Оглавление

  • * * *
  • * * *
  • * * *
  • * * *
  • * * *
  • * * *
  • * * *
  • * * *
  • * * *
  • * * *
  • * * *
  • * * *
  • * * *
  • * * *
  • * * *
  • * * *
  • Эпилог
  • * * *

    Кладоискатели 2.0 (fb2)


    Кладоискатели 2.0

    * * *

    Свободная территория под протекторатом Ордена, город Порто–Франко.

    23 год, 39 число 7 месяца, 12:00

    За что я люблю Порто–Франко? А черт его знает, люблю ли вообще. Хотя, можно и так сказать. По крайней мере, этот город мне нравится. Атмосферой своей, а может, вкусом свободы, который так и витает в воздухе. Ну и запах прибылей чувствуется — главное, знать, когда и где подсуетиться, чтобы их заполучить. Я вот знаю, ну, или думаю, что знаю. А мой напарник Вова так и вовсе умеет делать деньги чуть ли не из воздуха. Иначе как объяснить его поразительную способность ввязываться в различные авантюры в погоне за барышом? Да чего далеко ходить — вот оно, доказательство, прямо передо мной стоит. Подержанный и серьёзно искуроченный «Сузуки–Самурай», маленький простенький внедорожник с практически вечным двигателем и минимумом удобств в салоне. Где Вова его взял, я без понятия. Важно другое — отдал он за него такие смешные деньги, что до сих пор не верится. Учитывая тот факт, что автомобильчик приехал в нашу мастерскую своим ходом, можно с уверенностью сказать — такого просто не бывает. Это как в лотерею выиграть. А я в счастливый случай верить разучился уже давно. Были причины.

    Итак, клиент осмотрен и подготовлен к хирургическому вмешательству. С вечера мне показалось, что внедорожник чуть ли не новый, и повреждён не очень сильно. Однако более вдумчивый по причине утра анализ состояния пациента показал, что вчера я был излишне оптимистичен. Поработать придётся достаточно серьёзно, одной жестянки на пару недель. Ещё силовой каркас править, да и дверь с правой стороны восстановлению не подлежит. Фары новые нужны, стекло лобовое. Радует, что двигатель и трансмиссия целы, только радиатор придётся хорошенько перетрясти и запаять — течёт немилосердно. Да, ещё с правой стороны пружина лопнула в подвеске — тоже тот ещё гемор. Вообще складывалось впечатление, что на бедной машинке кто‑то устроил гонки по саванне, напоследок ещё и кувыркнувшись пару раз. Слава богу, все проблемы решаемы относительно легко и с небольшими затратами. Окупится «самурай» с хорошей прибылью, когда в нормальный вид его приведу.

    Мысль о будущем барыше немного согрела меркантильную часть души, а она в моем случае ответственна за все авантюры, в которые я когда‑либо впутывался. Конечно, масла в огонь в подавляющем большинстве случаев подливал Вова, но совсем спихивать ответственность на напарника было бы не правильно. Сам виноват, как говорится.

    Ну–с, больной, приступим. Вооружившись пилой — «болгаркой» с отрезным диском, я примерился к покорёженному крылу. Вот тут сейчас пару пропилов сделаю, а дальше кусок листовой стали сам отвалится.

    Скрипнула ржавыми петлями входная дверь, пропуская посетителя. Блин, сколько раз уже собирался её смазать. Всё руки не доходят. С другой стороны, сразу слышно, что кто‑то пришёл. Хорошо бы Вова, я ему выскажу пару ласковых. Пристроив «болгарку» на капот «самурая», я снял защитные очки и обернулся на звук шагов. Слегка удивился, встретившись взглядом с незнакомым парнем. За спиной у него прятался второй — в зеркальных очках. Идиот. Мастерская у нас хоть и достаточно просторная, но окошки маленькие и располагаются под самым потолком на высоте около четырёх метров. Поэтому с естественным освещением проблемы. Я‑то уже привык, тем более днём и в грубых работах типа распиловки покорёженных железок это не очень мешает, а вот ему в таких очках видно вообще не очень. А снимать не стал — понты мешают.

    Про понты я понял буквально с первого взгляда. Больше всего нежданные посетители напоминали мелких бандитов–латиносов из америкосовских фильмов. Стандартная униформа — грубые мешковатые штаны, майки–алкоголички, второй ещё напялил клетчатую рубашку навыпуск, застёгнутую на верхнюю пуговицу. В нашу‑то жару. Первый с усиками и коротким ёжиком, с непонятной татуировкой на щеке. Руки до самых плеч тоже покрыты разноцветными рисунками. Второй, который в очках, ещё более типичный — бородка–эспаньолка, волосы стянуты в хвост. Сам весь как на шарнирах. Телосложения оба сухощавого, но жилистые и мускулистые, особенно первый. Интересно, чего им тут надо? Может, машину починить? А что, очень на новичков похожи. Местные крутые бандюки так не одеваются.

    — Добрый день, господа! — поприветствовал я посетителей по–английски.

    Я не полиглот, инглиш кое‑как за два года в Порто–Франко освоил, хватает для общения. Если не понимают, пусть переводчика ищут. Хотя, как утверждает Вова, из‑за ярко выраженного русского акцента даже коренной британец не разберёт, что я говорю. Ничего удивительного. Порто–Франко как большой проходной двор — кого тут только не увидишь, и большинство транзитом. А уж каких диалектов языка международного общения тут наслушаешься — мама дорогая! Мой акцент ещё не самый ужасающий.

    — Привет, браток, — отозвался на том же языке татуированный. — Ты тут босс, браток?

    Точно, говорит как латиносы из боевиков категории В. Вообще, парочка производит странное впечатление. Я за время проживания в городе повидал много всякого народу, и по внешнему виду и поведению могу почти безошибочно отличить новоприбывшего от человека, прожившего в Новой Земле хотя бы несколько месяцев. Эти одеты как новички, но держатся достаточно уверенно — не зажимаются, не озираются, вид имеют самый пофигистский. Но при этом экипированы явно не для путешествий. На местных не похожи — те так не одеваются. В Порто–Франко даже у сутенёров свой уникальный стиль одежды уже сложился, а более серьёзные бандиты вообще стараются не привлекать лишнего внимания, либо маскируются под одну из здешних социальных прослоек. Такое впечатление, что эту парочку два–три месяца назад провели через ворота откуда‑нибудь из Штатов и увезли прямиком в Нью–Рино, где они дальше ворот бандитского анклава не выходили. Основные правила поведения освоили, но к местным реалиям ещё не адаптировались. Занятные хлопцы.

    Я задумчиво посмотрел на посетителя. И как ему отвечать? Босс наполовину? Или партнёр по бизнесу? Или главный специалист?

    — Че молчишь, пендехо?! — начал терять терпение татуированный. — Ты босс?

    — Предположим, — не стал я конкретизировать своей роли в управленческой структуре предприятия. — А с какой целью интересуетесь?

    — Где машину взял?! — татуированный пнул колесо «самурая».

    — Это конфиденциальная информация, — я начал терять интерес к посетителям.

    И чего припёрлись? Явно не за услугами по моему основному профилю. Хотят узнать про «самурай» — пусть с Вовой разговаривают. Я тут вообще не при делах.

    — Ты не прав, браток! Конкретно не прав! — встрял очкарик. — Мы тебя вежливо спрашиваем — где взял машину?

    — Купил, — отрезал я, пристально глядя в глаза татуированному. — Ещё вопросы?

    — У кого?

    — Я у него паспорт не спрашивал.

    — Как он выглядел, пендехо?!

    — Машину мне продал месяц назад двухметровый китаец блондин. Говорил по–английски с немецким акцентом.

    Спокойно, ребятки. Сами напросились. Ишь, как татуированный побагровел!..

    — Зря грубишь, пендехо, — зло бросил очкарик. — Придётся с тобой поговорить жёстко.

    Ага, щаз! Не вы первые, не вы последние. По сравнению с братвой на моей родине вы щенки беззубые. От тех бы я уже давно словил в бубён и выложил все подробности. А вас насквозь видно даже не вооружённым глазом. Шпана обыкновенная, шестёрки в командировке. Пока очкарик меня разговором будет отвлекать, татуированный перейдёт к активным действиям. Точно, сейчас врежет с правой.

    Вот тут они просчитались. Я обычно на таких типов произвожу обманчивое впечатление. С виду типичный молодой увалень, крупный, но рыхловатый, с заметным пузом. Ага, это у меня наследственное. Плюс паталогическая ненависть к спорту и лень, которая вперёд меня родилась. Тяжёлый я на подъем. Дома вообще ничего не делаю, из‑за чего имею постоянные проблемы с женским полом. Ни одна пассия дольше пары месяцев совместной жизни не выдерживает.

    Правда, таким ленивым я стал относительно недавно. Ещё когда в институте учился, был примером работоспособности и усидчивости. Отсюда и успехи — красный диплом, очная аспирантура. Правда, её не закончил, лень начала проявляться. И бизнесом занялся. Так к чему это я? В благословенные времена студенчества общение с девушками у меня складывалось не очень успешно, потому свободного времени оставалось достаточно, и его я посвящал посещению секции боевых искусств. Причём именно лень в выборе стиля сыграла большую роль. Борцы–вольники, боксёры и каратисты на тренировках вкалывали как проклятые, что меня не очень привлекало. Так я попал в группу, практикующую, как говорил тренер, «стиль лентяя» — дикую смесь из нескольких направлений, в основу которой был положен южнокитайский винчунь.

    Ну вот, началось. Татуированный выдал неплохой правый крюк, целясь мне в челюсть. Однако, кто предупреждён, тот вооружён. Сделав стандартный боксёрский нырок под бьющую руку с шагом вперёд–влево, я выпрямился и со скрутом корпуса вбил основание левой ладони ему в скулу и вдогонку ещё пнул в бедро. Не ожидавший столь быстрого ответа татуированный потерял равновесие и рухнул на стеллаж, вызвав обвал инструмента и разной металлической мелочи.

    Очкарик тоже решил поучаствовать в развлечении, причём действовал более толково — на подшаге выдал правый прямой в голову. Удар хороший, резкий. Мог и вырубить меня, если бы не нарвался на отводящий блок ладонью и встречный стопорящий в голень. И тут же добавку правой в брюшину. А дальше, как говорил тренер — «захват и удар неразделимы»: рывок за руку с насаживанием врага солнечным сплетением на колено. Осталось только хорошенько толкнуть обмякшего недруга в сторону неуклюже выбиравшегося из‑под завала татуированного.

    — Ещё добавить? — поинтересовался я, вооружившись куском трубы–дюймовки.

    — Аааа, сука! — прорычал выбравшийся из‑под очкарика татуированный.

    И тут мне стало реально плохо. А кому бы не стало, если ствол наставили? Здоровый такой никелированный револьвер могучего калибра, толи «питон», толи «анаконда» — не разбираюсь я в этих пресмыкающихся.

    — А вот теперь пообщаемся, пендехо, — позлорадствовал татуированный. — Ну, где машину взял? Или колено для начала прострелить?

    — Попробуй, — пожал я плечами. — Только сильно сомневаюсь, что ты потом услышишь что‑то кроме моего воя.

    Скрипнула входная дверь, заставив татуированного нервно поёжиться. Не сводя с меня прицела, он буркнул оклемавшемуся напарнику:

    — Хорхе, иди проверь.

    Тот молча извлёк из широких штанов скромный короткоствольный револьвер и скрылся за мешаниной из стеллажей, подъёмника и пары полуразобранных джипов. Каюсь, мастерская у нас очень захламлённая, а входная дверь, в отличие от основных ворот, расположена в боковой стене. Вот и не видно, кто пришёл. Иногда это удобно, иногда не очень.

    Мы напряжённо прислушивались — я с надеждой, татуированный с тревогой. Через десяток–другой секунд из‑за стеллажей донёсся сочный звук удара, затем что‑то упало. И буквально сразу в поле зрения нарисовался до боли знакомый персонаж — среднего роста худощавый тип в полувоенной одежде с револьвером в руках. Причём держал он его, в отличие от приблудных латиносов, вполне профессионально — двумя руками, чётко зафиксировав мушку на лбу татуированного. Вова, мать! Как я рад видеть твою ехидную рожу! Вот всегда ты, рыжий, меня раздражаешь, особенно когда лыбишься и щуришь хитрые глазёнки, а сейчас я тебя расцеловать готов.

    — Брось ствол, педрила! — пробасил мой горячо любимый напарник. — Или колено прострелить?

    Я нервно хихикнул. Вова смерил меня недоуменным взглядом, палец на спусковом крючке напрягся, выбирая слабину. Видимо, татуированный тоже заметил это движение, потому что судорожно сглотнул и осторожно положил никелированную дуру на бетонный пол. Медленно выпрямившись, без напоминания сложил руки на затылке. Я для надёжности носком кроссовка пнул револьвер, отчего тот скользнул под верстак.

    — Вали отсюда! — Вова мотнул стволом в сторону выхода, видимо, для большей ясности. — И напарника забери. Ещё раз припрётесь — перестреляем. А Патрулю скажем, что вы сами напали. Как понял, приём?!

    * * *

    Свободная территория под протекторатом Ордена, город Порто–Франко.

    23 год, 39 число 7 месяца, 13:00

    — Ну и какого хера, Вова?!

    Это, как вы уже догадались, у нас разбор полётов в разгаре. Взбесил меня напарничек до крайности. Мало того, что работой загрузил на пару недель вперёд (а я ленивый), так ещё и какие‑то стремные типы наезжают. И почему я не в курсе, что тачка палёная? И вообще, не охренел ты, напарник, такие подставы устраивать?!! Тот считает, что не охренел. Меряет шагами закуток с «самураем» и даже пытается отбрехиваться.

    — Вова, ты дебил?!

    — Успокойся, Профессор, всё прошло нормально.

    — Нормально? Какие‑то уроды сначала пытаются начистить мне морду, потом тычут стволом, колено угрожают прострелить, а ты говоришь нормально?!!

    — Нормально. Ты цел, по морде они словили, да ещё нам пара стволов трофейных досталась. Мы в плюсе.

    — А вот я сейчас тебе в репу дам, тогда точно будем в плюсе…

    — Тише, Олежа, успокойся… Всё путём. Всё хорошо… Я всё понял, осознал и проникся.

    — Ни хера себе осознал и проникся!.. Кто хоть они такие?

    — Если бы я знал, Проф. А чего они вообще хотели?

    — Машиной шибко интересовались, спрашивали, где взял.

    — От нифига себе!.. — соизволил удивиться напарничек.

    Даже перестал маячить, уселся рядом на верстак. Я тем временем пытался хотя бы приблизительно оценить ущерб, причинённый уроненным на стеллаж татуированным. Насвинничал он преизрядно. Надо будет Вову заставить убраться в мастерской. А чего, он всё это затеял, пусть тоже внесёт посильный вклад.

    — И чего это им наша тачка сдалась?

    — Это у тебя спросить надо! Где хоть взял её?

    — Малыш Гарри вчера предложил. Сказал, нашёл в саванне. Ему она на хрен не нужна, вот и решил продать. А я повёлся на цену.

    — Надо к Гарри наведаться.

    — Это без базара, — подвёл итог обсуждению напарник.

    Я спрыгнул с верстака, обхлопал рабочий комбез, стряхивая пыль. Лень ленью, а убираться придётся. Выразительно зыркнул на Вову. Тот тяжело вздохнул и потянулся за веником.

    Некоторое время тишина нарушалась лишь звоном и лязгом сортируемых на стеллаже железок, потом напарник спросил:

    — Слушай, Олег. А почему бы тебе пистолет не прикупить?

    Приплыли. Опять старую песню завёл.

    — Нахрена он мне? — сделал я слабую попытку отбрехаться.

    — Как нахрена? А если бы я опоздал? Что бы ты делал?

    — А ты как думаешь? Правду бы сказал.

    — Вот спасибо, Проф! — ага, уже паясничает. Значит, вины за собой не чувствует.

    Сто раз уже проходили. Ну не умею я толком стрелять. Учился, конечно, когда в Новую Землю попал, как раз Вова и натаскивал. Только пользы особенной из учёбы не вышло. Конечно, автоматом пользоваться умею, и даже может во что‑нибудь попаду. В идеальных условиях. В поле же я предпочитаю верный дробовик, благо с ним у меня всё получалось достаточно неплохо. И вообще, я технарь, а не боевик. Моё дело с железками возиться, квад вон к гонке готовить, и так по мелочи. «Самурай», опять же. А Вова мне весь мозг закомпостировал, маньяк хренов. И откуда в нём такая любовь ко всему стреляющему взялась? Учились вместе, обычный раздолбай был. Не дурак выпить, по девкам побегать, в авантюры всякие–разные встревал. На занятия ходить не очень любил, закончил ни шатко ни валко институт. В общем, нормальный студент. А в армию сходил, как подменили.

    — Давай в лабаз сходим, Ксавье что‑нибудь подберёт, — продолжил капать на мозг Вова. — Ствол лишним никогда не бывает, особенно в этом не самом лучшем из миров.

    — Есть у меня дробовик, отвали.

    — И много он тебе помог? Ты где его хранишь?

    — В «техничке» валяется, запломбированный.

    — Вот! — обличающе ткнул в меня пальцем Вова. — Нахрена он тебе? Много ты из него настреляешь? А в саванне вообще бесполезен. Надо нормальный ствол купить, или два. Пистоль для самозащиты, и автомат для выездов на природу.

    — Вова, отвали. Ты мне зачем? Будешь охранять, маньячина.

    — Я не всегда рядом. А ты должен уметь защитить себя.

    — Я стрелять не умею, знаешь прекрасно.

    — Научишься.

    Всё, это клиника. Если Вова завёлся, легче ему уступить. Или повернуть ситуацию так, чтобы она его финансово затрагивала.

    — Хрен с тобой, золотая рыбка, — сдался я. — Пошли. Только покупаем за твой счёт.

    — Это ж для тебя!.. — опешил напарник.

    — Нет, это для тебя. Вот и плати.

    Ага, почти добил. Задумался Володя, глубоко так. Подождём.

    — Ладно, купим для начала пистолет, — озвучил он решение. — Как раз трофеи продадим, ещё и сдача останется.

    Вот жучара. Хотя трофеи его, ему и решать.

    * * *

    Свободная территория под протекторатом Ордена, город Порто–Франко.

    23 год, 39 число 7 месяца, 17:00

    Магазин со звучным названием «RA Guns and Ammo» располагался буквально в нескольких кварталах от нашей мастерской. Поэтому решили совместить приятное с полезным — закончить уборку и только потом отправиться в лабаз, по пути завернув в знакомую кафешку. Как‑никак, время к обеду уже, желудок бунтует.

    Перед выходом я поднялся на второй этаж, в собственные аппартаменты — достаточно скромную двухкомнатную квартирку. Раньше там располагались складские помещения и офис, оставшийся от прежнего владельца. Мы же с напарником в офисе не видели надобности. В результате я занял площадь под жильё, что оказалось весьма просто — притащил кровать и газовую плиту с баллонным питанием. Вся остальная мебель досталась в наследство. Жаль только, что душ внизу, в самой мастерской. Неудобно, да и девушкам не нравится. Вове тоже, поэтому он квартиру снимает ближе к центру. Ему, видите ли, оттуда до клубов и прочих увеселительных заведений добираться проще. Хозяин барин. Денег человеку не жалко. А мне пофиг, подумаешь, по лестнице спуститься. Даже на улицу выходить не надо — она прямо из мастерской в квартиру ведёт. Правда, есть ещё и с улицы вход, парадный, так сказать.

    Собственно, в квартиру я поднялся с единственной целью — переодеться после душа в более приличный костюм, чем потрёпанный синий комбез и растоптанные кроссовки. Под приличным костюмом в нашем весёлом городе понимается смесь военного с туристическим — удобно и даже по своему красиво. Стиль милитари, мать! Ненавижу всё пятнистое. Но приходится соответствовать стандартам. Поэтому влез в тактические брюки цвета хаки, натянул светло–серую футболку — блин, пузо обтягивает, худеть пора — и всунул ноги в лёгкие полуботинки, туристические, с рубчатой подошвой. Самое универсальное обмундирование, всё лучше стандартного камуфляжа. На голову нацепил бейсболку с логотипом мастерской — силуэт джипа на фоне надписи 4WD. Ага, мы с названием заморачивались не слишком долго. Коротко и ясно, особенно для англоязычных клиентов, коих подавляющее большинство. А для русских и сочувствующих у нас на мастерской вывеска имелась — «Полный привод».

    В магазин мы с напарником ввалились сытые и довольные жизнью. Ксавье, местный управляющий, даже подозрительно на нас покосился. Знакомы мы давно, в подобном состоянии бываем редко — вечно заняты поиском заработка. Мастерская доход приносит стабильный, но не очень большой, едва на жизнь хватает. А тут припёрлись в оружейный лабаз, на рожах блаженство большими буквами написано, и вроде не пахнет от нас. Трезвые.

    — Бонжур, Ксавье! — поприветствовал я продавца.

    Мой французский ещё ужасней английского, особенно если начинаю говорить в нос. Ксавье всегда ржот над произношением. А я никогда не упускаю случая приколоться.

    — Привет, парни, — у продавца тоже акцент, французский. И всё равно его английский лучше моего. — Вы чего то хотели, мсье?

    — Ага, — встрял Вова. — Ксавье, нам нужен нормальный пистолет.

    — Нормальный? — почесал тот длинный нос. — А для каких целей покупаете?

    — Олегу как оружие самообороны.

    Ксавье деликатно хохотнул.

    — Олег, а ты в курсе, что тебе пистолет покупают? — поинтересовался он, окинув меня оценивающим взглядом.

    — А то… — вздохнул я. — Вова прилип, как репей к заднице — купи пистоль, да купи пистоль…

    Продавец крепко задумался. Прекрасно же знает, что стрелок из меня аховый, вот и пытается подыскать приемлемый вариант. Только вряд ли получится — я из пистолета стрелял один раз в жизни, когда на сборы после четвёртого курса ездил. Дали высадить обойму из «макарова». Нет, вру. Вова меня ещё пытался заставить из «беретты» в тире пострелять. Но я тогда как раз из «калаша» от души настрелялся, поэтому результат получился не утешительным. А вот сборку–разборку, что АК, что «макара» хоть сейчас на время сдам, был у нас на военной кафедре предмет «Огневая подготовка из стрелкового оружия», руки всё помнят.

    — Профессор, а ты сам что предпочитаешь? — наконец вышел из задумчивости Ксавье.

    — Я предпочитаю дробовик с картечью.

    — Хороший выбор, — оценил он. — Только не своевременный. Где ты из дробовика стрелять собрался? Или поохотиться решил на антилоп? Так снова не угадал — тут винтовки рулят с нашими пространствами.

    — Да знаю, — отмахнулся я. — И дробовик у меня есть уже. Из него хоть в крупную цель попасть сумею. А с пистолетом я полный ноль.

    — А чего так? Вова вон орёл, из чего хочешь палит.

    Забавно у него «Вова» получается, с ударением на последний слог.

    — Вова маньяк, — передразнил я его.

    — Хорош прикалываться, — встрял обсуждаемый. — Ну, так что, Ксавье?

    — Давайте подумаем, — продавец подпёр голову рукой, уставившись в потолок. — Что мы имеем с клиента? Клиент полный неумёха. Пистолет видел только на картинке…

    — Стрелял один раз из «макарова»…

    - … нормальный пистолет видел только на картинке. Значит, нужен простой в использовании, надёжный агрегат с небольшой отдачей. Клиент на вид весьма крепок, хоть и подзаплыл жирком. Значит, пистолет нужен достаточно мощный. Оружие для самообороны, то есть для повседневной носки. Значит, относительно компактное. Я ничего не упустил?

    Вова помотал головой, я пожал плечами.

    — Есть два варианта. Первый — банальный «Таурус 92», простой, надёжный, мощный, достаточно дешёвый. Крупноватый только. Второй — хеклеровский USP, рекомендую. Версия «компакт», 9 мм Люгер, тринадцать в обойме. Плюсы те же, но сильно дороже. Выбирайте.

    — А «макаров» есть? — вякнул я.

    Отсмеявшись, Вова принялся за поучения:

    — Олежек, дурья башка, какой «макаров»? Тут всё натовского стандарта. Ты в Демидовск за патронами 9х18 ездить будешь? Нет? Вот и молчи.

    Я лишь обречённо вздохнул.

    — Короче, вот тебе машинки, выбирай, какой больше к руке подойдёт, — подвёл итог Ксавье, выкладывая на прилавок оружие.

    Повертев в руках пистолеты, я пришёл к выводу, что мне они не нравятся. Один слишком тяжёлый и громоздкий, другой слишком лёгкий. Всё же тот, который USP, произвёл лучшее впечатление — в руку лёг удобно, компактный. Пожалуй, его возьму.

    — Вот этот.

    — Хороший выбор, — похвалил Ксавье. — Кобура идёт со скидкой 30%. Будете брать?

    — Обязательно, — встрял Вовка. — И патронов пачек пять давай, учить его буду.

    — С вас тысяча пятьсот экю за всё.

    Охренеть. Вова, меценат, блин.

    — Трофеи возьмёшь? — поинтересовался напарник, вываливая на прилавок револьверы.

    — Так–так–так, что тут у нас… — Ксавье заинтересованно повертел в руках никелированную дуру. — Кольт «Анаконда», охотничий, в приличном состоянии. Двести пятьдесят экю. За 38 калибр двести. Итого четыреста пятьдесят.

    — Грабитель, — подныл Вовка. — Ладно, забирай.

    — С вас одна тысяча пятьдесят экю. Спасибо за покупку, мсье. Заходите ещё.

    — В тир не пустишь на часок–другой? — Вова решил наглеть до конца. — Надо этого интеллигентишку немного поднатаскать.

    — За два часа? — удивился Ксавье. — Идите, нет проблем.

    — А завтра пустишь?

    — Абонемент покупайте. Одно занятие — две кружки пива.

    — По рукам.

    * * *

    Свободная территория под протекторатом Ордена, город Порто–Франко.

    23 год, 40 число 7 месяца, 10:00

    Вчера маньяк Вова битый час третировал меня в магазинном тире, заставляя раз за разом повторять немудрёные упражнения по выхватыванию пистолета из кобуры и наведению в цель. Потом ещё час пытался научить попадать хотя бы в створ мишени. После этих садистких развлечений ныли запястья и мышцы предплечья, мешая нормально работать. Изверг. Как я сегодня «болгарку» в руки возьму…

    Я вообще не понимаю Вовину любовь ко всему стреляющему. Ведь нормальный человек раньше был, а как в ВДВ отслужил, в стрелкового маньяка превратился. Как он туда вообще попасть умудрился. Вместе же военную кафедру заканчивали, на артиллеристов учились. ВУС «Командир огневого взвода или взвода управления». На гаубицах Д-30 готовились, на сборах даже боевые стрельбы провести довелось. Сидели на замаскированном КП и огонь корректировали с ПУО. Потом лейтенантов получили, и адье. Правда, на пятом курсе вместе с дипломами ещё и повестки почти всем выпускникам военки вручили. Я в аспирантуру поступил, поэтому в армию не попал. А Вову каким‑то невероятным зигзагом занесло в артполк ВДВ, этими самыми Д-30 укомплектованный. Но и тут он служил не совсем по профилю — сначала замом, а потом и командиром взвода артиллерийской разведки. Скучно ему было, вот и начал с нормальными разведчиками, из десантного полка, тренироваться. Они его поднатаскали в стрелковом деле, в армейском РБ и в тактике действий разведывательных и диверсионных групп. А в военной топографии он по долгу службы разбираться обязан был. Так что Вова не только боец, но ещё и штурман хороший, с ним с маршрута никогда не сойдёшь.

    Он вообще по жизни шебутной стал. Пока он в армии загорал, я параллельно с аспирантурой начал в автосервисе работать. Так в это дело втянулся, что на науку забил и аспирантуру бросил. А тут ещё предложили в долю войти. Согласился не задумываясь. К концу второго года мы с партнёром неплохо поднялись, но он решил в столицу податься — мало ему в провинции перспектив было. Ну, я его долю и выкупил. Правда, все сбережения в это дело вбухал, в долги влез. Но это не страшно — выплачивал потихоньку. Тут Вова из армии вернулся. Планов громадье, энергии переизбыток, в работу с головой окунуться рвётся. Пошёл навстречу старому приятелю, взял в долю. Тем более он за время службы накопления сделал приличные, помог мне часть долгов погасить. А дальше Вова проявил себя во всей красе.

    Сначала с его подачи мы расширили спектр услуг — начали заниматься тюнингом, готовить машины для стритрейсинга и гонок по бездорожью. Потом сами построили неплохой агрегат на базе старого «дефендера-90» и начали участвовать в гонках на выживание. А затем… Всё стало плохо. Чем мы привлекли внимание доморощенных рейдеров неизвестно, но те предприняли атаку на наш бизнес. Подставили элементарно — пригнали машину на доработку, дорогущий «додж–вайпер», через пару дней вскрыли гараж и тачку угнали. В результате мы попали на большие деньги. Даже продав мою квартиру–однушку, гараж и всё оборудование, мы оставались им должны. В первый момент мне захотелось выть и рвать на себе волосы. Вова же впал в задумчивость, и почти сразу предложил решение. Не знаю, как он на этого вербовщика вышел, но факт остаётся фактом — мы буквально за пару дней продали бизнес и всю имеющуюся недвижимость, пусть и за полцены, и с приличной суммой в кармане на вполне живом уазике — «таблетке», гружёном инструментами, и заряженном «лэнде» въехали через ворота на территорию базы «Россия». Ещё через три дня оказались в Порто–Франко. Какое‑то время ушло на адаптацию, но уже через два месяца мы стали владельцами небольшой автомастерской. При этом даже в долги умудрились не влезть, разве что в орденском банке взяли кредит под развитие бизнеса — чисто символический, десять тысяч экю.

    С тех пор прошло два года. Вросли в местный быт, английским разговорным более–менее овладели. С кредитом уже давно расплатились, бизнес окреп и стабилизировался — новичков через Порто–Франко едет много, машины у большинства к местным реалиям не приспособлены, поэтому работа есть всегда. Плюс халтурим периодически, как с пресловутым «самураем» — покупаем по дешёвке битые машины, восстанавливаем и продаём по нормальной цене. В прошлом году начали с гонщиками сотрудничать. Пускай и сезонная работа, но деньги неплохие. А тут ещё с Пепитой договор заключили на тюнинг и обслуживание гоночного квада — короче, бизнес прёт в гору. Теперь вот с придурошными латиносами связались…

    Предаваясь этим ностальгическим воспоминаниям, я и сам не заметил, как отделил покорёженную правую дверь от каркаса. Да, нехило машинку приложило. Ажно в салоне панель перекорёжило. Придётся выпиливать и новую приспосабливать. Хорошо, что не левая сторона, приборы целы остались. Ящик перчаточный дело наживное. Вот я его сейчас «болгаркой»… Ага, а что это тут такое белеет?

    Обыкновенный целлофановый файл с картой. Карта самая обычная, дешёвая, черно–белая. Такие на въезде в город продаются всем желающим. Изображены окрестности Порто–Франко, причём достаточно подробно. Монохромность не помешала авторам нанести даже высоты, но они плохо читаются из‑за особенностей цветопередачи — оттенками серого особо не поиграешь. А вот это уже интересно — жирной чёрной линией отмечен маршрут ежегодной гонки «400 км Порто–Франко». Вообще‑то, ничего особо сложного — старт на стадионе в городе, потом по пологой дуге с юга на север в саванну, поворот, и по такой же дуге, но уже с севера на юг снова в город, финиш на стадионе. Трасса описывает вытянутый овал, захватывая участки с различным рельефом — от ровной как стол степи до мелких оврагов, через которые гонщики обычно перепрыгивают. Само по себе мероприятие достаточно интересное и популярное, много народу привлекает. А это что? Чуть севернее изгиба трассы отмечена крестом небольшая ложбинка. Карта сокровищ? Да ну на фиг… Файл полетел на заднее сиденье.

    * * *

    Свободная территория под протекторатом Ордена, город Порто–Франко.

    23 год, 40 число 7 месяца, 13:00

    Работа по раздербаниванию «самурая» продвигалась весьма успешно. За пару часов я умудрился освободить от обшивки почти всю правую сторону, обнажив трубчатый каркас. Можно бросать «болгарку» и вооружаться домкратами. Или перекусить сначала?

    От приятных мыслей отвлёк скрип двери. Опять незваные гости? Где‑то тут труба давешняя валялась…

    Из‑за стеллажа показался Вова.

    — Ни фига себе!.. — присвистнул я, оценив состояние физиономии напарника. — Красавец.

    На губе ссадина, левая бровь рассечена, края раны стянуты пластырем. И вроде прихрамывает на правую ногу.

    — Вова, — подражая акценту Ксавье, принялся я донимать страдальца, — это быль муж ваша мадам?

    — Не смешно, Олежек! — огрызнулся Вова, присев на верстак. — Долбаные латиносы! Ещё раз встречу, перестреляю к херам.

    — А вот с этого места поподробнее.

    — Да чего поподробнее. Шёл сюда, зажали в переулке. Сразу стволы достали и прессовать начали на предмет машины. Очкастый битой бейсбольной угрожал.

    — И что же умелый воин Владимир не отметелил двух наглых придурков?

    — Их трое было.

    Занятно. Подкрепление к ребятишкам прибыло? А вообще прыткие они — вчера только у них оружие отобрали, а сегодня уже с новыми волынами разгуливают.

    — Кто третий? Ещё один кретин с большим револьвером?

    — Ты будешь смеяться, Проф, но третьим был Хосе Иголка.

    Час от часу не легче. А Иголке‑то от нас что понадобилось? Он же обычный мелкий жулик, в мокрухе не замечен. Правда, ходят слухи, что он не сам по себе, а представляет в нашем славном городишке интересы какой‑то группировки из Нью–Рино. Значит, эти дебилы оттуда? А с чего ещё Иголке за них впрягаться. Вывод очевиден.

    — Ты им рассказал про тачку?

    — Нет, конечно, — возмутился Вова. — Сдёрнул я от них. Врезал Иголке по яйцам, тех двоих раскидал и свалил из переулка. Они стрелять постеснялись, попытались вырубить. Татуированный дюже ловкий оказался — в челюсть мне заехать успел, да только я его заломал. На улицу выбегаю, а навстречу патруль орденский. Стоять, руки за голову, все дела. Ну, я им тут и накапал на обидчиков — те свалить не успели, захомутали всех со стволами.

    — А с бровью что?

    — Да фигня, — отмахнулся напарник, — неудачно очкастого боднул. Стеклом от очков и рассёк. А пластырь в участке наложили.

    — Латиносы? — на данный момент самый насущный вопрос.

    — В обезьяннике сидят. Сержант патрульный пообещал, что до утра не выпустят их. И штраф ещё сдерут. Те двое первый раз в городе, а уже накосячили. Нарвались на финансовое наказание с конфискацией оружия. Иголку, правда, отпустили.

    Это хорошо, по крайней мере, сегодня двоих отморозков можно не опасаться. А один Иголка на рожон не полезет.

    — А тебя почему не закрыли? Или ты без оружия был?

    — Смеёшься? — оскорбился Вова. — Прекрасно знаешь, что пустым из дома не выхожу. Просто сержант знакомый в участке дежурил, и ствол я достать не успел. Плюс уже длительное время являюсь резидентом города. Отпустили, даже помощь медицинскую оказали.

    Некоторое время сидели, молча переваривая случившееся. Вова ещё от адреналинового выброса не отошёл, а мне было о чем подумать. Наконец я вздохнул и полез в «самурай». Придётся всё напарнику рассказать.

    — Чего это? — Вова повертел в руках карту, непонимающе уставился на меня.

    — Вова, не тупи. Я это нашёл в бардачке. Обрати внимание на маленький крестик.

    — Да ну на фиг…

    Надо же, не поверил. А ведь обычно Вова прожжённый авантюрист, хлебом не корми, дай во что‑нибудь вляпаться.

    — Вова, ну сам подумай. Ты пригоняешь битую тачку. На следующий день ею начинают интересоваться какие‑то левые латиносы. Причём прав на неё не предъявляют, интересуются предыдущим владельцем. Мы знаем, что предыдущий владелец нашёл её в саванне, значит, к латиносам отношения не имеет. Какой отсюда вывод?

    — Они ищут предыдущего владельца.

    — Я тебя понял, хоть и с трудом. Им нужен тот, кто тачку в саванне посеял. А зачем? Правильно, дело у них общее. Кто‑то кому‑то что‑то должен. Тачку пригнал Гарри. Вывод: её владельцы остались в саванне. Скорее всего, в виде ужина какой‑то тварюги. Я нашёл карту. Ты её видел. Теперь мы с тобой носители секретной информации. Вопрос: что делать?

    — Съездим, проверим?! — ага, авантюрист в напарнике прорезался.

    — Зачем?

    — Как зачем?! А вдруг там и правда клад!

    — Вова, тебе сколько лет? Какой, на фиг, клад? В лучшем случае грузовик с наркотой, или ещё что похуже. Оно нам надо? — я соскочил с верстака и принялся мерить шагами закуток. — Приехали мы туда, а там действительно гора дури. И что дальше? Сейчас мы ещё можем соскочить, а тогда станем крайне нежелательными свидетелями.

    — А ты что предлагаешь, если такой умный? — набычился напарник.

    — Давай латиносам карту отдадим.

    — Профессор, ты совсем дурак?! — захохотал Вова. — Ты сам‑то подумал, что предложил? Если им карту отдать, нас точно грохнут. Без вопросов. Сто процентов. Раз — и готово.

    — Это ещё почему?

    — Они у тебя про карту спрашивали? Нет. Спрашивали про машину. Значит, считают, что мы вообще не при делах. А если карту им отдать, то мы моментально превратимся, как ты выразился, в крайне нежелательных свидетелей. Пристрелят, однозначно.

    — Давай тогда карту обратно в бардак спрячем и машину им отдадим…

    — А вот хер! — отрезал Вова. — Щаз, разбежался. Наша машина, я за неё бабки заплатил. И потом, они наверняка задумаются, чего это мы вдруг очканули и тачку отдали. К тому же ты бардачок распилил. Сопоставят факты. Эти‑то два дебила, может, и не догадаются. А вот Иголка сразу просечёт.

    — И что делать?

    — Это ты у меня спрашиваешь? — ухмыльнулся Вова. — Профессор, думать твоя задача, а я так, тупое мясо на подхвате.

    — Вова, ты дебил?!

    — Ладно, остынь… — примирительно поднял руку напарник. — Я предлагаю съездить проверить. Только надо не запалиться перед этими. Кстати, есть вариант.

    — Ты думаешь о том же, о чем и я?

    — Ага! — Вова довольно осклабился. — Надо Пепе развести, чтоб мы её технической командой завтра были. Она на трассу, мы по параллельной дороге с остальной оравой. А дальше дело техники.

    Что ж, как говорится, за неимением гербовой… Так себе план, конечно, но хотя бы нас не перестреляют в саванне, как антилоп. Народу завтра на маршруте будет как людей — толпы журналистов, техников и обслуживающего персонала. Это не считая самих гонщиков и патрульных, которые безопасность трассы обеспечивают. Так что обломаются латиносы, даже если следить за нами будут. В чем я лично сомневаюсь.

    * * *

    Свободная территория под протекторатом Ордена, город Порто–Франко.

    23 год, 40 число 7 месяца, 15:00

    Кафе «Toshnilovka» встретило нас привычной смесью ароматов — пиво, щи (настоящие столовские, больше я таких в Порто–Франко ни в одном заведении не встречал), жареное мясо и ещё что‑то, не поддающееся идентификации. В принципе, место весьма неплохое, хоть и не дотягивает до Саркисова ресторана. Но нас вполне устраивает и по цене, и по качеству кормёжки. Равно как и ещё полсотни окрестных работяг, наведывающихся сюда каждый день около полудня. Вообще‑то Таисия Петровна, главная повариха заведения, раньше работала в общепите какого‑то провинциального городка. Фирменные щи являлись напоминанием о её прошлом, и одновременно были тонкой шуткой для понимающих людей типа нас с Вовой. Непосвящённым же они представлялись сверхэкзотичным русским блюдом. Даже традиция местная возникла — каждого новичка проверять щами. Иностранцы попадались. Выходцы же с постсоветского пространства обычно просили добавки — ностальгия могучее чувство. Остальные блюда, представленные в обширном меню, шеф–повариха готовила так, что пальчики оближешь.

    Название кафешки, кстати, ещё одна хохма только для своих. Наследие тяжёлого прошлого владельца заведения Кузьмича, который по совместительству являлся мужем Таисии Петровны. Он ещё и обязанности бармена на себя взвалил — сбылась мечта беззаботной юности. Хочешь — наливай, хочешь — не наливай. Полная свобода. При этом чаще не наливал. Себе.

    — Глянь‑ка, Профессор! — ткнул меня в бок Вова. — На ловца и зверь.

    В дальнем от входа углу зала расположился Малыш Гарри — занял собой целый столик в отдельном «нумере». Видимо, хотел пообедать в одиночестве. Одного не учёл — с его комплекцией прятаться нужно как минимум в погребе, а не за низенькой перегородкой и побегами вьюнов вместо ширмы. Я его жирный затылок из тысячи узнаю. Главное, не спугнуть, со спины заходим…

    — Привет, Гарри!

    Я похлопал здоровяка по плечу и уселся напротив. Рядом приземлился Вова. Гарри окинул нас неприязненным взглядом, узнал и немного смягчился. Заплывшие жиром глазки из стальных и колючих вновь стали лукавыми и приветливыми.

    — Привет, парни. Хотите щей?

    — Нет, спасибо, — ушёл в отказ Вова. — Официант!

    Что у «Тошниловки» не отнять, так это оперативность обслуживания. Уже через пару минут перед нами стояли подносы со снедью и объёмистые кружки с пивом «Hoffmeister».

    — Гарри, — вкрадчиво начал Вова, — я вот что хотел уточнить…

    — Деньги не верну! — решительно заявил наш сотрапезник. — Забрал тачку, сам с ней и мучайся.

    — Гарри, ты меня не так понял, — проворковал мой напарник. Когда ему надо, он может быть чертовски обаятельным и убедительным. — «Самурая» мы тебе не отдадим, даже если просить будешь. Ты вот что скажи — когда на машину наткнулся, ничего странного в глаза не бросилось?

    — Да чего странного, — отмахнулся Гарри, отхлёбывая пиво. — Какие‑то придурки полезли в саванну и нарвались на неприятности.

    Из дальнейшей беседы выявились следующие факты. Позавчера Малыш Гарри, будучи одним из самых опытных охотников города, по долгу службы отправился в саванну с намерением добыть антилопу и по возможности разведать скопления свинок и гиен вдоль гоночной трассы. Обычное, в общем‑то, дело, особенно в преддверии столь громкого события, как «400 км Порто–Франко». Скопления хищной живности разведал, а вот антилопу не добыл — помешало отсутствие места в кузове «мула», как Гарри называл свой полноприводный грузовичок, оборудованный лебёдкой и платформой с наклонным пандусом. Видели мы эту машину. Вообще занятная штука, что‑то вроде эвакуатора, только с высоким клиренсом и внедорожными колёсами. А как ещё прикажете возить добытых животин весом мало не в тонну? Лебёдкой зацепил, по пандусу в кузов заволок — и готово.

    Так вот, в этот раз кузов был занят изрядно побитым «самураем», на который Гарри наткнулся километрах в ста от города, почти у самой трассы. Конечно, наш добрый друг, как человек, не лишённый отзывчивости и, как он выразился, «гуманизмы», в первую очередь осмотрел окрестности на предмет поиска хозяев машины. Хозяева нашлись, числом трое, преимущественно в виде разрозненных останков. Обнаружилось и снаряжение. Для такого опытного следопыта, как наш покорный слуга — лёгкий поклон — разобраться в произошедшем не составило труда. Трое идиотов на внедорожнике прибыли откуда‑то из глубины саванны. Вооружены были более чем странно — двумя «ингремами», одним «мини–узи» и одной нормальной самозарядной FN‑FAL калибра 7,62 мм. Из чего Гарри сделал вывод, что из троицы как минимум один был знаком с местными реалиями не понаслышке, а двое других скорее всего новички. Вот эти новички и решили развлечься стрельбой по живым мишеням — начали палить из своих пукалок по матёрому кабанчику. Опытный остановить их не успел или не смог. Кабанчику пистолетные пули что слону дробина, однако он сильно обиделся и решил наказать наглых людишек. С разбегу протаранил правый борт внедорожника, да так удачно, что завалил его набок. Тут к горе–охотникам и пришёл маленький полярный зверь с ценным мехом. Опытный пытался отстреливаться из винтовки, за это кабанчик затоптал его первым. Потом настала очередь любителей скорострельных трещоток. Совокупными усилиями четырёх стволов убиенным путешественникам всё же удалось серьёзно повредить зверюгу, поэтому кабанчик в скором времени сам стал жертвой гиены. Она же сожрала трупы, оставив на месте преступления лишь изжёванные стволы и обломки костей. Дав для порядка круг в пару километров и никого больше не обнаружив, Гарри решил забрать «самурай» в качестве трофея. В городе ему подвернулся Вова, которому удалось втюхать побитый автомобильчик по весьма достойной цене. Впрочем, судя по взглядам, которыми обменялись эти двое, каждый из них считал, что именно он объегорил партнёра. Хотя в этом вопросе я на стороне Вовы.

    — Гарри, а как же ты тачку в кузов умудрился загрузить? — с невинным выражением на лице поинтересовался мой партнёр, когда охотник закончил монолог.

    — А чего тут сложного? — пожал тот плечищами. — Лебёдкой дёрнул, он на колеса и встал. Потом рычаг на нейтраль, и затолкал.

    Ага, Малыш Гарри в своём репертуаре. Знаете, за что он кличку получил? Догадайтесь с трёх раз.

    * * *

    Свободная территория под протекторатом Ордена, город Порто–Франко.

    23 год, 40 число 7 месяца, 19:00

    — Привет, мальчики!

    Вот блин, так заработался, что не услышал скрипа входной двери. Слава яйцам, что в этот раз гость мало того, что приятный, так ещё и архинужный. Протерев руки грязноватой ветошью, отправляюсь встречать посетительницу.

    — Вова непременно сказал бы банальную скабрёзность, типа, где вы были, девушка, когда мы были мальчиками! — я слегка приобнял гостью, стараясь не замарать рабочим комбезом. — Но я человек тонкого душевного устройства, можно сказать, интеллигент. Hola, короче.

    — Твой испанский за последнюю пару месяцев лучше не стал, — не преминула попенять мне посетительница. — А где этот пошляк и грубиян?

    — Кто бы знал, — пожал я плечами. — Пути Володины, как и господни, неисповедимы.

    — Ну и ладно тогда. Давай, показывай скорее El Toro!

    Кстати, позвольте представить — Инес «Пепита» Альварес, наша очаровательная партнёрша по команде. Это её квад мы подрядились обслуживать и готовить к самой знаменитой в Новой Земле гонке «400 км Порто–Франко». Вернее, подряжался Вова, как ответственный за организационные вопросы. А готовлю и обслуживаю я. Не графское это дело — в масле возиться и железяки ворочать.

    Наша Инес, вообще‑то, уникальная личность — как в старом фильме, «… спортсменка, комсомолка и просто красавица». Правда, есть нюансы. Тянет её всё больше в сторону экстрима, что в сочетании с взрывным характером порождает иной раз такие загибы, что диву даёшься. Собственно, за это и склонность к занятиям, более приличествующим мужской половине человечества, её и прозвали Пепита. Что характерно, ещё в детсадовском возрасте. С годами нескладная девчонка–сорванец превратилась в фигуристую оторву, вслед которой не оборачивались только полные импотенты и не менее полные пи… то есть геи. А вот в душе нисколько не изменилась, как ни старались заботливые родственники выбить из неё дурь. С её внешностью она вполне могла бы стать постоянной участницей конкурсов красоты. Вместо этого она пропадала на соревнованиях. Не важно, каких — лишь бы имелось какое‑то транспортное средство, ощущение скорости и адреналин.

    В прошлом году она впервые пробилась в финальную часть гоночной серии, выиграв региональный этап по кросс–кантри на квадроциклах, и приняла участие в «400 км». Успехов особых не достигла, финишировав во втором десятке, но уже то, что не сошла с дистанции, говорит о многом. Тогда же мы и познакомились. Меня заинтересовала очаровательно смуглая некрупная (это мягко говоря) брюнетка, со всей силы пинавшая квад стройной ножкой, затянутой в мотоциклетный сапог. При этом она чуть не плача изрыгала такие проклятия, что даже я, по–испански не зная ни слова, понял всю глубину её горя. Против ожидания, девушка на контакт пошла легко, тут же эмоционально выложив причину своего гнева. Оказывается, её El Toro на низких оборотах не выдавал необходимого крутящего момента, и она на всём протяжении гонки на этапах со сложным рельефом отставала сначала от лидера, а потом и от других гонщиков, хоть и пыталась на прямых отрезках наверстать упущенное. Беглый осмотр пациента позволил поставить правильный диагноз, о чем я тут же и сообщил. По моему мнению, в её фиаско были виноваты маломощный двигатель и турбокомпрессор, который из‑за особенностей устройства эффективно мог работать лишь вблизи номинальных оборотов — на низких элементарно не хватало отработавших газов, чтобы раскрутить турбину. Вообще не понятно, за каким лешим его воткнули — заводской комплектацией он предусмотрен не был. А чего вы хотите от старичка — «бомбардье» начала девяностых годов выпуска. Я тут же предложил ей несколько путей решения проблемы. Благодарная гонщица в качестве ответной любезности позволила пригласить себя в кафе на чашечку кофе. Там мы и познакомились как следует. Правда, по дороге к нам присоединился Вова, хоть я его и пытался прогнать, и уже за совместным обедом он умудрился договориться с Инес на обслуживание её квада. Жучара.

    — И чего тебе этот «телок» так сдался? — честно признаться, я в недоумении. — Хоть бы отдохнула с дороги, душ приняла, в конце концов.

    — На интим надеешься? — улыбнулась язва в ответ. — Обойдёшься. Я за дорогу на месяц вперёд выспалась. Показывай, давай.

    Ну и ладно, как говорит Пепита. Вообще‑то, от интима с ней я бы не отказался. Неоднократно пытался делать намёки, но каждый раз деликатно посылался далеко и надолго. Хотя при первой нашей встрече мне показалось, что очень даже может быть…

    — Вот твой «телок», — я сдёрнул с квада брезентовый полог, откинул полотнище в угол. — Принимай товар.

    Пепита смерила меня уничижительным взглядом, надула и так пухлые губки, но тут же сменила гнев на милость и взгромоздилась в седло. Это она на «телка» обижается. А по мне, так «телок» он и в Новой Земле «телок» — пока, фигурально выражаясь, пинка под зад не дашь, не едет. Впрочем, теперь ситуация должна исправиться. Есть такая хитрая штука, «битурбо» называется. В прошлой ещё жизни использовал частенько в заряженных тачках. Завалялся у меня в запчастях, протащенных через ворота, нагнетатель типа «Roots», вот я и решил пустить его в дело. Честно говоря, просто жалко стало турбокомпрессор выкидывать — прирост мощности он обещал ощутимый. Жаль, что предыдущие владельцы «телка» не довели дело до логического завершения. Возился долго, но теперь с крутящим моментом на низах проблем быть не должно — двухцилиндровый двигатель бодро молотил во всём диапазоне оборотов и так и норовил поднять квад на дыбы.

    — Как в Нью–Рино дела? — как бы между прочим поинтересовался я.

    — Всё как обычно — приезжие играют, жулики жульничают, крутые мачо следят за порядком, — отозвалась Инес, не переставая ёрзать в седле.

    — Неудобно?

    — Нормально, привыкну. А попробовать можно?

    — Ну, наконец‑то! — хохотнул появившийся из‑за стеллажа Вова. — Дождался, сама просит. Конечно можно, дорогая! А ты справишься?

    — Дурак! — надулась Пепита, но тут же широко улыбнулась. — А я всё думаю, где этого пошляка нелёгкая носит?! А тут оно и припёрлось.

    — Я тоже тебя люблю, — не остался в долгу напарник.

    Кстати, скрип двери я опять почему‑то пропустил мимо ушей.

    — Вов, ты тут посиди, гостью развлеки, а я пойду дверь проверю.

    — А что с ней не так?

    — Не скрипит.

    — Конечно, я её утром смазал.

    Занавес.

    * * *

    Свободная территория под протекторатом Ордена, город Порто–Франко.

    23 год, 40 число 7 месяца, 21:00

    — Ну что, накаталась? — устало поинтересовался я у светящейся от счастья Пепиты. — Загоняй квад, разговор есть.

    — И что же такого важного вы хотите мне сообщить, — осведомилась девушка, припарковав «телка», куда ему и положено — в дальний закуток. — Размяться не дали, изверги. Как я завтра на старт выйду?

    — Угомонись, очаровательное дитя природы, — вовремя влез Вова. — У нас есть небольшая просьба. Не могла бы ты заявить нас с Профессором на завтрашнюю гонку своей техподдержкой?

    — На фига это вам? — так и знал, сразу заподозрит неладное.

    Надо выручать напарника.

    — Инес, дорогая! — попытаюсь задействовать своё обаяние. Хотя Вова говорит, что на баб оно действует только в первые десять минут, потом они просекают, что я за тип. — Понимаешь, система новая, капризная, на надёжность испытаний не проходила, вдруг что не так пойдёт? А мы рядом.

    — Что‑то мне не нравятся выражения ваших физиономий, — Пепита окинула нас оценивающим взглядом. — Колитесь, и без выкрутасов.

    Щаз, прямо взяли и раскололись. Я толкнул Вову локтем в бок. Тот намёк понял.

    — Инусик, лапочка, — вот змей, как мягко стелет! — Ну сама подумай, как ещё бедным техникам попасть на такое значительное, зрелищное, а самое главное — дорогое мероприятие? По телевизору смотреть, что ли? Это несправедливо. Более того, я не побоюсь этого слова — чудовищно лишать верных партнёров столь чудесного зрелища. Мы не хотим пропустить ни одной минуты твоего будущего триумфа.

    — Как‑то так, — согласился я со словами напарника. — Ну, пожалуйста!

    — Ладно, запишу.

    Вот и ладушки. Сейчас этот вопрос форсировать не будем, а завтра не отвертится. И дальше пытать нас ей станет просто некогда. Ну а там будем посмотреть по результатам вылазки.

    * * *

    Свободная территория под протекторатом Ордена, город Порто–Франко.

    23 год, 1 число 8 месяца, 10:00.

    400 км Порто–Франко, день первый

    С утра на местном безымянном стадиончике, построенном специально для обслуживания гонок, собралась целая толпа, тысяч этак пять. Спортивное сооружение на такие нагрузки рассчитано не было, но народ данный факт волновал мало — люди и фанаты жаждали зрелища, а не сомнительных удобств в виде деревянных скамей под дырявыми навесами. К тому же большая часть болельщиков распределилась вдоль специально подготовленного куска трассы длиной около полутора километров. Здесь были густо натыканы трамплины, ямы с водой и прочие прелести кроссовых трасс. Традиционно старт и финиш являлись наиболее зрелищными этапами самой знаменитой гонки Новой Земли. Так же традиционно на этот отрезок дистанции приходилось наибольшее количество вылетов, поэтому никто не уходил обиженным. Ради такого зрелища можно перетерпеть несколько часов жары, тем более что недостатка в прохладительных напитках не наблюдалось. Ещё одним несомненным плюсом стадиона являлась огромная видеостена, составленная из нескольких десятков плазменных панелей. Аудио сопровождение соответствовало видеоряду — десяток концертных мониторов позволял в полной мере насладиться рёвом моторов. Трансляция в рилтайм режиме пользовалась несомненным успехом — проверено временем и тысячами болельщиков.

    В стартовой зоне ещё пусто — гонщики заняты последними приготовлениями, техники в который раз обнюхивают квады, выискивая пропущенные накануне косяки. Экипажи техобеспечения кучкуются наособицу — этим парням предстоит пережить все тяготы четырехсоткилометрового пробега по саванне наравне с пилотами. Собственно, мы с напарником вполне можем к ним присоединиться — час назад Пепита внесла нас в заявку. Мы теперь официально являемся группой технической поддержки команды кубинского анклава Нью–Рино. Хотя обычно Инес в гонках обходилась без подобной роскоши — содержать собственную бригаду техников большинству участников заездов не по карману. Уговорить вздорную девчонку удалось лишь благодаря нашему статусу местных жителей, да и гонорар нам не предусмотрен договором. Мы вызвались добровольно, на общественных началах.

    Офис организаторов мероприятия находился на Овальной площади, в полуподвале одного из зданий, поэтому после соблюдения всех необходимых формальностей пришлось через весь город добираться до стадиона. В качестве основного средства передвижения я выбрал старичка — «дефендера». Тот хоть и с укороченной базой, но внутри мне удалось оборудовать весьма неплохую мобильную мастерскую — для оперативного вмешательства в случае поломки квада её мощностей хватит за глаза. Да и регламентом соревнований запрещено на маршруте проводить сложный ремонт. Другое дело заменить порвавшийся шланг или проколотое колесо. Впрочем, никто не будет мешать, даже если нам вздумается посреди саванны перебирать двигатель. Правда, в этом случае гонщик автоматически пополнит ряды выбывших.

    Пепита умчалась на кваде, не дожидаясь нас, пробуксовкой взметнув клубы пыли. Из чистого хулиганства. Мы же чинно поплелись следом — я за рулём, как лучший водила, Вова рядом, как лучший штурман. «Дефендер» уверенно молотил движком, длинноходная подвеска глотала неровности дороги, позволяя экипажу чувствовать себя достаточно комфортно, а в кабине было так по–домашнему уютно, что я даже пожалел бедняжку Инес — как её сейчас трясёт на кочках! А на маршруте будет ещё хлеще.

    К выезду мы подготовились ещё с вечера. Причём даже легкомысленный Вова подошёл к этому процессу предельно серьёзно. Впрочем, его вклад заключался в загрузке в «ленд» всего наличного оружия и боеприпасов. А наличествовало, на мой взгляд, немало: Вовин любимый АК-103, за который он выложил огромные деньги в «RA Guns and Ammo», и который пришлось заказывать аж в Аламо, в головном магазине; мой верный пятисотый «моссберг» с патронташем; СКС с оптикой — его Вова вообще неизвестно зачем прихватил, да и в целесообразности его покупки я сильно сомневался; ну и вспомогательное оружие — у меня свежеприобретенный USP, из которого я дважды, и довольно удачно, успел пострелять в тире, а у напарника армейская «беретта» М9. Оделись соответственно — уж на что я не люблю военные шмотки, но через силу натянул местный камуфляж расцветки «саванна». Вернее, штаны от него, бросив куртку в грузовой отсек «ленда». Хватит с меня футболки–хаки. На ноги новоземельный аналог знаменитых «коркоранов» — немцы в Евросоюзе наладили производство, получается не хуже оригинала. Маньяк–Вова, одетый, как и я, но увешанный разгрузкой с автоматными магазинами, рацией, ножом и нагрудной кобурой с пистолетом, заставил меня прицепить к бедру собственную кобуру и обязал с оружием не расставаться до самого возвращения в город. Я клятвенно обещал, про себя помянув чёртова милитариста матерным словом.

    И вот теперь мы во всеоружии и полной боеготовности подъехали к стадиону. Я припарковал «дефендера» в кучке таких же «техничек» и выбрался из машины слегка размяться. Да и к Пепите подойти не помешает — всё‑таки мы официально её техническое обеспечение.

    Оставив Вову на хозяйстве — а на самом деле чесать языками с соседями — я направился к стартовой зоне, в которой уже выстраивались квады. Распределение по позициям производилось по оригинальной методике — учитывались заслуги гонщиков на предыдущих этапах. Участники, занявшие первые места в региональных соревнованиях, становились в первую линию, вторые — соответственно во вторую и так далее. Линий было пять, с интервалом десять метров. Всего в гонке традиционно участвовало пятьдесят квадроциклов, и на старте наиболее умелые и удачливые по результатам сезона получали заслуженное преимущество.

    Пепита готовилась стартовать из второй линии, пятой по фронту — как выпал жребий. Не сказать, что сверхудачная позиция, даже наоборот — велика вероятность столкнуться с кем‑либо из соседей или влететь в кучу–малу из машин первой линии. Но Инес девочка умная, опыта ей не занимать. Прорвётся. Тут главное пройти первые полтора километра полосы препятствий, а уж потом саванна расставит всё по своим местам.

    — Олежек! — обрадовалась партнёрша по команде. — Пожелай мне удачи!

    Ага, щаз! Плохая это примета — пожелание удачи из моих уст. Лучше промолчу. Для порядка осматриваю квад — не оторвалось ли чего по дороге. Пепита всегда носится сломя голову, может и не заметить, что колесо потеряла, например. Против ожидания, с машиной всё оказалось в порядке.

    — Сильно не газуй, — предупредил я, похлопав квад по кургузому крылу. — Теперь тебе и на низах дури хватит. Даже много, особенно на поворотах будь осторожна — опрокинуть может.

    — Да знаю я, — отмахнулась Инес.

    Знает она, как же. К любой машине привыкнуть надо, а к спортивному болиду тем более. Вчерашних двухчасовых покатушек может оказаться недостаточно. Вообще‑то не следовало на решающую гонку на непривычном кваде выходить, но её не переубедишь — хочу El Toro, и точка. И так в пяти предыдущих этапах на одолженном агрегате гонялась, спасибо, помогли родственные связи. Я уже говорил, что наша партнёрша происходит из сильнейшего гангстерского клана Нью–Рино? Нет? Вот говорю. Эти кубинцы даже до Порто–Франко дотянулись, букмекерскую контору в прошлом году открыли.

    Сегодня Пепита, несмотря на жару, облачилась в мотоциклетный комбез с пластиковыми вставками, мотоциклетные же сапоги и прочие налокотники–наколенники. Смотрелось это весьма аппетитно — одеяние обтягивало фигуру девушки как вторая кожа, выгодно подчёркивая все округлости. В цветовой гамме превалировал белый — местная специфика, при нашей жаре в чёрном просто сваришься. Опять же, комбез выгодно контрастировал со смуглой кожей и тёмными волосами, собранными в хвост.

    — Как говорят у меня на родине — ни пуха! — пожелал я, чмокнув очаровательную гонщицу в щеку. — Пойду.

    — К черту! — отозвалась Инес, устроившись в седле.

    Нахлобучила на голову шлем с зеркальным забралом и махнула рукой — типа, вали уже.

    Я бы и рад валить, да полюбоваться хочется. Пепита вообще на меня странно действует — вроде никаких поводов не даёт, относится подчёркнуто дружелюбно, а меня так и подмывает начать подбивать клинья. Да и вообще я сам себя понять не могу — и хочется, и колется. Вроде нравится, даже очень, а форсировать события боязно — вдруг пошлёт окончательно. Фиг знает, короче. Никогда у меня ещё такого не было, чтоб из‑за девчонки так переживал.

    А они на пару смотрятся очень органично — темно–серый, расписанный под бычью шкуру квад плавно переходит в стройную белую фигуру гонщицы и получается этакий полумеханический кентавр. Единый организм, в общем порыве срывающийся с места, маневрирующий, взмывающий в прыжках, приземляющийся в клубах пыли… Завораживающее зрелище. Будет. Скоро.

    Квад Пепите оформляла её подружка из Аламо. Специально прилетала к нам в Порто–Франко, неделю жила в мастерской. Результат в итоге получился ошеломительный — Джей–Джей (подружку так звали) показалось скучно просто намалевать бычью морду и покрасить тело квада в серый металлик. Она подошла к делу с выдумкой и старичок — «бомбардье» превратился в фэнтезийное чудовище — смесь быка с драконом. Чешуя перемежалась шерстью, пасть с хищными зубами, казалось, сейчас вцепится в неосторожно протянутую руку, а рога — это вообще отдельная песня. И вся эта красота в серых металлических тонах, с платиновым отливом. На солнце смотрится просто великолепно. Шлем, кстати, тоже украшен изображением драконобыка — в полный рост, во всей красе, так сказать. Хоть и в миниатюре.

    Ладно, хватит глазеть, идти надо. Долг зовёт.

    * * *

    Свободная территория под протекторатом Ордена, город Порто–Франко.

    23 год, 1 число 8 месяца, 11:00.

    400 км Порто–Франко, день первый

    Рано или поздно среди любого бардака находится человек, способный взять ситуацию в свои руки и перенаправить общий энтузиазм в конструктивное русло. В случае с «400 км Порто–Франко» в роли такого человека традиционно выступал Джонни «Доброе Утро» Уоткинс — медиамагнат из Нью–Рино. Начинал он ещё в нашем весёлом городе, когда главного прибежища порока Новой Земли даже в планах не было. Организовал телеканал, который первоначально охватывал Порто–Франко и Базы, со временем сеть расширилась, каналов стало целых четыре, а когда Нью–Рино превратился в крупнейший центр развлечений, Джонни перебрался туда, чтобы быть ближе к месту основных событий. В настоящее время империя Уоткинса охватывала все американские территории вкупе с Евросоюзом. При желании передачи можно было принимать даже в ППД и Демидовске, другое дело, что мои соотечественники их не очень жаловали — в новоземельной России был свой телеканал. К тому же в этом мире человек почти всегда занят вопросами выживания, поэтому мало кто мог позволить себе длительное сидение около телевизора. Я, например, если и смотрел, то только новости, и изредка фильмы.

    Один из принадлежащих Джонни каналов специализировался на спортивных программах, поэтому «Доброе Утро», получивший кличку ещё в бытность ведущим местного утреннего шоу в солнечной Флориде, выступал основным вдохновителем, а заодно и спонсором крупнейшей гонки Новой Земли. Кстати, злые языки поговаривают, что мистер Уоткинс является ещё и владельцем первой в истории планеты порностудии, а также «крышует» подпольных производителей видеозаписей экстремальных соревнований, типа боев без правил и так называемых спортивных дуэлей. Болтают. Не может этот благообразный седовласый джентльмен с манерами английского лорда заниматься столь богопротивными делами. Зависть чёрная бурлит в людях, вот и норовят оговорить невинного. Ага.

    Ровный гул трибун, перемежавшийся рыком двигателей, перекрыл громкий взвизг возбудившихся мониторов, в колонках что‑то зашуршало, и на помосте под видеостеной показался главный виновник торжества — мистер Уоткинс собственной персоной. В отутюженном строгом костюме, с неизменной бабочкой на шее и микрофоном в руках Джонни смотрелся весьма импозантно, особенно на видеостене — оператор захватил торс и лицо ведущего церемонии крупным планом. Магнат отточенным движением поправил бабочку, прочистил горло и хорошо поставленным голосом начал вещать:

    — Жители и гости славного города Порто–Франко! Телезрители! Я очень рад приветствовать вас всех и горжусь в очередной раз выпавшей мне честью объявить о начале главного события года в мире ревущих моторов и диких скоростей — гонки «400 км Порто–Франко». Как вы, несомненно, знаете, «400 км» ознаменует закрытие текущего сезона и открытие нового. Через семь дней станут известны лучшие пилоты года нынешнего. Для кого‑то это будет означать завершение карьеры, для кого‑то — одно из величайших достижений, а для многих — просто ещё один этап в гонке под названием «жизнь». Но все мы будем вознаграждены незабываемым зрелищем, и это главный результат, которым мы, организаторы мероприятия, гордимся более всего!

    Джонни сделал небольшую паузу, позволив народу переварить услышанное.

    — В этом году гонка проводится уже в девятый раз, — продолжил он через несколько секунд. — За прошедшие годы «400 км Порто–Франко» превратилась из малозначительного регионального этапа по мотоциклетному кросс–кантри в крупнейшее соревнование, охватившее несколько классов болидов. Я позволю себе кратко напомнить регламент: в первый день после церемонии открытия стартует гонка квадроциклов. Во второй день мы сможем понаблюдать за битвой мотоциклистов. Третий и четвёртый дни посвящены заезду багги. Программа разбита на два соревновательных дня. Пятый и шестой день будут посвящены выяснению отношений между экипажами полноценных внедорожников и полноприводных грузовиков, также в два этапа. Седьмой — заключительный день — мы отводим показательным выступлениям, а также церемониям награждения и торжественного закрытия гонки.

    — А теперь, дамы и господа, — голос ведущего зазвенел от гордости и скрытого торжества, — позвольте мне объявить девятую ежегодную гонку «400 км Порто–Франко» открытой! И пусть она пройдёт так, чтобы нам всем было что вспомнить, коротая длинные вечера в ожидании десятой, юбилейной гонки!!!

    Восторженный рёв трибун, длительные бурные аплодисменты. Умеет мужик завести народ, в этом ему при всём желании не откажешь. Что там кто говорил насчёт порно? Да пусть хоть сам в нём снимается — фиолетово. Главное, что шоу продолжается! И будет продолжаться, пока у руля такие люди, как Джонни «Доброе Утро».

    — Уважаемые зрители! Позвольте торжественную церемонию открытия считать законченной и перейти к тому, ради чего мы все здесь сегодня собрались — начинаем первый день соревнований! Кросс–кантри в классе ATV, дистанция 400 километров. Участникам готовность один.

    Рядом с Уоткинсом на видеостене возник мужик в чёрной бейсболке и полосатой судейской рубашке, что‑то шепнул ему.

    — Встречайте, главный судья соревнований Биииииииилллллллллл Пеееетээээрсон!!! — в манере заправского ринганнаунсера представил магнат собеседника. — На него возложена нешуточная ответственность следить за чётким соблюдением правил всеми участниками гонки. И не менее тяжёлая ответственность быть козлом отпущения! Все мы ещё из прошлой жизни хорошо знаем, что в судьи берут только представителей сексуальных меньшинств! По крайней мере, так утверждают те жалкие неудачники, что приходят на финиш после тройки лидеров!

    Трибуны зашлись в радостном хохоте. Петерсон скривился, но сдержал рвущиеся с языка слова.

    — Не обижайся, Билл! — решил подсластить пилюлю Джонни. — Это бремя судей всех времён и народов. Тем более, кому мы должны верить — жалкой кучке неудачников, или тройке самых лучших, самых опытных, самых удачливых, наконец, гонщиков сезона?! Чьё мнение для нас важнее?! А для ВАС?! Правильно! А эти бравые парни всегда утверждают, что судья нормальный и справедливый!

    Одобрительный гул трибун.

    — Не расстраивайся, Джонни, — отобрав у магната микрофон, хриплым баритоном произнёс судья. — Поскольку мы будем верить лучшим парням или девушкам, то я не смогу сняться в том высокобюджетном проекте, что ты задумал на прошлой неделе. Ищи другого актёра на главную роль. Кстати, почему бы тебе самому не попробовать?!

    Хохот на трибунах. Поджатые губы мистера Уоткинса, злой огонёк в его глазах. Ага, получил! А нефиг выпендриваться. Сколько лет у вас уже вражда длится? Пять? Семь? Не можешь простить Ордену, что навязали тебе честного судью? И ведь даже грохнуть его нельзя, орденцы не позволят. Тяжёлое положение.

    — Итак, начинаем обратный отсчёт! — продолжил Петерсон. — Гонщики, на старт!

    — Пять!

    Полсотни квадов завизжали стартерами.

    — Четыре!

    Полсотни движков затарахтели, выпуская клубы едкого дыма.

    — Три!

    Полсотни рук в нетерпении крутанули рукоятки газа, заставляя двигатели взреветь на высоких оборотах.

    — Два!!

    Напряжение достигло предела.

    — Один! СТАРТ!!!

    Лавина квадов единым организмом рванула с места. По трибунам прокатился одобрительный гул, почти перекрывший рёв пятидесяти моторов.

    Гонка «400 км Порто–Франко» началась.

    * * *

    Свободная территория под протекторатом Ордена, город Порто–Франко.

    23 год, 1 число 8 месяца, 11:30.

    400 км Порто–Франко, день первый

    Как мы и ожидали, Пепита достаточно удачно преодолела стартовый отрезок, ловким манёвром уклонившись от встречи с парой сцепившихся квадов из первой линии, и тут же рванула вперёд, постаравшись уйти в отрыв от основной массы машин. Ей это удалось и на трамплин она вышла в первой пятёрке, продемонстрировав впечатляющий прыжок и не менее впечатляющее приземление на задние колеса с небольшим заносом — чисто из хулиганских побуждений, дабы эффектно выбросить фонтан земли из‑под зубастых покрышек. Тяговитый моторчик легко вынес квад на вершину небольшого взгорка, откуда наша партнёрша с нехилым ускорением устремилась к специально подготовленным преградам — большущей луже и участку раскисшей глины. Я аж залюбовался — хорошо прошла, уверенно, только брызги в разные стороны разлетелись. Ну а дальше началась собственно саванна — заросшая высокой травой равнина с изредка встречающимися пологими холмиками и довольно глубокими оврагами с крутыми склонами. Вырвавшись за пределы стартовой зоны, Инес от души поддала газу и понеслась во весь опор, с хрустом подминая грубые стебли растительности. Вскоре вместе с группой лидеров она скрылась из вида.

    В основной же группе гонщиков царило веселье. На старте кто‑то умудрился опрокинуть квад, в него тут же въехали ещё два, образовался затор, плавно переросший в кучу–малу, выведя из гонки сразу шестерых участников. Ещё двое вылетели на трамлине, и один не смог выползти из лужи, где и торчал теперь, оглашая окрестности раздражённым матом.

    Ну что ж, пора и нам отправляться. Я занял законное водительское место в «дефендере», запустил движок. Вова уже торчал рядом, разглядывая «карту сокровищ». Воткнув первую передачу, я плавно тронул «ленд» с места, вырулив на вспомогательную грунтовку. Эта дорога шла вдоль всей трассы и служила для передвижения техподдержки — как гонщиков, так и телевизионщиков. Вообще, съёмка велась комбинированным способом — за двумя самыми большими группами гонщиков на небольшой высоте летели вертолёты с операторами, на чекпойнтах располагались стационарные посты, и каждая вторая машина, участвующая в гонке, оснащалась собственной камерой. Для бесперебойной передачи видеопотока вдоль трассы даже были построены специальные ретрансляторы — относительно недавно, года три назад. В эфир шла нарезка из всех доступных источников, причём переключение с камеры на камеру осуществлялось режиссёром в рилтайм режиме. По телевизору в прямом эфире гонка смотрелась весьма динамично, и даже длительность — около восьми часов чистого времени — не отпугивала истинных любителей этого действа.

    Мы же воспользовались дорогой в сугубо личных целях — она идеально подходила для выдвижения в точку, отмеченную на карте. Всё, что нам нужно сделать — добраться до четвёртого чекпойнта и под шумок свалить дальше в саванну, в идеале не попавшись на глаза патрульным, которых в ближайшую неделю по всем окрестностям будет шнырять как собак нерезаных.

    — Вов, — окликнул я напарника. — Ты Пепите хотя бы канал для связи дал?

    — Обижаешь. — хмыкнул тот, не отрываясь от карты. — Не только канал, рацию тоже. У неё же кроме мобильника и нет ничего.

    Это да, Пепита никогда не любила утруждать себя перевозкой каких‑то лишних вещей. А лишним она считала всё, что не относилось к гардеробу и к предметам личной гигиены. Щётку зубную с собой возила, но не более того. Лентяйка, в общем. В принципе, нам не жалко — у «кенвуда», что торчит в торпеде «ленда», в комплекте целых четыре переносных рации, можем одну выделить. Лишь бы не разбила по дороге, и не потеряла. Ну и далеко не отставать желательно — «кенвуд» хоть и мощный, но дальше пятидесяти километров бьёт уже с трудом.

    Немного попетляв, грунтовка вырвалась на простор саванны. Здесь уже можно было хорошенько притопить гашетку, что я и проделал, разогнавшись чуть не до восьмидесяти километров в час. Благо дорога пока это позволяла. За третьим чекпойнтом станет немного хуже, там скорость спадёт километров до пятидесяти–шестидесяти, так что, пока есть возможность, создаём временной запас.

    Из техников мы рванули самые первые, вперёд ушли только телевизионщики на скоростном багги. У них задача простая — обгонять, пользуясь преимуществом в скорости и качестве дорожного покрытия, гонщиков и занимать позицию немного впереди. Эти ребята обычно служат поставщиками весьма эффектных кадров — бешено несущийся навстречу квад производит совсем другое впечатление, нежели медленно удаляющийся. Никому не интересно наблюдать спины участников на протяжении почти всей гонки. А нам с Вовой требовались как раз скорость и желательно скрытность, поэтому мы чуть приотстали от адептов камеры и микрофона, но от остальных техничек поспешили оторваться.

    Примерно через сорок минут достигли первой промежуточной точки маршрута. Чекпойнт располагался посреди саванны и состоял из наблюдательной вышки с камерами, передвижной АЗС для дозаправки квадов и непременного медпункта — никто не был заинтересован в потере гонщиков и организаторы старались предусмотреть все случайности. Тут же располагались трибуны — скромные, мест на сто. Основными зрителями были люди из технического персонала, да пара десятков особо отмороженных поклонников, не поленившихся сюда добраться из города. Или просто на стадионе мест не хватило — вполне возможно. Припарковавшись у бензовоза, принялись ждать появления Инес. Буквально через пять минут её рычащий квад пронёсся мимо — на первом чекпойнте дозаправку мы сочли излишней. Вот на втором будет самое время. Убедившись, что с Пепитой всё нормально и она успешно продвигается по трассе, мы двинули к сборному пункту номер два.

    Особо не спешили, поэтому добирались около часа, прибыв на точку за пару минут до Инес — этот отрезок пути был посложнее, поэтому она тоже сбавила темп. Пока что она держалась в группе лидеров из семи машин, но, вопреки ожиданиям, на дозаправку не остановилась и просквозила мимо, оккупировав первое место. Остальные лидеры как один предпочли дозаправиться, поэтому двинулись дальше плотной группой.

    Вообще в этом году организаторы подошли к подготовке трассы со всей ответственностью — аккуратно выставленные через каждые двести метров вешки не давали сбиться с пути, а стада местных животин были заблаговременно разогнаны патрульными и специально нанятыми охотниками. Все хорошо помнили случай четырехлетней давности, когда лидер гонки нарвался на рогача и тот его затоптал. Патрульные опоздали буквально на полминуты. Вот теперь и стараются, сегодня с утра вдоль маршрута уже как минимум дважды мотопатрули на «хамвиках» прошлись. Для нас это плюс — нет риска напороться на неприятную зверюгу типа гиены, или ещё кого похуже. Отбиться то отобьёмся, в случае чего, да только оно нам надо отбиваться? Лучше без всяких непредвиденных задержек — доехали, осмотрелись, смотались. Но это в идеале, что получится на самом деле — будем посмотреть.

    Третий чекпойнт встретил нас уже традиционными вышкой, наливняком и медпунктом. Дождались Пепиту, которая теперь дозаправкой не пренебрегла, помахали ей вслед и не спеша попылили к последней точке.

    * * *

    Свободная территория под протекторатом Ордена, город Порто–Франко.

    23 год, 1 число 8 месяца, 15:20.

    400 км Порто–Франко, день первый

    Четвёртую точку прошли безо всяких приключений — как самая дальняя на маршруте, она вниманием болельщиков была обделена, непосредственно на месте присутствовало с десяток человек персонала. На нас никто не обратил внимания, подумаешь, техники на «дефендере» — эка невидаль. Удалившись от чекпойнта на пару километров, мы сошли с грунтовки и устремились в саванну. Я уже говорил, что Вова штурман от бога? Военную топографию в него вбили качественно, не зря в артразведке два года оттарабанил. К тому же карта весьма подробная, обозначены даже самые незначительные ориентиры. В общем, примерно через полчаса мы были на месте. Доехали бы быстрее, но пришлось объезжать извилистый овраг — хоть и не глубокий, но с достаточно крутыми склонами, чтобы стать для «ленда» непреодолимой преградой.

    — Ну и где? — спросил я в пространство, на ответ особенно не рассчитывая.

    — Мы на месте, зуб даю, — отозвался Вова. — Плюс–минус пятьдесят метров, точнее никак. Давай покружимся тут, может, и найдём чего.

    Вокруг простиралась ровная как стол саванна. Море мерно колышущейся под ветром травы изредка нарушалось небольшими группками пасущихся рогачей, да в отдалении кружились падальщики, явно карауля добычу. Скорее всего, гиена пирует, а они ждут объедков с царского стола. Ничего подозрительного или хотя бы выбивающегося из общего пейзажа в пределах видимости не обнаруживается. И чего мы сюда припёрлись? Клад найти надеялись? Идиоты. А если он зарыт? При условии, что существует. А может это просто точка встречи с важными клиентами, а тут мы нарисовались — без приглашения, нежданно–негаданно. В этом случае нам полагается приз, вернее всего, в виде пули в дурную башку. И поделом.

    — Профессор, не спим! — Вова всё не угомонится. — Поехали потихоньку.

    — Куда?

    — Прямо езжай.

    Напарник склонился над картой, по–видимому, прикидывая возможные варианты. Ага, раз задумался, значит, надежда есть. Я плавно тронул «ленд» с места, переключился на вторую. Осторожно в таких местах ездить надо, можно и в яму угодить, и на старый скелет наткнуться, что не есть хорошо — осколком кости легко можно покрышку пробить.

    — Рули на падальщиков, на взлобок заберёмся, а дальше видно будет.

    Проехав метров триста, мы оказались на гребне холма — с нашей стороны пологого. Я даже не понял, что это холм, настолько плавно высота менялась. А если смотреть с противоположного направления, то весьма крутого — склон этак градусов двадцать пять. И прямо под нами две горушки с лощинкой между ними. Стервятники как раз над ней и кружили.

    — Дуй вниз, Проф. Идиоты, нормально отметить не смогли…

    Вова проснулся. Ну что ж, послушаемся голоса разума, хотя мой напарник и разум, как в той трагедии, «две вещи несовместные». Предельно осторожно, тормозя двигателем, спустились к подножию, аккурат промеж горушек, и упёрлись в достаточно старый труп рогача, почти начисто обглоданный. Но кое‑что на костях ещё сохранилось, что и делало его привлекательным для местных «птеродактилей». Вон как плотно сидят, падали почти не видно под ними. А те, что в воздухе, очереди своей дожидаются. Или просто похлипче оказались, вот их и оттеснили от добычи.

    Рогач валялся на самом въезде в небольшую лощинку. А за ним на фоне колючих кустов виднелось нечто бесформенное, цветом значительно отличавшееся от окружающей растительности. Или это грузовик, прикрытый масксетью, или одно из двух. Судя по выражению Вовиного лица, он думал также.

    — И чего этой скотине именно здесь сдохнуть приспичило?! — возмутился напарник, осматривая «птичий базар». — Как проезжать‑то?!

    Проблема, однако. Падальщиков десятка два непосредственно на трупе, да ещё целая эскадрилья в воздухе. Это даже не африканские грифы, это хуже — каждая птичка размером с двух орлов, и вооружена большущим зубастым клювом. С такими связываться себе дороже.

    — Давай подъедем поближе и погудим! — предложил я, ухмыльнувшись.

    — Я бухло не взял, и баб нету, — отозвался напарник. — Не погудишь особо. Хотя давай попробуем. Если не испугаются, будем стрелять.

    Вова достал с заднего сиденья любимый 103–й, а я тронул тяжёлый джип с места, плавно разгоняясь. До туши было метров сто, мы преодолели это расстояние менее чем за минуту, и я резко затормозил, остановившись впритык к падали. Даже одного «птеродактиля» бампером сшиб. Тот отлетел на собратьев, но кроме вспыхнувшего на короткое время возмущённого клёкота никакой реакции не вызвал. Меня всегда поражали наглость и пофигизм новоземельных стервятников. Рёв «дефендеровского» сигнала также не произвёл особого впечатления, разве что парочка самых чувствительных птичек отпорхнула на пару метров, но тут же вернулась к туше, затеяв драку с соседями, занявшими освободившиеся места. Сдав немного назад, я посмотрел на напарника.

    — Что теперь?

    — Откуда я знаю… Вот спросишь же, Профессор! Сам не видишь, что ли? Им по барабану.

    — Ты стрелять собирался, — напомнил я, тыкнув в Вовин автомат. — Или патроны зажал?

    — Собирался, — вздохнул Вова. — А толку? Их всех перестрелять придётся тогда. Представь, сколько лишней работы будет — пока их не оттащим подальше, к захоронке не подойдём.

    — Ладно, маньячина, выручу, — я достал с заднего сиденья «моссберг» и патронташ. — Не зря ружжо взял, щас я их картечью угощу.

    Вова понятливо осклабился. Нам этих долбанных стервятников убивать не с руки, это он прав. А вот согнать их нужно. Вопрос: как? Сыграем на их инстинкте самосохранения. Чем больше раненых, тем больше паника — многочисленные теракты в Старом Свете эту нехитрую истину доказали наглядно. Поставив «ленд» левым боком к туше, я прямо через открытое окно навёл марку коллиматорного прицела в центр кучи–малы и один за другим высадил все пять зарядов. Результат превзошёл самые смелые ожидания — стервятники бросились врассыпную, оглашая окрестности негодующими криками. Как минимум троим досталось изрядно — они даже не смогли взмыть в воздух, колченого отскочили в сторону, подволакивая крылья. Удовлетворённо наблюдая за переполохом в курятнике, я зарядил верный помповик и устроил его между передними сиденьями. Затем запустил двигатель и подал джип почти вплотную к рогачу.

    — Вова, прикрывай! — бросил я напарнику, вылезая из салона.

    Достал из багажника широкую буксирную стропу, накинул петлю на остатки конечности убиенного травоядного. Вторую петлю зацепил за крюк на бампере. Порядок.

    Старичок — «дефендер» отволок рогача метров на пятьдесят в сторону, даже не заметив нагрузки. К концу пути туша не выдержала надругательства и останки развалились на несколько частей, но нам было всё равно. Обрезав стропу у петли, я вернул остаток в багажник. Резать, конечно, жалко, но провоняла она изрядно.

    На возню с падальщиками и падалью ушло минут пятнадцать, плюс дорога. Пепита наверное уже до пятого чекпойнта добралась, нас не обнаружила и злобно ругается последними словами. А что поделать, она очень эмоциональная. Боюсь представить, что она нам скажет по возвращении. Хорошо, что ей не до рации сейчас — за рулём квада не очень‑то поболтаешь. Раз молчит, значит всё в порядке, с дистанции не сошла.

    Успокоившиеся «птеродактили» вновь облепили тушу, как только мы отъехали метров на двадцать. Вот сволочи. Я показал в окно неприличный жест, но возвращаться и наводить порядок мы не стали — дела ждут. Итак времени кучу потеряли.

    По освободившемуся проходу удалось подъехать вплотную к загадочному объекту. Как мы и предполагали, это оказался средних размеров полноприводный фургончик, накрытый масксетью. Сеть старосветского производства, поэтому и выделялась на фоне местной растительности. Хотя издалека это в глаза не бросалось, и, не зная точного места, обнаружить захоронку было очень проблематично. Кабина грузовика оказалась заперта, что нас не очень огорчило — чего мы там не видели? В качестве фургона же выступала тентованная платформа, что затруднить доступ к грузу не могло никак. Мы даже брезент резать не стали, просто распустили узел на шнуровке заднего борта и заглянули внутрь. Фургон до самого верха оказался забит стандартными пятидесятикиллограммовыми мешками.

    - Ben‑zo‑ic acid… — по слогам прочитал Вова надпись на ближайшем мешке. — Че эт за херня?!

    Что‑то знакомое, никак не вспомню, где я это название встречал.

    — Профессор, и это клад?! — не унимался Вова. — Че хоть с этой фигнёй делают? Она ценная? За что нам морду набить хотели и тачку отобрать?!

    — Вова, не мельтеши, — отмахнулся я.

    Где же я это сочетание встречал… Точно! Вот это мы влипли.

    — Олег, ты чего? — напрягся Вова. — Ты чего бледный какой?!

    — Вова, мы попали… — я отошёл от фургона и уселся на порожек «ленда». — Я вспомнил, что это за химия. Бензойная кислота. Это реагент, который используют при синтезе кокаина.

    — Твою мать!.. — потрясённо вымолвил напарник, занимая второй порожек. — И что нам теперь делать?

    Хороший вопрос. В свете полученных сведений все элементы паззла сложились в целостную картину. Кто‑то в Старом Свете закупил партию бензойной кислоты, загрузил в фургон, посадил двоих охранников из мелких бандитов и протолкнул это всё через ворота одной из Баз. Сама по себе бензойная кислота не представляет никакой опасности, перевозка её не запрещена, вот и пропустил Орден. А может это кто‑то из орденцев и организовал — выписал для нужд своей организации, провёл за «ленточку», а уже здесь груз «украли». Новичков встретил местный проводник, они перегнали фургон в саванну, спрятали и отправились в Порто–Франко, устанавливать связь с получателями. По пути по собственной дурости отдали концы. Давешние латиносы, скорее всего, представители покупателя или посредника. Ждали контакта с перегонщиками, не дождались, увидели их машину и пошли разбираться. А дальше вы знаете. В общем, положение хреновое. Похоже, что мы кинули чуть ли не всех производителей кокса в Новой Земле. Здесь химическое производство развито слабо, нефть перерабатывают в России, да порох производят. Вот и приходится доставать реагенты в старом мире.

    — Я думаю, надо во всём признаться Пепите. Пусть выведет нас на кубинцев. Будем проситься под крышу. Другого выхода не вижу, — подвёл я итог своим размышлениям.

    — И что же, конец свободе? — вздохнул Вова.

    — Эт точно, — поддержал я напарника. — Но лучше быть под крышей у кубинцев, чем лежать на глубине двух метров под землёй.

    * * *

    Свободная территория под протекторатом Ордена, город Порто–Франко.

    23 год, 1 число 8 месяца, 20:30.

    400 км Порто–Франко, день первый

    Обратную дорогу просидели в молчании, про себя переваривая случившееся. Вова так задумался, что мы едва не заблудились, но, в конце концов, выбрались на знакомую грунтовку. Тащились почти четыре часа, побив все рекорды медлительности. Даже телевизионщики на чекпойнтах уже зачехлили аппаратуру, пропустив квад последнего участника как минимум за полчаса до нашего появления. На полпути между седьмой точкой и стадионом попытались вызвать по рации Пепиту. Та не отозвалась, что нас немного расстроило, но Вова догадался позвонить ей на мобильник, благо в зону действия порто–франковского ретранслятора мы уже вошли. Мобильник Инес игнорировать не стала, но ответила столь эмоционально и преимущественно нецензурно, что Вова покрылся красными пятнами от смущения. А его смутить надо постараться.

    — Короче, она в ресторане у Саркиса. Обмывает второе место, — проинформировал меня напарник, ткнув кнопку отмены вызова. — И настроение у неё припаршивейшее. Она, по ходу, нас винит, что первое место не взяла.

    Приплыли… Когда Инес в плохом настроении, к ней лучше не подходить даже на пушечный выстрел. А если по её мнению вы являетесь причиной хандры, то лучше сразу утопиться. Или уйти из жизни любым доступным способом. Каким бы жестоким этот способ не оказался, поверьте, эта барышня поступит с вами стократ хуже. А мы её об одолжении просить собрались…

    — Вов, может до завтра подождём? — сделал я робкую попытку отсрочить неизбежное.

    — Не выйдет, — вздохнул напарник. — До завтра можем не дотянуть. Надо вопрос уже сегодня решить.

    В общем‑то, он прав. Ночь длинная, латиносы запросто могут устроить нам кузькину мать, и доказывай потом, что не верблюд. Надо идти виниться, повинную голову меч не сечёт. Ага, не сечёт. Но по башке словить чем‑нибудь тяжёлым вполне реально. Эх, Инес, и за что же я в тебя такой влюблённый?

    Стадион к нашему приезду тоже был абсолютно пуст — дневная программа закончена, и даже самые увлечённые фанаты переместились в близлежащие бары, где и обсуждали наиболее зрелищные моменты заезда. Не забывая, само собой, приложиться к кружке с пивом. Мысль о хмельном напитке породила целую волну ассоциаций и я чуть не захлебнулся слюной — почитай, целый день голодные, пара бутербродов не в счёт. Проскочили стадион, потом также оперативно пересекли город и выехали к Саркисову мотелю. Вру, одну остановку сделали — на въезде патрульные тормознули и заставили запломбировать длинноствольное оружие. Но это уже настолько естественный процесс, что как остановка и не воспринимается.

    Парковка у мотеля была забита разнообразными транспортными средствами, преимущественно внедорожными. Ну да, первый день гонок, народу приезжего множество, и половина гонщиков с персоналом предпочитают квартироваться как раз у Саркиса — всё‑таки одна из лучших гостиниц города, если не лучшая. Но нас данный факт не очень расстроил — ночевать мы тут не собирались, а поскольку Пепита уже в ресторане, то и столик свободный искать не надо будет, к ней подсядем. На том и порешили. Приткнув «ленд» к самому краю стоянки, дружно вылезли из машины, оставив все длинноствольное в салоне. Тем более, что оно запломбированное. При себе только пистолеты, причём Вова даже догадался снять разгрузку с арсеналом, ограничившись «береттой». За день пути мы порядком пропылились, но здесь этим никого не удивишь — гостиница на въезде в город, половина гостей такие. Главное, есть, где руки сполоснуть, а остальное мелочи жизни. Лично я запылённость перенесу легко, более актуальным в данный момент является вопрос принятия пищи. А учитывая, в какое заведение мы собрались, этот процесс грозит затянуться — я поесть, особенно вкусно, очень люблю, а по–другому тут не кормят.

    Уютный зал Саркисова ресторана несмотря на относительно ранний час был забит до отказа. Я с некоторым трудом отыскал взглядом Пепиту — она занимала столик в дальнем углу у окна. И была не одна. Сюрприз. Понять бы только, приятный, или не очень. Однако обдумать стратегию поведения не удалось — Инес нас заметила и призывно замахала рукой. Придётся идти.

    Рядом с нашей партнёршей по команде вальяжно развалился на диванчике мужик с типично бандитской внешностью — крупный, с мускулистыми руками, волосы зачёсаны назад. Модная эспаньолка, одет слегка аляповато в белые брюки, пёструю гавайку и штиблеты из крокодиловой кожи. А может, имитация, я в таких материях не очень хорошо ориентируюсь. Что не вызывало сомнений, так это подлинность толстенной золотой цепи на шее и дорогущих электронных часов в золотой же оправе. В общем, колоритный персонаж, и принадлежность его к какой‑то из преступных группировок чуть ли не на лбу написана. И внешность типично латиноамериканская. Ой–ой… Что сейчас будет…

    — Вот вы уроды! — приветливая улыбка уступила место злобной гримаске, когда мы подошли достаточно близко к столу и Пепита принялась рассказывать, что о нас думает. — Скоты! Сволочи! Вы где были?! Я же волновалась…

    — Инусик… — проблеял Вова, и тут же был награждён несильной пощёчиной и злобным взглядом.

    — Убью! Обоих!!!

    — Инес! — пора брать дело в свои руки. — Инес! Инес! Очнись, дело есть к тебе серьёзное! Перестань меня колотить, больно же!!!

    — Вот тебе, вот!.. — и маленький твёрдый кулачок пребольно врезается мне в печень. — Будешь знать, гад, как в саванне пропадать! Я же волновалась!

    Оп–па! А чего это? Никак слезы. Я, недолго думая, скрутил разъярённую девчонку и поцеловал в губы. Она трепыхнулась было, но тут же обмякла и ответила на поцелуй. Офигеть…

    Вова, глядя на это чудо, как стоял, так и рухнул. Хорошо ещё, что на диван, а не на пол. А то мог сотрясение мозга заработать — от удара в задницу это запросто. Сотрапезник Инес осмотрел нас заинтересованным взглядом, ухмыльнулся добродушно, но ничего не сказал.

    Я попробовал отстраниться, но девушка лишь крепче прижалась ко мне. Наконец, она упёрлась в мою грудь кулачками и резко толкнула, отчего я приземлился на диванчик рядом с Вовой.

    — Ты негодяй, Олег! — Пепита обличающе ткнула в меня пальцем. — Ты даже ещё больший негодяй, чем я думала раньше! Ещё раз такое устроишь, я тебя сама прибью! Запомни.

    — И не пытайся сбежать из города! — поддакнул гангстер, широко ухмыльнувшись. — Иначе мы тебя найдём, побьём и заставим жениться!

    Шутник, блин. А мне сейчас не до шуток. Тут судьба наша с Вовой решается.

    — Кстати, знакомьтесь, — вернулась Инес к роли хозяйки вечера. — Это мой кузен, Рикардо Мартин.

    — Рикардо, Олег. Олег, Рикардо, — я жму руку ухмыляющемуся гангстеру.

    — А это Вова, — продолжила она процедуру знакомства. — Они мои партнёры по гоночной команде. Делали мне квад.

    Вова сжал ладонь Мартина, проверяя на крепость. Тот, ничуть не смутившись, выдержал рукопожатие.

    — Так что у вас за дело, негодяи?! — Пепита в своём репертуаре, теперь будет неделю нас с напарником гнобить.

    Ничего не поделаешь, придётся потерпеть. Хорошо хоть, на диван уселась, труднее до меня дотянуться будет через стол.

    — Нам нужно выйти на руководство кубинского клана, — выложил я суть просьбы. А чего тянуть?

    — Чего?!

    Какие у неё большие глаза, когда она удивлена. Как я раньше не замечал… Блин, Вова, ну нафига так сильно? Плечо отбил. Каюсь, отвлёкся.

    — Инес, дорогая, мы хотим попросить у кубинцев защиту.

    Коротко и предельно ясно. Пусть отвечает, да или нет.

    — Тааак!.. — протянула девушка, закинув ногу на ногу. — А могу я поинтересоваться, чего вы такого натворили, что вам понадобилась протекция моей семьи?

    — Эээ… — затруднился я с ответом. — Понимаешь, дело достаточно конфиденциальное.

    И глазами на Рикардо показываю, типа, посекретничать бы.

    — Вот уж фиг! — взорвалась Инес праведным гневом. — Выкладывайте всё прямо сейчас. Рикардо я полностью доверяю.

    Ага, а я совсем не доверяю. Я его первый раз вижу, хотя мужик производит приятное впечатление. Но делать нечего, придётся колоться.

    — Мы нашли кое–чего… — влез Вова, но тут же словил от меня удар локтем по рёбрам.

    — Мы случайно купили побитую машину, — я ожёг напарника взглядом. — А за ней пришли какие‑то левые латиносы. По–моему, они из Нью–Рино. Стали выспрашивать про предыдущего хозяина, что характерно, в грубой форме. Мы с Вовой их побили и выгнали. Потом они подкараулили Вову на улице, но он смог от них убежать. А потом… Я нашёл в машине карту с отметкой. Мы навязались тебе в техобеспечение и под шумок сгоняли на место. И всё бы ничего, но там мы нашли замаскированный грузовик с полным кузовом бензойной кислоты.

    Рикардо в очередной раз хмыкнул, уже понимающе. Пепита же смотрела на меня удивлённо — до неё никак не доходил весь ужас нашего положения.

    — И чего? — переспросила Инес, не дождавшись продолжения.

    — Позволь, я объясню, — вмешался в беседу Мартин. — Парни ввязались в нехорошее дело. Связанное с наркоторговцами из Латинского Союза. И теперь боятся за свою жизнь. Бензойная кислота нужна для синтеза кокаина, а целый грузовик — это очень много. Десятки банд остались без необходимого реагента, производство встало, убытки растут. Кому такое понравится?

    — Рикардо удивительно точно описал состояние дел, — подтвердил я.

    — Полная жопа! — Вова в своём репертуаре, в двух словах уместил все предыдущие речи.

    — Так ты нам поможешь? — посмотрел я в глаза Инес. — Познакомишь с кем‑нибудь из кубинцев? Желательно с тем, кто может решать.

    Пепита медленно кивнула.

    — Рикардо?

    — Хорошо, — отозвался тот. — Считайте, парни, что уже познакомились с таким человеком. Вы место показать сможете?

    — Легко! — снова влез Вова. — Теперь хоть с закрытыми глазами.

    — Замечательно. Тогда надо обсудить детали.

    Напарник с гангстером начали оживлённую беседу, откровенно наплевав на окружающих. Сошлись, родственные души. Этот Рикардо того же поля ягода, что и Вова. Сейчас они напланируют…

    Черт, а кушать‑то хочется! Я подозвал чернявую быстроглазую официантку, озадачил её стандартным набором из двух блюд и кружки пива, и в ожидании заказа принялся обдумывать услышанное. Теперь я вспомнил, где видел Мартина. Он глава букмекерской конторы в Порто–Франко. По факту, главный кубинец в городе. Вот это мы удачно зашли. Но мне кажется, что не последнюю роль тут сыграл наш с Инес поцелуй. Вон какими глазищами на меня смотрит… Чего же раньше тогда вымудряла? Чуть ли не открытым текстом посылала. А ведь она мне не просто нравится. Мои к ней чувства явно нечто большее, чем симпатия. Однако, будем посмотреть. Она ведь натура ветреная — завтра может в мою сторону и не глянуть, а может и послать окончательно. Чего совершенно не хотелось. Я взял узкую ладошку Инес в свою руку, поцеловал.

    — Ты сейчас серьёзно?

    — А ты как думаешь?

    * * *

    Свободная территория под протекторатом Ордена, город Порто–Франко.

    23 год, 1 число 8 месяца, 28:30.

    В ресторане у Саркиса мы проторчали около двух часов, причём всё это время ушло у Вовы и Рикардо Мартина на обсуждение плана нашего спасения. Я в этом действе участвовать не рвался, предпочёл отдать должное как всегда безукоризненно приготовленной еде и общению с Инес. Она во всех подробностях описала ход гонки, особенно второй её половины, когда обнаружила, что мы вне зоны досягаемости рации. Я снова выслушал море упрёков, а мой словарный запас обогатился несколькими весьма обидными ругательствами. Как выяснилось из монолога прелестного создания, занять первое место ей помешала потеря концентрации из‑за беспокойства по поводу нашей пропажи, и полутораминутная задержка на четвёртом чекпойнте, когда она безуспешно пыталась установить с нами связь. А так всё прошло весьма успешно — прекрасно сработала придуманная Пепитой стратегия с двумя дозаправками. Традиционно квады восстанавливали запас топлива на втором и шестом чекпойнтах, приходя к финишу с половиной бака. Инес же решила отойти от традиции — заправилась на третьем и пятом чекпойнтах. Длительность дозаправки сократилась чуть ли не вдвое — толкотни не было. В результате у неё получился выигрыш по времени как раз на завершающем этапе, который традиционно же считался более скоростным, и здесь она смогла обойти почти всех конкурентов, за исключением одного. Опять же, если бы не задержка на четвёртой точке… В общем, закончилось всё хорошо, Инес была полна решимости взять реванш на следующий год. Кстати, квад очень хвалила. Первую половину гонки она прошла просто блестяще — с полным баком и тяговитым мотором это оказалось несложно. Благо рекорды скорости ставить не было необходимости. За качественную подготовку болида к гонке меня наградили поцелуем, причём, прошу заметить, по собственной инициативе!

    Потом разошлись — Инес с кузеном отправились по каким‑то своим делам, а мы с Вовой загрузились в «ленд» и покатили в сторону мастерской. Гонка закончилась, но дел было невпроворот — разгрузить и помыть джип, привести в порядок себя и подготовиться к возможному появлению неприятных гостей. Мы когда от Саркиса ехали, особо не прятались, даже наоборот — дали крюк чуть не через весь город, чтобы засветиться. Вова собрался было домой, но я резко этому воспротивился — нефиг по одному ходить, во что переодеться и у меня найдётся. Он по комплекции на меня похож, разве что суше гораздо. И без ванной обойдётся, хватит душа. Я же обхожусь, и не жалуюсь.

    Едва успели разделаться с самыми срочными делами, как прикатила Инес на кваде. Её El Toro отлично потрудился и заслужил качественное обслуживание. Этим я и занялся, облачившись в привычный комбез и стоптанные кроссовки. Вова же принялся изображать кипучую деятельность — слонялся по мастерской без дела и перекладывал железки с места на место. По идее, ему тут делать нечего, но пусть будет — не дай бог, повоевать придётся. Тогда напарник окажется для агрессоров большим сюрпризом. С АК-103 в полной боеготовности. Ага, мы наплевали на возможное наказание и сняли пломбы с длинноствола. Я свой «моссберг» заныкал под столешницу верстака, приспособив наскоро изготовленные зажимы из сталистой проволоки. В случае чего достать можно относительно быстро. Плюс кобуру с USP прицепил к бедру — работать мешает, но жизнь дороже.

    Пепита, загнав квад на законное место в закутке, поднялась на второй этаж: как она сказала — «навести хоть какое‑то подобие порядка в холостяцком бардаке». Услыхав это заявление, я едва не выпал в осадок — это что же, она уже моё жилище своим считает? А не слишком быстро? Чего‑то я начинаю терять контроль над происходящим… А ну и фиг с ним! Я готов и не на такие жертвы.

    Квад, против ожидания, из гонки вышел с честью — ничего не оторвалось, не открутилось и даже не помялось. Что, в общем‑то, на Инес с её манерой езды похоже не было. На всякий случай я всё же устроил потрудившемуся болиду тотальную протяжку и замену масел. И так окунулся в работу, что прозевал появление дорогих гостей. И дверь не скрипнула, спасибо Вове…

    Давешние латиносы заявились во всей красе — при татуировках, майках–алкоголичках и стволах. Свои угловатые винтовки — по–моему, «имбелы» — они даже не пытались прятать, демонстративно уперев приклады в плечо. Хорошо хоть, что стволами вниз держали, а не принялись сразу в лицо тыкать. Вот ведь неугомонные. Уже третья смена оружия за последние трое суток. А пушки ничего так, отзываются о них вроде положительно. Надо будет одну заныкать…

    Кстати, относительная вежливость латиносов вполне понятна — возглавлял делегацию небезызвестный Хосе Иголка. Благообразного вида кабальеро чуть за пятьдесят, с благородной сединой и ухоженной эспаньолкой, одет, как обычно, в щегольский летний костюм, что на фоне приблатненной шпаны с «имбелами» делало его и вовсе эталоном интеллигентности. В речи он также придерживался своеобразного «возвышенного штиля», никогда не опускаясь до жаргона и — боже упаси — богохульства.

    Я повертел головой, пытаясь отыскать взглядом напарника. Тот, не будь дураком, где‑то схоронился. Отлично, он со своим сто третьим сойдёт за засадный полк. Так засадит, что мало не покажется.

    — Добрый вечер, молодой человек! — обратился ко мне Хосе.

    — Добрый, — вернул я любезность.

    Однако вставать не стал — обойдутся. К тому же я занимал стратегически выгодную позицию — сидел на коленях перед квадом левым боком к гостям, а потому кобуру с пистолетом они не видели. Лишаться такого, хоть и сомнительного, преимущества не хотелось.

    — Олег, сынок, — укоризненно проворковал Иголка, — ты нас расстраиваешь. Пришли гости, а ты даже встать не соизволил.

    — Хосе, таких гостей гнать надо поганой метлой. Как ты с ними вообще связался? Это же шпана обыкновенная.

    — Не зарывайся, пендехо! — ага, татуированный не выдержал.

    Позлись, тебе это полезно.

    — Карлос, мы договаривались, — мягко напомнил Иголка. И снова обратился ко мне: Олег, мне бы очень не хотелось показаться назойливым, но у нас остался один неурегулированный вопрос.

    — У меня к тебе вопросов нет, — отрезал я, незаметно опуская руку к кобуре. — И не было никогда. Так что я не понимаю, о чем вы говорите, мистер.

    — Не хочешь, значит, вежливо разговаривать, — вздохнул собеседник. — Жаль, сынок… Приступайте, парни.

    А вот это уже лишнее! Надо что‑то делать.

    — Эй, эй, полегче! — пошёл я на попятный. — Хосе, мы же давно друг друга знаем. Зачем насилие? Я немного погорячился. Приношу искренние извинения.

    Улыбка озарила лицо Иголки, и он подошёл ближе, облокотившись на квад. Ай, молодец! Вот это подарок, вот это по–нашему.

    — Я никогда не сомневался в тебе, мой мальчик, — доверительно сообщил мне Хосе. — И я был уверен, что все наши разногласия не более, чем недоразумение.

    — Ты что‑то хотел спросить?

    — Мои молодые партнёры дважды пытались побеседовать с тобой и с Вовой, — прищурился старый мошенник. — Кстати, где он?

    — Понятия не имею. Ходит где‑то.

    — Ну и ладно. Так вот, мы хотели побеседовать по поводу вот этой вот машинки, — он ткнул тросточкой, которую вертел в руках, в «самурай». — Нам необходимо выяснить, что произошло с её предыдущим владельцем.

    — Всего‑то! — восхитился я. — А чего они тогда сразу грубить принялись? И Вову побить пытались. В твоём, кстати, присутствии.

    Иголка скривился, вспомнив удар по причинному месту, которым его наградил мой напарник. На миг в его глазах промелькнул кровожадный огонёк, и тут до меня дошло, что в живых нас не оставят. Не тот случай. Видать, сильно их припёрло, что даже Хосе на мокруху решился…

    — Не будем ворошить прошлое, — лицо его вновь приняло благообразное выражение. — Просто ответь мне.

    — Как бы вам помягче сказать… — задумался я. — Насколько мне известно, бывшие владельцы автомобиля стали кормом для гиен.

    — Откуда узнал? — оживился татуированный.

    Я смерил его презрительным взглядом, и ответил, глядя на Иголку — типа с шестёрками дел не имею:

    — Нам машину продал Малыш Гарри, он и рассказал, что нашёл её в саванне, когда ездил на охоту. Насколько он понял, ехали на ней трое. Им приспичило поохотиться на кабанчика, но силёнок не рассчитали, и зверюга их затоптала. А гиены завершили работу.

    — Идиоты, — зло сплюнул татуированный.

    — Спокойно, Карлос! — осадил его Хосе. — Малыш Гарри, говоришь? Это немного усложняет дело… А скажи‑ка, сынок, куда это вы сегодня ездили с напарником?

    Вот это уже лишнее. Надо поторопить события.

    — А вам какая разница?

    — Да особо никакой, просто интересно… Может, вы в машине что‑то нашли, карту, например?

    Голос Иголки прямо‑таки источал елей, и я окончательно уверился, что сейчас нас будут убивать. Даже если я всё расскажу. Особенно если всё расскажу. Вова, мать! Где ты?

    — Знаешь, Хосе, — я окинул собеседника задумчивым взглядом, — в подержанных машинах много чего интересного попадается. А карта на переднем сидении лежит.

    Попался, лопух! Аж вытянулся весь, пытается в салон через лобовое стекло заглянуть. Идиот. Левой рукой я резко дёрнул Иголку за ремень, и тот, от неожиданности потеряв равновесие, рухнул на колени, прикрыв меня от подельников. Одновременно с этим я плавно вытянул из кобуры пистолет, уперев его стволом в лоб собеседнику. Получилось быстро и уверенно — не зря меня Вова в тире дрессировал.

    Латиносы стояли с обалдевшим видом, не сообразив даже взять меня на прицел. Из‑за «ленда» вынырнул Вова с автоматом наизготовку.

    — Бросай стволы, руки на голову!

    Татуированный зло осклабился, рванув ствол винтовки вверх. Время замедлилось. Я отчётливо разглядел напрягшийся палец на спусковом крючке, искривлённый гримасой рот, капельку пота на лбу Иголки… Сделать я ничего не успевал. Даже прикрыться телом Хосе. Вот сейчас он продавит крючок, боек ударит по капсюлю, воспламенится порох в патроне и маленький кусочек металла с огромной силой ударит меня в голову. Пипец.

    Однако дальнейшие события развивались по более оптимистическому сценарию. Я ещё успел заметить, как Вова берет на прицел татуированного, как вдруг во лбу у того расцвёл кровавый цветок, и он рухнул, как подкошенный. Очкастый испуганно завертел головой и тоже словил пулю прямо в переносицу. Затылок взорвался фонтаном крови и костей, забрызгав щегольский костюм Хосе, перебитые очки медленно свалились с ушей двумя половинками. Ноги его подломились в коленях и он медленно осел на бетонный пол мастерской. Глухо звякнула выпавшая из безвольных рук винтовка. Иголка слабо трепыхнулся и закатил глаза, придавив меня своим сухощавым телом.

    Из‑за стеллажа с железным хламом показался Рикардо Мартин в сопровождении двух мордоворотов, один из которых скручивал глушитель с банальной «беретты». Окинул обстановку взглядом, хмыкнул:

    — Похоже, мы вовремя.

    * * *

    Свободная территория под протекторатом Ордена, город Порто–Франко.

    23 год, 1 число 8 месяца, 29:15.

    Иногда бывает очень полезно поучаствовать в планировании спецоперации. Убедился на собственном опыте. Если бы я не забил на беседу с Рикардо, отдав предпочтение чревоугодию и общению с Пепитой, я был бы в курсе их с напарником задумки. А так пришлось выспрашивать уже после акции. Всё оказалось предельно просто — Рикардо с бойцами дежурили напротив мастерской, устроившись в «хаммере» в тесном переулке. Как только появились латиносы, они выждали пару минут и бесшумно просочились вслед за ними. Вот теперь я вспомнил Вовину инициативу с благодарностью. Ну и вмешались в самый ответственный момент, подстраховав Вову. А поскольку мальчики Рикардо опыта в таких делах имели не в пример больше, то и среагировали первыми, без раздумий отправив латиносов в страну вечной охоты. Благо, в трофеи нам достался Хосе Иголка, явно главный в этой троице. И теперь его активно обрабатывали на предмет обмена информацией.

    Склонили к сотрудничеству старого мошенника предельно просто — подвесив за связанные руки на подъёмнике, несколько минут использовали в качестве боксёрской груши. Получилось хорошо. Бойцы Рикардо в этом деле оказались весьма сведущи, да и Вова внёс посильный вклад, так что ливер отбили качественно. Теперь усаженный на табуретку Иголка хватал воздух широко раскрытым ртом и хоть и с трудом, но достаточно внятно излагал предысторию нашего знакомства с латиносами.

    В самый разгар экзекуции со второго этажа спустилась Инес. Окинула брезгливым взглядом беспорядок, на вопросительный взгляд Рикардо Мартина отрицательно мотнула головой и вернулась в квартиру.

    — Порядок, — прокомментировал тот появление девушки. — За этими клоунами хвоста не было.

    Ага, значит Пепита через окно контролировала подходы к мастерской. Она ещё и в сомнительных делишках своей семьи участие принимает? Страшная женщина. А как на трупы посмотрела — брезгливо, но и только. Где визг, где обморок, где истерика, в конце концов? И с этой девушкой я пытаюсь закрутить шуры–муры? Ндя, есть о чем задуматься.

    Из монолога Иголки между тем выяснилось следующее. Убиенные Карлос и Хорхе оказались недавно прибывшими в Новую Землю мелкими мафиози из Флориды. Вызвали их в качестве подкрепления семье Томми-2Б из Нью–Рино. Тому понадобились свежие лица, не засвеченные у конкурентов и Патруля, для выполнения ответственного, но не очень сложного задания. Могу себя поздравить, просчитал я этих олухов правильно. Суть задания — встретить в Порто–Франко двоих новичков, которые провели через ворота базы «Северная Америка» грузовик с неким товаром. Провели легально, потом спрятали в саванне. Их на базе встретил местный проводник, который и доставил гостей в нужное место. Товар оставили в саванне, «экспедиторы» же должны были вернуться в Порто–Франко и выйти на связь с латиносами. После этого «экспедиторам» предстояло исчезнуть.

    Выбор места захоронки определялся наличием нормальной дороги — той самой грунтовки, с которой обслуживали гоночную трассу. Потому и на найденной карте был нарисован маршрут гонки. К тому же накануне такого крупного мероприятия в той стороне каталось достаточно народу. Можно неплохо затеряться и не вызвать подозрений. При этом случайного обнаружения груза кем‑то посторонним опасаться не приходится — кому это надо, шариться по саванне? Своих дел мало, что ли? Трассу надо готовить. Доставка и передача груза по плану должны были занять не более двух суток — спрятали, вернулись в город, дали условный сигнал, уехали в Нью–Рино. После отправки сигнала ответственность за груз полностью ложилась на получателя.

    Однако, против ожидания, исчезли все трое, причём ещё до выхода на связь. После двухдневного бесплодного ожидания Карлос наткнулся на внедорожник пропавшего проводника. Машину он знал хорошо, так как с ним вместе на этом самом «самурае» ехал из Нью–Рино. Последовавшая попытка выяснить, как к нам попал джип, привела к известным событиям.

    — Ну что ж, примерно так мы и предполагали, — подвёл итог беседе Рикардо Мартин. — Хосе, дорогой, ты точно нам всё рассказал? Может, ещё что‑то забыл упомянуть по простоте душевной?

    Под ободряющим взглядом лидера местных кубинцев Иголка совсем сник, втянув голову в плечи, но упрямо помотал головой.

    — Замечательно, — улыбнулся Рикардо. — Всё, парни, он ваш.

    Один из бойцов извлёк из‑под рубашки давешнюю «беретту», вытянул из кармана брюк глушитель.

    — Постойте! — заголосил Хосе, чуть не рухнув с табуретки. — Не надо! Я всё скажу!

    — Говори, — подбодрил Рикардо.

    — Не убивайте меня, я пригожусь, — захлёбываясь словами, прохрипел Иголка. — Я знаю, покупатели до сих пор ждут товар, нужно только передать кодовую фразу на определённой волне. Мы хотели ваш передатчик использовать!

    — Убедил, — кивнул Мартин. — Будем сотрудничать дальше. Парни, отволоките его в машину. И от трупов избавьтесь.

    Затем главный кубинец Порто–Франко переключил внимание на нас с Вовой. Мы сидели скромненько в сторонке, не вмешиваясь в происходящее, и ждали результатов переговоров. Вова, правда, в убеждении Иголки поучаствовал, но я об этом уже говорил.

    — Олег! Владимир! Вы толковые парни, но немного авантюристы. Поэтому при всём желании я вас к серьёзной работе привлечь не смогу. Не ваше это дело. Но можете считать, что ваш бизнес теперь под нашей защитой. К тому же мне очень понравился квад Пепиты, а мы собираемся организовать собственную гоночную команду. Как вам предложение заняться техническим обеспечением?

    Мы с Вовой переглянулись и синхронно кивнули.

    — Я, собственно, и не сомневался, — ухмыльнулся Рикардо. — Подробности обсудим позже, увы, дела. Счастливо оставаться.

    Мартин поднялся и направился к выходу. По пути вляпался в кровавую лужу, оставшуюся от покойного Хорхе, и недовольно выругался.

    — Вы, это, приберитесь тут, что ли… — сказал он. — Я надеюсь, вам не надо напоминать, что о произошедшем распространяться не стоит?

    Мы вновь синхронно кивнули.

    — И ещё, — оторвался Рикардо от разглядывания загаженного штиблета, — Олег, не обижай Инес. И не тормози!

    Он заговорщицки подмигнул мне и скрылся за стеллажами.

    — Не понял, — озадачился Вова. — Чего это он насчёт Инес?

    — Не обращай внимания. Кстати, Вова, — я протянул напарнику трубу распыливателя от «керхера». — Приберись здесь, мне нужно попудрить носик и пойти успокоить Пепиту.

    — Вот жучара! — Вова от неожиданности даже не сообразил отбрехаться от уборки.

    Теперь не отвертится.

    * * *

    Свободная территория под протекторатом Ордена, город Порто–Франко.

    23 год, 2 число 8 месяца, 02:25.

    — Ты только не очень зазнавайся, — проворковала Инес, поглаживая меня по груди. — Это ещё ничего не значит. Я могу и передумать.

    — Я давно отучился строить иллюзии, — отозвался я.

    Ощущать на своём животе её обнажённую ногу было очень приятно.

    — Ты меня любишь?

    — Как бы тебе сказать помягче…

    — Ах ты сволочь!!! Затащил девушку в постель, издевался над ней битых два часа, и на простой вопрос ответить не можешь?!

    — К черту слова, давай делом докажу!

    — Ах, ах, ах, аааааахх! Ааааах! Ах, ах, ах!!!

    Ну, вы поняли, да? А теперь не мешайте.

    Эпилог

    Свободная территория под протекторатом Ордена, окрестности Порто–Франко, где‑то в саванне.

    23 год, 3 число 8 месяца, 13:30.

    Машины появились внезапно. Вынырнули из‑за гребня холма и, рыча моторами, уверенно спустились в лощинку между двумя горушками. Три заряженных внедорожника разных лет выпуска, разных производителей, но с одной общей особенностью — на каждом из них торчала турель с крупнокалиберным пулемётом и сидело по четыре человека, увешанных оружием. Внешность людей весьма характерная — в основном латиноамериканцы, одеты и экипированы как типичные бандиты из‑за хребта. Собственно, это они и были.

    Из первого внедорожника выпрыгнул крупный мускулистый боец с РПК в руках и направился в сторону выделявшегося на фоне местной растительности бесформенного пятна. Подойдя вплотную, он откинул маскировочную сеть с тентованного грузовика. Заглянул внутрь, удовлетворённо кивнул. Показал остававшимся в машинах людям кольцо из большого и указательного пальцев. Те как горох посыпались из салонов, рук с оружия, однако, не убирая.

    Трое заняли позиции у машин, взяв под контроль подходы со стороны саванны, остальные сгрудились у грузовика. Именно в этот момент раздались выстрелы.

    Первыми полегли часовые, словив пули в головы. По остальным бандитам ударило как минимум два пулемёта и около десятка автоматов. Девять человек оказались буквально сметены кинжальным огнём. Никто из них даже не успел среагировать на угрозу. Расправа заняла не более десяти секунд.

    На склоне правой горушки откинулись маскировочные накидки, обнажая превосходно укрытые стрелковые ячейки, и пятёрка бойцов в полной экипировке короткими перебежками спустилась к месту побоища. Контроль убитых, сбор трофеев и погрузка заняли не больше трёх минут. Затем к арьергарду присоединились остальные бойцы, сноровисто загрузившие пулемёты в трофейные внедорожники. Люди быстро распределились по технике, не забыв выделить водителя для грузовика с товаром, взревели моторы, и колонна тронулась, держа путь в саванну.

    * * *

    Свободная территория под протекторатом Ордена, окрестности Порто–Франко, где‑то в саванне.

    23 год, 3 число 8 месяца, 13:40.

    — Вас понял, — произнёс в тангенту передатчика Рикардо Мартин. — Всем отбой.

    Он сидел в кабине роскошного «хаммера», замершего неподалёку от операторской вышки на четвёртом чекпойнте. Шёл третий день гонки «400 км Порто–Франко», первый соревновательный день в классе багги. Лидеры должны были достигнуть промежуточной точки с минуты на минуту, и Рикардо внимательно следил за трассой. На заднем сидении расположился Хосе Иголка. За прошедшие два дня он привёл себя в порядок и снова превратился в благообразного кабальеро.

    — Всё прошло успешно, — проинформировал кубинец невольного партнёра. — Надеюсь, ты понимаешь, что теперь работаешь на нас?

    Хосе в ответ лишь обречённо вздохнул.


    P. S. Уважаемый читатель! Если ты добрался до этого места, не поленись, потрать ещё несколько секунд — поставь оценку. Тебе не велик труд, а автору очень приятно, и, самое главное, есть обратная связь, что гораздо важнее любой циферки. А если вдруг возникнет желание написать комментарий — так вообще замечательно! Заранее спасибо.

    1


    Оглавление

  • * * *
  • * * *
  • * * *
  • * * *
  • * * *
  • * * *
  • * * *
  • * * *
  • * * *
  • * * *
  • * * *
  • * * *
  • * * *
  • * * *
  • * * *
  • * * *
  • Эпилог
  • * * *

  • создание сайтов