано чрезвычайным происшествием, о каких сообщают в экстренных выпусках новостей, прерывая запланированные передачи?
Junior had a vague memory of some geezer asking him what was going on not long after Angie had her own accident. Младший смутно припомнил: некий старик спрашивал его, что происходит, вскоре после того, как нечто чрезвычайное случилось с Энджи.
In any case, Junior had taken care to speak to nobody on his way over here. Но так или иначе, по пути к дому Маккейнов Младший не решился с кем-либо заговорить.
He had walked along Main Street with his head down and his collar turned up (he had, in fact, almost bumped into Anson Wheeler as Anse left Sweetbriar Rose). Прошел по Главной улице, опустив голову и подняв воротник (чуть не столкнулся с Энсоном Уилером, когда Энс выходил из "Эглантерии").
The streetlights were out, and that helped preserve his anonymity. Уличные фонари не горели, помогая ему держаться в тени, никому не попадаясь на глаза.
Another gift from the gods. Еще один подарок богов.
And now this. И теперь это.
A third gift. Третий подарок.
A gigantic one. Невероятный подарок.
Was it really possible that Angie's body hadn't been discovered yet? Неужто тело Энджи до сих пор не обнаружили?
Or was he looking at a trap? Или ему расставили ловушку?
Junior could picture the Castle County Sheriff or a state police detective saying, We only have to keep out of sight and wait, boys. Младший мог представить себе, как шериф округа Касл или детектив полиции штата говорит: Нам надо только спрятаться и ждать, парни.
The killer always revisits the scene of his crime. Убийца всегда возвращается на место преступления.
It's a well-known fact. Это общеизвестный факт.
TV bullshit. Телевизионная чушь.
Still, as he crossed the street (drawn, it seemed, by a force outside himself), Junior kept expecting spotlights to go on, pinning him like a butterfly on a piece of cardboard; kept expecting someone to shout-probably through a bullhorn: И однако, переходя улицу, Младший каждую секунду ожидал, что вот-вот вспыхнут лучи мощных фонарей и пришпилят его к темноте, как бабочку иголкой пришпиливают к бумаге, и кто-то закричит, вероятно, в мегафон:
"Stop where you are and get those hands in the air!" "Стой на месте и подними руки!"
Nothing happened. Ничего такого не произошло.
When he reached the foot of the McCain driveway, heart skittering in his chest and blood thumping in his temples (still no headache, though, and that was good, a good sign), the house remained dark and silent. Когда он ступил на подъездную дорожку Маккейнов, сердце выпрыгивало из груди, а кровь стучала в висках (но голова не болела, он расценивал это как добрый, добрый знак).
Not even a generator roaring, although there was one at the Grinnells' next door. Дом оставался темным и тихим, даже генератор не тарахтел. А у соседей, Гриннелов, еще как тарахтел.
Junior looked over his shoulder and saw a vast white bubble of light rising above the trees. Младший оглянулся и увидел огромный световой пузырь, возвышающийся над деревьями.
Something at the south end of town, or perhaps over in Motton. Светилось что-то на южной окраине города, может, и в Моттоне.
The source of the accident that had killed the power? Из-за этого свечения и вырубилось электричество?
Probably. Очень может быть.
He went to the back door. Он подошел к двери черного хода.
The front door would still be unlocked if no one had returned since Angie's accident, but he didn't want to go in the front. Парадная дверь оставалась незапертой. Если никто не заходил в дом после случившегося с Энджи, то и Младший не хотел заходить через парадную дверь.
He would if he had to, but maybe he wouldn't. Он бы зашел, если б пришлось, но, может, удастся этого избежать.
He was, after all, on a roll. В конце концов, ему пока везло.
The doorknob turned. Ручка двери повернулась.
Junior stuck his head into the kitchen and smelled the blood at once-an odor a little like spray starch, only gone stale. Младший сунул голову на кухню и сразу ощутил запах крови - похожий на запах распыленного крахмала, только более спертый.
He said, "Hi? - Эй!
Hello? Привет!
Anybody home?" Есть кто-нибудь дома?!
Almost positive there wasn't, but if someone was, if by some crazy chance Henry or LaDonna had parked over by the common and returned on foot (somehow missing their daughter lying dead on the kitchen floor), he would scream. - Он не сомневался, что никого нет, но, если бы благодаря какому-то невероятному стечению обстоятельств Генри или Ладонна припарковались около городской площади и вернулись домой пешком (и потом не обнаружили труп дочери, лежащий на кухонном полу), он бы закричал.
Yes! Да!
Scream and "discover the body." Закричал и "обнаружил этот самый труп".
That wouldn't do anything about the dreaded forensics van, but it would buy him a little time. Фургон с криминалистами все равно бы приехал, но Младший выиграл бы время.
"Hello? - Привет?
Mr. McCain? Мистер Маккейн?
Mrs. McCain?" Миссис Маккейн?
And then, in a flash of inspiration: - Тут его озарило.
"Angie? - Энджи?
Are you home?" Ты дома?
Would he call her like that if he'd killed her? Разве он стал бы ее звать, если сам и убил?
Of course not! Разумеется, нет!
But then a terrible thought lanced through him: What if she answered? Но ужасная мысль прострелила голову: А если она отзовется?
Answered from where she was lying on the floor? Отзовется с пола?
Answered through a throatful of blood? Слова вырвутся из залитого кровью горла?
"Get a grip," he muttered. - Держи себя в руках, - пробормотал Младший.
Yes, he had to, but it was hard. Да, он должен держать себя в руках, но как это трудно.
Especially in the dark. Особенно в темноте.
Besides, in the Bible stuff like that happened all the time. А кроме того, в Библии такое случалось сплошь и рядом.
In the Bible, people sometimes returned to life like the zombies in Night of the Living Dead. В Библии люди иногда возвращались к жизни, как зомби в фильме "Ночь живых мертвецов".
"Anybody home?" - Есть кто-нибудь дома?
Zip. Nada. Ни ответа, ни привета.
His eyes had adjusted to the gloom, but not enough. He needed a light. Его глаза адаптировались к густому сумраку, но видел он далеко не все, ему требовался свет.
He should've brought a flashlight from the house, but it was easy to forget stuff like that when you were used to just flipping a switch. Конечно, следовало взять из дома фонарик, но такие мелочи забываются, если ты давно уже привык к тому, чтобы щелчок выключателя прогонял темноту.
Junior crossed the kitchen, stepping over Angie's body, and opened the first of two doors on the far side. Младший пересек кухню, переступив через тело Энджи, открыл первую из двух дверей в дальней стене.
It was a pantry. Кладовка.
He could just make out the shelves of bottled and canned goods. Различил полки, уставленные бутылками и банками.
He tried the other door and had better luck. Открыл вторую дверь, и тут ему повезло больше.
It was the laundry. Прачечная.
And unless he was mistaken about the shape of the thing standing on the shelf just to his right, he was still on a roll. А на полке справа, если он не ошибся, если ему продолжало везти, вроде бы силуэт столь необходимого предмета.
He wasn't mistaken. Он не ошибся.
It was a flashlight, a nice bright one. Фонарь - и яркий.
He'd have to be careful about shining it around the kitchen-easing down the shades would be an excellent idea-but in the laundry room he could shine it around to his heart's content. Младший понимал, что на кухне им придется пользоваться с осторожностью (тут же в голову пришла очередная дельная мысль - надо задвинуть шторы), но в прачечной он мог светить куда угодно.
In here he was fine. Здесь луч никто бы не увидел.
Soap powder. Стиральный порошок.
Bleach. Отбеливатель.
Fabric softener. Кондиционер.
A bucket and a Swiffer. Good. With no generator there'd only be cold water, but there would probably be enough to fill one bucket from the taps, and then, of course, there were the various toilet tanks. Ведро и тряпку "Свиффер". Генератор не работал, так что можно было рассчитывать только на холодную воду. Младший полагал, что из кранов удастся наполнить хотя бы одно ведро, а уж потом придется брать воду из различных туалетных бачков.
And cold was what he wanted. И ему требовалась именно холодная вода.
Cold for blood. Кровь лучше отмывалась холодной водой.
He would clean like the demon housekeeper his mother had once been, mindful of her husband's exhortation: И он примется за уборку, будто домашняя хозяйка-чистоплюйка, какой в свое время была его мать, помня о наставлении мужа:
"Clean house, clean hands, clean heart." "Чистый дом, чистые руки, чистое сердце".
He would clean up the blood. Он намеревался смыть всю кровь.
Then he'd wipe everything he could remember touching and everything he might have touched without remembering. Потом протереть те места, к которым он прикасался или мог прикоснуться.
But first... Но сначала...
The body. Тело.
He had to do something with the body. Что-то надо сделать с телом.
Junior decided the pantry would do for the time being. Младший решил, что на ближайшее время сойдет и кладовая.
He dragged her in by the arms, then let them go: flump. Ухватил труп за руки и поволок. В кладовой отпустил руки, и они с легким стуком упали на пол.
After that he set to work. Покончив с этим, приступил к другим делам.
He sang under his breath as he first replaced the fridge magnets, then drew the shades. Напевая себе под нос, вернул на дверцу холодильника все магниты, потом задернул шторы.
He had filled the bucket almost to the top before the faucet started spitting. Из-под крана заполнил ведро чуть ли не доверху, прежде чем оттуда пошел воздух.
Another bonus. Так что ему опять повезло.
He was still scrubbing, the work well begun but nowhere near done, when the knock came at the front door. Он все еще тер пол, и тереть его, похоже, предстояло долго, когда раздался стук во входную дверь дома.
Junior looked up, eyes wide, lips drawn back in a humorless grin of horror. Младший поднял голову, глаза широко раскрылись, губы оттянулись в гримасе ужаса.
"Angie?" - Энджи?!
It was a girl, and she was sobbing. - Голос девушки, и она плакала.
"Angie, are you there?" - Энджи, ты дома?
More knocking, and then the door opened. - Вновь стук, потом дверь открылась.
His roll, it seemed, was over. Видать, его везение закончилось.
"Angie, please be here. - Энджи, пожалуйста, будь дома.
I saw your car in the garage..." Я видела твой автомобиль в гараже...
Shit. Черт.
The garage! Гараж!
He never checked the fucking garage! Он и не подумал проверить гребаный гараж!
"Angie?" - Энджи!
Sobbing again. - Снова плач.
Someone he knew. И голос знакомый.
Oh God, was it that idiot Dodee Sanders? Господи, неужели дебилка Доди Сандерс?
It was. Она самая.
"Angie, she said my mom's dead! - Энджи, она сказала, что моя мать мертва !
Mrs. Shumway said that she died!" Миз Шамуэй сказала, что она погибла !
Junior hoped she'd go upstairs first, check Angie's room. Младший надеялся, что Доди пойдет наверх, проверить комнату Энджи.
But she came down the hall toward the kitchen instead, moving slowly and tentatively in the dark. Но она прямиком направилась на кухню, в темноте двигаясь медленно и осторожно.
"Angie? - Энджи?
Are you in the kitchen? Ты на кухне?
I thought I saw a light." Мне показалось, там свет.
Junior's head was starting to ache again, and it was this interfering dope-smoking cunt's fault. У Младшего вновь начала болеть голова, и все благодаря этой лезущей не в свои дела, курящей травку суке.
Whatever happened next... that would be her fault, too. И что бы ни случилось после этого... вина все равно ляжет на нее.
5 5
Dodee Sanders was still a little stoned and a little drunk; she was hungover; her mother was dead; she was fumbling up the hall of her best friend's house in the dark; she stepped on something that slid away under her foot and almost went ass over teapot. Днем Доди Сандерс и покурила, и выпила. Травка и алкоголь еще не выветрились, но она уже мучилась похмельем. Ее мать погибла. Теперь Доди в темноте пересекала прихожую дома своей лучшей подруги. Наступила на что-то непонятное, это что-то заскользило под ногой.
She grabbed at the stair railing, bent two of her fingers painfully back, and cried out. Доди схватилась за перила лестницы; больно ударившись двумя пальцами, вскрикнула.
She sort of understood all this was happening to her, but at the same time it was impossible to believe. Она смутно понимала, что все это происходит с ней, но верить в такое отказывалась.
She felt as if she'd wandered into some parallel dimension, like in a science fiction movie. У Доди было чувство, будто она находится в некоем параллельном измерении, как в фантастическом фильме.
She bent to see what had nearly spilled her. Она наклонилась, чтобы посмотреть, что попало под ноги.
It looked like a towel. Похоже, полотенце.
Some fool had left a towel on the front hall floor. Какой-то дурак оставил полотенце на полу в прихожей.
Then she thought she heard someone moving in the darkness up ahead. Потом Доди вроде бы услышала, что кто-то двигается в темноте.
In the kitchen. На кухне.
"Angie? Is that you?" - Энджи, это ты?
Nothing. - Ответа не получила.
She still felt someone was there, but maybe not. Но все равно чувствовала - там кто-то есть, а может, и нет.
"Angie?" - Энджи!
She shuffled forward again, holding her throbbing right hand-her fingers were going to swell, she thought they were swelling already-against her side. - Шаркая ногами, двинулась дальше, прижимая к боку правую руку, пульсирующую от боли; пальцы наверняка опухнут, думала она, уже начали опухать.
She held her left hand out before her, feeling the dark air. Левую руку Доди вытянула перед собой, ощупывая темноту.
"Angie, please be there! - Энджи, пожалуйста, будь здесь!
My mother's dead, it's not a joke, Mrs. Shumway told me and she doesn't joke, I need you!" Моя мама мертва, это не шутка, миз Шамуэй сказала мне, и она не шутила, ты мне нужна !
The day had started so well. А день начался так хорошо.
She'd been up early (well... ten; early for her) and she'd had no intention of blowing off work. Она поднялась рано (ну... в десять для нее рано) и не собиралась прогуливать работу.
Then Samantha Bushey had called to say she'd gotten some new Bratz on eBay and to ask if Dodee wanted to come over and help torture them. Потом позвонила Саманта Буши и сказала, что купила на аукционе и-бэй новых Брэтцев, и не хочет ли Доди приехать, чтобы их помучить?
Bratz-torture was something they'd gotten into in high school-buy them at yard sales, then hang them, pound nails into their stupid little heads, douse them with lighter fluid and set them on fire-and Dodee knew they should have grown out of it, they were adults now, or almost. Пытками кукол они занимались в старшей школе -покупали на распродажах, потом вешали, вколачивали гвозди в их глупые головы, обливали бензином для зажигалок, а потом поджигали. Но Доди знала, что им пора бросить эти забавы, они уже стали почти что взрослыми.
It was kid-stuff. Пытки кукол - детские игры.
Also a little creepy, when you really thought about it. Хотя и от них мурашки бежали по коже.
But the thing was, Sammy had her own place out on the Motton Road-just a trailer, but all hers since her husband had taken off in the spring-and Little Walter slept practically all day. У Сэмми было собственное жилье на Моттон-роуд - всего лишь трейлер, но она жила там одна с весны, когда ушел ее муж, - и Литл Уолтер спал практически круглые сутки.
Plus Sammy usually had bitchin weed. Плюс у Сэмми всегда была потрясающая травка.
Dodee guessed she got it from the guys she partied with. Доди догадывалась, что та достается ей от парней, с которыми она веселилась.
Her trailer was a popular place on the weekends. По уик-эндам ее трейлер пользовался популярностью.
But the thing was, Dodee had sworn off weed. Но так уж вышло, Доди зареклась курить травку.
Never again, not since all that trouble with the cook. Больше никогда - после той истории с поваром.
Never again had lasted over a week on the day Sammy called. "Никогда" продолжалось чуть больше недели, до звонка Сэмми.
"You can have Jade and Yasmin," Sammy coaxed. "Я отдам тебе Джейд и Ясмин, - заманивала ее подруга.
"Also, I've got some great you-know." - Опять же у меня есть отличная знаешь-что.
She always said that, as if someone listening in wouldn't know what she was talking about. - Она всегда так говорила, чтобы тот, кто мог подслушивать, не понял, о чем речь.
"Also, we can you-know." - И мы можем заняться знаешь-чем".
Dodee knew what that you-know was, too, and she felt a little tingle Down There (in her you-know), even though that was also kid-stuff, and they should have left it behind long ago. Доди знала, чем они могли заняться, и даже почувствовала легкий зуд Там Внизу (в знаете-в-чем), пусть даже это тоже была детская забава, на которой им давно следовало поставить крест.
"I don't think so, Sam. "Пожалуй, что нет, Сэм.
I have to be at work at two, and-" Мне в два часа на работу, и..."
"Yasmin awaits," Sammy said. "Ясмин ждет, - напомнила Сэмми.
"And you know you hate dat bitch." - А ты ведь ненавидишь эту сучку".
Well, that was true. Тут она сказала правду.
Yasmin was the bitchiest of the Bratz, in Dodee's opinion. По мнению Доди, из всех Брэтцев не было большей сучки, чем Ясмин.
And it was almost four hours until two o'clock. Да и до работы оставалось почти четыре часа.
Further and, if she was a little late, so what? А если б она чуть припозднилась, что с того?
Was Rose going to fire her? Роуз уволила бы ее?
Who else would work that shit job? Да кто еще пойдет на эту говенную работу?
"Okay. "Ладно.
But just for a little while. Только ненадолго.
And only because I hate Yasmin." И лишь потому, что я ненавижу Ясмин.
Sammy giggled. - Сэмми хохотнула, услышав эти слова.
"But I don't you-know anymore. - Но я больше не занимаюсь знаешь-чем.
Either you-know." Ни одним, ни другим".
"Not a problem," Sammy said. "Нет проблем.
"Come quick." Приезжай побыстрее".
So Dodee had driven out, and of course she discovered Bratz-torture was no fun if you weren't a little high, so she got a little high and so did Sammy. Доди приехала, и, само собой, выяснилось, что пытать Брэтцев не в кайф без косячка, а потому она немного курнула травки, как и Сэмми.
They collaborated on giving Yasmin some drain-cleaner plastic surgery, which was pretty hilarious. На пару они сделали Ясмин пластическую операцию очистителем для труб, получив от этого немалое удовольствие.
Then Sammy wanted to show her this sweet new camisole she'd gotten at Deb, and although Sam was getting a little bit of a potbelly, she still looked good to Dodee, perhaps because they were a little bit stoned-wrecked, in fact-and since Little Walter was still asleep (his father had insisted on naming the kid after some old bluesman, and all that sleeping, yow, Dodee had an idea Little Walter was retarded, which would be no surprise given the amount of rope Sam had smoked while carrying him), they ended up getting into Sammy's bed and doing a little of the old you-know. Потом подруга захотела показать свою новую кофту, и, хотя Сэмми отрастила приличный животик, для Доди она по-прежнему выглядела очень даже ничего, возможно, потому, что они чуть заторчали, - если по-честному, обкурились. И раз уж Литл Уолтер по-прежнему спал (его отец настаивал, что назвал его так в честь блюзмена давно ушедших дней, и Доди предполагала, что чересчур сонливый Литл Уолтер - умственно недоразвитый, и удивляться этому не приходилось, если вспомнить, сколько травки выкурила Сэм, когда вынашивала его), они оказались в кровати Сэмми, занимаясь знаете-чем.
Afterward they'd fallen asleep, and when Dodee woke up Little Walter was blatting-holy shit, call NewsCenter 6-and it was past five. Потом они крепко заснули, а когда Доди проснулась, Литл Уолтер орал как резаный и уже шел шестой час.
Really too late to go in to work, and besides, Sam had produced a bottle of Johnnie Walker Black, and they had one-shot two-shot three-shot-four, and Sammy decided she wanted to see what happened to a Baby Bratz in the microwave, only the power was out. Ехать на работу смысла не было, а кроме того, Сэм достала бутылку "Черного Джонни Уокера". Они выпили одну стопку, вторую стопку, третью стопку, четвертую, и Сэмми захотела посмотреть, что будет с младенцем-Брэтцем, если сунуть куклу в микроволновку, да только электричество отключили.
Dodee had crept back to town at roughly sixteen miles an hour, still high and paranoid as hell, constantly checking the rearview mirror for cops, knowing if she did get stopped it would be by that redhaired bitch Jackie Wettington. Доди ползла в город со скоростью шестнадцать миль в час, все еще пьяная и обкуренная, в диком страхе, постоянно поглядывая в зеркало заднего обзора, а нет ли на хвосте копов. Точно знала, если ее остановят, это будет рыжеволосая сука Джекки Уэттингтон.
Or her father would be taking a break from the store and he'd smell the booze on her breath. Or her mother would be home, so tired out from her stupid flying lesson that she had decided to stay home from the Eastern Star Bingo. Боялась она увидеть и отца, который мог пораньше уйти с работы и унюхать спиртное в ее дыхании, или мать, - та наверняка осталась дома, слишком устав после этого идиотского летного урока, чтобы идти играть в бинго.
Please, God, she prayed. Please get me through this and I'll never you-know again. Пожалуйста , взмолилась она, Г осподи, пожалуйста, позволь мне в этот раз выйти сухой из воды, и я буду обходить знаешь-что стороной.
Either you-know. И первое, и второе.
Never in this life. Больше никогда в жизни .
God heard her prayer. Бог услышал молитву Доди.
Nobody was home. The power was out here too, but in her altered state, Dodee hardly noticed. Ее встретил пустой дом, электричество вырубилось и здесь, но в своем полубредовом состоянии Доди этого и не заметила.
She crept upstairs to her room, shucked out of her pants and shirt, and laid down on her bed. Она прокралась наверх, к себе в комнату, скинула брюки и рубашку, улеглась в кровать.
Just for a few minutes, she told herself. Только на несколько минут, сказала она себе.
Then she'd put her clothes, which smelled of ganja, in the washer, and put herself in the shower. А потом соберет одежду, которая пропахла сладковатым дымом, бросит в стиральную машину, а сама встанет под душ.
She smelled of Sammy's perfume, which she must buy a gallon at a time down at Burpee's. От нее разило духами Сэмми, которые та, должно быть, покупала галлонами в "Универмаге Берпи".
Only she couldn't set the alarm with the power out and when the knocking at the door woke her up it was dark. Она не поставила будильник, и, когда ее разбудил стук в дверь, за окном уже стемнело.
She grabbed her robe and went downstairs, suddenly sure that it would be the redheaded cop with the big boobs, ready to put her under arrest for driving under the influence. Доди схватила халат и спустилась вниз, в полной уверенности, что, открыв дверь, увидит эту рыжеволосую стерву с большими буферами, которая пришла, чтобы арестовать ее за управление автомобилем под газом.
Maybe for crack-snacking, too. А может, и за вылизывание киски.
Dodee didn't think that particular you-know was against the law, but she wasn't entirely sure. Доди не думала, что это конкретное знаете-что запрещено законом, но полной уверенности у нее не было.
It wasn't Jackie Wettington. It was Julia Shumway, the editor-publisher of the Democrat. Но на пороге стояла не Джекки Уэттингтон, а Джулия Шамуэй, редактор-издательница "Демократа".
She had a flashlight in one hand. В руке она держала фонарик.
She shined it in Dodee's face-which was probably puffed with sleep, her eyes surely still red and her hair a haystack-and then lowered it again. Осветила лицо Доди - опухшее ото сна, с красными глазами, с всклоченными волосами, - а потом направила луч вниз.
Enough light kicked up to show Julia's own face, and Dodee saw a sympathy there that made her feel confused and afraid. Но света хватало, чтобы Доди увидела сочувствие, написанное на лице Джулии, и ощутила замешательство и страх.
"Poor kid," Julia said. - Бедное дитя, - начала Джулия.
"You don't know, do you?" - Ты не знаешь, да?
"Don't know what?" Dodee had asked. - Не знаю чего? - спросила Доди.
It was around then that the parallel universe feeling had started. Тогда и возникло ощущение, что она в параллельном мире.
"Don't know what?" - Не знаю чего?
And Julia Shumway had told her. И Джулия Шамуэй ответила на ее вопрос.
6 6
"Angie? - Энджи!
Angie, please!" Энджи, пожалуйста!
Fumbling her way up the hall. Она плелась по коридору.
Hand throbbing. Рука пульсировала от боли.
Head throbbing. Голова пульсировала.
She could have looked for her father-Mrs. Shumway had offered to take her, starting at Bowie Funeral Home-but her blood ran cold at the thought of that place. Она могла бы поискать отца - миз Шамуэй предложила отвезти ее в "Похоронное бюро Боуи", - но кровь стыла в жилах от одной мысли об этом месте.
Besides, it was Angie that she wanted. А кроме того, ей хотелось побыть с Энджи.
Angie who would hug her tight with no interest in the you-know. С Энджи, которая крепко обняла бы ее без всякого интереса к знаете-чему.
Angie who was her best friend. С Энджи, которая была ее лучшей подругой.
A shadow came out of the kitchen and moved swiftly toward her. Тень выступила из кухни и стремительно двинулась к ней.
"There you are, thank God!" - Это ты, слава Богу!
She began to sob harder, and hurried toward the figure with her arms outstretched. - Она зарыдала еще сильнее и устремилась к тени, вытянув перед собой руки.
"Oh, it's awful! - Ох, это ужасно!
I'm being punished for being a bad girl, I know I am!" Меня наказывают за то, что я плохая девочка. Я знаю, что плохая!
The dark figure stretched out its own arms, but they did not enfold Dodee in a hug. Темная фигура тоже вытянула руки, но они не обняли Доди, чтобы прижать к себе.
Instead, the hands at the end of those arms closed around her throat. Вместо этого сомкнулись на ее шее.
THE GOOD OF THE TOWN, THE GOOD OF THE PEOPLE На благо города, на благо горожан
1 1
Andy Sanders was indeed at the Bowie Funeral Home. Энди Сандерс находился в "Похоронном бюро Боуи".
He had walked there, toting a heavy load: bewilderment, grief, a broken heart. Пришел туда с тяжелой ношей: недоумением, горем, разбитым сердцем.
He was sitting in Remembrance Parlor I, his only company in the coffin at the front of the room. Сидел в Зале прощания номер 1 в компании с гробом, который стоял в передней части комнаты.
Gertrude Evans, eighty-seven (or maybe eighty-eight), had died of congestive heart failure two days before. Гертруда Эванс, восьмидесяти семи лет (может, восьмидесяти восьми) умерла от застойной сердечной недостаточности двумя днями раньше.
Andy had sent a condolence note, although God knew who'd eventually receive it; Gert's husband had died a decade ago. Энди уже выразил соболезнования, хотя один только Бог знал, кто мог прочитать его письмо: муж Герты уже десять лет как ушел из жизни.
It didn't matter. Но значения это не имело.
He always sent condolences when one of his constituents died, handwritten on a sheet of cream stationery reading FROM THE DESK OF THE FIRST SELECTMAN. Энди всегда отправлял письмо с соболезнованиями, если умирал кто-то из его избирателей. Писал от руки, на фирменном бланке с шапкой: "ОТ ПЕРВОГО ЧЛЕНА ГОРОДСКОГО УПРАВЛЕНИЯ".
He felt it was part of his duty. Считал это частью своих обязанностей.
Big Jim couldn't be bothered with such things. Большой Джим на такое не разменивался.
Big Jim was too busy running what he called "our business," by which he meant Chester's Mill. Большой Джим слишком много времени тратил на управление, как он это называл, "нашим бизнесом", то есть Честерс-Миллом.
Ran it like his own private railroad, in point of fact, but Andy had never resented this; he understood that Big Jim was smart. Руководил им, как частной железной дорогой, если уж придерживаться фактов, но Энди не возражал: он понимал, что Большой Джим умен .
Andy understood something else, as well: without Andrew DeLois Sanders, Big Jim probably couldn't have been elected dog-catcher. Энди понимал и кое-что еще: без Эндрю Делу и Сандерса Большого Джима не выбрали бы и ловцом бродячих собак.
Big Jim could sell used cars by promising eye-watering deals, low-low financing, and premiums like cheap Korean vacuum cleaners, but when he'd tried to get the Toyota dealership that time, the company had settled on Will Freeman instead. Большой Джим мог продавать автомобили, обещая выгодные сделки, низкие-низкие проценты и подарки, вроде дешевых корейских пылесосов, но, когда он попытался стать дилером "Тойоты", компания отдала предпочтение Уиллу Фримену.
Given his sales figures and location out on 119, Big Jim hadn't been able to understand how Toyota could be so stupid. С учетом результатов продаж и местоположения салона на шоссе номер 119 Большой Джим не мог понять, почему "Тойота" так сглупила.
Andy could. Энди мог.
He maybe wasn't the brightest bear in the woods, but he knew Big Jim had no warmth. Он, конечно, не считал себя самым умным медведем в лесу, но знал, что у Большого Джима нет душевной теплоты.
He was a hard man (some-those who'd come a cropper on all that low-low financing, for instance-would have said hardhearted), and he was persuasive, but he was also chilly. Второй член был жестким человеком (некоторые из тех, кто купился на низкие-низкие проценты, сказали бы, жестокосердным). Он умел убеждать, но от него так и веяло холодом.
Andy, on the other hand, had warmth to spare. А вот Энди мог поделиться теплом.
When he went around town at election time, Andy told folks that he and Big Jim were like the Doublemint Twins, or Click and Clack, or peanut butter and jelly, and Chester's Mill wouldn't be the same without both of them in harness (along with whichever third happened to be currently along for the ride-right now Rose Twitchell's sister, Andrea Grinnell). Общаясь с избирателями в ходе предвыборной кампании, Энди говорил им, что он и Большой Джим - мятные близняшки, Клики Клэк, ореховое масло и желе и Честерс-Милл не будет прежним, если они на пару не станут тянуть воз (в компании с кем-то третьим, на этот раз с Андреа Гриннел, сестрой Роуз Твитчел).
Andy had always enjoyed his partnership with Big Jim. Энди наслаждался партнерством с Большим Джимом.
Financially, yes, especially during the last two or three years, but also in his heart. Оно приносило немалые деньги, особенно -последние два-три года, и в этом партнерстве ему нравилось все.
Big Jim knew how to get things done, and why they should be done. Большой Джим знал, как что делается, а главное, знал, почему это надо сделать.
We're in this for the long haul, he'd say. "Мы впряглись всерьез и надолго, - говорил Большой Джим.
We're doing it for the town. - Мы делаем это для нашего города.
For the people. Для людей.
For their own good. Ради их блага".
And that was good. Энди нравились такие слова.
Doing good was good. Это же приятно, делать добрые дела.
But now... tonight... Но сейчас... нынешним вечером...
"I hated those flying lessons from the first," he said, and began to cry again. - Я с самого начала ненавидел эти летные уроки, -вырвалось у него, и он вновь заплакал.
Soon he was sobbing noisily, but that was all right, because Brenda Perkins had left in silent tears after viewing the remains of her husband and the Bowie brothers were downstairs. Потом уже громко зарыдал, но мог не стесняться, потому что Бренда Перкинс ушла в молчаливых слезах, постояв у тела мужа, а братья Боуи находились в подвале.
They had a lot of work to do (Andy understood, in a vague way, that something very bad had happened). Их завалило работой (Энди понимал, пусть и смутно, что случилось нечто ужасное).
Fern Bowie had gone out for a bite at Sweetbriar Rose, and when he came back, Andy was sure Fern would kick him out, but Fern passed down the hall without even looking in at where Andy sat with his hands between his knees and his tie loosened and his hair in disarray. Ферн Боуи уходил в "Эглантерию", чтобы наскоро перекусить, а когда вернулся, Энди не сомневался, что его выпроводят за дверь. Но Ферн прошел по коридору, даже не взглянув на Энди, который сидел, зажав руки между колен, со сбившимся галстуком и с растрепанными волосами.
Fern had descended to what he and his brother Stewart called "the workroom." (Horrible; horrible!) Duke Perkins was down there. Ферн спустился в "мастерскую", как они это называли на пару с братом Стюартом (ужасно, ужасно!), Герцог Перкинс тоже находился внизу.
Also that damned old Chuck Thompson, who maybe hadn't talked his wife into those flying lessons but sure hadn't talked her out of them, either. А также этот чертов Чак Томпсон, который, возможно, не уговаривал Клодетт брать летные уроки, но точно не отговаривал ее от них.
Maybe others were down there, too. Возможно, там были и другие.
Claudette for sure. Клодетт - точно.
Andy voiced a watery groan and clasped his hands together more tightly. Энди с всхлипом застонал и еще сильнее сцепил пальцы.
He couldn't live without her; no way could he live without her. Он не мог жить без нее, просто не мог жить без нее.
And not just because he'd loved her more than his own life. И не только потому, что любил больше жизни.
It was Claudette (along with regular, unreported, and ever larger cash infusions from Jim Rennie) who kept the drugstore going; on his own, Andy would have run it into bankruptcy before the turn of the century. Именно Клодетт (вместе с регулярными, нигде не учитываемыми и постоянно возрастающими финансовыми вливаниями Джима Ренни) держала на плаву его аптечный магазин. Если бы Энди управлял им самостоятельно, то стал бы банкротом до наступления нового тысячелетия.
His specialty was people, not accounts and ledgers. Его конек - человеческие отношения, а не счета и бухгалтерия.
His wife was the numbers specialist. На этом специализировалась его жена.
Or had been. Точнее, раньше специализировалась.
As the past perfect clanged in his mind, Andy groaned again. "Раньше" новой болью отдалось в сердце. Энди опять застонал.
Claudette and Big Jim had even collaborated on fixing up the town's books that time when the state audited them. Клодетт и Большой Джим однажды даже объединили усилия, чтобы подкорректировать городскую финансовую документацию, когда штат решил ее проверить.
It was supposed to be a surprise audit, but Big Jim had gotten advance word. Предполагалось, что проверка будет внезапной, но Большого Джима предупредили заранее.
Not much; just enough for them to go to work with the computer program Claudette called MR. CLEAN. Не так чтобы задолго, но им хватило времени, чтобы поработать с компьютерной программой, которую Клодетт называла "МИСТЕР ЧИСТИЛЬЩИК".
They called it that because it always produced clean numbers. Программе дали такое название, потому что после ее использования в документах не оставалось темных мест, которые могли вызвать подозрения аудиторов.
They'd come out of that audit shiny side up instead of going to jail (which wouldn't have been fair, since most of what they were doing-almost all, in fact-was for the town's own good). Те признали членов городского управления белыми и пушистыми, вместо того чтобы отправить в тюрьму (и в этом проявилась бы крайняя несправедливость, поскольку в большей части своих деяний - если по-честному, практически во всех - они руководствовались благом города).
The truth about Claudette Sanders was this: she'd been a prettier Jim Rennie, a kinder Jim Rennie, one he could sleep with and tell his secrets to, and life without her was unthinkable. По сути, Клодетт Сандерс была более красивым Джимом Ренни, более добрым Джимом Ренни, тем Джимом Ренни, с которым он мог спать и делиться секретами, и жизни без нее он себе не представлял.
Andy started to tear up again, and that was when Big Jim himself put a hand on his shoulder and squeezed. Энди снова зарыдал, но тут Большой Джим положил ему руку на плечо и сжал пальцы.
Andy hadn't heard him come in, but he didn't jump. Энди не слышал, как тот подошел, но даже не вздрогнул.
He had almost expected the hand, because its owner always seemed to turn up when Andy needed him the most. Он, можно сказать, ожидал, что эта рука ляжет ему на плечо: человек, которому она принадлежала, всегда появлялся в тот момент, когда Энди нуждался в нем больше всего.
"I thought I'd find you here," Big Jim said. - Я не сомневался, что найду тебя здесь.
"Andy-pal-I'm just so, so sorry." Энди... дружище, мне очень, очень жаль.
Andy lurched to his feet, groped his arms around Big Jim's bulk, and began to sob against Big Jim's jacket. Энди вскочил, обнял внушительную талию Большого Джима и вновь зарыдал, вжавшись лицом в его пиджак.
"I told her those lessons were dangerous! - Я говорил ей, что эти уроки опасны!
I told her Chuck Thompson was a jackass, just like his father!" Я говорил ей, что Чак Томпсон - мерзавец, такой же, как и его отец!
Big Jim rubbed his back with a soothing palm. Большой Джим потер ему спину успокаивающей ладонью.
"I know. - Я знаю.
But she's in a better place now, Andy-she had dinner with Jesus Christ tonight-roast beef, fresh peas, mashed with gravy! Но теперь она в лучшем месте, Энди... этим вечером обедает с Иисусом Христом... ест ростбиф, пюре из свежего горошка с подливой.
How's that for an awesome thought? Как тебе эта завораживающая мысль?
You hang onto that. Держись за нее.
Think we should pray?" Думаешь, нам надо помолиться?
"Yes!" - Да!
Andy sobbed. - Рыдание в очередной раз вырвалось из груди Энди.
"Yes, Big Jim! - Да, Большой Джим!
Pray with me!" Помолись со мной!
They got on their knees and Big Jim prayed long and hard for the soul of Claudette Sanders. (Below them, in the workroom, Stewart Bowie heard, looked up at the ceiling, and observed: Они опустились на колени, и Большой Джим молился долго и усердно за упокой души Клодетт Сандерс. (Внизу, в мастерской, Стюарт услышал его, посмотрел в потолок и заметил:
"That man shits from both ends.") "Этот человек дрищет с обоих концов".)
After four or five minutes of we see through a glass darkly and when I was a child I spake as a child (Andy didn't quite see the relevance of that one, but didn't care; it was comforting just to be kneebound with Big Jim), Rennie finished up-"ForJesussakeamen"-and helped Andy to his feet. После четырех-пяти минут "теперь мы видим как бы через тусклое стекло" и "когда я был младенцем, то по-младенчески говорил" (уместной последняя фраза Энди не показалась, но его это не заботило: он успокаивался только от того, что стоял на коленях рядом с Большим Джимом) Ренни закончил:
Face-to-face and bosom to bosom, Big Jim grasped Andy by the upper arms and looked into his eyes. - РадиИисусааминь , - и помог Энди подняться. Лицом к лицу, грудь в грудь, Большой Джим сжал Энди бицепсы и заглянул в глаза.
"So, partner," he said. He always called Andy partner when the situation was serious. "Are you ready to go to work?" - Итак, партнер, - он всегда называл Энди партнером, если возникала сложная ситуация, - ты готов приступить к работе?
Andy stared at him dumbly. Энди тупо смотрел на него.
Big Jim nodded as if Andy had made a reasonable (under the circumstances) protest. Большой Джим понимающе кивнул, так, словно Энди высказал резонный (учитывая сложившиеся обстоятельства) протест.
"I know it's hard. - Я знаю, это трудно.
Not fair. Inappropriate time to ask you. Обращаюсь к тебе в неподходящее время.
And you'd be within your rights-God knows you would-if you were to bust me one right in the cotton-picking chops. И ты будешь совершенно прав, Бог свидетель, если прямо сейчас врежешь мне в ёханую челюсть.
But sometimes we have to put the welfare of others first-isn't that true?" Но иногда мы должны ставить на первое место благополучие других... или это не так?
"The good of the town," Andy said. - Благополучие города, - подтвердил Энди.
For the first time since getting the news about Claudie, he saw a sliver of light. И впервые после получения известия о гибели Клодетт перед ним забрезжил свет.
Big Jim nodded. Большой Джим кивнул.
His face was solemn, but his eyes were shining. Лицо оставалось серьезным, но глаза сверкали.
Andy had a strange thought: He looks ten years younger. И странная мысль пришла в голову Энди: Он стал выглядеть на десять лет моложе .
"Right you are. - Ты совершенно прав.
We're custodians, partner. Мы - хранители, партнер.
Custodians of the common good. Хранители общественного благополучия.
Not always easy, but never unnecessary. Обязанность эта - не всегда легкая, но пренебрегать ею нельзя никогда.
I sent the Wettington woman to hunt up Andrea. Told her to bring Andrea to the conference room. Я велел Уэттингтон разыскать Андреа и привести ее в зал заседаний.
In handcuffs, if that's what it takes." Если потребуется, в наручниках.
Big Jim laughed. - Большой Джим рассмеялся.
"She'll be there. - Она там будет.
And Pete Randolph's making a list of all the available town cops. И Пит Рэндолф составляет список всех копов, которые находятся в его распоряжении.
Aren't enough. Их явно недостаточно.
We've got to address that, partner. Мы должны подумать об этом, партнер.
If this situation goes on, authority's going to be key. Если сложившаяся ситуация сохранится, власть станет ключевым моментом.
So what do you say? Так что скажешь?
Can you suit up for me?" Сможешь поддержать меня?
Andy nodded. Энди кивнул.
He thought it might take his mind off this. Он подумал, что городские дела помогут ему отвлечься от мыслей о погибшей жене.
Even if it didn't, he needed to make like a bee and buzz. Если не помогут, Энди все равно следовало изобразить пчелку и жужжать.
Looking at Gert Evans's coffin was beginning to give him the willies. Его уже начало трясти от вида стоявшего рядом гроба Герты Эванс.
The silent tears of the Chief’s widow had given him the willies, too. Его уже трясло от молчаливых слез вдовы чифа.
And it wouldn't be hard. И особых усилий от него не требуется.
All he really needed to do was sit there at the conference table and raise his hand when Big Jim raised his. Всего-то сидеть за столом и поднимать руку, когда Большой Джим поднимает свою.
Andrea Grinnell, who never seemed entirely awake, would do the same. Андреа Гриннел, которая, похоже, никогда полностью не просыпалась, поступала так же.
If emergency measures of some sort needed to be implemented, Big Jim would see that they were. Если возникнет необходимость в принятии срочных мер, Большой Джим их предложит.
Big Jim would take care of everything. Большой Джим ничего не упустит из виду.
"Let's go," Andy replied. - Пошли, - выдохнул Энди.
Big Jim clapped him on the back, slung an arm over Andy's thin shoulders, and led him out of the Remembrance Parlor. Большой Джим хлопнул его по спине, обхватил рукой тощие плечи Энди и вывел из Зала прощания.
It was a heavy arm. Это была тяжелая рука.
Meaty. Мясистая.
But it felt good. Но Энди радовало, что она лежит у него на плечах.
He never even thought of his daughter. О дочери он даже не подумал.
In his grief, Andy Sanders had forgotten her entirely. Охваченный горем, Энди Сандерс совершенно забыл о ее существовании.
2 2
Julia Shumway walked slowly down Commonwealth Street, home of the town's wealthiest residents, toward Main Street. Джулия Шамуэй медленно шагала по улице Благополучия, где жили самые благополучные горожане, направляясь к Главной улице.
Happily divorced for ten years, she lived over the offices of the Democrat with Horace, her elderly Welsh Corgi. Разведясь десять лет назад, она жила над редакцией "Демократа". Квартиру с ней делил Горас, почтенного возраста вельш-корги.
She had named him after the great Mr. Greeley, who was remembered for a single bon mot-"Go West, young man, go West"-but whose real claim to fame, in Julia's mind, was his work as a newspaper editor. Она назвала его в честь великого мистера Грили, которого помнили за единственный bon mot: "Идите на Запад, молодой человек, идите на Запад"; хотя, по мнению Джулии, прославился он другим: работой редактора газеты.
If Julia could do work half as good as Greeley's on the New York Trib, she would consider herself a success. Если бы Джулия могла записать себе в заслуги половину того, что делал Грили в "Нью-Йорк трибюн", она посчитала бы, что жизнь удалась.
Of course, her Horace always considered her a success, which made him the nicest dog on earth, in Julia's book. Разумеется, ее Горас всегда полагал, что жизнь у нее удалась, а потому, по мнению Джулии, был лучшей собакой на свете.
She would walk him as soon as she got home, then enhance herself further in his eyes by scattering a few pieces of last night's steak on top of his kibble. Она решила, что выгуляет его, как только придет домой, а потом еще выше поднимется в глазах Гораса, положив несколько кусочков вчерашнего бифштекса поверх обычной собачьей еды.
That would make them both feel good, and she wanted to feel good-about something, anything-because she was troubled. Это порадует их обоих, а Джулии сейчас требовались положительные эмоции - хоть по какому-то поводу, - потому что ее не отпускала тревога.
This was not a new state for her. Такое случалось с ней не впервые.
She had lived in The Mill for all of her forty-three years, and in the last ten she liked what she saw in her hometown less and less. Она прожила в Милле все свои сорок три года, и в последние десять происходящее в родном городе нравилось ей все меньше и меньше.
She worried about the inexplicable decay of the town's sewer system and waste treatment plant in spite of all the money that had been poured into them, she worried about the impending closure of Cloud Top, the town's ski resort, she worried that James Rennie was stealing even more from the town till than she suspected (and she suspected he had been stealing a great deal for decades). Джулию тревожило необъяснимо ухудшающееся состояние городской канализационной системы и мусороперерабатывающего завода, несмотря на все деньги, которые в них вбухивались. Она волновалась из-за неизбежного закрытия "Вершины в облаках", единственного городского горнолыжного курорта. Ее беспокоило, что Джимс Ренни крадет из городского бюджета, пожалуй, даже больше, чем она подозревала (а она подозревала, что из года в год, десятилетиями, он крал очень много).
And of course she was worried about this new thing, which seemed to her almost too big to comprehend. И разумеется, Джулия тревожилась из-за этого нового феномена, который не укладывался в ее привычные представления об окружающем мире.
Every time she tried to get a handle on it, her mind would fix on some part that was small but concrete: her increasing inability to place calls on her cell phone, for instance. Всякий раз, когда она предпринимала попытку подойти к явлению в целом, ее разум концентрировался на какой-то его части, маленькой, но конкретной: к примеру, звонки по мобильнику проходили все реже и реже.
And she hadn't received a single one, which was very troubling. А ей вообще не поступало ни одного, что особенно тревожило.
Never mind concerned friends and relatives outside of town trying to get in touch; she should have been jammed up with calls from other papers: the Lewiston Sun, the Portland Press Herald, perhaps even the New York Times. Ладно бы не звонили родственники и знакомые, живущие в других городах, которых переполошили новостные выпуски. Вообще-то ее мобильнику полагалось разрываться от звонков коллег: из "Льюистон сан", "Портленд пресс геральд", возможно, даже из "Нью-Йорк таймс".
Was everyone else in The Mill having the same problems? С такими же проблемами сталкивались и другие жители Честерс-Милла.
She should go out to the Motton town line and see for herself. Ей следовало поехать на границу с Моттоном и все увидеть своими глазами.
If she couldn't use her phone to buzz Pete Freeman, her best photographer, she could take some pix herself with what she called her Emergency Nikon. Раз уж дозвониться до Пита Фримена, ее лучшего фотографа, не получалось, она могла воспользоваться "аварийным "Никоном"", как Джулия его называла.
She had heard there was now some sort of quarantine zone in place on the Motton and Tarker's Mills sides of the barrier-probably the other towns, as well-but surely she could get close on this side. Она слышала о какой-то карантинной зоне, введенной со стороны Моттона и Таркерс-Миллса - возможно, и со стороны других городов, - но уж изнутри Джулия могла подойти к этому чуду вплотную.
They could warn her off, but if the barrier was as impermeable as she was hearing, warning would be the extent of it. Часовые могли предупреждать, что близко подходить нельзя, но раз уж барьер непробиваемый, как она слышала, предупреждениями все бы и ограничилось.
"Sticks and stones will break my bones, but words will never hurt me," she said. - Палки и камни ломают кости, но бранные слова не причиняют вреда, - произнесла она вслух.
Absolutely true. Совершенно справедливо.
If words could hurt her, Jim Rennie would have had her in ICU after the story she'd written about that joke audit the state had pulled three years ago. Если бы слова могли ей навредить, Джим Ренни отправил бы ее в реанимацию после статьи, которую она написала об анекдотичном аудите, который штат провел тремя годами раньше.
Certainly he'd blabbed aplenty-o about suing the paper, but blabbing was all it had been; she had even briefly considered an editorial on the subject, mostly because she had a terrific headline: SUPPOSED SUIT SLIPS FROM SIGHT. Он много говорил о том, что подаст на газету в суд, но дальше разговоров дело так и не пошло. Она даже подумывала написать на сей счет передовицу, главным образом из-за потрясающего заголовка: "ИСК УПЛЫВАЕТ ИЗ ВИДУ".
So, yes, she had worries. Короче, тревог ей хватало.
They came with the job. Они составляли неотъемлемую часть ее работы.
What she wasn't used to worrying about was her own behavior, and now, standing on the corner of Main and Comm, she was. О чем ей ранее не приходилось тревожиться, так это о собственном поведении, а теперь, стоя на углу улиц Содружества и Главной, Джулия тревожилась.
Instead of turning left on Main, she looked back the way she had come. And spoke in the low murmur she usually reserved for Horace. Ей надо было повернуть налево и пойти по Главной, но она обернулась назад и прошептала тем тоном, каким обычно обращалась к Горасу:
"I shouldn't have left that girl alone." - Не следовало мне оставлять девушку одну.
Julia would not have done, if she'd come in her car. Джулия и не оставила бы, будь она на машине.
But she'd come on foot, and besides-Dodee had been so insistent. Но Джулия пришла пешком, а кроме того... Доди так настаивала.
There had been a smell about her, too. И от нее шел запашок.
Pot? Травки?
Maybe. Возможно.
Not that Julia had any strong objections to that. В принципе Джулия ничего не имела против.
She had smoked her own share over the years. Сама тоже покуривала.
And maybe it would calm the girl. И возможно, травка успокоит девушку.
Take the edge off her grief while it was sharpest and most likely to cut. Притупит боль, если та стала очень уж острой и могла сильно порезать.
"Don't worry about me," Dodee had said, "Не волнуйтесь обо мне, - сказала ей Доди.
"I'll find my dad. - Я найду папу.
But first I have to dress." Но сначала мне надо переодеться".
And indicated the robe she was wearing. - И она указала на свой халат.
"I'll wait," Julia had replied... although she didn't want to wait. "Я подожду", - ответила Джулия... хотя не хотелось.
She had a long night ahead of her, beginning with her duty to her dog. Ночь предстояла долгая, и прежде всего ей следовало выгулять собаку.
Horace must be close to bursting by now, having missed his five o'clock walk, and he'd be hungry. Гораса, наверное, уже раздуло, потому что она не вывела его на привычную прогулку в пять вечера, и он, конечно, проголодался.
When those things were taken care of, she really had to go out to what people were calling the barrier. А выполнив свой долг перед собакой, она намеревалась поехать к этому самому барьеру, как называли его люди.
See it for herself. Увидеть своими глазами.
Photograph whatever there was to be photographed. Сфотографировать то, что фотографировалось.
Even that wouldn't be the end. И даже на этом ночь для нее не закончилась бы.
She'd have to see about putting out some sort of extra edition of the Democrat. Предстояло подготовить экстренный выпуск "Демократа".
It was important to her and she thought it might be important to the town. Она считала это важным для себя и полагала, что газета будет не менее важна для города.
Of course, all this might be over tomorrow, but Julia had a feeling-partly in her head, partly in her heart-that it wouldn't be. And yet. Разумеется, завтра все могло закончиться, но Джулия чувствовала - отчасти рассудком, отчасти сердцем, - что такого не будет.
Dodee Sanders should not have been left alone. И все же не стоило ей оставлять Доди Сандерс одну.
She'd seemed to be holding herself together, but that might only have been shock and denial masquerading as calm. Девушка, конечно, держалась, но возможно, под спокойствием маскировался шок и страх.
And the dope, of course. Конечно, сказывалось и действие наркотика.
But she had been coherent. Но вроде бы Доди вела себя адекватно.
"You don't need to wait. "Вам не нужно ждать.
I don't want you to wait." Я не хочу, чтобы вы ждали".
"I don't know if being alone right now is wise, dear." "Я не знаю, правильно ли оставлять тебя одну, дорогая".
"I'll go to Angie's," Dodee said, and seemed to brighten a little at the thought even as the tears continued to roll down her cheeks. "Я пойду к Энджи. - Доди даже чуть оживилась при этой мысли, хотя слезы продолжали течь по щекам.
"She'll go with me to find Daddy." She nodded. - Она пойдет со мной искать папу.
"Angie's the one I want." Да, мне нужна Энджи".
In Julia's opinion, the McCain girl had only marginally more sense than this one, who had inherited her mother's looks but-unfortunately-her father's brains. По мнению Джулии, если Энджи Маккейн здравомыслием и превосходила эту девушку, то ненамного. Доди же унаследовала внешность матери и, к сожалению, ум отца.
Angie was a friend, though, and if ever there was a friend in need who needed a friend indeed, it was Dodee Sanders tonight. Но Энджи была ее близкой подругой, а если кто и нуждался в тот момент в настоящей подруге, так это Доди Сандерс.
"I could go with you...." Not wanting to. "Я могу пойти с тобой..." - Но не хочет.
Knowing that, even in her current state of fresh bereavement, the girl could probably see that. И Джулия поняла, что Доди, пусть и накурившаяся травки, скорее всего это заметила.
"No. "Нет.
It's only a few blocks." Идти-то несколько кварталов".
"Well..." "Что ж..."
"Ms. Shumway... are you sure? "Миз Шамуэй... вы уверены?..
Are you sure my mother-?" Вы уверены, что моя мама?.."
Very reluctantly, Julia had nodded. С большой неохотой Джулия кивнула.
She'd gotten confirmation of the airplane's tail number from Ernie Calvert. Подтверждение она получила от Эрни Кэлверта, который сообщил ей номер, нарисованный на хвосте самолета.
She'd gotten something else from him as well, a thing that should more properly have gone to the police. И еще он кое-что отдал ей - вещь, которую полагалось отнести в полицию.
Julia might have insisted that Ernie take it to them, but for the dismaying news that Duke Perkins was dead and that incompetent weasel Randolph was in charge. И Джулия так бы и поступила, если б не ужасная весть о смерти Герцога Перкинса и известие, что его место занял некомпетентный проныра Рэндолф.
What Ernie gave her was Claudette's bloodstained driver's license. Эрни отдал ей окровавленное водительское удостоверение Клодетт.
It had been in Julia's pocket as she stood on the Sanders stoop, and in her pocket it had stayed. Оно лежало в кармане Джулии, когда та стояла на крыльце дома Сандерсов, и в кармане оно осталось.
She'd give it either to Andy or to this pale, mussy-haired girl when the right time came... but this was not the time. Она собиралась отдать удостоверение Энди или этой бедной, с всклоченными волосами девушке в надлежащее время... но не в тот момент.
"Thank you," Dodee had said in a sadly formal tone of voice. "Спасибо вам. - Голос Доди переполняла грусть.
"Now please go away. - А теперь, пожалуйста, уходите.
I don't mean to be crappy about it, but-" She never finished the thought, only closed the door on it. Я не хочу показаться невоспитанной, но..." - Она не закончила фразы. Просто закрыла дверь.
And what had Julia Shumway done? И как поступила Джулия Шамуэй?
Obeyed the command of a grief-stricken twenty-year-old girl who might be too stoned to be fully responsible for herself. Подчинилась команде потрясенной горем двадцатилетней девушки, возможно, обкурившейся до такой степени, что она не могла полностью отдавать себе отчет в своих действиях.
But there were other responsibilities tonight, hard as that was. Но в эту ночь у нее хватало и других дел.
Horace, for one. Горас.
And the newspaper. Газета.
People might make fun of Pete Freeman's grainy black-and-white photos and the Democrat 's exhaustive coverage of such local fetes as Mill Middle School's Enchanted Night dance; they might claim its only practical use was as a cat-box liner-but they needed it, especially when something bad happened. Люди могли смеяться над черно-белыми, с крупным зерном, фотоснимками Питера Фримена и обстоятельным освещением в "Демократе" таких важных местных событий, как вечер "Волшебные танцы" в средней школе. Они могли говорить, что польза от газеты только одна -хорошая подстилка в кошачьем туалете. Но на самом деле люди нуждались в местной газете, особенно в такой час беды.
Julia meant to see that they had it tomorrow, even if she had to stay up all night. И Джулия намеревалась приложить все силы к тому, чтобы завтра жители города получили свою газету, пусть ради этого ей пришлось бы бодрствовать всю ночь.
Which, with both of her regular reporters out of town for the weekend, she probably would. И наверное, так оно и произойдет, потому что оба ее штатных репортера скорее всего уехали из города на уик-энд.
Julia found herself actually looking forward to this challenge, and Dodee Sanders's woeful face began to slip from her mind. Джулия обнаружила, что ей просто не терпится приступить к решению этой непростой задачи, и печальное лицо Доди Сандерс начало уплывать от ее мысленного взора.
3 3
Horace looked at her reproachfully when she came in, but there were no damp patches on the carpet and no little brown package under the chair in the hall-a magic spot he seemed to believe invisible to human eyes. Горас с упреком посмотрел на Джулию, когда та вошла в дом, но ни свежих влажных пятен на ковре, ни маленького коричневого подарочка под стулом в прихожей (магической точкой, как он полагал, невидимой для человеческих глаз) не обнаружилось.
She snapped his leash on, took him out, and waited patiently while he pissed by his favorite sewer, tottering as he did it; Horace was fifteen, old for a Corgi. Она застегнула поводок на ошейнике, вывела пса из дома, терпеливо подождала, пока он справлял нужду у его любимой канализационной решетки, неустойчиво при этом пошатываясь. Горасу исполнилось пятнадцать лет, для корги более чем почтенный возраст.
While he went, she stared at the white bubble of light on the southern horizon. Пока он занимался своими делами, Джулия смотрела на белый световой пузырь на южном горизонте.
It looked to her like an image out of a Steven Spielberg science fiction movie. It was bigger than ever, and she could hear the whupapa-whuppa-whuppa of helicopters, faint but constant. Для нее он словно сошел в реальный мир из какого-то фантастического фильма Стивена Спилберга и вроде бы теперь прибавил в размерах. А еще она слышала стрекотание вертолетов, тихий, но постоянный звук.
She even saw one in silhouette, speeding across that tall arc of brilliance. Даже увидела силуэт одного из них, пересекающего яркую арку.
How many Chri sting spotlights had they set up out there, anyway? И сколько же понаставили там прожекторов?
It was as if North Motton had become an LZ in Iraq. Наверное, северная часть Моттона напоминала зону высадки десанта в Ираке.
Horace was now walking in lazy circles, sniffing out the perfect place to finish tonight's ritual of elimination, doing that ever-popular doggie dance, the Poop Walk. Г орас лениво нарезал круги, вынюхивая идеальное место, чтобы завершить ритуал по удалению отходов жизнедеятельности организма, и исполняя всегда популярный собачий танец -какаданс.
Julia took the opportunity to try her cell phone again. Джулия воспользовалась моментом, чтобы попытаться позвонить по мобильнику.
As had been the case all too often tonight, she got the normal series of peeping tones... and then nothing but silence. Она услышала пиканье набираемых цифр... и, как обычно в этот вечер, наступила тишина.
I'll have to Xerox the paper. Мне придется печатать газету на ксероксе.
Which means seven hundred and fifty copies, max. То есть максимум семьсот пятьдесят экземпляров.
The Democrat hadn't printed its own paper for twenty years. "Демократ" не печатался в Честерс-Милле уже двадцать лет.
Until 2002, Julia had taken each week's dummy over to View Printing in Castle Rock, and now she didn't even have to do that. До 2002 года Джулия каждую неделю отвозила макет в типографию "Вью принтинг", расположенную в Касл-Роке, но теперь обходилась без этого.
She e-mailed the pages on Tuesday nights, and the finished papers, neatly bound in plastic, were delivered by View Printing before seven o'clock the next morning. Во вторник вечером отправляла сверстанные страницы по электронной почте, а следующим утром, к семи часам, тираж (каждый экземпляр, аккуратно запечатанный в пластик) привозили из "Вью принтинг".
To Julia, who'd grown up dealing with penciled corrections and typewritten copy that was "nailed" when it was finished, this seemed like magic. Джулия, которая начинала с карандашной правки и отпечатанными на машинке текстами, все это воспринимала как волшебство.
And, like all magic, slightly untrustworthy. И как и ко всему волшебному, относилась с некоторым недоверием.
Tonight, the mistrust was justified. Сегодня недоверие оправдалось.
She might still be able to e-mail comps to View Printing, but no one would be able to deliver the finished papers in the morning. Она по-прежнему могла отправить сверстанные страницы газеты во "Вью принтинг", но никто не привез бы готовый тираж ранним утром следующего дня.
She guessed that by the morning, nobody would be able to get within five miles of The Mill's borders. Джулия предполагала, что к утру никому не удастся приблизиться к административной границе Честерс-Милла на пять миль.
Any of its borders. С любой стороны.
Luckily for her, there was a nice big generator in the former print room, her photocopying machine was a monster, and she had over five hundred reams of paper stacked out back. К счастью для нее, в комнате, которая раньше использовалась как типография, стоял отличный большой генератор, копировальная машина работала как зверь, а в кладовой лежало более пятисот пачек бумаги по пятьсот листов в каждой.
If she could get Pete Freeman to help her... or Tony Guay, who covered sports... Если бы Джулии удалось еще и найти Пита Фримена, чтобы он ей помог, или Тони Гуэя, который писал о спорте...
Horace, meanwhile, had finally assumed the position. Горас тем временем наконец-то занял исходную позицию.
When he was done, she swung into action with a small green bag labeled Doggie Doo, wondering to herself what Horace Greeley would have thought of a world where picking up dogshit from the gutter was not just socially expected but a legal responsibility. Когда покончил и с этим делом, Джулия отправила результат в маленький зеленый пакет с надписью "Собачьи какашки" и задалась вопросом: как бы повел себя Горас Грили в обществе, в котором подбирание собачьего дерьма из придорожной канавы не просто ожидалось от добропорядочного члена этого общества, но требовалось по закону.
She thought he might have shot himself. Решила, что он бы застрелился.
Once the bag was filled and tied off, she tried her phone again. Заполнив мешочек и завязав его, Джулия вновь попыталась позвонить.
Nothing. С тем же результатом.
She took Horace back inside and fed him. Она отвела Гораса в дом и покормила его.
4 4
Her cell rang while she was buttoning her coat to drive out to the barrier. Ее мобильник зазвонил, когда она застегивала пальто, чтобы поехать к барьеру.
She had her camera over her shoulder and almost dropped it, scrabbling in her pocket. Фотоаппарат висел у нее на плече, и она чуть не уронила его, роясь в кармане.
She looked at the number and saw the words PRIVATE CALLER. Посмотрела на дисплей и вместо полоски цифр увидела слова "НОМЕР СКРЫТ".
"Hello?" she said, and there must have been something in her voice, because Horace-waiting by the door, more than ready for a nighttime expedition now that he was cleaned out and fed-pricked up his ears and looked around at her. - Алло? - И вероятно, что-то необычное прозвучало в ее голосе, поскольку Г орас, выгулянный и накормленный, а потому совершенно подготовленный к ночной экспедиции, навострил ушки и с некоторым недоумением уставился на нее.
"Mrs. Shumway?" - Миз Шамуэй?
A man's voice. - Мужчина.
Clipped. Говорит отрывисто.
Official-sounding. Официально.
"Ms. Shumway. - Миз Шамуэй.
To whom am I speaking?" С кем я говорю?
"Colonel James Cox, Ms. Shumway. - Полковник Джеймс Кокс, миз Шамуэй.
United States Army." Армия Соединенных Штатов.
"And to what do I owe the honor of this call?" - И с чего я удостоена такой чести?
She heard the sarcasm in her voice and didn't like it-it wasn't professional-but she was afraid, and sarcasm had ever been her response to fear. - Джулия услышала сарказм в собственном голосе, и это ей не понравилось -непрофессионально. Но она испугалась, и сарказм всего лишь маскировал ее страх.
"I need to get in touch with a man named Dale Barbara. - Мне необходимо связаться с человеком, которого зовут Дейл Барбара.
Do you know this man?" Вы его знаете?
Of course she did. Разумеется, она знала.
And had been surprised to see him at Sweet-briar earlier tonight. И удивилась, увидев его этим вечером в "Эглантерии".
He was crazy to still be in town, and hadn't Rose herself said just yesterday that he had given notice? Он, должно быть, рехнулся, все еще оставаясь в городе, хотя Роуз вчера сказала ей, что Дейл покидает Честерс-Милл.
Dale Barbara's story was one of hundreds Julia knew but hadn't written. История Дейла Барбары была одной из тех, о которых Джулия знала, но не дала им ход.
When you published a smalltown newspaper, you left the lids on a great many cans of worms. Издавая газету маленького городка, приходится оставлять крышки на многих ящиках Пандоры.
You had to pick your fights. The way she was sure Junior Rennie and his friends picked theirs. Она сама выбирала, с кем вступать в драку, и полагала, что точно так же поступали Ренни-младший и его дружки.
And she doubted very much if the rumors about Barbara and Dodee's good friend Angie were true, anyway. И Джулия сомневалась, что слухи о Барбаре и Энджи, лучшей подруге Доди, соответствовали действительности.
For one thing, she thought Barbara had more taste. Потому что Барбару, по ее мнению, отличал хороший вкус.
"Ms. Shumway?" - Миз Шамуэй?
Crisp. - Отрывисто.
Official. Официально.
An on-the-outside voice. Голос из-за барьера.
She could resent the owner of the voice just for that. Только из-за этого она рассердилась на его обладателя.
"Still with me?" - Вы еще на связи?
"Still with you. - Еще на связи.
Yes, I know Dale Barbara. Да, я знаю Дейла Барбару.
He cooks at the restaurant on Main Street. Он повар в ресторане на Главной улице.
Why?" А что?
"He has no cell phone, it seems, the restaurant doesn't answer-" - У него, похоже, нет мобильника, а до ресторана я не могу дозвониться...
"It's closed-" - Он закрыт...
"-and the landlines don't work, of course." - ...и проводная связь, разумеется, не работает.
"Nothing in this town seems to work very well tonight, Colonel Cox. - Этим вечером в нашем городе, судя по всему, ничего не работает как должно, полковник Кокс.
Cell phones included. В том числе и мобильники.
But I notice you didn't have any trouble getting through to me, which makes me wonder if you fellows might not be responsible for that." Но я заметила, что вы дозвонились до меня без труда, и у меня появилась мысль: а не вы ли об этом позаботились?
Her fury-like her sarcasm, born of fear-surprised her. - Ее ярость, как и сарказм, рожденный из страха, удивили саму Джулию.
"What did you do? - Что вы сделали?
What did you people do?" Что вы натворили?
"Nothing. - Ничего.
So far as I know now, nothing." Насколько мне известно, ничего.
She was so surprised she could think of no follow-up. Она очень удивилась. И не нашлась с ответом.
Which was very unlike the Julia Shumway longtime Mill residents knew. Старожилы Милла не поверили бы, если б им сказали, что такое случилось с Джулией Шамуэй.
"The cell phones, yes," he said. - Впрочем, мобильники - да, - продолжил полковник.
"Calls in and out of Chester's Mill are pretty well shut down now. - Звонки в Честерс-Милл и из города по большей части отсекаются.
In the interests of national security. В интересах национальной безопасности.
And with all due respect, ma'am, you would have done the same, in our position." И наверняка вы поступили бы так же, окажись на нашем месте.
"I doubt that." - Я в этом сомневаюсь.
"Do you?" he sounded interested, not angry. - Правда? - В голосе прозвучало любопытство, не злость.
"In a situation that's unprecedented in the history of the world, and suggestive of technology far beyond what we or anyone else can even understand?" - В ситуации, не имеющей прецедентов в мировой истории и предполагающей использование технических решений, которые ни мы, ни кто-то еще даже представить себе не можем?
Once more she found herself stuck for a reply. И на это она ничего не смогла сказать.
"It's quite important that I speak to Captain Barbara," he said, returning to his original scripture. - Для меня очень важно поговорить с капитаном Барбарой. - Он вернулся к исходной теме.
In a way, Julia was surprised he'd wandered as far off-message as he had. Джулия только сейчас осознала, как далеко разговор от этой темы ушел.
"Captain Barbara?" - Капитаном Барбарой?
"Retired. - В отставке.
Can you find him? Вы сможете его найти?
Take your cell phone. Возьмите с собой мобильник.
I'll give you a number to call. Я продиктую вам номер.
It'll go through." По нему нетрудно дозвониться.
"Why me, Colonel Cox? - Но почему я, полковник Кокс?
Why didn't you call the police station? Почему вы не позвонили в полицейский участок?
Or one of the town selectmen? Или одному из членов городского управления?
I believe all three of them are here." Насколько мне известно, все они в городе.
"I didn't even try. - Я даже не пытался.
I grew up in a small town, Ms. Shumway-" Я вырос в таком же маленьком городке, миз Шамуэй...
"Bully for you." - Какая удача!
"-and in my experience, town politicians know a little, the town cops know a lot, and the local newspaper editor knows everything." - ...и по собственному опыту могу сказать, что городские политики знают мало, городские копы знают несколько больше, но только издатель местной газеты знает все.
That made her laugh in spite of herself. Тут она не могла не рассмеяться.
"Why bother with a call when you two can meet face-to-face? - Зачем нужно звонить, если можно встретиться лицом к лицу?
With me as your chaperone, of course. Под моим присмотром, разумеется.
I'm going out to my side of the barrier-was leaving when you called, in fact. Я как раз собиралась подъехать к барьеру... с моей стороны, конечно. Уже выходила, когда вы позвонили.
I'll hunt Barbie up-" Я найду Барби...
"Still calling himself that, is he?" - Он по-прежнему так себя называет?
Cox sounded bemused. - В голосе Кокса слышался смех.
"I'll hunt him up and bring him with me. - Я его найду и привезу с собой.
We can have a mini press conference." Мы сможем устроить мини-пресс-конференцию.
"I'm not in Maine. I'm in D.C. - Я не в Мэне, а в округе Колумбия.
With the Joint Chiefs." На совещании комитета начальников штабов.
"Is that supposed to impress me?" - Вы это говорите, чтобы произвести на меня впечатление?
Although it did, a little. - Впечатление его слова действительно произвели, небольшое.
"Ms. Shumway, I'm busy, and probably you are, too. - Миз Шамуэй, я занят, и вы, вероятно, тоже.
So, in the interests of resolving this thing-" Поэтому в интересах решения возникшей проблемы...
"Is that possible, do you think?" - Это возможно?
"Quit it," he said. Вы так думаете?
"You were undoubtedly a reporter before you were an editor, and I'm sure asking questions comes naturally to you, but time is a factor here. - Миз, вы, безусловно, работали репортером, прежде чем стали издателем, и я уверен, что задавать вопросы для вас так же естественно, как и дышать, но время сейчас - слишком важный фактор.
Can you do as I ask?" Вы можете выполнить мою просьбу?
"I can. - Могу.
But if you want him, you get me, too. Но если вам нужен он, вы получите и меня.
We'll come out 119 and call you from there." Мы приедем к барьеру по Сто девятнадцатому и позвоним вам.
"No," he said. - Нет.
"That's fine," she said pleasantly. - Вот и прекрасно. - Голос ее стал ласково-добродушным.
"It's been very nice talking to you, Colonel C-" - Приятно было с вами побеседовать, полковник...
"Let me finish. - Дайте мне закончить.
Your side of 119 is totally FUBAR. Ваша сторона Сто девятнадцатого - абсолютный ФУБАР.
That means-" Это означает...
"I know the expression, Colonel, I used to be a Tom Clancy reader. - Я знаю это выражение, полковник. Когда-то читала Тома Клэнси.
What exactly do you mean by it in regard to Route 119?" Но что вы имеете в виду конкретно?
"I mean it looks like, pardon the vulgarity, opening night at a free whorehouse out there. - Я имею в виду, уж извините за вульгарность, что на Сто девятнадцатом ночь открытых дверей в бесплатном борделе.
Half your town has parked their cars and pickups on both sides of the road and in some dairy farmer's field." Половина вашего города припарковала легковушки и пикапы на обеих обочинах и на поле какого-то молочного фермера.
She put her camera on the floor, took a notepad from her coat pocket, and scrawled Col. James Cox and Like open night at free w'house. Она положила фотоаппарат на пол, достала из кармана блокнот, нацарапала: "Полк. Джеймс Кокс" и "Ночь открытых дверей в бесплатном борделе".
Then she added Dinsmore farm? Потом добавила: "Ферма Динсмора?"
Yes, he was probably talking about Alden Dinsmore's place. Да, вероятно, он говорил о ферме Олдена Динсмора.
"All right," she said, "what do you suggest?" - Хорошо, что вы предлагаете?
"Well, I can't stop you from coming, you're absolutely right about that." - Я не могу помешать вам приехать, тут вы абсолютно правы.
He sighed, the sound seeming to suggest it was an unfair world. - Он вздохнул, показывая, что живет в несправедливом мире.
"And I can't stop what you print in your paper, although I don't think it matters, since no one outside of Chester's Mill is going to see it." - И я не могу как-то повлиять на то, что вы напечатаете в своей газете, хотя не думаю, что это имеет хоть какое-то значение, потому что за пределами Честерс-Милла ее никто не увидит.
She stopped smiling. Джулия перестала улыбаться.
"Would you mind explaining that?" - Не могли бы вы это пояснить?
"I would, actually, and you'll work it out for yourself. - Не могу, но вы и сами все поймете.
My suggestion is that, if you want to see the barrier-although you can't actually see it, as I'm sure you've been told-you bring Captain Barbara out to where it cuts Town Road Number Three. Я предлагаю следующее: если уж вы хотите увидеть барьер - хотя увидеть его вы не сможете, о чем вам наверняка уже сказали, - привезите капитана Барбару туда, где барьер пересекает городскую дорогу номер три.
Do you know Town Road Number Three?" Вы знаете городскую дорогу номер три?
For a moment she didn't. На мгновение Джулия не могла понять, что это за дорога.
Then she realized what he was talking about, and laughed. Потом до нее дошло, и она рассмеялась.
"Something amusing, Ms. Shumway?" - Я сказал что-то смешное, миз Шамуэй?
"In The Mill, folks call that one Little Bitch Road. - В Милле эту дорогу называют Литл-Битч-роуд.
Because in mud season, it's one little bitch." Потому что в сезон дождей это действительно сучка, а не дорога.
"Very colorful." - Очень образно.
"No crowds out on Little Bitch, I take it?" - Как я понимаю, на Литл-Битч никаких толп?
"No one at all right now." - Сейчас там никого нет.
"All right." - Ладно.
She put the pad in her pocket and picked up the camera. - Она убрала блокнот в карман и подняла с пола фотоаппарат.
Horace continued waiting patiently by the door. Горас терпеливо ждал у двери.
"Good. When may I expect your call? - Когда мне ждать вашего звонка?
Or rather, Barbie's call on your cell?" Или когда Барби позвонит по вашему мобильнику?
She looked at her watch and saw it had just gone ten. Она посмотрела на часы и увидела, что уже начало одиннадцатого.
How in God's name had it gotten that late so early? Господи, неужто так поздно?
"We'll be out there by ten thirty, assuming I can find him. - Мы будем там к половине одиннадцатого при условии, что я смогу его найти.
And I think I can." И я думаю, что смогу.
"That's fine. - Отлично.
Tell him Ken says hello. Скажите ему, что Кен передает привет.
That's a-" Это...
"A joke, yes, I get it. - Шутка, да. Я понимаю.
Will someone meet us?" Нас кто-нибудь встретит?
There was a pause. Последовала пауза.
When he spoke again, she sensed reluctance. Когда Кокс заговорил вновь, чувствовалось, что ему совсем не хочется отвечать на этот вопрос.
"There will be lights, and sentries, and soldiers manning a roadblock, but they have been instructed not to speak to the residents." - Там будет свет, и часовые, и солдаты на блокпосте, но они получили приказ не разговаривать с жителями города.
"Not to-why? - Не... но почему?
In God's name, why?" Господи, почему ?
"If this situation doesn't resolve, Ms. Shumway, all these things will become clear to you. - Если ситуация не разрешится, миз Шамуэй, все это станет для вас понятным.
Most you really will figure out on your own-you sound like a very bright lady." До многого вам не составит труда дойти своим умом... по моему разумению, вы очень умная женщина.
"Well fuck you very much, Colonel!" she cried, stung. - Да пошел ты на хрен, полковник! - воскликнула она, раздосадованная.
At the door, Horace pricked up his ears. Ушки Гораса вновь встали торчком.
Cox laughed, a big unoffended laugh. Кокс рассмеялся, он-то как раз не обиделся.
"Yes, ma'am, receiving you five-by-five. - Да, миз, слышу вас хорошо.
Ten thirty?" В половине одиннадцатого?
She was tempted to tell him no, but of course there was no way she could do that. Ее так и подмывало ответить "нет", но, разумеется, она не могла этого сделать.
"Ten thirty. - В половине одиннадцатого.
Assuming I can hunt him up. При условии, что я сумею найти Барби, -повторила Джулия.
And I call you?" - И я звоню вам?
"Either you or him, but it's him I need to speak with. - Или вы, или он, потому что поговорить мне нужно с ним.
I'll be waiting with one hand on the phone." Буду ждать с рукой на телефоне.
"Then give me the magic number." - Тогда диктуйте ваш волшебный номер.
She crooked the phone against her ear and fumbled the pad out again. - Она зажала мобильник между ухом и плечом, полезла в карман за блокнотом.
Of course you always wanted your pad again after you'd put it away; that was a fact of life when you were a reporter, which she now was. Само собой, блокнот всегда требуется после того, как ты его убираешь, - правда жизни, если ты репортер, а сейчас она им стала.
Again. Вновь.
The number he gave her to call somehow scared her more than anything else he'd said. Номер, который продиктовал полковник, напугал Джулию больше всего того, что он ей уже наговорил.
The area code was 000. Потому что начинался с очень уж необычного зонального кода - 000.
"One more thing, Ms. Shumway: do you have a pacemaker implant? - И еще, миз Шамуэй. У вас нет вживленного кардиостимулятора?
Hearing-aid implants? Электронного слухового аппарата?
Anything of that nature?" Чего-то такого?
"No. - Нет.
Why?" А что?
She thought he might again decline to answer, but he didn't. Она подумала, что он опять уйдет от ответа, но этого не произошло.
"Once you're close to the Dome, there's some kind of interference. - Как только человек вплотную приближается к Куполу, происходит какое-то воздействие.
It's not harmful to most people, they feel it as nothing more than a low-level electric shock which goes away a second or two after it comes, but it plays hell with electronic devices. Для большинства людей это совершенно безвредно, они ощущают разве что покалывание, как от электрического тока низкого напряжения, и через секунду-другую оно исчезает. Но с электронными устройствами совсем другая история.
Shuts some down-most cell phones, for instance, if they come closer than five feet or so-and explodes others. Некоторые прекращают работу... скажем, большинство мобильных телефонов, если их поднести ближе чем на пять футов... другие взрываются.
If you bring a tape recorder out, it'll shut down. Если вы захватите с собой диктофон, он просто перестанет работать.
Bring an iPod or something sophisticated like a BlackBerry, it's apt to explode." Принесете айпод или что-то сложное, вроде блэкберри, это взорвется.
"Did Chief Perkins's pacemaker explode? - У чифа Перкинса взорвался кардиостимулятор?
Is that what killed him?" Это убило его?
"Ten thirty. - В половине одиннадцатого.
Bring Barbie, and be sure to tell him Ken says hello." Приведите Барби и обязательно скажите ему, что Кен передает привет.
He broke the connection, leaving Julia standing in silence beside her dog. Он разорвал связь, и Джулия застыла в молчании рядом со своей собакой.
She tried calling her sister in Lewiston. Потом она попыталась позвонить сестре в Льюистон.
The numbers peeped... then nothing. Blank silence, as before. Пиканье набираемых цифр... и тишина, как и прежде.
The Dome, she thought. He didn't call it the barrier there at the end; he called it the Dome. Купол... В конце разговора он не назвал эту преграду барьером; он назвал ее Куполом.
5 5
Barbie had taken off his shirt and was sitting on his bed to untie his sneakers when the knock came at the door, which one reached by climbing an outside flight of stairs on the side of Sanders Hometown Drug. Барби снял рубашку и сел на кровать, чтобы расшнуровать кроссовки, когда раздался стук в дверь, к которой вела наружная лестница на боковой стене "Аптечного городского магазина Сандерса".
The knock wasn't welcome. Стук этот Барби не обрадовал.
He had walked most of the day, then put on an apron and cooked for most of the evening. Весь день он провел на ногах, сначала шел пешком, потом надел фартук и готовил.
He was beat. И чувствовал себя совершенно разбитым.
And suppose it was Junior and a few of his friends, ready to throw him a welcome-back party? А если это Младший и несколько его дружков, решивших устроить вечеринку по поводу его возвращения?
You could say it was unlikely, even paranoid, but the day had been a festival of unlikely. Вроде бы такое невозможно, даже отдает паранойей, но весь сегодняшний день - праздник невозможного.
Besides, Junior and Frank DeLesseps and the rest of their little band were among the few people he hadn't seen at Sweetbriar tonight. Младшего, Френка Дилессепса и остальных членов их маленькой банды он нынешним вечером в "Эглантерии" не видел, в отличие чуть ли не от всех завсегдатаев.
He supposed they might be out on 119 or 117, rubbernecking, but maybe somebody had told them he was back in town and they'd been making plans for later tonight. Эти сукины дети могли быть на шоссе номер 119 или 117, глазея на невиданное чудо. Но возможно, кто-то рассказал им о его возвращении, и они строили планы на будущее.
Later like now. А теперь будущее стало настоящим.
The knock came again. Стук повторился.
Barbie stood up and put a hand on the portable TV. Барби встал, положил руку на портативный телевизор.
Not much of a weapon, but it would do some damage if thrown at the first one who tried to cram through the door. Не самое грозное оружие, но могло принести пользу - если бросить его в первого, кто попытается проскочить в дверь.
There was a wooden closet rod, but all three rooms were small and it was too long to swing effectively. Он, конечно, мог взять деревянную палку из стенного шкафа, на которой висели плечики, но малые размеры комнатки не позволяли как следует размахнуться.
There was also his Swiss Army Knife, but he wasn't going to do any cutting. Еще у него был швейцарский армейский нож, но он не собирался никого резать.
Not unless he had t- И не стал бы, если только...
"Mr. Barbara?" - Мистер Барбара?
It was a woman's voice. - Женский голос.
"Barbie? - Барби?
Are you in there?" Вы здесь?
He took his hand off the TV and crossed the kitchenette. Он убрал руку с телевизора и пересек кухоньку.
"Who is it?" But even as he asked, he recognized the voice. - Кто там? - спросил, хотя и узнал голос.
"Julia Shumway. - Джулия Шамуэй.
I have a message from someone who wants to speak to you. У меня для вас сообщение от человека, который хочет с вами поговорить.
He told me to tell you that Ken says hello." Он попросил сказать, что Кен передает вам привет.
Barbie opened the door and let her in. Барби открыл дверь и впустил ее.
6 6
In the pine-paneled basement conference room of the Chester's Mill Town Hall, the roar of the generator out back (an elderly Kelvinator) was no more than a dim drone. В обшитом сосновыми панелями зале заседаний, расположенном в подвале муниципалитета Честерс-Милла, рев установленного во дворе генератора (старенького "Келвинатора") ослабевал до едва слышного гудения.
The table in the center of the room was handsome red maple, polished to a high gleam, twelve feet long. Посреди комнаты стоял красивый стол из красного клена, отполированный до блеска, длиной в двенадцать футов.
Most of the chairs surrounding it were empty that night. Большинство стульев вокруг стола в этот вечер пустовало.
The four attendees of what Big Jim was calling the Emergency Assessment Meeting were clustered at one end. Четверо участников чрезвычайного экспертного совещания, как назвал его Большой Джим, сидели у одного его края.
Big Jim himself, although only the Second Selectman, sat at the head of the table. Сам Большой Джим, пусть только и второй член городского управления, занял место во главе стола.
Behind him was a map showing the athletic-sock shape of the town. Позади него на стене висела карта города, контур которого напоминал спортивный носок.
Those present were the selectmen and Peter Randolph, the acting Chief of Police. Кроме членов городского управления на совещании присутствовал и Питер Рэндолф, исполняющий обязанности начальника полиции.
The only one who seemed entirely with it was Rennie. И только Ренни держался бодро и уверенно.
Randolph looked shocked and scared. Рэндолф выглядел потрясенным и испуганным.
Andy Sanders was, of course, dazed with grief. Энди Сандерс, естественно, еще не пришел в себя от горя.
And Andrea Grinnell-an overweight, graying version of her younger sister, Rose-just seemed dazed. А Андреа Гриннел - ожиревший, поседевший слепок с ее младшей сестры Роуз - казалась заторможенной и мало что соображающей.
This was not new. Как, впрочем, и всегда.
Four or five years previous, Andrea had slipped in her icy driveway while going to the mailbox one January morning. Четырьмя или пятью годами ранее Андреа поскользнулась на обледеневшей подъездной дорожке, когда одним январским утром шла к почтовому ящику.
She had fallen hard enough to crack two discs in her back (being eighty or ninety pounds overweight probably hadn't helped). Упала, и так сильно, что у нее треснули два межпозвонковых диска (тяжесть травмы усугублялась тем, что весила Андреа на восемьдесят-девяносто фунтов больше нормы).
Dr. Haskell had prescribed that new wonder-drug, OxyContin, to ease what had been no doubt excruciating pain. Доктор Хаскел прописал ей новое чудо-лекарство, оксиконтин, чтобы облегчить, безусловно, мучительную боль.
And had been giving it to her ever since. И с тех пор она постоянно принимала это лекарство.
Thanks to his good friend Andy, who ran the local drugstore, Big Jim knew that Andrea had begun at forty milligrams a day and had worked her way up to a giddy four hundred. Благодаря своему лучшему другу Энди, которому принадлежал местный аптечный магазин, Большой Джим знал, что Андреа начала с сорока миллиграммов в день, а теперь добралась аж до четырехсот.
This was useful information. Это была полезная информация.
Big Jim said, "Due to Andy's great loss, I'm going to chair this meeting, if no one objects. - Данное совещание, если никто не возражает, буду вести я по причине огромной утраты, понесенной Энди.
We're all very sorry, Andy." Мы все скорбим, Энди.
"You bet, sir," Randolph said. - Будьте уверены, сэр, - добавил Рэндолф.
"Thank you," Andy said, and when Andrea briefly covered his hand with her own, he began to ooze at the eyes again. - Спасибо вам, - кивнул Сандерс, и, когда Андреа на мгновение накрыла его руку своей, из глаз Энди вновь покатились слезы.
"Now, we all have an idea of what's happened here," Big Jim said, "although no one in town understands it yet-" - Теперь мы все представляем себе, что здесь происходит, - продолжил Большой Джим, - хотя никто в городе не понимает, что случилось...
"I bet no one out of town does, either," Andrea said. - Г отова спорить, никто не понимает и вне города,- вставила Андреа.
Big Jim ignored her. "-and the military presence hasn't seen fit to communicate with the town's elected officials." Большой Джим ее проигнорировал. - ...и военные не посчитали необходимым связаться с избранным народом руководством города.
"Problems with the phones, sir," Randolph said. - Проблемы с телефонной связью, сэр.
He was on a first-name basis with all of these people-in fact considered Big Jim a friend-but in this room he felt it wise to stick to sir or ma'am. - Рэндолф был на ты со всеми этими людьми, более того, считал Большого Джима своим другом, но чувствовал, что в зале заседаний лучше обращаться к членам городского управления "мэм" и "сэр".
Perkins had done the same, and on that, at least, the old man had probably been right. Точно так же поступал и Перкинс, и тут по крайней мере старик все делал правильно.
Big Jim waved a hand as if swatting at a troublesome fly. Большой Джим махнул рукой, словно отгоняя надоедливую муху:
"Someone could have come to the Motton or Tarker's side and sent for me-us-and no one has seen fit to do so." - Кто-нибудь мог бы подойти со стороны Моттона или Таркерса и послать за мной... нами... но никто не удосужился.
"Sir, the situation is still very... uh, fluid." - Сэр, ситуация все еще очень... неопределенная.
"I'm sure, I'm sure. - Я в этом уверен, уверен.
And it's very possible that's why no one has put us in the picture just yet. Вполне возможно, именно поэтому нам еще и не отведено какое-то конкретное место в общем раскладе.
Could be, oh yes, and I pray that's the answer. Очень возможно, и я молюсь, что так оно и есть.
I hope you've all been praying." Надеюсь, мы все молимся.
They nodded dutifully. Присутствующие кивнули.
"But right now..." Big Jim looked around gravely. - Но на данный момент... - Большой Джим печально огляделся.
He felt grave. Он ощущал печаль.
But he also felt excited. Но при этом и возбуждение.
And ready. И готовность действовать.
He thought it not impossible that his picture would be on the cover of Time magazine before the year was out. Думал, что не будет ничего удивительного, если еще до конца года его фотография появится на обложке журнала "Тайм".
Disaster-especially the sort triggered by terrorists-was not always a completely bad thing. У катастрофы - особенно из тех, что инициированы террористами - есть не только темная сторона.
Look what it had done for Rudy Giuliani. Достаточно вспомнить, как такая катастрофа возвысила Руди Джулиани.
"Right now, lady and gentlemen, I think we have to face the very real possibility that we are on our own." - Но на данный момент, дамы и господа, мы должны исходить из того, что полагаться можем только на себя.
Andrea put a hand to her mouth. Андреа прижала руку ко рту.
Her eyes shone either with fear or too much dope. Ее глаза блестели то ли от страха, то ли от избытка принятого наркотика.
Possibly both. Может, по обеим причинам.
"Surely not, Jim!" - Конечно же, нет, Джим!
"Hope for the best, prepare for the worst, that's what Claudette always says." - Надеясь на лучшее, готовься к худшему, так всегда говорит Клодетт.
Andy spoke in tones of deep meditation. - Если судить по тону, Энди находился в глубоком трансе.
"Said, I mean. - Вернее, говорила.
She made me a nice breakfast this morning. Утром она приготовила мне завтрак.
Scrambled eggs and leftover taco cheese. Яичницу с сыром от вчерашнего тако.
Gosh!" Господи!
The tears, which had slowed, began to ooze again. Слезы, которые вроде бы прекратились, полились вновь.
Andrea once more covered his hand. Андреа опять накрыла его руку своей.
This time Andy gripped it. На этот раз Энди ее сжал.
Andy and Andrea, Big Jim thought, and a thin smile creased the lower half of his fleshy face. Энди и Андреа , подумал Большой Джим, и от легкой улыбки в нижней, мясистой части лица добавилось складок.
The Dumbsey Twins. Близнецы-тупицы .
"Hope for the best, plan for the worst," he said. - Надеясь на лучшее, закладывайся на худшее, -кивнул он.
"What good advice that is. - Это дельный совет.
The worst in this case could entail days cut off from the outside world. Худшее в нашем случае состоит в том, что нас отрезало от внешнего мира на несколько дней.
Or a week. Или на неделю.
Possibly even a month." Может, даже на месяц.
He didn't actually believe that, but they'd be quicker to do what he wanted if they were frightened. - В это Ренни не верил, но полагал, что от испуга все быстрее согласятся на его предложения.
Andrea repeated: "Surely not!" - Конечно же, нет! - повторила Андреа.
"We just don't know," Big Jim said. - Мы просто этого не знаем, - заметил Большой Джим.
This, at least, was the unvarnished truth. И тут он говорил чистую правду.
"How can we?" - Откуда нам это знать?
"Maybe we ought to close Food City," Randolph said. - Может, нам закрыть "Мир еды"? - предложил Рэндолф.
"At least for the time being. - По крайней мере на какое-то время.
If we don't, it's apt to fill up like before a blizzard." Если его не закрыть, с полок все сметут, как перед сильным бураном.
Rennie was annoyed. Ренни разозлился.
He had an agenda, and this was on it, but it wasn't first on it. Он составил план заседания и собирался внести на рассмотрение вопрос о закрытии супермаркета, но начать хотел с другого.
"Or maybe that's not a good idea," Randolph said, reading the Second Selectman's face. - А может, эта идея не из лучших, - добавил Рэндолф, заметив, как помрачнело лицо второго члена городского управления.
"Actually, Pete, I don't think it's a good idea," Big Jim said. - Знаешь, Пит, я действительно думаю, что эта идея не из лучших, - кивнул Большой Джим.
"Same principle as never declaring a bank holiday when currency is tight. - Из тех же соображений нельзя объявлять о банковских каникулах, если налицо нехватка наличности.
You only provoke a run." Можно только спровоцировать обвал.
"Are we talking about closing the banks, too?" Andy asked. - Мы говорим о закрытии банков? - спросил Энди.
"What'll we do about the ATMs? - А что нам тогда делать с банкоматами?
There's one at Brownie's Store... Mill Gas and Grocery... my drugstore, of course..." He looked vague, then brightened. Один в "Магазине Брауна"... еще один на автозаправочной станции... и, разумеется, в моем аптечном магазине... - Он задумался, потом просиял.
"I think I even saw one at the Health Center, although I'm not entirely sure about that one..." - Думаю, я видел один в Центре здоровья, хотя полной уверенности у меня нет...
Rennie wondered briefly if Andrea had been loaning the man some of her pills. У Ренни мелькнула мысль: а не скормила ли Андреа Энди одну из своих таблеток?
"I was only making a metaphor, Andy." Keeping his voice low and kind. - Это всего лишь метафора, Энди, - говорил он тихо и ласково.
This was exactly the kind of thing you could expect when people wandered off the agenda. Именно так нужно говорить с людьми, когда мысли у них путаются.
"In a situation like this, food is money, in a manner of speaking. - В сложившейся ситуации еда - это деньги, образно говоря.
What I'm saying is it should be business as usual. It'll keep people calm." И речь идет о том, что продуктовые магазины должны работать как обычно, чтобы люди сохраняли спокойствие.
"Ah," Randolph said. - Ага, - кивнул Рэндолф.
This he understood. Идею он понял.
"Gotcha." - Усек.
"But you'll need to talk to the supermarket manager-what's his name, Cade?" - Но тебе придется поговорить с управляющим супермаркета... как его фамилия, Кейд?
"Cale," Randolph said. - Кейл.
"Jack Cale." Джек Кейл.
"Also Johnny Carver at the Gas and Grocery, and... who in the heck runs Brownie's since Dil Brown died?" - И с Джонни Карвером из "Бензина и бакалеи", и... кто теперь управляет "Магазином Брауна", после смерти Дила Брауна?
"Velma Winter," Andrea said. - Велма Уинтер, - ответила Андреа.
"She's from Away, but she's very nice." - Она приезжая, но очень милая женщина.
Rennie was pleased to see Randolph writing the names down in his pocket notebook. Ренни порадовало, что Рэндолф записывает имена и фамилии в карманный блокнот.
"Tell those three people that beer and liquor sales are off until further notice." - Скажи всем троим, чтобы до особого распоряжения они прекратили продажу пива и спиртного.
His face cramped in a rather frightening expression of pleasure. - На его лице появилось выражение радости, что выглядело довольно-таки пугающе.
"And Dipper's is closed. " - И "Дипперс" мы прикрываем.
"A lot of people aren't going to like a booze shutdown," Randolph said. - Многим не понравится запрет на продажу спиртного, - указал Рэндолф.
"People like Sam Verdreaux." - Таким, как Вердро.
Verdreaux was the town's most notorious tosspot, a perfect example-in Big Jim's opinion-of why the Volstead Act should never have been repealed. - Это был самый известный из городских пьяниц, наглядный пример того, по мнению Большого Джима, что не следовало отменять закон Волстеда.
"Sam and the others like him will just have to suffer once their current supplies of beer and coffee brandy are gone. - Сэму и таким же, как он, придется немного пострадать: мы перекроем их обычные источники пива и кофейного бренди.
We can't have half the town getting drunk like it was New Year's Eve." Мы не можем допустить, чтобы половина города напилась, как на Новый год.
"Why not?" Andrea asked. - А почему нет? - спросила Андреа.
"They'll use up the supplies and that'll be the end of it." - Они выпьют все запасы, и на том все закончится.
"And if they riot in the meantime?" - А если они по ходу учинят бунт?
Andrea was silent. Андреа промолчала.
She couldn't see what people would have to riot about-not if they had food-but arguing with Jim Rennie, she had found, was usually unproductive and always wearying. Она не понимала, с чего людям бунтовать при условии, что еды им хватало, но давно уже уяснила для себя, что спорить с Джимом Ренни обычно бесполезно и всегда утомительно.
"I'll send a couple of the guys out to talk to them," Randolph said. - Я пошлю пару парней, чтобы они поговорили с управляющими магазинов, - объявил Рэндолф.
"Talk to Tommy and Willow Anderson personally. " The Andersons ran Dipper's. - Поговори с Томми и Уиллоу Андерсонами лично. - Андерсоны владели "Дипперсом".
"They can be troublesome." He lowered his voice. "Wingnuts." Randolph nodded. Большой Джим понизил голос: - Радикалы. Рэндолф кивнул:
"Left -wingnuts. - Левые радикалы.
Got a picture of Uncle Barack over the bar." У них над стойкой бара фотография дядюшки Барака.
"That's it exactly." - Именно так.
And, he didn't need to say, Duke Perkins let those two hippy cotton-pickers get a foothold with their dancing and loud rock and roll and drinking until one in the morning. - Большому Джиму хотелось сказать: Герцог Перкинс позволил этим двум ёханым хиппи укорениться здесь с их танцами, и громким рок-н-роллом, и выпивоном до часу ночи.
Protected them. Прикрывал их.
And look at the trouble it led to for my son and his friends. И посмотрите, какие проблемы возникли из-за этого у моего сына и его друзей.
He turned to Andy Sanders. "Also, you've got to put all the prescription drugs under lock and key. Но он обратился к Энди Сандерсу: - Ты также должен убрать под замок все лекарства, отпускаемые по рецептам.
Oh, not Nasonex or Lyrica, that sort of thing. Я не про назонекс или лирику.
You know the stuff I mean." Ты знаешь, о чем я говорю.
"Anything people might use to get high," Andy said, "is already under lock and key." - Все, что могут использовать люди, чтобы словить кайф, и так под замком.
He seemed uneasy at this turn of the conversation. - Энди такой поворот разговора явно обеспокоил.
Rennie knew why, but he wasn't concerned about their various sales endeavors just now; they had more pressing business. Ренни знал, по какой причине, но сейчас его не заботили проблемы, связанные с некоторыми лекарственными сделками: приходилось решать более насущные вопросы.
"Better take extra precautions, just the same." - Тем не менее прими дополнительные меры предосторожности.
Andrea was looking alarmed. На лице Андреа отразилась тревога.
Andy patted her hand. Энди похлопал ее по руке:
"Don't worry," he said, "we always have enough to take care of those in real need." - Не волнуйся, мы всегда поможем тем, кому лекарство действительно необходимо.
Andrea smiled at him. Андреа ему улыбнулась.
"Bottom line is, this town is going to stay sober until the crisis ends," Big Jim said. - Подводим итог: этот город останется трезвым до завершения кризиса. - Большой Джим оглядел коллег.
"Are we in agreement? - Мы все с этим согласны?
Show of hands." Голосуем.
The hands went up. Все члены городского управления подняли руки.
"Now," Rennie said, "may I go back to where I wanted to start?" - А теперь могу я вернуться к тому, с чего хотел начать?
He looked at Randolph, who spread his hands in a gesture that simultaneously conveyed go ahead and sorry. - Ренни посмотрел на Рэндолфа, который вытянул руки перед собой, как бы говоря: "Валяйте".
"We need to recognize that people are apt to be scared. - Мы должны признать, что люди испуганы.
And when people are scared, they can get up to dickens, booze or no booze." А когда люди испуганы, в них может вселиться бес, будут они пить или нет.
Andrea looked at the console to Big Jim's right: switches that controlled the TV, the AM/FM radio, and the built-in taping system, an innovation Big Jim hated. Андреа посмотрела на пульт управления по правую руку Большого Джима: клавиши включали-выключали телевизор, радиоприемник и встроенную записывающую систему -нововведение, которое Большой Джим ненавидел.
"Shouldn't that be on?" - Не нужно ли нам включить запись?
"I see no need." - Не вижу необходимости.
The darned taping system (shades of Richard Nixon) had been the idea of a meddling medico named Eric Everett, a thirtysomething pain in the buttinsky who was known around town as Rusty. Эта чертова звукозаписывающая система (отголоски скандала с Ричардом Никсоном) появилась стараниями лезущего во все щели фельдшера Эрика Эверетта. Того парня (ему перевалило за тридцать), доставившего столько хлопот, в городе звали Расти.
Everett had sprung the taping system idiocy at town meeting two years before, presenting it as a great leap forward. Идиотскую идею со звукозаписывающей системой он выдвинул два года назад на городском собрании, преподнеся ее как огромный шаг по пути прогресса.
The proposal came as an unwelcome surprise to Rennie, who was seldom surprised, especially by political outsiders. Предложение Эверетта стало для Ренни неприятным сюрпризом, а удивить его редко кому удавалось, особенно политическим аутсайдерам.
Big Jim had objected that the cost would be prohibitive. Большой Джим выступил против, сославшись на большие затраты.
This tactic usually worked with thrifty Yankees, but not that time; Everett had presented figures, possibly supplied by Duke Perkins, showing that the federal government would pay eighty percent. Some Disaster Assistance Whatever; a leftover from the free-spending Clinton years. Эта тактика обычно срабатывала с прижимистыми янки, но не в тот раз. Эверетт представил расчеты, вероятно, полученные от Г ерцога Перкинса, показывающие, что федеральное правительство берет на себя восемьдесят процентов расходов, согласно какому-то закону, принятому при транжире Клинтоне и не отмененному после его ухода.
Rennie had found himself outflanked. Короче, Ренни обнаружил, что его переиграли.
It wasn't a thing that happened often, and he didn't like it, but he had been in politics for many more years than Eric "Rusty" Everett had been tickling prostates, and he knew there was a big difference between losing a battle and losing the war. Такое случалось не часто, и ему это не понравилось, но он занимался политикой гораздо дольше, чем Эрик Эверетт по прозвищу Расти прощупывал простаты, и знал, сколь велика разница между проигрышем сражения и войны.
"Or at least someone should take notes?" Andrea asked timidly. - Или кому-то записывать все на бумаге? - робко спросила Андреа.
"I think it might be best to keep this informal, for the time being," Big Jim said. - Я думаю, какое-то время нам лучше обходиться без протокола, - заметил Большой Джим.
"Just among the four of us." - Пусть все останется между нами.
"Well... if you think so..." - Что ж... если ты так думаешь...
"Two can keep a secret if one of them is dead," Andy said dreamily. - Двое могут хранить секрет, если один ушел на тот свет, - как во сне произнес Энди.
"That's right, pal," Rennie said, just as if that made sense. - Совершенно верно, дружище. - Ренни сделал вид, будто Сандерс изрек нечто умное.
Then he turned back to Randolph. Потом повернулся к Рэндолфу.
"I'd say our prime concern-our prime responsibility to the town-is maintaining order for the duration of this crisis. - Я хочу сказать, что наша главная забота, наша первостепенная ответственность перед городом -сохранить порядок во время кризиса.
Which means police." И это дело полиции.
"Damn straight!" Randolph said smartly. - Чертовски верно! - самодовольно воскликнул Рэндолф.
"Now, I'm sure Chief Perkins is looking down on us from Above-" - Сейчас, я уверен, чиф Перкинс смотрит на нас с Небес...
"With my wife," Andy said. - Вместе с моей женой, - перебил его Энди.
"With Claudie." - С Клоди.
He produced a snot-clogged honk that Big Jim could have done without. - И он громко всхлипнул, втягивая воздух через забитый соплями нос.
Nonetheless, he patted Andy's free hand. Большой Джим поморщился, но похлопал его по руке.
"That's right, Andy, the two of them together, bathed in Jesus's glory. - Совершенно верно, Энди, они вместе купаются в идущем от Иисуса сиянии.
But for us here on earth... Pete, what kind of force can you muster?" Но мы здесь, на земле... Пит, сколько людей у тебя в распоряжении?
Big Jim knew the answer. Большой Джим знал ответ.
He knew the answers to most of his own questions. Он знал ответы на большинство собственных вопросов.
Life was easier that way. И этим упрощал себе жизнь.
There were eighteen officers on the Chester's Mill police payroll, twelve full-timers and six part-timers (the latter all past sixty, which made their services entrancingly cheap). В Честерс-Милле по полицейской ведомости получали жалованье восемнадцать человек: двенадцать - на условиях полной занятости, шестеро - частичной (большинству из "частичных" перевалило за шестьдесят, так что их услуги обходились городскому бюджету весьма дешево).
Of those eighteen, he was quite sure five of the full-timers were out of town; they had either gone to that day's high school football game with their wives and families or to the controlled tburn in Castle Rock. И Ренни предполагал, причем с большой долей вероятности, что из этих восемнадцати пятеро, работавших на условиях полной занятости, находились вне города. Или поехали на игру футбольной команды старшей школы с женами и детьми, или участвовали в учениях пожарных, которые проводились в Касл-Роке.
A sixth, Chief Perkins, was dead. Шестой, чиф Перкинс, умер.
And while Rennie would never speak ill of the dead, he was sure the town was better off with Perkins in heaven rather than down here, trying to manage a clustermug that was far beyond his limited abilities. И пусть Ренни никогда бы не стал говорить плохого о покойниках, в душе он полагал, что без Перкинса городу куда как лучше: чиф сейчас на небесах и не пытается взять под контроль полную мутню, решить задачу, которая, с учетом его ограниченных способностей, ему не по плечу.
"I'll tell you what, folks," Randolph said, "it's not that good. - Должен вам сказать, что не так много, как хотелось бы, - начал Рэндолф.
There's Henry Morrison and Jackie Wettington, both of whom responded with me to the initial Code Three. - Г енри Моррисон и Джекки Уэттингтон, которые вместе со мной приехали, реагируя на поступивший сигнал о случившемся на Сто девятнадцатом шоссе.
There's also Rupe Libby, Fred Denton, and George Frederick-although his asthma's so bad I don't know how much use he'll be. Есть еще Руп Либби, Фред Дентон и Джордж Фредерик, хотя его очень уж донимает астма, и я не уверен, будет ли от него хоть какой-то прок.
He was planning to take early retirement at the end of this year." Он собирался в этом году досрочно выйти в отставку.
"Poor old George," Andy said. - Бедный Джордж, - вздохнул Энди.
"He just about lives on Advair." - Живет только на адваире.
"And as you know, Marty Arsenault and Toby Whelan aren't up to much these days. - Как вам известно, Марти Арсено и Тоби Уилен нынче тоже мало на что годятся.
The only part-timer I'd call really able-bodied is Linda Everett. Из частично занятых можно рассчитывать только на Линду Эверетт.
Between that damned firefighting exercise and the football game, this couldn't have happened at a worse time." С этими чертовыми пожарными учениями и футбольной игрой... так неудачно все сложилось.
"Linda Everett?" - Линда Эверетт?
Andrea asked, a little interested. - В голосе Андреа слышался легкий интерес.
"Rusty's wife?" - Жена Расти?
"Pshaw!" - Ф-фу!
Big Jim often said pshaw when he was irritated. - Большой Джим часто говорил "ф-фу", когда злился.
"She's just a jumped-up crossing guard." - Ей только движение у школ регулировать.
"Yes, sir," Randolph said, "but she qualified on the county range over in The Rock last year and she has a sidearm. - Да, сэр, - кивнул Рэндолф, - но в прошлом году она стажировалась в Роке, и у нее есть личное оружие.
No reason she can't carry it and go on duty. Не вижу причин, по которым она не может выходить с ним на дежурство.
Maybe not full-time, the Everetts have got a couple of kids, but she can pull her weight. Может, не на целую смену, у Эвереттов двое маленьких детей, но все-таки.
After all, it is a crisis." В конце концов, у нас кризис.
"No doubt, no doubt." - Несомненно, несомненно.
But Rennie was damned if he was going to have Everetts popping up like darned old jack-in-the-boxes every time he turned around. - Ренни, однако, не мог допустить, чтобы эти Эверетты всякий раз выскакивали перед ним, точно пресловутый черт из табакерки, в какую бы сторону он ни поворачивался.
Bottom line: he didn't want that cotton-picker's wife on his first team. Отсюда вывод: жена этого ёханого фельдшера не будет в команде Ренни.
For one thing, she was still quite young, no more than thirty, and pretty as the devil. К тому же она молода - тридцать, не больше - и чертовски красива.
He was sure she'd be a bad influence on the other men. А потому, он не сомневался, ее присутствие окажет дурное влияние на мужчин.
Pretty women always were. От смазливых женщин другого ждать не приходилось.
Wettington and her gunshell tiddies were bad enough. Ему хватало и Уэттингтон с ее здоровенными буферами.
"So," Randolph said, "that's only eight out of eighteen." - То есть по списку у меня восемнадцать человек, а на самом деле восемь.
"You forgot to count yourself," Andrea said. - Ты забыл сосчитать себя, - вставила Андреа.
Randolph hit his forehead with the heel of his hand, as if trying to knock his brains back into gear. Рэндолф стукнул себя ладонью полбу, словно пытался взбодрить застоявшиеся мозги.
"Oh. Yeah. - Да.
Right. Точно.
Nine." Девять.
"Not enough," Rennie said. - Этого мало, - покачал головой Ренни.
"We need to beef up the force. - Мы должны добавить тебе людей.
Just temporarily, you know; until this situation works itself out." Временно, ты понимаешь, пока все не образуется.
"Who were you thinking about, sir?" Randolph asked. - Кого вы держите на примете, сэр?
"My boy, to begin with." - Для начала моего сына.
"Junior?" - Младшего?
Andrea raised her eyebrows. - Андреа вскинула брови.
"He's not even old enough to vote... is he?" - По возрасту он даже не может голосовать... так?
Big Jim briefly visualized Andrea's brain: fifteen percent favorite online shopping sites, eighty percent dope receptors, two percent memory, and three percent actual thought process. Большой Джим представил себе структуру мозга Андреа: пятнадцать процентов занято онлайновыми торговыми сайтами, восемьдесят реагируют только на наркотик, два процента -память, оставшиеся три ведают процессом мышления.
Still, it was what he had to work with. Вот с кем приходилось работать.
And, he reminded himself, the stupidity of one's colleagues makes life simpler. При этом , напомнил он себе, глупость коллег упрощает человеку жизнь .
"He's twenty-one, actually. - Ему уже двадцать один, - ответил он.
Twenty-two in November. - В ноябре исполнится двадцать два.
And either by luck or the grace of God, he's home from school this weekend." И благодаря удаче или милости Господа он приехал домой из колледжа на этот уик-энд.
Peter Randolph knew that Junior Rennie was home from school permanently-he'd seen it written on the phone pad in the late Chief’s office earlier in the week, although he had no idea how Duke had gotten the information or why he'd thought it important enough to write down. Питер Рэндолф знал, что Ренни-младший вернулся домой насовсем : на прошлой неделе видел соответствующую надпись в ежедневнике, который лежал на столе в кабинете чифа. Хотя Пит понятия не имел, как Герцог получил эту информацию и почему счел ее достаточно важной, чтобы записать в ежедневник.
Something else had been written there, too: Behavioral issues? Там была также запись: "Асоциальное поведение?"
This was probably not the time to share such information with Big Jim, however. Но в данный момент, наверное, не следовало делиться этими сведениями с Большим Джимом.
Rennie was continuing, now in the enthusiastic tones of a game-show host announcing a particularly juicy prize in the Bonus Round. Ренни продолжал, теперь уже тоном ведущего телевикторины, объявляющего об очень уж дорогом призе в суперигре.
"And, Junior has three friends who would also be suitable: Frank DeLesseps, Melvin Searles, and Carter Thibodeau." - И у Младшего есть три друга, которые тоже нам подойдут: Френк Дилессепс, Мелвин Сирлс и Картер Тибодо.
Andrea was once more looking uneasy. Вновь на лице Андреа отразилось беспокойство:
"Um... weren't those the boys... the young men... involved in that altercation at Dipper's...?" - Э... не те ли это мальчики... молодые люди... что участвовали в ссоре около "Дипперса"?
Big Jim turned a smile of such genial ferocity on her that Andrea shrank back in her seat. Большой Джим улыбнулся ей, да так яростно, что Андреа вжалась в спинку стула.
"That business was overblown. - Ту историю очень уж раздули.
And sparked by alcohol, as most such trouble is. А искрой послужил алкоголь, как и в большинстве подобных ссор.
Plus, the instigator was that fellow Barbara. Плюс подстрекателем являлся этот тип Барбара.
Which is why no charges were filed. Потому-то все обвинения сняли.
It was a wash. Они чисты.
Or am I wrong, Peter?" Или я не прав, Питер?
"Absolutely not," Randolph said, although he too looked uneasy. - Абсолютно правы, - ответил Рэндолф, но на его лице отражалось сомнение.
"These fellows are all at least twenty-one, and I believe Carter Thibodeau might be twenty-three." - Все они старше двадцати одного, а Картеру Тибодо, если не ошибаюсь, даже двадцать три.
Thibodeau was indeed twenty-three, and had lately been working as a part-time mechanic at Mill Gas & Grocery. Тибодо действительно исполнилось двадцать три года, и в последнее время он неполный день работал механиком на заправочной станции комплекса "Бензин и бакалея".
He'd been fired from two previous jobs-temper issues, Randolph had heard-but he seemed to have settled down at the Gas & Grocery. Его дважды увольняли с прошлых мест работы -за излишнюю вспыльчивость, как слышал Рэндолф, - но в мастерской при заправочной станции Тибодо вроде бы прижился.
Johnny said he'd never had anyone so good with exhaust and electrical systems. Джонни говорил, что не знает человека, который так хорошо разбирался бы в электрике и выхлопной системе.
"They've all hunted together, they're good shots-" - Они охотились вместе, все хорошие стрелки...
"Please God we don't have to put that to the test," Andrea said. - Ради Бога, нам нет нужды проверять их меткость! - воскликнула Андреа.
"No one's going to get shot, Andrea, and no one's suggesting we make these young fellows full-time police. - Никто не собирается стрелять, Андреа, и никто не предлагает, чтобы эти молодые люди стали полноправными полицейскими.
What I'm saying is that we need to fill out an extremely depleted roster, and fast. Я говорю о том, что нам нужно пополнить резко сократившийся списочный состав, и сделать это необходимо быстро .
So how about it, Chief? Что скажешь, чиф?
They can serve until the crisis is over, and we'll pay them out of the contingency fund." Они будут служить, пока кризис не закончится, а мы заплатим им из резервного фонда.
Randolph didn't like the idea of Junior toting a gun on the streets of Chester's Mill-Junior with his possible behavioral issues-but he also didn't like the idea of bucking Big Jim. Рэндолфу совершенно не хотелось, чтобы Младший бродил по улицам Честерс-Милла с оружием в руках, - Младший, которого, возможно, отличало "асоциальное поведение" , -но он и не мог позволить себе возразить Большому Джиму.
And it really might be a good idea to have a few extra widebodies on hand. К тому же это хорошая идея - иметь под рукой лишних людей.
Even if they were young. He didn't anticipate problems in town, but they could be put on crowd control out where the main roads hit the barrier. Питер не предполагал, что в городе могут возникнуть какие-то проблемы, но новички помогут контролировать толпу в местах пересечения основных городских дорог с барьером.
If the barrier was still there. Если барьер все еще существовал.
And if it wasn't? А если нет?
Problems solved. Тогда все разрешилось бы само по себе.
He put on a team-player smile. И широкой улыбкой он показал, что считает себя членом команды:
"You know, I think that's a great idea, sir. - Знаете, я думаю, это отличная мысль.
You send em around to the station tomorrow around ten-" Пусть приходят в участок завтра утром, около десяти.
"Nine might be better, Pete." - Лучше в девять, Пит.
"Nine's fine," Andy said in his dreamy voice. - Девять - это хорошо, - вновь, как во сне, произнес Энди.
"Further discussion?" Rennie asked. - Продолжаем обсуждение? - спросил Ренни.
There was none. Все молчали.
Andrea looked as if she might have had something to say but couldn't remember what it was. Андреа выглядела так, будто хотела что-то сказать, но никак не могла вспомнить, что именно.
"Then I call the question," Rennie said. - Тогда ставлю вопрос на голосование.
"Will the board ask acting Chief Randolph to take on Junior, Frank DeLesseps, Melvin Searles, and Carter Thibodeau as deputies at base salary? Члены управления просят Пита Рэндолфа, исполняющего обязанности начальника полиции, взять Младшего, Френка Дилессепса, Мелвина Сирлса и Картера Тибодо своими помощниками с жалованьем по начальной ставке.
Their period of service to last until this darn crazy business is sorted out? Период их службы будет продолжаться до завершения этой странной, совершенно невообразимой ситуации.
Those in favor signify in the usual manner." Кто "за", прошу проголосовать.
They all raised their hands. Все трое подняли руки.
"The measure is approv-" - Предложение одоб...
He was interrupted by two reports that sounded like gunfire. Его прервали два резких звука, прозвучавшие как выстрелы.
They all jumped. Все подпрыгнули на стульях.
Then a third came, and Rennie, who had worked with motors for most of his life, realized what it was. Тут же последовал еще один, но Ренни, который большую часть жизни проработал с моторами, уже сообразил, что к чему.
"Relax, folks. - Расслабьтесь, друзья.
Just a backfire. Это всего лишь обратная вспышка.
Generator clearing its throa-" Генератор прочищает вы...
The elderly gennie backfired a fourth time, then died. Почтенного возраста генератор выдал четвертый "выстрел", а потом смолк.
The lights went out, leaving them for a moment in stygian blackness. Лампы тут же погасли, на несколько мгновений оставив их в полной темноте.
Andrea shrieked. Андреа вскрикнула.
On his left, Andy Sanders said: "Oh my gosh, Jim, the propane-" - Господи, Джим, - подал голос Энди Сандерс, который сидел слева от Ренни, - пропан...
Rennie reached out with his free hand and grabbed Andy's arm. Большой Джим протянул руку и крепко сжал предплечье Энди.
Andy shut up. Тот замолчал.
As Rennie was relaxing his grip, light crept back into the long pine-paneled room. И когда Ренни ослабил хватку, свет прокрался в длинную, обшитую сосновыми панелями комнату.
Not the bright overheads but the emergency box-lights mounted in the four corners. Нет, лампы под потолком не вспыхнули, зато в четырех углах зажглись лампы аварийного освещения.
In their weak glow, the faces clustered at the conference table's north end looked yellow and years older. В слабеньком свете лица собравшихся пожелтели и постарели лет на двадцать.
They looked frightened. Все выглядели испуганными.
Even Big Jim Rennie looked frightened. Даже Большой Джим Ренни.
"No problem," Randolph said with a cheeriness that sounded manufactured rather than organic. - Нет проблем! - воскликнул Рэндолф с напускной, а не естественной веселостью.
"Tank just ran dry, that's all. - Баллон пуст, вот и все.
Plenty more in the town supply barn." В городском хранилище пропана предостаточно.
Andy shot Big Jim a look. Энди стрельнул взглядом в сторону Большого Джима.
It was no more than a shifting of the eyes, but Rennie had an idea Andrea saw it. Только сместил глаза, ничего больше, но Ренни подумал, что Андреа это заметила.
What she might eventually make of it was another question. А какие она сделала отсюда выводы... другой вопрос.
She'll forget it after her next dose of Oxy, he told himself. Она все забудет после следующей дозы окси , сказал себе Большой Джим.
By morning for sure. К утру наверняка!
And in the meantime, the town's supplies of propane-or lack thereof-didn't concern him much. И пока городские запасы пропана - или их отсутствие - его не волновали.
He would take care of that situation when it became necessary. Если возникнет такая необходимость, он об этом позаботится.
"Okay, folks, I know you're as anxious to get out of here as I am, so let's move on to our next order of business. - Ладно, я понимаю, что вам хочется выбраться отсюда не меньше, чем мне, поэтому давайте перейдем к следующему вопросу нашей повестки дня.
I think we should officially confirm Pete here as our Chief of Police pro tem." Я думаю, мы должны официально утвердить Пита Рэндолфа в должности начальника полиции pro tem.
"Yes, why not?" Andy asked. - Да, почему нет?
He sounded tired. - Голос Энди звучал устало.
"If there's no discussion," Big Jim said, "I'll call the question." - Если обсуждения не будет, ставлю вопрос на голосование.
They voted as he wanted them to vote. Они проголосовали, как он и хотел.
They always did. Они всегда так голосовали.
7 7
Junior was sitting on the front step of the big Rennie home on Mill Street when the lights of his father's Hummer splashed up the driveway. Младший сидел на переднем крыльце большого дома Ренни на Фабричной улице, когда фары отцовского "хаммера" осветили подъездную дорожку.
Junior was at peace. Младший блаженствовал.
The headache had not returned. Головная боль не вернулась.
Angie and Dodee were stored in the McCain pantry, where they would be fine-at least for a while. Энджи и Доди лежали в кладовой дома Маккейнов, где их никто не найдет... какое-то время.
The money he'd taken was back in his father's safe. Деньги, которые он брал, снова лежали в отцовском сейфе.
There was a gun in his pocket-the pearl-grip.38 his father had given him for his eighteenth birthday. В кармане их заменил пистолет - тридцать восьмого калибра, с перламутровой рукояткой, -подарок отца на восемнадцатый день рождения.
Now he and his father would speak. Теперь он и его отец могли поговорить.
Junior would listen very closely to what the King of No Money Down had to say. Младший собирался внимательно выслушать все, что мог сказать ему Король Без Первоначального Взноса.
If he sensed his father knew what he, Junior, had done-he didn't see how that was possible, but his father knew so much-then Junior would kill him. Если он почувствует, что отцу известно про его подвиги - Младший представить себе не мог откуда, но тот всегда очень уж много знал, - тогда он убьет отца.
After that he would turn the gun on himself. А после этого покончит с собой.
Because there would be no running away, not tonight. Потому что с побегом сегодня ничего не получалось.
Probably not tomorrow, either. И завтра скорее всего тоже не получится.
On his way back, he had stopped on the town common and listened to the conversations going on there. По пути домой он остановился на городской площади и послушал, о чем там говорят.
What they were saying was insane, but the large bubble of light to the south-and the smaller one to the southwest, where 117 ran toward Castle Rock-suggested that tonight, insanity just happened to be the truth. Конечно, говорили они что-то безумное, но большой световой пузырь на юге - и поменьше на юго-западе, где шоссе номер 117 подходило к городу от Касл-Рока - означал, что безумие этим вечером обернулось реальностью.
The door of the Hummer opened, chunked closed. Дверца "хаммера" открылась, потом захлопнулась.
His father walked toward him, his briefcase banging one thigh. Отец шел к нему, брифкейс стукался о бедро.
He didn't look suspicious, wary, or angry. На лице не читалось подозрительности, осторожности или злости.
He sat down beside Junior on the step without a word. Он молча сел на ступеньку рядом с Младшим.
Then, in a gesture that took Junior completely by surprise, he put a hand on the younger man's neck and squeezed gently. Потом, захватив сына врасплох, положил руку ему на шею и мягко сжал пальцы.
"You heard?" he asked. - Ты слышал?
"Some," Junior said. - По мелочам.
"I don't understand it, though." Но ничего не понимаю.
"None of us do. - Никто ничего не понимает.
I think there are going to be some hard days ahead while this gets sorted out. Думаю, пройдет несколько дней, прежде чем что-то начнет проясняться.
So I have to ask you something." Поэтому я должен тебя кое о чем попросить.
"What's that?" - О чем?
Junior's hand closed around the butt of the pistol. - Пальцы Младшего сжали рукоятку пистолета.
"Will you play your part? - Ты сыграешь свою роль?
You and your friends? Ты и твои друзья?
Frankie? Френки?
Carter and the Searles boy?" Картер и Сирлс?
Junior was silent, waiting. Младший молчал, ожидая продолжения.
What was this shit? Что это еще за хрень?
"Peter Randolph's acting chief now. - Сейчас Питер Рэндолф исполняет обязанности начальника полиции.
He's going to need some men to fill out the police roster. Ему нужны люди, чтобы пополнить личный состав.
Good men. Надежные люди.
Are you willing to serve as a deputy until this damn clustermug is over?" Ты готов служить экстренно назначенным помощником до завершения всей этой чертовой мутни?
Junior felt a wild urge to scream with laughter. Младший ощутил безумное желание закричать от радости.
Or triumph. Или триумфа.
Or both. Или первого и второго.
Big Jim's hand was still on the nape of his neck. Рука Большого Джима по-прежнему лежала на его шее.
Not squeezing. Не сжимала.
Not pinching. Не щипала.
Almost... caressing. Можно сказать... поглаживала.
Junior took his hand off the gun in his pocket. Пальцы Младшего отпустили рукоятку пистолета.
It occurred to him that he was still on a roll-the roll of all rolls. Он понял, что ему продолжает везти. О таком везении он не мог и мечтать.
Today he had killed two girls he'd known since childhood. Сегодня Младший убил двух девушек, которых знал с детства.
Tomorrow he was going to be a town cop. Завтра ему предстояло стать городским полицейским.
"Sure, Dad," he said. - Конечно, папа.
"If you need us, we are there. " And for the first time in maybe four years (it could have been longer), he kissed his father's cheek. Если мы тебе нужны, можешь на нас рассчитывать. - И впервые за, возможно, четыре года (а то и больше) он поцеловал отца в щеку.
PRAYERS Молитвы
1 1
Barbie and Julia Shumway didn't talk much; there wasn't much to say. Барби и Джулия Шамуэй особо не разговаривали.
Theirs was, as far as Barbie could see, the only car on the road, but lights streamed from most of the farmhouse windows once they cleared town. Других автомобилей Барби на дороге не видел. Когда они выехали из плотной городской застройки, свет лился из большинства окон фермерских домов.
Out here, where there were always chores to be done and no one fully trusted Western Maine Power, almost everyone had a gennie. Здесь всем и всегда хватало дел, и никто особо не доверял "Энергетической компании Западного Мэна", поэтому практически в каждом доме стоял генератор.
When they passed the WCIK radio tower, the two red lights at the top were flashing as they always did. Когда они проезжали ХНВ, на радиомачте, как и всегда, мигали красные огни.
The electric cross in front of the little studio building was also lit, a gleaming white beacon in the dark. Горел и электрический крест перед зданием, в котором находилась студия, - сверкающий маяк в темноте.
Above it, the stars spilled across the sky in their usual extravagant profusion, a never-ending cataract of energy that needed no generator to power it. А над их головами небо усеивали бесчисленные звезды, и этому нескончаемому потоку энергии никакой генератор не требовался.
"Used to come fishing out this way," Barbie said. - Ездил по этой дороге на рыбалку, - заметил Барби.
"It's peaceful." - Тут так спокойно.
"Any luck?" - Удачно?
"Plenty, but sometimes the air smells like the dirty underwear of the gods. - Более чем. Но иногда у реки воздух воняет, как грязное нижнее белье богов.
Fertilizer, or something. Удобрением или чем-то еще.
I never dared to eat what I caught." Ни разу не решался съесть то, что поймал.
"Not fertilizer-bullshit. - Не удобрением - ерунду говорите.
Also known as the smell of self-righteousness." Это же запах фарисейства.
"I beg your pardon?" - Простите?
She pointed at a dark steeple-shape blocking out the stars. Она указала на темный шпиль, закрывающий звезды.
"Christ the Holy Redeemer Church," she said. - Церковь Христа Святого Искупителя.
"They own WCIK just back the road. Им принадлежит радиостанция ХНВ, которую мы только что проехали.
Sometimes known as Jesus Radio?" Иногда ее называют Иисусово радио.
He shrugged. Барби пожал плечами:
"I guess maybe I have seen the steeple. - Наверное, шпиль я видел.
And I know the station. И радиостанцию знаю.
Can't very well miss it if you live around here and own a radio. Как не знать, если живешь здесь и у тебя есть радиоприемник.
Fundamentalist?" Фундаменталисты?
"They make the hardshell Baptists look soft. - В сравнении с ними твердокаменные баптисты выглядят мягкотелыми.
I go to the Congo, myself. Я-то хожу в Конго.
Can't stand Lester Coggins, hate all the ha-ha-you're-going-to-hell-and-we're-not stuff. Терпеть не могу Лестера Коггинса, терпеть не могу все эти ха-ха-ты-отправишься-в-ад-а-мы-не-такие.
Different strokes for different folks, I guess. Каждому свое, как я понимаю.
Although I have often wondered how they afford a fifty thousand-watt radio station." Хотя частенько задаюсь вопросом: а откуда у них деньги на содержание радиостанции мощностью в пятьдесят тысяч ватт?
"Love offerings?" - Пожертвования?
She snorted. Она фыркнула.
"Maybe I ought to ask Jim Rennie. - Может, мне спросить у Джима Ренни.
He's a deacon." Он церковный староста.
Julia drove a trim Prius Hybrid, a car Barbie would not have expected of a staunch Republican newspaper owner (although he supposed it did fit a worshipper at the First Congregational). Джулия сидела за рулем элегантного гибридного "приуса". Барби никак не ожидал увидеть такой автомобиль у непреклонной республиканки, которой принадлежала городская газета (хотя соглашался, что он подходит прихожанке Первой Конгрегациональной церкви).
But it was quiet, and the radio worked. Двигателя он практически не слышал, и радиоприемник работал.
The only problem was that out here on the western side of town, CIK's signal was so powerful it wiped out everything on the FM band. Проблема состояла лишь в том, что в западной части города мощнейший сигнал ХНВ заглушал все в ЧМ-диапазоне.
And tonight it was broadcasting some holy accordion shit that hurt Barbie's head. Сегодня радио транслировало что-то исполняемое на аккордеоне, и эта музыка вызывала у Барби головную боль.
It sounded like polka music played by an orchestra dying of bubonic plague. Звучала как полька, исполняемая оркестром умирающих от бубонной чумы.
"Try the AM band, why don't you?" she said. - Может, попробуете AM-диапазон? - предложила Джулия.
He did, and got only nighttime gabble until he hit a sports station near the bottom of the dial. Он попробовал, но натыкался только на невнятное бормотание, пока не нашел спортивную радиостанцию у самого края диапазона.
Here he heard that before the Red Sox-Mariners playoff game at Fenway Park, there had been a moment of silence for the victims of what the announcer called "the western Maine event." Тут и услышал, что перед игрой плей-офф между "Ред сокс" и "Моряками" на стадионе "Фенуэй" присутствующие почтили минутой молчания память жертв, как выразился комментатор, "события в Западном Мэне".
"Event," Julia said. - События, - недовольно повторила Джулия.
"A sports-radio term if ever I heard one. - Стандартный термин спортивного радио.
Might as well turn it off." Можете его выключить.
A mile or so past the church, they began to see a glow through the trees. Отъехав от церкви на милю или около того, они увидели свет, пробивающийся сквозь деревья.
They came around a curve and into the glare of lights almost the size of Hollywood premiere kliegs. Обогнули поворот и въехали в сияние прожекторов примерно таких же размеров, как голливудские "солнечные" прожектора.
Two pointed in their direction; two more were tilted straight up. Два светили в их направлении, еще два -вертикально вверх.
Every pothole in the road stood out in stark relief. Не осталась невидимой ни единая выбоина на дороге.
The trunks of the birches looked like narrow ghosts. Стволы берез выглядели как тощие призраки.
Barbie felt as if they were driving into a noir movie from the late nineteen forties. У Барби создалось ощущение, что они въезжают в мрачный детективный фильм конца сороковых годов.
"Stop, stop, stop," he said. - Стоп, стоп, стоп! - воскликнул он.
"This is as close as you want to go. - Дальше ехать не стоит.
Looks like there's nothing there, but take my word for it, there is. Кажется, что впереди ничего нет, но, поверьте мне на слово, есть.
It would likely blow the electronics in your little car, if nothing else." И это что-то скорее всего взорвет электронику вашего автомобиля, а может, и не только.
She stopped and they got out. Джулия остановила "приус", они вышли.
For a moment they just stood in front of the car, squinting into the bright light. Несколько мгновений постояли перед капотом, щурясь на яркий свет.
Julia raised one hand to shield her eyes. Джулия подняла руку, чтобы прикрыть глаза.
Parked beyond the lights, nose to nose, were two brown canvas-back military trucks. За прожекторами, практически соприкасаясь передними бамперами, стояли два коричневых армейских грузовика с обтянутыми брезентом кузовами.
Sawhorses had been placed on the road for good measure, their feet braced with sandbags. Дорогу перегораживали и барьеры, формой напоминающие козлы для пилки дров. Их ножки подперли мешками с песком.
Motors roared steadily in the darkness-not one generator but several. Из темноты доносился рев моторов. Работал не один генератор - несколько.
Barbie saw thick electrical cables snaking away from the spotlights and into the woods, where other lights glared through the trees. Барби разглядел толстые электрические кабели, которые, змеясь, уползали от прожекторов в лес, где сквозь деревья светили другие прожектора.
"They're going to light the perimeter," he said, and twirled one finger in the air, like an ump signaling a home run. - Они собираются осветить весь периметр. - Он покрутил пальцем в воздухе, как бейсбольный судья, сигнализирующий о круговой пробежке.
"Lights around the whole town, shining in and shining up." - Прожектора вокруг всего города, лучи, направленные внутрь и вверх.
"Why up?" - Почему вверх?
"The up ones to warn away air traffic. - Вверх, чтобы предупреждать воздушный транспорт о запретной зоне.
If any gets through, that is. Если кто-то сюда все-таки прилетит.
I'd guess it's mostly tonight they're worried about. Предполагаю, тревожиться им придется только эту ночь.
By tomorrow they'll have the airspace over The Mill sewn up like one of Uncle Scrooge's moneybags." Завтра воздушное пространство над Миллом будет защищено так же надежно, как и мешки с деньгами дядюшки Скруджа.
On the dark side of the spotlights, but visible in their back-splash, were half a dozen armed soldiers, standing at parade rest with their backs turned. Между грузовиками и прожекторами, в их отсвете, они различили силуэты полдесятка вооруженных солдат, которые застыли в стойке "вольно, по-парадному" спиной к ним.
They must have heard the approach of the car, quiet as it was, but not one of them so much as looked around. Военные, должно быть, слышали, как подъехал автомобиль, пусть двигатель и работал достаточно тихо, но ни один не оглянулся.
Julia called, "Hello, fellas!" - Привет, парни! - обратилась к ним Джулия.
No one turned. Никто не повернулся.
Barbie didn't expect it-on their way out, Julia had told Barbie what Cox had told her-but he had to try. Барби и не ожидал, что кто-то повернется - по пути Джулия поделилась с ним содержанием ее беседы с Коксом, - но не мог не попытаться вызвать их на разговор.
And because he could read their insignia, he knew what to try. А поскольку разглядел их знаки отличия, знал, как это сделать.
The Army might be running this show-Cox's involvement suggested that-but these fellows weren't Army. Возможно, здесь бал правила армия, - на что указывало участие Кокса, - но эти парни принадлежали к другому роду войск.
"Yo, Marines!" he called. - Эй, морпехи! - позвал он.
Nothing. Никакой реакции.
Barbie stepped closer. Барби подошел ближе.
He saw a dark horizontal line hanging on the air above the road, but ignored it for the time being. Увидел темную горизонтальную полосу, висящую в воздухе над дорогой, но на тот момент ее проигнорировал.
He was more interested in the men guarding the barrier. Его больше интересовали люди, охранявшие барьер.
Or the Dome. Или Купол.
Shumway had said Cox called it the Dome. Шамуэй сказала ему, что Кокс назвал эту таинственную преграду Куполом.
"I'm surprised to see you Force Recon boys stateside," he said, walking a little closer. - Я весьма удивлен, что бойцы разведроты корпуса морпехов находятся в Штатах, - громко произнес он, приблизившись к барьеру.
"That little Afghanistan problem over, is it?" - С той маленькой афганской проблемой разве уже закончили?
Nothing. Никакой реакции.
He walked closer. Еще пара шагов.
The grit of the hardpan under his shoes seemed very loud. Твердое покрытие дороги оглушающе хрустело под подошвами его кроссовок.
"A remarkably high number of pussies in Force Recon, or so I've heard. - В разведроте очень уж много пидоров, как мне говорили.
I'm relieved, actually. Знаете, у меня даже от сердца отлегло.
If this situation was really bad, they would have sent in the Rangers." Если б действительно пахло жареным, сюда прислали бы рейнджеров.
"Pogeybait," one of them muttered. - Приманка, - пробормотал кто-то из морпехов.
It wasn't much, but Barbie was encouraged. Барби воодушевился: какая-никакая, но завязка.
"Stand easy, fellas; stand easy and let's talk this over." - Вольно, парни, вольно, и давайте это обсудим.
More nothing. Вновь никакой реакции.
And he was as close to the barrier (or the Dome) as he wanted to go. А ближе подходить к барьеру (или к Куполу) ему не хотелось.
His skin didn't rash out in goosebumps and the hair on his neck didn't try to stand up, but he knew the thing was there. По коже еще не бежали мурашки и волосы не пытались встать дыбом, но он знал, что преграда здесь, перед ним.
He sensed it. Чувствовал ее.
And could see it: that stripe hanging on the air. Да и мог видеть: эта полоса, висящая в воздухе.
He didn't know what color it would be in daylight, but he was guessing red, the color of danger. Не знал, какого цвета она будет днем, но предполагал, что красного - цвета опасности.
It was spray paint, and he would have bet the entire contents of his bank account (currently just over five thousand dollars) that it went all the way around the barrier. Полосу эту напылили на барьер, и он мог поставить на кон все деньги, что лежали на его банковском счету (на тот момент чуть больше пяти тысяч долларов), что полоса тянется по всему периметру.
Like a stripe on a shirtsleeve, he thought. Как кайма на рукаве.
He balled a fist and rapped on his side of the stripe, once more producing that knuckles-on-glass sound. Он сжал пальцы в кулак и постучат по полосе изнутри. Раздался уже знакомый звук - костяшки по стеклу.
One of the Marines jumped. Один из морпехов подпрыгнул.
Julia began: "I'm not sure that's a good-" - Не уверена, так ли это необходимо, - осторожно произнесла Джулия.
Barbie ignored her. Барби ее проигнорировал.
He was starting to be angry. Он начинал закипать.
Part of him had been waiting to be angry all day, and here was his chance. Какая-то его часть злилась весь день и теперь получила шанс высказаться.
He knew it would do no good to go off on these guys-they were only spear-carriers-but it was hard to bite back. Он понимал, что негоже выплескивать злость на этих парней - они лишь исполняли чей-то приказ, - но и сдерживаться больше не мог.
"Yo, Marines! - Эй, морпехи!
Help a brother out." Помогите своему брату!
"Quit it, pal." - Заканчивай, приятель!
Although the speaker didn't turn around, Barbie knew it was the CO of this happy little band. - Хотя говоривший не повернулся, Барби понял, что это командир маленького подразделения.
He recognized the tone, had used it himself. Он узнал тон, к которому прибегал и сам.
Many times. Многократно.
"We've got our orders, so you help a brother out. - У нас есть приказ.
Another time, another place, I'd be happy to buy you a beer or kick your ass. В другое время, в другом месте я с радостью угощу тебя пивом или дам пинка под зад.
But not here, not tonight. So what do you say?" Но не здесь, не в эту ночь.
"I say okay," Barbie said. - Ладно.
"But seeing as how we're all on the same side, I don't have to like it." Но мы все, как я понимаю, на одной стороне, и мне не нравится то, что я вижу.
He turned to Julia. "Got your phone?" - Барби повернулся к Джулии: - Телефон при вас?
She held it up. Она показала мобильник:
"You should get one. - Вам следовало приобрести такой.
They're the coming thing." Модная штучка.
"I have one," Barbie said. - У меня есть.
"A disposable Best Buy special. "Лучшая покупка по доступной цене".
Hardly ever use it. Я им практически не пользовался.
Left it in a drawer when I tried to blow town. Saw no reason not to leave it there tonight." Оставил в ящике, когда уходил из города.
She handed him hers. Джулия протянула ему мобильник:
"You'll have to punch the number, I'm afraid. - Боюсь, номер вам придется набирать самому.
I've got work to do." У меня есть другое дело.
She raised her voice so the soldiers standing beyond the glaring lights could hear her. "I'm the editor of the local newspaper, after all, and I want to get some pix." - Она возвысила голос, чтобы ее услышали морпехи, стоявшие за прожекторами: - Я -издательница местной газеты и хочу пофотографировать!
She raised her voice a little more. "Especially a few of soldiers standing with their backs turned on a town that's in trouble." - Джулия заговорила еще громче: - Особенно нескольких солдат, повернувшихся спиной к городу, который попал в беду!
"Ma'am, I kind of wish you wouldn't do that," the CO said. He was a blocky fellow with a broad back. - Мэм, я бы предпочел, чтобы вы без этого обошлись, - отреагировал командир, здоровенный парень с широкими плечами.
"Stop me," she invited. - А вы меня остановите.
"I think you know we can't do that," he said. - Думаю, вы знаете, что мы не можем этого сделать.
"As far as our backs being turned, those are our orders." И спиной к вам мы стоим только потому, что таков приказ.
"Marine," she said, "you take your orders, roll em tight, bend over, and stick em where the air quality is questionable." - Морпех, - мрачно произнесла она, - тебе бы взять свои приказы, плотно их свернуть, нагнуться и засунуть в то место, откуда идет не очень-то свежий воздух.
In the brilliant light, Barbie saw a remarkable thing: her mouth set in a harsh, unforgiving line and her eyes streaming tears. В слепящем свете Барби увидел нечто удивительное: жесткое выражение лица Джулии и катящиеся из ее глаз слезы.
While Barbie dialed the number with the weird area code, she got her camera and began snapping. Пока он набирал номер с необычным зональным кодом, Джулия Шамуэй достала фотоаппарат и начала фотографировать.
The flash wasn't very bright compared to the big generator-driven spotlights, but Barbie saw the soldiers flinch every time it went off. Вспышка не могла поспорить яркостью с прожекторами, питающимися от генераторов, но Барби видел, что солдат передергивало при каждой.
Probably hoping their fucking insignia doesn't show, he thought. Вероятно, боятся, что их гребаные знаки отличия попадут на фотоснимки, подумал он.
2 2
United States Army Colonel James O. Cox had said he'd be sitting with a hand on the phone at ten thirty. Полковник армии Соединенных Штатов Джеймс Оу Кокс говорил, что будет держать руку на телефоне в половине одиннадцатого.
Barbie and Julia Shumway had run a little late and Barbie didn't place the call until twenty of eleven, but Cox's hand must have stayed right there, because the phone only managed half a ring before Barbie's old boss said, Барби и Джулия чуть задержались, так что позвонить Дейл смог только без двадцати одиннадцать, но рука Кокса, вероятно, оставалась на телефоне, потому что на половине первого гудка в трубке послышался голос прежнего командира Барби:
"Hello, this is Ken." - Алло, это Кен.
Barbie was still mad, but laughed just the same. Барби все еще кипел, но тем не менее рассмеялся.
"Yes sir. - Да, сэр.
And I continue to be the bitch who gets all the good shit." А я по-прежнему тот бедолага, которому достается вся приятная работа.
Cox also laughed, no doubt thinking they were off to a good start. Кокс тоже рассмеялся, несомненно, придя к выводу, что начало хорошее.
"How are you, Captain Barbara?" - Как ты там, капитан Барбара?
"Sir, I'm fine, sir. - Все отлично, сэр.
But with respect, it's just Dale Barbara now. Только, при всем уважении, просто Дейл Барбара.
The only things I captain these days are the grills and Fry-O-Lators in the local restaurant, and I'm in no mood for small talk. В эти дни я капитаню только грилями и фритюрницами в местном ресторане, и нет у меня настроения болтать о пустяках.
I am perplexed, sir, and since I'm looking at the backs of a bunch of pogey-bait Marines who won't turn around and look me in the eye, I'm also pretty goddam pissed off." Я в недоумении, сэр, поскольку вижу перед собой спины морпехов, которые не поворачиваются, чтобы посмотреть мне в глаза, поэтому еще и чертовски зол.
"Understood. - Понимаю тебя.
And you need to understand something from my end. Но и ты должен кое-что понимать, глядя на ситуацию с моей стороны.
If there was anything at all those men could do to aid or end this situation, you would be looking at their faces instead of their asses. Если бы эти люди могли как-то тебе помочь или что-то изменить, ты бы видел их лица, а не жопы.
Do you believe that?" Ты мне веришь?
"I'm hearing you, sir." Which wasn't exactly an answer. - Я вас слушаю, сэр, - ушел он от прямого ответа.
Julia was still snapping. Джулия продолжала фотографировать.
Barbie shifted to the edge of the road. Барби отошел к обочине.
From his new position he could see a bivouac tent beyond the trucks. Also what might have been a small mess tent, plus a parking area filled with more trucks. С нового места увидел спальную палатку, а также вроде бы небольшую палатку-столовую и парковку, на которой стояли другие грузовики.
The Marines were building a camp here, and probably bigger ones where Routes 119 and 117 left town. Морпехи обустраивали здесь лагерь, и, вероятно, лагеря побольше разбивались на шоссе номер 117 и 119, там, где те входили в город и выходили из него.
That suggested permanence. Все это предполагало, что военные обосновались здесь всерьез и надолго.
His heart sank. Сердце у него упало.
"Is the newspaper woman there?" Cox asked. - Женщина из газеты с вами? - спросил Кокс.
"She's here. - Да.
Taking pictures. Фотографирует.
And sir, full disclosure, whatever you tell me, I tell her. И, сэр, никаких секретов, я передам ей все, что вы мне скажете.
I'm on this side now." Сейчас я на этой стороне.
Julia stopped what she was doing long enough to flash Barbie a smile. Джулия прервала свое занятие, чтобы одарить Барби улыбкой.
"Understood, Captain." - Понимаю, капитан.
"Sir, calling me that earns you no points." - Сэр, упоминание моего прежнего звания очков вам не приносит.
"All right, just Barbie. - Ладно, просто Барби.
Is that better?" Так лучше?
"Yes, sir." - Да, сэр.
"As to how much the lady decides to publish... for the sake of the people in that little town of yours, I hope she's got sense enough to pick and choose." - Что же касается публикации... ради блага жителей этого маленького городка, я надеюсь, ей хватит здравого смысла отбирать материал.
"My guess is she does." - По моим ощущениям, хватит.
"And if she e-mails pictures to anyone on the outside-one of the newsmagazines or the New York Times, for instance-you may find your Internet goes the way of your landlines." - Если же она попытается отправить фотографии по электронной почте за пределы города... в какой-нибудь журнал или, к примеру, в "Нью-Йорк таймс"... с Интернетом, возможно, повторится то, что уже случилось с проводной связью.
"Sir, that's some dirty sh-" - Сэр, это уже...
"The decision would be made above my pay grade. - Решение принято теми, у кого жалованье побольше моего.
I'm just saying." Я только транслирую информацию.
Barbie sighed. Барби вздохнул:
"I'll tell her." - Я ей передам.
"Tell me what?" Julia asked. - Передадите что? - спросила Джулия.
"That if you try to transmit those pictures, they may take it out on the town by shutting down Internet access." - Если вы попытаетесь переслать эти фотографии, городу может быть обрезан доступ в Интернет.
Julia made a hand gesture Barbie did not ordinarily associate with pretty Republican ladies. Джулия отреагировала жестом, который как-то не ассоциировался у Барби с рафинированными дамами-республиканками.
He returned his attention to the phone. Он вновь сосредоточился на телефонном разговоре.
"How much can you tell me?" - Сколь много вы можете мне сказать?
"Everything I know," Cox said. - Все, что знаю.
"Thank you, sir." Although Barbie doubted Cox would actually spill everything. - Благодарю вас, сэр, - ответил Барби, хотя и сомневался, что Кокс выложит все.
The Army never told everything it knew. Армия никогда не делилась всем, что знала.
Or thought it knew. Или думала, что знает.
"We're calling it the Dome," Cox said, "but it's not a Dome. - Мы называем эту преграду Куполом, -продолжил Кокс, - но это не Купол.
At least, we don't think it is. По крайней мере мы так не думаем.
We think it's a capsule whose edges conform exactly to the borders of the town. Мы думаем, что это капсула, контур которой на земле точно повторяет административную границу города.
And I do mean exactly." Точно - в прямом смысле этого слова.
"Do you know how high it goes?" - Вам известно, как высоко он поднимается?
"It appears to top out at forty-seven thousand and change. - На сорок семь тысяч футов и еще чуть-чуть.
We don't know if the top is flat or rounded. Мы не знаем, круглый у него верх или плоский.
At least not yet." Во всяком случае, пока.
Barbie said nothing. Барби ничего не сказал.
He was flabbergasted. Застыл как громом пораженный.
"As to how deep... who knows. - А вниз... кто знает.
All we can say now is more than a hundred feet. Глубже чем на сто футов, это точно.
That's the current depth of an excavation we're making on the border between Chester's Mill and the unincorporated township to the north." Такова глубина раскопа, который мы сделали на границе между Честерс-Миллом и примыкающей к нему с севера территорией, еще не имеющей статуса города.
"TR-90." - Ти-Эр-девяносто.
To Barbie's ears, his voice sounded dull and listless. - Для ушей Барби собственный голос звучал уныло и апатично.
"Whatever. - Не важно.
We started in a gravel pit that was already dug down to forty feet or so. Мы начали в гравийном карьере, глубина которого изначально составляла порядка сорока футов.
I've seen spectrographic images that blow my mind. Я видел спектрограммы, от которых глаза лезли на лоб.
Long sheets of metamorphic rock that have been sheared in two. Длинные пласты метаморфической скальной породы, аккуратно разрезанные пополам.
There's no gap, but you can see a shift where the northern part of the sheet dropped a little. Никаких щелей, но с севера небольшое смещение пласта вниз.
We've checked seismographic reports from the Portland meteorological station, and bingo. Мы проверили сейсмографические данные Портлендской метеорологической станции и попали в десятку.
There was a bump at eleven forty-four AM. Ее приборы зафиксировали толчок в одиннадцать сорок четыре.
Two point one on the Richter. Силой две целых и одну десятую балла по шкале Рихтера.
So that's when it happened." Так что мы знаем, когда это произошло.
"Great," Barbie said. - Здорово!
He supposed he was being sarcastic, but he was too amazed and perplexed to be sure. - Барби хотел, чтобы в голосе прозвучал сарказм, но изумление и замешательство, которые он испытывал, возможно, помешали ему добиться желаемого результата.
"None of this is conclusive, but it's persuasive. - Для окончательных выводов данных недостаточно, но они очень впечатляющие.
Of course the exploring has just started, but right now it does look as if the thing is down as well as up. Разумеется, исследования только начались, но на текущий момент нам представляется, что эта преграда вниз уходит на то же расстояние, что и вверх.
And if it goes up five miles..." И если высота Купола больше пяти миль...
"How do you know that? - Как вы это узнали?
Radar?" Радар?
"Negative, this thing doesn't show on radar. - Нет, на радаре эта штуковина не видна.
There's no way of telling it's there until you hit it, or until you're so close you can't stop. Нет возможности установить ее присутствие, пока не ударишься об нее или не окажешься предельно близко.
The human toll when the thing went up was remarkably low, but you've got one hell of a bird-kill around the edges. Человеческие потери при возникновении Купола на удивление малы, но птиц погибло множество.
Inside and outside." Внутри и снаружи.
"I know. I've seen them." - Знаю, я их видел.
Julia was done with her pictures now. - Джулия закончила с фотографиями.
She was standing next to him, listening to Barbie's end of the conversation. Стояла рядом, слушала, что говорит Барби.
"So how do you know how high it is? - Так как вы узнали высоту Купола?
Lasers?" С помощью лазеров?
"No, they also shoot right through. - Нет, лазерный луч его просто проходит насквозь.
We've been using missiles with dummy warheads. Использовали управляемые снаряды с макетными боеголовками.
We've been flying F-15A sorties out of Bangor since four this afternoon. С четырех часов дня из Бангора вылетали "Эф-15-Эй".
Surprised you didn't hear them." Я удивлен, что ты их не слышал.
"I might have heard something," Barbie said. "But my mind was occupied with other things." - Может, я что-то и слышал, но голова была занята другим.
Like the airplane. Самолетом "Сенекой-V".
And the pulp-truck. И лесовозом.
The dead people out on Route 117. И погибшими людьми на шоссе номер 117.
Part of the remarkably low human toll. Частью на удивление малых человеческих потерь.
"They kept bouncing off... and then, at forty-seven thousand plus, just zippity-zoom, up up and away. - Они отскакивали, а потом, на высоте сорока семи тысяч футов или чуть выше, ракета пролетела по заданной траектории.
Between you and me, I'm surprised we didn't lose any of those fighter-jocks." Пусть это останется между нами, но я удивлен, что мы не потеряли ни одного истребителя.
"Have you actually overflown it yet?" - Над Куполом кто-нибудь пролетел?
"Less than two hours ago. - Не прошло и двух часов.
Mission successful." Задание успешно выполнено.
"Who did it, Colonel?" "We don't know." - Но кто сделал этот Купол, полковник?
"Was it us? Это наша работа?
Is this an experiment that went wrong? Какой-нибудь неудачный эксперимент?
Or, God help us, some kind of test? Или, да поможет нам Бог, испытание чего-то?
You owe me the truth. Вы должны сказать мне правду.
You owe this town the truth. Вы должны сказать правду этому городу.
These people are goddam terrified." Люди просто в ужасе.
"Understood. - Понимаю.
But it wasn't us." Но сделали Купол не мы.
"Would you know if it was?" - А вы бы знали, если бы сделал кто-то из наших?
Cox hesitated. Кокс замялся.
When he next spoke, his voice was lower. А когда заговорил, понизил голос:
"We have good sources in my department. - В моем департаменте очень хорошие источники информации.
When they fart in the NSA, we hear it. Когда в Агентстве национальной безопасности пернут, мы это слышим.
The same is true about Group Nine at Langley and a couple of other little deals you never heard of." То же самое можно сказать о ЦРУ и паре других контор, о которых ты понятия не имеешь.
It was possible that Cox was telling the truth. Возможно, Кокс говорил правду.
And it was possible he wasn't. Возможно, и нет.
He was a creature of his calling, after all; if he had been drawing sentry duty out here in the chilly autumn dark with the rest of the pogeybait Marines, Cox too would have been standing with his back turned. В конце концов, он выполнял свой долг. Если бы ему пришлось в эту холодную осеннюю ночь нести вахту с морпехами, Кокс тоже стоял бы к Барби спиной.
He wouldn't have liked it, but orders were orders. Полковнику бы такое не нравилось, но приказ есть приказ.
"Any chance it's some sort of natural phenomenon?" Barbie asked. - Есть шанс, что это природный феномен? -спросил Барби.
"One that conforms exactly to the man-made borders of a whole town? - В точности повторяющий проведенную человеком границу целого города?
Every nook and fucking cranny? С мельчайшими подробностями?
What do you think?" Как ты сам думаешь?
"I had to ask. - Я не мог не спросить.
Is it permeable? Купол проницаемый?
Do you know?" Вы знаете?
"Water goes through," Cox said. - Вода через него просачивается.
"A little, anyway." Пусть и чуть-чуть.
"How is that possible?" - Как такое возможно?
Although he'd seen for himself the weird way water behaved; both he and Gendron had seen it. - Впрочем, Барби и сам видел странное поведение воды при соприкосновении с барьером. На пару с Гендроном.
"We don't know, how could we?" - Мы не знаем, да и откуда?
Cox sounded exasperated. - В голосе Кокса послышалось раздражение.
"We've been working on this less than twelve hours. - Мы занимаемся этим меньше двенадцати часов.
People here are slapping themselves on the back just for figuring out how high it goes. Здесь все хлопали друг друга по спине, когда хотя бы появилась ясность с высотой Купола.
We may figure it out, but for now we just don't know." Возможно, нам удастся со всем этим разобраться, но пока мы ничего не знаем.
"Air?" - Воздух?
"Air goes through to a greater degree. - Воздух проходит в большей степени.
We've set up a monitoring station where your town borders on... mmm..." Faintly, Barbie heard paper rustle. "Harlow. Мы установили станцию мониторинга там, где город граничит... ммм... - до Барби донеслось шуршание бумаги, - с Харлоу.
They've done what they call 'puff tests.' Проведены так называемые "ветровые испытания".
I guess that must measure outgoing air pressure against what bounces back. Как я понимаю, гнали воздух на барьер, а потом измеряли количество отброшенного назад.
Anyway, air goes through, and a lot more freely than water does, but the scientists say still not completely. Короче, воздух проходит, и с большей легкостью, чем вода, но ученые говорят, что не полностью.
This is going to severely fuck up your weather, pal, but nobody can say how much or how bad. Это сильно повлияет на вашу погоду, дружище, но никто не может сказать, насколько повлияет и будет ли от того хуже.
Hell, maybe it'll turn Chester's Mill into Palm Springs." Черт, может, в итоге Честерс-Милл превратится в Палм-Спрингс.
He laughed, rather feebly. - Он рассмеялся, но невесело.
"Particulates?" - Частицы?
Barbie thought he knew the answer to that one. - Барби тут же подумал, что ответ на этот вопрос он и так знает.
"Nope," Cox said. - Нет.
"Particulate matter doesn't go through. Твердые частицы барьер не пропускает.
At least we don't think so. And you want to be aware that works both ways. Причем с обеих сторон. Во всяком случае, мы так думаем.
If particulate matter doesn't get in, it won't get out. Частицы не могут попасть внутрь и не могут попасть наружу.
That means auto emissions-" Это означает, что автомобильные выхлопы...
"Nobody's got that far to drive. - А нам далеко ехать некуда.
Chester's Mill is maybe four miles across at its widest. В самой широкой части ширина Честерс-Милла, наверное, четыре мили.
Along a diagonal-" He looked at Julia. А по диагонали... - Он посмотрел на Джулию.
"Seven, tops," she said. - Максимум семь, - ответила она.
Cox said, "We don't think oil-heat pollutants are going to be a big deal, either. - Мы не думаем, что твердые частицы, образующиеся при сгорании углеводородов, окажутся для вас серьезной проблемой.
I'm sure everybody in town has a nice expensive oil furnace-in Saudi Arabia they have bumper stickers on their cars these days saying I Heart New England-but modern oil furnaces need electricity to provide a constant spark. Я уверен, у всех в городе дорогие котлы, работающие на печном топливе - в Саудовской Аравии наклейки на бамперах автомобилей нынче гласят: "Я люблю Новую Англию", - но для современных котлов необходимо, чтобы электричество поддерживало постоянную искру.
Your oil reserves are probably good, considering the home-heating season hasn't started yet, but we don't think it's going to be very useful to you. Запасы печного топлива у вас, вероятно, приличные, учитывая, что отопительный сезон еще не начался, но мы не думаем, что вы сможете ими воспользоваться.
In the long run, that may be a good thing, from the pollution standpoint." В долгосрочной перспективе это, наверное, и хорошо, с точки зрения загрязнения окружающей среды.
"You think so? - Вы так думаете?
Come on up here when it's thirty below zero and the wind's blowing at-" He stopped for a moment. Приезжайте сюда, когда температура упадет до минус тридцати, и еще при ветре... - Барби задумался.
"Will the wind blow?" - Ветер у нас дуть будет?
"We don't know," Cox said. - Мы не знаем.
"Ask me tomorrow and I may at least have a theory." Спроси меня об этом завтра, и, возможно, я поделюсь с тобой хотя бы гипотезой.
"We can burn wood," Julia said. - Мы сможем жечь дерево, - подала голос Джулия.
"Tell him that." - Скажи ему об этом.
"Ms. Shumway says we can burn wood." - Миз Шамуэй говорит: мы сможем жечь дерево.
"People have to be careful about that, Captain Barbara-Barbie. - С этим надо бы осторожнее, капитан Барбара... Барби.
Sure, you've got plenty of wood up there and you don't need electricity to ignite it and keep it going, but wood produces ash. Конечно, дерева у вас предостаточно, его можно поджечь безо всякого электричества, и гореть оно будет само по себе. Но при горении дерева образуется пепел.
Hell, it produces carcinogens." Черт, да еще и канцерогены.
"Heating season here starts..." Barbie looked at Julia. - Отопительный сезон здесь начинается... - Барби взглянул на Джулию.
"November fifteenth," she said. - Пятнадцатого ноября, - подсказала она.
"Or thereabouts." - Плюс-минус.
"Ms. Shumway says mid-November. - Миз Шамуэй говорит, что в середине ноября.
So tell me you're going to have this worked out by then." Скажите мне, что к тому времени вы во всем разберетесь.
"All I can say is that we intend to try like hell. - Я могу сказать одно - мы будем стараться изо всех сил.
Which brings me to the point of this conversation. А теперь перейдем к главному.
The smart boys-the ones we've been able to convene so far-all agree that we're dealing with a force field-" "Just like on Star Trick, " Barbie said. "Beam me up, Snotty." "Beg your pardon?" "Doesn't matter. Go on, sir." Умные люди - те, с кем мы сумели связаться -сошлись на том, что мы имеем дело с силовым полем.
"They all agree that a force field doesn't just happen. Все согласились, что силовое поле просто так не появляется.
Something either close to the field of effect or in the center of it has to generate it. Что-то рядом с ним или внутри его должно это поле генерировать.
Our guys think the center is most likely. Наши парни думают, что генератор, вероятнее всего, находится внутри.
' Like the handle of an umbrella,' one of them said." "Как ручка зонтика", - сказал один из них.
"You think this is an inside job?" - Вы думаете, источник в городе?
"We think it's a possibility. - Мы думаем, что такое возможно.
And we just happen to have a decorated soldier in town-" И так уж вышло, что под Куполом оказался солдат-орденоносец...
Ex-soldier, Barbie thought. Бывший солдат , подумал Барби.
And the decorations went into the Gulf of Mexico eighteen months ago. И все ордена уже восемнадцать месяцев лежат на дне Мексиканского залива.
But he had an idea his term of service had just been extended, like it or not. Но он понимал, что срок его службы продлился, нравится ему это или нет.
Held over by popular demand, as the saying went. Как говорится, по настоятельным просьбам общественности.
"-whose specialty in Iraq was hunting down Al Qaeda bomb factories. - ...который в Ираке занимался поиском фабрик "Аль-Каиды" по изготовлению бомб.
Hunting them down and shutting them down." Отыскивал их и уничтожал.
So. Вот так.
Basically just another gennie. А теперь нужно найти генератор.
He thought of all those he and Julia Shumway had passed on the way out here, roaring away in the dark, providing heat and light. Он подумал обо всех других генераторах, мимо которых они с Джулией проехали этим вечером, ревущих в темноте, вырабатывающих свет и тепло.
Eating propane to do it. Пожирающих пропан.
He realized that propane and storage batteries, even more than food, had become the new gold standard in Chester's Mill. Он осознал, что пропан и аккумуляторы, даже в большей степени, чем еда, стали золотым стандартом Честерс-Милла.
One thing he knew: people would burn wood. И еще - люди будут жечь дерево.
If it got cold and the propane was gone, they'd burn plenty. Если станет холодно, а пропан закончится, станут жечь его в большом количестве.
Hardwood, softwood, trashwood. Твердую древесину, мягкую, хворост.
And fuck the carcinogens. Плюя на канцерогены.
"It won't be like the generators working away in your part of the world tonight," Cox said. - Этот не будет похож на те генераторы, что работают в вашем городе сегодняшним вечером, -продолжал Кокс.
"A thing that could do this... we don't know what it would be like, or who could build such a thing." - Устройство, создающее такое поле... мы не знаем, как оно может выглядеть. Да и кто мог его построить, тоже не знаем.
"But Uncle Sammy wants it," Barbie said. - Но Дядя Сэмми хочет его заполучить.
He was gripping the phone almost tightly enough to crack it. - Барби так сильно сжал мобильник, что едва не раздавил.
"That's actually the priority, isn't it? Sir? - Это приоритет, так, сэр?
Because a thing like that could change the world. Потому что такой генератор может изменить мир.
The people of this town are strictly secondary. А люди в этом городе на заднем плане.
Collateral damage, in fact." Сопутствующие потери.
"Oh, let's not be melodramatic," Cox said. - Давай обойдемся без мелодрамы.
"In this matter our interests coincide. В сложившейся ситуации наши интересы совпадают.
Find the generator, if it's there to be found. Найди генератор, если его можно найти.
Find it the way you found those bomb factories, and then shut it down. Найди так же, как ты находил эти фабрики по изготовлению бомб, а потом отключи его.
Problem solved." И проблема будет разрешена.
"If it's there." - Если он здесь.
"If it's there, roger that. - Да, если он под Куполом.
Will you try?" Ты попытаешься?
"Do I have a choice?" - Разве у меня есть выбор?
"Not that I can see, but I'm career military. - По моему разумению, нет. Но я -профессиональный военный.
For us, free will isn't an option." Для нас вообще нет свободы выбора.
"Ken, this is one fucked-up fire drill." - Кен, это еще одно гребаное пожарное учение.
Cox was slow to reply. Кокс ответил не сразу.
Although there was silence on the line (except for a faint high hum that might mean the proceedings were being recorded), Barbie could almost hear him reflecting. Then he said: И пока он молчал, в трубке слышалось слабое гудение, свидетельствующее о том, что разговор записывается. Барби буквально слышал, как движутся мысли полковника.
"That's true, but you still get all the good shit, you bitch." - Это правда, и все дерьмо опять придется подбирать тебе, сукин ты сын.
Barbie laughed. Барби рассмеялся.
He couldn't help it. Удержаться не смог.
3 3
On the way back, passing the dark shape that was Christ the Holy Redeemer Church, he turned to Julia. По пути назад, когда они проезжали мимо темного силуэта церкви Христа Святого Искупителя, Барби повернулся к Джулии.
In the glow of the dashboard lights, her face looked tired and solemn. В отсвете приборного щитка лицо ее выглядело серьезным и усталым.
"I won't tell you to keep quiet about any of this," he said, "but I think you should hold one thing back." - Я не собираюсь просить вас молчать о чем-либо, но думаю, что об одном лучше никому ничего не говорить.
"The generator that may or may not be in town." - О генераторе, который может быть, а может и не быть в городе.
She took a hand off the wheel, reached back, and stroked Horace's head, as if for comfort and reassurance. - Одной рукой она потянулась к заднему сиденью, потрепала Гораса по голове, словно ища утешения и уверенности.
"Yes." - Да.
"Because if there's a generator spinning the field-creating your Colonel's Dome-then somebody must be running it. - Потому что, если генератор создает это поле, создает Купол вашего полковника, кто-то должен им управлять.
Somebody here." Кто-то в городе.
"Cox didn't say that, but I'm sure it's what he thinks." - Кокс ничего такого не сказал, но думаю, он в этом уверен.
"I'll withhold that. - Я об этом никому не скажу.
And I won't e-mail any pictures." И не буду отправлять фотографии по электронной почте.
"Good." - Хорошо.
"They should run first in the Democrat anyway, dammit." - Все равно прежде они должны появиться в "Демократе", черт побери!
Julia continued stroking the dog. - Джулия продолжала гладить собаку.
People who drove one-handed usually made Barbie nervous, but not tonight. Обычно Барби нервничал, если водитель держал на руле только одну руку, но не в этот вечер.
They had both Little Bitch and 119 to themselves. И по Литл-Битч, и по 119-му они ехали в гордом одиночестве.
"Also, I understand that sometimes the greater good is more important than a great story. - Я также понимаю, что иной раз доброе дело важнее сенсации.
Unlike the New York Times. " В отличие от "Нью-Йорк таймс".
"Zing," Barbie said. - Полностью с вами согласен.
"And if you find the generator, I won't have to spend too many days shopping at Food City. - И если вы найдете генератор, мне не придется слишком часто отовариваться в "Мире еды".
I hate that place." Ненавижу это место.
She looked startled. - На ее лице отразилась тревога.
"Do you think it'll even be open tomorrow?" - Вы думаете, завтра "Мир еды" откроется?
"I'd say yes. - Я считаю, да.
People can be slow to catch up with the new deal when the old deal changes." Люди медленно привыкают к новому порядку, когда старый изменяется.
"I think I better do a little Sunday shopping," she said thoughtfully. - Устрою я себе, пожалуй, воскресный шопинг. -Голос звучал задумчиво.
"When you do, say hello to Rose Twitchell. - Если устроите, передайте привет Роуз Твитчел.
She'll probably have the faithful Anson Wheeler with her." Она скорее всего будет там с верным Энсоном Уилером.
Remembering his earlier advice to Rose, he laughed and said, - Вспомнив свой совет Роуз, Барби рассмеялся.
"Meat, meat, meat." - Мясо, мясо, мясо.
"Beg your pardon?" - Простите?
"If you have a generator at your house-" - Если в вашем доме есть генератор...
"Of course I do, I live over the newspaper. - Разумеется, есть. Я живу над редакцией.
Not a house; a very nice apartment. У меня не дом, а очень хорошая квартира.
The generator was a tax deduction." Генератор дает налоговую скидку.
She said this proudly. - Последнюю фразу она произнесла не без гордости.
"Then buy meat. - Тогда покупайте мясо.
Meat and canned goods, canned goods and meat." Мясо и консервы, консервы и мясо.
She thought about it. Она подумала об этом.
Downtown was just ahead now. Центр города лежал впереди.
There were far fewer lights than usual, but still plenty. Огней по сравнению с обычными вечерами поубавилось, но все равно хватало.
For how long? Barbie wondered. А как долго они еще будут гореть? - спросил себя Барби.
Then Julia asked, "Did your Colonel give you any ideas about how to find this generator?" - Полковник дал вам какие-нибудь идеи по поиску генератора? - осведомилась Джулия.
"Nope," Barbie said. - Нет.
"Finding shit used to be my job. Моя работа и заключалась в поисках такого дерьма.
He knows that." Он это знает.
He paused, then asked: - Барби помолчал.
"Do you think there might be a Geiger counter in town?" - Как думаете, в городе может быть счетчик Гейгера?
"I know there is. - Я знаю, что есть.
In the basement of the Town Hall. В подвале муниципалитета.
Actually the subbasement, I guess you'd say. Точнее, под подвалом.
There's a fallout shelter there." Там атомное бомбоубежище.
"You're shittin me!" She laughed. - Вы вешаете мне лапшу на уши!
"No shit, Sherlock. - Никакой лапши, Шерлок.
I did a feature story on it three years ago. Тремя годами раньше я писала об этом статью.
Pete Freeman took the pictures. Пит Фримен фотографировал.
In the basement there's a big conference room and a little kitchen. В подвале находился большой зал заседаний и крошечная кухня.
The shelter's half a flight of stairs down from the kitchen. Из кухни лестница ведет в убежище.
Pretty good-sized. Довольно-таки вместительное.
It was built in the fifties, when the smart money was on us blowing ourselves to hell." Его построили в пятидесятых, когда мы тратили деньги, готовясь к тому, чтобы отправиться в ад.
"On the Beach," Barbie said. - "На берегу", - вставил Барби.
"Yep, see you that and raise you Alas, Babylon. - Да, и "Горе тебе, Вавилон".
It's a pretty depressing place. Место это наводит тоску.
Pete's pictures reminded me of the F?hrerbunker, just before the end. Фотографии Пита напомнили мне бункер фюрера перед самым концом войны.
There's a kind of pantry-shelves and shelves of canned goods-and half a dozen cots. Там кладовая - полки и полки, заставленные банками консервов, и полдесятка коек.
Also some equipment supplied by the government. А также кое-какое оборудование, предоставленное федеральным правительством.
Including a Geiger counter." В том числе и счетчик Гейгера.
"The canned stuff must be extremely tasty after fifty years." - После пятидесяти лет хранения у консервов особо отменный вкус.
"Actually, they rotate in new goods every so often. - Консервы постоянно заменяются на новые. И очень часто.
There's even a small generator that went in after nine-eleven. Check the Town Report and you'll see an appropriation item for the shelter every four years or so. Проверьте городские финансовые отчеты, и вы увидите, что каждые четыре года какие-то деньги идут на замену консервов.
Used to be three hundred dollars. Раньше хватало трехсот долларов.
Now it's six hundred. Теперь - шестьсот.
You've got your Geiger counter." Имеется там и маленький генератор. Его установили после одиннадцатого сентября. В общем, считайте, что счетчик Гейгера у вас есть.
She shifted her eyes to him briefly. - Она коротко глянула на Барби.
"Of course, James Rennie sees all things Town Hall, from the attic to the fallout shelter, as his personal property, so he'll want to know why you want it." - Разумеется, Джеймс Ренни считает здание муниципалитета, от чердака до атомного убежища со всем его содержимым, своей личной собственностью, поэтому захочет знать, зачем счетчик вам понадобился.
"Big Jim Rennie isn't going to know," he said. - Большой Джим Ренни этого не узнает.
She accepted this without comment. Она приняла его слова без комментариев.
"Would you like to come back to the office with me? - Хотите поехать со мной в редакцию?
Watch the President's speech while I start comping the paper? Послушаете речь президента, пока я стану верстать газету.
It'll be a quick and dirty job, I can tell you that. Могу сразу сказать, работа будет на скорую руку.
One story, half a dozen pictures for local consumption, no Burpee's Autumn Sales Days circular." Одна статья, полдюжины фотографий для местного потребления, никакой рекламы осенних распродаж в "Универмаге Берпи".
Barbie considered it. Барби задумался над этим предложением.
He was going to be busy tomorrow, not just cooking but asking questions. Завтрашний день ожидался трудным. Предстояло не только готовить пищу, но и задавать вопросы.
Starting the old job all over again, in the old way. Приниматься за прежнюю работу и, возможно, использовать прежние методы.
On the other hand, if he went back to his place over the drugstore, would he be able to sleep? Следовало хорошенько отдохнуть. Но он все равно вряд ли уснет, вернувшись в свою квартирку над аптечным магазином.
"Okay. - Хорошо.
And I probably shouldn't be telling you this, but I have excellent office-boy skills. Кстати, я обладаю всеми необходимыми навыками офисного работника.
I also make a mean cup of coffee." А еще могу сварить крепкий кофе.
"Mister, you are on." - Мистер, вы в деле.
She raised her right hand off the wheel and Barbie slapped her five. - Она подняла правую руку, и Барби шлепнул своей ладонью по ее пятерне.
"Can I ask you one more question? - Могу я задать еще один вопрос?
Strictly not for publication?" Не для печати?
"Sure," he said. - Конечно.
"This sci-fi generator. - Этот фантастический генератор.
Do you think you'll find it?" Вы его найдете?
Barbie thought it over as she pulled in beside the storefront that housed the Democrat 's offices. Барби все еще думал, когда она остановилась перед домом, нижний этаж которого занимала редакция "Демократа".
"No," he said at last. - Нет, - наконец ответил он.
"That would be too easy." - Это был бы слишком легкий выход из положения.
She sighed and nodded. Она вздохнула и кивнула.
Then she grasped his fingers. Потом схватила его руку.
"Would it help, do you think, if I prayed for your success?" - Как думаете, если я помолюсь за ваш успех, это поможет?
"Couldn't hurt," Barbie said. - Точно не повредит.
4 4
There were only two churches in Chester's Mill on Dome Day; both purveyed the Protestant brand of goods (although in very different ways). В День Купола в Честерс-Милле функционировали только две церкви, и обе предоставляли услуги под протестантским брендом (хотя общего у них было куда меньше, чем различий).
Catholics went to Our Lady of Serene Waters in Motton, and the town's dozen or so Jews attended Congregation Beth Shalom in Castle Rock when they felt in need of spiritual consolation. Католики ездили в церковь Девы Марии Безмятежных Вод в Моттоне, а десяток евреев, если ощущали необходимость в духовном утешении, - в синагогу Бет Шалом в Касл-Роке.
Once there had been a Unitarian church, but it had died of neglect in the late eighties. Когда-то в Милле работала и унитарианская церковь, но в конце восьмидесятых она приказала долго жить из-за отсутствия прихожан.
Everyone agreed it had been sort of hippydippy, anyway. Все сходились на том, что ее отличало очень уж хипповое отношение к духовным проблемам.
The building now housed Mill New & Used Books. Теперь это здание занимал магазин "Новые и подержанные книги".
Both Chester's Mill pastors were what Big Jim Rennie liked to call "kneebound" that night, but their modes of address, states of mind, and expectations were very different. Оба пастора Честерс-Милла в тот вечер преклонили колени (Большому Джиму Ренни очень нравилось слово "коленопреклоненные"), но способом обращения к Г осподу, настроением и ожиданиями они отличались, как небо и земля.
The Reverend Piper Libby, who ministered to her flock from the pulpit of the First Congregational Church, no longer believed in God, although this was a fact she had not shared with her congregants. Преподобная Пайпер Либби, которая обращалась к своей пастве с кафедры Первой Конгрегациональной церкви, больше не верила в Бога, хотя и не делилась этим фактом с прихожанами.
Lester Coggins, on the other hand, believed to the point of martyrdom or madness (both words for the same thing, perhaps). Лестер Коггинс, с другой стороны, верил как мученик или безумец (возможно, эти два слова означали одно и то же).
The Rev. Libby, still wearing her Saturday grubs-and still pretty enough, even at forty-five, to look good in them-knelt in front of the altar in almost total darkness (the Congo had no generator), with Clover, her German shepherd, lying behind her with his nose on his paws and his eyes at half-mast. Преподобная Либби, все еще достаточно красивая, чтобы в свои сорок пять выглядеть привлекательной, преклонила колени перед алтарем в почти кромешной тьме (генератором церковь Конго не обзавелась), а Кловер, ее немецкая овчарка, лежал позади нее, уткнувшись носом в лапы и прикрыв глаза.
"Hello, Not-There," Piper said. - Привет, Которого-нет.
Not-There was her private name for God just lately. - В последнее время она именно так называла Бога, оставаясь с ним наедине.
Earlier in the fall it had been The Great Maybe. В начале осени звала его Великий-наверное.
During the summer, it had been The Omnipotent Could-Be. Летом - Всемогущий-возможно.
She'd liked that one; it had a certain ring. Последнее имя ей особенно нравилось. Звучало красиво.
"You know the situation I've been in-You should, I've bent Your ear about it enough-but that's not what I'm here to talk about tonight. - Тебе известна ситуация, в которую я попала. Ты должен знать, я достаточно часто обсуждала ее с Тобой, - но сегодня я хочу поговорить не об этом.
Which is probably a relief to You." И Ты, наверное, этому рад.
She sighed. - Она вздохнула.
"We're in a mess here, my Friend. - У нас катастрофа, мой Друг.
I hope You understand it, because I sure don't. Надеюсь, Ты понимаешь, что произошло, потому что я, к сожалению, нет.
But we both know this place is going to be full of people tomorrow, looking for heavenly disaster assistance." Но мы оба знаем, что завтра это место заполнится людьми, которые в час беды обратятся за содействием к Небесам.
It was quiet inside the church, and quiet outside. Тишина царила как в церкви, так и за ее стенами.
"Too quiet," as they said in the old movies. "Слишком тихо", как говорили в старых фильмах.
Had she ever heard The Mill this quiet on a Saturday night? Случалось ли на памяти Либби, чтобы Милл так затихал субботним вечером?
There was no traffic, and the bass thump of whatever weekend band happened to be playing at Dipper's (always advertised as being DIRECT FROM BOSTON!) was absent. Ни шума транспорта, ни грохота барабанов одной из рок-групп, которые по субботам играли в "Дипперсе" (на афише обязательно указывалось "ПРЯМИКОМ ИЗ БОСТОНА").
"I'm not going to ask that You show me Your will, because I'm no longer convinced You actually have a will. - Я не собираюсь просить Тебя показать Твою волю, нет во мне больше убежденности, что у Тебя действительно есть воля.
But on the off chance that You are there after all-always a possibility, I'm more than happy to admit that-please help me to say something helpful. Но если каким-то чудом Ты все-таки здесь есть -такая вероятность существует, я с радостью это признаю, - пожалуйста, помоги мне сказать людям что-то нужное.
Hope not in heaven, but right here on earth. Дать им надежду не на Небесах, а прямо тут, на Земле.
Because..." She was not surprised to find that she had started to cry. Потому что... - Либби не удивилась, обнаружив, что уже плачет.
She bawled so often now, although always in private. Теперь она часто плакала, но всегда в уединении.
New Englanders strongly disapproved of public tears from ministers and politicians. Когда дело касалось священников и политиков, слезы на публике жители Новой Англии не одобряли.
Clover, sensing her distress, whined. Кловер, чувствуя ее печаль, заскулил.
Piper told him to hush, then turned back to the altar. Пайпер повернулась к нему, велела лежать тихо, вновь обратила лицо к алтарю.
She often thought of the cross there as the religious version of the Chevrolet Bowtie, a logo that had come into being for no other reason than because some guy saw it on the wallpaper of a Paris hotel room a hundred years ago and liked it. Она полагала, что распятие - религиозная разновидность галстука-бабочки, логотипа "Шевроле". Какой-то человек увидел это изображение на обоях одного парижского отеля и воспользовался им. Настолько такой рисунок ему понравился.
If you saw such symbols as divine, you were probably a lunatic. И если кто-то воспринимает подобные символы как божественные, значит, у него не в порядке с головой.
Nevertheless, she persevered. Тем не менее она продолжила:
"Because, as I'm sure You know, Earth is what we have. - Потому что, я уверена, Ты знаешь, Земля - это все, что у нас есть.
What we're sure of. I want to help my people. Я хочу помочь моим людям, тут двух мнений быть не может.
That's my job, and I still want to do it. Это моя работа, и я по-прежнему хочу ее выполнять.
Assuming You're there, and that You care-shaky assumptions, I admit-then please help me. Предполагая, что Ты есть и что Тебе небезразлично - признаю, предположения шаткие, - прошу, пожалуйста, помоги мне.
Amen." Аминь.
She stood up. Она поднялась.
She had no flashlight, but anticipated no trouble finding her way outside with unbarked shins. Фонарь с собой не брала, но предполагала, что сумеет выйти наружу без синяков на голенях.
She knew this place step for step and obstacle for obstacle. В своей церкви она знала каждый пятачок.
Loved it, too. Любила эту церковь.
She didn't fool herself about either her lack of faith or her stubborn love of the idea itself. И не питала иллюзий ни относительно глубины своей веры, ни относительно своей любви к самой религиозной идее.
"Come on, Clove," she said. - Пошли, Клов.
"President in half an hour. Через полчаса выступит президент.
The other Great Not-There. Еще один великий Которого-нет.
We can listen on the car radio." Мы сможем послушать его по радио в машине.
Clover followed placidly, untroubled by questions of faith. Кловер послушно последовал за ней. Вопросы веры его не занимали.
5 5
Out on Little Bitch Road (always referred to as Number Three by Holy Redeemer worshippers), a far more dynamic scene was taking place, and under bright electric lights. Чуть в стороне от Литл-Битч-роуд (прихожане церкви Христа Святого Искупителя называли ее исключительно дорогой номер три), под ярким электрическим светом, происходило куда более динамичное действо.
Lester Coggins's house of worship possessed a generator new enough for the shipping tags still to be pasted on its bright orange side. Храму Лестера Коггинса принадлежал новенький генератор, с его ярко-оранжевого корпуса еще не соскребли транспортные наклейки.
It had its own shed, also painted orange, next to the storage barn behind the church. Стоял он позади церкви, в отдельном сарае, тоже выкрашенном оранжевой краской, рядом со складом.
Lester was a man of fifty so well maintained-by genetics as well as his own strenuous efforts to take care of the temple of his body-that he looked no more than thirty-five (judicious applications of Just For Men helped in this regard). Пятидесятилетний Коггинс выглядел так хорошо -сказались и генетика, и немалые усилия по поддержанию храма собственного тела (помогало и разумное использование различных средств "Только для мужчин"), - что едва ли кто дал бы ему больше тридцати пяти.
He wore nothing tonight but a pair of gym shorts with ORAL ROBERTS GOLDEN EAGLES printed on the right leg, and almost every muscle on his body stood out. В этот вечер одежда его состояла из спортивных шортов с надписью "ЗОЛОТЫЕ ОРЛЫ ОРАЛА РОБЕРТСА" на правой штанине, оставляя открытыми практически все бугрящиеся мышцы торса.
During services (of which there were five each week), Lester prayed in an ecstatic televangelist tremolo, turning the Big Fellow's name into something that sounded as if it could have come from an overamped wah-wah pedal: not God but GUH-UH-UH-ODD! Во время служб (по пять еженедельно) Лестер молился в экзальтированной манере телепроповедников, и имя Г оспода нашего разносилось по церкви, словно из динамиков усилителя: не Бог, а БО-О-О-О-ОГ!
In his private prayers, he sometimes fell into these same cadences without realizing it. В личных молитвах он иногда переходил на те же модуляции, сам того не замечая.
But when he was deeply troubled, when he really needed to take counsel with the God of Moses and Abraham, He who traveled as a pillar of smoke by day and a pillar of fire by night, Lester held up his end of the conversation in a deep growl that made him sound like a dog on the verge of attacking an intruder. Когда же его что-то сильно тревожило, когда он действительно нуждался в совете Бога Моисея и Авраама, Того, кто днем путешествовал в столбе дыма, а ночью - в столбе огня, Лестер не говорил, а рычал. И слова, которые слетали с его губ, очень уж напоминали те звуки, что издает сторожевой пес, готовый броситься на незваного гостя.
He wasn't aware of this because there was no one in his life to hear him pray. Он об этом даже не подозревал, потому что не было в жизни Лестера человека, который мог бы услышать его молитвы.
Piper Libby was a widow who had lost her husband and both young sons in an accident three years before; Lester Coggins was a lifelong bachelor who as an adolescent had suffered nightmares of masturbating and looking up to see Mary Magdalene standing in his bedroom doorway. Лестер Коггинс все взрослые годы прожил холостяком, вспоминая юность, в которой ему снились кошмары, мастурбировал и видел Марию Магдалину, стоящую на пороге его спальни.
The church was almost as new as the generator, and constructed of expensive red maple. Церковь, почти такую же новенькую, как генератор, построили из дорогого красного клена.
It was also plain to the point of starkness. В интерьере дизайнер стремился к предельной простоте.
Behind Lester's bare back stretched a triple rank of pews beneath a beamed ceiling. За голой спиной Лестера стояли ряды скамей, по три в каждом. Над головой нависали балки потолка.
Ahead of him was the pulpit: nothing but a lectern with a Bible on it and a large redwood cross hanging on a drape of royal purple. Перед собой он видел стоявший на возвышении аналой, на котором лежала Библия, и большой крест из красного дерева, подвешенный на фоне пурпурной материи.
The choir loft was above and to the right, with musical instruments-including the Stratocaster Lester himself sometimes played-clustered at one end. Хоры находились выше и справа, в углу лежали музыкальные инструменты, включая и гитару "Стратокастер", на которой Лестер иногда играл сам.
"God hear my prayer," Lester said in his growly I'm-really-praying voice. - Бог, услышь мою молитву! - произнес Лестер рычащим, я-действительно-молюсь голосом.
In one hand he held a heavy length of rope that had been knotted twelve times, one knot for each disciple. В руке он держал тяжелую веревку с двенадцатью узлами. По одному на каждого апостола.
The ninth knot-the one signifying Judas-had been painted black. Девятый узел, символизирующий Иуду, Лестер закрасил черным.
"God hear my prayer, I ask it in the name of the crucified and risen Jesus." - Бог, услышь мою молитву, я прошу Тебя именем распятого и воскресшего Иисуса!
He began to whip himself across the back with the rope, first over the left shoulder and then over the right, his arm rising and flexing smoothly. И он начал бичевать себя веревкой, сначала через левое плечо, потом через правое, рука его плавно поднималась и сгибалась.
His not inconsiderable biceps and delts began to pop a sweat. На его внушительных бицепсах выступил пот.
When it struck his already well-scarred skin, the knotted rope made a carpet-beater sound. При контакте с покрытой шрамами кожей завязанная узлами веревка издавала такие же звуки, что и выбивалка для ковров.
He had done this many times before, but never with such force. Он проделывал все это десятки раз, но никогда - с такой силой.
"God hear my prayer! - Бог, услышь мою молитву !
God hear my prayer! Бог, услышь мою молитву!
God hear my prayer! Бог, услышь мою молитву!
God hear my prayer!" Бог , услышь мою молитву!
Whack and whack and whack and whack. Удар, и удар, и удар, и удар.
The sting like fire, like nettles. Обжигало, как огнем, как крапивой.
Sinking in along the turnpikes and byroads of his miserable human nerves. Падало на большаки и проселки его несчастных нервов.
Both terrible and terribly satisfying. Вызывало жуткую боль и приносило немыслимое наслаждение.
"Lord, we have sinned in this town, and I am chief among sinners. - Г осподи, мы грешили в этом городе, и я главный среди грешников.
I listened to Jim Rennie and believed his lies. Я слушал Джима Ренни и верил его лжи.
Yea, I believed, and here is the price, and it is now as it was of old. Да, я верил, и вот она, цена, теперь ее приходится платить, как платили и прежде.
It's not just the one that pays for the sin of one, but the many. И не один платит за грех одного, а многие.
You are slow to anger, but when it comes, Your anger is like the storms that sweep a field of wheat, laying low not just one stalk or a score but every one. Ты не торопишься во гневе, но, когда приходит время, гнев Твой - буря, которая приминает пшеничное поле так, что ни один колосок больше не может подняться.
I have sowed the wind and reaped the whirlwind, not just for one but for many." Я посеял ветер и теперь жну бурю, не для одного, а для многих.
There were other sins and other sinners in The Mill-he knew that, he was not na?ve, they swore and danced and sexed and took drugs he knew far too much about-and they no doubt deserved to be punished, to be scourged, but that was true of every town, surely, and this was the only one that had been singled out for this terrible act of God. В Милле были другие грехи и грешники. Он это знал, потому что наивностью не отличался. Те грешники ругались грязными словами, и танцевали, и прелюбодействовали, и принимали наркотики, для него все это не составляло тайны. И они, несомненно, заслуживали наказания, заслуживали кары . И такое он мог сказать о любом городе, безусловно, но Бог обратил свой гнев именно на этот, на Честерс-Милл.
And yet... and yet... was it possible that this strange curse was not because of his sin? И однако... и однако... возможно ли, что такая необычная кара вызвана не его грехом?
Yes. Да.
Possible. Возможно.
Although not likely. Хотя и маловероятно.
"Lord, I need to know what to do. - Господи, я должен знать, что мне делать.
I'm at the crossroads. Я на распутье.
If it's Your will that I should stand in this pulpit tomorrow morning and confess to what that man talked me into-the sins we participated in together, the sins I have participated in alone-then I will do so. Если Ты велишь, чтобы завтра утром я поднялся на это возвышение и признался во всем, на что уговорил меня сей человек - в грехах, которые лежат на нас двоих, грехах, которые лежат на мне одном, - я это сделаю.
But that would mean the end of my ministry, and it's hard for me to believe that's Your will at such a crucial time. Но сие будет означать, что я больше не смогу оставаться священником, и мне не верится, что такой будет воля Твоя в столь критический момент.
If it's Your will that I should wait... wait and see what happens next... wait and pray with my flock that this burden should be lifted... then I'll do that. Если же Ты велишь мне подождать... подождать и посмотреть, что произойдет... подождать и помолиться с моей паствой, чтобы эту кару с нас сняли... я так и поступлю.
Your will be done, Lord. Твоя воля будет исполнена, Господь.
Now and always." Теперь и всегда.
He paused in his scourging (he could feel warm and comforting trickles running down his bare back; several of the rope knots had begun to turn red) and turned his tearstained face up toward the beamed roof. Он приостановил бичевание (чувствовал, как теплые и успокаивающие струйки текли по голой спине, некоторые из узлов покраснели) и поднял напряженное, влажное от слез лицо к потолочным балкам.
"Because these folks need me, Lord. - Потому что эти люди нуждаются во мне, Господь.
You know they do, now more than ever. Ты знаешь, что нуждаются, и теперь больше, чем когда-либо.
So... if it's Your will that this cup should be removed from my lips... please give me a sign." Поэтому... если Ты велишь мне уйти... пожалуйста, дай мне знак.
He waited. Он ждал.
And behold, the Lord God said unto Lester Coggins, И, узрите, Господь заговорил в голове Лестера Коггинса:
"I will shew you a sign. "Я дам тебе знак.
Goest thou to thy Bible, even as you did as a child after those nasty dreams of yours." Иди к Библии своей, как ты делал юношей после этих мерзких снов".
"This minute," Lester said. - Сию минуту, - ответил Лестер.
"This second. " - Сию секунду.
He hung the knotted rope around his neck, where it printed a blood horseshoe on his chest and shoulders, then mounted to the pulpit with more blood trickling down the hollow of his spine and dampening the elastic waistband of his shorts. Он повесил веревку на шею, и она отпечаталась кровавой подковой на груди и плечах. Поднялся на возвышение. Кровь стекала по впадине позвоночника и марала эластичный пояс шортов.
He stood at the pulpit as if to preach (although never in his worst nightmares had he dreamed of preaching in such scant garb), closed the Bible lying open there, then shut his eyes. Он встал к аналою, словно собрался читать проповедь (хотя даже в самом жутком кошмаре не мог представить себе, что проповедует в таком наряде), закрыл Библию, которая лежала открытой, зажмурился.
"Lord, Thy will be done-I ask in the name of Your Son, crucified in shame and risen in glory." - Господь, воля Твоя будет исполнена - я прошу во имя Твоего Сына, распятого в позоре и воскресшего в величии.
And the Lord said, И сказал Господь:
"Open My Book, and see what you see." "Открой Книгу Мою и посмотри, что ты увидишь".
Lester did as instructed (taking care not to open the big Bible too close to the middle-this was an Old Testament job if ever there had been one). Лестер все исполнил (только постарался не залезть за середину большой книги - чувствовал, что цитата ему понадобится из Ветхого Завета).
He plunged his finger down to the unseen page, then opened his eyes and bent to look. С закрытыми глазами повел пальцем по странице, потом открыл глаза и наклонился, чтобы посмотреть.
It was the second chapter of Deuteronomy, the twenty-eighth verse. Попал на двадцать восьмую главу Второзакония, на двадцать восьмой стих.
He read: "The Lord shalt smite thee with madness and blindness and astonishment of the heart." "Поразит тебя Господь сумасшествием, слепотою и оцепенением сердца".
Astonishment of the heart was probably good, but on the whole this wasn't encouraging. "Оцепенение сердца" вроде бы хорошо, но в целом цитата не вдохновляла.
Or clear. И не вносила ясности.
Then the Lord spake again, saying: Господь заговорил вновь:
"Don't stop there, Lester." "Не останавливайся на этом, Лестер".
He read the twenty-ninth verse. Он начал читать двадцать девятый стих.
"And thou shalt grope at noonday-" "И ты будешь ощупью ходить в полдень..."
"Yes, Lord, yes," he breathed, and read on. - Да, Господь, да, - прошептал Коггинс и продолжил чтение.
"-as the blind gropeth in darkness, and thou shalt not prosper in thy ways: and thou shalt be only oppressed and spoiled evermore, and no man shall save thee." "...как слепой ощупью ходит впотьмах, и не будешь ты иметь успеха в путях твоих, и будут теснить и обижать тебя всякий день, и никто не защитит тебя".
"Will I be struck blind?" - Меня поразит слепота?!
Lester asked, his growly prayer-voice rising slightly. - Рычащий молитвенный голос Лестера чуть поднялся.
"Oh God, please don't do that-although, if it is Thy will-" - Бог, пожалуйста, не делай этого... хотя, если такова Твоя воля...
The Lord spake unto him again, saying, И в который раз в нем заговорил Господь:
"Did you get up on the stupid side of the bed today, Lester?" "Лестер, ты забыл голову в кровати, когда встал сегодня утром?"
His eyes flew wide. Его глаза широко раскрылись.
God's voice, but one of his mother's favorite sayings. A true miracle. Голос Бога, но при том одно из любимых выражений его матери, истинное чудо!
"No, Lord, no." - Нет, Господь, нет.
"Then look again. "Тогда посмотри снова.
What am I shewing you?" Что Я тебе показываю?"
"It's something about madness. - Что-то о безумии.
Or blindness." Или о слепоте.
"Which of the two dost thou thinkest most likely?" "И что из этих двух представляется тебе более вероятным?"
Lester scored the verses. Лестер перечитал оба стиха.
The only word repeated was blind. Повторялось только слепота .
"Is that... Lord, is that my sign?" - Это... Господь, это Твой знак?
The Lord answered, saying, И Господь ответил:
"Yea, verily, but not thine own blindness; for now thine eyes see more clearly. "Да, именно так, но не твоя слепота, ибо теперь глаза твои станут зорче.
Lookest thou for the blinded one who has gone mad. И высматривать тебе надо слепого, который сошел с ума.
When you see him, you must tell your congregation what Rennie has been up to out here, and your part in it. Когда увидишь его, ты расскажешь своей пастве, что творил Ренни и о своей роли в этом.
You both must tell. Вам обоим придется сказать.
We'll talk about this more, but for now, Lester, go to bed. Мы еще поговорим об этом, а сейчас, Лестер, иди спать.
You're dripping on the floor." С тебя капает на пол".
Lester did, but first he cleaned up the little splatters of blood on the hardwood behind the pulpit. Лестер пошел, но сначала счистил капли крови с паркетного пола за кафедрой.
He did it on his knees. Сделал это, стоя на коленях.
He didn't pray as he worked, but he meditated on the verses. Не молился при том, но размышлял над сказанным Господом.
He felt much better. Ему заметно полегчало.
For the time being, he would speak only generally of the sins which might have brought this unknown barrier down between The Mill and the outside world; but he would look for the sign. Пока он будет вести речь только о грехах, которые могли привести к появлению неведомого барьера между Миллом и внешним миром; но при этом будет искать знак Божий.
For a blind man or woman who had gone crazy, yea, verily. Сумасшедшего слепого мужчину или женщину. Да, именно так.
6 6
Brenda Perkins listened to WCIK because her husband liked it (had liked it), but she would never have set foot inside the Holy Redeemer Church. Бренда Перкинс слушала ХНВ, потому что ее мужу нравились передачи этой радиостанции (раньше нравились), но сама она никогда не переступала порог церкви Святого Искупителя.
She was Congo to the core, and she made sure her husband went with her. Бренда признавала только Конго и позаботилась о том, чтобы муж ходил туда вместе с ней.
Had made sure. Раньше ходил.
Howie would only be in the Congo church once more. Would lie there, unknowing, while Piper Libby preached his eulogy. Теперь же Гови предстояло побывать в церкви Конго только один раз, чтобы лежать там, не зная об этом, пока Пайпер Либби будет произносить надгробное слово.
This realization-so stark and immutable-struck home. Осознание, абсолютное и бесповоротное, взяло за душу.
For the first time since she'd gotten the news, Brenda let loose and wailed. Впервые с того момента, как ей сообщили ужасную весть, Бренда дала себе волю и разрыдалась.
Perhaps because now she could. Возможно, потому, что могла себе это позволить.
Now she was alone. Теперь осталась одна.
On the television, the President-looking solemn and frighteningly old-was saying, В телевизоре президент - выглядевший серьезным и пугающе старым - говорит:
"My fellow Americans, you want answers. - Мои дорогие американцы, вы хотите знать ответы.
And I pledge to give them to you as soon as I have them. И я обязательно сообщу их вам, как только смогу.
There will be no secrecy on this issue. В этом никакой секретности не будет.
My window on events will be your window. Об этих событиях вы узнаете все, что узнаю я.
That is my solemn promise-" В этом я даю вам торжественное обещание...
"Yeah, and you've got a bridge you want to sell me," Brenda said, and that made her cry harder, because it was one of Howie's faves. - Да, и у тебя есть мост, который ты хочешь мне продать, - бросила Бренда и от этих слов заплакала сильнее, потому что повторила одну из любимых присказок Гови.
She snapped off the TV, then dropped the remote on the floor. Она выключила телевизор, потом выронила пульт дистанционного управления на пол.
She felt like stepping on it and breaking it but didn't, mostly because she could see Howie shaking his head and telling her not to be silly. Ей хотелось наступить на него и растоптать, но Бренда этого не сделала прежде всего потому, что буквально увидела, как Гови покачивает головой и говорит ей, что нельзя вести себя так глупо.
She went into his little study instead, wanting to touch him somehow while his presence here was still fresh. Вместо этого Бренда пошла в маленький кабинет, чтобы побыть там, где еще ощущалось присутствие Гови.
Needing to touch him. Она чувствовала потребность прикоснуться к нему.
Out back, their generator purred. Во дворе урчал генератор.
Fat n happy, Howie would have said. Толстый и счастливый , как сказал бы Гови.
She'd hated the expense of that thing when Howie ordered it after nine-eleven (Just to be on the safe side, he'd told her), but now she regretted every sniping word she'd said about it. Ее бесила стоимость этого агрегата, который Г ови заказал после 11 сентября (На всякий случай , объяснил он ей), но теперь она сожалела обо всех колкостях, сказанных о генераторе.
Missing him in the dark would have been even more terrible, more lonely. Без него ей пришлось бы скорбеть о Гови в темноте, что еще ужаснее, куда как более одиноко.
His desk was bare except for his laptop, which was standing open. Стол пустовал, если не считать ноутбука, который стоял с поднятой крышкой.
His screen saver was a picture from a long-ago Little League game. Экранной заставкой служила фотография давнишней игры Малой лиги.
Both Howie and Chip, then eleven or twelve, were wearing the green jerseys of the Sanders Hometown Drug Monarchs; the picture had been taken the year Howie and Rusty Everett had taken the Sanders team to the state finals. Г ови и Чип, тогда одиннадцати- или двенадцатилетний, в зеленых свитерах "Монархов" "Аптечного городского магазина Сандерса". Гови с сыном сфотографировались в тот год, когда Г ови и Расти Эверетт вывели "Монархов" в финал первенства штата.
Chip had his arms around his father and Brenda had her arms around both of them. Чип обнимал отца, а Бренда - их обоих.
A good day. Хороший день.
But fragile. Но хрупкий.
As fragile as a crystal goblet. Хрупкий, как хрустальный бокал.
Who knew such things at the time, when it still might be possible to hold on a little? She hadn't been able to get hold of Chip yet, and the thought of that call-supposing she could make it-undid her completely. Ей еще не удалось связаться с Чипом, и мысль об этом звонке - при условии, что ей удастся его сделать - полностью выбила Бренду из колеи.
Sobbing, she got down on her knees beside her husband's desk. Рыдая, она упала на колени рядом с письменным столом мужа.
She didn't fold her hands but put them together palm to palm, as she had as a child, kneeling in flannel pajamas beside her bed and reciting the mantra of God bless Mom, God bless Dad, God bless my goldfish who doesn't have a name yet. Не сцепила руки, а свела их ладонями, как в детстве, когда уже в пижаме вставала на колени у кровати и повторяла мантру: Боже, благослови мамочку, Боже, благослови папочку, Боже, благослови мою золотую рыбку, у которой еще нет имени .
"God, this is Brenda. - Господи, это Бренда.
I don't want him back... well, I do, but I know You can't do that. Я не хочу вернуть его... нет, я хочу, но знаю, что Ты не можешь этого сделать.
Only give me the strength to bear this, okay? Только дай мне силы вынести все это, хорошо?
And I wonder if maybe... I don't know if this is blasphemy or not, probably it is, but I wonder if You could let him talk to me one more time. И я думаю, если, возможно... не знаю, богохульство это или нет, вероятно, да, но я спрашиваю, а не сможешь ли Ты позволить ему еще раз поговорить со мной.
Maybe let him touch me one more time, like he did this morning." Может, позволишь еще раз прикоснуться ко мне, как он сделал сегодняшним утром.
At the thought of it-his fingers on her skin in the sunshine-she cried even harder. - От этого воспоминания - его пальцы на ее коже под солнечным светом - она зарыдала еще сильнее.
"I know You don't deal in ghosts-except of course for the Holy one-but maybe in a dream? - Я знаю, Ты не имеешь дел с призраками - кроме, разумеется, Святого Духа, - но, может, во сне?
I know it's a lot to ask, but... oh God, there's such a hole in me tonight. Я знаю, что прошу очень уж многого, но... ох, Господи, этим вечером во мне такая огромная дыра.
I didn't know there could be such holes in a person, and I'm afraid I'll fall in. Я не знаю, как в человеке могут образовываться такие дыры, но боюсь провалиться в нее.
If You do this for me, I'll do something for You. Если Ты сделаешь это для меня, я что-нибудь сделаю для Тебя.
All You have to do is ask. Все, что Тебе надо, так это попросить.
Please, God, just a touch. Пожалуйста, Господи. Одно прикосновение.
Or a word. Или слово.
Even if it's in a dream." Пусть даже во сне.
She took a deep, wet breath. - Она глубоко, со всхлипом, вздохнула.
"Thank you. - Спасибо Тебе.
Thy will be done, of course. Такова, разумеется, Твоя воля.
Whether I like it or not." Нравится мне это или нет.
She laughed weakly. - Бренда невесело рассмеялась.
"Amen." - Аминь.
She opened her eyes and got up, holding the desk for support. Открыла глаза и встала, опираясь о стол.
One hand nudged the computer, and the screen brightened at once. Рука задела компьютер, и экран тут же осветился.
He was always forgetting to turn it off, but at least he kept it plugged in so the battery wouldn't run down. Гови всегда забывал выключать компьютер, но оставлял его включенным в сеть, чтобы аккумулятор не разряжался.
And he kept his electronic desktop far neater than she did; hers was always cluttered with downloads and electronic sticky-notes. И рабочий стол держал в большем порядке, чем она; у нее этот стол всегда был покрыт загруженными файлами и электронными заметками.
On Howie's desktop, always just three files stacked neatly below the hard-disc icon: CURRENT, where he kept reports of ongoing investigations; COURT, where he kept a list of who (including himself) was down to testify, and where, and why. На рабочем столе Гови, под иконкой жесткого диска, аккуратно, одно под другим, высвечивались названия трех основных папок: "ТЕКУЩЕЕ", где он держал материалы о проводящихся расследованиях; "СУД" - список судебных процессов с указанием, кто (включая и его самого), где и когда должен давать показания; и "МОРИН-ДОМ".
The third file was MORIN ST. MANSE, where he kept everything having to do with the house. В третьей папке содержалась вся информация, имеющая отношение к дому.
It occurred to her that if she opened that one she might find something about the generator, and she needed to know about that so she could keep it running as long as possible. Бренда подумала, что, открыв папку, она узнала бы все необходимое о генераторе с тем, чтобы обеспечить его максимально продолжительную работу.
Henry Morrison from the PD would probably be happy to change the current propane canister, but what if there were no spares? Генри Моррисон из полицейского участка с радостью заменил бы баллон с пропаном, если бы этот подошел к концу, но были ли в доме запасные баллоны?
If that were the case, she should buy more at Burpee's or the Gas & Grocery before they were all gone. Если нет, ей следовало прикупить их в "Универмаге Берпи" или в "Бензине и бакалее", пока не расхватали другие.
She put her fingertip on the mousepad, then paused. There was a fourth file on the screen, lurking way down in the lefthand corner. Она коснулась пальцем сенсорной панели, замерла, обнаружив на рабочем столе четвертую папку, в нижнем левом углу.
She had never seen it before. Раньше она ее не видела.
Brenda tried to remember the last time she'd happened to look at the desktop of this computer, and couldn't. Бренда попыталась вспомнить, когда в последний раз смотрела на рабочий стол этого ноутбука, но не смогла.
VADER, the filename read. "ВЕЙДЕР" - так называлась папка.
Well, there was only one person in town Howie referred to as Vader, as in Darth: Big Jim Rennie. Вейдером - но не Дартом - Гови называл только одного человека: Большого Джима Ренни.
Curious, she moved the cursor to the file and double-clicked it, wondering if it was password protected. Из любопытства она подвела курсор к иконке и дважды кликнула, гадая: а защищена ли папка паролем?
It was. Как выяснилось, пароль ей потребовался.
She tried WILDCATS, which opened his CURRENT file (he hadn't bothered to protect COURT), and it worked. Не мудрствуя, она набрала "Дикие коты", тот самый пароль, что открывал папку "ТЕКУЩЕЕ" (папку "СУД" Гови паролем не защищал), и это сработало.
In the file were two documents. В папке оказались два документа.
One was labeled ONGOING INVESTIGATION. Один назывался "ВЕДУЩЕЕСЯ РАССЛЕДОВАНИЕ".
The other was a PDF doc titled LETTER FROM SMAG. Второй, в формате "ПДФ", - "ПИСЬМО ОТ ГПШМ".
In Howie-speak, that stood for State of Maine Attorney General. На языке Гови эта аббревиатура означала: "Генеральный прокурор штата Мэн".
She clicked on it. Она открыла письмо.
Brenda scanned the AG's letter with growing amazement as the tears dried on her cheeks. Читала со все возрастающим изумлением и высыхающими на щеках слезами.
The first thing her eye happened on was the salutation: not Dear Chief Perkins but Dear Duke. Прежде всего ей бросилось в глаза обращение: не "Дорогой чиф Перкинс", а "Дорогой Герцог".
Although the letter was couched in lawyer-speak rather than Howie-speak, certain phrases leaped out at her as if in boldface type. И хотя написали письмо на адвокатском языке, а не на языке Гови, некоторые фразы бросались в глаза, словно выделенные жирным шрифтом.
Misappropriation of town goods and services was the first. "Незаконное присвоение принадлежащих городу товаров и услуг" - первая.
Selectman Sanders's involvement seems all but certain was the next. "Участие члена городского правления Сандерса не вызывает сомнений" - вторая.
Then This malfeasance is wider and deeper than we could have imagined three months ago. И наконец: "Эти должностные преступления более обширны и серьезны, чем мы предполагали тремя месяцами ранее".
And near the bottom, seeming not just in boldface but in capital letters: MANUFACTURE AND SALE OF ILLEGAL DRUGS. А в самом конце письма одна фраза показалась ей написанной не только жирным шрифтом, но и прописными буквами: "НЕЛЕГАЛЬНЫЕ ПРОИЗВОДСТВО И ПРОДАЖА НАРКОТИКОВ".
It appeared that her prayer had been answered, and in a completely unexpected way. Получалось, что Бог ответил на ее молитву, хотя и совершенно неожиданным образом.
Brenda sat down in Howie's chair, clicked ONGOING INVESTIGATION in the VADER file, and let her late husband talk to her. Бренда села на стул Г ови, кликнула "ВЕДУЩЕЕСЯ РАССЛЕДОВАНИЕ" в папке "ВЕЙДЕР" и позволила ее умершему мужу говорить с ней.
7 7
The President's speech-long on comfort, short on information-wrapped up at 12:21 AM. Президент закончил речь - максимум успокаивающих слов, минимум информации - в 0.21.
Rusty Everett watched it in the third-floor lounge of the hospital, made a final check of the charts, and went home. Расти Эверетт, который слушал ее в комнате отдыха третьего этажа, в последний раз проверил мониторы и поехал домой.
He had ended days more tired than this during his medical career, but he had never been more disheartened or worried about the future. В его медицинской карьере выпадали более утомительные дни, но никогда ранее он не ощущал такого уныния и тревоги за будущее.
The house was dark. В доме царила темнота.
He and Linda had discussed buying a generator last year (and the year before), because Chester's Mill always lost its power four or five days each winter, and usually a couple of times in the summer as well; Western Maine Power was not the most reliable of service providers. Они с Линдой обсуждали покупку генератора в прошлом году (и годом раньше), потому что каждую зиму Честерс-Милл оставался без электричества на четыре-пять дней, да и летом такое обычно случалось пару раз: "Энергетическая компания Западного Мэна" не относилась к числу самых надежных поставщиков электроэнергии.
The bottom line had been that they just couldn't afford it. И делали вывод, что пока они не могли себе позволить такой покупки.
Perhaps if Lin went full-time with the cops, but neither of them wanted that with the girls still small. Если бы Лин вернулась в полицию на условиях полной занятости... но они этого не хотели, пока девочки не подросли.
At least we've got a good stove and a helluva woodpile. If we need it. По крайней мере у нас есть хорошая печь и достаточно дров, если они нам понадобятся.
There was a flashlight in the glove compartment, but when he turned it on it emitted a weak beam for five seconds and then died. В бардачке лежал фонарик, но, когда Расти его включил, фонарик пять секунд едва светился, а потом погас.
Rusty muttered an obscenity and reminded himself to stock up on batteries tomorrow-later today, now. Расти выругался и напомнил себе завтра... нет, уже сегодня... запастись батарейками.
Assuming the stores were open. При условии, что магазины откроются.
If I can't find my way around here after twelve years, I'm a monkey. Если я не смогу найти дорогу, прожив в доме двенадцать лет, тогда я обезьяна.
Yes, well. Да, конечно.
He felt a little like a monkey tonight-one fresh-caught and slammed into a zoo cage. Этим вечером он в какой-то степени ощущал себя обезьяной - только что пойманной и посаженной в клетку зоопарка.
And he definitely smelled like one. А уж воняло от него точно как от обезьяны.
Maybe a shower before bed- Хорошо бы душ перед сном.
But nope. Тщетные надежды.
No power, no shower. Нет тока - нет душа.
It was a clear night, and although there was no moon, there were a billion stars above the house, and they looked the same as ever. Ночь выдалась ясной, пусть и безлунной, над домом светили миллиарды звезд, и выглядели они как и всегда.
Maybe the barrier didn't exist overhead. Может, поверху барьер отсутствовал, о чем президент ничего не сказал.
The President hadn't spoken to that issue, so perhaps the people in charge of investigating didn't know yet. Возможно, люди, которые исследовали барьер, этого пока не выяснили.
If The Mill were at the bottom of a newly created well instead of caught underneath some weird bell jar, then things might still work out. Если Милл находился не под внезапно образовавшимся колпаком, а его окружала вдруг выросшая стена, тогда все как-то могло образоваться.
The government could airdrop supplies. Правительство наладило бы доставку всего необходимого с воздуха.
Surely if the country could spend hundreds of billions for corporate bailouts, then it could afford to parachute in extra Pop-Tarts and a few lousy generators. Конечно же, если страна смогла потратить сотни миллиардов для спасения корпораций, ей не составит труда сбросить на парашютах коробки с "поп-тартс" и несколько паршивых генераторов.
He mounted the porch steps, taking out his housekey, but when he got to the door, he saw something hanging over the lockplate. Он поднялся на крыльцо, доставая из кармана ключ, когда увидел что-то висящее перед замочной пластиной.
He bent closer, squinting, and smiled. Нагнулся, присмотрелся, и губы разошлись в улыбке.
It was a mini-flashlight. Мини-фонарик.
At Burpee's End of Summer Blowout Sale, Linda had bought six for five bucks. Линда купила шесть штук за пять долларов на "Последней летней чумовой распродаже" в "Универмаге Берпи".
At the time he'd thought it a foolish expenditure, even remembered thinking, Women buy stuff at sales for the same reason men climb mountains-because they're there. Тогда он подумал, что жена напрасно потратила деньги. Еще сделал вывод: Женщины покупают вещи на распродажах по той же причине, что заставляет мужчин лазать по горам: потому что они есть .
A small metal loop stuck out on the bottom of the light. Задняя крышка фонарика заканчивалась металлической петлей.
Threaded through it was a lace from one of his old tennis shoes. A note had been taped to the lace. Через нее был продет шнурок от старой теннисной туфли и к нему приклеена записка.
He took it off and trained the light on it. Расти отлепил ее и направил на текст луч фонарика.
Hello sweet man. Привет, милый.
Hope you're OK. Надеюсь, ты в порядке.
The 2 Js are finally down for the night. Обе Дж. наконец-то улеглись.
Both worried & upset, but finally corked off. Обе волновались, но, в конце концов, угомонились.
I have the duty all day tomorrow & I do mean all day, from 7 to 7, Peter Randolph says (our new Chief-GROAN). Завтра я работаю целый день. В прямом смысле целый день, с 7 до 7, так распорядился Питер Рэндолф (наш новый чиф - КОШМАР).
Marta Edmunds said she'd take the girls, so God bless Marta. Марта Эдмундс говорит, что возьмет девочек, да благословит Бог Марту.
Try not to wake me. (Altho I may not be asleep.) We are in for hard days I fear, but we'll get thru this. Постарайся не разбудить меня. (Хотя, возможно, я не буду спать.) Боюсь, нас ждут трудные дни, но мы прорвемся.
Plenty to eat in pantry, thank God. В кладовой еды достаточно, слава Богу.
Sweetie, I know you're tired, but will you walk Audrey? Милый, я знаю, ты устал, но ты выгуляешь Одри?
She's still doing that weird Whining Thing of hers. Она все еще продолжает скулить.
Is it possible she knew this was coming? Может, она знала, что грядет?
They say dogs can sense earthquakes, so maybe...? Говорят, собаки предчувствуют землетрясения, так что, возможно...
Judy & Jannie say they love their Daddy. Джуди-и-Джанни говорят, что любят своего папочку.
So do I. Я тоже.
We'll find time to talk tomorrow, won't we? Завтра мы найдем время, чтобы поговорить, так?
Talk and take stock. Поговорить и оценить ситуацию.
I'm a little scared. Я немного напугана.
Lin Лин.
He was scared, too, and not crazy about his wife working a twelve tomorrow when he was likely to be working a sixteen or even longer. Он тоже боялся, но ему не нравилось, что его жена завтра будет работать двенадцать часов, тогда как его рабочий день скорее всего затянется часов на шестнадцать, а то и дольше.
Also not crazy about Judy and Janelle spending a whole day with Marta when they were undoubtedly scared, too. И ему не нравилось, что Джуди и Джанель придется целый день находиться у Марты. Он мог не сомневаться в том, что они тоже испуганы.
But the thing he was least crazy about was having to walk their golden retriever at nearly one in the morning. Но чего ему совсем не хотелось, так это выгуливать в час ночи их золотистого ретривера.
He thought it was possible she had sensed the advent of the barrier; he knew that dogs were sensitive to many impending phenomena, not just earthquakes. Он подумал, что собака скорее всего предчувствовала появление барьера; знал, что собаки ощущают приближение различных неординарных явлений, не только землетрясений.
Only if that were the case, what he and Linda called the Whining Thing should have stopped, right? Но в этом случае ей следовало прекратить скулеж, так?
The rest of the dogs in town had been grave-quiet on his way back tonight. Остальные городские собаки нынешним вечером вели себя на удивление спокойно.
No barking, no howling. Ни одна не лаяла, не выла.
Nor had he heard other reports of dogs doing the Whining Thing. Никто, насколько он слышал, и не скулил.
Maybe she'll be asleep on her bed beside the stove, he thought as he unlocked the kitchen door. Может, она будет спать на своей подстилке за печью , подумал Расти, открывая дверь на кухню.
Audrey wasn't asleep. Одри не спала.
She came to him at once, not bounding joyfully as she usually did-You're home! Сразу подошла к нему, но не радостно подпрыгивая, как обычно делала - Ты дома!
You're home! Ты дома!
Oh thank God, you're home!-but sidling, almost slinking, with her tail tucked down over her withers, as if expecting a blow (which she had never received) instead of a pat on the head. Слава Богу, ты дома! - а прижимаясь к полу, чуть ли не ползком, зажав хвост между задними лапами, словно ожидала, что ее ударят (чего никогда не бывало), вместо того чтобы погладить по голове.
And yes, she was once more doing the Whining Thing. И да, она снова скулила.
It had actually been going on since before the barrier. Собственно, началось это задолго до появления барьера.
She'd stop for a couple of weeks, and Rusty would begin to hope it was over, and then it would start again, sometimes soft, sometimes loud. На пару недель прекратилось, и Расти уже начал думать, что все в прошлом, но она заскулила вновь, иногда тихо, случалось, что и громко.
Tonight it was loud-or maybe it only seemed that way in the dark kitchen where the digital readouts on the stove and the microwave were out and the usual light Linda left on for him over the sink was dark. Этой ночью скулила громко - а может, ему это только казалось на темной кухне, где не светились ни электронные часы на плите и микроволновке, ни лампочка над раковиной, которую Линда всегда оставляла включенной.
"Stop it, girl," he said. - Прекрати, девочка, - обратился он к собаке.
"You'll wake the house." - Ты перебудишь весь дом.
But Audrey wouldn't. Но Одри не прекратила.
She butted her head softly against his knee and looked up at him in the bright, narrow beam of light he held in his right hand. Мягко ткнулась головой в его колено и посмотрела на него в ярком узком луче фонаря, который он держал в правой руке.
He would have sworn that was a pleading look. Расти мог поклясться, что в глазах собаки читалась мольба.
"All right," he said. - Хорошо.
"All right, all right. Walkies." Идем гулять.
Her leash dangled from a peg beside the pantry door. Ее поводок свешивался с гвоздя у двери в кладовую.
As he went to get it (dropping the light around his neck to hang by the shoelace as he did), she skittered in front of him, more like a cat than a dog. Когда он направился к двери, чтобы снять его (повесив фонарик на шею, спасибо большой петле из шнурка), Одри скользнула перед ним, скорее как кошка, чем собака.
If not for the flashlight, she might have tripped him up. That would have finished this whore of a day in grand fashion. Если бы не свет фонарика, он мог бы споткнуться об нее и упасть, достойно завершив этот и без того паршивый день.
"Just a minute, just a minute, hold on." - Минуту, одну минутку, подожди.
But she barked at him and backed away. Но Одри гавкнула и попятилась от него.
"Hush! - Тихо!
Audrey, hush!" Одри, тихо!
Instead of hushing she barked again, the sound shockingly loud in the sleeping house. Вместо того чтобы затихнуть, она гавкнула вновь, в спящем доме лай прозвучал очень уж громко.
He jerked in surprise. Расти от неожиданности даже вздрогнул.
Audrey darted forward and seized the leg of his pants in her teeth and began to back toward the hall, trying to pull him along. А Одри подскочила к нему, зубами ухватила за штанину и попятилась к коридору, стараясь тащить его за собой.
Now intrigued, Rusty allowed himself to be led. Заинтригованный, Расти ей это позволил.
When she saw he was coming, Audry let go and ran to the stairs. Убедившись, что он идет следом, Одри отпустила штанину и побежала к лестнице.
She went up two, looked back, and barked again. Поднялась на две ступеньки, оглянулась, снова гавкнула.
A light went on upstairs, in their bedroom. Наверху вспыхнул свет, в их спальне.
"Rusty?" - Расти?
It was Lin, her voice muzzy. - Лин. Заспанным голосом.
"Yeah, it's me," he called, keeping it as low as he could. - Да, это я, - отозвался он как можно тише.
"Actually it's Audrey." - Точнее, это Одри.
He followed the dog up the stairs. Он последовал за собакой вверх по лестнице.
Instead of taking them at her usual all-out lope, Audrey kept pausing to look back. Вместо того чтобы, как обычно, взбежать по ней, Одри постоянно оглядывалась.
To dog-people, their animals' expressions are often perfectly readable, and what Rusty was seeing now was anxiety. Для собачников всегда понятно, что выражают морды их любимцев, и Расти видел озабоченность.
Audrey's ears were laid flat, her tail still tucked. Уши Одри лежали на голове, хвост оставался между лапами.
If this was the Whining Thing, it had been raised to a new level. Если это имело отношение к скулежу, то в поведении собаки появилось что-то новое.
Rusty suddenly wondered if there was a prowler in the house. Расти вдруг подумал: а нет ли в доме постороннего?
The kitchen door had been locked, Lin was usually good about locking all the doors when she was alone with the girls, but- Дверь на кухню он нашел запертой, Лин обычно запирала и проверяла все двери, когда оставалась одна с девочками, но...
Linda came to the head of the stairs, belting a white terry-cloth robe. Линда вышла на верхнюю лестничную площадку, завязывая пояс белого махрового халата.
Audrey saw her and barked again. Увидев ее, Одри снова гавкнула.
A get-out-of-my-way bark. Уйди, мол, с дороги.
"Audi, stop that!" she said, but Audrey ran past her, striking against Lin's right leg hard enough to knock her back against the wall. - Одри, прекрати! - Но собака уже проскакивала мимо нее, толкнув правую ногу Линды так сильно, что та привалилась к стене.
Then the golden ran down the hall toward the girls' room, where all was still quiet. Одри побежала по коридору к комнате девочек, где царили тишина и покой.
Lin fished her own mini-flashlight from a pocket of her robe. Лин выудила мини-фонарик из кармана халата.
"What in the name of heaven-" - Да что с ней?..
"I think you better go back to the bedroom," Rusty said. - Я думаю, тебе лучше вернуться в спальню.
"Like hell I will!" - Еще чего!
She ran down the hall ahead of him, the bright beam of the little light bouncing. - И она побежала по коридору первой, вслед за ярким, подпрыгивающим белым пятном луча.
The girls were seven and five, and had recently entered what Lin called "the feminine privacy phase." Их дочери, семи и пяти лет, недавно вошли в, как это называла Лин, "фазу женской секретности".
Audrey reached their door, rose up, and began scratching on it with her front paws. У двери в их комнату Одри поднялась на задние лапы и начала скрестись передними.
Rusty caught up with Lin just as she opened the door. Расти догнал Лин, когда та открывала дверь.
Audrey bounded in, not even giving Judy's bed a look. Одри влетела в комнату, даже не посмотрев на кровать Джуди.
Their five-year-old was fast asleep, anyway. Их пятилетняя дочка крепко спала.
Janelle wasn't asleep. Джанель не спала.
Nor was she awake. Но и не бодрствовала.
Rusty understood everything the moment the two flashlight beams converged on her, and cursed himself for not realizing earlier what was happening, what must have been happening since August or maybe even July. Расти понял все в тот момент, когда два луча скрестились на ней, и выругал себя. Ну как же мог не сообразить, что происходит! Все это тянулось с августа, может, даже с июля.
Because the behavior Audrey had been exhibiting-the Whining Thing-was well documented. Отсюда и такое странное поведение Одри - ее скулеж. Расти мог точно сказать, когда все началось.
He just hadn't seen the truth when it was staring him in the face. Он просто не видел того, что лежало на самом видном месте.
Janelle, eyes open but showing only whites, wasn't convulsing-thank God for that-but she was trembling all over. Джанель, в ее открытых глазах виднелись только белки, не билась в судорогах - спасибо Тебе, Господи, за это, - но дрожала всем телом.
She had pushed the covers down with her feet, probably at onset, and in the double flashlight beams he could see a damp patch on her pajama bottoms. Ногами она сбросила одеяло, возможно, в самом начале приступа, и двойной луч высвечивал мокрое пятно на ее пижамных штанах.
Her fingertips wiggled, as if she were loosening up to play the piano. Кончики пальцев поднимались и опускались, словно она разминала руки перед тем, как сыграть на пианино.
Audrey sat by the bed, looking up at her little mistress with rapt attention. Одри села у кровати, пристально глядя на свою маленькую хозяйку.
"What's happening to her?" Linda screamed. - Что с ней происходит?! - закричала Линда.
In the other bed Judy stirred and spoke. На другой кровати зашевелилась Джуди:
"Mumma? - Мамочка?
Is it brefkus? Уже завтак?
Did I miss the bus?" Я опоздала на автобус?
"She's having a seizure," Rusty said. - У нее припадок, - ответил Расти жене.
"Well help her!" - Так помоги ей!
Linda cried. - Линда кричала, не говорила.
"Do something! - Сделай что-нибудь!
Is she dying?" Она умирает?
"No," Rusty said. - Нет.
The part of his brain that remained analytical knew this was almost certainly just petit mal-as the others must have been, or they would have known about this already. - Та часть рассудка Расти, которая сохранила аналитические способности, знала, что это наверняка малый эпилептический припадок - и прежние наверняка были такими же, иначе они бы уже о ее болезни знали.
But it was different when it was one of your own. Но все выглядит в другом свете, когда такое происходит с твоим ребенком.
Judy sat bolt upright in bed, spilling stuffed animals everywhere. Джуди села на кровати, мягкие игрушки разлетелись во все стороны.
Her eyes were wide and terrified, nor was she much comforted when Linda tore the child out of bed and clasped her in her arms. Ее глаза округлились от ужаса, и Линда не очень-то успокоила ее, подняв девочку с кровати и прижав к груди.
"Make her stop! - Заставь ее остановиться!
Make her stop, Rusty!" Заставь ее остановиться, Расти!
If it was petit mal, it would stop on its own. Малые эпилептические припадки прекращались сами по себе.
Please God let it stop on its own, he thought. Пожалуйста, Господи, пусть это прекратится само!
He placed his palms on the sides of Jan's trembling, thrumming head and tried to rotate it upward, wanting to make sure her airway remained clear. Он мягко сжал дергающуюся голову Джан руками и попытался повернуть ее назад, чтобы гарантировать, что ее дыхательные пути не перекроются.
At first he wasn't able to-the goddam foam pillow was fighting him. Поначалу не получилось - мешала эта чертова подушка с пенным наполнителем.
He tossed it on the floor. Расти сбросил ее на пол.
It struck Audrey on the way down, but she didn't so much as flinch, only maintained her rapt gaze. По пути она стукнула Одри, собака дернулась, но по-прежнему пристально смотрела на девочку.
Rusty was now able to cock Jannie's head back a little, and he could hear her breathing. Теперь Расти смог чуть закинуть назад голову Джанни и прислушался к ее дыханию.
It wasn't rapid; there was no harsh tearing for oxygen, either. Не быстрое и не резкое, свидетельствующее о нехватке кислорода.
"Mommy, what's the matter with Jan-Jan?" - Мамочка, что с Джан-Джан?
Judy asked, beginning to cry. - По щекам Джуди покатились слезки.
"Is she mad? - Она сошла с ума?
Is she sick?" Она заболела?
"Not mad and only a little sick," Rusty was astounded at how calm he sounded. - Не сошла с ума и только немного заболела. -Расти удивился спокойствию своего голоса.
"Why don't you let Mommy take you down to our-" - Почему бы мамочке не отнести тебя в нашу...
"No!" they cried together, in perfect two-part harmony. - Нет! - воскликнули обе синхронно.
"Okay," he said, "but you have to be quiet. Don't scare her when she wakes up, because she's apt to be scared already. - Хорошо, - не стал спорить он, - но вы не должны шуметь, чтобы не испугать ее, когда Джан проснется. Она и так достаточно напугана.
"A little scared," he amended. Немного напугана, - тут же поправился Расти.
"Audi, good girl. - Одри - хорошая девочка.
That's a very very good girl." Очень хорошая девочка.
Such compliments usually sent Audrey into paroxysms of joy, but not tonight. Такие комплименты обычно безмерно радовали Одри, но не в эту ночь.
She didn't even wag her tail. Она даже не завиляла хвостом.
Then, suddenly, the golden gave a small woof and lay down, dropping her muzzle onto one paw. А потом неожиданно золотистый ретривер коротко гавкнул и улегся, положив морду на одну лапу.
Seconds later, Jan's trembling ceased and her eyes closed. Буквально через несколько секунд Джан перестала дрожать и закрыла глаза.
"I'll be damned," Rusty said. - Будь я проклят! - прошептал Расти.
"What?" - Что?
Linda was now sitting on the edge of Judy's bed with Judy on her lap. - Линда присела на кровать Джуди с малышкой на руках.
"What?" - Что?
"It's over," Rusty said. - Все закончилось.
But it wasn't. Но не закончилось.
Not quite. Во всяком случае, не совсем.
When Jannie opened her eyes again, they were back where they belonged, but they weren't seeing him. Когда Джанни открыла глаза, зрачки вернулись на положенное место, но девочка Расти не видела.
"The Great Pumpkin!" Janelle cried. - Это Большая Тыква! - воскликнула Джанель.
"It's the Great Pumpkin's fault! - Во всем виноват Большая Тыква.
You have to stop the Great Pumpkin!" Ты должен остановить Большую Тыкву.
Rusty gave her a gentle shake. Расти мягко тряхнул ее:
"You were having a dream, Jannie. - Тебе снился сон, Джанни.
A bad one, I guess. Как я понимаю, дурной сон.
But it's over and you're all right." Но все закончилось, и теперь все хорошо.
For a moment she still wasn't completely there, although her eyes shifted and he knew she was seeing and hearing him now. Еще мгновение она не понимала, где находится, но потом глаза ее сместились, и ему стало ясно, что теперь Джан его видит и слышит.
"Stop Halloween, Daddy! - Останови Хэллоуин, папочка!
You have to stop Halloween!" Ты должен остановить Хэллоуин!
"Okay, honey, I will. - Конечно, сладенькая, я остановлю.
Halloween's off. Хэллоуин отменяется.
Completely." Полностью.
She blinked, then raised one hand to brush her clumped and sweaty hair off her forehead. Она моргнула, потом подняла руку, чтобы убрать со лба слипшиеся, мокрые от пота волосы.
"What? - Что?
Why? Почему?
I was going to be Princess Leia! Я собиралась быть принцессой Леей!
Does everything have to go wrong with my life?" Ну почему в моей жизни все не так?
She began to cry. - Она начала плакать.
Linda came over-Judy scurrying behind and holding onto the skirt of her mother's robe-and took Janelle in her arms. Подошла Линда - за ней Джуди, держась за материнский халат, - и обняла Джанель.
"You can still be Princess Leia, honeylove, I promise." - Ты сможешь быть принцессой Леей, солнышко, я обещаю.
Jan was looking at her parents with puzzlement, suspicion, and growing fright. Джан смотрела на родителей с недоумением, подозрительностью, испугом.
"What are you doing in here? - Что вы здесь делаете?
And why is she up?" Pointing to Judy. И почему она не спит? - указала на Джуди.
"You peed in your bed," Judy said smugly, and when Jan realized-realized and started to cry harder-Rusty felt like smacking Judy a good one. - Ты описалась в кровати, - самодовольно ответила Джуди, и когда Джан поняла, что так и есть, заплакала еще сильнее. Расти очень захотелось отшлепать Джуди.
He usually felt like a pretty enlightened parent (especially compared to those he sometimes saw creeping into the Health Center with their arm-broke or eye-blackened children), but not tonight. Обычно у него таких желаний не возникало, и он считал, что этим выгодно отличался от родителей, которые иногда приводили в Центр здоровья детей со сломанной рукой или подбитым глазом, -но не сегодня.
"It doesn't matter," Rusty said, hugging Jan close. - Это не важно. - Расти прижал девочку к себе.
"It wasn't your fault. - Твоей вины тут нет.
You had a little problem, but it's over now." Тебе нездоровилось, но теперь все прошло.
"Does she have to go to the hospital?" Linda asked. - Ей надо ехать в больницу? - спросила Линда.
"Only to the Health Center, and not tonight. - Только в Центр здоровья, и не ночью.
Tomorrow morning. I'll get her fixed up with the right medicine then." Завтра утром я подберу ей нужное лекарство.
"NO SHOTS!" Jannie screamed, and began to cry harder than ever. - ТОЛЬКО НЕ УКОЛЫ! - закричала Джанни и заплакала еще сильнее.
Rusty loved the sound of it. Расти нравился ее плач.
It was a healthy sound. Здоровый звук.
Strong. Сильный.
"No shots, sweetheart. - Никаких уколов, сладенькая.
Pills." Таблетки.
"Are you sure?" Lin asked. - Ты уверен? - спросила Лин.
Rusty looked at their dog, now lying peacefully with her snout on her paw, oblivious of all the drama. Расти посмотрел на собаку, которая спокойно лежала, положив морду на одну лапу и не обращая внимания на разыгрывающуюся драму.
"Audrey 's sure," he said. - Одри уверена.
"But she ought to sleep in here with the girls for tonight." Но сегодня она должна спать здесь, с девочками.
"Yay!" Judy cried. - Ура!
She fell to her knees and hugged Audi extravagantly. - Джуди упала на колени, обхватила ручонками шею ретривера.
Rusty put an arm around his wife. Расти обнял жену.
She laid her head on his shoulder as if too weary to hold it up any longer. Она положила голову ему на плечо, словно больше не могла удерживать на весу.
"Why now?" she asked. - Почему сейчас? - спросила она.
"Why now?" - Почему именно сейчас ?
"I don't know. - Не знаю.
Just be grateful it was only petit mal." Будем благодарны Богу, что случился лишь малый припадок.
On that score, his prayer had been answered. В этом его молитву услышали.
MADNESS, BLINDNESS, ASTONISHMENT OF THE HEART Сумасшествие, безумие и оцепенение сердца
1 1
Scarecrow Joe wasn't up early; he was up late. Пугало Джо не встал рано; он допоздна бодрствовал.
All night, in fact. Точнее, всю ночь не ложился.
This would be Joseph McClatchey, age thirteen, also known as King of the Geeks and Skeletor, residing at 19 Mill Street. Джозеф Макклэтчи, тринадцати лет от роду, также известный под прозвищами Король гиков и Скелет, проживал в доме 19 по Фабричной улице.
Standing six-two and weighing one-fifty, he was indeed skeletal. При росте шесть футов два дюйма и весе сто пятьдесят фунтов он действительно выглядел как скелет.
And he was a bona fide brain. И отличался блестящим умом.
Joe remained in the eighth grade only because his parents were adamantly opposed to the practice of "skipping forward." Джо учился в восьмом классе только по одной причине: его родители считали, что незачем ребенку "перемахивать через ступеньки".
Joe didn't mind. Джо не возражал.
His friends (he had a surprising number for a scrawny thirteen-year-old genius) were there. Его друзья (для костлявого тринадцатилетнего гения друзей у него было на удивление много) учились вместе с ним.
Also, the work was a tit and there were plenty of computers to goof with; in Maine, every middle school kid got one. Особых усилий учеба не требовала, а компьютеров вокруг хватало. В Мэне они были практически у всех учеников средней школы.
Some of the better websites were blocked, of course, but it hadn't taken Joe long to conquer such minor annoyances. Некоторые из самых интересных сайтов, разумеется, блокировались, но у Джо не уходило много времени на устранение этих мелких препятствий.
He was happy to share the information with his homies, two of whom were those dauntless board-benders Norrie Calvert and Benny Drake. (Benny particularly enjoyed surfing the Blondes in White Panties site during his daily library period.) This sharing no doubt explained some of Joe's popularity, but not all; kids just thought he was cool. И он с радостью делился полученной информацией с лучшими друзьями, в том числе с бесстрашными скейтерами Норри Кэлверт и Бенни Дрейком (Бенни особенно нравилось бродить по сайту "Блондинки в белых трусиках" в часы, отведенные на самостоятельные занятия). Щедрость в дележе информацией отчасти объясняла популярность Джо, но не полностью: подростки просто находили его клевым.
The bumper sticker plastered on his backpack probably came closest to explaining why. Наклейка на его школьном рюкзаке, возможно, служила более верным объяснением.
It read FIGHT THE POWERS THAT BE. Она гласила "БОРИСЬ С ВЛАСТЬЮ".
Joe was a straight-A student, a dependable and sometimes brilliant basketball center on the middle school team (varsity as a seventh-grader!), and a foxy-good soccer player. Учился Джо только на пятерки, надежно, а иногда блестяще играл на месте центрового в сборной школы по баскетболу (для семиклассника -удивительное достижение), не терялся и на футбольном поле.
He could tickle the piano keys, and two years previous had won second prize in the annual Town Christmas Talent Competition with a hilariously laid-back dance routine to Gretchen Wilson's Умел тренькать на пианино, а двумя годами раньше выиграл второй приз на ежегодном городском рождественском конкурсе талантов, исполнив уморительно смешной танец под песню Гретхен Уилсон
"Redneck Woman." "Деревенская женщина".
It had the adults in attendance applauding and screaming with laughter. Взрослые аплодировали и визжали от смеха.
Lissa Jamieson, the town's head librarian, said he could make a living doing that if he wanted to, but growing up to be Napoleon Dynamite was not Joe's ambition. Лисса Джеймисон, главный городской библиотекарь, сказала, что этим он мог бы зарабатывать на жизнь, если б хотел, но превращение в Наполеона Динамита не входило в планы Джо.
"The fix was in," Sam McClatchey had said, gloomily fingering his son's second-place medal. - Все подстроено, - мрачно заявил Сэм Макклэтчи, вертя в руках полученную сыном медаль за второе место.
It was probably true; the winner that year had been Dougie Twitchell, who happened to be the Third Select-man's brother. И скорее всего говорил правду; первое место тогда занял Дуги Твитчел, брат третьего члена городского управления.
Twitch had juggled half a dozen Indian clubs while singing "Moon River." Твитч жонглировал шестью булавами, исполняя при этом "Лунную реку".
Joe didn't care if the fix was in or not. Джо не волновало - подстроено что-то или нет.
He had lost interest in dancing the way he lost interest in most things once he had to some degree mastered them. К танцам он интерес потерял, как терял ко многим занятиям, которые более-менее осваивал.
Even his love of basketball, which as a fifth-grader he had assumed to be eternal, was fading. Даже его любовь к баскетболу - в пятом классе он считал ее вечной - начала увядать.
Only his passion for the Internet, that electronic galaxy of endless possibilities, did not seem to pall for him. Не отпускала только страсть к Интернету, электронной галактике бесконечных возможностей.
His ambition, unexpressed even to his parents, was to become President of the United States. Он мечтал, не посвящая в это даже родителей, стать президентом Соединенных Штатов.
Maybe, he sometimes thought, I'll do the Napoleon Dynamite thing at my inaugural. Возможно , иногда думал Джо, я исполню что-нибудь эдакое из "Наполеона Динамита" на моей инаугурации.
That shit would be on YouTube for eternity. Этот вздор останется на "ю-тьюб" до скончания веков .
Joe spent the entire first night the Dome was in place on the Internet. Всю первую ночь после водворения Купола Джо провел в Интернете.
The McClatchey s had no generator, but Joe's laptop was juiced and ready to go. Генератора в доме Макклэтчи не было, но полностью заряженная аккумуляторная батарея позволяла не обращать на это никакого внимания.
Also, he had half a dozen spare batteries. Кроме того, он располагал пятью запасными аккумуляторами.
He had urged the other seven or eight kids in his informal computer club to also keep spares on hand, and he knew where there were more if they were needed. Ранее Джо убедил семь или восемь членов неформального компьютерного клуба также держать под рукой запасные аккумуляторы, и он знал, где взять заряженную батарею, если б возникла такая необходимость.
They might not be; the school had a kick-ass generator, and he thought he could recharge there with no trouble. Но чужие аккумуляторы могли ему и не понадобиться. В школе стоял офигенный генератор, и Джо полагал, что сможет без проблем зарядить севшую аккумуляторную батарею.
Even if Mill Middle went into lockdown, Mr. Allnut, the janitor, would no doubt hook him up; Mr. Allnut was also a fan of blondesinwhitepanties.com. Мистер Оллнат, уборщик, конечно же, позволил бы ему подключить ее к генератору. Мистеру Оллнату тоже нравился сайт "Блондинки в белых трусиках".
Not to mention country music downloads, which Scarecrow Joe saw he got for free. Не говоря уже о музыке кантри, которую стараниями Пугала Джо он мог скачивать бесплатно.
Joe all but wore out his Wi-Fi connection that first night, going from blog to blog with the jitter-jive agility of a toad hopping on hot rocks. В первую ночь появления Купола Джон сильно напряг беспроводную связь, переходя от блога к блогу с проворностью лягушки, прыгающей по горячим камням.
Each blog was more dire than the last. Каждый блог выглядел страшнее предыдущего.
The facts were thin, the conspiracy theories lush. При минимуме фактов теории заговора расцветали пышным цветом.
Joe agreed with his dad and mom, who called the weirder conspiracy theorists who lived on (and for) the Internet "the tinfoil-hat folks," but he was also a believer in the idea that, if you were seeing a lot of horseshit, there had to be a pony in the vicinity. Джо соглашался с родителями, которые говорили про самых заумных теоретиков заговора, живших в Интернете, что те носят "шапочки из фольги", но он верил и в другое: если видишь кучу лошадиного дерьма, значит, где-то рядом есть и пони.
As Dome Day became Day Two, all the blogs were suggesting the same thing: the pony in this case was not terrorists, invaders from space, or Great Cthulhu, but the good old military-industrial complex. Когда День Купола плавно перетек в день второй, все блогеры пришли к одной мысли: пони в данном конкретном случае не террористы, не пришельцы из космоса, не Великий Ктулху, но старый добрый военно-промышленный комплекс.
The specifics varied from site to site, but three basic theories ran through all of them. Подробности варьировались от сайта к сайту, но три основополагающие версии присутствовали на каждом.
One was that the Dome was some sort of heartless experiment, with the people of Chester's Mill serving as guinea pigs. Первая - Купол возник в результате безжалостного эксперимента, в котором жителям Честерс-Милла была уготована роль подопытных кроликов.
Another was that it was an experiment that had gone wrong and out of control ("Exactly like in that movie The Mist, " one blogger wrote). Вторая - что-то случилось, и эксперимент вышел из-под контроля ("Как в фильме "Мгла"", -написал один из блогеров).
A third was that it wasn't an experiment at all, but a coldly created pretext to justify war with America's stated enemies. Третья - это вовсе не эксперимент, а хладнокровно созданный предлог для оправдания войны с врагами Америки.
"And WE'LL WIN!" ToldjaSo87 wrote. "И МЫ ПОБЕДИМ! - писал пользователь яЖЕговорил87.
"Because with this new weapon, WHO CAN STAND AGAINST US? - Поскольку это новое оружие, КТО СМОЖЕТ УСТОЯТЬ ПРОТИВ НАС?
My friends, WE HAVE BECOME THE NEW ENGLAND PATRIOTS OF NATIONS!!!!" Друзья мои, МЫ СТАЛИ НОВОАНГЛИЙСКИМИ ПАТРИОТАМИ ВСЕХ НАЦИЙ!!!"
Joe didn't know which if any of these theories was the truth. Джо не знал, соответствует ли действительности хоть одна из предлагаемых версий.
He didn't really care. По большому счету его это не волновало.
What he cared about was the expressed common denominator, which was the government. Что волновало, так явно выраженный общий знаменатель - в данном случае Государство.
It was time for a demonstration, which he of course would lead. Пришла пора для демонстрации, возглавить которую, естественно, собирался он.
Not in town, either, but out on Route 119, where they could stick it directly to The Man. Не в городе, само собой, а на шоссе номер 119, где они смогли бы противостоять Государству.
It might only be Joe's guys at first, but it would grow. Конечно, поначалу к нему присоединятся только его друзья, но потом число протестующих возрастет.
He had no doubt of that. Джо в этом не сомневался.
The Man was probably still keeping the press corps away, but even at thirteen, Joe was wise enough to know that didn't necessarily matter. Г осударство, возможно, по-прежнему не подпускало прессу к Куполу, но даже в тринадцать лет Джо хватало ума, чтобы понять: этот момент не являлся критическим.
Because there were people inside those uniforms, and thinking brains behind at least some of those expressionless faces. Потому что под военной формой находились люди, и за бесстрастными лицами, по крайней мере некоторыми, - работающие мозги.
The military presence as a whole might constitute The Man, but there would be individuals hiding in the whole, and some of them would be secret bloggers. В целом военные принимали сторону Государства, но целое состояло из индивидуумов, и среди них могли быть тайные блогеры.
They'd get the word out, and some would probably accompany their reports with camera-phone pictures: Joe McClatchey and his friends carrying signs reading END THE SECRECY, STOP THE EXPERIMENT, FREE CHESTER'S MILL, etc., etc. Они обязательно сообщат о происходящем, а кто-то, возможно, снабдит отчеты фотографиями, сделанными с помощью мобильников: Джо Макклэтчи и его друзья с плакатами: "ДОЛОЙ СЕКРЕТНОСТЬ, ОСТАНОВИТЕ ЭКСПЕРИМЕНТ, ОСВОБОДИТЕ ЧЕСТЕРС-МИЛЛ" и т. д. и т. п.
"Need to post signs around town, too," he murmured. - Нужны плакаты и в городе, - пробормотал он.
But that would be no problem. Но и тут не увидел проблемы.
All of his guys had printers. Принтеры были у всех его друзей.
And bikes. И велосипеды.
Scarecrow Joe began sending e-mails by the dawn's early light. Пугало Джо начал рассылать электронные письма с рассветом.
Soon he'd make the rounds on his own bike, and enlist Benny Drake to help him. В самом скором времени он намеревался оседлать велосипед и поехать к Бенни Дрейку, чтобы заручиться его поддержкой.
Maybe Norrie Calvert, too. Может, и к Норри Кэлверт.
Ordinarily the members of Joe's posse were late weekend risers, but Joe thought everyone in town would be up early this morning. Обычно члены команды Джо по уик-эндам просыпались поздно, но он предполагал, что в это утро весь город поднимется рано.
No doubt The Man would shut down the Internet soon, as He had the phones, but for now it was Joe's weapon, the weapon of the people. Несомненно, очень скоро Г осударство отсечет Интернет, как отсекло телефоны, но пока Сеть была оружием Джо, оружием народа.
It was time to fight the power. Пришло время вступить в борьбу с властью.
2 2
"Fellas, raise your hands," Peter Randolph said. - А теперь, парни, поднимите руки.
He was tired and baggy-eyed as he stood in front of his new recruits, but he also felt a certain grim happiness. - Питер Рэндолф стоял перед новыми рекрутами, усталый, с мешками под глазами, но переполненный радостью.
The green Chief’s car was parked in the motor pool parking lot, freshly gassed and ready to go. Травянисто-зеленый патрульный автомобиль чифа дожидался на парковке, заправленный бензином и готовый к выезду.
It was his now. Теперь его автомобиль.
The new recruits-Randolph intended to call them Special Deputies in his formal report to the Selectmen-obediently raised their hands. Новые рекруты - в официальном донесении членам управления Рэндолф намеревался назвать их экстренно назначенными помощниками -послушно подняли руки.
There were actually five of them, and one was not a fella but a stocky young woman named Georgia Roux. She was an unemployed hairdresser and Carter Thibodeau's girlfriend. Перед ним стояли пятеро, но один был не парнем, а крепкого сложения молодой женщиной, безработной парикмахершей и подружкой Картера Тибодо. Звали ее Джорджия Ру.
Junior had suggested to his father that they probably ought to add a female just to keep everybody happy, and Big Jim had concurred at once. Младший предложил разбавить их компанию женщиной, чтобы все были счастливы, и Большой Джим тут же ухватился за эту идею.
Randolph initially resisted the idea, but when Big Jim favored the new Chief with his fiercest smile, Randolph had given in. Рэндолф поначалу возражал, но сдался, едва Большой Джим одарил нового чифа зверской улыбкой.
And, he had to admit as he administered the oath (with some of his regular force looking on), they certainly looked tough enough. И, принимая присягу (в присутствии нескольких штатных сотрудников), он не мог не признать, что новички выглядели неплохо.
Junior had lost some pounds over the previous summer and was nowhere near his weight as a high school offensive linemen, but he still had to go one-ninety, and the others, even the girl, were authentic bruisers. Младший в сравнении с прошлым летом похудел на несколько фунтов и не тянул на линейного нападающего школьной команды, но все равно весил никак не меньше ста девяносто фунтов, и остальные, даже девушка, выглядели настоящими силачами.
They stood repeating the words after him, phrase for phrase: Junior on the far left, next to his friend Frankie DeLesseps; then Thibodeau and the Roux girl; Melvin Searles on the end. Они стояли, повторяя за Питером слова присяги, фразу за фразой, Младший - крайним слева, рядом со своим другом Френки Дилессепсом, потом Тибодо и эта Ру; Мелвин Сирлс - с другого края.
Searles was wearing a vacant going-to-the-county-fair grin. Сирлс тупо улыбался, словно собрался на окружную ярмарку.
Randolph would have wiped that shit off his face in a hurry if he'd had three weeks to train these kids (hell, even one), but he didn't. Рэндолф быстренько стер бы с его лица улыбочку, если бы мог три недели помуштровать всю эту компанию (черт, даже одну неделю!), но такой возможности никто ему не дал.
The only thing on which he hadn't caved to Big Jim was the issue of sidearms. Только в одном он не уступил Большому Джиму -в вопросе о стрелковом оружии.
Rennie had argued for them, insisting that these were "levelheaded, Godfearing young people," and saying he'd be glad to provide them himself, if necessary. Ренни просил за них, утверждал, что они -"уравновешенные, богобоязненные молодые люди", предлагал сам снабдить новобранцев оружием.
Randolph had shaken his head. Рэндолф покачал головой.
"The situation's too volatile. - Ситуация слишком неопределенная.
Let's see how they do first." Давайте посмотрим, как у них пойдет служба.
"If one of them gets hurt while you're seeing how they do-" - Если одному из них достанется, пока ты будешь смотреть...
"Nobody's gonna get hurt, Big Jim," Randolph said, hoping he was right. - Никому не достанется, Большой Джим. -Рэндолф надеялся, что правота будет на его стороне.
"This is Chester's Mill. - Это Честерс-Милл.
If it was New York City, things might be different." Будь мы в Нью-Йорке, все шло бы по-другому.
3 3
Now Randolph said, "'And I will, to the best of my ability, protect and serve the people of this town.'" - И я буду, прилагая все силы, служить людям этого города и защищать их, - диктовал Рэндолф.
They gave it back as sweetly as a Sunday School class on Parents' Day. Они все повторили, без запинки, как ученики воскресной школы в родительский день.
Even the vacantly grinning Searles got it right. Даже тупо лыбящийся Сирлс.
And they looked good. И выглядели они хорошо.
No guns-yet-but at least they had walkie-talkies. Без оружия - пока, - но по крайней мере с рациями.
Nightsticks, too. И дубинками.
Stacey Moggin (who would be pulling a street shift herself) had found uniform shirts for everyone but Carter Thibodeau. Стейси Моггин (которой тоже предстояло патрулировать улицы) нашла форменные рубашки для всех, кроме Картера Тибодо.
They had nothing to fit him because he was too broad in the shoulders, but the plain blue workshirt he'd fetched from home looked okay. Для него не смогли подобрать ничего подходящего из-за слишком уж широких плеч, но он неплохо смотрелся и в обычной синей рубашке, в которой пришел из дома.
Not reg, but it was clean. Не форменной, но чистой.
And the silver badge pinned over the left pocket sent the message that needed sending. И серебристый жетон, пришпиленный над левым карманом, сообщал тем, кто его видел, все, что требовалось сообщить.
Maybe this was going to work. Возможно, от принятого городским управлением решения и будет толк.
"So help me God," Randolph said. - И да поможет мне Бог, - произнес Рэндолф.
"So help me God," they repeated. - И да поможет мне Бог, - повторили они.
From the corner of his eye, Randolph saw the door open. Краем глаза Рэндолф увидел, как открылась дверь.
It was Big Jim. Большой Джим.
He joined Henry Morrison, wheezy George Frederick, Fred Denton, and a dubious-looking Jackie Wettington at the back of the room. Он присоединился к Г енри Моррисону, страдающему астмой Джорджу Фредерику, Фреду Дентону и Джекки Уэттинггон (на ее лице отражалось сомнение), стоящим в глубине большой комнаты.
Rennie was here to see his son sworn in, Randolph knew. Рэндолф знал, что Ренни пришел, чтобы посмотреть, как его сын будет принимать присягу.
And because he was still uneasy about refusing the new men sidearms (refusing Big Jim anything ran counter to Randolph's politically attuned nature), the new Chief now extemporized, mostly for the Second Selectman's benefit. Он испытывал некоторую неловкость из-за того, что отказался выдать новичкам оружие (отказ в чем-либо Большому Джиму, конечно же, мог отразиться на будущем Рэндолфа), и новый чиф сымпровизировал главным образом ради второго члена городского управления.
"And I will take no shit from anybody." - И я ни перед кем, на хрен, не буду прогибаться.
"And I will take no shit from anybody!" they repeated. - И я ни перед кем, на хрен, не буду прогибаться! -повторили они.
With enthusiasm. С энтузиазмом.
All smiling now. Теперь улыбались все.
Eager. Полные сил.
Ready to hit the streets. Готовые к выходу на улицы.
Big Jim was nodding and giving him a thumbs-up in spite of the cussword. Большой Джим кивнул, подняв руки с вскинутыми кверху большими пальцами, несмотря на бранное слово.
Randolph felt himself expand, unaware the words would come back to haunt him: I will take no shit from anybody. Рэндолф расправил плечи, не подозревая о том, что эту клятву - И я ни перед кем, на хрен, не буду прогибаться - он сдержать не сумеет.
4 4
When Julia Shumway came into Sweetbriar Rose that morning, most of the breakfast crowd had departed either for church or impromptu forums on the common. Когда Джулия Шамуэй заглянула в "Эглантерию", большинство пришедших на завтрак уже отбыли в церковь или на городскую площадь, где спонтанно организовался дискуссионный клуб.
It was nine o'clock. Часы показывали девять.
Barbie was on his own; neither Dodee Sanders nor Angie McCain had shown up, which surprised no one. Из обслуживающего персонала остался только Барби; Доди Сандерс и Энджи Маккейн не появились, что никого не удивило.
Rose had gone to Food City. Роуз ушла в "Мир еды".
Anson went with her. Энсон отправился с ней.
Hopefully they'd come back loaded with groceries, but Barbie wouldn't let himself believe it until he actually saw the goodies. Барби надеялся, что они вернутся, нагруженные продуктами, но поверил бы в это, лишь увидев добычу.
"We're closed until lunch," he said, "but there's coffee." - Мы закрыты до ленча, - предупредил он, - но есть кофе.
"And a cinnamon roll?" Julia asked hopefully. - И булочка с корицей? - с надеждой спросила Джулия.
Barbie shook his head. Барби покачал головой:
"Rose didn't make them. - Роза их не пекла.
Trying to conserve the gennie as much as possible." Стараемся максимально снизить расход пропана.
"Makes sense," she said. - Разумно.
"Just coffee, then." Тогда только кофе.
He had carried the pot with him, and poured. Он принес кофейник, налил.
"You look tired." - Ты выглядишь усталой.
"Barbie, everyone looks tired this morning. - Барби, этим утром все выглядят усталыми.
And scared to death." И испуганными до смерти.
"How's that paper coming?" - Как продвигается газета?
"I was hoping to have it out by ten, but it's looking more like three this afternoon. - Я надеялась закончить к десяти утра, но теперь, похоже, успею только к трем.
The first Democrat extra since the Prestile flooded in oh-three." Первый специальный выпуск "Демократа" с ноль третьего года, когда Престил-Стрим вышел из берегов.
"Production problems?" - Возникли производственные проблемы?
"Not as long as my generator stays online. - Их нет и не должно быть, если мой генератор будет работать.
I just want to go down to the grocery store and see if a mob shows up. Просто захотелось пойти в продуктовый магазин и посмотреть: появится ли толпа?
Get that part of the story, if one does. Отметить в статье и это, если появится.
Pete Freeman's already there to take pictures." К несчастью, Пит Фримен оказался в городе, и он уже у магазина, чтобы сделать фотографии.
Barbie didn't like that word mob. Барби слово "толпа" не понравилось:
"Christ, I hope they behave." - Господи, надеюсь, люди будут вести себя как должно.
"They will; this is The Mill, after all, not New York City." - Будут; мы, в конце концов, в Милле - не в Нью-Йорке.
Barbie wasn't sure there was that much difference between city mice and country mice when they were under stress, but he kept his mouth shut. Барби сомневался, что в критической ситуации городские мыши так уж сильно отличались от