Автор неизвестен
Про Гогу

Про Гогу

Мужчиной я стал в 1 сентября 198. года. Восьмой "В" класс построился на торжественную линейку перед школой. Все пацаны конечно вылезли вперед, а я, как всегда опоздав, пристроился в последний ряд. Слева стояла вечная отличница Галка, а с другой стороны - тоже опоздавшая Татьяна. Весь ход дальнейших событий вероятно определило то, что обе соседки оказались в обрезанных до минимальной длины школьных платьях. Некое движение в рядах привело к тому, что мои растопыренные ладони оказались прижатыми к голым ногам девчонок. И не успел я сообразить, в какую неудачную ситуацию, по мнению восьмикласника конечно, я попал, как Татьянина рука легла поверх моей и потянула ее вверх. Вторая рефлекторно повторила движение. Галка несильно пихнула меня в бок локтем и я отдернул обе руки в тот момент, когда они, уже задрав их подолы сзади, лежали на ягодицах, обтянутых у одной трусами, а у другой купальными, как я тогда думал, плавками. Тогда-же я наконец понял, что я только-что cделал. Краснеть я начал секунд через двадцать. Член попытался встать еще секунд через пять. Попытался, потому-что брюки были узки и не давали развернуться внутри. Еще через минуту, когда первоклашки пошли по кругу и в наших рядах пошла расслабуха и легкое движение Татьянина рука снова взяла мою и положила, но уже прямо на внутреннюю сторону левого бедра так, что мой указательный палец уперся в мокрую перемычку на ее трусах. Я еще подумал, почему они мокрые. Но пошевелив им я понял, что это не пот и моча. Меня прямо как по голове долбанули - ведь она ХОТЕЛА ! До того я считал, что хотеть - это прерогатива мужиков, а удел женщин - отдаваться. И еще я понял, что в ближайшее время между мной и Татьяной будет наоборот. Я довольно неумело елозил уже двумя пальцами по ткани и в тот момент, когда Татьяна порывисто сзади оттянула и сдвинула вбок перемычку трусов, а моя рука провалилась в горячую, скользкую мякоть, все стали поворачиваться и двигаться в сторону входа в школу. Мгновенным движением Татьяна отбросила мою руку и оправила платье. Прозвенел звонок. Первой была история. Я помню только, что сидел и полизывал засохшую солоноватой корочкой на указательном пальце Татьянину..., я не знал тогда, что это называется смазкой. А Татьяна, оказывается, сидела за одной партой с Галкой, наискосок от меня и пространно отвечала на вопросы подруги и даже не отреагировала, когда кусочком стерки с задней парты ей засветили в затылок, и только легкая, блуждающая улыбка выдавала, что ее не поразила болезнь Дауна. Прозвенел звонок. "Эй, проснись и пой !" - я очнулся. Передо мной стояла Галка. "Тебя Танька в коридоре на пару слов ждет,"- я оробел, ноги стали ватные. "Давай, двигай поршнями, дядька!"- закончила она и отвернувшись, тоже пошла в коридор. Я вышел в коридор. Татьяны не было. "Ну, и где твоя Танька?"- крикнул я Галке. "В буфет пошла,"- ответила мне она, обернувшись. Я удивился. Перемена была короткой, а буфет открывался после третьего урока. Но поскольку следующей была геометрия, а кабинет был на втором этаже и мне так и так было спускаться, я спустился до первого и повернул за лестницу в сторону буфета и спортзала. Там Татьяна и стояла. "Ну..."-наверное я выглядел очень тупым. "А как насчет продолжения? И сейчас?"- Татьяна всегда была прямым человеком в плане изложении своих мыслей. "А где?"- я шел головой в омут. "Там,"-она кивнула в сторону женского туалета около буфета. Прозвенел звонок. Я знал, что по крайней мере в мужском можно было спокойно отсидеть урок. Угол школы около буфета был посещаем народом исключительно во время работы последнего. Мы постояли еще пару минут и когда мимо пронесся "Папа Карло" - физрук и запер изнутри входную дверь спортзала, дабы исключить пропажу вещей из раздевалки, можно было спокойно пускаться в этот путь. И я пустился. Вслед за Татьяной. Первое что меня поразило в женском туалете - пятна от затушенных бычков. Второе - просто испугало до дрожи в коленках. На полу валялся кусок ваты. Пропитанный кровью. Крови я не люблю. Даже чужой. "Что это?"-в моем голосе явно появилась дрожь. "Это? А, потом расскажу"- Татьяна почти тащила меня в кабинку. Когда дверка была закрыта я чуть успокоился. Кабинка была, в отличие от мужского туалета, полностью изолирована. Татьяна повернулась ко-мне, обвила руками, с полминуты, стоя на цыпочках, высасывала мне нижнюю губу, а потом сползла на колени. Попыталась расстегнуть брюки, и в конце с нетерпением дернула в разные стороны. Пуговицы выдержали. Член не стоял... Я уже было решил, что все, пора сваливать опозоренным, но Татьяна закусив губку молча потянула меня вниз. Я сел на корточки, она задрала платье, сдернула вниз трусы, стащила их через босоножки и сунула мне в руки. Потом, вновь задрав платье, села передо мной на унитаз и раздвинула ноги. Такое живьем я видел впервые. Член шевельнулся. Все блестело, все было там мокрым. Ну, остальное, кто видел, тот знает, кто не знает, тот еще увидит. Скажу лишь, что Татьяна там регулярно сбривала, чего я больше не видел ни у одной девчонки и, что я настоятельно им рекомендую делать. После этого она показала мне указательный и средний пальцы, сунула их туда и бешено задвигала ими. Тело ее начало двигаться и через секунд десять застыло, лишь по вытянутым стройным ногам пробегала дрожь. Член встал. "Сделай им ТАМ и также!"- приказала она и показала на мой член, а потом на себя. Тело ее снова начинало трясти. Она встала, повернулась ко-мне попой, наклонилась и уперлась руками в унитаз. Вид ее попки окончательно отнял у меня разум. Я встал, прижался к ней, почувствовал ее, направляющую на путь истинный, руку на моем члене и погрузился. Инстинкт доделал все за меня. Только очень быстро. Струя брызнула в нее, ее влагалище сжалось и почти все выплеснулось обратно. Татьяна повалилась на меня и так, с членом в ее вагине мы съехали по стене на пол. По-моему она уснула на минуту, а может это был и я. Минут через пять я очухался. Татьяна сидела на мне, откинув голову мне на плечо. Я посмотрел вниз: голый Татьянин живот, оканчивающийся щетинкой недавно сбритых волос на лобке. Я провел рукой по ежику и спускаясь вниз наткнулся на ее клитор. Опять-же, тогда я еще не знал этого названия, а точнее - знал слово, но не представлял, что сие означает. Заинтересовавшись им, я стал мять его в пальцах. Татьяна вздрогнула, ее влагалище сжалось, как бы пожав мой член. Член оказался дружелюбным и ответил на предложение легким шевелением, однако достаточно заметным, что бы Татьяна сползла вбок с меня, встала на четвереньки и приблизив свое лицо к моему сказала: "Не все сразу. Кайф надо тянуть. Тяну-у-уть. Понял ?" Смахивало на то, что она под хмельком от всего происшедшего. Она дотянулась до своего рюкзачка и вытащила из кармашка пачку "Темпа". Тогда это были очень крутые сигареты. Выкурив до половины, она отправила бычок в воду и выдохнула дым на мой член. Глядя, как клуб дыма поднимается от него, она сказала со смешком: "Дезинфекция!", и засунула весь член в рот. О таком я только слышал и когда Татьянин язык заканчивал лишь второй круг по головке, член рванул вверх. "Нормально. Быстро..."-Татьяна уже отпустила его и смотрела на меня, аккуратно водя взад и вперед между своих ног маленькой рукой. Я решил, что теперь пора проявить себя настоящим мужиком и встав с пола помог подняться Татьяне. Повернув ее опять к себе спиной я энергично тер ей промежность, пока она не убрала мою руку. Тогда я подтолкнул ее и она, как в прошлый раз, уперлась в унитаз руками, правда колени ее были подогнуты и ими она тоже упиралась в краешек чуда фаянсовой промышленности. Я этому конечно не придал значения и прижав член к влажной коже с силой двинул его вперед, дабы он, как в прошлый раз провалился в горячее нутро. "Ыыы, не-е, вы... Хотя постой,"-захрипела, а потом неожиданно четко произнесла Татьяна. Я замер и поглаживая ее бедро, вдруг понял, как я облажался! Я промахнулся. Я попал не в ту дырку. Но было все равно приятно! Татьяна не двигалась и молчала, как бы прислушиваясь к ощущениям. И вдруг, заведя руку за спину, она легонько потянула меня к себе. И так, регулируя первое время ритм, она довела его до полной амплитуды, когда мой член едва не выскакивал из ее попки, такой сладкой попки! А когда я кончал, вгоняя в нее член, как молотком, она свободной рукой едва не рвала свою набухшую письку. После этого сеанса ни я, ни она в коматозное состояние не впадали, а лишь дышали, как после хорошего кросса на физре. "Помой член,"-она уже отдышалась. "Где?"-выходить из кабинки я не решался. "В бачке, идиот!"-переходя на повышенный шепот просветила она меня. Я повернулся к унитазу и критически посмотрел на высоту бачка. Его край был сантиметров на пять выше моего пояса. "У меня не хобот,"-попытался сострить я. "Давай я сама,"-в ее голосе послышались материнские нотки. Пока происходило купание красного коня, что, кстати весьма плодотворно сказалось и на мыслительном процессе, я поинтересовался про кусок ваты в предбаннике. "Это месячные у кого-то,"-недоуменно ответила Татьяна. "А че это?"-я честно не понимал. "Через две недели покажу,"-загадочно-грустно добавила она. Заодно, в процессе купания мы обнаружили белые пятна на моих брюках и ее платье. Мне пришлось натянуть и поплотнее запахнуть пиджак, это в такую жару-то, а ей минут пять размазывать пятно моим платком, до тех пор пока оно не высохло и не стало бледным. Мы выскочили в коридор, как нам показалось, также не замеченными. Прозвенел звонок. Наше отсутствие прошло не замеченным: праздничный кавардак в головах друзей и журналах еще присутствовал. Кончился последний урок. "Идем ко-мне,"-Татьяна ждала меня у выхода. "Пошли..."-я и не собирался сопротивляться. Мы уже отошли на квартал от школы, когда нас окликнула Галка. Мы остановились и подождали ее. Болтая мы дошли до подъезда Татьяны. "Ну, пока Галка,"-почти хором сказал я и Татьяна. "Пока!"-ответила она,-"А, чуть не забыла! Это по-моему твое,"-она достала мой носовой платок и протянула мне,-"А это,"-она открыла портфель и вытянула уголок Татьяниных трусов,- "Я оставлю на память,"-она повернулась и быстро пошла от нас. В моей голове прозвенел звонок. Мы зашли к Татьяне. Там она мне и поведала свою грустную историю, про уехавших вчера на заработки в горячую Эфиопию предков, про свое первое знакомство с мужскими вторичными половыми признаками, происшедшее полгода назад, про то, как мама просекла это и выдала новенькую упаковку заморских таблеток от детей, про летние каникулы вместе с родителями, про соглашение с маман, об отсутствии во время совместного времяпровождения мужчин у Татьяны и, как следствие примерного поведения разрешение жить одной, а не у сестры отца, про героические муки при выполнении данного обещания, про вчерашние проводы и про то, какая же Галка сука и про... Я захотел есть. "Есть хочу!"- заявил я. Татьяна залезла в холодильник, побурчала, глядя внутрь и достав энное количество яиц сделала, угадайте что. Правильно, яичницу. Сыто отрыгнув я понял, что силы вновь прибыло. Татьяна сказала, чтобы я снял брюки и одел отцовских халат. Я точно выполнил приказ и она ушла в ванную замачивать их, а я в это время позвонил домой, рассказал, что обгадил форму, сижу без штанов, а штаны стирает, тут я слукавил, мать Сереги и вообще если они, брюки не высохнут до вечера я останусь здесь,-"Паатамучто я не могу идти без штанов через полгорода." Мой маман стоически выдержала это сообщение, да мне и не в первой было ночевать у "Сереги". Короткий звонок самому Сереге закончил стратегическую игру. Из ванной вышла Татьяна, она успела переодеться в такой же халат. "Жить будут,"- это относилось к брюкам от формы. "Слушай, Тань, а что тебя сегодня сподвинуло на меня?" "А! Пойдем покажу,"- она потянула меня из прихожей. Что я вам скажу, господа, что такой спальни я даже представить себе не мог. Кровать три на три метра, здоровое зеркало над ней и тяжелые шторы на окне. Сейчас это называют "траходром", а тогда я подумал, что у ее предков бабок куры не клюют. Татьяна выдвинула ящик и достала... член. Я еще подумал о том несчастном, у которого его оборвали. Но член оказался резиновым, розовым и теплым. "Неужели возбуждает?"- я еще не въезжал. "Не, смотри,"- Она что-то нажала раздался слабый гул и член завибрировал. "Ну и..?" "Не понял? Сядь на пол,"- я сел. Татьяна села на край кровати, откинула полы халата назад, вновь продемонстрировав свой чудесно выбритый лобок и раздвинула ноги. Ее щелка была ярко красного цвета. Я почувствовал резкий рывок своего члена, но Татьяна жестом остановила мою инициативу подойти к ней. Дотянувшись до открытого ящика она вытащила тюбик крема, выдавила его на член (не мой) и ввела гудящую машинку в себя. Минут через пять она кончила. Я тоже дал волю рукам и кончил еще раньше и мой надроченный член был уже готов подняться вновь. "Теперь объясняю,"- она говорила отдыхиваясь,-"девушке, три месяца сидевшей без мужика эта штука, как мертвому припарки, а я припаривалась сегодня полночи, но струю из него так и не выдоила. А ты, кстати кончил на ковер,"- она показала на белую сперму, коею я выдал. "Ты тоже,"- из ее щели капала смазка. Когда она выдернула из себя машинку, на пол полилась уже струйка. "Ну что, боец, продолжим вместе?"- она выскользнула из халата,- "ложись на кровать. Хотя нет, постой,"- она вновь дотянулась до чудесного ящика и вытащив точную копию первого члена, только раза в три тоньше и раза в полтора короче, намазала и его кремом. "А этот на фига?" "Будим любить втроем!"- я опять ничего не понял. "Ты готов?" Можно было не спрашивать, я лежал на спине, а мой член торчал строго верх, подрагивая. Татьяна села сверху (позже я понял, что она предпочитала быть сверху всегда), пару раз привстала и замерла. "Ну!"- я думал, что она дразнит меня. Татьяна взяла маленький членчик, включила его, прижалась своими грудками к моей еще лысой груди и почти лежа на мне приставила приборчик между широко раздвинутыми ягодицами к дырочке своей попы. "А теперь аккуратно запихни его туда!" Я думал, что у меня стоит, но после этой фразы мой член точно встал еще раз, и раздулся так, что ему стало туго внутри Татьяниной вагины. Господа, это было райское ощущение! Вибрирующие стенки Татьяны, куча ее смазки, мой распухший член, короче, когда мы кончили, сознание, по-моему, мы потеряли оба. Я проснулся часа через полтора. Батарейки в жужалке сели. Я без труда вытащил его из попки Татьяны, после чего Татьяна подала признаки жизни. Еще через пять минут она плескалась под душем. Еще через десять я ввалился туда-же и стал целовать ее щель и округлившуюся дырочку попки. А еще через десять я кончил ей в ротик, а она кончила, натирая свой клитор пальчиками. После этого на моем конце остались следы ее зубов, хотя тогда я ничегошеньки не почувствовал. К своему огорчению должен признаться, что больше, чем в тот день Знаний, я в своей жизни оргазмов не имел, ну может от силы пять-шесть, а ведь Этот день еще не окончился - впереди была ночь. Выйдя из душа мы дружно пошли потрошить холодильник и сочинять план страшной мести шпиенке-Галке. Мы долго мучились, но телефонный звонок прервал бесплодне прожекты. Звонила Галка. Она сообщила, что зайдет к Татьяне в гости минут через двадцать обсудить геометрию. Какая к черту геометрия первого сентября? Когда Галка вошла и увидела меня, в халате и тапочках на босу ногу и Татьяну в том же виде, она хмыкнула и потянув Татьяну за рукав, удалилась с ней в холл. Общение их было достаточно громким, но я гордо решил не подслушивать и удалился на кухню. Через некоторое время мне сообщили вердикт женсовета: я был по-сестрински поделен между двумя особами. По четным дням я был Татьянин, по нечетным - Галкин. По воскресеньям мне предоставлялся неоплачиваемый выходной, кроме того в "интересные дни" я был безраздельной собственностью одной из них. Возражать я особо не мог: бестолку спорить с девчонками, которые вбили что-то себе в репу. Но по их расписанию получалось, что я сегодня Галкин, а день провел с Татьяной, этот прискорбный факт привел Галку в некоторое беспокойство, а Татьяну, наоборот развеселил - завтра я опять был "ее". Поэтому надувшаяся от гордости Татьяна решила просветить меня насчет "интересных дней" или месячных. Нельзя сказать, что ее рассказ вызвал во мне возвышенные чувства, скорее даже наоборот, я до сих пор удивляюсь несовершенству женского организма. Дослушала лекцию до конца и Галка, а после завила, что пора ковать железо, пока оно горячо и посмотрела в сторону Татьяны. Та поняв о чем идет речь, показала в сторону спальни. Так, господа, я оказался в состоянии в котором нахожусь уже много лет. Забегая вперед, скажу, что через пять лет мы с Татьяной поженились, еще через два года она родила мне сына, а Галка вышла замуж за Сергея и месяцем раньше родила ему дочь. Дружим мы семьями не только собираясь по воскресеньям на чай, но и в остальные ночи, поэтому чей мой сын и чья дочь у Сергея узнать достаточно трудно, да мы никогда и не думали об этом. И абсолютно без ревности относимся к тому, что Татьяна идет ночевать к Сергею, а Галка ко-мне или они обе проводят ночь со мной, когда Серега хочет выспаться, благо живем мы на одной площадке. И не вижу я в таком образе жизни ничего странного, а на жлобов мы не обращаем внимания. Галка кивнула мне головой и я, с чувством первооткрывателя, двинулся за ней. Она подождала, пока я не зашел в спальню и прикрыла дверь. Кстати, потом мы никогда двери не закрывали, поскольку от ощущения, что на тебя смотрят, сексуальные чувства обостряются. В спальне был разгром и Галка стала перестилать постель, что, при громадных размерах последней, было делом не простым. Но предварительно она скинула с себя платье и осталась в абсолютно прозрачном лифчике и тех трусиках, что у школы я принял за купальные. Они были явно не купальные, а я бы сказал е....ные : тонюсенькая веревочка сзади и маленький треугольник очень плотной ткани спереди и снизу. Самым смешным была молния посредине, которой никто никогда так и не воспользовался. Застилая постель Галка так крутилась, что ее пародия на лифчик сползла, расстегнув его, Галка бросила им в меня и повернувшись ко-мне лицом стала массировать свою грудь. Грудь у Галки была побольше Татьяниной, а соски необычно длинные. "Пососи у меня груди,"- грудь у нее и правда приподнялась, выпятилась вперед, а соски стали похожи на удлиненные детские пустышки. Я уже был достаточно возбужден видом полуголой Галки и набросился на ее грудь с желанием высосать из нее все. Галка стала стонать и извиваться, а ее рука легла на треугольник трусов и стала с силой надавливать на какую-то точку под ними. "Снимай трусы!"- я быстренько стянул с нее трусы и скинул с себя халат,-"Поцелуй пизду!"-Галка в страсти, как оказалось потом, материлась, как последний сапожник. Я стал взасос целовать ее нижние губки и почти упираясь в волосы на лобке нащупал клитор. Он оказался другой формы, нежли у Татьяны и был очень похож на косточку вишни, тогда, как у Татьяны он походил на маленький гребень. Втянув его в рот я стал катать его языком по внутренней стороне своих губ. И тут Галка заорала. Я чуть не испугался. "Давай-же, блять, суй быстрее,"- крик был короткий, а фраза достаточно отчетлива. Я себя ждать не заставил, но Галка как-то одним движением выскользнула из под меня и посмотрела на мой член. "Ты что, не одел резинку?" "Какую резинку?" "Дай мое платье,"-я кинулся и мгновенно подал ей. Галка достала ленточку презервативов, вынула один и протянула мне. "Одевай!" "А как?"- я ни разу еще не одевал през и, естественно не знал, как это делается. Галка с подозрением посмотрела на меня, наклонилась и довольно быстро раскатала его на моем члене. Кстати потом Галкино пристрастие к резинкам и нежелание пользоваться другими способами предохранения приносило массу неудобств при совместном, с Татьяной, времяпровождении - Татьяна резинки терпеть не могла. Презерватив был узкий и сдавливал тугим кольцом член у основания, увеличивая диаметр члена, что несколько компенсировало потерю чувствительности у головки. "А теперь еби! Еби!" - Галка подмахивала так, что член концом врезался в заднюю стенку ее вагины. Мне даже почудилось, что к запаху Галки, а она всегда пахла легким запахом женского тела, в отличие от Татьяны, которая драилась в душе по три раза в день и обливалась дезодарантами, примешался запах паленой резины. Кончила Галка два раза, причем во второй так сжала мой член, что сперма с трудом пробивала себе дорогу сквозь него. Галка лежала взмыленная, абсолютно мокрая, с хрипом дыша. А в дверь просунулась голова Татьяны, с интересом посмотрела на меня, точнее на мой, еще не увядший, член и оценивающие на Галку, задержавшись на волосах лобка и ярко красном пятне клитора. Я еще подумал, что вряд ли я мог с интересом смотреть на своего соперника, а тем более на его достоинства, но женская природа, что подтвердилось чуть позднее, не с таким отвращением относится к себе подобным, не принадлежа при этом к гомосексуалам. А Татьяна потом просто позвала поесть. Отказываться не было причины. А потом мы пошли спать и проспали до утра. А утром пошли в школу, расходясь по одному, аки партизаны. Следующие месяцы мы жили по расписанию: утром в школу, потом час-другой дома, потом собирались у меня или Галки, делали уроки и по одному приходили к Татьяне. То ли конспирация была хороша и родители и в правду ни чего не замечали, то ли они проявляли завидный такт, но поздние приходы домой по нечетным дням и частые ночевки у друзей по четным не вызвали у них расспросов. А учеба пошла, как ни странно в гору: мы уяснили, что отсутствие проблем в школе ведет во-первых, к высвобождению лишнего времени, во-вторых, к отсутствию излишнего внимания со стороны учительства и в-третьих к некоторому разнообразию в жизни, хотя мы и не собирались как-то ограничивать свой досуг одним лишь "общением" в Татьяниной квартире.

создание сайтов